- -
- 100%
- +
Глава 1
– О, это наш коммерческий директор, шикарный, правда? По нему вся женская половина офиса сохнет, какой мужик! Ммм. И знаешь, как его зовут у нас?
– Как? – интересуюсь я искренне у своей новой коллеги, которая вызвалась провести мне экскурсию по новому месту работы.
– Ромео! Говорят, он соблазнил десятки женщин, ни одну красотку мимо не пропустил! И перед ним устоять никто не может. Какой самец! – сыпятся из нее восхищения от вида директора.
Высокий, статный, дорогой костюм сидит как влитой, подчеркивая спортивную фигуру, модная стрижка и короткая ухоженная бородка, а взгляд темно-серых «стальных» глаз скользит по сотрудникам вокруг него, будто он их уже победил и съел. Хищник в естественной среде обитания. Среди своих жертв.
– Ух! Каждый раз от него в жар бросает, – обмахивается полненькая Татьяна папкой с документами, – я слышала, он женат, но скрывается просто виртуозно! У него ведь жена мегера, просто снежная королева, да и в постели бревно!
– Как интересно, – в груди холодеет, а я разглядываю своего мужа под новым, совершенно неожиданным углом.
Значит, он Ромео, а я снежная королева? Да еще и бревно?
– Еще как интересно! – воодушевлена Таня, – по расчету, наверное, женился. Или из жалости, она вроде страшная.
Страшная? Я кидаю мимолетный взгляд на отражение в стеклянной двери в конференц-зал. Рядом с коллегой стоит та самая «мегера», стройная шатенка в строгой юбке-карандаш и белой блузке. Ноги от ушей и глаза олененка Бэмби, как мне всегда говорил «Ромео», рассказывая, во что влюбился в моей внешности.
– Роман Алексеевич! – вдруг вскрикивает громко Татьяна, и я вздрагиваю, оборачиваюсь, чтобы увидеть, что муж несется мимо нас и едва скользит взглядом, будто совсем не знает и в целом не заинтересован узнавать. – Я вам отчеты принесла за месяц по маркетинговым расходам, возьмете?
Ее корпоративной культуре и субординации не учили? Хочется закатить глаза, но забываю сразу про это, потому что Роман тормозит на мгновение.
– Мы знакомы? – оглядывает меня, – Таня? – вопросительно смотрит на нее.
– Ой, простите, знакомьтесь, это наша новая сотрудница, менеджер в отделе PR и маркетинга, Юлия Воронцова, – представляет меня, а сама довольная и сияет, пожирая директора взглядом.
– Очень приятно, – кивает он сухо, – вот пусть Юлия занесет мне ваш отчет через полчаса, как раз закончит знакомиться с коллегами и офисом. А сейчас мне некогда.
И уносится дальше по коридору в сопровождении другого мужчины, тоже судя по виду из высшего руководства.
– Ну вот! Я говорила, ни одной не пропустит! – Таня заговорщически шепчет, – заметила, как он на тебя смотрел? Сразу три точки: глаза, грудь, ноги, пыщ, пыщ, пыщ! – комично изображает она, а я хмурюсь. Нет, я такого не заметила. Я видела совсем иное. – И в кабинет пригласил, – томно вздыхает, – Юлька, тебе повезло прямо на старте!
– Повезло не то слово, – я получаю от нее папку с документами и уже размышляю о том, что я скажу моему милому, когда окажусь у него в кабинете. – Как утопленнику, – добавляю тише.
– Чего говоришь? – переспрашивает Таня, – пойдем дальше, покажу тебе комнаты отдыха и эти… лаунж-зоны, там кофе можно попить или чай с печеньками. А еще у нас есть комната для йоги, корпоративный спортзал и терраса с… Юль? – щелкает пальцами перед моим лицом, – ты чего?
А я стою и смотрю в ту сторону, куда ушел мой муж. Все разговоры Тани теперь стали такими неважными, будто белый шум, да и на работе я не могу сконцентрироваться, хотя еще во столько всего надо вникнуть на новом месте.
– А кто это был с вашим… Ромео? – уточняю про второго мужчину.
– Это Дмитрий Иванович Титов, наш руководитель отдела продаж, мы до них еще дойдем, они на шестом этаже располагаются. Тоже интересный мужчина, к тому же совершенно холостой. И симпатичный, – кокетливо хлопает глазками, и я понимаю, что Татьяна явно в активном поиске, иначе ее бы не занимали разговоры о мужчинах больше, чем рассказы об офисе и компании. – Но, если бы я выбирала, то… – прикусывает губу и приближается, чтобы прошептать, – все равно взяла бы Ромео.
