Антимаг. Одержимый
- -
- 100%
- +
Продолжать она не стала – и без того всё очевидно. Стоит новости просочиться, как пойдут слухи и кривотолки, а за ними последуют увольнения прислуги и бойцов, не уверенных в платежеспособности хозяйки. А дальше уже, в соответствии с «эффектом домино», посыплется всё остальное.
Работать «за веру и отечество» будут немногие, да и те должны крепко верить в лидера. А Лаура не успела заработать авторитет среди подданных.
– Кто знает? – отрывисто спросил Даран.
– Присутствующие и кастелян, – Лаура начала расхаживать по комнате, выдавая волнение. – Я как раз изготовила для него временную проходку, чтобы он взял достаточную сумму для подготовки к торжествам.
– Что за проходка? – тут же навострил уши Лёха.
– Артефакт, позволяющий миновать часть защиты и открыть определённые сундуки, – пояснила девчонка. – Ну а пройти так, чтобы не сработали ловушки, умеют все, кто посещает сокровищницу. Силы в такую проходку закачивают примерно на час, после чего она становится бесполезной. Хватает, чтобы войти, взять что нужно, и выйти.
– А если фамильный артефакт отключен? – уточнила Миа.
– Тогда остаются ловушки, завязанные на силу демонов, – покачала головой девушка. – И охрана у входа. При попытке вскрыть сундук – тоже сработают ловушки.
– То есть нужны или навыки, или проходка, – резюмировала эльфийка. – А всем выдавали только временные?
– У доверенных членов семьи есть клановые плетения, – Лаура продемонстрировала собственную руку с золотой татуировкой. – Они работают как постоянная проходка, но каждый узор открывает определённые пути. Моя, например, позволяла входить в мастерские, но не допускала к сокровищнице. Теперь, когда клановый артефакт меня признал, я могу передвигаться без проходки.
Стриж понимающе кивнул. Это что-то вроде местных пропусков с уровнем доступа. Осталось выяснить, как такую получить. Или украсть.
– И много народа имеет постоянный доступ к сокровищнице? – поинтересовался он.
– Имели, – поправил его Даран. – Все они мертвы.
– А снять с тела? – Стриж неудачно повернулся в кресле и прикусил губу, чтобы не охнуть от боли в отбитой руке. Белочка не спешила залечивать синяки – то ли не считала их серьёзной травмой, то ли хотела чтобы носитель как следует прочувствовал плоды своей самонадеянности.
Переведя дух, Лёха продолжил:
– Положим, если срезать кусок кожи с плетением – можно пройти сквозь систему охраны?
Предположение заставило Лауру поморщиться.
– Вряд ли, – неуверенно ответила она. – Такие плетения конечно содержат силу демонов, но завязаны и на жизненную силу носителя. Без жизни…
Её перебила Райна.
– Можно, – уверенно заявила красотка. – Но действует она короткое время, быстро теряя силу. Я видела, как заключённые убили стражника, отпилили его руку и с её помощью открыли оковы. А вот когда подошли к воротам – открыть их уже не смогли. На весь путь у них ушло чуть меньше часа.
Даран почему-то едва заметно вздрогнул от её слов.
«Надо же, какая чувствительная натура, – захихикала Белочка, усаживаясь на подлокотник кресла. – А с виду такой брутальный…»
Лёха лишь недовольно покосился на демона. Сам он был уверен – реакция капитана вызвана чем-то серьёзным. Может, это и есть тот случай, за который его сослали в гвардию? Был начальником караула, в смену которого зеки устроили побег?
Но сейчас это всё неважно. Есть куда более серьёзная проблема, которую надо решать.
– То есть не больше часа… – Стриж ткнул пальцем за спину – туда, где находился развороченный взрывом зал.
– Останки погибших сильно разбросало? – спросил он.
Теперь уже вздрогнула Лаура и Лёха запоздало сообразил, что безликие для него «погибшие» – её семья. Это он очерствел за время службы, приучившись для спасения рассудка обезличивать человеческие останки. И то, что для него всего лишь очередной теракт, для девчонки – трагедия. Свежая рана, в которую он сунул палец.
