- -
- 100%
- +
– То, которое прошло с моего отъезда от Лешки и до… – я посмотрела на электронные наручные часы, – действительно только пять утра. До сего момента.
– Что значит отъезда? Так ты все-таки приезжала? Где же ты тогда была? Почему не разбудила меня? – полился поток вопросов, что плавно начал ставить меня в тупик. Он серьезно вот так пытается выкрутиться?
– Я приехала пораньше, чем обещала, хотела сделать тебе сюрприз. Только вот ты не спал, – я облокотилась бедром на кухонный стол. У меня от этого разговора почему-то дрожат колени. – Точней ты спал, только совсем не так, как я ожидала.
– Что это значит? Ты перестанешь говорить этими ребусами? Не так это как?
– Это… с кем, – завершила я, ожидая от него предсказуемой реакции.
Но Максим замер, глядя на меня очень непонятным мне взглядом, за столько лет совместной жизни мне еще такой не встречался. Он, то ли посчитал меня сумасшедшей, то ли очень сильно удивился тому, что я все знаю.
Как только он нахмурился и не ответил сразу, а его взгляд скользнул в сторону, я поняла, что он врет.
– С кем? – тупо переспросил он спустя мгновение, – я проснулся чуть меньше часа назад, думал, ты будешь рядом, а в комнате никого. В доме полный бедлам и народ спит на всех горизонтальных плоскостях. Твой брат, между прочим, один из них и я не смог его добудиться! Я все обыскал, не понимая, где моя жена! – он начинал серьезно злиться и уже мне предъявлять претензии, – поехал домой, тебя там тоже нет, а ты здесь и не пускаешь меня! Ты не хочешь объясниться, Ева, какого черта ты вытворяешь?
– Так почему ты не позвонил? – стояла я на своем, поотму что его длинный ответ так и не прояснил этот вопрос.
– Господи, снова-здорово, – он начал раздраженно ерошить свои густые каштановые волосы, – на часах пять утра! Я думал, ты спишь!
– Как все удобно складывается.
– Ну, приехал я, вместо того, чтобы позвонить и что? Что ты меня изводишь? И что значит, с кем? Это что за намеки такие, Ева?
Он что окончательно потерял совесть? Я часто задышала, понимая, что сам он ни за что не признается, как ни подводи и не пытайся его подловить.
– Максим, я знаю, что ты спишь с другой женщиной. Нет, даже не так, – я подняла взгляд к потолку, прося помощи свыше, – я видела, как ты это делаешь. Своими собственными глазами. Тебя и твою любовницу.
– Какую еще любовницу? – не удивленно, а скорей рассержено спросил он, будто я достаю его своими навязчивыми идеями.
– Злату.
– Злату? – переспросил он почему-то спокойней.
– Да, именно так ты ее назвал, когда держал за зад, а она на тебе скакала.
– Ева, ты о чем? Я не спал ни с какой Златой, – он аж глаза расширил, – я женатый человек. Нет у меня никакой любовницы!
– Раз нет, – я нервно прикусила губу, надо решиться, пусть будет больно, но быстро, – тогда дай мне свой телефон.
– Зачем? – спросил он, и я все поняла.
Одного только факта, что он спросил, а не сразу дал, хватает для того, чтобы выдать его с потрохами. Ему есть что скрывать. Давно есть… И это намного больше, чем один пьяный перепихон на вечеринке, как он мог бы попытаться отмазаться.
– Если тебе нечего от меня прятать, и у тебя нет никакой любовницы Златы, дай мне телефон, я сама посмотрю.
И я протянула к нему раскрытую ладонь.
Каждая секунда, которую он медлил, была красноречивей любых слов.
– Значит, я права?
Глава 5
– Буду считать это подтверждением твоей вины, – дрогнул мой голос, потому что телефон я так и не получила, только возмущенно-непонимающий взгляд.
– Ева, ты режешь меня без ножа, – сказал он спустя бесконечную минуту с необъяснимой мукой во взгляде и покачал головой. Все же вынул из кармана штанов свой телефон.
– Режу, значит? – я выхватила мобильный из его руки, – это ты мне говоришь? Я вчера получила твое сообщение, как ты меня любишь и ждешь, думала, соскучился в командировке, оттаял наконец-то! – перечисляла, а самой еще обидней становилось. – Примчалась на целый час раньше, чем обещала, а ты… – у меня дыхания не хватает все это произносить, потому что я переживаю заново каждый миг.
– Ева, я не понимаю… – Максим попытался взять меня за плечи.
