- -
- 100%
- +
Глухим голосом, Гера проговорила:
– Мама, это ты?..
Волчица не отреагировала, только подняла голову вверх, и её взгляд остановился на отверстии в потолке хижины, куда поднимался дым. Он скапливался у отверстия, образуя причудливые формы, а потом в каком-то затейливом танце устремлялся наружу. Гера тоже посмотрела вверх, и ей показалось, что в этих клубах дыма она увидела лицо матери. Она даже невольно вознесла к нему руки, но образ исчез. Когда, через несколько минут, Гера обернулась, волчицы в доме не было. С её губ сорвались слова:
– Мама, ты была здесь, я знаю!..
Огонь медленно догорал. Гера очнулась и осмотрелась вокруг. Всё привычно находилось на своих местах. Она поёжилась, хотя в хижине было тепло, и направилась к спальному месту.
Ноги с трудом держали её, она опустилась на деревянный настил, легла и укрылась медвежьей шкурой.
Перед глазами встало лицо матери. Её добрые и милые глаза. Как ей их не хватало!
Три зимы назад Вендела скончалась лёжа вот на этом же ложе. Ушла тихо и спокойно. Держа руку дочери в своей, она давала ей советы как жить, как вести себя и как думать. Гера запомнила каждое слово матери.
«Люди жестоки, коварны и алчны! Они считают, что сила решает всё! Кто сильнее, тот и победитель! – говорила она. – То, что случилось с тобой когда-то, только это подтверждает. Знаю, твоё сердце наполнено местью, но, дочка, одного желания недостаточно. Мы женщины слабые в сравнении с мужчинами, но они слепы в своих желаниях. Боги накажут насильников, но ты не хочешь ждать, когда это сделают они! Ты желаешь наказать их сама. Будь осторожна и никому не доверяй свои мысли! У женщин своё оружие – терпение и покорность, умение ждать и говорить то, что мужчины желают!
Я оставляю тебя, дочь! Боги даровали мне годы, они даровали мне тебя. И я благодарна судьбе! Ты многое познала, но будь осторожна. Доверчивость – плохой спутник!»
Тогда Вендела и раскрыла дочери тайну её появления: как нашла её в лесу и воспитала. Гера должна знать всё! Рассказала и о том, как нашла убитого фризского воина и о мече, что на поясе у Геры всегда с собой. Отдала ей и старую карту. Не утаивая, поведала всё.
Гера наклонилась над ложем, поцеловала мать, руки её к лицу своему прижала и сказала тогда. «Мама, ты моя мама! И никого в своём сердце я не приму больше! Твои слова в моей жизни уже ничего не изменят! Ты моя мама и ею останешься!..»
Сейчас Гера закрыла глаза, но образ матери не исчез. «Спасибо, мама, что ты была у меня! Знаю, как ты переживала за меня. Сколько раз ты спасала меня, но теперь я взрослая и могу сама себя защитить! Я воин, хотя и женщина!..»
Гера ещё пыталась в чём-то убедить себя, но глаза сомкнулись, и она провалилась в темноту.
Спала долго. Когда она открыла глаза, на улице было уже светло, а в хижине холодно. Вспомнила вчерашний день, и ей стало спокойно. Гера знала, что скоро в её жизни всё измениться. Придёт весна, побегут с гор ручьи и вместе с ними в долину уйдёт и она.
В какой-то момент стало грустно. Она навсегда покинет дом, где они счастливо жили с мамой. В один день счастье ушло из этого дома. Больше пяти лет прошло с того страшного дня, когда она испытала муки ада. И это не отпускает её до сих пор. После смерти матери в доме стало пусто и одиноко.
Она торопила себя стать взрослой, но советы матери останавливали её. Да, к людям надо идти сильной. Ненависть и боль делали её сильнее. Она ежедневно упражнялась в воинском искусстве. Ей было нелегко эти годы, но она училась ждать и жить.
