Пара для последнего ликана. Книга 2

56 ОДЕРЖИМОСТЬ

Впервые Хаос увидел Зури, когда ей было двенадцать. Это был первый раз, когда отец взял её во дворец.

В ней не было ничего, что привлекло бы его внимание, ведь что могла сделать двенадцатилетняя девочка, чтобы он её заметил?

Во второй раз он увидел её в городе Люмисен. Судя по всему, она была там с отцом из-за какой-то деловой сделки. Они приехали инкогнито, но он узнал в ней дочь Альфы Роланда.

Её присутствие там было, мягко говоря, сомнительным, потому что кто-то вроде Альфы Роланда не взял бы в деловую поездку дочь вместо любого из трёх своих сыновей, ведь было непохоже, что они приехали на отдых.

В третий раз это случилось, когда ей было шестнадцать.

В ту ночь Брайден отправился убивать Старейшину Джейсона. Бета сорвался, когда узнал, что тот издевался над его истинной парой.

Была зима, одна из самых холодных ночей, и восемнадцатилетняя Зури, обхватив себя руками, раскачивалась взад-вперёд под клёном. На ней было тонкое платье, которое почти не защищало от холода.

Он задался вопросом, что эта девушка там делала, но, очевидно, остановить своего бету, прежде чем тот устроит резню и натворит ещё больше бед, было важнее.

Однако образ Зури той ночью постоянно возвращался к нему, когда он проводил время на Трёх Смертоносных Путях. Юная девушка, обнимающая саму себя. Беззащитная и уязвимая. Он почувствовал желание вернуться и погладить её по голове. Она была похожа на потерявшегося щенка.

А теперь та самая девушка вытягивала ноги на диване, устраиваясь поудобнее, чтобы заснуть, несмотря на то, что они ехали на казнь её отца и пары.

Их должны были повесить на глазах у всех, вместе со всеми предателями, которые с ними сговорились. Среди них также были некоторые старейшины из двора Дакра. Вот почему сейчас в его дворе царил переполох.

Мало того, они захватили более тысячи воинов из Великого Лунного королевства. Всех их обезглавили, а головы отправили обратно в их королевство. Хаос ожидал, что Великое Лунное королевство за это отомстит.

Но всё шло в соответствии с его предсказаниями и планами; Зури была единственным неожиданным элементом.

– Ты так сильно ненавидишь своего отца и пару? Ты выглядишь очень расслабленной, хотя знаешь, что скоро их ждёт смерть.

Зури положила голову на подушку и обняла Шэдоу, который прижался к ней.

– Нет. Раньше я их ненавидела, но больше нет. – Зури почесала Шэдоу за ухом. – Они не заслуживают моей ненависти. – На её губах расцвела улыбка. – Вместо того чтобы грустить, я должна праздновать. Я наконец-то свободна.

– Это почему же? – Хаосу стало интересно, о чём она думает.

– Когда я стала парой Ксадена, я думала, что наконец-то освобожусь от контроля отца, но, как оказалось, он подослал шпионов в стаю Блэкторн, и я всё ещё была в его когтях. Я думала, что моя жизнь изменится к лучшему после того, как я сошлась с Ксаденом, но он оказался куском дерьма. Он бросил меня на месяц сразу после того, как поставил метку.

Хаос знал об этом, потому что именно он попросил, чтобы Ксаден отправился на гору Ив для охоты на монстров.

– Мало того, он ещё и спал с кем попало. – Зури беззаботно пожала плечами. – Думаю, для мужчин это нормально – спать с кем попало. Все мужчины в моей жизни так делали. Я лишь благодарна, что не выносила его ребёнка до конца.

И к этому Хаос тоже приложил руку.

– А ты не думаешь, что я тоже буду спать с кем попало? – Хаос скрестил руки на груди, наблюдая за выражением её лица. – Ты не моя официальная пара, Зури. Я никогда не соглашался сделать тебя своей парой.

Услышав это, Зури села, и Шэдоу открыл глаза, потому что она перестала чесать его за ухом. Волк теперь вёл себя как кошка.

Зури ничего не сказала; она просто подошла и села верхом на Хаоса. Он инстинктивно придержал её на коленях, понимая, что в движущейся карете она может упасть.

– О чём ты думаешь? – спросил Хаос, когда Зури, усевшись на него таким образом, не произнесла ни слова. Её руки лежали на его плечах.

– Я думаю, придётся ли мне убить тебя или тех женщин, с которыми ты будешь.

Услышав это, Хаос рассмеялся, но выражение лица Зури ничуть не изменилось. Она по-прежнему выглядела очень серьёзной, словно и вправду обдумывала варианты.