– Я поднимаюсь в гостевую спальню, а там ты! Голый на кровати, а на тебе эта рыжая скачет! Стонет на весь дом, какой ты жеребец! – я почти сорвалась на крик, чувствуя, что по щекам вновь покатились слезы. Это как переживать флешбэки страшных событий, все эмоции вновь захлёстывают как в первый раз. – И ты ее по имени зовешь! Златой! И пыхтишь довольный! Это не я тебя режу! Это ты меня потрошишь наживую! Ты сволочь! – я ударила его по щеке ладонью и сама тут же отдернула руку, словно обжегшись.
Это ужасно, мы никогда не поднимали друга на друга руки. И я не могла предположить, что первой стану я. Испуганно глядела на него, боясь ответной реакции, но Максим лишь взялся за горящую щеку и смотрел на меня как на самого страшного предателя в его жизни.
Но если я и ударила его первой рукой, он сделал это изменой.
Немая сцена затянулась.
– Черт… – расфокусированный взгляд Макса вдруг скользнул куда-то, будто он что-то вспоминает. – Нет, – прошептал негромко и взялся за лицо уже двумя руками, потер его, будто хочет себя разбудить. Потом за голову, снова взъерошивая и без того растрепанные волосы.
– Уходи, – у меня охрип голос, слезы заполняли глаза и стекали вниз по щекам, как только их становилось слишком много.
– Черт! Нет! – он будто не слышал меня, начал ходить взад-вперед передо мной. – Ну, нет же! – крикнул он как будто самому себе. – Ева, детка, – вдруг вернулся ко мне и взял за плечи, глядя какими-то безумными глазами, – ты правда это видела?
– Ты шутишь, да? Это по-твоему смешно? – меня уже начинало потряхивать от этого представления, – я должна поверить в твои сказки? Ты еще скажи, что ничего не помнишь!
– Ева, но я не мог! И я… не знаю, как такое могло получиться, – он опять ходил по комнате уже злой, непонятно только на меня или себя. В его взгляде зарождалась какая-то необъяснимая безуминка.
– Зачем я тебя вообще слушаю? – задала я откровенно риторический вопрос, – ты с ней спал, и я это видела! Я застала вас на самом интересном месте! Это не галлюцинация была, мне не показалось! Это был ты! – Я начала выталкивать его в сторону двери, но он как скала твердый своим спортивным телом и это было, как потуга мышонка сдвинуть гору. – Уйди! Уйди отсюда, не могу больше тебя видеть!
– Послушай, я не стал бы с ней спать, – вместо того, чтобы выталкиваться, он вцепился в меня еще сильней. – Это невозможно!
– Но спал! – я оттолкнула его руки, – зачем ты выкручиваешься и придумываешь какое-то нелепое оправдание? Тебе самому не позорно эту чушь нести?
– Господи, как же тебе объяснить? – он сжимал кулаки, тер лицо, потому вновь смотрел на меня безумным взглядом. – Я бы никогда не стал бы тебя предавать! Послушай меня, это какая-то ерунда, я приехал вчера позже всех из-за задержавшегося рейса, мы договорились с тобой и я… хотел просто отдохнуть. У меня голова раскалывалась, поэтому я нашел у Лехи на кухне какие-то таблетки, запил их соком и просто пошел спать!
– Я тебе не верю! – это звучит так же нелепо, как и любое другое оправдание, потому что я видела все своими глазами, и спальней я не ошиблась, и ноги, руки, браслет, это точно был он. – Там был ты! Ты с другой женщиной!
– Я клянусь тебе, Ева, почему ты не хочешь меня слышать? Я лег спать! Я не был с ней! То есть…
– То есть… – кивнула я, с трудом находя в себе силы слушать его дальше, сейчас будет самая трогательная часть, – то есть ты не уверен? Так?
– Черт, черт! – Максим врезал кулаком по кухонной столешнице.
– Ну, говори уже, что ты стесняешься?
– Хватит надо мной издеваться! – сорвался он на крик, – я думал, это был сон! Это был просто чертов сон! Я не должен был спать с ней! Я вообще не собирался! Она просто… – он бессильно зарычал, разворачиваясь, как лев в тесной клетке.
А я не знала смеяться мне или плакать от того, что это по сути признание, но в такой нелепой попытке оправдаться, что у меня просто нет слов.
– Браво, – я медленно похлопала в ладоши, а с ресниц упала еще одна непрошеная слеза. Сердито вытерла ее с щеки, недостоин он моих слез. – Ты превзошел себя, это было очень… эмоционально!
