Конструктор миров: Агония науки. Том 8

ПРОЛОГ

Да, человек смертен, но это было бы еще полбеды. Плохо то, что он иногда внезапно смертен, вот в чем фокус!

– Пап…

– Гм?

– А куда мы теперь пойдём?

– Подальше от этой Земли, туда, где нет этих людей, в те далёкие края, где ты будешь счастлива…

Какое точное движение и какое быстрое, что ни один глаз, кроме электронного не может его распознать, ибо само движение подобно свету! Как же это потрясает разум, что мельчайшие частицы, составляющие любой предмет, вещь, организм, планету, даже космические объекты, живую и не живую материю здесь, в этих трубках движутся с неимоверной скоростью, разделяются, взаимодействуют с самыми различными мишенями, самой разной толщины и вида и получается нечто! Эти потрясающие эксперименты в глубинах ядра, где буквально ничего нельзя предсказать точно, даже самый совершенный приёмник – сам Дьявол, не может задавать эти движения, а любой иной считывающий объект, будь то глаз, камера Вильсона, вольт или амперметр, или что-нибудь иное хоть и менее совершенно, но стремится для познания самого алгоритма, понятия логики возникновения такого результата.

Видя это невозможно не поражаться. Именно эти сейчас занимался правитель и учёный, создатель самых прекрасных устройств, которые только известны на данный момент господин Абдуллах. Он смотрел на ускоритель, на полученные данные от ускорения на огромных энергиях, наблюдая за тем, как он вызывается самую точную энергию пучков самых разных частиц при этом почти не теряя тока и заряда, сколько он старался для этого…

– Ваше Космическое Величество, – послышалось сзади.

Правитель развернулся, услышав этот голос, отчего сказавший вышеупомянутую фразу был несколько ошарашен. Ослепительной красоты наряд белого цвета, состоящий из светло-синей рубашки, включающий в себя складки, образующие правильные прямоугольники, а на месте их соединения были небольшие синие драгоценные камни опала. Поверх него был удлинённый костюм, на плечах коего были большие крепления из белого родия-103 в виде красивый чашечек с выходящими наверх небольшими конечностями, наподобие небольших корон, с соответствующими симметричными украшениями из драгоценных металлов. Эти крепления удерживали пышную и богатую белую мантию, ослепительной красоты как внутри, так и снаружи. На руках правителя были белые перчатки, вместе с заветным большим перстнем, и этот вид дополнялся такими же белоснежными брюками с заострёнными элегантными туфлями, в которых можно было увидеть блики от люстр.

Белоснежная борода, гордый и властный, но вместе с этим добрый и спокойный взгляд обращался в сторону прибывшего. Пышная и уже седая шевелюра была красиво расчёсана, а пара морщин на лице давали знать о мудрости личности.

– Приветствую вас Александр Александрович, – своим басовым голосом заявил правитель, – я полагаю все уже собрались?

Да, действительно, напротив стоял никто иной как Александр Александрович Чацкий – предвестник «сверхчеловека» в гениальном произведении Александра Сергеевича Грибоедова и дополненный Михаилов Евграфовичем, в результате содействия этих двух гениев, также ныне живущих в этой обители порождённый при помощи той же силы науки. Это был молодой человек среднего роста, привлекательной наружности, с приятными смотрящими вдаль, словно в сторону мечты глазами, немного длинным с горбиком носом, близкими к глазам и ровными бровями, выше коих шёл среднего размера лоб, завершаемый причёской с пышным «поле-образным» пробором с левой стороны от него, компенсируемый пышными кудрявыми волосами, идущие вплоть до ушей и уходящие на затылок, не имея продолжения в качестве бакенбард.

Господин Александр Александрович Чацкий

На нём был красивый пышный бант XIX века, дополняемый белой рубашкой, почти не видной за светлым жакетов, поверх коего был красивый фрак светло-коричневого цвета, после коего были видны панталоны. Фрак, обладающий большим и пышным воротником, завершаемый чуть выше пояса был чуть дальше от плеч, где с небольшим утолщением начинались рукава, который на запястье завершались красивыми белыми кружевами или как ещё можно выразится – воротничками, после чего уже шли, собственно, сами белые перчатки, которые были несколько толще, чем перчатки правителя и держали пару листов, а также голограмму.

