Убийство в переулке Морталити

Глава 4. Имя мертвеца

Лучше делать, чем мечтать, а год опыта стоит века теоретических рассуждений. Всю свою жизнь Фрэнк просидел в кабинете, кропотливо сплетая романы из того материала, который он собрал в прогулках по городу и его окрестностям. Теперь, по счастливой случайности, он собирался шагнуть из своего идеального мира в реальную жизнь и принять активное участие в реальной истории. Судьба уже заложила основу запутанного сюжета, и его задачей было довести до логического конца возникшую перед ним проблему.

Правда, сам Фрэнк считал решение этой проблемы невыполнимой.

Представьте себе трудности дела. Мужчина – имя неизвестно – встретился с женщиной и убит ею. Эта женщина – также неизвестная – идет на встречу с человеком – мужчиной или женщиной – и убита им или ею. Вот и весь материал. Единственными подсказками были две глиняные статуэтки, окрашенные в синий цвет, инициалы «Дж. Г.», отмечены на белье убитого, и возможный шанс получить полезную информацию от извозчика. Тем не менее, зацепившись за эти три пункта, Торри надеялся поймать виновного. Фрэнк не мог сдержать восхищения его решимостью.

«Расследовать преступление в книгах легче, чем в реальной жизни, – сказал себе Фрэнк, собираясь выходить. – С материалами этого дела об убийстве в переулке Морталити я мог бы разработать очень честный роман. Однако судьба – или кто там разрабатывает такие сюжеты в реальности – несомненно, раскроет его совершенно по-другому. Что ж, – он надел шляпу, – я один из актеров в этой драме, и теперь моя очередь выходить на сцену. А вот и разгадка тайны Синей мумии».

Развеселившись от собственных мыслей, Фрэнк сел в двухколесную повозку и поехал к своему другу, живущему возле Британского музея. В кармане у него лежала маленькая фигурка, о которой он надеялся многое узнать. К счастью, египтолог – его звали Патрон – оказался дома. Это был высокий, худощавый ученый с волосами, посеребренными сединой, и в очках. Он принял Фрэнка очень любезно, потому что они были старыми друзьями и однокурсниками в Оксфорде. Фрэнк выглядел по-прежнему молодым и цветущим, что было естественно в двадцать пять лет; но Патрон, которому едва исполнилось тридцать, уже состарился из-за упорной учебы и человеконенавистнического темперамента. В руки этому преждевременно пожилому человеку Фрэнк передал статуэтку.

– Посмотри на египетскую мумию, старик, – сказал он, садясь, – и скажи мне, что ты о ней думаешь.

Мистер Патрон погладил себя по щеке и подбородку, осмотрел лазурного идола сквозь очки и возразил Фрэнку ясным, спокойным голосом.

– Как обычно, мой дорогой Фрэнк, ты говоришь, не задумываясь, – сказал он, – изображение вовсе не египетское.

– Это изображение мумии, – возразил Франк, – и я всегда представлял, что египтяне были единственным народом, который солил и сушил своих мертвецов.

– Значит, ты неправильно представлял, – возразил Патрон. – Древние перуанцы также бальзамировали своих мертвецов. Это изображение перуанской мумии.

– Откуда ты знаешь? – удивленно спросил Фрэнк.

– Разве ты не видишь изображение солнца на груди мумии? – отрезал его друг. – Древние перуанцы поклонялись солнцу. Судя по солярному символу, эта мумия происходит из гробницы инков. Это то, что мы называем изображением гробницы.

– Что это такое?

Патрон откашлялся, поправил очки и приготовился к длинной исторической лекции.

– Как и некоторые азиатские народы, – сказал он, – древние перуанцы практиковали варварский обычай приносить в жертву людей на похоронах своих правителей. Иногда, по словам Прескотта, они убивали тысячу слуг и любимых наложниц, чтобы они могли сопровождать мертвого инку в его яркий особняк на солнце. Однако в некоторых случаях обходилось без реальной бойни благодаря использованию глиняных изображений в виде мумий, подобных тем, что мы видим здесь, – ученый указал на синие фигуры. – Они заменяли людей. Вместо каждого советника, раба, жены, служителя в гробницу помещали глиняное изображение, таким образом вокруг трупа располагались многие сотни глиняных мумий или изображений гробницы. Надеюсь, теперь все стало понятно?

– Абсолютно, – отозвался Фрэнк, сунув фигурку в карман. – Но твоя лекция мне нисколько не помогла.

– Почему нет? И где ты вообще взял эту мумию? – спросил Патрон.

