Теория психической энергии вместо Социологии и Психологии. Тождество народного и научного суверенитета

Глава 2. Социология Конта и иерархия наук

1. Социальная физика

2. Эмпиризм

3. Иерархия наук

«Конт утверждал в качестве очевидной истины (впрочем, теперь неопровержимой), что психическая жизнь индивида подчинена необходимым законам. С этой точки зрения общества переставали выступать как нечто вроде бесконечно податливой и пластичной материи, которую люди могут, так сказать, лепить по своей воле; с этих пор в них нужно было видеть реальности, природа которых нам навязывается и которые могут изменяться, как и все естественные явления, только сообразно управляющим ими законам. Мы оказываемся, таким образом, перед лицом устойчивого, незыблемого порядка вещей, и настоящая наука становится возможной. Эта чисто умозрительная наука есть социология. Чтобы лучше показать ее связь с другими позитивными науками, Конт часто называет ее социальной физикой. Иногда утверждалось, что эта точка зрения заключает в себе нечто вроде фатализма. Если сеть социальных фактов столь крепка и прочна, то не следует ли отсюда, что люди неспособны ее изменять и, стало быть, не могут воздействовать на свою историю? Но пример того, что произошло в изучении других сфер природы, показывает, насколько этот упрек необоснован. Наоборот, как много изменений мы произвели во вселенной, с тех пор как сформировались позитивные науки (а они сформировались на основе постулата детерминизма). Точно так же будет и с социальным миром. Еще совсем недавно продолжали думать, что все в нем произвольно, случайно, что законодатели или государи могут, подобно алхимикам былых времен, по своему желанию изменять облик обществ, переводить их из одного типа в другой. В действительности эти мнимые чудеса были иллюзией. Наоборот, именно социология, открывая законы социальной реальности, позволит нам более обдуманно, чем ранее, управлять исторической эволюцией, так как мы можем изменять природу, как физическую, так и моральную, только сообразуясь с ее законами»

«Оно позволяет непосредственно признать за главный центр позитивного синтеза раскрытие истинной теории человеческой эволюции, одновременно индивидуальной и коллективной. Ибо всякая решительная разработка этой конечной цели тотчас пополняет общее понятие о естественном порядке и необходимо возводит его в основной догмат всеобщей систематизации, постепенно подготовляемым всем умственным движением современных народов. Благодаря непосредственному содействию научных трудов, появившихся за последние три века, в этом отношении остался серьезный пробел только касательно явлений моральных и в особенности социальных. Доказав существование непреложных законов также относительно этих двух классов явлений, путем предварительной систематизации всего прошлого человечества, современный ум завершил свое трудное предприятие и поднявшись на единственную точку зрения, откуда можно все обнять взором, построит свой окончательный образ мыслей»

«Духовный фактор главенствует в социальной динамике точно также, как он главенствовал в социальной статике. И там, и там, изменения в духовной сфере сопровождаются изменениями во всех остальных областях общественной жизни, так что все духовное – социально, являясь социальным в самом широком смысле слова.

Основной закон социальной динамики (он же «закон прогресса») заключается, следовательно, в том, что каждый подъем, каждый толчок духа вызывает – в силу универсального консенсуса – соответствующий отклик во всех без исключения общественных областях – искусстве, политике, индустрии. И везде дух играет руководящую роль, образуя силовой центр социальной революции.

В этом состоит интеллектуалистский принцип философии истории Конта, согласно которому философское мировоззрение каждого данного исторического этапа выступает как основной фактор генезиса и последующего развития социальных явлений»

«На первой стадии религиозно-теологический ряд доминирует над государственно-политическим. На второй наоборот – государственно-политическая (государственно-правовая, метафизически-юридическая) сфера определяет судьбу всех остальных – от техники и науки до этики и искусства; но прежде всего судьбу теологии и религиозного знания в целом. Наконец на третьей стадии, согласно гипотезе Конта, должно утвердиться господство позитивной, то есть „подлинно научной“, философии над всеми остальными сферами социальной жизни»

«Психологи, опирающиеся на эту объективистскую, накопительную, лишенную ценностей, нейтральную модель науки,

которая подобно строящим коралловый риф моллюскам пытается слепить частные факты о том и о сем в нечто целое, эти психологи не то чтобы неправы, а скорее просто банальны в своем мышлении.»

