Эввиан: зов леса. Книга первая

«А пару часов назад что, притворялся?» – возразила про себя Эвви.

– Вот посплю часок-другой и просыпаюсь. И хожу по лесу, брожу туда-сюда. А если кто-то храпит, всё – не жизнь. Так что прости, милая, что оторвал от важного дела. Лес любит, когда с ним разговаривают. Он внимателен к каждому слову.

– Вы же сами сказали, что он не слышит, – возразила Эвви.

– Он слушает, но не слышит… это да, – медленно до нервозности сказал Виртус.

«С ума выжил старичок», – подумала волчонок и почему-то сразу стало стыдно.

– Лес – живой… Слушает, наблюдает, дышит жизнью всех. Он стягивает нити справедливости от одного к другому. Нужно лишь уловить эту тонкую нить и идти туда, откуда она тянется, стремиться туда, прикладывать все силы и дары, что есть в тебе. Его сердцебиение вещает ритм справедливости – время и час. Когда необходимо действовать – не жди, действуй! Услышь его дыхание, его сердцебиение и ритм!

  Эввиан слушала с открытым ртом. Эти глубокие воды мудрости просто накрыли её, и она чуть не утонула в них. И самое странное, что она вроде всё это понимала и подкожно чувствовала.

– Иногда лес зовёт, – продолжил трёхлапый мудрец.

– Зовёт? А как зовёт? – вот он краеугольный вопрос.

– Всех по-разному. Тебя так, меня иначе. Пифуса совсем по-другому…

– Пифуса? Дорогой Виртус, как он там? – собрала всё своё сочувствие Эввиан.

– Как? Никак. Отхрапелся и исчез… прохвост. Хоть спасибо бы сказал, – буркнул старый волк.

– Так вы же спали!?

– И что? Разбудил бы, откланялся. Поблагодарил бы, ну поболтали бы ещё…, – и Эвви поняла, что мудрец действительно не прочь почесать языком, но сейчас нету времени.

– Многоуважаемый Виртус Почтенный, я бы слушала вас и слушала, но мне пора… Меня ждут, – тело волчонка уже кричало, что хочет убежать, а улыбка по-прежнему отдавала долг мудрецу.

– Беги, Эввиан-голубоокая, беги. Лес не терпит хромых духом, – сказал Виртус и улыбнулся в ответ.

  Бег не мешал Эвви обдумывать случившееся и поэтому до норы она думала о «зове»:

«Значит меня зовёт лес. Но зачем? Виртус сказал, что он тянет меня к кому-то. Но к кому? Чтобы восторжествовала справедливость. Как эту нить найти? Сердцебиение леса – вот ответ».

  Немного сухо, но уже что-то вырисовывалось в голове. Эввиан была рада, что хоть одна ночь прошла почти нормально, так как её не звал «зов».

И тогда она побледнела: «Куда исчез мой зов?»

ГЛАВА 21

АРТИ

  Высший королевский Орден охотников – мечта каждого волка. Когда он был учреждён и кем – давно кануло в лету. Поговаривали, что это произошло при объединении трёх областей в единое королевство, но доподлинно неизвестно.

  Но цель этого Ордена абсолютно ясна – защита границ и целостности территории. Прежде всего: арти – это преданность двору. Беззаветная преданность, честь и мужество. Перед арти склоняют голову все, и не только потому, что боязно, а потому, что мир и спокойная жизнь в королевстве – заслуга этих элитных охотников.

  Кроме того, охота арти возведена в ранг искусства. Оно передаётся из поколения в поколение. Мастера охоты делятся этим искусством со своими учениками, а те со своими. Поиск таких учеников происходит каждый год. Если в каком-то лесу обнаруживают необычного волчонка, об этом сигнализируют председателю леса, а он главному советнику области, и в конце концов информация попадает к Мастеру-арти.

