Потерянная душа. Том 3
- -
- 100%
- +
Я подняла голову с подушки и тут же услышала шорох откуда-то сбоку.
– Какая же ты соня!– добродушно рассмеялась Бикена Раи, садясь в кресло рядом.
– И что со мной такое?– спросила, оценивая свое состояние внутренним взором.
– Похоже, ты пережила пик адаптации без нанорегуляторов. Больше этого не произойдет. Сейчас ты стабильна,– заботливо проговорила Нэйя, оказавшись за спиной Бикены Раи.
– Да, головокружения я больше не чувствую. И слабость уже какая-то другая…
– Это от глубокого сна после обморока. Скоро все пройдет.
– И сколько я тут лежу?
– Всего-то два часа,– усмехнулась Бикена Раи.
Я округлила глаза и посмотрела на Нэйю.
– Это нормально?!
– Твой организм, как и ты сама, уникален. У каждой новой Тэсы свои особенности адаптации. Все, так или иначе, испытывают неудобства,– поделилась Нэйя.– Сейчас тебе нужно выпить фиис, и ты быстро пойдешь на поправку.
– Фиис… это…– нахмурилась, вспоминая горечь напитка.
– Да, это та гадость, которая тебе не понравилась,– смешливо сморщила нос Бикена Раи.
– Фу-у, не буду я его пить!– отказалась сразу и приподнялась на локтях.
– Хотя бы несколько глотков,– настойчиво сказала Нэйя.
Мы обменялись долгими взглядами. Ее был непреклонен и требователен, и я сдалась со вздохом, полным страдания. Нэйя довольно отошла к столу и налила в высокий стакан напиток зеленоватого цвета. Я поморщилась от предвкушения его вкуса и умоляющим тоном спросила:
– А нельзя ли в него добавить сахар?
– Что добавить?– оглянулась Нэйя.
– Вещество, которое делает любые блюда и напитки сладкими,– перевела Бикена Раи.
– Боюсь, что его нельзя смешивать с другими ингредиентами, иначе он теряет свою ценность,– повернулась Нэйя и поднесла стакан.
Я села, спустив босые ноги с софы, и взяла напиток. Несколько секунд разглядывала его текстуру сквозь прозрачный сайбус, настраиваясь выпить концентрат хинина. Они точно хотели моей смерти! А затем залпом выпила половину. На глазах выступили слезы. Нэйя тут же протянула стакан с водой. И я присосалась к нему, как к источнику жизни.
– Какая же гадость!– выдохнула, когда ощутила, что могу дышать после такой горечи.
Нэйя взглянула на свое запястье и непринужденно сказала:
– Я вызову шаттл. Отвезем тебя в жилище. А сейчас к тебе хочет заглянуть один тэсаниец…
– Кто?– выпрямилась я.
– Грэйн.
В желудке все перевернулось – то ли от хинина, то ли от волнения.
– Нет, не пускайте его,– поежилась растерянно.
Нэйя приняла мой ответ и, кивнув в прощальном жесте, вышла из зала.
– Не волнуйся, я не пущу,– заверила Бикена Раи, кладя ладонь мне на плечо и возвращая на спинку софы.– Но ведешь ты себя странно. Поговорим?
– Нет, не сейчас,– ответила, пряча глаза.
– Ладно, ты только не волнуйся.
Я закинула ноги на софу, прикрыла их подолом платья, поерзала и положила голову на спинку.
– Как все прошло?
– Великолепно!– мечтательно закатила глаза Бикена Раи.– Пока ты не шлепнулась сверху на даэгона.
– Шлепнулась?– обессиленно рассмеялась я.
Бикена Раи проказливо пожала плечами и подмигнула.
– Это подходящее слово из твоего словаря. И главное, что ты смеешься. А то ты такая странная последнее время. И совсем не хочешь рассказывать, что с тобой.
