Ступени сознания, или Путь к Успеху
- -
- 100%
- +
В третьих, ложь заставляет нас постоянно находиться в напряжении, контролируя прохождение информации и дальше. Поскольку такое состояние не может продолжаться вечно, в какой-то момент правда все равно выходит наружу.
Как говорят английские пословицы: «Вы можете дурачить одного человека все время или всех людей некоторое время, но вы не можете дурачить всех людей все время.» И еще: «Лжецы должны иметь хорошую память» (судя по всему, чтобы не проговориться не вовремя).
Поэтому самым лучшим способом для защиты информации о своей жизни, которую мы хотим держать вне чужого контроля, является не ложь, а умолчание. Ведь мы всегда вправе объявить то, о чем нас спрашивают, прерогативой нашей личной жизни и отказаться от разговора на эту тему вообще; однако еще лучше не козырять своими правами перед тем, кто уже доказал свое стремление на них наступать, а овладеть умением ненавязчиво переводить разговор на другую интересующую опасного собеседника тему. Конечно, по сравнению с ложью, умолчание – фигура высшего пилотажа и овладеть ей удается не сразу. Однако и вознаграждение будет достойным – как в самоуважении, так и в улучшении взаимоотношений с окружающими.
Как-то мне пришлось навестить в больнице друга, недавно попавшего в автокатастрофу.
К его страданиям физическим добавились моральные – он недавно женился и сетовал на то, что молодая жена слишком любит пьянки-гулянки, за что он и раньше ей выговаривал – а тут, не дай бог, совсем распояшется.
– Но ты ведь и сам, даже в браке, в монахи не рядился? – говорю я ему.
Он засмеялся: – Да нет, но у меня в этом деле только тело участвовало. Но ведь она так не сможет, женщине, чтобы переспать, хоть немного влюбиться надо. А я хочу, чтобы только меня любили.
– Слушай, а ведь это у всех по-разному. Кому-то, например, проще было бы узнать, что ему по любви изменяют – все ж не как скотина какая-то. Да и потом, «что посеешь, то и пожнешь», ты разве не слышал? Ведь ты себе в браке тоже разное позволял, думал тогда, каково ей?
– Так она ж не знала!
– А ты что, сейчас знаешь?
Молчит, думает. Я продолжаю:
– Так что, как ни крути, избежать тебе этого не удастся, и чем скорее оно к тебе придет, тем для тебя лучше – все равно тебе уже назначено побывать в ее шкуре, вернее, ты сам себе это назначил. Знаешь, как древние говорили: «Принимающего судьба ведет. Сопротивляющегося тащит».
Кажется, разговор возымел действие. Теперь он не так нервничает, когда жена задерживается с работы на очередной сабантуй – ведь то, что ему раньше казалось самым худшим, мой приятель для себя уже принял. Однако последняя точка была поставлена в разговоре с женой позднее, когда однажды, разнервничавшись сильнее прежнего, он стал на нее давить – «скажи мне правду, ведь у тебя кто-то есть!»
Обычно отшучивающаяся в этих ситуациях жена вдруг посмотрела на него пронзительным взглядом.
– А тебя эта правда не убьет?
Отчего-то смутившись, он пробормотал: «Не знаю», и разговор замяли.
С тех пор он сам говорит ей: «Делай, что хочешь. Но только, чтоб я не знал!»
Умолчание не может убить, потому что представляет из себя информацию, усеченную и преобразованную правилом соизмеримости – то есть, такую информацию, которую другой человек может принять и использовать без вреда для себя и для нас. Именно эта часть правды о себе или о других, которую вы готовы обнародовать и будет являться вашей личной правдой. Однако для умелого обращения с информацией нам необходимо быть готовыми стать плохими для тех, кто не сможет услышать от нас ответа на поставленный вопрос.
Натолкнувшись на неприятие мужем ее нового круга знакомых, одна из моих коллег взяла себе за правило молча уходить из дому, не говоря о том, куда она идет.
«– Ты куда!?» – горячился в этих случаях ее муж.
