Моё наследство

Рвущаяся на улицу Стерва бодро сбежала с лестницы, и потрусила к кустам под окнами с последними поникшими золотистыми листьями.

Понимая, как сегодня будут страдать мои гости, я сходила в палатку, где круглосуточно продавали пиво по двойной цене, и купила три бутылки.

У дома холодный ветер метнул в лицо горсть мокрого снега, глаза на секунду закрылись. Сзади хлопнула подъездная дверь, и меня толкнула пронёсшаяся мимо четырёхлапая махина. Я упала выставив на холодный асфальт ладони, защищая лицо от удара.

Пролетевшее мимо существо вернулось, уселось на асфальте напротив меня и с интересом смотрело на мои попытки подняться. Это была огромная тёмно-серая собака, мастиф-неополетно. Ухоженная такая собачка, лоснилась от перекорма.

На сегодня из серьёзных дел необходимо было заехать к Сергею Дмитриевичу, посмотреть какие-то фотографии, и узнать в клинике о примерной сумме за операцию на колене.

В одиннадцать я чувствовала себя вполне сносно. А вот Сергей Дмитриевич, хоть и выглядел в своём кабинете весьма солидно, явно вчера не кефир на ночь пил.

Майор положил на протокол допроса несколько фотографий.

– Узнаёшь?

На одной из них за праздничным столом сидела компания, старательно смотревшая в объектив. На другой фотке сильно накрашенная девушка с сигаретой в руках, оседлав лежащего на полу парня, делала вид, что ей весело. Парень, изогнувшись, пялился со счастливой улыбкой на фотографа.

– Это что, он? – Спросила я, узнав пострадавшего.

Сергей Дмитриевич посмотрел на меня поверх очков.

– Он. Игорь Евгеньевич Пирожкин. Компания на этой фотографии, его близкие друзья, банда, так сказать. Они угоняли машины, подсылая своих девушек. Схема самая простая, без затей. Вечером, подвыпившая весёлая девушка ехала с мужчиной в тёмное, лесистое место, или в глухой двор. Там предлагала за проезд расплатиться натурой. Во время подготовки процесса, то есть её раздевания, к машине подходили ребята, фотографировали сцену и выкидывали владельца из автомобиля. Если пострадавший слишком рьяно начинал искать угнанную машину, ему домой высылался самый откровенный снимок… В начале года все, кроме Игоря, сели. Его случайно не было при милицейской операции с подсадной уткой, страдал похмельем на даче у очередной девушки «облегчённого» поведения.

Следователь говорил устало, иногда снимал очки и сильно тёр глаза. Мне стало его жалко, и я вспомнила о бутылке, оставшейся в сумке.

– Сергей Дмитриевич, у меня пиво есть. Хотите?

– Не положено. – Зевнув, следователь прикрыл рот рукой. – Давай пиво, но не проболтайся своему дяде.

Я достала из сумки бутылку и протянула следователю.

– А что тот парень делала в квартире Кати?

– Он пытался забрать сумку с документами и ноутбук. Документы – вот они. На квартиру, на машину, на фирму. Мы копии сняли. А ноутбук пока придержим. – Следователь подвинул ко мне по столу прозрачную папку с бумагами. – Под заказ парень работал, что-то искал.

Допив пиво, Сергей Дмитриевич закурил, но увидев, как я сморщилась, затушил сигарету.

– Вчера ничего особенного не случилось? Криминального? – Спросил он.

– Нет. – Честно призналась я. – Мама с папой даже не ругались по телефону.

– Это хорошо. Ладно, Настя, иди. Будет что нового – звони, телефон знаешь.

Я убрала пустую бутылку в пакет, проговорила дежурное «спасибо», и с удовольствием вышла из казённого учреждения с пустыми коридорами.

Домой поехала на такси, могла теперь себе позволить.

Дома папа дремал перед телевизором. Настроение резко пошло вверх, и очень захотелось погулять с собакой. Я не врала себе, мечтала «случайно» показаться тому парню с мастифом-неополитано не в утреннем затрапезном виде, а подготовленной.

Мама и Мила слаженно мыли посуду, обсуждали растущие цены на продукты, одежду и тему – где взять денег. Слушать их не было сил.

Перед выходом на улицу зубы были почищены два раза, косметика подправлена. Лицо смотрело из зеркала почти осмысленно, глаза не косили, руки не дрожали. Новые спортивные ботинки, горнолыжная серебристо-чёрная куртка. Я готова.

Тихо сняв с папиных колен Стерву, я вышла на улицу. Протопала два круга вокруг дома. Интересующий меня объект отсутствовал. А жаль. Погода к середине дня разгулялась, солнце припекало, высушивая асфальт и золотистые листья.

Днём любителей прогулок на собачьем поводке было мало, около нашего дома ни одного. Я решила не расстраиваться и вернуться в квартиру.

У подъезда, глядя в лужу у себя под ногами, сидел на лавочке и курил утренний парень. Его огромной собаки рядом не наблюдалось, и парень не отвлекался ни на что, сосредоточился на своём отражении в дождевой воде. Но я знала, как привлечь к себе внимание, и обернулась к собаке.

– Стерва, иди сюда, милая. Стервочка, перестань есть всякую гадость.

Не пришлось даже голоса повышать. Парень смотрел на меня и собаку озадаченно.

– Слушай, ты сама её так назвать догадалась, или кто посоветовал?

– Её так назвала тётя. А как вашего борова зовут?

– Аля, Алевтина.

Я махнула рукой, не веря. В кустах появилась огромная морда мастифа, и уставилась на нас со Стервой плотоядным взглядом. Парень поцокал языком, и пятидесятикилограммовая махина, осторожно обойдя нас, уселась рядом с лавочкой, восторженно глядя на хозяина.

Я примерно так же была готова смотреть на парня, но сдерживалась.

Говорят, что для того, чтобы пожениться, люди должны подольше и получше узнать друг друга, проверить чувства. Может быть. Для женитьбы. Для того, чтобы захотеть мужчину – сильно, до головокружения и дрожи в животе, достаточно пары минут. Во всяком случае, так произошло сейчас у меня.

– А как вас зовут? – Не удержалась я.

– Алексеем. А тебя как?

– Анастасия.

– Насть, ты вечером во сколько гулять выходишь?

– Вечером?

Что ему ответить? Что мне и сейчас уходить не хочется? Что я готова стоять перед ним до завтрашнего утра, только бы видеть его и слышать?

– Вечером как получится, но сегодня, ради вас, могу выйти ровно в восемь. Устраивает?

– Устраивает, – согласился парень. – Но лучше в девять.

Тем временем Стерва нагло обнюхивала огромную псину, не смеющую перекусить её в одно сжатие челюсти в присутствии хозяина.

Я подхватила свою собачонку и прошла мимо Алексея, изо всех сил стараясь не показать, насколько мне бы сейчас хотелось вместо мастифши сидеть у его ног, а потом дождаться приглашения в квартиру и там наблюдать за его жизнью. Может, он иногда бы меня гладил…