«Полный упадок понятия души и частичный упадок Я произошел, в частности, как я уже сказал, благодаря росту позитивизма в психологии. Позитивизм, как всем нам известно, является программой морального перевооружения, императивы которой включают абсолютный монизм, абсолютную объективность и абсолютный редукционизм, – короче говоря, абсолютную непорочность. С этой аскетической точки зрения субъективные убеждения подозрительны, Я выглядит несколько неприлично, а любой намек на метафизику (то есть непозитивистскую метафизику) отдает слабостью. Как пояснил Гарднер Мэрфи, из психологии Я престижа не извлечешь».

«Отдавая предпочтение видимому, внешнему, позитивизм (операционализм) утверждает, что методики эксперимента и измерения должны быть специфицированы в определении каждого понятия. Идеалом этого строгого требования является построение психологии в одну шеренгу с физикой и математикой и достижение, таким образом, единства науки. Позитивизм стремится свести абстрактные понятия к данным наблюдения или к процессу наблюдения как таковому. Несмотря на то, что словесный отчет с неохотой признается операцией, допустимой в определенных условиях, скудость результатов, вытекающая из применения операциональных критериев, тормозит исследование сознания как такового и личности как сложной структуры, так как в этих областях можно выполнить, повторить и зафиксировать извне относительно немногие конкретные операции. Именно из-за этого многие психологи не проявляют интереса к экзистенциальному богатству человеческой жизни. Они говорят, что у них нет методов. Точнее, имеющиеся методы ущербны с точки зрения строгих требований, лежащих в основе современного позитивизма. Стремясь соревноваться с „настоящими“ науками, психологи поддаются искушению работать только над теми проблемами и лишь с теми объектами, которые отвечают принятым критериям. По этой причине зоопсихология и математическая психология оказались высокоразвитыми. Позитивистский идеал настолько доминирует, что другие области психологии воспринимаются как не вполне серьезные».

«Человечество предназначено к тому, чтобы разрешить великую проблему человеческой жизни, а именно обеспечить преобладание альтруизма над эгоизмом; такая задача может быть решена в действительности: назначение наше постоянно влечет нас к осуществлению вышеуказанного преобладания; его реализация никогда не будет достигнута, но служит наилучшим мерилом постоянного прогресса человечества»

«Отношение, существующее в действительности между различными родами явлений, дает возможность расположить науки в таком порядке, что проходя по этому порядку нам не придется выходить из области действия известных законов, но только познакомиться с добавочным на каждом шагу. В этом то порядке Конт и предложил сгруппировать науки. Он располагает науки в восходящий ряд по степени сложности их явлений, так что каждая наука находится в зависимости от истин всех других наук, ей предшествующих, с присоединением еще частных истин, собственно ей принадлежащих.

1. Математика: наука о числе, геометрия, механика (числовые истины верны относительно всех вещей и зависят только от своих собственных законов)

2. Астрономия (явления астрономии зависят от этих трех классов законов и кроме того от закона тяготения)

3. Физика (предполагает математические науки, а также и астрономию и свои собственные законы теплоты, электричества и др)

4. Химия (зависит от всех предыдущих законов и добавляет свои собственные специальные, периодический закон и др)

5. Биология (явления физиологические зависят от законов физики и химии и сверх того от своих собственных)

6. Социология (наука о человеке и обществе)

Наука социальная, как самая сложная из всех, по мнению Конта, совсем еще не достигла позитивной степени развития, а все время являлась предметом бесплодной борьбы теологического вида мышления с метафизическим. Сделать эту науку, высшую из всех, позитивною – было главной задачей Конта, и он думал, что исполнил эту задачу»

«Соответственно этому было сделано предположение, что атомы неразрушимы и что все изменения в физическом мире состоят просто в перераспределении неизменных атомов. Этот взгляд господствовал до открытия радиоактивности, когда было обнаружено, что атомы способны разлагаться. Нимало не смутившись, физики изобрели новые и более мелкие единицы, названные электронами и протонами, из которых состоят атомы. В течение нескольких лет предполагалось, что эти частицы обладают той неразрушимостью, которая ранее приписывалась только атомам. Но, к несчастью, оказалось, что протоны и электроны могут сталкиваться и взрываться, образуя не новую материю, но волну энергии, распространяющуюся во Вселенной со скоростью света. Энергия должна была заменить материю в качестве некоего вечного начала»