– На кудыкину гору, – дерзко говорила она.
– С любовником встречаешься!? Правду скажи!
– Это твоя правда, – отвечала женщина. – А моя при мне.
– Так чего же не скажешь?
– Скажу тогда, когда захочешь услышать правду не только о том, что я делаю и с кем встречаюсь, но и о том, какая я на самом деле. А пока – извини.
Все вышесказанное потеряет свой смысл, если мы забудем, что конечной целью Творца Успеха все-таки остается Правда. Да, всегда следует стремиться к ситуации, где будет возможно говорить правду – но не следует забывать о своем праве выбора времени, личности и обстоятельств, которые смогут эту правду вместить и развить в нечто более ценное, чем просто информацию о нашем образе жизни, поступке, мысли или желании.
Каждый момент имеет собственную правду. Все относительно, и находчивый человек со временем научится говорить то, что нужно, избегая невыгодной правды и унизительной лжи.
Устраиваясь на работу, мой друг осознавал, что его слабое место – работа с компьютером, в котором на тот момент он был, что называется, ни бум-бум. К счастью, директор приберег этот неудобный для него вопрос на конец собеседования, когда стало очевидно, что по всем остальным составляющим кандидатура моего друга явно его устраивает. Конечно же, друг не мог подвергать риску такую замечательную возможность! И потому, когда директор спросил его, владеет ли он компьютером, друг дерзко произнес:
– Год назад я написал на компьютере целую книгу.
Директор пришел в восторг и контракт о его найме был подписан. Однако поскольку владение компьютером для его новой работы было крайне необходимо, через неделю друг вошел в кабинет директора с заявлением, в котором просил фирму отправить его за счет рабочего времени на курсы пользователей.
– Вы же сказали, что год назад написали на компьютере целую книгу! – возмутился директор.
– Да, но при этом мне его включали и выключали, – отпарировал тот.
Директор покачал головой и подписал заявление.
В данном примере другу пришлось стать плохим дважды: когда он сознательно ввел директора в заблуждение, чтобы получить работу и когда он признался в этом, чтобы избежать проблем в будущем. Ни то, ни другое не было бы возможным для человека, не обладающего Качеством Дерзости.
Ступень четвертая. Раскрепости сознание
Развивай качество находчивости
«Сон разума рождает чудовищ».
Гойя
«Золотое правило жизни заключается в том, чтобы не иметь никаких золотых правил».
Бернард Шоу
Очень часто устоявшиеся стереотипы взаимоотношений, образа жизни, ежедневного поведения, наслаиваясь друг на друга образуют как бы клетку, омертвевшую скорлупу, сдерживающую личный рост человека, который невозможен без вечного поиска новых форм, без вечного эксперимента в движении к совершенству.
Та же мысль в древнеиндийских писаниях выражена так: «Жизнь – это игра бога, его вечное наслаждение творчеством.» Что же мешает нам следовать богу хотя бы в этом, наслаждаясь жизнью и превращая ее в творчество?
Лишь наша собственная привязанность к старым формам.
Кому хоть раз в жизни не приходила в голову примерно такая мысль: вот бросить бы все, уехать на необитаемый остров… Вполне возможно, движение к собственному счастью можно было бы начать и так, однако кто из подумавших таким образом удосужился хотя бы купить билет?
Впрочем, необитаемый остров – не единственный, и вполне возможно, не лучший путь к счастью. От себя не убежишь – и если не использовать толчок, данный новыми обстоятельствами, жизнь и на необитаемом острове может вскоре показаться скучной и постылой. Тяга к прошлому, олицетворяемая старыми привычками, очень сильна. Как говорил в свое время Ошо: «Если людям предложат выбирать между счастьем и несчастьем, они скорее выберут второе, потому что они слишком много в него вложили». На самом же деле, путь к счастью прост и одновременно сложен: нужно попытаться увидеть в своей жизни то, чего ты не видел до сих пор – и использовать это. Основой для такого пути является Качество Находчивости.