– Ты одержима мной? – спросил Хаос, убирая пряди её волос за ухо и лаская её щеку.

– Да.

– Почему?

Зури не ответила на его вопрос сразу, она сжала губы, отказываясь говорить. Она не была уверена, будет ли её ответ правильным, хотя в её рассуждениях не было правильного или неправильного.

Увидев упрямство в глазах Зури, Хаос попытался её разговорить. Он поцеловал её в губы, чтобы заставить её ответить. – Почему? – снова настойчиво спросил он.

Холод в её взгляде растаял, когда по щеке скатилась одинокая слеза. Хаос поцеловал её и отстранился, чтобы увидеть боль в её глазах.

– Потому что ты первый, кто не назвал меня сумасшедшей. Ты сказал, что мне просто больно. Я не сумасшедшая. Они все называли меня сумасшедшей.

Хаос, вероятно, даже не помнил, когда он это сказал, поскольку для него это был недостаточно значимый момент. Он ведь не стихи ей читал. Он лишь озвучил своё точное наблюдение, но для Зури это значило всё на свете.

И снова её мать оказалась права. Она привязалась к тому, кто проявил к ней малейшую толику нежности, потому что жаждала её, и теперь была им одержима.

Он прикасался к ней так, как никто и никогда прежде.

Его прикосновения не были холодными или болезненными. В них не было ни похоти, ни гнева, не говоря уже о разочаровании. Они были лёгкими и безобидными. Ей это нравилось. Она жаждала этого.

57 Смертный приговор

– Твоя мать тоже будет среди них, – сказал Хаос, помогая Зури сойти с кареты.

Вокруг виселицы собралось множество людей, чтобы посмотреть, как предатели получат свое наказание. Несколько важных персон сидели на отведенных им местах. Их взгляды сузились, когда они увидели, как Хаос выходит из кареты с луной из стаи Блэкторн.

Они слышали, что луна невиновна и что наказание не потребует уничтожения всей семьи, поскольку статус Ксадена все усложнял.

Некоторые из них были не согласны, и это было понятно, но решение короля было окончательным.

– Она сама захотела быть там, – сказала Зури. Она видела, как ее мать стоит рядом с отцом. Та выглядела невозмутимой, думая, что умирает за то, во что верила как в правое дело. Она умирала за свою пару, чтобы доказать ему свою верность. – Она решила умереть с ним.

Но в глубине души она знала, что все дело в том, что Роланд был для Карины целым миром. Ее жизнь вращалась вокруг него, и если бы не он, она бы не знала, что делать. Ей даже некуда было пойти и не на кого положиться.

Зури не будет сидеть в первом ряду, как Хаос и король, поскольку официально она не была парой Хаоса, и ее статус на данный момент был, в лучшем случае, сомнительным. Со смертью Ксадена она перестанет быть луной стаи Блэкторн, и ее стая будет возвращена к статусу стаи Речного Ручья в соответствии с законом этого королевства, если только кто-нибудь не возьмет ее в пары.

Тем не менее, со своего места она отчетливо видела виселицу, и люди, выстроенные в ряд в ожидании своей кончины, тоже смогли бы увидеть ее, как только взойдут на эшафот.

Сегодня должны были повесить около сотни человек, а это означало, что на завершение казней всех приговоренных к смерти уйдет несколько дней.

Там присутствовали только важные фигуры, поскольку изгоев или воинов обезглавили в тот же миг, как их поймали. Король не брал заложников.

Рядом с королем, хмурясь, сидела его новая, блистательная, юная пара. Судя по всему, она бы очень хотела оказаться где угодно, только не здесь, и без конца теребила пальцы. В конце концов, ей было всего семнадцать, и, должно быть, она впервые наблюдала за подобной жестокостью.

Судя по тому, что сказал ей Хаос, король Амидас и остальные люди из королевства Вулфдейл вернулись три дня назад.

А сейчас Зури сидела в заднем ряду с несколькими старейшинами, которые странно на нее посматривали. К счастью, Кайден был рядом и составил ей компанию.

– Хочешь? – Кайден предложил ей свои закуски, словно смотрел что-то занимательное, а не на то, как бесчисленные люди идут навстречу своей гибели.

Зури нахмурилась. – Ты еще и есть можешь?

– Еда – это жизнь, – ответил Кайден. Он дал немного мяса Шэдоу, и волчонок с радостью принялся его жевать. – Более того, всем следует набрать вес к зиме.

– Ты не животное.

– Мы оборотни. Наполовину люди, наполовину волки. – Он пожал плечами. – Думаю, это считается.