  Король и королева осведомлены о делах на границе и внутри королевства именно от Мастера-арти. Он отчитывается только перед ними и ни перед кем больше. Это должен быть самый заслуженный арти в королевстве, которого почитают все и наверху и внизу. И таким арти был Эразиус. Он прошёл все ступени охоты. Естественно, он был из кареглазых – самых сильных волков. Волк, получивший от жизни всё, ищет возможности доказать себе, что прожил жизнь не зря. Когда осень жизни наступает на пятки, весна перестаёт казаться такой красочной как раньше. Тогда в борьбу вступают смысл жизни и её миссия.

  Для Эразиуса смыслом жизни стала защита и безопасность королевства. Чтобы обеспечить мир – нужна сила. Для силы необходимы – дисциплина, труд и дар. С дисциплиной и трудом у волков проблем никогда не было. И только дар, который есть далеко не у каждого, ведь он абсолютно индивидуален, надо было отыскать и развить.

  Мастер-арти выработал свою схему поиска и обучения таких талантливых волчат. Их забирали из стаи в шестимесячном возрасте. Такой нежный возраст позволял формировать характер в правильном русле. Вместе с тем волчата помнили свой дом, своё логово. Жажда вернуться домой какое-то время была непреодолимой – именно это чувство и было мотивацией для молодых дарований.

  Взрослея, они впитывали в себя много других причин, чтобы идти вперёд: защита собственной жизни, защита друга и самое действенное – защита любимого. Да, арти искали себе спутника жизни среди своих. Они воспитывались парами. А чтобы инстинкт мести и заботы работал с удвоенной силой, им запрещалось иметь детей. Это было слабое звено в жизни охотников такого калибра. Страх не должен был сковывать мысли и действия. Слоган арти – «Свобода мысли, бесстрашный взгляд, борьба насмерть!».

  Мастер-арти сделал всё, чтобы этот механизм работал как часы. Он учредил дополнительные школы для рекрутов. В них обучали искусству охоты древней расы волков – «незримых». И как жаль, что они оставили после себя только наскальные рисунки. Кроме того, при каждом советнике был представитель от Мастера. Прежде чем картина о состоянии королевства доходила до двора, её переваривал Эразиус. У сильной личности мощные рычаги – безоговорочные послушники.

  Вот и Дэмиус с Нэтти, пара арти, были направлены в область Голубооких за очередным волчонком. Но они пришли не только за этим. Похоронить Дюлорию без должных почестей – дело неслыханное, требующее неотлагательного расследования. Ну а пока надо разузнать побольше об Эввиан, странном волчонке с необычными дарами.

  У входа в нору их ожидала Ютти. Её сердце вот-вот выпрыгнет из груди.

– Здравствуйте, гости дорогие!

– Какое прелестное создание… какие красивые глаза и улыбка, – Нэтти уже положила на лопатки скромного волчонка.

– Заходите к нам, не проходите мимо…

– Даже и не подумаем пройти, – наглел Дэми.

– Где же все?

– Внутри… Заходите.

  Все трое – Дэмиус, Ютти, затем Нэтти – зашли в довольно тесное логово-нору. Ни с того, ни с сего у Нэтти начало биться сердце чуть быстрее обычного. И она поняла, почему. В углу справа аккуратно притаилась Эввиан.

«Этот взгляд… Эти глаза, полные глубокого смысла и тоски…» – не унималось в голове у Нэтти.

– Здравствуйте, – тихо сказала Алория.

– Приветствуем вас, Алория Голубоокая! Мы несказанно рады, что можем побывать в ваших чертогах, и…

– Ты можешь не так официально? Мы в четвёртом лесу, расслабься и попроще, – шёпотом попросила Нэтти.

– Хм… Мы очень рады встрече, Алория. Пришли мы по поручению Мастера Эразиуса убедиться в том, что Эввиан обладает каким-то даром, который мог бы послужить нашему королевству.

– Господа арти, я и Лоди будем только рады, если это окажется так… Смотрите сами, если она не против, конечно.

