Роберт О'брайен

1 глава

Майк как обычно сидел в своей полицейской машине, пил кофе и смотрел футбол. Его работа скучна, но в целом не жалуется. В Западной Вирджинии мало что происходит, обычно всё тихо и спокойно.

– Эй, – крикнул он человеку, стремительно несшемуся через дорогу в лес.

Делать было нечего, он побежал вслед за ним. Его было трудно разглядеть, но Майк старался изо всех сил.

Бежали они довольно долго. Майк сам по себе толстый, давно так не бегал. Раньше он со своей собакой, Стичем, его единственным другом, много гуляли и охотились в лесу. Но Стич умер от небольшой раны, зацепившись лапой за острый конец деревяшки. Сам он был занят ловлей птиц, Майк слишком поздно заметил ранение…

Вдалеке виднелась поляна, и Майк почувствовал ужасно дурманящий запах.

Забежав на поляну, Майк увидел очень много цветов. Маленькие жёлтые цветы с синим стебельком излучали очень приятный и вкусный запах

Тем временем тот человек, похожий на обычного бездомного, начал беспощадно поедать цветы

– Молодой человек, – позвал его Майк. – что вы тут делаете?

Он не отзывался. Майку было страшно к нему подходить.

– С вами все в порядке? Давайте я вас…

И тут он повернулся на Майка и посмотрел безумным взглядом, будто загрыз животное из-за голода. Майк отошёл и уже был готов достать пистолет.

Его окутал холодный ужас, когда он увидел, что из его глаза рос точно такой же цветок, который он ел. Приглядевшись, он увидел такие же цветы из рук.

Майк был в всепоглощяющем шоке. Сам того не осознавая, схватил пистолет и выстрелил человеку в голову. Тишина…

Успокоившись, Майк осмотрелся. Желание пробовать цветы резко отпало после увиденного.

На равнине были возвышения. Подойдя к одному из таких, Майк осмотрел его.

Вдруг чья-то рука схватила Майка за ногу. Сомнений быть не могло – это лежат люди. Стреляя во всех, кого видит, он убежал с поляны.

Еле как Майк нашел дорогу назад с помощью следов, памяти и направления трупа и уехал прочь.

Может, ему это всё показалось? Что это был за бред? Даже если бы он сообщил об этом, ему никто не поверил бы. Действительно, ему показалось. Быть такого не может!

С этими мыслями он проездил остаток смены и поехал домой.

На следующий день он приехал в то же самое место, примерно в то же время. На протяжении часа никого не было видно. Майк решил снова сходить на эту поляну и все-таки удостоверится, что ему все показалось.

Идя через лес, казалось, что он уже не найдет это место снова, но через время он снова почуял этот наиприятнейший запах. На поляне было все так же много цветов. На горизонте не виднелось вчерашнего трупа и бугров. Майк был очень рад этому. И всё же, может, попробовать этим цветы?

Эта идея показалась Майку очень привлекательной. И этот запах… Его ни с чем не спутаешь… да, ему просто показалось. Цветы ничего плохого с ним не сделают.

Решившись, он наклонился и был готов срывать цветок.

– Стой,– вдруг раздался спокойный голос под звук заряда дробовика.– тебе совершенно не стоит это делать.

Майк медленно поднялся.

– Теперь беги! Быстрее!

Уже через пару шагов послышался выстрел.

– Билл, он все равно безнадёжен. Он бы умер, как твоя мать.

– У нее был туберкулёз! Это не цветы поглотили её!

– Это неважно. Ее уже не вернуть. Заканчивай со всем этим, а то цветы тебя не пощадят.

Действительно, это возможно, что не раз происходило в их племени. Люди не выдерживали, животное начало их поглощало.

– И этим вы здесь занимаетесь? – спросил Билл.

– Мы становимся выше людей.

– И зачем ты посвятил этому так много времени? Чем тебе обычная жизнь не нравилась? У нас все было хорошо до того, как ты рассказал про это племя и не затащил нас туда.

– Перестань терзать прошлое, тебе это не поможет.

Его отец всегда уходил от ответа. Биллу никогда не было понятно, почему он не хочет обычной жизни, а стремится к «просветленной».

В племени было человек 20. Да и племенем назвать это сложно. Странное сборище фанатиков лучше подходит. Еженедельно они дают цветам свою кровь, разрезая тыльную сторону ладони или вообще все руки. Многие питаются только цветами, поэтому все худые и многие жёлтые.