Взяла… кто бы тебе дал? Ромео женат! На мне!
Но вслух говорю иное:
– Могу себе представить.
– Ой, сейчас ты к нему в кабинет сходишь, у тебя фантазий на год вперед на одинокие вечера хватит! А если пиджачок снимет, то там такие мышцы под рубашкой, – продолжает она словесно и мысленно облизывать моего мужа, и это начинает меня раздражать. Но я тут новенькая и пока не хочу конфликтов.
– Я замужем, мне его мышцы совсем неинтересны, – пытаюсь закончить это обсуждение.
– Ой, кому это мешало? – хихикает она, – ты думаешь, у нас тут только незамужние по офису бегают? Все поголовно на него слюни пускают, а в дни больших совещаний, знаешь, как наряжаются, чтобы он взглядом в их декольте нырял?
– Тань! – не выдерживаю я, – а про работу компании, ты мне что-нибудь расскажешь? А то я боюсь, не успею со всеми делами сегодня справиться, пока мы обсуждаем вашего Ромео.
– Ну ладно тебе, не злись, – она ведет меня дальше по коридору, и я слышу сильный запах кофе, где-то рядом та самая лаунж-зона, по-видимому, – я же видела, как у тебя глазки блеснули при виде него. Ты не стесняйся, мы все через это прошли. Через пару недель ты тоже от фазы отрицания того, что он тебе нравится, дойдешь до принятия своей к нему любви. Пусть и безответной.
Господи, за что мне все это? И ведь она работает со мной в отделе, и я сижу буквально за соседним столом. Надеюсь, не придется слушать о том, как хорош мой муж целый рабочий день.
– Ну вот тут у нас можно попить кофе… – продолжает она, а потом и дальше ведет экскурсию по кабинетам, опенспейс зонам и этажам.
А я больше ни о чем другом и думать не могу. Кроме как о том, что из себя представляет мой муж на работе. У меня к нему появляется очень много вопросов, задать которые я должна прямо сейчас!
– Слушай, а покажи мне кабинет коммерческого, я отнесу ему наконец папку, – перебиваю ее на комнате для йоги.
В глаза Тани триумф, она думает, что я дозрела поглядеть на Воронцова вблизи. Дозрела. Но не так, как она думает.
– Пойдем, еще рано, конечно, он просил через полчаса, а его лучше слушаться…
– Я правлюсь, он всего лишь начальник! – обрываю я, и мы идем в дальний конец коридора, где расположены большие кабинеты руководства.
Кабинет мужа совсем близко с хоромами генерального директора, и я точно знаю, что он мечтает их занять. Амбициозный и целеустремленный, что меня это иногда пугает. Видимо, не зря.
– Вот, подожди в приемной у секретаря, она тебя пустит, когда можно будет, – провожает меня Таня и дает напутствия, – ты только с ним не спорь, а то первый день только работаешь.
Нет, мне очень сильно хочется закатить глаза. Это мой муж! Хочу и спорю, когда мне нужно!
– Спасибо! Не переживай, он меня не уволит.
– Да как бы не трахнул, – тихонько говорит она со смехом. Или мне показалось?
Я ему трахну. Я ему сейчас как сама трахну вот этой папкой по голове!
Не прощаюсь, нам еще работать целый день, и иду в приемную «директора», прохожу сразу прямиком к двустворчатой двери с табличкой, на которой написано его имя.
– Стойте, вы куда? Вам назначено? – секретарша подскакивает из-за своего стола, – туда нельзя!
Плевать!
Распахиваю дверь и застываю от открывшейся мне картины…
Глава 2
– Кто вам позволял? Выйдите! – секретарша возмущается за моей спиной, а я смотрю на Ромео в «действии».
Мой муж сидит за директорским столом в кресле и что-то разглядывает на широкоформатном мониторе, а показывает на это ему пальчиком совершенно неприличная красотка с декольте чуть мельче Марианской впадины.
Да я почти вижу ее пупок в этом декольте! И муж мой тоже определенно видит много чего, судя по довольному выражению лица.
Но сейчас он поднимает на меня взгляд, и улыбка медленно тает.
– Ира, я же просил никого не пускать! – сначала строит секретаршу, потом меня, – а вас просил зайти через полчаса!