– О, Бикена Раи, если бы я могла… понять, что происходит,– вздохнула, опуская глаза.
– Может, поговоришь с Гиэ?
– Нет, только не с ним. Лучше расскажи, я не сильно испортила церемонию?
– Ты упала под конец. Да, тэсанийцы не услышали твою речь, но ты можешь произнести ее на своем приеме в честь инициации позже.
– Угу… А что мне присудили, что я теперь могу, какой род у меня, потому что я совсем не вовремя «шлепнулась»?– криво улыбнулась и покачала головой.– Я выбрала твой род, но ведь сама не знаю, к какому принадлежишь ты.
– Да уж,– рассмеялась Бикена Раи.– Ты точно хочешь это знать, потому что я тоже чуть не шлепнулась со скамьи, когда услышала твое решение?
– Должна же я знать свою новую фамилию,– кивнула недоуменно.
– Что ж, теперь ты Кира из рода Дожэн-Майриэ, тэсанийка с базовым уровнем доступа, можешь взять себе в наставники Мэйка и после обучения уехать в Мувэйн,– озвучила Бикена Раи и пристально посмотрела в глаза.
– Кира из рода Дожэн-Майриэ,– повторила задумчиво, и вдруг сердце едва не выпрыгнуло из груди.– Из какого рода?!
Внутри задрожало от ожидания ответа. Я молила, чтобы мне показалось, послышалось, но внутренний голос не подтверждал надежды.
– Дожэн-Майриэ,– тихо повторила Бикена Раи.
– Что?! Дожэн-Майриэ? Это… это же… Боже!– хлопнув себя по лбу и округлив глаза, я замерла, осознавая, что теперь еще больше связала себя с тем, от кого нахожусь в непримиримой ярости.
С минуту взгляд блуждал в пространстве зала, пытаясь хоть на чем-то сфокусироваться. Но не сумев это сделать, сползла спиной на сиденье и уронила чугунную голову на подушку.
«Бикена Раи уже тогда любила Райэла. Она сознательно выбрала его род, чтобы хоть немного чувствовать свою связь с ним, но я же выбрала его от незнания, и сейчас это кажется самым худшим решением на свете. Ведь теперь его семья будет нести ответственность за меня, а значит, и он тоже. Уверена, что он не преминет упрекнуть меня в этом!»
– Кира, все хорошо,– успокаивая поглаживанием по плечу, тихо проговорила Бикена Раи.
– Но как?!– спросила, открывая глаза и снова поднимая голову.
– Ты сама захотела выбрать род, к которому принадлежу я.
– Я же не знала, что ты взяла его род!
– Кто же знал, что ты так ответишь на вопрос старейшин,– спокойно пожала плечами Бикена Раи.– Нэйя сказала, что ты была готова к вопросам. Нэйад Бэйн на пути сюда должен был говорить об этом. И Райэл приходил к тебе, чтобы рассказать о процедуре…
– Приходил!– процедила сквозь зубы, отводя глаза и скрещивая руки на груди.
Бикена Раи долго разглядывала меня, затем поднялась и жестом попросила подвинуться, чтобы присесть на край софы.
– Разве это что-то меняет?– мягко спросила она.– Я знаю, у тебя с Райэлом напряженные отношения. Но ведь это принадлежность к сильному роду, только и всего. Он тут ни при чем.
– У меня с ним напряженные отношения?! Это у него со мной!
«Она не знает, что это значит для меня, и в какую зависимость теперь я впала по своей бестолковости. Может, это и просто фамилия. Но теперь это имя, будто назло, должно напоминать мне всю жизнь о тэсанийце, которого презираю и ненавижу… И который не выходит из головы…»
– А можно ли поменять род?
Бикена Раи широко раскрыла глаза и удивленно спросила:
– Как ты себе это представляешь? Сказать главам старейшин, что тебе не нравится их сын, поэтому ты не можешь взять их род?
