- -
- 100%
- +
– Мне нравится муронская мода, – сказала Иштар, до этого молча разглядывавшая платья и расчёсывавшая волосы, чем сильно озадачила Ливию.
– Выбрали что-нибудь? – тихо поинтересовалась служанка.
– Вот это, бело-голубое.
Иштар оно безумно нравилось: лёгкое, светлое, без лишних деталей, но красивое, привлекающее внимание с первого взгляда. Атласная светло-голубая, как небо, юбка с вырезом слева, мелкая шнуровка на лифе, на котором также были вышиты голубые полосы, и светлые рукава, в плечах свободные, а с локтя и до запястья – плотно облегающие, с мелким кружевом. Иштар прикинула: шрама на правом плече окажется скрыт.
– По-моему, я буду просто красавицей. Жаль, конечно, что не мой любимый камзол… Ну и ладно, – со вздохом добавила Иштар и обратилась уже к Ливии: – Есть какие-нибудь идеи, что делать с моими волосами? Они, конечно, прекрасны в любом виде, но вдруг могут быть ещё прекраснее?
– Я принесла несколько заколок и спиц, церер Кроцелл. Если желаете…
– Откуда? Тоже подарок принцессы?
– Да, церер Кроцелл.
«Она прямо-таки влюблена в меня», – подумала Иштар, но вслух, разумеется, этого не сказала. Она не просила принцессу присылать ей подарков, однако если той захотелось одарить Иштар вниманием и расположить к себе, что ж, у неё это получилось. Как минимум на этот вечер.
– Давай я посмотрю.
Ливия послушно взяла шкатулку, до этого стоявшую на туалетном столике, раскрыла и показала Иштар.
– Ух ты, уже любовные письма шлют, – пробормотала она, взяв маленькую записку, оказавшуюся внутри.
Иштар развернула её и с озадаченностью прочитала:
«В качестве извинений за доставленные неудобства.Надеюсь, эта маленькая тайна останется между нами.К.»***Ливии было приказано проводить её, и потому Иштар послушно шла вслед за служанкой, осторожно оглядываясь и запоминая дорогу. Коридоры сияли от количества белого цвета и позолоты, которая украшала едва не каждый сантиметр. Выглядело это, однако, отнюдь не безвкусно, а очень даже симпатично. Везде были высокие потолки с огромными люстрами, зажжёнными на все свечи, в некоторых коридорах встречались стеклянные окна в пол, через которые открывался вид на внутренний двор и дворцовую территорию.
Королевских гвардейцев было слишком много, они встречались буквально каждый метр. Ливия объяснила, что это из-за количества гостей, которые прибыли во дворец. У некоторых была назначена аудиенция у короля, иные были послами других стран. По пути к королю Иштар прошла мимо группы мужчин и женщин, которые громко спорили о чём-то прямо в коридоре, и услышала орлэйтский язык.
– Пожалуйста, не забудьте поклониться, – прошептала ей Ливия, когда они наконец дошли до Багрового павильона: здесь, как ей говорил церер Адор, король принимал послов и проводил все важные встречи. Сюда пускали только в том случае, если король или его дети, принц или принцесса, давали на это разрешение. В Малахитовый же павильон, где были расположены их покои, не пускали никого.
Иштар кивнула служанке, поняв, что та ждёт какой-то реакции, и поблагодарила за помощь. Ливия и впрямь постаралась: собрала волосы Иштар в низкий пучок и закрепила его двумя золотистыми спицами с маленькими звёздами на концах, параллельно с этим выслушивая тысяча и один вопрос о жизни во дворце, королевской семье и чародеях, которые служили короне. Часть необходимых знаний хранилась в Гримуаре Баал, часть Иштар сама помнила из слухов, гуляющих в народе, и официальных новостей. Исключая лёгкий акцент, на который указала Ливия, Иштар была полностью готова.
Гвардейцы, стоящие возле тёмных дверей, оглядели её с ног до головы и только после позволили пройти. Один из них прошёл первым и сообщил о её прибытии, однако Иштар не увидела короля. В тёмно-красном помещении было пусто: только диваны да кресла, стол, на котором стояло два пустых бокала и графин с вином. Иштар осторожно огляделась и заметила выход на террасу слева как раз в тот момент, когда к ней вышел церер Адор. На нём был чёрный, без единой яркой детали камзол и прямые брюки, белые волосы аккуратно уложены от лба к макушке. Глаза радостно заблестели, когда Верховный заметил Иштар.