Испепеляет взглядом сурового начальника, и я прикусываю язык, помня нашу договоренность. Но она вот-вот пойдет в ту самую Марианскую впадину!
– Она сама ворвалась, простите, Роман Алексеевич! – секретарь волнуется.
– Я зайду попозже, – блондинка встает со стола и обходит его, сверкая длинными, стройными ногами под юбкой выше колена. – Проект отдам в работу с вашими правками, – кидает, даже не оборачиваясь, и обходит меня.
Я стою и жду.
Муж смотрит на меня многозначительно, складывает руки в замок на темной дубовой столешнице.
– Ира, закрой дверь, Юлия принесла мне отчет, который я просил.
– Юлия? А вы ее знаете? – уточняет секретарша. Меня почти никто еще не знает, но не собственный же муж.
– Ира! – муж так сверкает взглядом в ее сторону, что я слышу, как за моей спиной захлопывается дверь.
Стою и пытаюсь взять себя в руки, план с тем чтобы вручить ему отчет с большого разбега и размаха нравится мне все больше.
Роман встает из-за стола и медленно и расслабленно обходит его, движется ко мне, как лев к своей добыче и обманчиво снисходительно улыбается. Пытается взять меня за плечи.
– Вот твой отчет, Ромео! – хлопаю его папкой по груди.
– Ах, вот оно в чем дело, – улыбается еще шире, будто я маленький ребенок и все совершенно не так поняла.
Надо было папкой по лицу.
– Тебе провели слишком подробную экскурсию? Рассказали эти байки про то, как я переспал со всем офисом невзирая на лица?
– Байки? – я смотрю на него снизу вверх, потому что он подошел слишком близко. Между нами только злополучная папка и магнитное поле, которое вот-вот разродится разрядом молнии. – Я только что увидела подтверждение этим байкам, сидящее у тебя на столе и твою довольную физиономию в процессе «работы».
– И что же ты увидела, любовь моя? – он раздражающе нежен, пытается заправить мой выбившийся тонкий локон за ухо.
Я вспоминаю все и разом.
– Почему ты мне ничего не говорил? Почему я узнаю о том, что твоя компания поглощает ту, где я работаю только в последний момент, когда уже грузят компьютеры, чтобы перевести в другой офис?
– Этот вопрос задай своему прошлому руководству, я не могу отвечать за них, – делается серьезным, игривый тон исчезает из голоса, – что за претензии ко мне?
– Ты мой муж! Ты что не мог мне все это дома рассказать?
– Я рассказывал! Только ты кроме своего проекта даже дома ничего и не видела, зарылась в свою работу, а теперь жалуешься на сюрпризы. Не жалуйся, у тебя хорошая должность и даже зарплата выше.
– Но ведь мы договаривались, что никогда не будем работать вместе? Что не смешаем личную жизнь и карьеру?
– Времена поменялись! Наша компания растет и поглощает более мелких игроков, это нормальный процесс на рынке, – все же берет меня за плечи, – но разве это тебя волнует на самом деле?
Я сжимаю губы, и в моем мозгу проносятся волнами все наши разговоры и договоренности о семейной жизни и том, как мы строим свои карьеры отдельно друг от друга, не мешая и не влияя на них, чтобы не создавать ненужные препятствия.
Мой муж добился в своей карьере головокружительных успехов, за несколько лет поднявшись с должности менеджера до коммерческого директора. Я думала, что дело все в том, что он целеустремлённый и талантливый, прирожденный руководитель.
А он… Ромео?
– Почему никто не должен знать, что я твоя жена?
– Потому что мы разделили личное и работу, забыла?
– Но именно сегодня утром, ты мне об этом напомнил перед тем, как мы вместе приехали в этот офис, – я складываю руки на груди, потому что хочу чувствовать себя защищенной под его взглядом. – Ты не хочешь, чтобы я как жена ломала твой статус альфа-самца осеменителя? Не хочешь, чтобы эти вечно текущие и облизывающиеся голодные женщины перестали тебя боготворить? Заглядывать тебе в рот?
– Юля, о чем ты вообще говоришь?
– А может быть, ты не хочешь, чтобы твои многочисленные любовницы, бывшие и настоящие, видели во мне соперницу? Или еще хуже бросили тебя, потому что ты обманщик? Наплел им сказочку о том, что я страшная фригидная мегера?
– О господи, чего тебе еще эта Ульянова наплела? Что за бред?