– Мама, я конечно не против, – не выдержала Эвви.

– Тогда, с вашего позволения, мы заберём её на пять дней в рекрутский поход. Там мы выявим, что к чему и потом объявим вам наш вердикт, – с гордостью произнёс Дэмиус.

– Как вам будет угодно, господа, лес вам в помощь, – негромко согласилась Алория.

«Это всё? А проводы, слёзы и страдания», – разочаровалась Эвви и побрела наружу за двумя арти.

– Я не прощаюсь! – напоследок крикнула в нору Эввиан. И сразу пришла в голову мысль: «Оно мне надо, вот такое приключение?».

  Но долго эта мысль не прожила в короткой извилине. Арти шли впереди на приличном расстоянии. Ухо согнулось автоматически, и до Эвви долетели слова Нэтти: «Ты видел, что оставила в норе Дюлория?».

  Вот теперь нужная мысль: «Если честно, мне не терпится в такое приключение!»

ГЛАВА 22

ТРИО

«Они знают Дюлорию. Находились в норе не больше трёх минут и успели что-то разглядеть… Это мой дом, а я ничего не заметила! Но как?» – волчонок уже зауважала арти и вместе с тем делала вид, что очень переживает из-за того, что покидает отчий дом.

– Смотри, как старается вызвать у нас жалость, – не боясь, что Эввиан услышит, сказала Нэтти. – Маленькое создание пока не осознаёт, что глаза и взгляд – это дверь в её душу. Пока она не научилась её открывать и закрывать. Смотри, смотри как горят глаза, а лицо холодное, как снег! Мне это нравится, чувствуется породистая кровь.

– Ты как-то к ней неравнодушна, моя милая… Это начинает меня беспокоить. Ведь тебе известно, что арти ни к кому не привязываются и…

– Опять пошла официальщина… Может ты меня сначала спросишь, что я чувствую, когда смотрю на неё? – взглядом Нэтти сказала ещё пару-тройку слов, которые не хотелось говорить вслух.

В такие моменты Дэмиус не знал, куда деться, потому что глаза Нэтти могли описать такую гамму эмоций и чувств, что слова бы только помешали.

– Извини милая, я в последнее время сам не свой. Прости… Чёрствый какой-то стал. Нервничаю по пустякам. Раньше за мной не замечалось сентиментальности, но после этой весны… всё изменилось, – Дэмиус отвернулся, чтобы не видно было наполненных слезами глаз.

– Дорогой мой… ты же мой самый нежный и родной, и я знаю, что ты меня понимаешь, как никто другой. Смелости и мужества тебе не занимать, но эта весна всё изменила и в тебе, и во мне… Ладно! Теперь надо сосредоточиться. Извини меня, постараюсь следить за чувствами, – у Нэтти тоже глаза были на мокром месте.

«Что там происходит? И что за весна такая в этом году, от которой тяжело на душе?» – Эвви всё слышала и искала ответы на невозможно цеплючие вопросы.

– Дэми, значит, четыре девочки и один мальчик?

– Да, у нас пятеро. Три девочки и мальчик – Кареглазые, одна Голубоокая. Тогда завтра и начнём.

  Инструкторы обходили леса и составляли группы из одарённых волчат. В этом году во всём королевстве таких нашлось около тридцати. Только охота помогала выявить степень одарённости, характер дара и способность им управлять. Вылазка в лес, который им абсолютно незнаком, давала возможность волчатам показать, на что они способны.

 Группа Дэмиуса и Нэтти состояла из пяти волчат, у каждого из которых на первом этапе выявлены дары скорости, ловкости, силы и аналитического ума. Какой дар у Эввиан, пока никто не знал. Только Дюлория могла об этом поведать, но это она унесла с собой.