– Милая моя, мы ждали! Идём скорее, идём.
Иштар последовала за чародеем, держа спину прямо. На террасе, такой же тёмной и просторной, было двое людей. Короля Эйтора Девятого Иштар узнала сразу. Если бы не щетина на лице, она бы дала королю лет сорок пять, не больше. Он был высоким, крупным мужчиной с жёсткими чертами лица и железным взглядом карих глаз, под которым невольно хотелось выпрямиться сильнее, а об острые скулы, казалось бы, можно порезаться. Короткие чёрные волосы зачёсаны назад, на них лежала корона – золотой обруч со шпилями, уходившими вверх, украшенный резьбой на муронском языке и драгоценными камнями. В сравнении с ней расшитый нитями и камнями мундир, тёмные брюки и начищенные до блеска сапоги казались совсем блеклыми, невзрачными. Никаких других украшений у короля не было, только корона, тогда как женщина со смуглой кожей, стоявшая рядом с ним, была сплошь увешана драгоценностями, а на каждом пальце у неё было по несколько колец. Она была невысокой, примерно одного роста с Иштар. Длинные тёмно-каштановые волосы мягким волнами падали на спину. Лоб обхватывал тонкий золотистый обруч, в ушах красовались массивные серьги с полупрозрачными белыми камнями. Камни также украшали закрытое платье насыщенного красного цвета, которое подчёркивало пышную фигуру женщины, напоминавшую песочные часы.
Это была леди Аматея, мать принца Маркуса и фаворитка короля. Правители Мурона с древних времён не вступали в брак. У них могли быть фавориты и фаворитки, но мужья или жёны – никогда. Правители Мурона всегда отдавали сердце, тело и душу своей стране, и об этом Ливия рассказала раз десять.
– Ваше Величество, леди Аматея, – прочистив горло, начал церер Адор, – позвольте представить вам церер Иштар Кроцелл из Тель-Ра, владелицу Гримуара Баал и ученицу Риманна Кроцелла.
Иштар низко склонила голову и подняла её только после того, как король позволил.
– Верховный много рассказывал о вас, – ровным голосом произнёс он. – Могу я увидеть Гримуар?
Иштар подняла руки, над которыми появился Гримуар. Леди Аматея восхищённо ахнула, когда по обложке медленно задвигались созвездия.
– Невероятно! – восторженно произнесла женщина. – Почему у вас такого нет, Верховный?
– Каждый Гримуар уникален, – с лёгкой улыбкой ответил церер Адор.
– Невероятно, – чуть тише повторила леди Аматея.
– В вопросах, касающихся магии и работы чародеев, я полностью доверяю своему Верховному, – сказал король, как будто просто продолжал мысль, которую начал меньше минуты назад, и совсем не обратил внимания на восторженный шёпот леди Аматеи, продолжавшей разглядывать Гримуар Баал. – И раз уж он и совет Тель-Ра выбрали вас, церер Кроцелл, я не буду оспаривать это решение. Лишь хочу спросить: почему вы согласились?
Говорить о том, что её соблазнили деньги, нельзя, поэтому Иштар задумалась. Ответ, казалось бы, плавал на поверхности и был очень простым – потому что бог-творец завещал своим чародеям помогать людям. Нести магию туда, где царит материя, и останавливать антиматерию. Спасать от тьмы и вести к свету.
Но король, разумеется, должен был об этом знать. Поэтому Иштар сказала совершенно другое:
– Мой наставник сказал, что многие пытались помочь принцу. Может, я буду лишь одной из этого множества, но, по крайней мере, я буду спать спокойно, зная, что сделала всё, что в моих силах. К тому же я давно мечтала побывать в Эриду, – как бы между прочим добавила она.
Король лишь слегка приподнял одну бровь, и Иштар решила, что так он демонстрирует удивление. Леди Аматея рассмеялась, а церер Адор широко улыбнулся.
Она терпеливо ждала, но с каждой пройденной секундой сердце билось всё тревожнее. Будто сказала что-то не то или не так посмотрела. Будто была меньше и значительнее, чем есть на самом деле.
– С основными условиями вы, я полагаю, знакомы?
Голос короля был до того спокойным, ровным, едва ли не бездушным, что Иштар даже подумала, будто ему абсолютно плевать на происходящее.
– Разумеется, Ваше Величество, но меня интересуют детали.
– Какие?
– Мой наставник сказал, что я буду заключать договор с вами. Однако я считаю необходимым обсудить все условия с Его Высочеством. Он должен знать, что его ждёт, и решить, готов ли он к этому.