Сейчас как раз началась утренняя медитация. Кто-то живёт в хижине, кто-то в палатке, но все равно все выходят на медитацию. Со стороны это выглядит очень странно, ведь вещи они носят, которые нашли на улице. Изредка кто-то покидает племя по размещению вождя, отца Билла. Обычно главарь и ездит.

– Здесь ужасно скучно!– сказал Билл отцу в конце медитации.

– Ты ещё многого не понимаешь. Тебе надо стать осознанным.

– Почему ты меня не отпускаешь в город, к обычной жизни, ведь сам говорил, что у каждого есть выбор?

– Это не твой выбор. Это твой мозг хочет обычную жизнь, правда ему не интересна. Ты адаптируешься.

С тех пор, как Билл пребывает здесь, прошло несколько дней. Раньше они жили обычной жизнью. Потом отец как-то нашел это племя. Мы были вынуждены перебраться, но потом поняли, что всё здесь совсем иначе.

Мама пыталась сбежать с Биллом, но не получалось. Вскоре у мамы развился сильный кашель, и через 2 дня она умерла. Это очень странно. Как будто отец ее специально убил.

Ночью Билл уже собрался сбегать. Они с отцом жили в небольшом доме. Аккуратно выйдя на улицу, Билл нашел путь, в котором убежал Майк, когда немного следил за ним.

С Биллом была небольшая бутылка воды и много цветов в карманах. Если что, то просто их съест и не будет все это терпеть, ведь ему далеко до «осознанности». Дорога, которой не было была запутанной, очень странной. Постоянно мысли не о том.

Билл шел довольно долго, дороги не было. И как он только попал сюда? Как попал в племя? Почему-то впереди виднелась знакомая картина племени. Но он же шел вперед! И почему в их доме горит свет? Вряд-ли отец скажет что-то плохое или сделает.

В любом случае, Билл уже начал есть цветы. На вкус они как мармелад, но намного вкуснее, не то, что слаще. Раньше он их никогда не пробовал. Лёжа на спине в лесу, он уже знал, что сейчас умрет. Но через пять минут с ним все было в порядке.

«Хм, а что, если я просто герой какого-то нелепого фильма, и мне суждено выжить, потому что иначе фильм был бы неинтересным?», подумал Билл, «похоже, да. Ну, ладно…»

2 глава

Биллу было уже плевать, что скажет отец. Дорога была мучительно долгой, лишённой всякой жизни. Очередной раз проходя через поляну, Билл увидел странное чёрное пятно. Нет, не может быть!

На поляне с огромным порезом вдоль шеи лежал отец Билла. В левой руке лежал кровавый нож. Зачем? «Это тоже осознанный поступок?», думал Билл, «это все невероятно странно. Какой вообще в этом смысл?»

– Ужас, Билл, что с ним случилось? – спросила обеспокоенно Нэнси Линтон, которая никогда эмоциональностью не отличалась, как заметил Билл.

– Катарсис, нирвана, может. Но все было сделано осознанно. – Билл пытался соответствовать их поведению.

– Он был хорошим человеком, многому нас научил. – она смотрела на Билла. Девушка лет 30 выглядела ужасно болезненно, хоть и никогда не отличалась здоровьем.

Сидя на коленях перед Биллом, он мог видеть, как цветы врастают в ноги Нэнси. Было жутко. Она легла на труп. Цветы начали ещё сильнее расти уже из ее спины. Она уже не двигалась.

Взяв крышку от кастрюли и шумовку, Билл начал созывать всех. После услышанной новости про отца и Нэнси, никто не кричал, переговаривался или проявлял эмоции. Сначала встал самый старший, Фил, и объявил, что уходит. Все его поддержали.

– Отправляемся на рассвете, а пока спокойного всем сна.

«И как он узнает дорогу?», думал Билл, «наверное, только он и знает.»

Дома было пусто и тихо, как обычно. Он даже не оставил предсмертной записки. Да и ему вряд ли есть, что сказать нового.

Во сне Биллу приснился отец. Он открыл глаза, весь в крови сказал: «не сопротивляйся настоящему. Прими всё, что произошло.» Билл открыл глаза. Было утро. Взяв воду, он пошел ждать остальных. Никому не было дела до того, что Билл – 14-летняя сирота.

Когда все были в сборе, Фил попросил всех крепко держаться и действительно желать уйти отсюда. Билл держался прямо за Фила рядом с остальными. В итоге все пошли.

