- -
- 100%
- +
Ведь она сделала всё, чтобы это выглядело именно так, а не иначе. А вот в то, что это с ними сделала какая-то девушка в чёрном, никто в полиции не поверит. Так что срок за убийство Берту был обеспечен. Поняв, что больше ей тут делать нечего, Каролина развернулась и пошла к своей чёрной «Парэнтелле».
Глава 2
Штурм бункера
Развалины здания Минобороны.
Город Эрлайн. 13 июня. 12:20 дня.
Вооружённая группа из пяти человек осторожно приближалась к развалинам бывшего здания Министерства обороны страны Эндерлии. Все они были примерно одного возраста (тридцати лет) и почти все были вооружены пистолетами марки «Рарен-30». Только один из них, который шёл замыкающим, держал в руках автомат «Чампер» с чёрным пластиковым прикладом.
Звали его Ланком Овейсом, и он в данный момент был здесь за главного. Правда данная роль его нисколько не прельщала, так как требовала высокой ответственности за ту часть команды, которой ему было назначено сейчас руководить. Ланк в первый раз выступал в роли командующего и поэтому в данный момент очень сильно нервничал.
Раскалённое добела солнце неподвижно зависло среди рваных белых облаков на ярко-голубом фоне неба и играло своими жгучими лучами, словно лазеры из фантастического фильма направляя их на медленно приближающихся к развалинам людей, будто задавшись целью прожечь их насквозь. Люди терпеливо переносили жару. Для них это было вовсе не сложно. Ведь многим из них приходилось переносить вещи и посерьёзнее.
Трое из них (включая Ланка Овейса) побывали в более жарком аду Зергерской войны, а двое получали ранения в многочисленных бандитских разборках. Так что каждый из пяти вооружённых людей мог кое-чем похвастаться. Только хвастаться эти люди не привыкли. Они привыкли доказывать своё мастерство не словами, а действиями. Вот за одним из таких действий они сюда и пришли.
Целью их вооружённого визита на это место были их конкуренты по наркобизнесу, которые по разведданным Энджа Эганса обосновались в бункере, что находился под бывшим зданием Министерства обороны, которое уже три года как было уничтожено практически до основания.
Причиной его уничтожения послужила зажигательная бомба, сброшенная зергерским бомбардировщиком в 2007 году. Именно после этого не сколько хамского, а сколько варварского инцидента эндерлийский президент Эдуард Стромен отдал приказ о введении войск на территорию Зергерии.
Ланк помнил это большое красивое здание. Ещё он помнил, как у него волосы на голове зашевелились, когда он по новостям увидел репортаж о произошедшей здесь трагедии. Да, это была трагедия для этого города, что являлся самой главной столицей страны Эндерлии. А для самой страны это был пусть и несильный, но оскорбительный удар вроде пощёчины.
В тот день здесь погибло очень много людей. Большинство из них просто сгорели заживо. Остальные погибли пусть в небольшом, но всё же жестоком бою, в котором участвовали высадившийся сразу же после сброса бомбы в небольшом количестве зергерский десант и подоспевшие эндерлийские солдаты из находившегося в то время неподалёку небольшого блокпоста. Враг был тогда полностью уничтожен, но боль от пережитых потерь была сильнее триумфа победы.
Сейчас смотреть на развалины здания было уже не так больно. Война закончилась победой для страны Эндерлии, но Ланк всё равно тихо выругался, глядя на груды обожжённого битого кирпича, бетона и на обвалившиеся стены, из которых торчали изогнутые ржавые прутья арматуры.
В стороне от развалин когда-то стояла на специальной подставке небольшая зенитная установка. Во время произошедшего здесь боя её уничтожили, превратив в металлолом. Сейчас её уже не было. «Хоть удосужились убрать». – Подумал Ланк, вспомнив, как забредал сюда в прошлом году сразу после возвращения с войны, чтобы посмотреть навели ли здесь порядок.
Уничтоженная зенитная установка тогда ещё находилась здесь. На неё было жалко смотреть. Она была сорвана с подставки и видать отброшена мощным взрывом на два метра в сторону. Её длинный ствол был согнут пополам, а задняя часть, где располагался на специальном сидении зенитчик, была расплавлена от очень высокой температуры.