– Ну… не так же прямолинейно,– возразила я, осознавая нелепость такого поступка.
– Хорошо, другими словами: я хотела бы поменять род, потому что передумала. Так тебе больше нравится?
Я схватилась за голову и покачала ею в разные стороны.
– Да, глупо. Боже, почему я такая идиотка?!
– Кира, ты ведь не глупая женщина, загляни в свой разум. Это же просто род. Сильный, известный род.
Я закрыла глаза и несколько раз глубоко вдохнула. Попробовала посмотреть на ситуацию с другой стороны.
«Конечно, я ничем не обязана ни ему, ни им. Вести себя неподобающе не собираюсь, а все остальное можно преодолеть».
Это были довольно убедительные аргументы. Эмоции поутихли. Я взглянула на коммуникатор и замерла. На экране красовался красивый идентификационный символ, обозначающий мое имя в роду Дожэн-Майриэ. Теперь я могла легко их различать, определять имя и род любого из контактов. Пролистнув перечень пальцем, увидела символ Бикены Раи. Ее имя тоже было вплетено в род Райэла.
– Да, ты права. Это просто формальность. Я не могу быть такой легкомысленной. Ты права. Но я больше не хочу об этом вспоминать.
– Итак, Кира из рода Дожэн-Майриэ, как ты себя чувствуешь?– прогромыхал голос Боуна надо мной.
Я подняла глаза и увидела радостное лицо кариасанца. Мой громкий досадный вздох вызвал недоумение на его лице.
– Тебе все еще плохо?– обойдя софу, заботливо спросил он.
– Нет, все хорошо. Я переволновалась,– поднялась, свесила ноги с софы и встала, взглядом выискивая свою обувь.
Бикена Раи наклонилась, вынула из-под софы туфли и протянула мне.
– Это место оказывает сильное впечатление,– усмехнулась и наклонилась, чтобы надеть туфли.– Благодарю, что помог мне.
– Очень надеюсь увидеть тебя на приеме бодрой и веселой. Потому что сейчас ты не слишком-то довольна.
– Я просто устала и переволновалась, говорю же,– отмахнулась я.
В зал вошли Гиэ и Нэйя.
– Кира, можем ехать в жилище.
– Да, я готова,– выпрямившись и оправив платье на бедрах, дежурно улыбнулась.
– Не возражаешь, если я поеду с тобой?– поинтересовался Гиэ.
– Зачем?– усмехнулась непринужденно: сейчас мне не нужен был психоанализ.– Чтобы приготовиться к приему, мне нужны Мэйк и Киэра,– оглянулась на Бикену Раи и улыбнулась:– Ты тоже, если не занята.
Шэктэри кивнула.
– Что ж, тогда отправляемся. Тэсанийцы уже разъехались. Путь к стоянке шаттлов свободный,– ответил Гиэ, пристально разглядывая меня.
Конечно, он был проницателен. Мой непринужденный ровный тон и дежурная улыбка не убедили его. Но мне нужно было чувствовать себя уверенной и спокойной. И я это старательно демонстрировала.
***
После церемонии инициации должен был состояться прием, и никто не собирался его отменять. Но и я не хотела отсутствовать на своем «выпускном балу». До мероприятия была еще половина дня, которую можно было провести максимально продуктивно. Я вежливо выпроводила Бикену Раи, Киэру и Боуна, которые пожелали остаться со мной до сборов на прием, распустила волосы, смыла с себя серебряную пудру и сняла макияж, переоделась в кораллово-розовое платье и вышла в бистро на обед.