По началу всё в порядке. Далее происходят какие-то странности. Почему-то многие просто останавливаются, уходят в другом направлении, ложатся на землю.

– Зачем они это делают? – не выдержал Билл.

– Главное ты так не делай, – спокойно ответил ему Фил.

Потом он вообще остановился и пошел в противоположную сторону. Делать было немного чего. Билл далее пошел в первоначальном направлении. На удивление, было довольно легко. Как будто что-то вело его вперёд, через всякие мысли, ровно и четко вело.

Тем временем виднелось какое-то строение. Вроде как, это был дом. Маленький дом. Дом был довольно современный, даже не и дерева. Со стороны был довольно белым. Кругом не было ничего. Билл выкинул цветы и пошел к двери ему было очень страшно. После пяти минут размышлений, он постучал в дверь, которая, как и весь дом, выглядела не очень чистой.

3 глава

Никто не вышел, было тихо. Вероятно, дома никого. Билл позаглядывал в окна. Кухня была довольно чистой. Даже чайника на столе не было. Наверное, за ним и пошла, подумал Билл. Окно в другой комнате было завешано плотной тканью. Ладно, все равно никого нет.

Недалеко от дома было небольшое озеро. Живописное место и даже нет машины, хотя небольшие следы от шин есть. Вероятно, в город они выведут. Было тихо и спокойно. 10 минут спустя Билл вышел на дорогу.

По обеим сторонам виднелись повороты в разные стороны. Следы шин вели направо, но почему-то Билл подумал, что город в левой стороне.

Давно Билл не ощущал такого всепоглощающего чувства единения со всем. Погода казалась такой прекрасной. Был ли смысл вообще дальше бороться все равно ни к чему это не приведет, может, только хуже станет. Но пасть в землю Билл всегда сможет, можно и узнать, что будет дальше.

Вдалеке виднелись нескончаемые леса и длинная дорога, долго ведущая вперёд. Вероятно, города там нет. Билл направился в другую сторону.

Издали виднелся какой-то человек. Неизвестно, что он тут делает. Билл относился к нему точно также, как при последнем походе к отцу.

Вблизи было видно, что это девушка, очень худая и жилистая, каждая мышца, казалось, видна. Ее умиротворяющая походка плохо сочеталась с ее довольно аскетичным видом. Она была одета в обычные шорты короче колена, футболка, просто черная футболка. Волосы были собраны в не очень ровный пучок. Ее небрежность ее не волновала.

– Привет! – дружелюбно крикнула она, улыбнулась и подняв левую руку над головой, хотя были они довольно близко, и понятно, к кому она обращается.

– Привет. – от неожиданности произнес Билл.

– Ты куда идёшь?

– В город. – первое, что пришло ему в голову.

– Ты откуда вообще? Давай я тебя провожу.

– Ну, давай.

Со стороны довольно робкий человек, явно не от мира сего, но на деле хороший, простодушный, открытый.

Шли они молча минут пять, все-таки в правую сторону. Биллу не было смысла переживать и боятся.

– Как я заметил, ты довольно необычный человек. – после долгой дороги и голода, было сложно сказать что-либо подходящее.

– Ну, можно и так сказать. Ты тоже какой-то необычный, неизвестно откуда взялся, неизвестно зачем…

– Я тебе все расскажу, только для начала скажи, кто ты.

– Я Лили. Лили Коллинз. Я художник довольно известный. Слышал? Ну, я довольно новая и картины обычно продаю влиятельным богатым людям, я в этих кругах довольно ценная. Обычно на всеобщее обозрение редко попадает. Но они такие скучные! Постоянно какие то встречи, бизнес конференции. Их цель – управлять слабыми, как я поняла. Ну, делают они это довольно хорошо. Дак вот, я тут обычно картины рисую, нравится мне здесь, хотя и уезжаю иногда в другие места. Живу, радуюсь жизни. Ну, вроде всё.

– Это интересно. Я Билл. В общем, у меня случилась одна… неприятная ситуация. – она бы все равно ему не поверила. – и так получилось, что теперь я здесь остался один.

– интересно, интересно.

За деревьями уже виделся маленький город. Через время они были в нем. Это был обычный город в лесу. Всё было спокойно, редко попадались дома выше двух этажей.

– Иди купи что-нибудь, я сейчас за кофе сбегаю, ты будешь? Ладно, я если что выпью.

Лили быстро убежала, Билл ничего и сказать не успел. Долго ходя по магазину, Билл решил взять овсяную кашу, орехи и воду. Лили вскоре уже прибежала.