– Пока я вижу сплошные подтверждения ее слов, – делаю шаг назад, столкнув его руки, – я требую объяснений! Требую, чтобы ты всем сообщил, что я твоя жена и все эти… – не могу найти слов, чтобы описать девиц, подобных той, что сидела на его столе, – отстали от тебя!
– Требуешь? – его взгляд темнеет, и он наступает на меня как большая грозная гора. Заставляет пятиться, пока я не упираюсь в стену спиной. – А ты еще не читала правила корпоративной этики? Нет? Что у нас в компании запрещены служебные романы? А так же кумовство и прием на работу родственников любых сотрудников. Любых, я повторяю!
– Я… – теряюсь полностью от его слов, – но ты же сам проводил слияние наших компаний, ты знал, что я тогда буду работать у вас!
– А мне надо было тебя уволить? Ты так предпочла бы? Я, вообще-то, мыслил более серьезными категориями, это был многолетний план по расширению бизнеса, а не моя личная прихоть! Я бы на твоем месте был бы благодарен, что ты не оказалась на улице!
– То есть у тебя был выбор между мной и компанией, и ты сделал его в пользу расширения бизнеса?
– Не переворачивай все с ног на голову! – сердится он, – я именно, что выбрал тебя. Я скрыл ото всех тот факт, что ты моя жена. Чтобы никто не уличил нас в нарушении правил, никто не пытался манипулировать нами или видеть в этом какие-то нечестные преференции? Ты что предпочитаешь? Быть уважаемым за свои профессиональные качества сотрудником или «женой босса» перед которой надо стелиться, чтобы заслужить мою благосклонность?
– Я об этом так не думала, – мне обидно это слышать, но в чем-то он прав.
– Конечно, ты ни о чем таком не думала, предоставь думать другим, – вжимает меня сильней, и взгляд снова смягчается, – ты ведь просто ревнуешь, детка. Тебе не понравилась моя репутация.
– Я не ревную!
– Конечно, и именно поэтому ты прилетела в мой кабинет как разъяренная валькирия, – он поднимает мой подбородок пальцами и смотрит прямо в глаза, – хотя мы заранее договорились, что все личные вопросы будем решать исключительно дома.
– Ты тешишь свое самолюбие, думая, что я точно так же, как все твои поклонницы, буду бегать за тобой и плавиться от одного твоего взгляда. Но я не они, я твоя жена! Я имею право…
– На что? – прерывает меня он, приближаясь к моему лицу, я чувствую все те мускулы, на которые Таня пускает слюни, прижатые к моему телу. Ведь Рома без пиджака и вжал меня в стену всем корпусом.
Похотливый, самовлюбленный… его что, заводит моя ревность? Почему дома он не такой, когда мы наедине?
– На честность и… верность! – говорю ему уже почти в губы с вызовом.
Отстраняется немного.
– А по какой причине ты ставишь под сомнение мою верность?
– Ты издеваешься? – делаю паузу и добавляю с ударением, – Ромео!
– И? Что это доказывает? Это игры, это имидж, это просто слухи! Уж тебе ли не знать, мой маленький PR менеджер, как это работает.
– Вот именно, что я знаю, как это работает, потому и не верю ни единому твоему слову! Имидж нельзя создать на полной противоположности!
– Верь, любимая, фактам, а не россказням недотраханных толстух! И впредь, сохраняй субординацию в присутствии своего руководителя, – намекает на себя, а сам вновь нависает с темным взглядом, – в следующий раз я не спущу тебе этого с рук. Никто в этой компании не должен знать, что ты моя жена, или думать, что ты моя любовница. Все, что нас связывает, это одинаковая фамилия! Что бывает довольно часто в крупных структурах, как наша.
– Это ультиматум?
– Это напоминание о том, как сильно мы оба дорожим своими достижениями в карьере и рабочим местом, чтобы так легкомысленно позволять их уничтожить из-за домыслов и банальной ревности! Я уверен, что ни ты, ни я не хотим этого! – он меня буквально отчитывает, как начальник, а не как муж. – А все личные вопросы мы можем решить дома, поэтому сдерживай себя, даже если тебе очень… – голос становится низким, губы приближаются к моим и все тело снова вжимается так плотно, что я чувствую весь его рельеф слишком хорошо, – очень хочется чего-то большего.
Большего? Это он сейчас на свои желания намекает? Или… я с трудом подавляю судорожный вдох. Мое тело реагирует само. Без моего на то разрешения. Автоматически завожусь и я, когда он такой напористый и суровый… Жаркий…
Чувствую в этом его давлении всем телом, как что-то упирается в меня… лежащее в кармане его брюк. Какой-то комок.