Зури больше ничего не сказала и смотрела, как ее мать с отважным видом всходит на виселицу. Рядом с ней был ее отец, а рядом с отцом – Ксаден.

Она впервые увидела их снова спустя почти месяц после того, как они устроили переворот. Они выглядели совсем иначе. Изможденные и беспомощные. Последние несколько недель в темнице, должно быть, усмирили их и погасили весь огонь внутри.

Было так странно видеть их без всякой власти и авторитета. Зури не могла в это поверить. Эти люди, которые сейчас выглядели такими слабыми, были теми, кто сделал ее жизнь невыносимой.

И прежде чем они потеряли опору под ногами, когда затянувшаяся веревка оборвала их жизни, их глаза отыскали ее в толпе. Их взгляды встретились, но внезапно все потемнело, когда Кайден закрыл ей глаза.

– Ты не должна этого видеть, – сказал он, его голос был глубоким и серьезным. Зури впервые слышала, чтобы он говорил таким тоном. Обычно гамма любил шутить или сочинять глупые истории.

– Я в порядке.

И все же, несмотря на свои слова, Зури не отстранила руку, закрывавшую ей глаза. Она позволила ему заслонить ее от ужасного зрелища, думая, что не сможет этого вынести. Вероятно, она и вправду не смогла бы, и она была благодарна Кайдену за его заботу.

– Знаешь что?

– Что? – спросил Кайден. – Собираешься сказать, что я очень заботливый?

Зури хмыкнула. – Соус от твоей еды испачкал мне щеку.

– Ох.

После этого Кайден увел Зури, чтобы помочь ей отчистить пятно, которое, как оказалось, было не только на щеке, но и на ее платье.

Теперь они вдвоем с Шэдоу стояли у фонтана. Кайден дал ей носовой платок, чтобы промокнуть пятна на платье и щеке, а сам пытался удержать волчонка от прыжка в воду, поскольку тот был слишком любопытен.

– У тебя есть пара?

– А? Нет. – Кайден потянул Шэдоу за хвост, и волчонок его укусил. – Никогда не встречал свою истинную пару, она, наверное, умерла или уже нашла пару с кем-то другим.

Зури предположила, что Кайден был примерно возраста Ксадена. Обычно мужчины в его возрасте начинают задумываться о создании семьи или о том, чтобы кто-то был рядом.

– Выбранная пара? – снова спросила Зури. Она нахмурилась, потому что пятно не оттиралось.

– Не-а. У меня утонченный вкус.

Услышав это, Зури приподняла брови, не совсем понимая, что это значит. – У меня есть подруга детства в стае Речного Ручья, может, познакомить тебя с ней? – Она не знала, почему это сказала. Кажется, ей просто нравилось болтать с гаммой о всякой ерунде.

Однако Кайден ухмыльнулся и спросил: – Думаешь, мы подойдем друг другу?

– Возможно, она милая и красивая.

– То есть ты хочешь сказать, что я тоже милый и великолепный?

– Нет, я имела в виду, что ее красота могла бы компенсировать твои недостатки, – беззаботно ответила Зури, и гамма, казалось, вот-вот взорвется от гнева.

– А я, между прочим, тоже очень привлекательный!

58 Ужасное зрелище

Зури ещё никогда так сильно не смеялась, как при виде лица Кайдена, исказившегося от досады. У него был такой вид, будто он готов с ней подраться, особенно когда она смеялась.

– Прекрати, тут не над чем смеяться! Это факт! Ты должна признать, что я очень привлекателен!

– Ты сейчас похож на капризного ребёнка, – сказала Зури сквозь смех, её сердце готово было разорваться от восторга. Она давно никого так не дразнила, обычно она вела себя так только с Реттом. Они были близки, но после её союза с Ксаденом она с ним не общалась. – Не волнуйся, у моей подруги хороший материнский инстинкт.

– Мне это не нужно!

Однако смех Зури почти мгновенно затих, когда она увидела его. Он стоял там, не так далеко от неё, возле одного из ларьков, и смотрел на неё.

– Нет! – закричала Зури, вскакивая на ноги и отшатываясь.

Кайден тут же насторожился, обернулся и проследил за направлением взгляда Зури, но ничего не увидел. Там никого и ничего не было, что могло бы заставить её лицо исказиться от ужаса за какие-то секунды, хотя мгновение назад она счастливо смеялась, дразня его.

– Что такое? Что случилось? – Кайден подошёл, чтобы успокоить её. Они привлекали внимание окружающих. Однако, когда он попытался дотронуться до неё, Зури вцепилась ему в руку когтями.

Из раны закапала кровь. Рана была не смертельной, но достаточно глубокой, чтобы Кайден зашипел от боли.