– Ваше кофе, сэр, – сказала она улыбаясь. – Оу, я думала, одна тут зожник в городе. – Лили взяла пакет и спокойно прошла вдоль кассира. Он на нее даже не посмотрел. – Я здесь своя, мне так можно.

Выйдя на улицу, Билл сделал глоток того кофе. По всем венам потекла жизнь, челюсть онемела на мгновение, невероятно приятный вкус ощущался во рту.

– Вкусно? – спросила Лили с явной беззавистной завистью. Очевидно, что Лили знала ответ. – Потом, когда будешь его снова пить, знай, что он такой же прекрасный, как и в первый раз. Это для твоего мозга он уже не такой. Так со всем в мире. Веселье полное, что сказать.

– Хм, – Билл аж задумался, – тут ты, скорее всего, права. Я об этом где-то в книге читал. Там что-то про настоящее. Тоже похожие мысли там были. Ты действительно далеко ушла от обычных людей.

– Как бы далеко я не ушла, вернусь всё туда же, в земельку родную. – с улыбкой сказала Лили.

– Ну, тут тоже верно.

Далее к дому Лили они шли в полной тишине. Билл пытался понять, что дальше. Лили Коллинз, вероятно, не против, чтобы он у нее остался. Но если нет, то… неизвестно. Он что-нибудь придумает.

Лили открыла дверь в ее дом без ключа.

– Ты не боишься, что твои картины украдут? – спросил Билл с явным недоумением о мировоззрении Лили.

– Нет. Это не беда, я новые нарисовать могу. Они ещё ценнее от того, что в любой момент могут исчезнуть, а нарисованы они точно не из-за денег, а из-за любви к делу. – Лили задумалась. – Я имею ввиду, делать что-либо без страха очень ценно в обществе тех, кто часто боится. А те, кто не боится, тоже ценят, что ты не боишься. – после окончания раздумий, они зашли.

Это был обычный пустоватый дом. Несмотря на пустоватость, он все равно был небрежным. Небольшая входная, где весят только шляпа и кожанка. Лили сняла единственную пару кед. Белые, но все ужасно избеганные, потерявшие давно свою белизну. Далее справа находилась кухня. Слева была ванна. Далее была ещё какая-то дверь.

– Но не падай в это глубоко, – добавила она после недолгой паузы, увидев задумчивый вид. – это не такая важная информация. Потом можешь только больше запутаться.

После того, как они поели, Лили предложила ему надеть ее одежду, его одежда была очень грязной и потрёпанной. Шкаф с вещами находился на кухне, в самом углу стены, где находилась дверь. В нем находилось штук 10 одинаковых черных футболок, одинаковых белых шорт.

– Куда ты дальше? – спросила Лили

– Выбора немного. – грустно сказал он

– Можешь у меня остаться

– Ну, давай, мне все равно некуда. – оба понимали, что другого выбора нет.

4 глава

Билл прожил неделю у Лили. В той дальней комнате она рисовала свои шедевры. Выглядело это очень спокойно и осознанно. Жизнь с ней явно повлияла на Билла.

– Поедешь со мной в Нью Йорк? Я картины продам. – сказала Лили одним утром.

– Давай

– И кстати, что ты поешь?

– Я не пою

– Я заметила, ты что-то пел, когда мы с тобой только познакомились. Ты готовил, меня не заметил, по тебе было видно, что у тебя в голове что-то играло.

– А, да. Знаешь Цоя? Это такой русский музыкант. Я, конечно, ничего не понимаю, но смотрел перевод, текста глубокие.

– Оу, это интересно…

Машина Лили стояла в городе. Это была обычная машина.

– Это?

Вдруг заиграла группа кино

– Да, – радостно сказал Билл улыбаясь.

Дорога была долгой, но прекрасной.

– Знаешь, в этом что-то есть. – сказала Лили изрядно послушав Цоя. – атмосфера, что ли. Как-то с душой все это. Как Фредди Меркьюри. Значит, в России есть свои таланты, и это отлично.

Через 8 часов изрядно подустав, хоть и делая остановки, они прибыли, куда надо. Дом Лили как обычно не отличался от множества своей дороговизной. Жили они где-то на краю города. Было 11 утра.

– Я уеду, вряд ли вернусь завтра, послезавтра скорее всего. Вот, держи тебе, – она дала Биллу пару сотен долларов, – погуляй, если что, звони, – улыбнувшись сказала она.