  Серо-белое трио пробралось через густой лес на высокий холм. Оттуда открывался прекрасный вид. Дэмиус и Нэтти стали укладываться спать прямо под открытым небом. Арти не требовалось каких-то удобств. Они вели аскетический образ жизни и довольствовались малым. Но то, что приковывало взгляд Эввиан – это бережное отношение к чувствам друг друга. И даже сейчас крохотное внимание со стороны Дэмиуса показывало его любовь к Нэтти. Особенно ей нравилось, как Дэмиус смотрел на свою любимую.

«Этот взгляд… Я никогда не видела, чтобы так смотрели. Мелочи – вот на что я буду обращать внимание, изучая других, особенно на то, как они смотрят», – очередная мысль посетила пушистика.

  Пока она додумывала, парочка уже уложилась. Они легли набок, свернулись красивым калачом и морды обратили друг к другу. Эвви не знала, что делать и как быть. Ветрено, грустновато, хотя ты не одна. Она незаметно прижалась к земле и поползла к тёплому острову. Приблизившись к арти, она почувствовала, как синхронно повернулись в её сторону уши. У Дэмиуса правое, у Нэтти левое. Хоть бы что-то сказали… нет.

  Никто не шелохнулся. Никто не проронил ни слова. Она смотрела на него, он на неё. Эввиан улеглась аккуратно. Она заняла совсем небольшое пространство между хвостами. Арти смотрели друг на друга, но не видели глаз. И каждый надеялся, что другой не видит его слёз, которые мягко падали на траву.

  Не сказать, что специально, но вид сверху был невероятно трогательным. Дело в том, что два волка образовывали некую фигуру, а Эвви заканчивала картину ниже.

  Конни, облетая свою территорию, увидел это зрелище и признался сам себе, что никогда ему не доводилось лицезреть такую красоту. Сверху смотрелось так: один волк справа лежит полукругом, второй слева также, третий, волчонок, снизу… И что здесь такого? Светляки налетели на Эвви и её волчье укрытие и стали включать и гасить свет в унисон с сердцебиением пушистика. Казалось, что эти трое образуют живое сердце, которое бьётся в самой душе леса.

  Сколько предстоит биться этому сердцу? Хотелось бы, чтобы это длилось без конца. А зачем? Никто из троих не понимал зачем, но тяга была настолько сильной, что не хватало сил на ответы. Никто не спал. Каждый наслаждался этим моментом. И для каждого находились причины. У всех были свои, но их хватало, чтобы душа наполнялась миром, долгожданным спокойствием и непонятным счастьем.

  Конни поднялся чуть выше и что-то вдалеке показалось ему странным. Со стороны деревни он увидел широкую огненную волну.

«Люди вышли на охоту», – подумалось ему, и он решил проверить. Он полетел в сторону деревни, оставив безмятежное сердце биться, по крайней мере на какое-то время. И что же он там увидел? Множество людей с факелами, на расстоянии пяти шагов друг от друга, шли одной волной в сторону одинокого сердца.

«К утру они будут у озера… Волкам не поздоровится», – сказал себе Конни, понимая, что не должен вмешиваться в судьбу этих серых хищников, как вдруг он увидел пса, бегущего в сторону одинокого сердца. Кто это?

«Аааа, это тот пёсик, которого я принёс Виртусу… Выжил что ли?».

  В бьющемся ночном сердце никто и не подозревал о надвигающейся волне. Она была довольно далеко, но ухо белой части сердца норовило согнуться, и Эвви не хотела прислушиваться к нему. Ей так было хорошо, этот домашний уют и запах тёплых волосатых покрывал… Ну за что? И всё же ухо согнулось…

– Кто здесь? – Эввиан вскочила.

Она и не заметила, что сердце давно исчезло. Дэмиус и Нэтти стояли поодаль, прижав к земле какое-то чёрное существо.

– Эввиан Голубоокая, это я, Пифус!

– Пифус! Что ты тут делаешь? – спросила Эвви, а сама подумала: «Почему, когда хочешь насладиться спокойствием и теплотой, появляется кто-то и рушит этот уютный дом!».