– И вы будете совершенно правы, Ваше Величество.

– Что же, давайте тогда не будет заставлять ждать моих дорогих товарищей и творения, – проговорил правитель уже проходя рядом с юношей, который в знак уважения преклонил голову, после чего пошёл за правителем.

Не стоит говорить, что подобное поведение можно отнести к культу личности, это было скорее уважение к близкому человеку, ибо даже не оказание подобных жестов нисколько не обидели или не тронули бы правителя, все эти действия были полностью вольными и мало где могли хоть как-либо регламентироваться.

Вскоре они, встав на летающие пластины направлялись в центральное отделение кабинета господина Абдуллаха, который как помнит почтенный читатель подразделялся на многочисленные отделения, в том числе на огромное отделение с ускорительной техникой, разделяемый большими столпами книжный «шкафов», колонн без верхних завершений и иных образований в лице фонтанов, аквариумов и прочих, где могли обитать чуть ли не вся фауна планеты, если не больше.

По пути они несколько разговорились, беседуя на обсуждаемые темы, было довольно приятно, что молодой человек вместе с остальными гениальными личностями смог найти своё место в этом мире, как он и хотел, более совершенное, навеки покинув перед своей смертью и позже вновь омоложённый, подобно месье Верну и технологии господина Абдуллаха, а ныне беспредельно счастливый. И вот, они пролетели на огромной скорости до самой тронной части, разумеется, без лишних потоков воздуха, бьющих в лицо, которые при необходимости отсеивались благодаря сильному электрическому полю, который ионизировал их и заставлял огибать конструкцию.

В этот же момент было объявлено:

– Его Космическое Величество! Великий Император Всегалактийский господин Абдуллах!

Большие троны, находящиеся по обе стороны от центрального большого трона уже, были заняты прибывшими, которые в тот же миг встали и поприветствовали своего правителя поклоном, на что тот ответил доброй улыбкой. Чацкий также занял один из тронов, приняв ту же смиренную позу. Затем сам правитель перешёл к своему огромному и ослепительно красивому трону, взглядом смотря в сторону огромного окна, к коему вела прямая дорога, завершаемая длинным пьедесталом с голограммами, где некогда он беседовал с его земными гостями.

Сейчас его взор привлёк этот ослепительно красивый ночной пейзаж, этот замечательный мир, свет от одинокой и величественной Луны – самое время для самых глубоких размышлений. Он освещал эти бескрайние просторы этим таинственным светом, к коему нисколько не привык обычный глаз человека, да и вряд ли сможет привыкнуть, ибо для этого нужно переродиться, понимать весь этот масштаб, знать язык природы – той великой силы, которой часто кичатся люди, надеясь затмить голос науки, не понимая, что наука и природа – единое целое.

– Именем Всевышнего объявляю заседание открытым, – провозгласил правитель.

Затем правитель занял свой трон и жестом попросил остальных присесть. Какое-то время стояла гробовая тишина, после чего учёный посмотрел на прибывших с правой стороны и спокойно их оглядывал.

Сразу в первом справа троне ближе к трону правителя был никто иной как капитан Немо – извечный друг и соратник, почтенный граф Самуил Мур, который будущи нарядным смотрел своим приятным взглядом и добрыми мыслями. После него был Мьюту, сегодня он был несколько более уверен в себе, о чём свидетельствовал красивый фрак, до боле не свойственный для него, а также этот огонь в глазах, эта страсть к новым идеям и жажда новизны, которая часто захватывает душу. Далее можно было увидеть мудрого учёного доктора Гаспара Арнери, известного по произведению «Три толстяка», который сейчас был в красивом костюме, вместе с красным шарфом на шее. Его образ дополняла длинная белая борода, и также длинная шевелюра, почти доходящая до плеч и наконец, приятные прямоугольные очки.