– Тебе смешно?!
– Злата ведь существует на самом деле, она не плод твоего воспаленного от долгого воздержания воображения. И Лешка ее знает, хоть и пытался сделать вид, что нет. Только я своего брата знаю как облупленного и вижу, когда он врет.
– Ева, она никто! Она для меня ничего не значит!
– Разблокируй телефон, – я протянула его мобильный, который держала все это время в руках, – я не слепая, видела, что ты с кем-то постоянно переписываешься, разговариваешь, уходя в другую комнату. Что происходит, когда ты на работе мне вообще не хочется воображать. Если она никто и не значит ничего, а этот секс вот такой вот случайный, то покажи мне это. Разблокируй телефон.
– Ева… – он выглядел раздосадованным… нет, просто уничтоженным, потому что вся его ложь не ложилась так красиво, как он надеялся. Была отчетливо видна эта внутренняя борьба, что рвала его изнутри в две разные стороны. Сохранить меня или спрятать свою любовницу.
Он вновь посмотрел на телефон и все же взял его в руки, снял блокировку экрана и протянул мне. На экране рабочего стола у него стояла моя фотография, он сделал ее сам очень давно, когда мы только встречались, и сказал что хочет, чтобы самая прекрасная женщина всегда была с ним рядом.
Плохо ты старался, Максим. Или расхотел.
– Я хотел, чтобы ты узнала иначе, – с грустью сказал он, – я собирался сделать тебе на годовщину нашей свадьбы…
Его слова прервал громкий сигнал пришедшего сообщения, которое тут же всплыло в пуш-уведомлениях. Такой короткое, что его было видно сразу целиком.
Мы прочли его одновременно и подняли взгляд друг на друга в полнейшем шоке…
Глава 6
«Я потеряла сережку в кровати. Поищи».
У меня по телу прошла волна жара и даже не от текста, а от того, что это был чат в Телеграмме и абонента звали… Злата!
Стоило мне поднять глаза на Максима, как я увидела полнейший шок на его лице. Конечно, стоять тут врать мне, сочинять сказки про то, как он был не в себе и вообще во сне, когда совокуплялся с этой рыжей тварью. Рассказывать, что ни за что и никогда, а она вообще ничего не значит.
– Сережку? – уточнила я, – в кровати?
Он тяжело сглотнул и взялся за телефон, словно хотел вырвать его у меня из руки, но сам себя сдерживал, ведь тогда это будет полный провал.
– Ну она же… там была… получается, – попытался заткнуть логическую дыру.
Пиликнул еще один сигнал и высветилось второе сообщение от нее же.
«Найдешь, приноси на следующую встречу».
– Да твою же, – Максим накрыл лицо ладонью. – Это совсем не то, как это выглядит.
– А что? Дай я чат ваш посмотрю, – и с этими словами я нажала на сообщение, чтобы сразу перейти в чат. И не успел прогрузиться экран, как я увидела там знакомые названия и цифры.
– Нет, Ева! – он вырвал телефон у меня из руки, оставив меня стоять ошеломленной, отошел, сжимая аппарат в кулаки и стискивая зубы, – тебе нельзя смотреть. Это не так все должно было… да черт! Ева!
Он уже, кажется, зацикливался и терял самообладание, как, впрочем, и я. Потому что версия со сном, конечно, интересная. Но вот «отдашь при следующей встрече» еще интересней.
И сколько их было этих встреч? Это все-таки она.
– Что, есть что прятать? – бесцветно спросила я, уже зная ответ и получая опять этот взгляд с невыразимой мукой. – Это же был Лешкин адрес там, в чате? Ты сам ее пригласил на вечеринку?
– Я не приглашал!
– И не спал, я помню, – я посмотрела в потолок в поисках помощи свыше, – что у вас там? Флирт? Роман? Она слала тебе свои нюдсы, а ты ей свои? Вы встречались? – начала я, но потом посмотрела на него.
Максим убрал телефон в карман, больше не собираясь мне его показывать. Весь подобрался, будто на что-то решаясь.
– Хватит на меня нападать, – процедил сквозь зубы, начиная уже злиться, – я твой муж, и никогда не давал тебе даже повода для ревности! Никогда тебя не обманывал, а то, что произошло сегодня, я не могу тебе объяснить иначе, как чудовищное недоразумение! Злата не моя любовница и мы не встречаемся, но тебе придется мне поверить! Я прошу тебя, просто поверь! Я не могу тебе показать переписку, не проси, пожалуйста! – Максим тоже взывал к ангелам или демонам, кто там у него сидит сейчас на плече и подсказывает нести всю эту дичь, – я столько сил потратил за эти месяцы… – это вновь было похоже на мольбу с его стороны.