– Из кармана убитой женщины.

– Боже сохрани! Как странно! За что ее убили? И как она стала обладательницей такой уникальной вещицы, как перуанский образ гробницы?

– Друг мой, на эти два вопроса я сам пытаюсь получить ответ.

– Если я могу помочь тебе, Фрэнк…

– Спасибо, Патрон, но, боюсь, ты больше не сможешь мне помочь. Доброго дня.

– Доброго, доброго, – поспешно ответил египтолог, чьи мысли уже вернулись к его собственной работе.

Фрэнк уехал, довольный визитом лишь частично. Он получил определенную информацию, но она не смогла пролить свет на тайну двойного преступления. Синяя мумия была связана с убийствами каким-то скрытым образом, независимо от ее археологических достоинств, и именно эту скрытую связь хотел обнаружить Фрэнк. Возможно, позже какая-то часть рассказа Патрона и пригодится, но пока что Фрэнк отправился во второе нужное ему место, на Бонд-стрит.

Тот факт, что этот рыжий человек – как его приходилось называть из-за отсутствия настоящего имени – обыкновенно имел дело с фирмой «Харкот и Харкот», указывал на то, что он был если не богат, то очень хорошо обеспечен. Магазин, как знал Фрэнк, был очень дорогим, и товары там продавались по цене намного выше их рыночной стоимости из-за того, что были особенно модными. Фрэнк принес с собой рубашку мертвеца, которую ему доверил Торри, и показал ее старшему партнеру. Мистер Харкот был высоким статным мужчиной, больше похожим на герцога, чем на лавочника. Осмотрев рубашку через пенсне, он надменно поинтересовался, что именно мистер Даррел хотел узнать.

– Я хочу узнать, что означают эти инициалы, – ответил Фрэнк, показав на буквы «Дж. Г.».

– Могу я спросить, почему?

Фрэнк задумался.

– Я не вижу причин, которые помешали бы мне рассказать вам причину, – сказал он, – но это лучше сделать в конфиденциальной обстановке.

– Конечно, сэр, конечно, – согласился Харкот, чье любопытство сейчас было возбуждено. – Пожалуйста, пройдите сюда, чтобы нас никто не побеспокоил.

Торговец провел Фрэнка в маленькую комнату, отделенную от основного помещения магазина стеклянной перегородкой, и, закрыв дверь, очень вежливо протянул Фрэнку стул.

– Я жду вашего объяснения, сэр, – сказал он, расправляя принесенную тем рубашку на столе.

– Минутку, – быстро сказал Фрэнк. – Если я скажу вам причину, по которой задаю вопрос, и вы согласитесь ответить на него, могу ли я рассчитывать на то, что вы сможете предоставить мне желаемую информацию?

– Конечно, сэр. Обратите внимание, что под этими буквами «Дж. Г.» стоит число, одна тысяча четыреста двадцать. Мы, сэр, индексируем все рубашки нашего производства таким образом. Если причина ваших расспросов меня устроит, мне нужно будет всего лишь посмотреть это число в наших книгах, чтобы узнать, для кого была сделана эта рубашка.

– Тогда вам лучше сделать это немедленно, мистер Харкот. Так вы сможете помочь нам поймать преступника.

Торговец выглядел изумленным.

– Поймать преступника? – повторил он.

– Да. В воскресенье утром, примерно в час ночи, мужчина, которому принадлежала эта рубашка, был убит.

– Убит, сэр?

– Да, ударом в сердце в переулке Морталити.

– Боже, боже! – воскликнул мистер Харкот в сильном волнении. – Что вы говорите! Я заметил статью об этой трагедии в газете «Стар», в выпуске, опубликованном в два часа дня, но я не думал, что жертвой стал наш покупатель. Как ужасно! Кто этот несчастный джентльмен?

– Именно это я и хочу узнать от вас, мистер Харкот.

– С удовольствием, с удовольствием, но если вы простите, сэр, я не знал, что вы представитель закона.

– Это не так, – сухо возразил Фрэнк. – Я писатель, но детектив, ведущий это дело, разрешил мне помочь ему.

– Вот оно что, – отозвался изумленный мистер Харкот. – Если позволите, мистер Даррел, я поищу наши книги.

Вымыв руки и вежливо поклонившись, мистер Харкот исчез. Минут через десять он вернулся, очень бледный и обеспокоенный. Фрэнк был несколько удивлен такому волнению.

– Боже мой! – выдохнул мистер Харкот. – Я потрясен. Такой респектабельный джентльмен! Такой старый покупатель!