– Не хотите ли вы сказать, что намерены гонять моего племянника, как простого мальчишку?
– Ни в коем случае, Ваше Величество, – подавив улыбку, ответила Иштар. – Но у каждого чародея свой подход, и каждый Гримуар – особенный. Я лишь хочу, чтобы Его Высочество не пребывал в расстроенных чувствах во время обучения и не говорил, будто это не то, что ему обещали.
Леди Аматея взглянула на короля и мягко коснулась его плеча. Иштар заметила, как потеплели его тёмные глаза и разгладилась складка на лбу.
– Мы составим договор завтра, – сказал король, – как я и планировал. Сегодня вы наша гостья, церер Кроцелл. Не больше и не меньше.
Глава 4. Когда мы впервые здесь оказались
– Кажется, произошла какая-то ошибка, – тихо сказала Иштар, когда они с Йонасом зашли в огромный зал, полный людей и света. – Я думала, это будет приветственный ужин.
– Так и есть, – ответил эгерий с лёгкой улыбкой. – Просто Его Величество пригласил ещё пару десятков гостей. Обычное дело.
У них было совершенно разное представление о приветственных ужинах. Нынешний больше напоминал пир: множество гостей, шуршащих драгоценных тканей и сверкающих камней, столы, полные яств и вина, кружащиеся в танце пары. Иштар вдруг показалось, будто воздуха чудовищно мало, а платье сидит слишком плотно.
С королём она общалась недолго, может, с полчаса, не больше. Речь, конечно, шла об обучении принца Северина, но говорил в основном церер Адор. Король лишь уточнял некоторые детали, например, что принц ни в коем случае не должен пострадать, иначе Иштар лишится головы. Будто ей в радость было мучить принца, которого она даже не знала.
Даже Верховный не ожидал, что аудиенция пройдёт так быстро, и потому послал за Йонасом намного раньше. Эгерий явился таким запыхавшимся и взъерошенным, будто бежал с другого конца города, и на приказ церера Адора составить компанию Иштар смущённо кивнул. Ей же он сказал, что немного увлёкся экспериментом с другими чародеями, в результате которого они спасались от летающих книг, атаковавших их со всех сторон.
Йонас немного показал ей дворец и внутренний двор возле Багрового павильона, а также рассказал об обучении принца то, что знал: каких чародеев приглашали, насколько они задержались, когда уехали. Эгерий также сказал, что, когда сам пытался помочь принцу, чувствовал, что магия того будто спряталась в дальний угол и не желала шевелиться.
Уже после настало время явиться к ужину. Йонас сказал, что Верховный придёт немного позже, вместе с королём и леди Аматеей, и Иштар не стала задавать вопросов. Куда больше её волновало, почему её представление о приветственном ужине отличается от представления муронцев.
Иштар думала, что это будет относительно тихий ужин, где они с принцем познакомятся. Максимум часа два, не больше. Этот день вымотал Иштар, и она хотела наконец расслабиться, написать подробный отчёт и отправить его наставнику, а не танцевать или обмениваться любезностями с придворными и гостями короны.
– У вас тут всегда так? – шёпотом уточнила Иштар у Йонаса. Она держала руку на сгибе его локтя и с улыбкой оглядывала зал, пряча волнение глубоко внутри.
– Не нравится?
– Я этого не говорила.
На самом деле Иштар любила шум и веселье, любила торжественные приёмы в разных странах и у разных людей, но сегодня было слишком много всего. К тому же плечо ещё немного ныло, а ноги начинали гудеть. Мысли метались, как рой разъярённых пчёл, а план по обучению принца трещал по швам и менялся прямо на ходу.
– Тогда просто наслаждайтесь и ни о чём не думайте.
– Точно. Все проблемы завтра.
– Нет, я не это имел в виду.
Иштар посмотрела на него, приподняв брови. Эгерий обречённо опустил плечи и выдохнул, будто бы сдаваясь.
– Честно говоря, я бы лучше посидел в Лазуритовом павильоне, – пробормотал Йонас, ведя Иштар по залу. На них мало обращали внимания, однако отдельные гости уже начали шептать о чародейке, которую видели впервые.
– Это там находятся королевские библиотеки и ваши мастерские?
– Да. Церер Адор вам рассказывал?
– И даже пообещал показать. Я бы взглянула на библиотеку. Там только научные трактаты?
– В Лазуритовом павильоне – да. Но в Розовом есть и другие книги.