Он издевается?
Месяцев? Это длилось месяцы?
В моей голове пульсом стучали эти слова и я больше ничего не слышала. Сережка в постели, «верни при встрече», Лешкин адрес. Разве этого мне все еще мало? Не достаточно, чтобы понять, что он вырезал мое сердце тупым ножом, наткнул его на вилку и завтракает, даже не морщась?
Я как сомнамбула пошла к входной двери и открыла ее, встала рядом, глядя в пустоту и стараясь не слушать, что он там еще придумывает. Мне и так слишком больно, дальше болевой порог переводит мой организм в состояние шока.
– Убирайся, – тихо произнесла я, и Максим замолчал, – пошел вон!
– Ева, детка, – он весь будто сдулся теряя и рост, и всю свою солидность, обесцветился, – я не хотел. Я не понимаю, как такое могло случиться, – он подошел ко мне и к двери, – дай мне разобраться, не пори горячку, пожалуйста.
– Уйди, – я была непреклонна, – и не звони мне.
Меня начинало мелко трясти, я сейчас сдохну или начну биться в истерике. Сработало, кажется, второе, потому что я нашла в себе невероятные силы, чтобы вытолкнуть Максима за дверь и захлопнуть ее за его спиной.
Я заперла на все замки, которые были, и задвинула щеколду. И замки сегодня же сменю. Воспаленный мозг подкинул важную мысль. Я ведь не смогу без него… его помощи…
– Максим! – закричала я через дверь,
Каким-то шестым чувством я ощущала, что он все еще здесь, будто тепло от его спины, прижатой к двери, просачивалось сквозь слои металла и наполнителя. Поэтому я закончила то, что хотела ему сказать.
– Сегодня приедет курьер за моими вещами, сложи все в коробки.
– Ева, это слишком, – послышалось приглушенное и с невыразимой болью.
Я зажмурилась, роняя слезы, горячими дорожками текущие по щекам, губам, падающие на пол. Облизнула соленые губы.
Ненавижу тебя, Свободин.
Ты сломал абсолютно все.
– Все вещи! – крикнула я.
Ответом был глухой удар в дверь и мне было абсолютно все равно, вмазал ли он от злости кулаком или от горечи решил разбить голову.
Раньше надо было думать, когда заводил любовницу.
Я постояла еще немного, вслушиваясь в тишину, а потом отправилась быстрым шагом ванную и долго плескала себе в лицо холодной водой из-под крана, пока кожа не начала гореть. Потом посмотрела на себя в зеркало и едва не отшатнулась от увиденного. Такое жалкое зрелище, бледная моль с красными глазами.
Пошел ты, Свободин!
Я плеснула водой и в зеркало, и мое отражение вновь заплакало длинными каплями. В комнате надрывался телефон, но я еще долго стояла и смотрела на себя, прокручивая в голове весь этот невероятный торнадо из мыслей и чувств, что обрушился на меня и оставил в душе полнейшую разруху.
Потом все же вышла в комнату и подняла мобильный с кровати, это был брат. Еще один предатель. Не знаю, зачем, но я решила его послушать, просто приняла вызов и молча приложила к уху.
– Ева, ты не спишь? Хотя что я, логично что нет. Все еще дуешься или вы уже помирились? Как там Макс? – послышался его немного замученный голос, скорей всего его терзало страшнейшее похмелье.
– С чего ты взял, что он здесь?
– У меня локаторы на вас обоих в телефонах, забыла что ли? Я вижу, что вы в одном месте, – я перевела взгляд на входную дверь, неужели до сих пор стоит там?
– Чего тебе?
– Походу не помирились, ладно, учту. Я просто хотел спросить как он, не мог его добудиться вчера, странный он какой-то был. То ли переутомился, то ли напился.
– Утомился, – на автомате ответила я, – трахать любовницу.
Повисла неприятная пауза с той стороны. Да братец, я спалила все, и ты тоже попался, у тебя рыльце в пушку, как у сообщника.
– Какую любовницу?
– Рыжую, – зачем-то сказала я, – а вообще знаешь что, Леша? Катись-ка ты к черту вместе с Максом!
– Нет! Ева, все не так, как ты…
Я сбросила звонок. Спасибо, я уже поняла, все не так, как я думаю, а даже хуже.