Мои друзья непрестанно ссорились между собой, пока жили вместе. Основой для взаимных упреков со стороны жены было то, что муж проводит с ней мало времени, а со стороны мужа то, что она плохо ухаживает за ним. Подумывая о разводе, они разъехались, каждый к своим родителям – и отношения сразу улучшились. С тех пор они стали проводить вместе только выходные – а знакомым, смеясь объявляли: «У нас брак – на уик-энд».
Очень часто замахиваясь на непременное для личного успеха условие творчества в профессиональной сфере, мы почему-то забываем отработать это качество на более скромном и менее видимом для окружающего мира материале нашей собственной жизни. Творчество во всем, что касается повседневных жизненных мелочей, называется находчивостью. Только находчивый человек достоин того, чтобы в будущем прийти к радости больших достижений.
Не умеют творить только те, кто привык к тому, что ими управляют.
Внешними проявлениями программ, по которым живут управляемые, являются правила поведения, которым мы бессознательно следуем – то есть, стереотипы. А в основе любого заблуждения лежит стереотипное мышление. Стереотипы полезны, когда экономят время, силы и энергию нашего сознания для действия в привычных ситуациях, например «уходя, надо закрывать за собой дверь». Однако они становятся вредными, когда изменяются ситуации, мир вокруг нас или наши собственные побуждения; они вредны, когда сводят бесконечно сложный мир в набор неосознанных правил и ограничений. Люди, мыслящие в основном стереотипами, склонны освящать их различными постулатами – моральными, религиозными либо «сверхличностными» (например, интересами государства, клана, семьи или нации; мнением научных авторитетов); однако они не склонны иметь собственного мнения по каким-либо вопросам либо считают, что стереотип, которым они бессознательно пользуются, и есть их мнение. Если мы вовремя не пересматриваем тот набор стереотипов, который определяет наше поведение и мышление и не вычищаем его из нашего сознания или не помещаем его туда уже на уровне осознания, мы подвергаем себя опасности ситуации, когда количество однажды перейдет в качество и мы, неожиданно для себя, окажемся привязаны набором идеологических сверхценностей к не вполне осознающим себя, как личности людям.
Именно поэтому для пробуждения Качества Находчивости, а затем и Творчества необходимо начать с осмысления стереотипов с позиции их пригодности для собственного развития.
Следуя стереотипу трехразового питания, навязанному мне, как и большинству других детей в младые годы властью родителей, в зрелом возрасте я начал ощущать от этого некий дискомфорт, так как это стало отнимать слишком много времени.
Поэкспериментировав с различными системами питания и голода, я пришел к выводу, что на данном жизненном этапе меня вполне удовлетворит питаться приготовленной пищей один раз в день, вечером – до этого, в случае голода, я могу съесть что-нибудь сырое.
Выиграв больше времени для своих занятий, я к тому же почувствовал себя значительно здоровее.
Стереотипное мышление всегда ищет общепринятого удовольствия и избегает трудности, ориентируется на оценку большинства или авторитета, жаждет влияния на свое окружение, чтобы замаскировать собственную неполноценность и накапливает примеры подтверждения своей правоты. Следуя этой цели, оно с удовольствием принимает на себя роль «столпа морали», безаппеляционно судящего на основании тех же стереотипов о чужих достоинствах и недостатках, всегда готового воспитывать кого угодно в соответствии с существующими правилами, либо делать им «ценные» замечания – при этом всегда оправдывая себя принципом «так делают все».
Стереотипное мышление не признает личной жизни и индивидуальных отличий и желает создать обязательные и общие правила для всех, игнорируя различия в потребностях людей и в уровне их развития. Оно никогда не склонно признавать свободу людей делать то, что они хотят, покуда они не согласуют своих действий с окружающими их людьми или не выверят их по существующим авторитетам.
Стереотипное мышление склонно к насилию, потому что оно становится очень агрессивным и раздражительным по отношению к тем, кто не пользуется схожими стереотипами – мы можем проверить это на примере воздействия на сознание различных религий и политических идеологий.