– Почему у вас такое разделение на цвета?
– Не знаю, правда, – тихо пробормотал Йонас. – Кажется, так было всегда.
Иштар рассеянно кивнула, на другом конце зала заметив Верховного, проскочившего так быстро, что никто не успел даже обратиться к нему.
– Что-то случилось?
– С чего вы взяли?
– Церер Адор, кажется, бегает по всему дворцу без остановки уже несколько часов.
– Сегодня к нам прибыло несколько послов и чародеев. Должно быть, решает разные вопросы с ними.
Значит, сегодня она всё же лишь одна из числа нескольких. Сможет затеряться, если захочет, и не общаться со всеми подряд. Этот вечер только что стал намного лучше. Правда для начала ей следовало познакомиться со своим будущем учеником.
– Где принц Северин?
– Должен быть с принцессой и принцем, он без них никуда, – задумчиво пробормотал Йонас, обводя взглядом толпу. – Обычно они… О, Сава! Сава!
Его интонация мгновенно сменилась, а на лице расплылась улыбка.
– Я могу познакомить вас с одной из наших лучших чародеек, – взволнованно обратился он к Иштар, будто боялся, что она не отпустит его от себя, как если бы он был маленьким щеночком, за которым нужно постоянно следить. – Сава хорошо знает принца, может, подскажет, где он.
– С радостью. Благодарю, Йонас.
Он просиял и повёл её вперёд. С каждым их шагом тех, кто замечал её волосы и глаза, выдававшие в ней чародейку, становилось больше. Иштар видела косые взгляды, слышала тихие шепотки на нескольких языках и смех, который не заглушала даже льющаяся с небольшой сцены музыка. Пару раз Йонаса, явно смущённого таким вниманием, пытались остановить, чтобы познакомиться с Иштар, но она подталкивала эгерия и уверенно шла рядом с ним, сосредоточившись только на одном человеке – девушке, которую он заметил.
Она стояла возле арки, ведущей в дворцовый сад, и разговаривала с какой-то пожилой дамой. Девушка была выше Иштар на целую голову и одета во всё иссиня-чёрное, будто ворона, и закрытое от горла до щиколоток. Волосы такие же тёмные, собранные в низкий пучок, глаза – золотые, искрящиеся. Тонкие губы растянуты в улыбке, а мягкий смех сопровождал едва не каждое слово настойчиво болтавшей пожилой дамы.
Йонас подвёл Иштар ближе и, склонив голову, обратился к ней:
– Леди Мередит, добрый вечер. Вы, как и всегда, прекрасно выглядите.
– Ты совсем что ли слепой, Йонас? – резко произнесла леди Мередит. – Мне семьдесят четыре, и я уже разваливаюсь. Завтра, небось, и костей не соберу.
– Ну что вы такое говорите? – вмешалась девушка – Сава, к которой и привёл Йонас.
– Правду. Всё, дети, вы мне надоели. Мне нужно выпить.
И, не говоря больше не слова, леди Мередит ушла, гордо задрав голову. Она была невысокой, совсем сухенькой, но держалась так, будто носила корону.
– Калеб, где моё вино?! – крикнула она напоследок, оглядываясь. Гости почтительно расступались перед ней и не обращали внимания на громкий голос или железные нотки в нём, будто привыкли.
Леди Мередит уже нравилась Иштар, хотя чародейка даже не знала, кто она такая.
– О чём вы с ней говорили? – спросил Йонас.
– Она всё жаловалась на садовника, который не умеет подстригать кусты и позорит весь дворец. Бедный, он, должно быть, до сих пор пытается успокоиться после их утреннего разговора.
Тут девушка наконец посмотрела на Иштар и представилась быстрее, чем Йонас успел бы открыть рот:
– Сава Уллис, служу Его Величеству и Верховному.
– Иштар Кроцелл, – представилась она в ответ, убрав руку с локтя эгерия, – и я пока никому не служу.
– Кроцелл? В смысле, ученица Риманна Кроцелла
– А я тебе говорил, – нарочито громко прошептал Йонас и сложил руки за спиной.
– О великие Шестеро, – выдохнула Сава. – Поверить не могу, что это правда вы! Для меня честь познакомиться с вами, церер Кроцелл.
– Можно на «ты» и просто Иштар. К тебе, кстати, это тоже относится, – добавила она, посмотрев на Йонаса.