Тогда ещё говорили, что от погибшего зенитчика почти ничего не осталось. Только небольшие фрагменты костей. Сейчас эту зенитку уже убрали, но порядок всё равно до сих пор не навели.
Ланк Овейс шёл, медленно водя стволом автомата из стороны в сторону и при этом очень внимательно следя за каждым членом этой команды. Самым первым шёл Эндж Эганс. В данный момент он был для Ланка очень важной фигурой и не только потому что знал, куда нужно идти, а еще потому что приходился родным братом Анжеле Эганс, к которой Ланк был неравнодушен. Поэтому за него он чувствовал ответственность даже больше, чем за всех остальных вместе взятых.
Эндж и Анжела были двойняшки и очень похожи друг на друга. Родители у них умерли и кроме друг друга у них никого не было. Анжела была против того, чтобы они брали её брата с собой, но того требовали обстоятельства. А ещё этого требовал их общий начальник Конрад Шпатт. А если Конрад что-то требовал, то с ним старались не спорить. В итоге оказывалось только хуже.
Ланк всё время испытывал постепенно возрастающее чувство тревоги. Будто что-то должно будет произойти. Что-то очень нехорошее. Даже опасное. «Скорее всего, это вызвано тем, что я впервые командую пусть небольшой, но группой. Я несу за каждого их них большую ответственность. А это для меня непривычно. Пусть я воевал, но там всё было немного по-другому. Там командовали мной. А это большая разница».
Его размышления были прерваны резким взмахом руки Энджа, который вдруг неожиданно остановившись в самом центре бывшего здания Министерства обороны, другой рукой молча указал на что-то у своих ног. Видимо там и находился тот самый бункер. После его условного сигнала остановились и остальные. А остановившись тут же обернулись к Ланку за получением указаний.
Ланк посмотрел на Фрэнка и указал стволом своего автомата на висящие у него на поясе гранаты. После чего молча кивнул в сторону Энджа. Прекрасно его поняв, Фрэнк отстегнул с пояса одну гранату и кинул её Энджу.
Тот неуклюже её поймал и, ловя на себе сердитые взгляды остальных членов команды, взмахом вооруженной пистолетом руки поманил стоявшего ближе всех к себе Луиса. После чего указав стволом на крышку люка, дал ему жестом руки понять, чтобы тот приготовился по команде Ланка её открыть.
Луис посмотрел на Ланка и, получив от него согласие в виде короткого кивка, наклонился к люку и ухватился свободной рукой за ржавую железную ручку его крышки, будучи готовым в любой момент её откинуть.
Понимая, что им нужно будет вести себя очень тихо, они заранее договорились объясняться между собой жестами. По крайней мере, в самом начале. А уже когда начнётся зачистка (ведь они собирались совершить именно её) то там уже им можно будет хоть во всю глотку орать. Ведь главное в данной ситуации – это элемент неожиданности. В нём заключается их преимущество.
Поймав обращённый к себе взгляд Луиса, ожидающего его команды, Ланк понял, что пришло время принимать решение. Решение, от которого будет зависеть дальнейшее продвижение их наркобизнеса, а также жизни каждого члена этой команды. Ведь вполне возможно, что кто-то из них назад уже не вернётся или навсегда останется инвалидом. А это будет на его совести.
«Нет! Это решение принял не я. Я всего лишь выполняю приказ Конрада. Это он меня назначил главным Он! И все, кто здесь сейчас находятся, пошли на это дело по его приказу!» – Мысленно убедив себя в положении вещей, которые были совсем недалеки от истины, Ланк пристально посмотрел на Луиса и кивнул.
Получив от Ланка подтверждение приказа, Луис резким движением откинул крышку люка, а Эндж выдернув чеку, бросил гранату внутрь. После того, как Луис захлопнул крышку обратно, они оба отскочили от него на несколько шагов назад.
Как только раздался приглушенный железобетонными стенами бункера и захлопнутой крышкой гулкий звук взрыва, Фрэнк, держа в вытянутой руке пистолет, начал осторожно приближаться к люку.
Наклонившись, он ухватился свободной рукой за железную ручку его крышки и резким рывком её откинул. Из квадратного проёма начал медленно подниматься слабый быстро рассеивающийся сероватый дымок.
Когда он окончательно рассеялся Фрэнк, опустившись на одно колено, заглянул внутрь. Глубина бункера была примерно около трёх метров, но спуститься в него было вовсе не проблематично, так как вниз вела железная лестница, выкрашенная в чёрный цвет. Внизу пока никого не наблюдалось.