– Думаю, – кашлянул Даран, – нам стоит поговорить без её сиятельства.
– Нет! – упрямо тряхнула головой графиня. – Я останусь. Теперь я – глава рода и должна учиться справляться с любыми делами.
Стриж вспомнил как большинство аристократов с профессиональным интересом рассматривало останки погибших после ритуала и мысленно согласился с Лаурой. Её новая должность требовала закалять характер и желудок.
Видимо к тому же выводу пришёл и Даран. Поколебавшись, он всё же ответил:
– Мы не уверены, что собрали все тела и сделали это правильно. Часть останков попросту была уничтожена.
– Значит, вы могли пропустить руку, со срезанной печатью? – уточнил Лёха.
– Мы могли пропустить даже несколько пропавших рук, – печально констатировал капитан. – Но в этом случае работал кто-то из своих.
– Стражники, охранявшие вход? – приподняла бровь Миа.
– Стражники никогда не входят в сокровищницу, – отверг это предположение Даран.
– Но они должны были видеть, что кто-то вошёл, – напомнила эльфийка. – Если это было сразу после того, как разнесло часть замка, они совершенно точно хорошо запомнили кому вдруг срочно понадобилось навестить клановую казну.
– Боюсь, что в это время все были заняты разбором завалов и спасением выживших, – сообщила Райна.
– А кто им разрешил оставить пост? – опешил от такого нарушения Лёха.
– Начальник караула, вероятно, – задумчиво протянул Даран. – Снять пост имеют право только начальник караула и его сиятельство…
– И тебе об этом не доложили? – удивилась Лаура.
– Мы только вечером приехали, – с досадой отозвался калека. – Нас ещё за день до торжеств отправили в…
– Ссылку, – закончила за него Райна.
Не смотря на серьёзность ситуации, Даран не сдержал смешок.
– Ты… – он осёкся и торопливо поправился. – Вы же знаете, ваше сиятельство – многим родичам мы как кость в горле. Вот нас и погнали охранять путевик. Потом появился гонец с дурными вестями – и мы галопом помчались обратно.
– А где был сам начальник караула после того, как отозвал стражников разбирать завалы? – уточнил Стриж.
– Творился такой хаос, что вряд ли кто-то может сказать с полной уверенностью кто где находился, – разочаровала его Райна.
– Это и требуется выяснить, не привлекая внимания, – резюмировал Лёха. – Начать нужно со списка всех, кто вообще находился в это время во дворце.
– А мне нужен кто-то, кто научит меня читать и писать на вашем языке, – подняла палец эльфийка. – Работа с большими объёмами информации – моя тема.
Глава 4
По-хорошему, расследованием такого преступления должна была заниматься стража и кто-то из опытных артефакторов, хорошо понимающих устройство магической охранной системы. Проблема была в том, что таковые либо погибли, либо и сами были под подозрением.
– Ты что-нибудь понимаешь в расследованиях, или поисках украденного? – тихо спросил Лёха у Мии.
Та стояла рядом, с интересом изучая созданную Лаурой «проходку» – золотую татуировку с тонким сложным орнаментом.
С момента активации артефакта возобновили работу и охранные системы замка. Да, часть из них попросту не реагировала на пустотников, а те, что всё же атаковали, оказывались бессильны, но сам этот странный факт мог привлечь ненужное внимание. Потому особо доверенным телохранителям графини сделали новые татуировки «демоническим золотом».
– Были знакомые в этой сфере, – туманно ответила эльфийка.
Стриж с интересом покосился на неё.
– Ты не говорила, что работала с копами.
– Не с копами, – отвела взгляд Миа, в который раз осматривая вход в сокровищницу. – Скорее наоборот…
Лёха удивлённо хмыкнул и только собрался расспросить подругу подробней, как появился Даран в сопровождении одного из своих людей. Того самого, с разбойничьей рожей, что подкатывал к Мие пока капитан «учил» Стрижа.
