Легенда. Дилогия

Металл, из которого было изготовлено тело Рагуила, был очень прочным и мог выдержать гораздо более сильные нагрузки, чем его острый меч. Однако, вдруг его осенило, что должно быть, как и у живого существа глаза Рагуила имеют хоть и прочную, но тонкую оболочку. Раз всё равно другого выбора не было, Акора нацелился на его органы чувств.

Но, по прошествии некоторого времени, Акора понял, что и это ему легко сделать не удастся. Будучи сосредоточенным на атаке он сильно увлёкся, от чего получил сильный удар ногой в область живота. Успев подставить блок, он смягчил удар, но всё же ему пришлось отступить, стерпев боль.

– А ты действительно непревзойдённый мастер своего дела, – произнёс Рагуил. – Отдаю тебе должное. У тебя есть чему поучиться даже мне.

– Мне наплевать, что ты там думаешь, – изрёк Акора, выпрямившись и опустив свой меч. – Как бы не закончилась эта битва, я сделаю всё, что от меня зависит. И если потребуется, отдам жизнь, только бы уничтожить тебя.

– С огромной вероятностью, – ответил Рагуил. – Так и будет.

Вдруг пронзительный крик девушки, резонирующий от стен, заглушил звуки битвы.

Рагуил на мгновение повернул глаза в её сторону, оставив противника без внимания. Такого шанса Акора и дожидался. Он мгновение око поднял свой меч и направил его остриё прямо в глаз человеку из металла. Но тот уже всё видел. Его рефлексы были во много быстрее человеческих. Он успел поднять руку и выставить на пути безжалостного меча свою ладонь. И когда, казалось бы, он без труда сможет заглушить отчаянную атаку. Акора развернул меч, и его лезвие, проскользнув между пальцами противника, с силой врезалось в его левый глаз.

Глаз был уничтожен, но вот дальнейшему продвижению меча помешал узкий канал глазницы, поэтому до мозга или что там у него вместо него он добраться не сумел. Однако и это принесло огромный успех. Акора был собой доволен и лишь после этого он позволил себе повернуть голову, что бы посмотреть от чего так закричала Уна.

На полу он увидел два тела. Тогда он понял, что Аргос обезглавлен, но и Вернер пострадал в этой суматохи. Его живот был в крови. Тем не менее, он не мог сейчас помочь им, его задачей был и оставался Рагуил, который после потери глаза оказался более уязвим.

– Ну что, – злобно произнёс Акора.– Какая теперь вероятность, умник?

***

– Отец!

Уналия подбежала к нему и дрожащей рукой прикрыла дыру в животе, будто это поможет.

– Отец, – прерывистым голосом произнесла она. – О, боги!

– Тихо, – осёк он её. – Послушай, – с трудом произнося каждое слово. – Я понял, в чём секрет сферы.

– Тише. Мы вытащим тебя отсюда. Я… Я…

– Со мной всё кончено. Но мы ещё в силах победить зло. Мы всегда проецировали Хагенвар как некий предмет, в котором заключено вещество. Но это было ошибкой. Этим веществом является энергия. Энергия вселенной заключенная в нём. По этому, Хагенвар это не предмет. А некое поле, которое призвано сдерживать эту энергию.

– Что мне делать? – плакала она.

– Используй свой разум. Он и есть ключ.

Она лишь рыдала и никак не хотела отпускать его.

– Если ты не сделаешь что нужно, то всё было напрасно. Ступай и сделай что должно.

– Нет, отец.

– Ступай! – закричал он, собрав все силы.

Это отрезвило её, и она огляделась по сторонам. Время текло так медленно. Она увидела как Крамиран, который уже оторвал одну руку золотому человеку, вбивал его голову в стену, от чего частички золота разлетались по сторонам. Атанасиус подбежал к Рагуилу, который стоял к нему спиной. Оказавшись рядом с ним, он схватил его руки со спины, обездвижив, его на какое то время. И всё это происходило словно под водой. Все движения были плавными и не торопливыми. Акора поднял меч и вонзил его в лицо врагу.

Она опустила свои мокрые от слёз глаза и ещё раз посмотрела на отца. В его взгляде не было страха или отчаянья. Только любовь, которая предала ей небывалой уверенности.

Уна подошла к сфере….

