- -
- 100%
- +
Глава тринадцатая
Шарлотта стрелой влетела в свою спальню и дрожащими руками заперлась на ключ. Но разве можно было чувствовать себя в безопасности в замке, где творились такие жуткие, непостижимые уму вещи?
Голова у герцогини шла кругом. В мыслях у неё неотвязно вертелась брошенная Франсуа фраза: «Уж не думала ли ты, что мясо и птица появляются на свет прямо в котлах нашей кухни?» Внезапно Шарлотта расхохоталась и смеялась так долго, что на глазах у неё выступили слезы, а когда смех иссяк, герцогиня Вермийяр почувствовала, что внутри у неё пусто, как в безводном колодце. «Я оказалась в руках чернокнижника, – со странным безразличием думала Шарлотта. – Он, несомненно, погубит меня, как погубил шестерых безвинных женщин… Так чего же он медлит? Может быть, он хочет сначала свести меня с ума?»
Шарлотте вдруг вспомнился милый её сердцу родовой замок Дебоннеров, собственное детство и юность. Она рано лишилась матери, в расцвете лет ушедшей в иной мир, но Шарлотта Дебоннер навсегда запомнила любовь и заботу отца, которые сделали её жизнь безмятежно счастливой. Картины этой жизни мелькали в её памяти, словно яркие страницы доброй сказки, и Шарлотта почувствовала, что опять плачет: «Почему я должна умереть, ведь мне всего двадцать лет и я ни в чём, ни в чём не виновата?..»
Пошатываясь, она подошла к окну. Отсюда можно было увидеть дорогу, по которой всего лишь два месяца назад привезла её свадебная карета. Ах, как хотелось Шарлотте различить на дороге экипаж своего отца!.. Вглядываясь вдаль, она вдруг вспомнила провидческую сказку Шарля Перро.
«…Синяя Борода, схватив огромную саблю, закричал изо всех сил:
– Иди сюда скорей! Твоё время пришло!
– Сейчас, сейчас, – ответила ему жена и ещё раз крикнула: – Анна, сестра моя Анна! Ты ничего не видишь?
Сестра Анна отвечала:
– Я вижу только, как солнце сияет и как трава зеленеет…»
Шарлотта горько усмехнулась – по прихоти судьбы её старшую сестру тоже звали Анной. «Вы, как всегда, оказались правы, месье Шарль», – призналась она.
Затем мысли герцогини вернулись к загадочной женщине, которая умоляла Шарлотту бежать из замка. «О, если бы ты научила меня, как спастись», – подумала она, обращаясь к незнакомке, и внезапно ощутила её присутствие. В спальне сделалось холодно, как будто в подземелье.
– Где ты? – вскинулась Шарлотта, и вдруг сердце её упало: за дверью гулко раздались шаги Синей Бороды. Герцог прошествовал к её комнате и остановился. Шарлотта затаила дыхание.
Синяя Борода помедлил, а затем так же шумно удалился. Его жена перевела дух и огляделась: женщины в спальне не было, в комнату вернулось тепло. «Он испугал тебя, – чуть слышно молвила Шарлотта. – Зачем только он приходил? И что означает этот промозглый холод? О Боже, сохрани мой рассудок!..»
Она прилегла на кровать, но тут же вскочила, словно внутри неё распрямилась какая-то пружина, и быстрыми шагами заходила по комнате. «Бежать, бежать отсюда! – приказала себе Шарлотта. – Нельзя оставаться дольше в этом колдовском логове. Главное – незаметно уйти из замка, а там я кого-нибудь встречу и попрошу о помощи…»
Несмотря на позднюю осень, Шарлотта решила не переодеваться – вдруг она наткнётся на кого-нибудь из слуг или самого Франсуа, и только взяла с собой лёгкую накидку. «Я пойду так быстро, что не замерзну», – подумала герцогиня Вермийяр, выскальзывая из своей спальни.