«Живая клетка состоит исключительно из атомов углерода, азота и т. д., которые изучают физико-химические науки. Однако, хотя в клетке имеются только минеральные вещества, последние, комбинируясь определенным образом, порождают свойства, которых у них нет, когда они так не скомбинированы, и которые характерны для жизни (способности питаться и размножаться); они образуют, стало быть, благодаря факту их синтеза, реальность совершенно нового рода, реальность жизни, которая составляет объект биологии»

«Мы видели, что закон инерции нельзя вывести непосредственно из эксперимента, его можно вывести лишь умозрительно – мышлением, связанным с наблюдением. Этот идеализированный эксперимент никогда нельзя выполнить в действительности, хотя он ведет к глубокому пониманию действительных экспериментов». Эйнштейн и Инфельд Эволюция физики

«Кому понятие кажется висящим в воздухе идеальным образованием, которому не соответствует ничего действительного, тому следует принять в соображение следующее. Как самостоятельные физические „вещи“ абстрактные понятия, конечно не существуют….Руководящая роль абстракции в научном исследовании очевидна. Абстракция поэтому есть метод отыскания принципов….выставленные Ньютоном в его „Принципах“ законы движения представляют собой вообще превосходные примеры открытия при помощи абстракции….Гениальный интеллект именно тем и отличается от нормального, что он быстро и точно предвидит успех интеллектуального средства. Эта черта обща всем великим исследователям, художникам, изобретателям, организаторам и тп».

«Однако, Конту не удалось сделать социологические исследования позитивными. Для этого надо открыть или доказать, проследив все их последствия, те из этих истин, которые способны служить связующей цепью в классификации наук. Истины эти должны относится к этой науке так, как закон равновесия и движения к механике, как закон тяготения к астрономии, как периодический закон к химии, как закон элементарных свойств тканей к физиологии. Как только такая операция исполнена, она характеризует конец эмпирического периода и дает возможность понимать науку как стройное и связное ядро учения. Вот чего не было сделано в социологии. Конт вовсе отвергает, как совсем ненужный процесс, психологическое наблюдение, или говоря иначе, внутреннее сознание. Он не дает места психологии в своем ряду наук и отзывается о ней всегда с презрением. Какое же орудие предлагает Конт для изучения „моральных и интеллектуальных функций“ взамен психологии им отвергаемой? Нам стыдно сказать, что средством этим является френология! Правда, говорит он, наука эта еще не сложилась, но она развивается. Он принимает только общее деление мозга на три области: наклонностей, чувств и ума, с подразделением последней области на органы размышления и наблюдения. Однако, он смотрит на простую первую попытку распределить умственные отправления между различными органами, как на освобождение науки о человеке из метафизической стадии и возвышения в стадию позитивную. Положение науки о духе было бы истинно печальным, если бы именно в этом заключалось лучшая для нее возможность сделаться позитивной, ибо дальнейший прогресс наблюдений ведет не к подтверждению, а к отрицанию френологической гипотезы. Следовательно, не отвергая помощи, какую может оказать в психологии изучение мозга и нервов, мы можем утвердительно сказать, что Конт не сделал ничего для установления позитивного метода в науке о духе»

«Биологи, в свою очередь заслуживают тех же упреков, когда они, например, претендуют все объяснить в социологии чисто второстепенными влияниями климата и расы, ибо они не считаются при этом с основными законами, которые могут быть раскрыты только с помощью исторических индукций. Энергичное наступление материализма, облеченного в глазах современных мыслящих людей в некоторый прогрессивный характер, благодаря его долгой связи с справедливым возмущением человечества против миросозерцания, ставшего ретроградным. Мы убедились таким образом, что позитивизм глубоко противоположен материализму не только по своему философскому характеру, но и по своему политическому назначению»

«Самый воск составлен из протяженности, гибкости и движения, которые понимаются умом, а не воображением. Вещь, которая является воском, сама по себе не может быть чувственно-воспринимаемой, так как она равно включена во все явления воска данным различным органам чувств. Восприятие воска „не составляет ни зрения, ни осязания, ни представления… но составляет только усмотрение умом“. Я вижу воск не больше, чем я вижу людей на улице, когда я вижу шляпы и пальто. „Благодаря одной только способности суждения, находящейся в моем духе, я понимаю то, что мне казалось, будто бы я вижу глазами“. Познание внешних вещей должно осуществляться умом, а не чувствами»

«Что значит благо для мыслимого по отношению к уму и умопостижимому, то же значит и солнце для видимого по отношению к зрению и к зримому. Итак, помысли, что есть два предмета и один из них царствует над родом и местом мыслимым, а другой над видимым»

Дюркгейм довольно точно сформулировал, в чем состояла заслуга Конта как основателя социологии. То, что детерминистами древности формулируется еще только как общая философия об общих законах человеческой природы, Конт постулирует в качестве естественной науки об обществе.