И наконец, стереотипное мышление притягивает к нам носителей подобных или диаметрально противоположных стереотипов, подменяя возможности открытых, уважительных и развивающих взаимоотношений реальностью непродуктивного времяпровождения из сплетен, споров, диспутов на политические или религиозные темы и прочих ничего не значащих занятий, порождающих конфликты и взаимное перекладывание друг на друга ответственности за отсутствие общего дела.
Рассказывает участник тренинга личного роста:
«Когда меня на улице едва не покусала стая собак, я спросил у Мерлы, проводившей тренинг, почему это могло произойти. Конечно же, меня бы уже не устроило стереотипное объяснение типа «не зли их и держись подальше».
«Ты же знаешь, подобное привлекает подобное», – последовал ответ. «Что для тебя представляет собака в символической форме?»
«Агрессию».
«Вот с ней и работай.»
«Я тут же вспомнил, как накануне поддался соблазну в компании представителей оппозиционной партии до хрипоты в горле поругать бездарное правительство. Хотя я никогда не был ярым государственником и не жаловался на жизнь при любой власти, в тот раз стадное чувство оказалось сильнее желания не участвовать в споре или проигнорировать его. Собаки, набросившиеся на меня из-за слепой ярости одной из них, помогли мне увидеть себя в этой ситуации со стороны».
Чем больше мы пребываем в системе стереотипов, тем большую они имеют над нами власть, тем сильнее мы к ним привязываемся и тем больше усилий нам приходится приложить, чтобы от них освободиться. Однако, самое главное здесь то, что мы становимся зависимы и управляемы теми, кто хорошо изучил психологию обывателя, мышление которого целиком и полностью определяется набором стереотипов. Взять хотя бы такой пример – подходит к вам на улице нищий из породы профессиональных попрошаек и – разумеется, очень вежливо – просит – ну, скажем, всего пять копеек. Большинство из нас либо полезет в карман, либо, стыдливо опустив глаза, промямлит, что нет мелочи – и в том и в другом случае нищий не без оснований почувствует над нами свое моральное превосходство. Основа этого превосходства – древнейший стереотип: «Если просят вежливо и мало – нельзя отказать». Нищий сильнее нас, потому что стал свободнее, нарушив другой общепринятый стереотип поведения – он переступил черту, отделяющую его от общества, приличному члену которого «просить стыдно». Быть изгоем за плату – его бизнес и давая ему, мы поощряем его паразитизм, подтверждая успешность этого бизнеса, хотя прекрасно осознаем это. Причина такого парадокса проста – человек, боящийся нарушить стереотипы, всегда (!) слабее того, кто не боится их нарушить. Однако такая дилемма (дать денег или соврать) стоит далеко не перед всеми.
Мой знакомый попал в похожую ситуацию на моих глазах и мне было очень интересно посмотреть, как он из нее выберется. Еще бы, ведь он проводит бизнес-тренинги, значит – человек творческий.
Пока мы беседовали, стоя на улице, к нам подошел кто-то из нищих. «Пацан, дай по голове!» – закричал ему мой собеседник первую пришедшую в голову абсурдную фразу в ответ на просьбу дать денег. Нищего как ветром сдуло.
От многих неприятных нам людей отделаться весьма просто – достаточно не соответствовать их стереотипу поведения (а заодно можно и проверить свою способность быть плохими). Однако, поскольку мы чем-то уже притянули их в свою жизнь, задача усложняется тем, что надо сломать и свой собственный стереотип поведения – только в этом случае действие становится спонтанным, а действующий – находчивым.
Тактика «взламывания стереотипов» неплохо действует и в ситуации, когда беседа с интересующим вас человеком складывается неблагоприятно.
Рекламируя свои тренинги по продажам, тот же знакомый (его фамилия Деревицкий) пришел для переговоров с директором фирмы, где предварительный разговор о нем уже состоялся. Однако, придя туда, он натолкнулся на крайне неблагоприятный прием: то ли директор передумал, то ли настроение у него испортилось, но в процессе слушания он ни разу не высказал своей заинтересованности.