***

Они отпрыгнули в разные стороны и наблюдали, как беспомощный человек из металла руками пытался найти хоть какую-то точку опоры, затем он опустился на колени, смерившись с произошедшим.

Акора и Атанасиус посмотрели друг на друга. Убедившись, что каждый из них в порядке, они развернулись в сторону Уны.

В это самое время Крамиран делал последний удар, который полностью разнёс в дребезги голову золотого стража. Закончив дело, он встал. Так же развернувшись в сторону девчонки, он пристально посмотрел на неё. Шлем исчез с его головы, и он неторопливо и ровно вбирал носом воздух. Затем его взгляд переместился на Тана и Акору.

Те, понимая неизбежность грядущего боя, снова переглянулись и приготовились к нападению. Но Крамиран и не собирался тратить на них время, он поднял в их сторону руку. Они уже видели силу смертоносных лучей вылетавших из его предплечий. Его костюм был снабжен неким оружием, которое хоть и не смогло пробить Золотого гиганта, но их оно уничтожит без труда.

Короткий импульс выпустил луч света в их сторону, но угас, ударившись о камень, отколов от него значительный кусок. В том месте, в которое он был направлен, их уже не было. Они успели отпрыгнуть в разные стороны, и теперь единственное их спасение это находиться в движении.

Не успел он произвести второй импульс, как стены вокруг них задрожали. Крамиран сначала подняла глаза наверх, но осознав происходящее с удивлёнными глазами обернулся.

– Не может быть! – изрёк он.

Сфера, снова оказавшись в жидком состоянии, стала стекать на пол сквозь пальцы девушки, высвободив свой секрет. И вот древний свет озарил помещение. Он был ярко белого цвета и пульсировал, словно бьющееся сердце. Хагенвар предстал перед ними во всей красе. Уналия держала его на вытянутых руках закрыв глаза.

Теперь осторожничать смысла не было. Крам продолжая стрелять в Тана, ринулся в сторону заветной цели. Мирра, так же, не теряя времени, кинулся к Уналии. Он был гораздо ближе по расстоянию, однако Крамиран компенсировал это скоростью.

И вот они оба приблизились к Хагенвару. Времени на раздумья не было. Забыв про осторожность, Атанасиус рефлекторно накрыл космический предмет своей рукой, а другой, попытался нанести удар, нацелившись прямо в голову небожителю.

Как только он дотронулся до него, время остановилось…

***

Он очнулся и понял, что лежит на холодном полу. Подняв голову вверх, Тан обомлел.

– Какого хрена…? – не понимая, что видит, произнёс он.

Перед его взором предстало помещение, в котором он и находился, однако все кто в нём были, застыли словно статуи. Время полностью перестало течь вперёд, замерев во временном промежутке. Он увидел Крамирана, который застыл со злобной гримасой на лице. Видел Уналию, которая умиротворённо стояла, прикрыв глаза. Затем его взор упал на Вернера, который сделал последний вдох несколькими мгновениями ранее. Посмотрел на Акору, который оказавшись дальше всех от Хагенвара, так же сделал выпад в его сторону. А главное он видел себя. Видел со стороны.

Руки, которой он хотел врезать по физиономии Крамирана, уже не было, как и половины туловища. Вместо них в воздух взмыли миллиарды частиц пыли, из которых ранее состояло его тело.

– Что ты здесь делаешь? – донёсся голос из неоткуда.

Тан оглянулся по сторонам, но никого не увидел.

– Тебе здесь не место? – снова произнёс незнакомый голос.

– Я что умер? – спросил он.

– Где нет времени, нет и смерти!

– Тогда где я?

– Ты внутри него.

– Я не понимаю.

– Дотронувшись до Хагенвара, твой разум был преобразован в энергию и поглощён им. А тело твоё уничтожено.

– А с кем я говорю?

– Интересный вопрос, но кроме тебя здесь больше никого нет! – рассмеялся голос.

Атанасиус закрыл руками лицо.

– Это какой-то дурной сон, – прошептал он.

Убрав руки с лица, он очутился в густом лесу. Пышная зелень покрывала всё пространство, раскинувшись во все стороны. Птицы непринужденно пели свои заливные песни, а шум водопада впереди придавал гармонии удивительному пейзажу. Вдруг он услышал смех. Смех женщины и ребёнка. Словно заворожённый, Тан пошёл на него.