Я села на кровать и уставилась в одну точку. Телефон ожил в моей руке, я закатила глаза, думая о том, что эти два мужика совсем не понимают прямых указаний, куда им идти, взявшись за руки!
Но на экран все же посмотрела. Это сообщение.
– Да блин, – сказала я, накрыв лицо ладонью.
«Буду завтра с набегом. Папа».
Глава 7
Мои нервные силы настолько истощились, что в какой-то момент я просто отключилась на диване в середине переписки со своими менеджерами, которые мне настрачивали утренние вопросы по предстоящей поставке новой партии.
Я так и выключилась с пальцем на экране, а когда очнулась, увидела, что в чате отправилось длинное бессмысленное сообщение, состоящее из сплошных случайных букв.
По моим ощущениям я моргнула, а по часам уже было около десяти утра.
Пришлось стереть сообщение и извиниться, позвонив в офис и раздав указания более надежным способом. Они сделали вид, что ничего особенного не произошло, и спасибо им за это.
Потом я вспомнила про папу и его сообщение, ответила и ему, что очень жду, и соскучилась. Вот прямо так, в единственном числе, хотя в другой ситуации я написала бы «мы», имея в виду себя, брата и… Максима.
Хотя с какой-то стороны, было хорошо, что папа едет, пусть он и заскочит скорей всего на один день как всегда в своих бесконечных разъездах, забывая, что по стране очень много часовых поясов, когда он звонит или пишет. Я не стала отвечать ему в пять утра, не хотела лишних вопросов. Но с другой…
Пока я для себя не решу, что же я дальше буду делать, я не хочу вмешивать во всю эту грязную историю еще и папу. Хотя, может, и стоит… кого же еще?
Раньше моим главным утешителем был Лешка, с самого рождения вытирал мои слюни и сопли, растил из меня «настоящего мужика», пока папа пытался одновременно прокормить нас и воспитать в одиночку после смерти мамы. Иногда, думаю, получалось так себе, но что уж выросло.
Сын особенно неудачно воспитался.
Предатель.
Я попыталась забить мысли делами, села за телефон и несмотря на выходной день, заставила себя поработать. Полезла с удаленного доступа в отчеты и накладные, проверять и перепроверять документы, полистала страницы магазина, проверяя, правильные ли проставили цены, лишь бы не думать о Максиме…
Все равно через час этой пытки я села, закрыл глаза ладонями. Я больше ни о чем не могу думать, да и кто смог бы? Это же уму непостижимо. Еще вчера у меня была нормальная жизнь и любимый муж, возвращения которого я так ждала.
Привычная рутина, дом, быт, мой магазинчик, редкие развлечения и встречи с подругами, потому что охотней всего я проводила свободное время с Максимом. Он занимал так много места в моей жизни, что сейчас я просто не понимаю, чем заполнить это негативное пространство.
Пусто. Внутри меня и снаружи…
Я оглядела давно необитаемую квартиру и вспомнила про доставку. Почему она до сих пор не приехала и даже не отзвонилась? Я же заказала ее еще до того, как уснула. Не иначе Максим решил саботировать все и теперь не отдает мои вещи. Не хочу ехать к нему сама.
– Свободин! – строго крикнула я в телефон, когда он взял трубку. – Где мои вещи? Курьер уже пару часов, как должен был приехать.
– Я его выгнал и все отменил, – ответил Макс, срывающимся голосом, будто запыхался. – Я не буду ничего собирать, ты от меня не съедешь, я тебя не отпускаю!
– А кто тебя спрашивать будет? Не я, ты теперь никто для меня! Быстро прислал мне мои вещи! Все по списку!
– Ева, – он устало выдохнул, снова теряя запал, – ну зачем ты так?
– Я к тебе не поеду, если ты этого ждешь, – я начала догадываться о его тактике, хочет заманить и снова устроить разговор по душам с признаниями, что «он не хотел, случайно как-то вышло».
– Не ко мне, к нам, – поправил он, – это наша квартира.
– Больше нет. И хватит мне зубы заговаривать, я не хочу с тобой ничего обсуждать. Если не пришлешь мне мои вещи, значит, я обойдусь без них! Буду ходить в одних и тех же шмотках! А потом на последние деньги буду покупать себе новые! Без тебя и твоих подачек и разрешений! – выкрикнула я со злости, даже понимая какая это махровая манипуляция.