Открыть законы природы, управляющие законами общества – такова цель его научных изысканий. Он признает человека и общество неотъемлемой частью природы и встраивает социологию естественнонаучный ряд его иерархии наук. Он пишет о «социальной физике», которая позволит открыть общие закономерности человеческой природы.

Результатами его социологических изысканий стали несколько основных положений:

– Эволюция человечества качественно отличается от эволюции животного мира и представляет собой эволюцию мышления. Последняя представлена тремя стадиями: мистической, метафизической и научной (позитивистской).

«Хотя, – оговаривается Конт, – наш слабый ум при этом несомненно и необходимо нуждается в первом толчке и постоянном возбудителе, что производится желаниями, страстями и чувствами, все же он является для них необходимым руководителем, который всегда должен был направлять весь человеческий прогресс. Лишь таким путем и благодаря все более ярко выраженному влиянию ума на общее поведение людей и общества, последовательный ход развития человечества мог, действительно, приобрести эти характерные черты прочной закономерности и длительной устойчивости, которые так глубоко отличают человеческий род от смутного, несвязанного и бесплодного развития высших пород животных»

– Учреждения общества напрямую зависят от стадии эволюции сознания и определяются ими:

– Становление социологии говорит о приближении позитивистской стадии в развитии общества, управление которым будет осуществлять наука. И соответственно о промежуточном характере юридического управления.

Несмотря на то, что Конт совершает общую его времени ошибку (за исключением может быть Леви-Брюля, четко указывавшего на качественное различие этих двух состояний сознания и Кондорсе, писавшего об истории как противоборстве разума и мистики), располагая мистику первобытного мышления и позитивизм научного мышления в один количественный ряд, так словно бы одно развилось из другого, эти его доктрины оказали большое положительное воздействие на развитие науки об обществе. Что касается последнего пункта о противопоставлении юридического и научного управления – то Конт, если не считать Прудона, был чуть ли не единственным мыслителем который так четко поставил и сформулировал проблему.

Тем не менее, как мы увидим ниже, в своей основной цели, которую он ставил – развитие наук о духе – он не продвинулся нисколько или в лучшем случае сделал несколько карликовых шагов.

2. ЭМПИРИЗМ

Между тем влияние позитивизма на психологию было столь нехорошо, что Гордон Олпорт, выдающийся психолог 20 века, вынужден был констатировать, что психология стала дисциплиной без реального объекта исследования, из нее выпало сознание человека, его личность, его «Я»:

Это связано с воинствующим эмпиризмом позитивистской теории Конта, которая объявила своим лозунгом «очищение наук от метафизики». При этом под метафизикой понимались любые исследовательские методы, отличающиеся от эмпирической концепции обобщения чувственного опыта.

Разумеется, Конт был прав, когда говорил о вредном влиянии метафизики. Мы могли ясно наблюдать это на примере критической философии Канта или диалектической философии Гегеля. Однако, в данном случае эти теории не соответствуют научному критерию не потому, что знания представленные ими не были получены индуктивным путем. А потому, что у них в принципе нет связи с реальностью. Это формальная логика, оторванная от действительности, при чем авторы прямо заявляли об этом разрыве. Однако, если бы диалектика Гегеля представила систему законов природы посредством которой можно было бы контролировать какую то конкретную природную энергию, скажем психическую, она оказалась абсолютно научной теорией, необходимо и достаточно удовлетворяющей условиям связи теории с практикой.

Эмпиризм Конта дает только негативное определение метафизики – это все то, что не есть обобщение чувственного опыта. Даже если вы подобно Максвеллу, записавшему уравнения электромагнитных волн, сможете впоследствии доказать их истинность контролем энергии электромагнитных волн на практике – вы все равно метафизическое ничтожество, не имеющее отношения к науке.