Шарлотта незаметно спустилась на первый этаж и вдруг вспомнила, что за всё это время она ни разу не выходила из замка Синей Бороды… Ей пришло в голову, что дверь наверняка закрыта, а ключи находятся у Жака. Кроме того, существуют ещё высокие металлические ворота во дворе… «Неужели я и впрямь сошла с ума? Как я собираюсь вырваться отсюда?» – с отчаяньем подумала Шарлотта, но не остановилась, а напротив, только ускорила шаги.
Она подбежала к резным дубовым дверям, выходящим наружу, и толкнула их. Двери неожиданно легко распахнулись, но за ними был не двор. Переступив порог, Шарлотта очутилась в помещении, которое даже не сразу узнала, а узнав, стремглав бросилась назад, через дубовые двери… затем снова и снова… и каждый раз она попадала в тот самый коридор, которым недавно бежала к выходу. Поняв, что выход из замка для неё неизменно оказывается входом, Шарлота зашаталась, как подрубленное деревце, и, словно слепая, поплелась назад – в свои покои.
Глава четырнадцатая
– Дорогая, ты слишком рассеянна, – в руках у Синей Бороды была лиловая накидка Шарлотты, в которой она пыталась бежать. Где и когда накидка соскользнула с её плеч, герцогиня не заметила. Она решила не отвечать и не оправдываться – какой смысл, если её участь предопределена?
Шарлотта молча протянула руку, но Синяя Борода, словно забавляясь, спрятал накидку за спину.
– И ты не поблагодаришь меня за находку? – спросил он, на первый взгляд, добродушно, но Шарлотта ясно различила стальные нотки в его голосе.
Собрав всю свою волю, она поцеловала мужа в синеватый подбородок.
– Ну вот, а я уже боялся, что наскучил тебе, – и герцог небрежно бросил накидку на спинку стула.
– Кстати, дорогая, я вынужден ненадолго покинуть тебя, – как бы между прочим сообщил он, усаживаясь за стол.
Шарлотта непонимающе смотрела на мужа.
– Этого требуют мои дела, – скупо уронил герцог, – но я надеюсь, ты не слишком огорчена? На несколько дней ты остаёшься полной хозяйкой замка и можешь развлекаться со своими родственниками как твоей душе угодно…
«Сейчас он скажет, что запрещает мне заходить лишь в одну-единственную комнату, и, если я ослушаюсь, меня ждёт страшное наказание…» – с остановившимся сердцем подумала Шарлотта, но герцог молчал.
– Не думаю, что мои родственники приедут сюда, – откровенно сказала женщина.
– Глупости! Что может им помешать? – поморщился Синяя Борода. – Я уверен, что ты прекрасно проведёшь время. Жак и Марта у тебя под рукой, они отлично знают своё дело…
– Я в этом не сомневаюсь, – ответила Шарлотта. – Когда ты уезжаешь?
– Сразу же после обеда. Ты проводишь меня, дорогая? – прищурился Вермийяр. Она выдержала его взгляд.
– Нет, Франсуа, я не люблю расставаний. Уж лучше я как подобает встречу тебя.
Не произнеся ни слова, Синяя Борода поднялся и, громыхая ботфортами, вышел из столовой. Вскоре появился Жак с большим подносом в руках. Не обращая внимания на Шарлотту, он принялся собирать посуду со стола. Глядя на слугу, герцогиня рассеянно подумала, что он очень похож на механическую куклу, – когда-то у неё была такая диковина: заводной танцор, совершающий несложные однообразные движения. Жак был куклой старой и потрёпанной, но исправно служил своему хозяину, знавшему секрет завода. «Да-да, именно кукла, – повторила про себя Шарлотта, – послушная, лишённая собственной воли и души…»
Ей вдруг сделалось противно. Герцогиня порывисто встала и торопливо покинула столовую. Пересекая одну из зал, она внезапно споткнулась и остановилась как вкопанная: её сознание уязвило что-то неестественное, какое-то несоответствие, и лишь минутой позже Шарлотта поняла, какое именно, – её отражение, торопливо промелькнувшее в большом настенном зеркале… Отражение, одетое в красное платье… тогда как на Шарлотте было небесно-голубое.