ГЛАВА 23

НАВЕРХУ

– Они ничего не должны узнать! – недослушав отчёт отрезала высокая прямоходящая фигура. – Мои советники не могут уловить своим коротким умом всю степень риска! Я ясно выразилась? – тихо и смотря прямо в глаза фигура просверлила тугоухость одного из арти.

– Я всё понял, ваше Величество.

– А надо отвечать: «Я исполню любое ваше желание», – тихим и змеино-шипящим ядом впрыснула она в беднягу. – Поди прочь!

  Отчёт арти перед королевским Советом был намечен через час. С постели встал даже Мастер-арти. Дело в том, что любое крупное событие, будь то нападение непрошенных гостей, природная катастрофа или людская охота, основательно обсуждалось Советом для предотвращения беды в будущем. Вот и сейчас должны были обсудить случившееся, но для начала узнать бы что?!

– Это не могло подождать до утра? – скрипел старый председатель Совета Зеленозорких поднимаясь уже на пятый ярус. – Когда дойдём до седьмого, я должен буду встать на задние лапы… чтоб сгорел этот королевский обычай!!!

– Хорошо, что этого не надо делать со входа в пещеру, а то не дошли бы, – подбадривал его председатель Совета Кареглазых.

  Пещерой называлась заброшенная давным-давно штольня. Внутри прорубили круглую гладкую винтовую тропу, которая выводила на разные этажи. В конце концов седьмой ярус находился на вершине отрога горы, откуда открывался вид на голубое озеро. Сзади была гора ещё больших размеров, вершина которой скрывалась облаками. Дворец находился именно там, скрытый от посторонних глаз.

  Королевский Совет собирался в зале с высокими сводами у подошвы дворцовой горы. С потолка свисали смешные горные сосульки и две из них соединились с двумя растущими с пола образуя подобие двух тонких колон. Именно в этом месте находились два необыкновенно красивых трона. На фоне серой горной породы троны смотрелись как весенние цветы. Сами основания тронов были чёрные. Ярко-сиреневый цвет обивки и подушечек у королевы и бордовый у короля.

  Справа и слева находились стулья с высокими спинками. Приличия ради им подпилили ножки, чтобы сидящие на них были ниже королевской четы. У Совета это давно не вызывало улыбки, а лишь сожаление, потому что когда-то уважение и честь зарабатывали, а не получали по наследству вместе с короной. Наконец все собрались.

  По левую сторону два стула и по правую столько же. Первым от короля сидел уважаемый председатель совета Кареглазых – Дориус. Затем председатель совета Зеленозорких – Рониус. Со стороны королевы – Эразиус, уважаемый Мастер-арти, затем председатель совета Голубооких – Арисоль. Рядом с ним не сидел, а стоял председатель четвёртого леса Волевар. Глубокое почтение легко угадывалось во взглядах советников. И только Эразиус позволял себе смотреть не на королевскую чету, а на пол, где он что-то рисовал глазами и шевелил левым ухом.

– Ваши Величества, королева Лориэль, король Амбиус, уважаемый Совет, – начал арти. – Довожу до вашего сведения, что этой ночью была совершена людская охота на четвёртый лес Голубооких. Арти-разведчики, по непонятной пока причине, не смогли осведомить об этом заранее. Обстоятельства этого события и последствия уточняются.

– Потери? – спросил король.

– По имеющимся данным, все логова пусты. Жертвы – шесть взрослых, три волчонка. Завтра выясним все подробности.

– Задавайте вопросы, господа советники, – очень сухо и по-детски бросил король Амбиус.

– В это время в четвёртом лесу была пара арти с рекрутским заданием… что с ними? – Эразиус нетерпеливо ёрзал на стуле.

– Насколько мне известно, они мертвы. Их могли забрать люди, как трофей. Остальные тела оставлены.