Рядом со старцем стояла маленькая девочка, обладающая красивейшим телосложением, свойственным настоящим балеринам, с красивым милейшим взглядом, чёрными волосами, в чудной причёске и красивом платье. Это была Суок – та самая девочка, которая подружилась с наследником Тутти. Будучи впервые на подобное мероприятии и заметив этот взгляд правителя, она невольно удивилась и решила спросить шёпотом у доктора.

– Доктор Гаспар, доктор Гаспар, а почему Его Величество отец так смотрит на всех и ничего не говорит?

В ответ учёный улыбнулся и также шёпотом ответил:

– Быть правителем не легко, милая Суок, более того, если дано читать мысли, ведь Его Величество видит и слышит всё о чём мы думаем, но даже он не способен понимать мысли огромного количества людей, поэтому, чтобы не тратить очень много времени, он внимательно знакомится с нашими мыслями, иногда даже приветствуя.

– Как интересно, а почему бы не устроить беседу сразу, – проговорила Суок, но доктор её уже не расслышал, но тут же она услышала в своих мыслях:

– Каждый из вас заслуживает моего личного внимания. А не стоит устраивать беседу, ибо нужно сочетать самые различные виды общения, в том числе и личную беседу – это самый лучший способ.

Безусловно это в мыслях говорил господин Абдуллах, хотя он даже не шевелил губами и который немного улыбнулся, уже смотря в иную сторону. Получив ответ, девочка улыбнулась, а тем временем взгляд правителя уже прошёл того, кто занимал соседний четвёртый трон. Там же сидел настоящий лев, добро улыбающийся и обдумывая свои слова, один из представителей «лидеров», особенно будучи сыном Симбы, конечно же, искусственно порождённый и носивший гордое имя – Кайон.

С левой же стороны были уже более знакомые дорогому читателю личности, к примеру, первым был тот самый Робур, на «Альбатросе» коего уже имели честь полетать Вадим Александрович и Родион Михайлович. За ним же шёл профессор Преображенский – один из представителей учёной аристократии на Земле, но ныне являющийся, как выразился господин Абдуллах, прогрессистом, оставляя свой характер и лишь несколько изменив его в лучшую сторону.

Наконец, последними двумя был дорогой писатель месье Жюль Габриэль Верн, с даже малой биографией коего почтенный читатель уже был знаком и наконец, уже представившийся Чацкий. После этого осмотра правитель провозгласил:

– Как вам известно, в последний момент велась работа по совершенствованию Кейп-Сюзет, что обговаривалось на островах Верха, каково нынешнее состояние? – спросил правитель.

– Ваше Величество, – проговорил Кайон, после чего продолжал, – я побывал там и могу сказать, что уже все необходимые меры были приняты, ныне Кейп-Сюзет, наряду со всем окружающим на планете переведён в режим системы.

– Отлично, – ответил правитель, – разрешение на частичное возвращение к старому режиму на любой планете или звёздной системе должна производиться лишь с нашего личного разрешения, а также просим обращать внимание на развитии основных идей, конечно, даже если никакие меры не будут приняты, ничего страшного не случиться, но зачем заставлять процесс замедляться? Вас, Александр, просим обратить на это внимание лично, в ресурсах вы не ограничены.

– Почту за честь, Ваше Величество, – ответил Александр.

– Также, хотим заметить, что у нас имеются некоторые планеты и системы, имеющие подобие этой, к ним применить те же меры немедленно.

В данном случае стоит учесть, что слышать pluralis majestatis, также известное как местоимение множественного величия со стороны Императора Всегалактийского было более чем существенным и уместным в данном случае. Протокол всего собрания активно вёлся компьютерными системами, что отражалось на голограммах, которые были рядом с каждым троном. Но после начала первого обсуждения, можно было вновь вернуться к обычному обращению:

– Наш дом, скопление галактик «Семург» по нашему видению обладает достаточной мощью и силой для собственного расширения, по этой причине, я предлагаю увеличить границы скопления вплоть до 5 миллиардов световых лет в длину, все иные размерности увеличить в пропорции. Согласны ли участники сего собрания?