Глава пятнадцатая
…Герцогиня Вермийяр сидела в своей спальне, запершись на ключ, и чутко вслушивалась в тишину замка, казавшегося совершенно пустым… Но Шарлотта уже знала, что может таить эта тишина, равно как и темнота, сгустившаяся над «гнездом» Синей Бороды и проникшая внутрь его…
Стук в дверь раздался так неожиданно, что у Шарлоты едва не выпрыгнуло из груди сердце.
– Ваша светлость, ужин подан, – прозвучал из-за двери глухой голос Жака.
Шарлотта прижала руки к груди.
– Я не буду ужинать! – крикнула она. – Благодарю вас, Жак!..
Она снова не услышала его шагов, может быть, потому, что их заглушил громкий стук её сердца. «Я не выйду отсюда до утра, – решила Шарлотта. – А если захочу, не выйду до самого возвращения Франсуа…» Как ни странно, но без Синей Бороды в замке стало ещё страшнее. Не раздеваясь, герцогиня легла на кровать и до подбородка натянула одеяло.
Через несколько минут к ней снова постучали. На этот раз звук был какой-то скребущий, словно в дверь царапались сухими костяшками пальцев.
– Жак?! Кто там? – встрепенулась Шарлотта.
– Ваша светлость… Госпожа герцогиня…
Она вскочила и, подбежав к двери, непослушными руками повернула ключ. На пороге стоял Жак с подносом в руках.
– Ваше сиятельство, я принёс вам ужин…
– Жак, но я же сказала…
Шарлотта взглянула на лицо слуги и умолкла. Она никогда не видела его таким. Тонкие губы старика застыли в какой-то бессмысленной улыбке, пустой взгляд блуждал по комнате и не мог ни на чём остановиться. Казалось, что Жак тщетно прислушивается к чему-то внутри себя…
– Уходи, сейчас же уходи, – срывающимся голосом проговорила Шарлотта, и тут старик увидел её.
Он преобразился в один миг, как оборотень, прячущий под личиной человека естество зверя, и теперь смотрел на Шарлотту с голодным вожделением волка… Шарлотта поняла, что в старом механизме по имени Жак произошёл какой-то сбой и игрушка вышла из-под контроля хозяина…
– Убирайся прочь! – взвизгнула Шарлотта, вне себя от страха и отвращения.
Она схватила старика за плечи, круто развернула его и вытолкнула за дверь, которую тут же заперла. После этого герцогиня рухнула на кровать и разразилась рыданиями.
– Я не могу, я не могу больше!.. – исступлённо повторяла она, в то время как её руки безжалостно комкали и рвали дорогие кружева…
Наконец Шарлотта оторвала от подушки мокрое лицо… и захлебнулась собственным криком: рядом с её кроватью стоял Жак, вид его был ужасен. Седые волосы старика растрепались, одежда была в беспорядке, с виска стекала тонкая струйка почти чёрной крови… В руке слуга держал зажжённую свечу.
– Что тебе надо?! – пронзительно вскрикнула Шарлотта, отпрянув на край кровати. – Как ты вошёл сюда?!
Оскалившись, старик наклонился и осветил её искажённое ужасом лицо…
– Я расскажу Франсуа!.. – истошно закричала Шарлотта. Её взгляд заметался по спальне и наткнулся на шнурок от колокольчика. Герцогиня дотянулась до него, судорожно дёрнула… В комнату пролился тихий мелодичный звон.