– Чтож, тогда до встречи. – с грустью произнёс Билл.

– До встречи, до встречи. – она как обычно улыбалась.

Вообще немного неразумно давать такие деньги и оставлять его одного, с целой квартирой. Но это Лили, ей нечего терять.

Лили развила интерес Билла к чтению. Также она занималась различными практиками, которые Билл потихоньку перенимал и обучался. Эта вся йога, бег, осознанные сны, выход из тела… так все это сложно, но и не менее интересно. Билл не смог полностью овладеть своим разумом за это время, даже осознанные сны давались тяжело, хотя Лили очень помогала, будя его среди ночи, говоря при засыпании «ты спишь» и всякое такое.

К счастью, эта квартира была не такой пустой. Обычная небольшая однушка, хотя вещей там было много, особенно книжек, которые были раскиданы по полу. В пыльном углу стояла гитара, явно давно не доставали, хотя и новая на вид.

Билл наступил на какую-то книгу. «Преступление и наказание», как выяснилось. Что-то из Русской классики. Начитавшись ее, он вышел погулять по городу, в котором никогда не был, о котором слышал в «Цветы для Элджернона», который все знают, но никто не был.

К счастью, жарко также, как у Раскольникова в Петербурге в той классике не было. Был июнь. Дул приятный ветерок. Добравшись до центра, он походил по всем этим знакомым улицам. Да… это прекрасное чувство. Даже смерть его не отнимет. Вероятно, это и чувствует Лили Коллинз каждый день.

Вечерело, город покрывался прекрасным цветом. В толпе Билл увидел лицо. Сердце на секунду замерло. Кто это? Он пытался разглядеть и вспомнить, кто это. Какая-то девушка… она явно смотрела на него. Она такая знакомая, как будто он раньше ее видел. Весь этот ее вид…

Девушка была близко. Она посмотрела по сторонам. Было многолюдно, но ее многие обходили. Билл все вспомнил, как та достала нож, окровавленный нож в левой руке. Она была слишком близко, шла стремительно, он не успеет убежать.

Она очень резко и неожиданно пырнула Билла в живот и также быстро ушла, скрылась в толпе.

Билл не понимал, что происходит, почему ему не больно и что это было за чувство в момент удара. Раны не было, но он мог чувствовать, как в том месте вновь все возобновляется. Через минуту все было хорошо. Билл вскоре поехал домой.

Это было очень странно. Нэнси Линтон умерла с отцом на той поляне. Что она здесь забыла, как нашла Билла? Вероятно, Биллу не дано это понять и узнать.

Нагревая руку на газовой плите, она обрастала дополнительным слоем, выглядевшим в виде цветов. Но вскоре клетки были не в состоянии регенерироваться, требовалось все больше сил, и вдруг ожог пронзил Билла.

На том месте кожа горела, но явно не так сильно. Билл не знал, говорить Лили об этом или нет. Она, вероятно, поймет.

Лили приехала днём, явно уставшая.

– Лили, ударь меня как можно сильнее.

– Тебе зачем? – она явно была озадачена.

– Я потом объясню

– Ммм, какой-то бойцовский клуб. Ну ладно.

Это был сильнейший удар в правое ребро. Но боли не последовало. Тело снова изменило свое строение на секунду, стало мягким, поглотило удар.

– Что? – недоумевая в сомнениях спросила Лили. – такое чувство, что по желе твердому била.

– Ко мне тут один человек в городе подходил и подобное сделал. Тут одна ситуация со мной произошла.

Билл все рассказал Лили.

– Ну, если это правда, то… ну, круто, наверное.

Лили явно выглядела очень уставшей, хотя такой образ жизни для нее норма. Конечно, если у нее спросить, она все равно скажет, что все замечательно.

– Знаешь, я слышала от людей о каких-то людях, все жёлтые, больные. Ещё подобные цветы видела, но не стала пробовать. Также люди какие-то ходили, говорят о каких-то полянах, племени тоже. Я и догадалась, что ты в этом тоже связан. Про Нэнси Линтон ничего не знаю, – она устало легла на кровать, – возможно… может, это какая-то аномалия.

– Что с тобой? – С надеждой спросил Билл.

– Теперь и ты узнай. У меня рак. Иначе я бы никогда не изменилась, не стала такой, какой стала. Я с ним уже год, мне недолго осталось.