– Согласны, – проговорили все присутствующие.

– Превосходно, какие есть вопросы по данному предложению?

– Разрешите остановиться на энергетическом аспекте, Ваше Величество, – выразился доктор Гаспар, – для того, чтобы ускорить процесс нашего расширения, нам придётся увеличить мощности, то есть перейти на следующую стадию генератора общей энергии, вы согласны с этим?

– Полностью согласен и могу сказать, что я лично буду присутствовать на данной процессии, – ответил господин Абдуллах.

– Ваше Величество, в таком случае вам пригодиться помощь психокинетического характера? – поинтересовался Мьюту.

– Совершенно верно и не только подобного, но и любая иная помощь. Капитан, извольте представить численные данные.

– Как будет угодно. Таким образом, если подвести статистику, – говорил капитан, – при доведении в длину галактики до 5 миллиардов световых лет, это повлечёт за собой увеличение в объёме примерно в 1,953 раза, то есть масса системы возрастает до 7,5*1046 кг, а количество галактик с 16 увеличивается до 31,25 триллионов. Полная статистика продолжает производиться.

– Благодарю капитан, теперь стоит рассмотреть и дальнейшие аспекты…

Глава первая. Властвующий

Далее обсуждались самые различные элементы данного проекта, от времени до масштабов, расположения планет и прочего. Дальнейшие работы должны были ещё продолжаться, а также доводиться до сведения каждого. Разумеется, внимание оказывалось и на технику безопасности, а также на военную безопасность, на что направлялись технические ресурсы как от явного врага Джаффара, история коего всё больше и больше угнетала правителя, а также от обычных естественных опасностей в космическом пространстве.

Была рассмотрена очередная проблема, наряду со всеми остальными, между тем, правитель заявил:

– …Совсем скоро, после завершения повествования моей истории, я лично навещу каждый уголок системы, и я надеюсь, что к тому моменту многие проекты уже будут осуществлены…

Наконец, спустя некоторое время заседание было завершено и все поблагодарили друг друга за прекрасное собрание. Разумеется, дети господина Абдуллаха, с радостью обняли и ещё немного побеседовали со своим отцом. Затем, проводив всех прибывших Властелин наук остался один в своём кабинете, желая обдумать некоторые важные вопросы и мысли, зародившиеся недавно.

Каждую мыслю записывали компьютерные системы, а он продолжал всё это обдумывать стоя на пьедестале с голограммами и оборудованием, рядом с огромным окном, напротив его величественного трона. Он всегда вёл созидательную политику и не перестанет её вести, впрочем, это трудно назвать политикой, известной на Земле, ибо как было некогда сказано: «Ложь жене – это безнравственность, ложь клиенту, коллеге, больным – это мошенничество, ложь всему народу – это политика». И сейчас правитель оглядывал эти прекрасные просторы, уже расцвело и настало утро, как же это всё давало чудесное вдохновение, просто само наслаждение!

Но тут послышались шаги…

Повелителю не нужно было оборачиваться, чтобы понять – это подходил никто иной как его сын Райдер, который поднялся наверх на пьедестал к отцу и подошёл поближе и смиренно ожидая сказал:

– Здравствуйте, отец…

– Здравствуй, Райдер, рад видеть тебя, – повернувшись и с улыбкой приобняв сына проговорил старец, на что тот ответил взаимностью. – Как проводите время?

– Отлично, щенячий патруль сейчас в саду, – тут мальчик увидел надвигающиеся к одной из частей сада тучи, – но кажется погода довольно изменчива.

– Да, воздушные слои должны циркулировать, обеспечивая лучшие условия, – вновь оборачиваясь

– Да… – тут мальчик несколько задумался, словно он хотел что-то сказать, но не мог начать.