– Марта, Марта!.. – простонала Шарлотта и только тут подумала, что служанка могла превратиться в такое же чудовище, как её муж…
Но то ли от звука колокольчика, то ли от упоминания имени господина свеча в сморщенной руке Жака дрогнула и старик отступил. Какое-то осмысленное выражение появилось в его глазах… Слуга долго глядел на Шарлотту, как бы узнавая её, затем его взгляд потух. Жак хрипло вздохнул, медленно развернулся и на негнущихся ногах вышел из комнаты. Шарлотта увидела, как ключ в её двери сам повернулся, щёлкнув в замке.
Марта к своей госпоже так и не пришла.
Глава шестнадцатая
…Только сон, похожий на долгий обморок, позволил герцогине Вермийяр освободиться от терзавшего её страха. Затем сквозь беспамятство, словно через туман, стали проступать тусклые краски и звуки…
…Моросил затяжной унылый дождь, казалось, что мир навсегда погрузился в слякоть и печаль. Шарлотта брела по бесконечному лугу, с трудом разбирая размытую дорогу, но она хорошо знала, что возвращается домой, где её ждёт солнце, любовь и ласка – всё самое замечательное, что связывалось в её душе с родным замком.
Вдруг к однообразному шуму дождя добавились какие-то новые, гулкие звуки. Женщина оглянулась: её догоняла карета, запряжённая четвёркой прекрасных вороных коней. «Кто же это?» – подумала Шарлотта, невольно любуясь великолепными, полными неукротимой силы животными. Карета поравнялась с герцогиней, и возница, закутанный в длинный чёрный плащ, спрыгнул на землю.
– Франсуа!.. – вскрикнула Шарлотта, застигнутая на месте преступления. Она не сомневалась, что Синяя Борода не замедлит сурово наказать её за побег, и покорно опустила голову…
– Дорогая! – Франсуа подбежал к ней и подхватил на руки. – Куда же ты ушла? Ты едва не разбила мне сердце!..
Шарлотта несмело подняла глаза, и её накрыла волна почти забытого счастья: Франсуа, её муж, прекрасный как бог, прижимал её к себе, словно любимого ребёнка, которого он потерял, а потом чудесным образом обрёл.
– Как хорошо, что ты нашёл меня, – прошептала она, пряча лицо на груди Франсуа. – А ведь я хотела уйти… навсегда уйти…
– Но почему? Разве ты больше не любишь меня? – герцог выглядел потрясённым.
– Ах нет, но мне было так страшно… Я просто сходила с ума…
Он поцеловал её заплаканные глаза.
– Бедная моя, тебе, наверное, было очень одиноко. Прости меня, дорогая, я слишком часто оставлял тебя одну!..
– Франсуа! – с жаром воскликнула Шарлотта. – Обещай, что ты больше не покинешь меня!..
– Именно это я и хотел тебе сказать, – ответил герцог, тронутый её страстным порывом. – Больше мы с тобой не расстанемся. Ты увидишь, как я могу любить. Я вознагражу тебя за всё, за всё…
– Как я ждала этого, – всхлипнула Шарлотта.
Она чувствовала, что тает от блаженства и может совсем раствориться в нём… Чтобы не исчезнуть, Шарлотта глубоко вздохнула… и проснулась.
…Было уже утро, сквозь шторы окна пробивался мягкий розоватый свет. Герцогиня Вермийяр заворожённо смотрела на него: как долго осенние дни не радовали её солнечными лучами!.. Она встала и распахнула шторы, комнату залило ослепительное сияние. «Наконец-то, – воспрянула духом Шарлотта, – солнце разгонит все призраки и кошмары… Вернётся Франсуа… он любит меня, я верю, и всё будет хорошо».
В дверь негромко постучали.
– Кто это?!
– Ваша светлость, – услышала Шарлотта голос Марты, – вам принести завтрак в постель или накрыть в столовой?
– Не нужно в постель, – ответила герцогиня. – Я выйду сама!..
– Слушаюсь, – отозвалась служанка, – завтрак будет подан через четверть часа.