После того, как знакомый закончил презентацию перечня своих услуг, директор надменно его спросил:
– А кто вы, собственно говоря, такой?
– Вы читали Карнеги? – последовал встречный вопрос.
– Да, – признался директор.
– Так вот, это их американский Деревицкий.
Директор посмеялся и вскоре они заключили контракт.
Очень часто уже знакомый нам страх быть плохим является основным ограничением, не дающим нам нарушить общепринятые стереотипы и поступить так, как нам удобно, сэкономив свое время и силы для тех дел, которые нам нравятся. Кому не известна такая ситуация: на носу день рождения, скоро придут гости – и вот, хозяйка с хозяином проводят день и ночь у плиты, чертыхаясь и кляня все праздники вместе взятые, на чем свет стоит. Между тем, нарушить стереотип общепринятого гостеприимства очень просто: достаточно на секунду задуматься над тем, какое течение праздника доставит удовольствие лично вам и стоит ли вообще организовывать его общепринятым образом.
После чего достаточно будет рассмотреть ситуацию, в которой вы собираетесь известить своих друзей и близких о собственных намерениях, как тренировочную для наработки Качества Находчивости; а их возможные претензии или пересуды за вашей спиной – как цену, которую необходимо заплатить, чтобы покрепче утвердиться в Качестве Дерзости.
Одна моя знакомая в таких ситуациях, обзванивая приглашенных, сообщает им: «Подарка не надо. Приготовь лучше то-то и то-то – у тебя это лучше всего получается.«А затем восседает во главе великолепно накрытого общими усилиями стола, чувствуя себя именинницей не на словах, а на деле.
Другая, чтобы избавить себя от расспросов и домашних хлопот, вообще на период своего дня рождения берет отпуск и уезжает из города.
Третья, принимая поздравления по телефону, приглашает зайти – но предупреждает, что будет только чай с тортом.
Еще один мой друг, желая оградить жену от ежегодных трудовых подвигов на кухне, вообще приучил друзей к тому, что свой день рождения не празднует – и ничего, никто не в обиде.
Между прочим, даже любая вредная привычка – тоже стереотип, как и любой необязательный для выживания стереотип – потенциальная вредная привычка. Чтобы ее преодолеть, иногда бывает достаточно отследить цепочку стереотипных действий до начала ее зарождения – такую работу часто проводят психологи в ходе своих консультаций.
Клиентка, которой я оказывал психологическую поддержку, долгое время могла критиковать мужчин, ведущих холостой образ жизни. На своей работе выходить на смену она предпочитала с барышнями, могущими поддержать ее любимую тему беседы. Верование в преимущество семейной жизни перед холостой было в ней очень сильно.
Как-то раз в ходе психологического тренинга она призналась, что переживает из-за того, что долгое время не могла выйти замуж. Я утешал ее, как мог, говоря о том, что далеко не всем это нужно, и т. д.
Вскоре в ходе нового тренинга она заявила о другой проблеме: ей было трудно бросить курить. Разрываясь между двумя стереотипами поведения («нервничаешь – покури» и «курить – вредно»), она никак не могла найти собственный путь. Пришлось успокоить ее и на этот раз, говоря о том, что бросать курить вовсе не обязательно.
Однажды в ходе нашей очередной консультации, она схватилась за сигарету. Я тут же попросил ее потерпеть и воздержаться.
«Но я же буду плохо себя чувствовать, если сейчас не закурю!» – едва не закричала она.
– Хорошо, закуришь попозже, но при условии: расскажи мне, почему тебе хочется курить.
– Откуда я знаю – просто хочется, и все!
– Нет, не просто. Понаблюдай за собой. Как именно тебе хочется? Что ты чувствуешь при этом?
Она указала куда-то в район груди:
– Вот здесь… Давит.
– Хорошо, теперь кури. В следующий раз, когда захочется себя пожалеть, можешь тоже отследить свои ощущения, вспомнить когда ты испытывала похожие и сообщить мне.