Поднявшись на ноги, Фрэнк начал первым спускаться в бункер. Поскольку он продолжал держать в одной руке пистолет, а свободной удерживаться за лестницу, стараясь при этом спускаться как можно тише, спуск занял у него почти минуту.
Достигнув пола, Фрэнк тут же огляделся по сторонам. Помещение бункера было довольно просторное и полутёмное. Только где-то вдалеке горел слабенький свет. Вокруг стояла мёртвая тишина. Создавалось впечатление, что в бункере совсем никого нет.
Облизав разом пересохшие губы, Фрэнк только хотел сделать первый шаг вглубь бункера, как услышал совсем рядом металлический стук и вздрогнул. Резко обернувшись, он увидел, что это Эндж спускается в бункер по лестнице.
Спускался он довольно быстро, и совсем не заботясь о соблюдении тишины. Фрэнк шикнул на него, призывая к тишине, но тот не спустившись до конца на полметра, спрыгнул вниз, при этом громко соприкоснувшись подошвами своих ботинок с полом.
– Да тише ты! – Шёпотом рявкнул на него Фрэнк. – Мы и так уже шума наделали.
– Вот именно. – Согласно кивнув, сказал Эндж. – Мы уже заявили о себе, как только взорвали гранату. Так что нечего уже тишину соблюдать. Тем более, сейчас уже станет очень шумно. Кстати странно, что стрелять не начали. Тишина такая…
– Ничего странного. – Возразил Фрэнк. – Затаились сволочи. Выжидают…
– О! Вот и остальные ребята на подходе! – Сообщил Эндж, кивком указав на спускающихся по чёрной лестнице Луиса и Гирила.
– Ладно, пошли! – Сказал Фрэнк, указывая стволом пистолета в глубину бункера, где вдалеке горел слабенький свет. – Остальные догонят.
Держа оружие перед собой, они медленно двинулись вперёд. В сереньком полумраке были видны расставленные в ряд столы, на которых стояли различной формы и величины колбы с прозрачными, розовыми, а также зелёными жидкостями.
Увидев это, Эндж от злости скрипнул зубами. «Значит, прав был Мёртвый. Они пытаются воспроизвести этот наркотик. Конкуренты чёртовы. Да, вовремя мы спохватились! Спасибо Мёртвому! Хорошо иметь надёжный источник!»
Подумав о своём источнике – наркомане по прозвищу Мёртвый, Эндж испытал очень сильную жалось к нему. А ведь он никогда раньше к ним никакой жалости не испытывал. Наркоманы для него, как и для всех остальных его коллег и конкурентов являлись не людьми, а всего лишь средствами для заработка больших денег. А тут он неожиданно даже для самого себя пожалел Мёртвого.
– Чёрт возьми! Да у них тут действительно лаборатория! – Раздался изумлённый голос Луиса. – А я не очень-то в это верил. Вот суки!
– Похоже, что тут никого из них нет. – Разочарованно произнёс Гирил.
– Всё равно будьте предельно осторожны. – Напомнил Ланк. – Может быть, кто-то всё же затаился. Мало ли…
И словно в подтверждение его слов где-то поблизости раздался слабый мучительный стон. Эндж резко повернулся на звук и, продолжая держать пистолет перед собой в обеих вытянутых руках, направился в ту сторону.
Обогнув один из столов, он увидел на полу Мёртвого. Тот сидел, раскинув ноги и прислонившись спиной к холодной бетонной стене. Эндж сначала подумал, что он уже умер, но увидев, как у него медленно вздымается впалая грудь, понял, что тот пока ещё жив. Хотя глядя на него, почти всегда было трудно отделаться от ощущения, что он может умереть в любой момент.
Его жёлто-серая кожа плотно обтягивала заострившиеся скулы, а под глазами были тёмные круги. Его посиневшие губы слегка приоткрылись, будто он хотел что-то сказать и с них снова сорвался слабый мучительный стон. Было похоже, что он сейчас действительно умрёт. «Только этого мне не хватало!» – Подумал Эндж и склонился над ним.