Через мгновение он вышел к воде. Голубое небо приветствовало всё живое в этом райском месте. Рядом с небольшим водопадом резвились мама и её маленький сын.

– Здравствуйте! – крикнул он им.

Но они не замечали его. И, продолжая брызгать, друг друга водой, наслаждались прекрасным днём. Приблизившись Атанасиус понял, что лик женщины ему знаком. Это была его мать, а маленьким мальчиком был он сам. Радость переполняла их изнутри.

– Мама? – не поверив спросил он, обратившись к женщине. – Мама! – закричал он.

Она прекратила брызгать сына и выпрямилась, устремив взгляд куда-то в лес. Слова Атанасиуса были для неё не более чем шелест листьев.

После этого женщина нагнулась и опустила руки в воду, по самые локти. Когда оны снова их вынула то вместо её матери перед ним вдруг очутилась Уналия, достав из воды новорождённого ребёнка.

– Да что здесь происходит? – выпалил он.

И тут же всё исчезло. Наступила непроглядная тьма.

– Здесь есть кто? – услышал он родной голос.

– Уна?

– Тан? Где мы?

– Я не знаю. Где ты?

– Где то рядом с тобой! Что происходит?

– Как нам отсюда выбраться?

Словно дождавшись правильного вопроса, образовался луч света, где то вдалеке. И они оба пошли на него. Добравшись до источника, они обнаружили арку, плотный белый свет которой манил их и приглашал войти. Атанасиус взял Уналию за руку и первым шагнул в неё. Однако невидимая стена не дала ему проходу.

Затем девушка уже протянула свою руку, которая без труда проникла внутрь.

– Здесь наши пути расходятся, – улыбнувшись, сказал он.

– Я без тебя не пойду.

– Боюсь это не вопрос выбора. Уналия, – обратился он к ней, немного помедлив, – Я, похоже, умер.

– Что?

И её глаза снова насытились влагой.

– Любовь моя, ты должна идти. Ты обязана закончить всё это.

– Я не хочу! – рыдая, произнесла она.

– Так нужно, – продолжал он. – У каждого из нас своя роль и своя судьба. По-видимому, свою я исполнил. Осталось дело за тобой. Не дай Крамирану победить.

– Можно я ещё немного побуду с тобой?

– Нет, – возразил он. – Это место пугает меня. Выбирайся отсюда, пока есть возможность.

– Как же я буду без тебя? Без папы?

– Мы будем рядом. Мы всегда будем рядом с тобой. Слышишь? А теперь ступай, родная. Скорее.

– Я люблю тебя!

– И я тебя люблю, отпуская её руку, произнёс он.

И она вошла внутрь.

Тут же снова очутившись в помещении, Хагенвар произвёл выброс энергии, который откинул Крамирана к стене. Атанасиуса нигде не было. Выброс произошёл из-за него. Он дотронулся до него первым и выиграл для неё время.

Крамиран опёршись о колено медленно встал.

Уналия исподлобья посмотрела на него.

– Дитя, начал он. – Ты не представляешь что у тебя в руках. Нет более великого дара во вселенной, как нет и более великого проклятья. В итоге он поглотит тебя. Но я смогу обуздать его. Отдай!

– Нет, – решительно произнесла Уна.

– Ты ничего не знаешь, – сказал он и сделал шаг в её сторону, но тут же произвёл два шага назад, когда она протянула руку в его сторону с развёрнутой ладонью.

– Теперь я знаю всё! И два самых близких мне человека отдали за это свои жизни.

– Я сожалею.

– Это лож.

– Я никогда не лгу, – возмутился Крам.

– Но это и не важно, – с тоской в голосе еле слышно произнесла она. – Я не убийца, но могу им стать. Надеюсь, намёк тебе понятен?

– Понятен, – раздраженно, от собственного бессилия, изрёк Крамиран.

– Если каким-то чудом ты сможешь выжить, не ищи меня, – добавила Уналия. И раз ты никогда не лжёшь, пообещай мне это.

Перевес был не в его пользу. Ему пришлось согласиться и с этим.

Уналия не обернувшись, отправилась к выходу.