– Как его звали? – воскликнул Фрэнк.

– Грент, сэр, Джесси Грент из Рэй-Хауса, Рэйбридж.

– Грент… Грент… – задумчиво пробормотал Фрэнк. – Кажется, я слышал это имя.

– Все слышали, сэр. Грент и Лейборн с Флит-стрит.

– Что! Банкиры?

– Да, сэр, да. Мистер Джесси Грент был главой фирмы, а теперь он ангел. Я надеюсь на то, что он попал на Небеса, потому что он был хорошим человеком, сэр, который регулярно оплачивал свои счета…

– Спасибо, мистер Харкот, – сказал Фрэнк, прервав причитания лавочника. – Вы сказали мне все, что я хотел знать. Мистер Джесси Грент, банкир. Гм! Значит, он и был рыжим человеком.

Мистер Харкот собирался возразить, что у покойного мистера Грента были седые волосы, но Фрэнк, не дослушав, коротко кивнул и быстро вышел из магазина. После этого Харкот-старший пошел сообщить Харкоту-младшему о потере хорошего покупателя и предложить немедленно отправить неоплаченные им счета исполнителям его воли.

Было уже слишком поздно навещать Торри в его личном кабинете, поскольку Фрэнк закончил расспросы намного позже шести часов, поэтому он вернулся в свои комнаты и обдумал полученную информацию. Он слышал о мистере Гренте, который был богатым банкиром и пользовался большим уважением. То, что его нашли мертвым в неблагополучном районе, замаскированным, добавляло этому делу загадочности. Фрэнк размышлял над этим всю ночь, пока ему не стало казаться, что его мозг пылает, так что он был рад, когда наступило утро. Он как раз обдумывал визит к Торри, когда к нему явился сам детектив, выглядя весьма встревоженным.

– Там было двое убийц, мистер Даррел! – воскликнул он.

– Двое?

– Да. Мужчина и женщина!

Глава 5. «De mortuis nil nisi bonum»

– Мужчина и женщина, – задумчиво повторил Фрэнк. – Кто вам это сказал, мистер Торри?

– Третий извозчик, – ответил сыщик. – Его зовут Мэйн. Я нашел его вместе с Генри и Байком на стоянке возле переулка Морталити.

– Были ли у вас трудности с тем, чтобы заставить его говорить?

– Нет, абсолютно нет. Он был готов предоставить информацию и всячески помогать полиции. А почему вы предлагаете возможность затруднения?

– Я предположил, – сказал Фрэнк, – что если бы эти мужчина и женщина были на самом деле убийцами, они могли подкупили Мэйна, чтобы заставить его молчать.

– Просьбой молчать они бы только пробудили его подозрения, – возразил Торри. – Ничего подобного. Мэйн не знал, что в переулке лежит труп, поэтому этой паре не нужно было покупать его молчание.

– Они вышли из переулка Морталити?

– Да. Мэйн рассказал, что, когда два других кэба уехали, он тоже решил уехать домой, так как отчаялся получить пассажира в столь поздний час. Однако на всякий случай он подождал еще минут двадцать или около того, и его терпение было награждено незадолго до часу ночи. Мужчина и женщина вышли из переулка Морталити и сели в его кэб.

– Тогда Мэйн отъехал незадолго до того, как наши кэбы вернулись?

– Без сомнения. Убийцы очень хорошо все рассчитали. Женщина велела Мэйну ехать на Нортумберленд-авеню возле театра. Там эти двое вышли и отпустили кэб.

– Что они делали потом? Полагаю, Мэйн заметил, в каком направлении они пошли?

– Нет, конечно, – с досадой ответил мистер Торри. – Он получил деньги и сразу же отправился домой, оставив мужчину и женщину стоять на тротуаре перед театром.

– Каким маршрутом он ехал от переулка Морталити до Нортумберленд-авеню?

– Вниз по улице Арундел и по набережной, – быстро ответил Торри.

– Полагаю, – задумчиво сказал Фрэнк, – что он не заметил никого возле Иглы Клеопатры, когда ехал?

– Нет, я спросил его, но он заявил, что был слишком занят своей лошадью, которая плохо его слушалась, и не смотрел по сторонам. Он доехал до места назначения, а затем направился домой по проспекту.

– Он смог описать пару?

– Ну, – с сомнением сказал Торри, – не очень хорошо. Женщина была высокой, светловолосой, на ней была накидка, ее лицо закрывала вуаль. Я все это знаю, поскольку видел ее мертвое тело и одежду. Мужчина был не так высок, как женщина, стройный, чернобородый, на нем была шляпа и длинное пальто почти до пят. Он молчал, предоставив женщине указывать дорогу и платить за проезд.