Удивительно, но я стала собраннее и увереннее, как и хотела. Просто перестала думать о том, что не стоило моего внимания: смотрела на дверь и думала о ней, разглядывая детали, шла в бистро и рассматривала столики и декор, заказывала обед и с удовольствием пролистала все меню, убеждаясь, что теперь могу уверенно читать и понимать тэсанийские иероглифы. Как филолог я мысленно провела экспресс-анализ их языка: в тэсанийской письменности существовали символы, которые обозначали неделимые цельные понятия, которые на русском звучали бы в нескольких словах или даже предложениях, например: идентификационные символы, блюда, названия мест и традиций, растений и животных, некоторые состояния, чувства – их можно было отнести к типу иероглифов. Но в большинстве случаев это были символы-буквы и символы-слоги, из которых складывались слова, словно собираешь мозаику. Поражало и радовало, что мне не приходилось задумываться, как собрать слово из символов, палец сам находил из перечня иероглифов нужные.
Спустя какое-то время внутренняя пружина ослабла, напряжение отпустило, я стала готовиться к приему, включив мультипанель и отыскав видео недавних мероприятий такого рода. Однако неприятный осадок периодически напоминал о себе пульсирующим холодком в животе.
Глава 89. Высший
Какой нежной, трогательной, красивой она шла по проходу в Круг признания…
Райэл не помнил, в какой раз пересматривал церемонию инициации землянки, но глаз отвести от этой голограммы не мог. Он сожалел, что вовремя не успел на церемонию: капсула оздоровления почему-то дала сбой и разбудила его позже, чем было рассчитано, а появляться после начала мероприятия было дурным тоном.
Ему хотелось быть там, видеть, слышать и ощущать Киру живой. Он разглядывал ее губы, линию подбородка, шею… высокую грудь, тонкую талию, округлые бедра… Губы ломило от желания вновь поцеловать землянку. Какой сладкой она была, какой мягкой и податливой… Какой хрупкой и безоружной в тот момент, когда он сломил ее сопротивление безумным поцелуем. Райэл сам не понимал, как допустил это без ее согласия, но, когда девушка ответила, потерял всякий контроль. Кира была сердита, поражена и растеряна одновременно. Он и сам не смог объяснить ей в тот момент, что значил его поступок.
Два дня ушло на борьбу с мыслями о Кире. От замешательства Райэл улетел в жилище семьи в горах Эйрука и отключился в капсуле оздоровления. Он давно не выполнял эту процедуру, а слабость периодически давала о себе знать. Программа сообщила, что на полное восстановление уйдет не более двадцати трех часов, но активировала процесс пробуждения лишь после начала церемонии инициации – спустя пятьдесят семь. Но и тогда Кира снилась ему. А после пробуждения Райэл был озадачен своей глубокой задумчивостью об этой странной Тэсе и не отходил от мультипанели, раз за разом повторяя голографическую запись церемонии инициации.
Он слышал, что она выбрала Мувэйн, и с сожалением вспомнил ее угрозы исчезнуть на другом конце материка, лишь бы подальше от него. Что не давало ему покоя? Почему он не мог быть с ней более дружелюбным, хотя никогда не желал ей зла? Почему она задевала его всякий раз, когда нарушала некритичные правила этики в то время, как другие найденные в период адаптации и обучения вели себя и того хуже? Чего стоило унимать кровожадность мусси! И почему он не мог быть к ней ближе, чем Гиэ, Нэйя, Вэлн, даже строгая и закрытая Бикена Раи? И как нарушала его внутреннее равновесие дружба землянки с сиером Грэйном! Он и Маэрту запретил приближаться к ней. С какой стати все это?!
Кира взяла имя его семьи. Теперь она была не только в его мыслях, но и принадлежала к его роду. Сознательно ли она это сделала? И зачем? Неужели тоже испытывала к нему влечение?
Влечение! – это вызвало горячую пульсацию в животе, и Райэл замер взглядом на моменте, когда Кира потеряла сознание. На этой секунде картинка сменилась, и трансляция церемонии продолжилась еще несколько минут, но признанную Тэсу больше не показали.
Райэл уронил голову на спинку кресла, в котором сидел уже несколько часов после выхода из капсулы, и набрал коммуникатор Нэйи.