Шарлотта немного подождала, но больше ничего не услышала: в этом доме слуги, казалось, не уходили, а растворялись в воздухе…
Глава семнадцатая
За завтраком Шарлотте прислуживал Жак. Он снова был молчалив и незаметен – почти такой же, как всегда, если бы не смущённые, заискивающие взгляды, которые слуга изредка бросал на Шарлотту. «Боишься, что я пожалуюсь мужу, чёртова кукла? А если бы я умерла от страха по твоей милости?» – подумала она и отвернулась от старика, который вызывал в ней брезгливую жалость.
Покинув столовую, Шарлотта отправилась гулять по замку. В это ясное утро давешние страхи утратили свою власть над герцогиней Вермийяр, она чувствовала приближение перемен, и ей казалось, что и сам замок, пронизанный солнечными лучами, готовится к новой жизни… Эта жизнь наступит, когда вернётся Франсуа.
Как-то незаметно Шарлотта очутилась возле лаборатории мужа и остановилась в нерешительности. В ней проснулось любопытство, до сей поры угнетённое страхом. Что скрывается там, внутри? Какую тайну, забывая обо всём на свете, пытается постичь Франсуа? Безусловно, отгадка находится за этой дверью. Шарлотте опять вспомнилась кровавая сказка Шарля Перро: «Её мучило любопытство, ей хотелось отпереть маленькую комнатку в конце коридора… Любопытство её было так сильно, что она наконец не выдержала… Прибежав к запертой комнате, она остановилась: ей вспомнились приказания Синей Бороды, но удержаться она не могла. Она взяла ключ и, дрожа всем телом, отперла комнатку…»
– Но я ведь не получала никакого запрета, – оправдываясь, пробормотала, Шарлотта. – И потом, неужто в самом деле Франсуа прячет здесь своих мёртвых жён?.. В конце концов, эта дверь наверняка заперта!..»
Лаборатория оказалась открытой. Шарлотта воровато огляделась и юркнула в тёмный проём.
В комнате царил мрак, но взгляд женщины угадал окно, занавешенное плотной шторой. Шарлотта на ощупь пробралась к нему и, слегка отдёрнув занавес, осмотрелась.
Почти всё пространство помещения занимал огромный дубовый стол, уставленный странного вида предметами… Шарлотта поняла, что это была посуда, с помощью которой Франсуа производил свои алхимические опыты. Стеклянные и металлические сосуды в виде трубочек, шаров и кубов частью стояли порознь, частью соединялись в какие-то сложные системы… На стенных полках тоже выстроились всевозможные ёмкости с неизвестными Шарлотте жидкостями, порошками, минералами… В лаборатории витал особый тревожный запах, уже знакомый герцогине Вермийяр…
Обнаружив на столе пару открытых книг, Шарлотта не преминула заглянуть в них, – это были обычные учёные труды из библиотеки Вермийяра.
Шарлоттой овладело странное разочарование… «Обыкновенный кабинет алхимика, – подумала она, точно перевидала на своём веку множество подобных комнат. – Но, с другой стороны, это ведь лучше, чем тайник с мёртвыми телами..» От этой мысли её передернуло, однако неудовлетворённость была сильнее минутного облегчения. Повинуясь какому-то импульсу, Шарлотта выдвинула верхний ящик стола – здесь тоже не нашлось ничего интересного: чистые листы бумаги, гусиные перья…
Она хотела закрыть ящик, но нечаянно зацепилась за его угол рукавом платья и, отдёрнув руку, ещё сильнее выдвинула… Шарлотта ожидала, что тяжёлый ящик с грохотом упадёт на пол… Но он не упал, а за его задней стенкой обнаружилось ещё одно, потайное, отделение. «Вот оно!» – прошептала Шарлотта, и кровь застучала у неё в висках.
В потайном отделении хранился ключ. Герцогиня с трепетом взяла его в руки:
– Возможно, это как раз то, что я искала… Но где же тогда дверь?..