– Что тебя тревожит, сынок?

– Я задумался над одним вопросом. Пап, вы правите в этой огромной системе, вам подвластно буквально всё, что видит глаз, от движения космических объектов в этой системе, до каждого ростка и живых существ. Вы правите небом над планетами и на них, но сможем ли мы когда-нибудь быть достойными вас? Хотя бы приблизиться к вашему уровню и пониманию?

Такой вопрос не мог получить быстрого ответа, из-за чего господин Абдуллах несколько задумался, ему стало немного грустно, а между тем это чувство накрыло приятное озарение.

– Знаешь Райдер, да, я действительно Властелин наук и правлю в этом скоплении галактик, но важно помнить, что как бы я ни старался, я не в силах изменять законы природы, я им подвластен также как и вы, я также совершаю ошибки и могу быть не прав, могу быть категоричен, либо что-нибудь не учесть, яркий пример – это мой последний спор с профессором, когда вы за них заступились. Но, если говорить о том, достойны ли вы, то вы более чем достойны, ибо хоть вам ещё очень много чего есть поучиться, вы уже достигли не малых высот по самым различным специальностям, вы понимаете этот мир с самых разных точек зрения.

– Но учиться можно лишь преодолевая препятствия, но не такая уж и большая часть среди них – природная, некоторые трудности или преграды породили вы, отец. Конечно, вы создали этот мир и дали нам огромные возможности, но иногда ведь оказывается, что создаваемые малые трудности, проблемы, возьмём в пример, то же создание Кейп-Сюзет, где есть экономика, а не порождена как идеальная система или некоторые другие города, вы имея возможность создать нечто лучшее, порождаете то, что хуже или создаёте что-то хуже, я нисколько вас не осуждаю, но почему?

– Довольно мудрый вопрос, Райдер, но на него у меня есть ответ. Каждый из вас, как я уже говорил, должен учиться и продвигаться, также как и я. Но разница в том, что если вы сразу будете сталкиваться с природными трудностями, к примеру полноценными экспериментами, проектами, сложными философскими или иными трудностями, то вы их попросту не вынесите. Выражение о выживании приспособившегося – верна, но и крайне жестока. Я же максимально не заметно для вас создаю малые трудности, словно задачи, но их эффективность и разница от обычных задач в задачниках в том, что их результат даёт свои плоды, он полезен.

Более того, я всегда должен удерживать тонкую грань правосудия, своего рода равенства, этот мир лишь кажется несправедливым, на самом деле нет ничего справедливее его, по крайней мере в его же пределах. Каждое слово, каждое действие в нём чётко измерено и имеет свою награду. Я получил такое могущество, но сколько страдал, вы родились здесь таковыми, но и трудности перед вами большими, ведь насколько дальше прогресс, настолько труднее его двигать.

Мальчик задумывался над словами отца, как же удивительно это всё, трудно сказать, что что-то белое или чёрное, даже серым трудно назвать, ибо не может быть всё однотонным, это цветная и чёрно-белая, и серая палитра одновременно или скорее, то, что очень даже трудно хоть, как бы то ни было, описать – эта жизнь. Но мудрость на то и мудрость, что она приходит с опытом, и кто не задумывается об одном, другой испытывает на себе, примером тому сам Абдуллах, которые много раз уходил в крайности, даже сейчас, но каждый раз он старается вновь вернуться в лучшее положение и идти дальше, каждому есть куда расти.

– Но у нас ведь получиться?

– Уже получилось, – повернулся к сыну и присел на корточки правитель, смотря прямо в глаза мальчика и добро улыбаясь. – Ведь даже если не будет всего этого, главное то, что у вас в сердце, то какие вы, каждый из вас подобен драгоценную камню, но тёплому и нисколько не холодному, одновременно с этим каждый из вас имеет свою огранку, каждый может стать совершенней, каждый индивидуально по-своему, поэтому к каждому я подхожу иначе. К тебе с добротой, к Мьюту – с мотивацией, к Табалуге с мудростью, а порой меняю местами эти виды, но так, чтобы каждому из вас было удобно. И так ваша душа становится лучше.