Гера поднялась, ополоснула лицо холодной водой из деревянной кружки. И долго пыталась разжечь огонь. Наконец, искры утонули в сухом мху, и маленькие языки пламени появились среди веток. Прошла в угол комнаты и открыла крышку деревянной колоды, где хранила сушеное мясо, там лежал небольшой кусок – всё, что осталось. Чтобы жить, нужно убивать. Гера всегда прежде чем выпустить стрелу в живое существо, просила у него прощения. Просила прощение и у бога леса, оправдывая этот выстрел необходимостью. Она не принимала убийство ради убийства.
Гера проверила лук. Это был не тот маленький лук, которым она пользовалась в детстве. Настоящий большой охотничий лук, на его изготовление ушло два года.
Недалеко от хижины на лужайке рос ясень четырёх дюймов в диаметре, ещё ранее мать обратила на него внимание, указав, что из него можно смастерить отличный лук. Её советы в последующем пригодились при изготовлении лука. Воин не только должна уметь воевать, но и изготовить себе оружие – всем этим премудростям Вендела обучила свою дочь.
Лук действительно получился отличный, стрела улетала на двести ярдов, при желании можно было стрелять и дальше. Крупного зверя в полутораста ярдах без промаха била. Здесь в лесу без этого умения не выживешь!
Вышла на улицу и мороз принял её в свои объятия. Снега намело, зверю не просто уйти будет, но и охотник сил приложит немало, чтобы выследить его. Встала на снегоходы и, опираясь на копьё, быстро и ловко среди деревьев пошла.
В милях десяти ниже по течению ручей впадал в небольшое озерцо, выше в горах в лесу находились лежбища оленей. Вот туда и направилась Гера. Путь по заснеженному лесу занял немало времени. Отрезок пути по руслу ручья шла, по льду, к полудню на месте была.
Осмотрелась, различила следы оленьи. Значит, приходят к воде, а у берега лёд и полынь небольшая осталась. С подветренной стороны выбрала место для укрытия. Оставалось запастись терпением и ждать. Гера умела ждать.
Солнце медленно приближалось к верхушкам деревьев, и мороз усиливался. Охотница укуталась в меховой плащ, но мороз медленно делал свою работу. Пальцы рук и на ногах пришлось разминать. В любой момент одинокий олень или стадо может выйти к ручью, готовой быть надо.
Прошло несколько часов, тучи укрыли солнце, и мелкий снег завёл хоровод. Гера не увидела, а скорее интуитивно почувствовала движение у берега и услышала равномерные удары. Выглянув из-за камня, в снежной круговерти с трудом рассмотрела у самой кромки воды стадо оленей. Огромный самец подошёл к берегу и копытом обивал лёд, чтобы добраться до воды. Рядом с ним вырисовывались силуэты ещё нескольких самок и молодых оленей.
Стрелять с этого расстояния в этих условиях было бессмысленно, прицелиться мешали порывы ветра и снега, да и до цели было не менее двухсот ярдов. Гера понимала, что упустить добычу нельзя, неизвестно потом, сколько потребуется времени, чтобы дождаться ещё такого шанса.
Она достала из колчана две стрелы, одну наложила на тетиву, вторую сжала зубами во рту и стала медленно ползти по снегу в сторону оленей. Когда порывы ветра утихали, она также замирала. Сейчас для неё в мире ничего не существовало, всё было подчинено, может быть единственному выстрелу – промахнуться она не могла.
Оказавшись в ста ярдах от стада, охотница уже готовилась к выстрелу, как один из молодых оленей подошёл к вожаку и стал помогать ему, разбивать лёд. При этом закрыл его собой. Гера понимала, что если приближаться ещё ближе, можно вспугнуть оленей. В тоже время ей в какой-то момент стало жалко вожака, ведь он ответственен за всё стадо и с его гибелью оно может просто погибнуть.
Значит, бог леса уже определил, кому пасть жертвой в этой смертельной игре, заменив жертву.
Последовал очередной порыв ветра и снега, укрывший Геру, она встала на колено и подняла лук. Охотница была готова к выстрелу, и когда снег после очередного порыва ветра рассеялся, стрела устремилась к цели. Вожак замер, он почувствовал и уже увидел опасность. Стоявший рядом молодой олень поднял голову, и в этот момент стрела впилась ему в шею. Словно по команде всё стадо сорвалось с места и устремилось за своим вожаком. Раненный олень взревел и сделал попытку последовать за всеми, но ещё одна стрела вонзилась ему в грудь. Он упал на колени, но тут, же вскочил и бросился за своими сородичами. Силы быстро его покидали и через несколько десятков ярдов он снова упал.