– Райэл, жаль, что ты отсутствовал,– сразу начала Нэйя.– Инициация прошла почти великолепно…
– Что с Кирой?– прервал он без лишних церемоний.
– Ты не смотрел мой отчет?– удивилась коллега.– Я указала, что Кира немного ослабла из-за адаптации без нанорегуляторов. Сегодня в ее биохимии присутствовали еще и показатели эмоционально-психической перегрузки…
– Я спросил, что с ней?!– напрягая голос, повторил Райэл.
Нэйя слегка растерялась от такого тона, но спокойно ответила:
– Сейчас все в порядке. Симптомов больше не наблюдается. Она готовится к приему… А ты как? Куда ты пропал?
– Благодарю, Нэйя. Я прибуду на прием.
Райэл оборвал связь и закрыл глаза. Кажется, силы в теле после долгого сна в капсуле восстанавливались, но все еще не хватало собранности и внутреннего равновесия. Что-то царапало его изнутри.
Он поднялся, остановил картинку голограммы на той секунде, где Кира была заснята крупным планом, и несколько минут рассматривал каждую черточку на ее красивом лице, представляя, как проводит пальцем по нежной коже щеки, губ…
Мягкий сигнал оповещения о приходе гостя отвлек Райэла не сразу, лишь когда дверь самостоятельно открыли и легкие шаги послышались в холле жилища. Райэл хмуро отключил мультипанель и широкими шагами вышел навстречу непрошенным гостям.
– Ниэса, что ты здесь делаешь?!– удивленно спросил Райэл, приветствуя сестру жестом и поправляя на себе сорочку, сбившуюся от долгого сидения полулежа.
– Райэл!– ахнула Ниэса, не завершив приветственный жест, и попятилась к двери, а там замерла с восторженным изумлением в глазах.
– Что случилось, Ниэса?– недоуменно сдвинул брови Райэл и взглянул за спину сестры.
Сестра была не одна. Позади нее показалась Майриэ.
Ниэса смотрела на брата с таким обожанием и счастьем, что, казалось, от радостного возбуждения она вспыхнет, как фейерверк. Райэл сделал несколько шагов навстречу родным, намереваясь предложить им пройти в жилище, но в недоумении от их странной реакции замер.
– Райэл! Какое чудесное событие!– также загадочно произнесла мать, умиленно разглядывая сына и улыбаясь дочери.– Теперь мне все ясно!
Райэл исполнил жест приветствия нэйад для матери. Не отводя взгляда от брата, Ниэса вошла в жилище под руку с Майриэ и снова замерла, не переставая счастливо улыбаться.
Райэл почувствовал себя в центре какой-то интриги.
– Какое еще «чудесное» событие случилось за время моего отсутствия?– иронично осведомился он, жестом приглашая семью расположиться в креслах в центре гостиной.
– Какое?!– изумленно засмеялась Ниэса, садясь в кресло и продолжая разглядывать брата.
– Твоя инфосистема сообщила, что ты провел процедуру оздоровления,– прокомментировала мать, оставшись стоять у дивана.– Значит, ты недавно проснулся?
– Так и есть,– ответил Райэл, до сих пор не понимая загадочного поведения обеих.
– Значит, ты и в зеркало на себя не смотрел?– догадалась Ниэса.
Вопросы сестры, ее излишняя эмоциональность вызвали у Райэла легкое раздражение. Майриэ подошла к сыну и легко положила ладонь на его грудь.
– Дорогой сын, поздравляю тебя с обретением нового статуса!– мягко сказала она и с благоговением коснулась кончиками пальцев своего лба и в поклоне протянула открытую ладонь навстречу сыну.
Значение этого жеста подействовало на Райэла, как удар волной биоэнергии. За матерью тот же жест почтения исправно повторила Ниэса и снова счастливо заулыбалась. Райэл некоторое время молча стоял перед семьей, пытаясь осознать то, что не поддавалось логике, но что-то внутри него сопротивлялось этому, а затем быстро повернулся в сторону гигиенической комнаты и широкими нетерпеливыми шагами скрылся за дверью.