Она вновь подошла к окну и полностью отдёрнула штору. Теперь в комнате было видно всё – до мельчайших трещинок на потолке и вытертостей старой драпировки на стенах… Шарлотта без труда разглядела небольшую дверь в углу, замаскированную под зеленовато-серый гобелен.
Она отыскала неприметную замочную скважину и вставила в неё ключ. Затем, собравшись с духом, открыла дверь и решительно шагнула вперёд. Следом за ней в маленькую комнату без окон ринулся солнечный свет…
Тайник Франсуа оказался чем-то вроде кладовой – с теми же колбами, шарами и кубами, расставленными в шкафах и на полках. С потолка свешивались связки каких-то кореньев и трав, а на гвозде у входа висел длинный чёрный плащ. Шарлотта медленно провела рукой по складкам ткани… Всё, даже запах, говорило о том, что в её последнем сне на Франсуа был именно этот плащ.
– Я могла бы в этом поклясться, – одними губами прошептала герцогиня Вермийяр. – Но ведь не ради этого плаща я проникла сюда…
Шарлотта обвела взглядом комнату. Вдруг её глаза остановились и расширились… С одной из стен на герцогиню Вермийяр… пристально смотрела она сама.
Шарлотта не сразу сообразила, что видит собственный портрет; первым, что пришло ей в голову, была мысль о каком-то новом, ещё невиданном колдовстве Франсуа… Приблизившись к портрету, женщина поняла причину своего заблуждения: гениальный художник изобразил Шарлотту так, что она казалась живой и даже, как это ни парадоксально, ещё более живой, чем в действительности…
– Что это такое? – ахнула герцогиня, не в силах оторвать глаз от своего лица. – Я помню все портреты, написанные в замке Дебоннеров, но ничего похожего среди них не было… Здесь же меня никто не рисовал… Но вот это голубое платье и жемчужное колье… их подарил мне Франсуа после свадьбы… Так, значит, вот кто автор портрета!..
Мысли Шарлотты путались. Вопросы, которые она себе задавала, оставались без ответа… «Как Франсуа удалось создать такой шедевр? Почему он не показал его мне? Почему держит в тёмной запертой кладовой? И вообще… – Шарлотта наконец обратила внимание на ряд занавешенных картин, в котором её портрет был последним, – что это за тайная галерея?..»
Она поднялась на цыпочки и сорвала одну из занавесок. С холста глянула хорошенькая молодая женщина с высокой причёской из каштановых кудрей. Портретами юных красавиц оказались и две следующие картины. Но вот Шарлотта обнажила очередное полотно – и почувствовала, что земля уходит из-под её ног: на герцогиню Вермийяр, загадочно улыбаясь, смотрела недавняя ночная гостья, велевшая ей бежать из замка. На полотне женщина была прекрасна и полна жизни, но не узнать её Шарлотта не могла. В страшной догадке она пересчитала картины – вместе с её портретом их было семь!
– О Господи!.. Вот и все жёны Синей Бороды!.. Я всё-таки нашла их… Но если все шесть уже умерли, значит, и эта… Боже, она тоже мертва, она… приходила ко мне с того света… Теперь я понимаю…
Словно во сне, Шарлотта досмотрела «галерею» Синей Бороды, затем поставила к стене стул, поднялась на него и сняла поразивший её портрет. На обороте чётким почерком Франсуа было написано: «Луиза Вермийяр, урождённая Доре».
– Пойдём со мной, бедняжка, – сказала Шарлотта. Она заперла кладовую Синей Бороды, положила в тайник ключ и выскользнула из лаборатории, прижимая к груди портрет покойной.
Глава восемнадцатая
Ранние осенние сумерки за окном быстро сменились темнотой. В спальне герцогини Вермийяр, потрескивая, горели свечи. Сидя на краешке кровати, Шарлотта смотрела на украденный портрет.
– Луиза… Луиза Доре, – задумчиво повторяла она. – Как ты, наверное, была добра и отзывчива, если решилась прийти ко мне на помощь из мира мёртвых…
Бывшая герцогиня Вермийяр глядела на нынешнюю, всё так же загадочно улыбаясь.