– А тут и ждать нечего, я и так помню…, – сказала она и вдруг осеклась. Оказалось, что мысли о замужестве приходили к ней на фоне тех же самых ощущений. Курить ей сразу же расхотелось.
Через некоторое время выяснилось, что впервые она разрешила себе закурить тогда, когда ее бросил любимый за день до свадьбы. Примерно тогда же она впервые почувствовала тяжесть в груди – курение лишь было способом заглушить ее. Мы раскопали ее старую эмоциональную привязку к ситуации неуспеха и в ходе более поздней консультативной встречи уничтожили ее.
После этого разговора она стала выкуривать втрое меньше сигарет. Стереотипная связка «прошлое – ощущение неполноценности – тяжесть в груди – сигарета» был сломан единственным моментом осознания.
Эта женщина была порабощена целой системой телесных и эмоциональных стереотипов поведения, в основе которых лежало свойственное многим людям стереотипное верование о том, что единственный путь к личному счастью лежит через обретение семьи. Именно это верование и обрекло ее на страдания.
Тем не менее, я знаю много людей зрелого возраста, решивших не обременять себя семейными узами – и при этом совершенно счастливых с этим.
Сегодня уже не редкость, когда женщины (да и мужчины тоже) сознательно отказываются заводить детей или вступать в традиционные браки – идет поиск альтернативных семье стилей жизни. Аргументация позиции новаторов продиктована, как правило, достаточно высокой степенью осознания ценности настоящего момента и звучит примерно так, «Сегодня мне это точно не надо, а завтра – кто знает? Если когда-нибудь я приду к тому, что для меня в этом действительно что-то есть, я смогу принять и трудности, связанные с этим – будь то поздние роды или воспитание ребенка в одиночку».
Вообще, самой распространенной, самой агрессивной и самой порабощающей формой стереотипов являются коллективные верования и идеологии – ведь в отличие от бытовых стереотипов, идеологические стереотипы поддерживаются теми, кто стремится управлять нашим сознанием. Скажем, одно из самых распространенных коллективных верований, поддерживающихся и церковью, и государством заключается в том, что каждый человек должен иметь семью, состоящую из одного мужа, одной жены и ребенка (детей). Однако сегодня жизнь предлагает много, как никогда, альтернативных вариантов жизни.
Так, например, в прессу все чаще просачиваются слухи о вполне счастливых «нетрадиционных» семьях, где с одной или обеих сторон присутствует несколько партнеров – речь идет именно о семьях, связанных повседневными хозяйственными, экономическими и воспитательными функциями, а следовательно и стремлением быть вместе, то есть – любовью друг к другу. Очень часто толчком к созданию такой семьи расширенного типа является «неверность» одного из супругов и последующее осознание того, что он любит обоих (обеих) своих партнеров. Иногда ему удается убедить в достоинствах такого союза другую половину (что, конечно же, труднее, поскольку другая половина выступает в роли «теряющей» и, по общественным понятиям, «обиженной») и воссоздать семью уже в расширенной форме.
Однажды мне пришлось консультировать женщину – убежденную христианку, имеющую проблемы в семье. Как это часто бывает, женщина ушла в религию в момент, когда очень нуждалась в поддержке, но так и не нашла ее вокруг себя.
Момент же этот наступил тогда, когда она обнаружила фотографии, запечатлевшие ее мужа в недвусмысленных позах со своей любовницей – иллюзии о целомудренном браке рухнули в одночасье.
Мы провели много бесед, в ходе которых удалось показать ей, что в то самое время, когда ее муж нарушал одни нормы религиозного поведения («не прелюбодействуй»), она нарушала другие, обижаясь на него («не носи камень за пазухой») и осуждая его поведение («не судите, да не судимы будете»). Я также пытался подвести ее к мысли, что ее выбор религии был продиктован не столько осознанным поиском духовного пути, сколько проекцией собственной картины мира на религиозную основу.