– Ева! – раздался звук, похожий на приглушенный удар. Я теперь почти уверена, что он там лупил грушу в нашем маленьком импровизированном зале, когда я позвонила. Его любимый способ снять стресс и выплеснуть гнев.
Пусть злится, сколько ему влезет, сам виноват.
– Я уже двадцать пять лет Ева! Хватит! Если ты не пришлешь мне вещи, значит, я получу все через суд!
– Ну, какой еще суд, о чем ты?
– О разводе, который! И не дави мне тут на жалость! Я на твой несчастный голосок не поведусь! Или ты собираешь все, что я написала, в коробки и отправляешь сюда курьером, или я буду пилить все наше имущество через суд! Все у тебя заберу! Все, что я… – голос сорвался, и я накрыла рот рукой, чтобы опять не заплакать.
Меня снова начала бить дрожь, я сойду с ума, не могу с ним разговаривать, у меня сердце разрывается.
– Любимая, пожалуйста, – тяжело прошептал он в трубку, – ты совершаешь большую ошибку, давай поговорим…
Я сжала телефон и зажмурилась. Я не буду плакать, я… я не слабая. Настоящие мужики Малины не плачут, даже когда они самые младшие и девочки.
– Не о чем нам разговаривать, – сдавленно проговорила я, собрав все силы в кулак. – Ты уже лишил меня семьи… если тебе так необходимо еще чего-то меня лишить, то… сделай это. Забей последний гвоздик в гроб наших отношений.
И чтобы не слышать его ответ, я сбросила звонок.
Отбросила телефон, вдохнула, выдохнула, поглядела на потолок, чтобы слезы не бежали через край.
Всех нахрен, сама справлюсь, никто мне не нужен. Я самодостаточная, успешная и… у меня даже свой бизнес есть. Я не какая-то домашняя курочка, которая загнется без мужа и его денег. Я могу…
Телефон пиликнул.
«Я все пришлю».
Я тяжело вздохнула, не знаю, рада ли я этому или наоборот. Сложно понять, что я на самом деле чувствую, внутри меня что-то взорвалось и теперь там полный бардак.
– Оставь надежду всяк сюда входящий, – сказала я телефону, зная, что Максим меня не слышит, но надеется, что, сделав по-моему, заслужит мое признание и шанс поговорить.
Следующий час я пыталась привести квартиру в более жилое состояние, отмывала полы и столы, оттирала пыль, скопившуюся от времени. Но уборка все равно плохо отвлекала, тогда я решила уйти из дома и затеряться в каком-нибудь магазине в попытке пополнить запасы еды, но кто-то позвонил в дверь.
Я посмотрела в глазок и увидела стопку из нескольких коробок, моя доставка, наконец, приехала. Свободин не обманул.
– Заходите, поставьте их вон… – я не успела договорить, как коробка, которую курьер держал перед собой, вдруг упала на пол, а за ней оказался мой брат. – Ах, ты обманщик!
Я хотела его вытолкнуть из квартиры, но он не дал мне, схватил, сдавив вокруг тела своими ручищами, как делал, когда мы были детьми и ему нужно было куда-то меня переставить без моей на то воли.
– Лешка! Подлец! Отпусти! Предатель чертов!
Леша захлопнул дверь ногой, унес меня к дивану и насильно усадил, приземляясь рядом и толком не давая мне даже барахтаться в его лапищах. Чертов качок медведь! Так нечестно!
– Пусти! Отстань!
– Только когда ты меня выслушаешь, упрямая малявка!
– Да ты!.. Да я тебя!..
– Ева! Успокойся, я просто хочу тебе все объяснить! Выслушай хотя бы меня!
– Да что мне тебя слушать? Пусти! – я почти смогла его очень больно пнуть, но он увернулся.
– Послушай меня, Ева! Я же не Макс! – он смотрел на меня своими светло-голубыми глазами, изображая тот самый взгляд умоляющего старшего брата, с которым всю мою жизнь умудрялся уговаривать и успокаивать меня в самых безнадежных случаях, – я разобрался, я все тебе объясню!
Глава 8
– Что ты можешь мне объяснить? Почему мой муж был с другой женщиной? Или зачем он изменил мне? – я оттолкнула руки брата, которыми он пытался меня обнять и угомонить, будто я до сих пор маленькая девочка и сейчас сяду к нему на коленки рыдать из-за разбитой коленки.
– Не так прямо, но да, по сути я могу это объяснить. Хватит брыкаться уже, просто выслушай меня, – Леша бесцеремонно усадил меня лицом к себе.