Ниэса переглянулась с матерью и недоуменно пожала плечами.
– Он не рад?! Это как-то странно!
Майриэ ласково улыбнулась дочери и заметила:
– Он еще не осмыслил свой новый статус. Жду не дождусь, когда увижу его нэйаду!– она опустила ладонь на грудь и умиротворенно вздохнула.– Теперь многое изменится в его жизни. Новый статус, новый уровень доступа. Теперь он – высший! Лучшего нельзя и желать для своих детей!
– Я тоже очень хочу посмотреть, как навсегда изменится его бесстрастное выражение лица при виде своей нэйады,– в предвкушении усмехнулась Ниэса.– Уверена, он не сможет быть таким невозмутимым, как обычно!
Майриэ с легкой укоризной посмотрела на дочь, улыбнулась и села в кресло у открытого окна.
***
Райэл смотрел на себя в зеркало и не мог поверить…
Глаза – они были насыщенно-голубого цвета с прожилками синего. Яркий ореол радужки переливался всеми оттенками голубого. В груди заныло от тянущей боли. Вот что не давало покоя его мыслям.
Теперь он нэйад! Но как он не смог распознать этого раньше? Да, он не смотрел в зеркало два дня, погруженный в сон и в мысли о женщине, которая не давала покоя с того самого дня, как появилась на Тэсании. Он боролся с памятью о ней, с желанием обладать ею, с чувством, которое доселе было ему незнакомо и вызывало неодобрение и сопротивление внутреннего цензора. И все же его манило к ней, одно только воспоминание о ее существовании наполняло его Тэсу чем-то неизмеримо большим, пленяло мысли, разрушало границы возможного…
Но сейчас придется забыть о землянке, удалить из памяти все, что доставляло удовольствие, когда он думал о ней, видел ее, касался… Ведь у него появилась нэйада!
Сердце пропустило удар от такой мысли и легкие, будто скрутило, выдавливая весь воздух. Райэл чуть не задохнулся от протестующей боли в теле. Это согнуло его пополам. Но взяв себя в руки, он выпрямился и с недовольством посмотрел на коммуникатор: не просмотренных сообщений не было.
Он был в Доме свиданий накануне отъезда в горы, хотел избавиться от навязчивых мыслей о землянке. После его посещения он почувствовал что-то странное, но не придал этому значения. Система уже должна была сообщить ему эту новость, но, видимо, женщина, с которой он был накануне, еще не подала заявку о своем статусе, а он проснулся всего лишь пару часов назад. Возможно, связь нэйад еще не проявилась у той женщины, или она тоже долго не смотрелась в зеркало, что было полным абсурдом: ее бы заметили другие. Но, с другой стороны, Райэл не смотрел новостей, откуда ему было знать, что происходит в мире? А значит, теперь следовало подать сведения о себе в инфобазу Дома свиданий.
Но все его существо сопротивлялось этому. Он был ошеломлен тем, что испытывал сейчас. Его должен радовать и вдохновлять обретенный статус, но чем больше он погружался в мысли о будущем с нэйадой, с которой, по сути, не был знаком, тем больше охватывало сожаление и безумное чувство пустоты. Лучше бы он никогда не находил свою нэйаду и все оставалось привычным и неизменным. Возможно, он никогда бы не связал себя и с той, что так поразила его разум, но осознание, что теперь не было выбора и он уже никогда не сможет коснуться ее, острой болью прошила внутренности. Вскоре даже мысли о ней будут невозможны… Их сотрет связь нэйад.