– А кто вас этому научил? – спросил мальчик.

– Мой Повелитель, – проговорил отец. – Я тоже был таким как вы, но Он указал мне мой путь, подошёл ко мне лучшим путём, подходящий только для меня, поэтому я такой, а вы со временем будете даже лучше.

– Правда?

– Конечно, правда, – проговорил правитель и крепко обнял своего сына.

Мальчик был очень даже рад такому доброму жесту и прижался к своему отцу. Спустя некоторое время они попрощались, и мальчик направился к своим товарищам – в сад, который был отсюда виден. Абдуллах вновь стоял один, но тут ему пришла новая гениальная идея…

Приятный дождик

Погода – удивительна, многие называют её представителем природы, приравнивая к «всемогущим» силам, что верно лишь отчасти. Даже её можно использовать, но было довольно трудно управлять, если не невозможно, поскольку количество ошибок в такой модели будет гораздо больше, ведь просчитывать всё с невероятной точностью попросту невозможно даже для таких суперкомпьютерных систем, впрочем, поэтому они и совершенствуются до сих пор.

Но так это или нет, сегодня шёл дождь, огромные тучи обрушивали капли дождя на этот, казалось, безграничный сад со своими тропинками, большими и малыми сооружениями, жилыми комплексами, бассейнами и фонтанами. Конечно, была возможность прекратить подобные погодные условия, но и растения должны наслаждаться такими условиями, как и жители, для кого-то это трудность, а для кого-то просто настоящее блаженство, комфорт.

Табалуге всегда было приятно облетать эти просторы в утреннее время, мало заботясь о погоде. К счастью, это был далеко не ливень, а лишь приятный дождик с приятной прохладой, хотя будь господин Абдуллах на его месте, он бы предпочёл укутаться в один из своих тёплых плащей. Но каждый имеет свой характер, как и дракон, гордо смотрящий в даль. Стоит полагать, что привычка быть «наблюдателем» или «лицом второго плана» явно перешла к сыну старца от него самого же, ибо, сейчас увидев неподалёку Гончика, сидевшего в укромной домике, дракон непременно спустился и достав «невидимый плащ» решил взглянуть.

Сам по себе это был довольно небольшой и уютный домик, имеющий два этажа со своим залом, небольшим камином и иными дополнительными комнатами. Было довольно уютно и тепло, особенно когда такое сооружение находилось в «зелёной комнате», так назывались тупики в виде площадок зелёного лабиринта сада, со своими садиками, дополнительной растительностью, аллеями и тропинками. Видеть такое маленькое сооружение, особенно здесь, к примеру для того же профессора Вадима Александровича и Родиона Михайловича, прибывшие с Земли в это чудесное космическое образование – систему галактик «Семург» порождённая тем самым господином Абдуллахом было бы весьма удивительно.

После того как эти мысли пронеслись в голове дракона, он смотрел на изображение внутри экрана плаща, словно он был прозрачным для внутреннего наблюдателя, как и для внешнего, благодаря таким сверхточным экранам и камерам, принцип действия коего довольно давно был изобретён и объяснён господином Абдуллахом, для жителя Земли страшно напоминающий плащ-невидимку, как усовершенствованную версию из магических книг в научном стиле. Итак, дабы не отвлекать почтенного читателя уточнениями, взглянем туда, куда смотрел Табалуга…

Иногда стоит отдохнуть от всего. И такой день подставляется на самый мало любимый сезон Гончика – осень. Когда листья падают и чернеют, когда под ногами грязь и лужи, когда солнце закрыто тучами и часто идут дожди. Даже сейчас Гончик сидел в этом домике и смотрел в окно. Как оказалось в передней стороне домика его друзья играли под дождем, моча лапы в лужах. Яркие дождевики выделяются на фоне пасмурного дня. Щенок невольно поежился от мысли, как его обдувает холодный ветер.