– Но ведь вы…
Иштар подняла брови, вперившись в него предупреждающим взглядом. Йонас стушевался и тихо закончил:
– Ты ведь из Тель-Ра…
– Эй, а почему ты тогда со мной так не любезничаешь? – спросила Сава. – Я же тоже училась в Тель-Ра!
В голове Иштар будто щёлкнуло. Она пригляделась к девушке, и хотя черты её аккуратного лица никак не вспоминались, Иштар вспомнила другое – ощущение магии, разговоры, гулящие в Тель-Ра, и то, о чём она думала, когда наставник только рассказал ей о деле, которое хотел получить.
Сава Уллис – чародейка, которая родилась эгерией. Она прошла ритуал лет десять назад, когда закончила обучение в Тель-Ра, и сразу после этого её выбрал Гримуар. Такое случалось редко. В отличие от чародеев, эгерии обладали меньшим запасом магии, который, однако, значительно превышал уровень магии в телах простых людей. Эгериям открывались простые знания и магические книги, но Гримуары редко выбирали их сразу после ритуала.
– Я давно не встречала прошедших ритуал, – призналась Иштар, надеясь, что эти слова не обидят Саву. – Честно говоря, я вообще мало с кем из чародеев общаюсь, порой и новости пропускаю мимо ушей.
– Зато теперь ты встретилась со мной. А можно взглянуть на твой Гримуар?
– Сава, – вдруг прошипел Йонас, – не сейчас.
– Ой, прости. – Сава наклонилась к Иштар и прошептала: – Он немного обижен, потому что тоже хочет себе Гримуар, но для ритуала пока не готов.
На этот раз голос Йонаса едва не сорвался:
– Сава!
– Шучу-шучу, – махнув ладонью, сказала она. – Йонас очень милый мальчик и отличный ученик. Уверена, если отправить его в Тель-Ра, он обязательно станет чародеем.
– Спасибо за веру в меня, конечно, но мы искали принца Северина. Не знаешь, где он?
– Последний раз видела его в саду вместе с Кейлией.
– А Маркус?
– Не знаю, сбежал куда-то.
Иштар слегка удивилась тому, как легко они забыли о необходимых формальностях, но даже не успела спросить, с чем это связано. Сава махнула ладонью себе за спину и сказала:
– Идём, я вас познакомлю.
О том, как пройдёт её знакомство с принцем, король не говорил подробно, лишь уточнил, что этим займётся церер Адор. Иштар и впрямь начинала думать, что королю было откровенно говоря плевать на происходящее, чего нельзя было сказать о Йонасе и Саве. Они оба проводили её в сад, на ходу здороваясь с несколькими гостями, и практически одновременно указали на каменную беседку с куполообразной крышей возле небольшого пруда, где было два человека.
– Разве я могу так просто заговорить с ним? – на всякий случай уточнила Иштар, вдруг почувствовав волнение. Это было так странно: она десятки раз общалась с монаршими особами, и не всегда это общение происходило по всем правилам. В свой последний визит в Хелфгот Иштар познакомилась с племянником королевы в таверне, где они играли в карты и пили до самого утра.
– Ничего страшного, – заверила её Сава.
– Верховный сказал, что всё нормально, – подхватил Йонас. – Не переживай.
– Переживать стоит вам, потому что я могу ляпнуть что-то, а краснеть будете вы.
– Меня не так просто смутить, да и здесь нет Ливии, чтобы Йонас…
– Ваши Высочества! – едва не завопил эгерий, неожиданно ускорившись и утянув Иштар за собой.
Она бы споткнулась, если бы Йонас, не опомнившись, не отпустил её руку. Иштар мгновенно расправила плечи и сложила ладони перед собой, наблюдая за тем, как Сава легко поднимается по ступенькам беседки и подходит к высокому юноше с тёмными волосами.
– Что-то случилось? – тихо уточнил тот.
– Ваше Высочество, простите Йонаса, он сегодня немного нервный, —как ни в чём не бывало произнесла Сава. – И разрешите представить вам нашу гостью – церер Иштар Кроцелл из Тель-Ра.
На этих словах Иштар сделала шаг ближе и поклонилась, чувствуя, как деревенеет её спина.
– Из Тель-Ра? – каким-то глухим безжизненным голосом уточнил принц, тогда как принцесса, подскочив на ноги, радостно выпалила:
– Из Тель-Ра!
Йонас отступил, когда принцесса быстро спустилась по ступенькам и остановилась напротив Иштар.
– Ох, Шестеро, тебе так идёт это платье! У меня потрясающий вкус! Северин, немедленно иди сюда и скажи нашей гостье, что она красива, как сама Аолани!