– Когда вы добудете эти сведения? Медведь тебя подери! Сколько ждать? – не выдержал Мастер-арти. И повернувшись к Величествам сказал. – Простите, великодушно, ну нет никаких нервов на этих болванов…

– Дорогой мой, – пришла на помощь Лориэль. – Успокойтесь, поспите, а к обеду всё будет известно.

– Да куда уж поспать, – пробурчал себе под нос Эразиус.

– Какие будут предложения? – опять король встрепенулся.

– Предлагаю издать указ о временном предоставлении укрытия всем бежавшим, пока не пройдёт угроза, – бодро вставил Волевар.

– А вы где были в это время? – не успокаивался Мастер.

– Я… я встретил Дэмиуса и Нэттиан у себя в резиденции, а потом тут же отправился домой… в первый лес… А что? Вы меня в чём-то подозреваете? – возмущался Волевар.

– Лес вас упаси… Никто не подозревает, просто уточняю хронологию событий, – ретировался Эразиус.

– Раз нет вопросов, господа, разрешите поблагодарить вас за заботу о нашем королевстве и подданых наших. Пусть лес дарует вам благоденствие и мир. Завтра пришлём вам гонцов с последними новостями, – закончил заседание король Амбиус.

  Их Величества встали, встали и присутствующие. Советники проводили взглядом королевскую чету и начали расходиться.

– Ну как я тебе сегодня? – шёпотом спросил Амбиус.

– Да болван ты неотёсанный! «Господа», «нет вопросов», «благоденствие»… Я же тебе сказала: мягче, достойнее, с королевской выправкой, а ты?! Дворняга, вот ты кто! – не стеснялась в выражениях Лориэль.

  А в это время Мастера-арти волновали вопросы совсем иного рода:

«Дэми и Нэтти – самые надёжные арти. Я им доверяю, как себе. Что могло произойти, что они не оставили о себе и следа? Такого никогда не было. Почему они не предупредили других? Почему не спаслись, ведь людская охота для арти – это смех с пузатой лягушкой. А если спаслись, то где они? Что они скрывают? Если скрывают, значит что-то серьёзное? Но что?».

  Он не знал, где найти хоть один ответ на вопрос. Дождаться завтрашнего полудня? Нет. Он решил по-другому. Уже к восходу он снарядил четырёх арти, проверенных на преданность, и послал на поиски Дэмиуса и Нэтти. Что бы они ни принесли – грустную иль радостную весть – ему нужны были ответы. Чистка четвёртого леса – это понятно, люди иногда так поступают. Но смерть арти на людской охоте – нонсенс.

  Поэтому Эразиус продолжил писать свой мысленный дневник: «Дэмиус и Нэтти пропали – где они?».

ГЛАВА 24

ВНИЗУ

  Пифус не успел больше сказать ни слова. Огромные лапы прижали к земле двух арти. Это были безжалостные пумы, по две на каждого волка. Сзади подходила пятая огромная кошка.

– Ну что, ребятушки, теперь будем играть по моим правилам, – сказала пума и подойдя ближе, наклонилась до земли, где уже грели землю своими мордами арти. – Сладкая парочка арти! Хе-хе-хе… душечки-пупусюсечки… Сердечко-колечко… Попались на том, на чём арти не могут и не должны попадаться… Какие же вы милые!

  Пумы никогда не общаются с арти, это запрещено их кодексом. По их мнению, арти легко уговаривают, давят на совесть и манипулируют тобой. Пумы – одиночки, и никогда не станут логически рассуждать с серыми мастерами охоты. Вот и сейчас наёмник Палион заранее связал пасти надёжным жгутом.

– А ответить никак, да? – издевался Пали. – Не переживайте, вы у меня не только заговорите, запоёте, нет – замычите!

– Пали, нам велено их казнить, о чём ты?

– Ша, кошечка. Пали-одноглазый знает, что говорит. Вы слушаете сюда и делаете то, что я вам скажу, уяснили?