В этой связи Дух, то есть психическая энергия, которую уже начали изучать Платон, Декарт и Спиноза, полностью исчезает из научной картины Конта. Об этом с горьким сожалением напишет один из самых его восторженных последователей, Джон Милль. Об этом говорят метры современной психологии.

Платон, Декарт и Спиноза сумели рассмотреть закономерности психики как двух антагонистичных энергий: связь здоровой энергии с интеллектом, патологии с невежеством. Сегодня их прозрения углублены и исследуются в гуманистической психологии. У Конта Дух и сознание исчезают из поля зрения, а его современные последователи больше интересуются зоопсихологией и бихевиоризмом. Более того, он вообще исключил психологию из своей иерархии наук, заменив ее на социологию. Впрочем, позже он был вынужден добавить этику.

В конечном итоге и Конт не преодолел общей для всех социологов ошибки социального реализма и гипостазировл общество в некое Верховное Существо, представляющее весь людской род. В отношении к этому Верховному существу реальные люди, конкретные индивиды оказывались только средствами в достижении его целей.

Тем не менее, в своих спонтанных прозрениях Конт писал о психических закономерностях, движущих общество, интуитивно разглядев две энергии психики, о которых пишут гуманистическая философия и психология.

Однако, эти интуитивные прозрения были мало полезны, так как трактовали альтруизм как принесение в жертву индивидов Верховному существу человеческого рода.

3. ИЕРАРХИЯ НАУК

Джон Милль писал с большим восторгом о «Курсе позитивной философии» Конта и в частности о его иерархии наук (в отличии от «Системы позитивной политики»). Он говорит, что до сих пор никому не удалось опровергнуть Конта или предложить лучшую их систематизацию.

Иерархия наук Конта по существу является разрешением знаменитого спора между энергетиками (Оствальд) и атомистами (Больцман) в физике. Разумеется, энергетики были неправы, отказываясь признавать атомно-молекулярную теорию. Об этом писали все от Планка и Эйнштейна до Ленина. Но и атомисты были неправы, утверждая, что мир в науке будет представлен только атомистической картиной. Мир, взятый в разрезе физики, всегда будет атомистическим, и даже разложение атома на взрыв также часть атомистической концепции энергии.

Но, как мы можем видеть из иерархии наук Конта, есть разные уровни постижения вселенной. Мир на уровне биологии, хоть и включает в себя физику, но уже определяется совершенно другими законами.

А мир на уровне астрономии, то есть механистическую картину мира, можно представить вообще без знания атомно-молекулярной теории. И тем не менее, мы будем иметь знание о механической энергии.

Получается, что каждый отдельный уровень этой иерархии наук, являясь достаточным знанием для понимания и контроля определенной сферы мира, представляет знание о различных природных энергиях. Механическая, физические, химическая, биологическая. И это нисколько не ущемляет атомно-молекулярную теорию, потому что в нашем определении энергия —это система законов природы, открывающая доступ к контролю природных сил. В том числе и законов атомно-молекулярного строения мира.

В интерпретации Оствальда энергия имела совершенно другое определение. Он понимал энергию как материю, превращения которой согласно закону сохранения энергии можно количественно посчитать. Эти измерения превращений энергии он и предлагал в качестве «эвристического универсального метода», который должен заменить все наши прочие знания о мире, в том числе атомно-молекулярную теорию. Поэтому Ленин (и др были согласны с ним), называл его «старым материалистом», «крупным химиком, но мелким философом».

Энергия как системы законов природы не имеет ничего общего с материализмом и эмпиризмом, выражая фундаментальный принцип рационализма о постижении мира разумом. Законы природы, в данном случае, – это идеи, которые составляют форму материального мира.

Вот что говорят Эйнштейн и Мах, противопоставляя рационализм эмпиризму:

Лейбниц, будучи рационалистом, оправдывался, что все рационалисты «на три четверти эмпирики», разумея под этим, что для того чтобы найти «идеи» природы, то есть ее законы, приходится переработать массу опытного материала. Однако, тот факт что законы природы открываются в ходе «критической» переработки фактов, не предполагает эмпиризма ни в какой степени. Эмпиризм вообще отрицает существование законов природы и истины, понимая под наукой описание чувственного опыта и поиск некоторых относительных регулярностей. Рационализм тем принципиально отличается от эмпиризма, что признает наличие законов природы и истины, постичь которые можно только через анализ чувственного опыта, поскольку законы природы только форма материи.