Неосознанно скольжу туда рукой и цепляю пальцами… ткань? Щупаю долю секунды, узнавая фактуру.
Мои глаза расширяются в понимании, и я отталкиваю от себя Рому. Он неожиданности и сосредоточения на другом, он даже не сразу понимает, что произошло.
И что за вещь ярко-красного цвета я держу в руке, вынув это из его кармана.
– А это ты как объяснишь?
Глава 3
– Это трусы, – говорит спокойно муж и именно это спокойствие окончательно выбивает меня из колеи.
– Трусы, женские, кружевные стринги, – уточняю, на случай, если он не видит или не понимает, что это такое.
– Да, я вижу, – подтверждает он, глядя на них совершенно невозмутимо. – Я в курсе, как выглядят женские кружевные стринги.
Я даже теряюсь от такого ответа.
– Что они делают в твоём кармане? – уточняю для тех, кто в танке.
– Лежат, Юля. Ты какого ответа от меня ждёшь? – он окончательно от меня отодвигается и хотя бы дает возможность дышать без своего давления. – Если ты наслушалась баек Ульяновой, то смею предположить, что думаешь эти трусы я снял с той блондинки, что ты застала у меня в кабинете. Но нет, ее трусы на месте, не веришь, пойди убедись, задери ее юбку.
– Ты издеваешься? – я просто в шоке и теряю дар речи.
– А что такого? – разводит Рома руками, – ты врываешься в кабинет без спросу, устраиваешь истерики, вынуждаешь прервать рабочее обсуждение стратегии коммерческого продвижения основной продукции. Это между прочим была руководительница дизайнерского отдела! Утверждала последние правки в серьезном проекте!
– Сиськами тыча в твое лицо?
– Юля, – Рома встает передо мной, берет мое лицо в ладони, – мне очень приятна твоя ревность, это чертовски заводит, но… это совершенно не профессионально. Ты надумала себе то, чего не было. И эти трусы, – выхватывает белье из моих рук, – не говорят ни о чем из того, что ты навоображала.
– Ты серьезно? Ты вообще себя слышишь? – у тебя женские трусы в кармане!
– Да! Женские трусы! Потому что я их туда положил! Но я не снимал их при этом с какой-то женщины! Я их взял со стола!
– Со стола?
– Да! Мне периодически оставляют вот такие сюрпризы на рабочем столе к моменту моего прихода в офис. И ты думаешь, меня это радует? Ничуть не радует, потому, что попахивает это чем-то нездоровым типа харрасмента и преследования.
– Боже, я не могу поверить, что слушаю этот бред! Если ты трахаешь других женщин, а потом прячешь их трусы по карманам, имей хотя бы смелость признаться в этом! Когда тебя поймали с поличным!
– Юля, с каким поличным? Ты меня что, застала за сексом? Я пялил Трутневу на столе кверху жопой или что? – Рома заводится не на шутку и я давно его таким не видела. – Не пялил! А ты меня уже обвиняешь в массовых изменах! А трусы? Я нашёл их у себя на столе! Утром, когда вошёл в кабинет! Но со мной был Титов, руководитель отдела продаж! Мне нужно было их показать? Похвастаться, что какие-то маньячки их постоянно оставляют? Я просто убрал их машинально в карман! Чтобы не позориться! Не портить свою репутацию!
– Репутацию? Да ты ее уже и так испортил, хуже некуда! Как вообще до такого дошёл? Ты… ты просто купаешься во внимании женщин! Повышаешь свою самооценку! – во мне просто все кипит, я не могу поверить, что наш разговор переходит вот в это русло.
Будто это я сошла с ума, а не он Ромео, который охмуряет женщин в компании пачками.
– Зачем мне повышать свою самооценку вот таким образом? Для чего? Я уже коммерческий директор! Выше меня только генеральный! Что я по твоему получу таким способом?
– Удовлетворение твоего больного эго! – прикрикиваю на него, даже не задумываясь, что это может быть слышно за дверью. – Подтверждения своей мужской силы и неотразимости!
– Да? И для чего мне это могло бы понадобиться? Что мне нужно удовлетворять, если я счастливо женат, занимаюсь регулярным сексом, полностью доволен личной жизнью?
Задает он мне вопрос, от которого кровь отливает от моего лица. А потом тут же внезапно бросает в жар.