Гера забросила за плечо лук, достала из ножен сакс и направилась к раненому зверю. «Прости меня, Бог леса, я заберу его у тебя. У каждого существа в этом мире своё назначение. Он даст мне возможность жить!»
Подойдя к раненому оленю, Гера опустилась на колено. Ей трудно было смотреть в глаза животному, но точным и сильным ударом в сердце остановила его жизнь.
Закончив разделку туши, Гера привязала на ближайшей берёзе часть туши так, чтобы волки не смогли достать. Олень хоть и молодой, но забрать всё она не сможет. Завтра придёт и заберёт остальное.
А волки были невдалеке, как будто ждали развязки этой охоты. На склоне горы послышался их вой. Может быть, они загоняли оленей к ручью и считали добычу своей. Может быть в какой-то мере, в удачной охоте Гера могла благодарить и их.
Вскоре и сама стая волков вышла к ручью, впереди шла огромная белая волчица. Звери остановились, раздались их рычание и клацанье клыков. Гера обернулась. Волчица отделилась от своих сородичей, и направилась к девушке.
– Фритта! Иди ко мне!.. – обрадовалась Гера и позвала её.
Волчица, поджав хвост, приблизилась к ней. Гера погладила зверя по голове.
– Я не всё заберу, оставлю и вам! – с этими словами она опустилась на колени рядом с тушей убитого оленя.
Уложив мясо в сумки, и забросив их за плечи, Гера направилась вдоль ручья в обратный путь. А за спиной раздался волчий вой, это Фритта призывала своих сородичей на пиршество.
Отойдя ярдов триста, Гера обернулась. Стая волков рвала оставшуюся тушу убитого оленя…
6.
С восходом солнца в один из весенних дней в фьорд вошла фаеринга, она качалась на волнах, течение медленно несло её к берегу. На носу лодки во весь рост, в полном вооружении, опираясь на копьё, стоял воин. Появление лодки не прошло незамеченным. Два охранника у ворот селения с интересом наблюдали за её приближением.
Один из них бросился к дому ярла, сообщить о приближении нежданного гостя. Может это посланец с важным сообщением, или вестник беды.
Через десяток минут эта новость взбудоражила всех жителей селения, и к пристани стали собираться любопытные. Сюда же в окружении воинов и старшин подходил и ярл Асмунд со своим сыном Асгардом. Так как такие визиты были не часты, у пристани собрались едва ли не все жители фюлька.
И чем ближе лодка подходила к причалу, тем с большим удивлением её встречали присутствующие. На носу лодки стояла девушка-воин в полном воинском облачении: копьё, лук, меч, на поясе нож.
Высокий рост, широкие плечи, красивое и волевое лицо выдавали в ней силу. Распущенные белые, скорее даже серебряные, волосы спадали с плеч, кожаный ремень на поясе подчёркивал её статную фигуру.
Лодка медленно подошла к причалу, из неё на доски причала легко и в тоже время грандиозно спрыгнула девушка. Всё в ней было необычно: одежда, поведение, походка.
Взгляд её голубых глаз прошёлся по толпе. Не останавливаясь, она прошла к ярлу и остановилась в пяти ярдах от него и стала его рассматривать. Асмунд был жёстким, волевым вождём, сильным и смелым воином, но и он не выдержал этот взгляд и опустил глаза. Пронизывал он и лишал воли. «Кто она? Валькирия, дева-воительница Одина? Или ведьма, колдунья, лишающая меня силы и воли?» Страшно это было осознавать, но собрав волю, ярл спросил глухим голосом:
– Кто ты? Кем послана и откуда ты?
Вокруг воцарилась тишина, все хотели слышать ответ.
– Я Гера! Боги послали меня сюда! – твёрдо, с достоинством ответила девушка.
Молодой Асгард посчитал такой ответ вызовом.