– Были ли они взволнованы?

– Мужчина выглядел более взволнованным, чем женщина.

– Возможно, это он убил мистера Грента.

– Возможно, что и он, у нас нет свидетельств того, кто нанес удар. Но кто такой мистер Грент?

– Это наш мертвец. Вернее, он был мистером Джесси Грентом, банкиром.

– О! – сказал Торри, потирая пухлые руки с удовлетворением. – Вы уже многое узнали. Это дело становится серьезным, потому что мистер Джесси Грент хорошо известен. Он очень богат, он филантроп, и два года назад баллотировался в парламент от консерваторов. Хотел бы я знать, почему такой респектабельный человек оказался в таком неблагополучном районе. Да еще и замаскированным. Это выглядит как минимум странно. Вероятно, мистер Грент не такой порядочный, каким я его считал.

– Вам стоит упоминать о нем в прошедшем времени, Торри, этот человек мертв.

– Мертв. Убит, – задумчиво сказал детектив. – Печальный финал для добродетельного человека. Расскажите мне все, что вы узнали от Харкота.

– Я уже рассказал вам все, – ответил Фрэнк. – Рубашка была сшита для Джесси Грента из Уэйбриджа, одного из банкиров с Флит-стрит.

– Ну что ж, – сказал Торри, вставая. – Там, где заканчивается информация Харкота, может начаться информация мистера Лейборна. Пойдемте, мистер Даррел, навестим Флит-стрит.

– Хорошо. Подождите, пока я надену пальто.

Пока Фрэнк готовился к визиту, Торри делал записи в своей секретной маленькой книжке. Он также спросил о Синей мумии и выслушал рассказ о древних перуанцах и их обычаях.

– На первый взгляд это не имеет отношения к делу, – философски сказал он. – Тем не менее никто не знает, насколько это сможет пригодиться.

– Тут я с вами согласен, – сказал Фрэнк, беря шляпу и перчатки. – Эта Синяя мумия, на мой взгляд, сможет прояснить всю тайну.

– Это звучит слишком романтично, – проворчал Торри, когда они вышли. – От Лондона до Перу очень далеко.

Несмотря на расхождение во мнениях, тема Синих мумий показалась им настолько незначительной, что и писатель, и детектив прекратили ее обсуждать. Через несколько мгновений они оказались в коляске и поехали в восточную часть города, к скромному зданию, которое было одним из самых известных частных банков в лондонском Сити. Фирме «Грент и Лейборн» почти исполнилось сто лет, она была основана вскоре после Французской революции и пользовалась большой популярностью. Ее основал мистер Эбенезер Грент, который впоследствии заключил партнерство со своим главным клерком Лейборном. Внуки этой пары теперь были владельцами банка, и один из них, Джесси Грент, был варварски убит в переулке Морталити. Пока, судя по всему, его смерть оставалась тайной.

– В противном случае они бы закрыли ставни, – сказал Торри своему спутнику. – Будьте уверены, мистер Даррел, мы с вами здорово напугаем фирму «Грент и Лейборн».

В ответ на расспросы детектива у них попросили их карточки, которые отнесли мистеру Лейборну. Через несколько минут колокольчик из его приемной прозвенел, и их провели в скромно обставленную комнату, которую занимал красивый молодой человек около тридцати лет, с вьющимися черными волосами и маленькими черными усиками, заостренными так, чтобы придать ему довольно веселый вид. Элегантно одетый, он больше походил на денди из Вест-Энда, чем на строгого и методичного банкира. Своих посетителей он встретил со всем хладнокровием, присущим светскому человеку, но тревожное выражение на его лице не ускользнуло от бдительных глаз Торри.

– Присаживайтесь, господа, – сказал он, махнув рукой в сторону двух стульев. – Я так понимаю, вы хотите меня видеть?

– Вы мистер Лейборн? – спросил Фрэнк, который не смог скрыть удивления, вызванного возрастом и внешностью банкира.

– Я мистер Фредерик Лейборн, сэр. Возможно, вы хотите видеть моего отца. В таком случае я должен сообщить вам, что он сейчас в Париже, где находится уже несколько недель. В его отсутствие и в отсутствие другого нашего партнера, мистера Грента, я выступаю в качестве представителя фирмы.

– Мистер Грент, – медленно повторил Торри. – Значит, он тоже отсутствует?