  Палион скомандовал набросить ошейники и вести на север. А в это время, в высокой траве лежал Пифус, о котором все забыли или вовсе не догадывались о его существовании. Он лежал смирно, тихо и даже позволял себе разглядывать довольно симпатичных палачей, доселе невиданных.

«А Эвви? Что с ней? Где она?» – не забыл пёсик и о подруге.

  У Эввиан всё было в порядке. Как раз в то момент, когда напали на арти, выглянула луна, и волчонок растворилась. У Эвви всё лучше и лучше получалось холодно оценивать ситуацию и, не шелохнувшись, делать выводы. Внутри – огонь, снаружи – лёд. К тому же биение сердца из бешеного переходило в размеренное. Настоящий охотник мог управлять своим сердцебиением и в нужный момент вовсе заставить сердце отдохнуть. Она отошла на расстояние в три прыжка и прижалась к земле.

  Эввиан ждала… слушала… ждала… слушала.

«Как же это долго! Нельзя ли побыстрее, господа негодяи!». Волчонок начинала скучать, но вовремя одёрнула себя от ленивого ничегонеделания.

«Думай быстрее, думай… Чего ждёшь? Ну давай же!», – Эвви постаралась сделать то, что не очень приятно и особенно когда не вовремя.

Это был именно тот момент, когда вообще никак, тяжко до невозможности! Ну а как по-другому?! Когда того требуют обстоятельства, бросайся в омут энергичного принятия решений, действуй решительно и без оглядки!

  И тут Эввиан залипла. Пока главный негодяй насмехался над арти, она вспоминала мигающее хвостатое сердце. Поразительная отрешённость.

«Почему-то их запах мне не чужд. Он не вызывает во мне ни страха, ни опаски. Я как будто дома… слышу их дыхание, стук их сердец, то частый, то мирный. Я погружаюсь в глубину их глаз и бездонных эмоций. Это неизведанный мир для меня… Меня трогает всё… как так? Кто они и почему лес притянул меня к ним? Наверно, это справедливо…»

  Не успела Эвви додумать последнюю мысль, как кто-то врезается в неё. Она смело делает кувырок и бросается с рёвом на врага. Пасть открыта, оскал острый, глаза горят, когти чешутся. И тут в пасть попадает кусок ветки…

– Эй, ты чего?

– Тьфу, Пифус, ты что делаешь? Чего ты ветки в рот суёшь? – отплёвываясь, поинтересовалась Эвви.

– Ты бы себя видела… бешеная какая-то. Чего ты бросаешься, если не знаешь кто перед тобой, а?

– Я учусь решительности и отчаянности… Ну, где все?

– Арти увели в сторону озера, на север. Они говорили о казни. Им грозит опасность, надо что-то делать, – сказал Пиф и глубоко вздохнул.

– Включаем принципы охоты…

– Как это?

– А вот так. Во-первых, время – его у нас нет. Решения будем принимать по дороге. Во-вторых, навигация – бежим на север. И в-третьих, география – местность нам неизвестна, поэтому по прибытию поймём, как действовать и с чего начать. Побежали! Стоп, подожди! Для начала выпьем нектара, силы нам ой как понадобятся.

  Крепкий духом чёрно-белый дуэт был готов к новому вызову. Уже светало. Они поглядывали друг на друга, проверяя решительность и мужество другого. Она бежала по двум причинам, он тоже.

Этих причин хватало для того, чтобы не жалея сил бежать навстречу неизведанному жестокому миру. Что это были за причины? Надеемся, мы их узнаем, когда они наконец откровенно поговорят друг с другом. А то всё бегом да бегом.

  До озера оставалось всего ничего, и они решили обойти спуск к берегу справа, чтобы из камышей посмотреть на то, что там происходит. Картина вырисовывалась такая: три пумы в лодке с двумя волками. Две кошки машут вёслами, третий машет лапами. Арти, связанные, согнувшись сидят на середине лодки.