– Ярл Асмунд, мой отец…
Но уже Асмунд таким взглядом посмотрел на сына, что тот замолк и весь сжался. Гера тоже перевела свой взгляд на сына вождя. Этот взгляд был ещё жёстче, чем отцовский. И Асгард совсем растерялся.
А ярл обратил внимание на рукоять меча, висевшего на поясе воительницы. Она заканчивалась головой дракона. «Наверное, и меч, как и сама эта Валькирия оказались здесь по воле богов не зря! Только что принесёт моему роду твоё появление?» пронеслось у него в голове.
Гневить посланницу богов он не решился и пригласил её в свой дом. Видя, с каким почтением разговаривает их вождь с девушкой-воином, окружающие тоже смотрели на неё со смятением и уважением.
И если ярл Асмунд был покорён красотой и силой посланницы Богов, то в лице его сына Асгарда она, не желая того, получила врага. Врага жестокого и вероломного. Молодой Асгард не терпел в свою сторону возражений и ответ этой молодой и красивой девушки ему явно не понравился. Тем более он ещё удостоился и порицания отца. Сын вождя долго с неприязнью смотрел на неё и в тоже время отметил, что эта незнакомка необыкновенно хороша. Кто мог ему перечить: он обладал многими девушками селения, и их социальное положение его абсолютно не интересовало. Достаточно было быть красивой и молодой.
Но Асгард видел, что эта незнакомка заинтересовала и его отца. И, наверное, как и женщина. Хотя сейчас ярл Асмунд принимал её очень любезно и с почтением, но сын хорошо знал своего отца.
Во всяком случае, сейчас, идя за спиной отца и поглядывая на лёгкую походку и изящную фигуру спутницы ярла, вознёсся в мечтах об обладании ею.
Сидя за столом в доме ярла, Гера вела себя с достоинством, как и подобает посланнице высших сил. Солнце уже встало над горизонтом, именно в это время и был первый приём пищи. Асмунд расщедрился – стол изобиловал яствами, были здесь и мясо, и рыба, и мёд. Гера ела не спеша и не много, хотя была очень голодна.
Многочисленная свита, члены семьи ярла и его воины с интересом наблюдали за девушкой-воином. Многие задавали себе вопрос, почему их ярл с таким почтением отнёсся к этой валькирии? Или сами боги ему многое рассказали о ней!
После принятия пищи все вышли на улицу, Асмунд показал на соседний дом и сообщил Гере, что она может жить в нём столько, сколько захочет. Ей будут прислуживать две молодые служанки, и он распорядился об этом.
В это время невдалеке от дома ярла молодые воины установили деревянный щит и практиковались в стрельбе из лука. Гера внимательно смотрела за этим занятием. Асмунд не выдержал и обратился к девушке:
– Ты смотришь за нашими воинами, тебе это интересно?
Теперь уже он посмотрел на лук за плечами девушки, его взгляд говорил и, намекая на то, что носящий оружие умеет им и пользоваться. Гера как-то странно улыбнулась, спокойно сняла лук, проверила тетиву и, достав из колчана стрелы, воткнула их в землю у своих ног. Её движения привлекли внимание воинов и всех присутствующих. Расстояние до щита, на котором был нарисован белый круг, было не менее двухсот ярдов, потому все с удивлением смотрели на девушку. Так же спокойно Гера наложила стрелу на тетиву и подняла лук. А потом произошло невероятное: первая стрела была ещё в полёте, как тут же за ней устремилась вторая, а дальше и третья. Все три стрелы одна за другой вонзились в центр белого круга на щите.
Воины стояли ошеломлённые, такого они ещё не видели, никто из них вряд ли мог бы такое свершить. К тому же их луки прицельно били до ста ярдов. Выстрелы этой воительницы превышали это расстояние вдвое. Все взоры обратились к девушке стрелку.
Но дальше произошло ещё более странное и страшное действо. Девушка достала четвёртую стрелу и направила лук на воинов стоящих за спиной ярла. Наступила тишина. Все замерли.