Это было ожидаемо. Зная Лили, она бы не расстроилась. Сложно, но нужно просто принять ситуацию… Билл не знал, что говорить.

– Не расстраивайся, все хорошо. – она была очень худой, усталой. Вскоре она уснула.

На следующий день проснувшись, Лили ещё спала. Билл вышел на улицу. Было очень много взлетающих ракет. Вероятно, Марс все-таки уже обитаем, и самые богатые и влиятельные уже улетели туда.

Билл научился немного изменять строение своих пальцев на цветы. Было около шести утра. Никого не было. Билл огляделся и увидел женщину в окне на втором этаже. Она поняла, что ее увидели, резко спряталась и явно уже кому-то звонила. Вероятно, уже поступили слухи о заражённых. Телевизора у них все равно не было.

Билл осознал, что надо убегать. Билл прибежал домой, Лили уже проснулась и пела Битлз играя на гитаре.

– Знаешь Битлз? – спросила Лили не переставая играть «Let it be», медленно, спокойно.

– Конечно знаю. – эмоционально произнёс Билл, зная, как бессмыслен вопрос.

– Пошли погуляем – радостно сказала Лили. Хотя по ее виду, ничего в этом радостного нет.

– Меня видела одна женщина. Вероятно, слухи о цветах дошли до сюда. Меня будут искать и не точно, что без боя.

– А что, по тебе видно, что ты цветочный?

– Я делал вот так. – Билл показал Лили то, что делал на улице.

– Вау, это интересно. Ах да, точно… да может, ей просто показалось. Пошли, ничего страшного.

– Стой

Билл попытался вывести из себя пару цветов. Прорастающий на указательном пальце цветок был благополучно сорван.

– Пахнет хорошо. – Билл тоже мог чувствовать запах.

Он снова врос цветок в себя. Запах пропал.

На улицу приехали полицейские. Но к этому времени Лили с Биллом уже ехали в такси.

В центре они зашли в обычный ресторан фаст-фуда, что было очень необычно для Лили. Она явно не привыкла к этому запаху глутамата натрия.

– Да все равно, кажется, конец света скоро. – улыбка по-прежнему была на ее лице.

Даже стоя лицом к лицу смерти, она все равно была радостной, не изменила свою позицию и не поддалась страху. Казалось, она никогда не умрет, только умрет ее оболочка, а Лили Коллинз – никогда…

Она заказала обычную ванильную мороженку.

– Я раньше очень любила мороженое. Кто знает, может, из-за него я такой стала. – она спокойно ждала. – а ты не будешь что ли? А, ну, как хочешь. Я весь год на строгой диете, чтобы хуже не стало. Хотя, да, не сильно ее придерживаюсь. Я вообще где-то об этом читала, что голод тебе только помогает, а то мне все обратное говорили. Также сыроедение. Ну, сырая пища… Но я очень люблю кофе. В моей ситуации оно вряд ли лучше делает, но мне нечего терять, боль вообще не беспокоит. Жизнь стала просто какой-то игрой, где у тебя есть огроменные преимущества и в то же время очень мало самого ценного – времени… Ах, да…

Лили забрала заказ. Сразу же никуда не отходя, она слизала небольшую часть верхушки. Ее челюсть крепко сжалась, глаза откатились вверх, зажмурившись. По ней было видно, что она может упасть в любую секунду, но она крепко держалась.

Она широко открыла глаза осматриваясь. Вскоре на ее лице виднелась пустота.

– Мда, на это даже последние минуты жизни тратить не хочется. Лучше бы порисовала… Ладно, пошли. – радостно, как обычно сказала она. – Доешь? Окей. Хотите доесть? Мне не понравилось. – предложила она кассиру. Та была против. Лили подошла к человеку, сидевшему за столиком. Он был не против. И почему-то очень сильно напоминал Биллу отца, когда этот человек смотрел на него.

– Подожди… – тяжело сказала Лили, присев на лавочку. – слушай, я уже написала, что все имущество на тебя переписываю после моей смерти. Также ты очень хорошие связи получишь. В общем, прощай, я уже всё…

Так и закончилась гедонистично-прогматично циничная жизнь Лили Коллинз. Билл понимал, что ее нужно просто оставить. Она явно не хотела, чтобы он видел все ее страдания, явно не ожидала, что проведет свои последние дни с Биллом. Но несмотря на это, она все равно ему очень помогала.

Билл поехал домой. По приезду возле его дома стояла та самая женщина с полицейским. Биллу тоже было нечего терять.