Увидев кровь, Зури осознала, что наделала, и тот голос снова зазвучал у неё в голове, но на этот раз она видела его. Она видела, как Ксаден произносит те обидные слова, словно голос исходил от него.

«Видишь? Я же говорил, что ты сумасшедшая».

– Нет! – Зури закрыла уши руками. Она не хотела этого слышать, но как можно перестать слышать голоса, которые звучат в твоей собственной голове?

Зури крепко зажмурилась. Она не знала, плачет она или кричит, но когда кто-то коснулся её, она попыталась отбиться, пока её не окутал его запах.

А когда она открыла глаза, то увидела смотрящие на неё сверху вниз прекрасные серые глаза, полные беспокойства.

– Что случилось? – спросил Хаос.

Он заметил, как Кайден отвёл Зури сюда, чтобы отчистить пятно на её платье. Он видел, как счастливо она улыбалась и свободно смеялась. Одинокий образ девушки, обнимавшей себя под клёном, медленно рассеивался в его сознании, но внезапно она вскрикнула.

И, сам того не осознавая, Хаос уже шагнул к ней и обнял её.

– Что случилось? – повторил свой вопрос Хаос. Он велел Кайдену подогнать карету. Они собирались вернуться в его дворец.

Люди уставились на них, потому что Зури плакала. Казни всё ещё продолжались, и люди, знавшие, кто такая Зури, думали, что она плачет из-за потери своей пары и родителей, поэтому то, что она оказалась в объятиях другого мужчины, вызывало неодобрение.

Тем временем Зури не ответила на его вопрос, она оглядывалась по сторонам, словно кого-то искала. Инстинктивно Хаос сделал то же самое, но никого не нашёл. Вокруг не было никого достаточно подозрительного.

Когда карету подогнали, Хаос помог ей забраться внутрь. Шэдоу тоже запрыгнул в карету.

Когда они оказались внутри, Зури не отпустила Хаоса, а вместо этого перебралась к нему и села на колени, пока Кайден и Гейл увозили их прочь от толпы.

Когда они прибыли во дворец Хаоса, был уже день, но Зури всё ещё не хотела двигаться со своего места. Она уткнулась лицом в изгиб его шеи. Всё её тело дрожало.

Он должен был умереть. Не может быть, чтобы он был всё ещё жив и мог свободно разгуливать.

Она думала, что голоса в её голове были достаточно страшными, но на этот раз они воплотились в кое-кого, о ком она даже не хотела вспоминать.

Потому что теперь она не только слышала голоса в голове, но и начала видеть то, чего там быть не должно.

– Хаос? – Кайден постучал снаружи, сообщая, что они прибыли. Он был уверен, что Хаос знает, что они уже на месте, но альфа всё ещё не выходил.

– Можете ехать, – сказал Хаос. Он всё ещё держал Зури в объятиях, её тело била дрожь. Его лучшей догадкой было то, что реальность ситуации наконец настигла её, и у неё случился нервный срыв.

Это было единственное разумное объяснение, которое Хаос мог придумать.

Они просидели в карете ещё два часа. Когда Зури достаточно успокоилась и подняла голову, он увидел, что её лицо сильно покраснело.

– Хочешь рассказать мне, что довело тебя до срыва? – спросил Хаос, вытирая слёзы с её щёк.

– Нет, – Зури покачала головой, её голос охрип, и Хаос не стал настаивать.

– Давай зайдём внутрь, – сказал Хаос. Он внёс её во дворец, и для Зури это был уже второй раз, когда она здесь оказалась.

Все воины под командованием Хаоса слышали слухи, что их альфа возьмёт бывшую луну стаи Блэкторн в свои луны. Они всё ещё не знали, как к этому относиться, но были не в восторге.

По их мнению, их альфа заслуживал лучшего. Теперь Зури не имела никакого значения, её статус дочери предателя запятнал бы имя и репутацию их альфы.

Но, конечно же, никто из них ничего об этом не сказал бы.

С другой стороны, Хаос принёс Зури в свою спальню и уложил её там, но она не хотела его отпускать.

– Чего ты боишься? – У Хаоса не было другого выбора, кроме как лечь рядом с ней.

Но Зури лишь продолжала качать головой. Хаос счёл бы её сумасшедшей, если бы она ему рассказала.

59 Галлюцинация

Зури не могла понять, почему ей виделось то, чего не должно было. Ей очень нужно было достать лекарство.

Она начала терять связь с реальностью…

На следующий день она спросила Хаоса, может ли она вернуться в дом стаи Блэкторн, потому что ей нужно было забрать кое-какие вещи, и Хаос отправил Гейла сопровождать её.