В этой тишине был слышен полёт стрелы, через секунду стрела вошла в грудь одному из воинов. Тот, простонав, схватился двумя руками за стрелу, словно пытаясь её вырвать, и медленно опустился на колени. К нему бросились товарищи и поддержали его. А Гера спокойно произнесла:
– Я стрелой обозначила вора, который поддался искушению! Ярл, ты готов терпеть рядом предателя и вора?
Асмунд ничего не понимал. А Гера продолжила:
– Пусть посмотрят, что у него под плащом! – Она спокойно забросила лук за плечо.
Один из воинов ярла Кнуд подошёл к раненому, распахнул его плащ и протянул руку к боковому карману. Через секунду он достал оттуда золотое ожерелье с драгоценными камнями.
Теперь уже был удивлён ярл Асмунд. Это ожерелье он добыл в последнем набеге в сакские земли. Но почему оно сейчас в кармане Норбута? На этот вопрос он и хотел узнать ответ, и подошёл вплотную к своему воину.
– Как оно оказалось у тебя? – он указал на золотое украшение в руках Кнуда.
Гера знала, что как бы ни хотел вести себя ярл после этого, он вынужден будет принять то, что произошло. Трус в бою и вор подлежат смерти. И Один не может их принять к себе. Они навлекают на себя и свой род проклятие и презрение.
Выходя после застолья из дома ярла в числе последних, она случайно увидела, как один из воинов ярла тайно прятал себе под плащ какое-то украшение, которое взял с полок на стене. Понимала, что стала случайным свидетелем. Можно было, и промолчать и уже позже привлечь на свою сторону этого воина вора. Но в данном случае обличить вора в её интересах было более полезным. И она решилась на выстрел. Рисковала? Наверное, да! Но это закон рода, законы суровы и справедливы, и оспаривать их не будет даже ярл. Он вынужден был бы сам свершить правосудие рода.
Этот случай дал Гере шанс укрепить своё влияние, и она воспользовалась этим. Глаза Норбута закрылись, и его голова безжизненно упала на грудь. Асмунд удивлённо и долго смотрел на Геру. «Кто ты, в самом деле, валькирия или колдунья? Или дьявол?..»
Асмунд, старый и опытный воин, не мог поверить в то, что сейчас видел. Смертный не может так стрелять! Но человек не может видеть душу и знать, что в душе той! То, что валькирии обучены стрельбе из лука, он ещё мог как-то понять, но откуда она могла знать про украденное ожерелье? Тут без высших сил или колдовства не обошлось!
Он преклонил голову перед этой посланницей богов, в том, что это так он уже не сомневался. Его примеру последовали и другие воины и старшины. Даже Асгард в изумлении поклонился. «Верно, в самом деле, эта незнакомка здесь не зря. Но посланница она богов или дьявола!? Может быть, было бы лучше, чтобы она также и уплыла на своей лодке, как и появилась у них. Что принесёт в фюльк её прибытие?»
А Гера не спеша направилась к щиту, подойдя, вырвала свои стрелы и опустила их за плечо в колчан. Продемонстрировав, таким образом, своё воинское мастерство и увидев реакцию присутствующих, она поняла, что сделала свой первый шаг в осуществлении своей мечты – завоевания доверия этих людей и вместе с тем почувствовала, что в суровых душах воинов поселился и страх. И чтобы укрепить этот эффект, отойдя десяток ярдов от щита, она резко повернулась и незаметным движением метнула нож. Тот, просвистев в воздухе, воткнулся в самый центр белого круга, где только что были стрелы. Среди свидетелей этого действа пронёсся вздох, порождённый не только удивлением, но и страхом.
Теперь уже никто не сомневался в предначертании этой валькирии. Их роду уготована миссия перед богами, вот только что захотят боги, чтобы свершили люди? И то, что эта дева–воин прибыла к ним – воля провидения. Наверное, были и такие как Асгард – лучше бы она не появлялась у них вообще. Но ярл Асмунд был покорён этой девой, он оказывал ей внимание и почтение, которого не смог бы завоевать никто из ближнего круга. Ну а то, что эта дева выступила ещё в роли судьи, более устраивало ярла – как не ярлу пришлось бы решать судьбу своего телохранителя.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.