Райэл зажмурился, выдохнул и припал лбом к прохладному зеркалу. Чувства нэйад еще не обострились, обряд единения станет началом этого. Но связь вот-вот сформируется, и вскоре, помимо воли ему придется окунуться в новые ощущения и испытать всю силу зависимости от нэйады. Райэлу впервые в жизни захотелось покинуть Тэсанию и раствориться в космосе, только бы еще хоть на какое-то время сохранить ту тонкую, едва ощутимую связь с землянкой, пожить памятью о ней, представлять, что он мог бы себе позволить то, что никогда не собирался: предложить заключить союз теперь уже гражданке Тэсании. И пусть у него никогда бы не было возможности продолжить свой род, обрести высший уровень, но еще двести лет, а то и больше, он смог бы купаться в том безумном коктейле чувств, что вызывала в нем Кира.
«Кира… Почему я сбежал тогда, после поцелуя, и не признался ей в своих чувствах?! Какое безумие толкнуло меня посетить Дом свиданий и забыться в объятиях неизвестной женщины?»
Райэл отрыл глаза и отстранился от зеркала. Лоб слегка покраснел от давления. Собственные глаза непривычного цвета вызвали приступ раздражения. Но еще немного посмотрев на себя, Райэл высоко поднял голову, и выражение лица вновь стало непроницаемым.
Это была минута слабости, чего он как достойный гражданин Тэсании и занимающий ответственный пост руководителя жизненно важного проекта не имел права допускать. Все уже случилось. Назад пути нет. Теперь следовало принять реальность таковой, какая она есть, и выполнить свои обязательства. Запретив себе всяческие сомнения и протестующие мысли, Райэл решительно отправил сообщение о своем статусе в инфобазу Дома свиданий. Он знал, что когда увидит свою нэйаду, все то, о чем он только что сожалел и о ком тосковал, безвозвратно уйдет в небытие. И отчаяние уйдет. Так было у всех нэйад. Значит, будет и у него.
Но острой болью отдалось в груди бесконечное сожаление о потерянном времени с Кирой. Он сам отказался от нее, однако не собирался бросать теперь. Он исправит ситуацию, предложив девушке дружественное обращение, и всегда будет поддержкой и опорой, ведь ей еще не раз будет тяжело. Теперь Кира еще и принадлежит к его роду. И это связывает их. Ответственность за Киру теперь была его священным долгом и… долгом совести.
***
Мэйк прибыл раньше подруг. Он сделал мне простую завивку крупными волнами и убрал пряди от лица невидимками, закрепив их выше висков. Я переоделась в платье для приема, которое мастер сделал по настоянию Киэры: прямое в пол, белое с рисунком от груди до самого колена – ярко-синее птичье крыло с переливами голубого и серебряного, и стала ожидать Бикену Раи и Киэру.
Голова уже неплохо соображала, спать больше не хотелось, ничего не беспокоило. Нэйя отметила высокую сопротивляемость иммунитета, видимо, организм окончательно пришел в себя, а небольшая слабость была остаточным явлением.
Увидев довольные улыбки подруг, я широко улыбнулась и подумала: «Все лишние мысли прочь! Больше ничего не отвлечет меня от новой жизни!»
Прием в честь дня инициации Тэсы проходил в роскошном ресторане на открытом воздухе. Он находился на крыше одного из деловых корпусов возле пирамидальных садов. Вид открывался потрясающий. Я даже ощутила прилив вдохновения. Вся моя группа и Боун присутствовали на нем.
Сюда пришло много неизвестных мне мужчин из Департамента биоэнергетики, были Ниэса и Кэм, который, как я заметила, слишком часто поглядывал на Бикену Раи. Старейшина Дэйна вместе с нэйадом Клоэ почтили своим присутствием. Внимания было очень много. Со мной знакомились и меня знакомили, желали всего, что могли пожелать тэсанийцы, интересовались моими планами на будущее, а мужчины стремились как можно чаще оказаться в поле зрения. Это не было навязчивым, но вспоминая слова Бикены Раи об интересе к новой Тэсе, внутреннее сопротивление возникало само по себе.