– А с этим что? – послышался голос Акоры.

Она обернулась и увидела, как он мечом указывает на Рагуила, который по-прежнему сидел на коленях.

– Мне нет более дела ни до кого из них, – сообщила она, ещё ближе прижав руку, в ладони которой, светился Хагенвар. – Пойдём отсюда.

И вот они уходили, оставив в живых в глубоком подземном городе своих непримиримых врагов. Самый главный вопрос во всей этой истории, состоял в том, кто же будет первым. Уналия со своими друзьями ответили на этот важный и основополагающий вопрос для всего будущего планеты. Когда они вышли в огромный зал, Уналия подумала о своем отце. И как только это произошло, его мертвое тело засветилось и тут же испарилось, оставив несколько светящихся искр в воздухе.

И вот они уже спешили к летательному средству подгоняемые ледяными ветрами. Вдруг на полпути Уналия остановилась. Акора это заметил не сразу, а лишь когда уже планировал взобраться внутрь. Ветер был такой сильный, что он еле держался, чтобы не упасть. А Уна стояла, как ни в чем не бывало, будто совсем не чувствовала холода. Она смотрела на объект их поиска.

Вдруг она накрыла его второй рукой и ведения далекого прошлого окутали её разум. И правда предстала перед ней. Всё то, что было написано ранее, всё то, вокруг чего строилась вся вера, было ложью. Цари Фаэтона действительно хотели выпустить энергию, томившуюся в Хагенваре, но не для злого умысла, а наоборот. Они понимали, что недолжно никому во вселенной владеть такой мощью. Но правители земли были более алчными и не могли допустить этого. Жажда обладания безграничной силой опьянила их. И они безжалостно уничтожили обе планеты, стерев с них всё живое.

Она размышляла о том, что её отец и Атанасиус отдали свои жизни, что бы он ни попал в дурные руки. Но пока он существует, попытки завладеть им не прекратятся. Она закрыла глаза и напряглась что есть мочи.

Через небольшой промежуток времени Акора увидел, как маленький лучик света, отделившись от Хагенвара, вошёл в живот Уналии. А затем, сорвавшись с места, Хагенвар взмыл вверх, устремившись к небесам.

Хлопок…. И яркий свет устремился во все стороны. Если бы они находились в космосе и смотрели на землю, то в этот момент увидели, как энергия, словно обволокла планету, равномерно распределившись в каждой её части. И теперь в местах, где ничего не росло, показались молодые побеги растений.

Уналия высвободила энергию, томившуюся взаперти всё это время. Энергию, которая принесла оздоровление всей планете. После этого она подошла к Акоре, и он помог ей забраться внутрь.

– Что теперь? – спросил он.

– Атанасиус не успел кое-что исполнить, и наш долг сделать это за него.

– Это справедливо! – согласился он. – О чем речь?

– Есть один король…

И они на большой скорости устремились вперёд.

***

Деревьев шелест отражая

На землю опустилась тьма

И кроны силою шатая

Задули южные ветра

Средь ярких звёзд на чёрном небе

По лесу бродит не спеша

Могучий волк, что в лунном свете

Как не истлевшая душа

Он понимает всё на свете

Как жизнь сложна и не легка

Он понимает, что тот ветер

Принёс ему издалека

Волк чует запах человека

Пришедшего за ним в ночи

И скоро двинется атака

Металлом, обнажив мечи

Охотник тяжело вдыхает

А воздух сильно холодит

Он, как и все совсем не знает

Что волк уж на него глядит

Природа словно помогая

Дитя своё, что б уберечь

На землю тихо опуская

Дымок туманный взор пресечь

И танец смерти на подходе

Кто верх возьмёт, а кто умрёт

Оскал крутой на серой морде

И вот самец на жертву прёт

Он осторожно озираясь

Все ближе к смерти подходил

И не на миг не опасаясь

Того, что с жизнью сотворил

Зачем один пришёл он ночью

Ведь знал, что силы не равны

Хотел он лес украсить кровью

Под сенью золотой Луны

Один прыжок, истошный крик

И тишина в лесу настала

Кровавой струйкой тонкий миг

Трава судьбу его впитала

И бродит волк опять один

Глазами грозными сверкая

Свирепый страж с луной един

Лесную чащу защищая.