Я… последний раз занималась с ним сексом полторы недели назад. Мне было вообще не до того! Я работала днем и ночью! Я заканчивала свой последний проект до того, как сольются наши компании, просто из последних сил и больше ни о чем не могла думать!
– То есть… это у тебя месть такая? За то, что секса не было?
– Детка, какая месть, о чем ты вообще говоришь? – и снова его большие горячие руки на моих плечах. – Ты заставляешь меня беспокоиться о тебе, – качает головой, – и трусы эти полнейшая ерунда. Не придумывай себе то, чего не было. Смотри, они даже не ношенные! – берет трусы вместе с моей рукой и показывает поближе. Я отталкиваю его руку и белье выпадает на пол.
Рома качает головой на мой, чего уж скрывать, истеричный жест и поднимает кусок красных кружев с пола, несет в фигурную металлическую урну в углу и бросает в них.
– Вот, нет больше трусов, – говорит успокаивающей интонацией, а я уже не знаю, его ли я убить хочу или просто сгораю на месте, где стою.
– Я тебе не верю, – шепчу в смятении. – Ты просто выкручиваешься, как уж на сковородке.
– Любимая, я за годы нашего брака хоть раз заставил тебя сомневаться в своей верности?
Задает вопрос, к ответу на который я прямо сейчас не готова. Я теперь сомневаюсь во всем.
– Ответь, я был тебе не верен?
– Нет, – честно отвечаю я, но точно знаю, что ответ этот означает “просто ты ни разу не попался”.
– Нет. Тогда почему ты веришь слухам, которые рассказывает совершенно озабоченная, обиженная вниманием мужчин сотрудница, которую ты видишь в первый раз в жизни? Ты уверена, что именно ей надо верить, а не своему мужу?
Я стою и меня от этой логики уже начинает трясти, но ведь и не согласиться невозможно. Таню Ульянову я не знаю, а муж мой любимый и родной, изученный вдоль и поперёк за несколько лет брака.
Рома будто читает ответ на моем лице, хоть я не произношу ни слова.
– Иди, детка, на рабочее место и попытайся заняться своими прямыми обязанностями. – Муж чуть приобнимает меня за плечи и ведет в сторону двери, – если ты захочешь, то обсудим это вечером дома, а не в офисе, как и договаривались. Хорошо?
– Ты ведь меня обманываешь, – поднимаю на него глаза, но он выглядит таким спокойным и уверенным в себе, что это вновь подламывает меня и мое мнение.
– У меня сегодня очень много дел, – добавляет он и разворачивает меня к себе, – но мне очень приятно, что ты, наконец, вспомнила, что у тебя есть муж, пусть это и было вспышкой неуместной ревности. Это значит, что я тебе еще не безразличен, – и с этими словами он притягивает меня к себе и жарко целует в губы.
Жарко и страстно, как мы целовались раньше…
Потом сам же разрывает поцелуй, смотрит на меня чуть пьяным, темным взглядом.
– Я тебя все равно люблю. Увидимся вечером.
И выставляет меня за дверь. Тут же закрывает ее за моей спиной, а я стою и смотрю на секретаршу. А она на меня.
– Вы закончили? – спрашивает она раздраженно, – у Романа Алексеевича, вообще-то, плотный график!
– Да ну вас! – кидаю в сердцах и иду прямиком на свое рабочее место.
Не обращаю внимания ни на кого, пока не добираюсь до просторного кабинета отдела маркетинга и PR, куда меня определили. Сажусь за свое новое рабочее место и начинаю медленно плавиться от гнева.
Не могу только определиться, на себя или мужа.
– Я так и знала, – раздаётся сбоку и я поворачиваюсь к Татьяне за соседним столом. – Он тебя на стол нагнул или 9 у стенки? – шепотом спрашивает она.
– Чего? – переспрашиваю, честно не врубаясь, о чем она.
– Ты не стесняйся, не первая такая тут. Он тебя трахнул или пока только поцеловал? – а на то, как я шокировано моргаю от ее вопроса, добавляет, – у тебя вид помятый, раскрасневшийся и помада вся размазана. Шикарно он целуется, правда? Твоя жизнь больше не будет прежней…
Глава 4
Я отстраняюсь от монитора и тру уставшие глаза, понимаю, что в большом кабинете довольно шумно, и только тогда обращаю внимание на окружающих людей. Коллеги собираются домой, разговаривают между собой, смеются, обсуждают какие-то личные дела.