– Мёртвый? Это я. Эндж. Эй. Ты как здесь оказался? – Он начал слегка похлопывать его по щекам и вдруг замер, увидев, как медленно приподнялась рука Мертвого, сжимавшая такой же, как и у него пистолет. – Эй. Мёртвый. Ты что…
Раздавшийся оглушительный выстрел оборвал его на полуслове и отбросил назад. Эндж упал на пол уже мёртвым, так как пуля попала ему точно в сердце. Фрэнк быстрее всех среагировав на звук выстрела, тут же подскочил к Мертвому, чтобы убить его, но заметив, что тот уже не дышит, медленно опустил оружие. Мёртвый был уже мёртвым. Убивать здесь было больше некого. Операция была полностью провалена. Всё было кончено.
– Нееет! – Дико закричал Ланк Овейс и подбежал к лежавшему на полу Энджу. – Нет! Эндж! Нет! Только не это! Нееет!
Луис и Гирил молча подхватили его под руки и отвели в сторону. Ланк продолжал кричать и вырываться. Тихо вздохнув, Фрэнк убрал пистолет за пояс джинсов и присев на корточки, склонился над Энджем. Проведя по его лицу пальцами, закрыв ему глаза, он мысленно пообещал, что обязательно за него отомстит.
Глава 3
Ярость и скорбь
Гостиница «Уют родного дома».
Город Эрлайн. 14 июня. 10:20 утра.
Серый сигаретный дым, плавно колыхаясь и медленно расходясь в стороны, неохотно растворялся в воздухе, огибая предметы и, как будто просачиваясь сквозь них, чтобы потом исчезнуть без следа.
Не дав ему завершить процесс своего исчезновения, новая струя светло-серой стрелой вонзилась в растворяющееся дымовое облако, и тут же на его месте возникло новое, похожее на произошедший в воздухе маленький ядерный взрыв, только без огня.
Но поскольку известно, что дыма без огня не бывает, то огонь на самом деле был. Только не в воздухе, а на кончике сигареты, что медленно тлела между двумя пальцами слегка подрагивающей от сдерживаемой ярости руки Каролины Би’Джей.
Сделав после затяжки маленький глоток из чашки горячего кофе, девушка снова посмотрела на лежащую перед ней на кухонном столе небольшую цветную фотографию, на которой был изображён субъект, которому её сдерживаемая ярость и предназначалась.
Субъектом была молодая русоволосая женщина примерно тридцати лет, что стояла около своей машины и смотрела куда-то в сторону. Звали эту особу Анжелой Эганс, и являлась она одной из главных распространителей в этом городе сильнодействующего наркотика, который за последние полгода разрушил и забрал жизни многих людей. Среди них была и жизнь давней подруги самой Каролины, которую звали Вероникой Гарп.
Переехав два дня назад в Эрлайн, Каролина первым делом, как всегда сняла номер в гостинице, а уже потом отправилась в гости к семейству Гарпов, с дочерью которых дружила ещё со школьных времён, чтобы наконец-то навестить их спустя довольно большое количество времени. Прошло ведь почти двенадцать лет!
В приподнятом настроении поднявшись на крыльцо их красивого частного дома и позвонив в дверь, девушка на короткий миг испытала щемящее чувство ностальгии по тем давним временам, с которыми, как она до этого считала уже рассталась навсегда.
Но когда дверь отворилась, не дав ей углубится в приятные воспоминания, а на пороге возник глава семейства Гарпов – бывший разведчик Томас Гарп, то посмотрев на него, Каролина почти сразу же поняла, что те давние времена действительно ушли навсегда и больше никогда к ней уже не вернутся.
Да, старость далеко не ко всем бывает благосклонна, и пожилой возраст зачастую даёт о себе знать с не очень положительной стороны, но шестидесятилетний, будучи всегда стройным и подтянутым с офицерской выправкой бывший военный разведчик Томас Гарп сейчас действительно выглядел восьмидесятилетним стариком. Каролина даже с трудом его узнала. Но зато он узнал её почти сразу же.
Увидев на пороге молодую смутно знакомую брюнетку в чёрных майке и джинсах, Томас Гарп сначала близоруко прищурил прячущиеся за толстыми стёклами очков глаза, а потом, видимо узнав, кто перед ним стоит, мгновенно просиял и от избытка нахлынувших чувств воскликнул:
– Каролиночка?! Это ты! Глазам своим не верю! Проходи скорее в дом!