Сравнение с богиней неба и ветров польстило бы Иштар, – из пантеона Шестерых Аолани считалась самой красивой, – если бы не волнение принца, которое было видно невооружённым глазом.
Он вышел из беседки, бросив на Саву едва не умоляющий взгляд, и медленно, крадучись приблизился к принцессе Кейлии. Иштар мысленно прокляла всех вокруг себя – высоких и стройных, как дурацкие горные лани. Принц Северин оказался точно таким же: с острыми скулами, как у короля, тёмными короткими волосами, взъерошенными лёгким вечерним ветром, и внимательными светло-серыми глазами. Даже не светло-серыми, а серебристыми, будто прозрачными. Иштар никогда не видела таких глаз.
Он был одет в белоснежную рубашку, очерчивающую его фигуру, и чёрные брюки с блестящими сапогами. Принц Северин казался совсем блеклым и даже неприметным рядом с принцессой Кейлией – та прямо-таки сияла. Тёмно-каштановые волосы слегка завились, ярко-красное атласное платье обхватывало её фигуру, точно вторая кожа, на подоле были вышиты чёрные цветы. На шее принцессы красовалось колье с огромными рубинами, которые Иштар заметила и в кольцах с серьгами. Маленькие драгоценные камни, будто капли, были и в волосах принцессы.
– Северин! – вдруг рявкнула она.
Иштар едва не подскочила на месте, как и Йонас. Однако сам принц лишь моргнул, будто очнулся от наваждения, взял Иштар за руку и поцеловал её ладонь.
– Сестра ошибается, считая, что вы прекрасны, как сама Аолани. Вы намного красивее, и если за эти слова великие Шестеро меня накажут, то так тому и быть.
– Опять ты за своё, – вздохнула Кейлия, закатив глаза. – Не обращай на него внимания, он частенько чудит.
– С вашей красотой мне не сравниться, – быстро произнесла Иштар, чем сильно удивила всех остальных.
Принц вскинул брови, но тут же расплылся в улыбке и уточнил:
– Вы со мной флиртуете, церер Кроцелл? Я польщён.
– Угомонись, пожалуйста, – вмешалась Кейлия. – Простите, церер Кроцелл.
– Что вы, мне даже понравилось.
Кейлия усмехнулась и, покачав головой, спросила:
– То, что я слышала, правда?
– Смотря что вы слышали.
– Вы приехали, чтобы обучать нашего Северина?
Всё веселье, которое было в глазах принца, будто разом исчезло. Он сделал шаг назад, выпрямившись так резко и неестественно, слово его телом кто-то завладел.
Северин выглядел удивлённым, сбитым с толку и даже немного напуганным. Сейчас он напоминал маленького раненого зверька, загнанного в угол хищниками.
– Верно, – сглотнув, ответила Иштар. Она старалась не пялиться на принца слишком пристально, но он сам смотрел на неё так, будто пытался прожечь дыру. – Сделаю всё, что в моих силах.
Северин поджал губы, как ребёнок, который пытался не заплакать. Иштар совсем растерялась.
– Это всё завтрашние дела, – будто бы не замечая его изменившегося настроения, продолжила принцесса. – Сегодня мы должны хорошо повеселиться!
Кейлия наконец посмотрела на Северина, который мгновенно натянул кривую улыбку и сказал:
– Конечно. Думаю, мы просто обязаны сделать всё, чтобы церер Кроцелл отлично провела время.
Вряд ли он действительно так думал: нервозность и настороженность принца по отношению к ней не заметил бы разве что слепой, но либо это было в порядке вещей, либо все предпочитал никак не реагировать, чтобы не портить вечер. Иштар, по природе своей любившая лезть, куда не следует, едва остановила себя от очередного вопроса. Только улыбнулась, надеясь, что принц вдруг не посчитает её чудовищем и не сбежит. К счастью, он даже никак не успел среагировать – Иштар почувствовала приближение церера Адора раньше, чем его шаги, а Кейлия мигом выпрямилась, заметив его.
Йонас и Сава, отступив на шаг, слегка склонили головы. Принц Северин ещё шире улыбнулся, но Иштар заметила, как дрогнули уголки его губ.
– Вот так неожиданность, церер Адор, – едва не сорвавшимся на первом слове голосом начал он, когда чародей, поклонившись им, едва успел открыть рот для приветствия. – Вы не говорили, что пригласили чародейку из Тель-Ра.