Она не сказала ему причину своей внезапной вспышки, и, к счастью, Хаос не стал расспрашивать дальше. Она была рада, что он проявил понимание, или, возможно, ему было просто всё равно. В её голове всё смешалось. Она больше не знала, во что верить.

– Теперь Логан – Альфа этой стаи, – сообщил Гейл, следуя за ней через главные ворота дома стаи. – Он заключил сделку с Королём, чтобы избежать смертного приговора. Он выложил все их планы, а также секреты, которые знал об Альфе Ксадене и его связях с Великим Лунным королевством.

Это был рычаг, который Логан использовал, чтобы спасти свою жизнь. После этого он присягнул на верность королю и получил титул альфы.

– Видимо, я не единственная предательница, – безжизненно произнесла Зури. В её голосе не было и намёка на юмор.

Гейл молча наблюдал за Зури, потому что у него было сильное предчувствие, что однажды она станет луной их стаи, учитывая, сколько внимания альфа ей уделял. Хотя, по его мнению, альфа мог бы найти кого-нибудь и получше.

Вчера он видел её вспышку и был убеждён, что она всё ещё что-то чувствует к своему покойному паре и, вероятно, сожалеет о своём решении.

Более того, самым важным был тот факт, что она смогла отвернуться от своей бывшей стаи, нынешней стаи, своей собственной пары, а также от своих родителей. Несмотря на то, что её информация была очень ценна для подавления переворота, было страшно осознавать, на что она способна.

Если она смогла так поступить с ними, то могла сделать то же самое и с их альфой, и с Хаосом… у него было столько тёмных секретов, которые разрушили бы всё, что они планировали всю жизнь, если бы просочились раньше времени.

Короче говоря, держать кого-то вроде Зури рядом с их альфой было опасно. Её нельзя было считать верной.

– Доброе утро… – поприветствовал их Логан, когда они вошли в дом стаи; его предупредили об этом визите. – Я не знаю, как к вам обращаться, потому что, полагаю, сейчас вы больше не Луна этой стаи.

В его голосе звучала нотка пассивной агрессии. Он всё ещё был расстроен, даже зол, из-за роли Зури в провале переворота, который унёс много жизней и поставил всё под угрозу.

– Тебе не нужно никак ко мне обращаться, мне просто нужно пройти в свою спальню. – Выражение лица Зури ничуть не изменилось, она оставалась невозмутимой перед лицом ненависти, которую источал Логан, а Гейл усмехнулся, увидев её дерзость.

Логан взглянул на Гейла и отошёл в сторону. Он знал, что Гейл – один из воинов Хаоса, и, учитывая какие бы то ни было отношения Зури с Хаосом, с ней лучше было не связываться, особенно раз альфа лично прислал своего человека её сопровождать.

– Тебе не нужно идти со мной, я знаю, где моя комната, – сказала Зури, когда Логан попытался пойти за ней. Бывший бета остановился и посмотрел ей вслед.

Гейл хмыкнул, но то же самое сказали и ему, когда он собрался войти в спальню вместе с ней.

– Оставайся здесь. – Затем Зури закрыла за собой дверь, и воин нахмурился. Ему не понравилось, что и ему досталась порция её дерзости.

В спальне Зури быстро зарылась в своих вещах. К счастью, всё было по-прежнему, Логан ещё не попросил никого убрать эту комнату. Раз уж теперь он альфа, эта комната тоже станет его.

Зури поискала своё лекарство и нашла маленький пузырёк с таблетками. Осталось всего пять штук, а это означало, что ей нужно было скоро пополнить запас. Ей нужно было как можно скорее сходить к целителю, пока Хаос не узнал о её болезни.

«Ох, дорогая, он об этом узнает. Я ведь всегда говорила тебе принимать лекарство, правда?»

Зури обернулась, и на этот раз голоса в её голове материализовались в образ её матери. Она увидела её в своём любимом синем платье. Насмешливая улыбка играла на её губах.

«С чего ты взяла, что он не бросит тебя, когда узнает, что ты сумасшедшая».

– Нет, он не узнает. – Рука Зури дрожала, когда она пыталась достать таблетки из пузырька. На этот раз она взяла сразу две. Она хотела, чтобы та исчезла.

Она не могла поверить, что предпочла бы, чтобы голоса продолжали кричать у неё в голове, а не чтобы её безумие обострялось, заставляя видеть людей, которых она больше не хотела видеть.

– Нет. Ты не настоящая. – Зури замотала головой, жадно хватая ртом воздух, и проглотила две таблетки. – Ты мертва! Ты не настоящая!