Попятившись назад, он сделал торопливый приглашающий жест рукой, и Каролина, вежливо поздоровавшись с отцом своей давней подруги, прошла в прихожую, а затем аккуратно прикрыла за собой дверь.
Почти сразу же за этим последовало от мистера Гарпа приглашение к столу на чашечку чая, что говорило о том, что их ждёт приятный задушевный разговор, но прозвучавший от Каролины неизбежный вопрос о его дочери Вероники мгновенно развеял все её представления на этот счёт.
Потому что реакция, которая после него последовала, Би’Джей от мистера Гарпа никак не ожидала. Он тут же помрачнел, и тяжело опустившись на табуретку, посмотрел на Каролину полными слёз глазами. А потом, кое-как совладав с собой, он чуть дрогнувшим голосом сообщил, что его любимой доченьки уже почти месяц как нет в живых.
Вспомнив, как он сразу же разрыдался после этих ужасных слов, Каролина почувствовала, как у неё защемило сердце от ощущения невосполнимой утраты, а рука, в пальцах которой была зажата медленно тлеющая сигарета дрогнула чуть сильнее, и сорвавшийся с её кончика маленький столбик пепла упал на стол совсем рядом с полупрозрачной голубоватой хрустальной пепельницей, в которой помимо небольшой горстки пепла были уже четыре окурка выкуренных за сегодняшнее утро сигарет.
Прекрасно понимая, что курит слишком много, девушка сделала очередную затяжку и запила её маленьким глотком кофе. Потом поставила чашку на стол и, взяв в руку фотографию Анжелы, стала с задумчивым прищуром на неё смотреть, представляя, как её убьёт.
Мистер Гарп ей многое рассказал о том, что в последнее время творится в Эрлайне. Каролина нисколько не удивилась его осведомлённости. Что ещё можно ждать от бывшего разведчика? Тем более, если дело касается виновников в гибели его единственной дочери.
А началось всё с того, как полгода назад его дочь Вероника познакомилась с одним парнем по имени Эндж Эганс, который был родным братом Анжелы Эганс. У них начались серьёзные отношения, а с Анжелой они стали близкими подругами. В то время Томас ещё не знал, чем занимаются новые друзья его дочери, а когда узнал, то стало уже поздно. К тому времени Вероника стала уже стопроцентной наркоманкой.
Назад пути уже не было, но и оставить всё как есть любящий отец не мог себе позволить и поэтому, приняв твёрдое решение, пошёл в полицию, чтобы написать заявление на тех, кто пристрастил его дочь к наркотикам.
В полиции заявление сразу же приняли и пообещали в скором времени разобраться, но буквально на следующий день к нему в дом ворвался Эндж и, угрожая пистолетом, пообещал, что если он ещё раз сунется в полицию, то распрощается не только с жизнью своей дочери, но и со своей собственной. Напоследок добавив, что в итоге многое объяснило, а именно, что здешняя полиция прикрывает наркоторговцев в этом городе, Эндж удалился.
Время шло и с каждым днём Веронике становилось только хуже. Ложить её в реабилитационный центр лечения наркомании и алкоголизма было им не по карману, а почти ежедневные визиты Анжелы с очередной суточной дозой для нуждающейся подруги, которые она продавала мистеру Гарпу с хорошей скидкой, кое-как облегчали их разделённые на двоих страдания.
Ведь ни один любящий отец не может не страдать, видя, как мучается его ребёнок. Вот так они и промучились почти три месяца, по истечении которых Вероника умерла, а Томас Гарп стал выглядеть намного старше своих лет.
После похорон во время последнего визита Анжелы к нему домой он пообещал ей, что это дело так просто не оставит и заставит их с братом заплатить за смерть своей дочери, на что та пренебрежительно усмехнулась, видимо, не восприняв его слова всерьёз и ничего не сказав, вышла за дверь.
Именно в тот момент он сфотографировал её из окна прихожей, когда она шла к своей машине. Анжела об этом, конечно же, не знала. Не знала она и о том, что Томас сохранил один из пузырьков с прозрачной зеленоватой жидкостью, которая и была тем самым наркотиком, что она приносила для его дочери.
Попросив одного своего хорошего знакомого по военной разведке, сын которого работал в биохимическом институте лаборантом, провести подробный анализ этого наркотика, мистер Гарп выяснил, что этот наркотик является совершенно новым и, скорее всего, появился в наркобизнесе в качестве экспериментального продукта. Это объясняло, почему он за каких-то три месяца свёл в могилу его дочь. Ведь большинство уже проверенных наркотиков убивают очень медленно. Иначе от них нет никакой выгоды.