– Скоро я узнаю твою тайну, – сказала ей Шарлотта, – я разделю твою судьбу.
– Ты не должна умереть, – слабо прошелестел чей-то голос.
Шарлотта вскинула голову. Прямо перед ней стояла Луиза, распространяя вокруг ни с чем не сравнимый холод смерти.
– Нужно положить конец злодеяниям, – уже громче произнесла она.
– Ты… ты всё-таки пришла!.. – выдохнула Шарлота, с трудом сдерживаясь, чтобы не броситься в объятия мёртвой – так хотелось ей обнять эту женщину и заплакать у неё на плече!..
– Ты сама помогла мне, – сказала Луиза. – Ты случайно перехитрила герцога, отыскав мой портрет. Это прямой канал, который не в силах перекрыть даже Синяя Борода.
– А зачем Франсуа… рисовал нас? – вырвалось у Шарлотты.
Призрак горько усмехнулся:
– На память, зачем же ещё?
– Он… действительно убил всех вас?! – подалась вперёд Шарлотта.
Луиза скрестила руки на груди.
– Слушай, – проговорила она. – Много лет герцог Вермийяр создает так называемый эликсир вечной любви. Но истинное назначение этого средства в том, чтобы с его помощью обрести бессмертие.
– Бессмертие?! – бесконечно изумилась Шарлотта.
– Да, на меньшее Франсуа не согласен. Выпив этот эликсир, избранные мужчина и женщина становятся бессмертными, и такой же становится их любовь…
– Но тогда… зачем ему убивать?..
– Не перебивай, – сказала Луиза, – мне и без того тяжело говорить и оставаться здесь. Когда-то Франсуа нашёл упоминание об эликсире в одной из древних книг, с тех пор он лишился сна и покоя. Вечная любовь не интересовала Вермийяра, бессмертие – вот что поразило его воображение. Синяя Борода решил достичь его любой ценой. Он углубился в чтение магических книг и овладел приёмами колдовства, с их помощью постиг множество языков, перевернул сокровищницу тайных знаний, отыскивая крупицы сведений об эликсире… Наконец Франсуа составил нужный рецепт.
Шарлотта слушала, и ей казалось, что с каждым словом из неё по капле вытекает жизнь.
– Вот тогда герцог Вермийяр заключил свой первый брак, – продолжала Луиза. – Молодая жена любила его без памяти. Когда Франсуа пообещал ей вечную любовь, она не задумываясь приняла эликсир… и через минуту умерла в страшных мучениях. Герцог понял, что допустил какую-то ошибку… Он был невероятно обескуражен и подавлен, но в то же время счастлив, что не выпил эликсир прежде своей жены…
– Значит, он не хотел её убивать, – пролепетала Шарлотта.
– Да, – откликнулась Луиза, – он не хотел её убивать. Однако, похоронив жену, герцог снова занялся адским зельем. Ему показалось, что он понял свою ошибку и следующий рецепт будет верным… Вскоре в замке появилась новая герцогиня Вермийяр…
Шарлотта поникла головой:
– Он снова ошибся…
– Да, но теперь он намеренно велел своей жене выпить эликсир первой.
Обе женщины, живая и мёртвая, некоторое время молчали.
– И всё-таки… он не хотел их смерти, – жалобно проговорила Шарлотта.
– Знаешь, ты похожа на его первую жену, – вдруг сказала Луиза.
Шарлотта рассеянно кивнула:
– Я видела её в зеркале… Женщина в красном платье…
– Я говорю не об этом, – вздохнула Луиза. – Ты любишь его так же искренне и преданно, как она. Видишь ли, Франсуа отдавал созданию эликсира так много времени, что его уже не хватало на ухаживание за будущими жёнами. И тогда герцог стал очаровывать их с помощью колдовства. Девушки влюблялись в него с первого взгляда и не желали слышать о других женихах.