Продолжая своё очень осторожное расследование, Томас Гарп выяснил, что в Эрлайне за последние полгода от этого нового наркотика жизни многих людей стали не только разрушены, но и многих забрала с собой безжалостная смерть.
Выходя на убитых горем родителей, которые, как и он потеряли своих сыновей и дочерей, мистер Гарп беседуя с ними, узнал местоположение одного из главных наркоманских притонов, в котором, по их словам проводили свои последние дни их дети.
Всё это он рассказал Каролине в день её возвращения в Эрлайн, а когда она ему сказала, что является бывшим агентом ФРС и собирается отомстить за Веронику, он снова заплакал и, сняв с носа очки, стал вытирать рукавом рубашки льющиеся из глаз слёзы. Она знала, что это слёзы благодарности. Ведь ему кроме неё не на кого было надеяться. Тем более, он её ни о чём не просил. Она сама приняла это решение.
Сделав последнюю затяжку, Каролина протянула кончик выкуренной почти до фильтра сигареты к фотографии Анжелы и, усмехнувшись, стала наблюдать, как на месте её повёрнутого куда-то в сторону лица появляется неровная с обугленными краями, испускающая сероватые дымовые завитки, дырка.
Полюбовавшись конечным результатом своего действия, девушка затушила сигарету в пепельнице и, старательно смяв фотографию, отправила её туда же. Потом залпом допив остатки уже успевшего остыть кофе, который уже начал оказывать своё бодрящее действие, Каролина решительно встала.
Город Эрлайн.
Два часа спустя.
Смотря прямо перед собой на летящую навстречу дорогу покрасневшими от слёз глазами, Анжела, раздраженно вращая баранку, вела свою машину и при этом мысленно проклинала Конрада, из-за которого по её отчасти неверному мнению вчера погиб её родной брат Эндж.
Почему её мнение в этом вопросе является отчасти неверным? Ну, во-первых, потому что Конрад отправлял на это задание её брата не в одиночку и не с пустыми руками, а во-вторых, каждый из членов его команды прекрасно знал, на что идёт и, рисковал своей жизнью не просто так, а за довольно большие деньги.
Всё это он ей вчера вполне доходчиво объяснил, когда она на него кинулась с кулаками во время неконтролируемого приступа истерики, начавшегося после осмысления ужасной новости.
В глубине души она, конечно же, понимала, что вины Конрада в смерти её брата никак не больше, чем у любого другого члена его команды. Даже не больше, чем у самого Энджа. Ведь он сам сделал свой выбор, когда решил связаться с Конрадом. Да и сестру ещё за собой потянул! С другой стороны им нужно было как-то подняться.
Год назад они переехали в Эрлайн после того, как Анжела освободилась, отбыв почти пятилетний срок в Патастане. Хорошую работу ей найти так и не удалось, а Эндж работая охранником в ночном клубе, получал мало. Денег им едва хватало, чтобы платить за съём квартиры.
Так они промучились почти полгода, пока ситуация не изменилась. Эндж тогда познакомился в клубе с Ланком Овейсом, а тот его свёл со своим начальником Конрадом Шпаттом. Конрад и его команда тогда только начинали налаживать в Эрайне свой наркобизнес, и им очень были нужны ещё люди. Понимая, что дело пахнет большими деньгами, Эндж согласился.
Анжела помнила тот день, когда он вернулся радостный домой и сообщил, что нашёл для них обоих хорошо оплачиваемую работу. Правда, с небольшим риском угодить за решётку, но ради таких больших денег риск, по его мнению, был оправдан. Да и по её, как уже потом выяснилось, тоже.
А заключалось эта работа в распространении в Эрлайне совершенно нового наркотика под названием Филпит. Предложение показалось Анжеле заманчивым, и она не раздумывая согласилась.
Первую партию на удивление разобрали очень даже хорошо и на первые заработанные деньги они отправились отдыхать в ночной клуб. Там Эндж встретил девушку, которая влюбилась в него с первого взгляда. Звали её Вероникой. Она очень понравилась Анжеле и та, порадовавшись за брата, решила с ней подружиться.