Решил приставить к ним охрану, чтобы не натворили чего без присмотра? Не похоже: наглец был налегке, без доспеха и шлема.
– Это Робин, – холодно представил Даран ухмыляющегося стражника. – Пойдёте с ним и господином кастеляном. Рты лишний раз не открывать, ступать туда, куда укажет кастелян. Активируете по своей дурости ловушку – грустить по вам не буду. Вопросы?
– А если мне покажется, что она активировала ловушку, – Робин мотнул головой в сторону эльфийки, – можно я прижму её к стене, своим телом защищая от опасности?
Пока Лёха размышлял, ответить назойливому кавалеру Мии в том же ключе, или без затей дать в морду, чтобы успокоился, Даран хмуро сказал:
– А по тебе я буду грустить.
Сообщив это, он развернулся и зашагал прочь.
– Не знала, что он умеет шутить, – хмыкнула эльфийка, глядя вслед капитану.
– А ты вообще много о нём не знаешь, – ничуть не смутился Робин.
– Да, – согласилась Миа, наконец удостоив его взглядом. – Например почему его брат имеет отношение к кражам, но при этом его держат среди замковой стражи. И почему вы не очень-то похожи.
– С радостью расскажу вечерком за кружкой пива, – нахально подмигнул тот.
– Я подумаю, – у полному изумлению Лёхи ответила эльфийка.
Они, конечно, не клялись друг другу в любви и верности, да и после вчерашней ночи Миа вела себя как обычно, но… Давать надежду другому мужику прямо при нём?!
Глухое раздражение быстро переросло в злобу. Руки зачесались схватить этого рыжего ловеласа за патлы, вбить мордой в каменный пол и понаблюдать за выражением лица Мии.
Лишь спустя пару ударов сердца Стриж осознал, насколько это странный порыв. Пара глубоких вдохов и глоток воды из фляжки помогли прийти в себя.
«Мы, вроде, договаривались, что ты не пытаешься мной управлять», – мысленно обратился он к демону.
«Ой, можно подумать, что тебе самому этого не хочется!..» – на этот раз Белочка появилась в облике Мии, вздумавшей попозировать для эротического журнала. Кружевное бельё ей, определённо, шло.
«Одно дело дать в харю, а другое – размазать мозги по камню», – буркнул Стриж.
Он отвёл взгляд от демоницы и заметил тучного мужика средних лет, с кряхтением спускающегося по лестнице. Добротная крашенная одежда, серебряное шитьё, золотые украшения-артефакты – похоже, к ним спешил упомянутый кастелян.
– О, а вот и Пузырь пожаловал, – не особенно обрадовался Робин.
Повернув к нему голову, Лёха обнаружил, что Белочка вьётся около рыжего, как стриптизёрша вокруг шеста. Зрелище было одновременно красивым и выбешивающим.
«Пытаешься заставить меня ревновать?» – осведомился Стриж у неугомонного глюка.
«Пытаюсь как-то оживить наши отношения», – обольстительно улыбнулась демоница, обнажив острые зубы.
– Кто? – тем временем поинтересовалась настоящая Миа.
– Альберто, наш кастелян, – рыжий явно намеренно понизил голос чтобы доверительно приблизить губы к уху эльфийки.
Та и не подумала отстраниться.
– А почему Пузырь? – недружелюбно спросил Лёха, борясь с навязанными демоном желаниями.
Доверительно шептать ему на ухо Робин не стал. Только вперился взглядом и буркнул:
– Потому, что много из себя строит, а внутри – пустышка.
Стриж был уверен, что он имеет в виду не только кастеляна. Радостно хихикнув, Белочка обняла мерзавца сзади и подмигнула из-за его плеча.
– Я б с тобой тоже пивка попил, как дела разгребём, – в голосе Лёхи звучало что угодно, кроме доброжелательности.
– Не, дружище, – весело осклабился в ответ Робин, – у меня уже другие планы на вечер.
– А ты перенеси, – тоже сверкнул зубами Стриж.
Только дружелюбия в его улыбке не было совершенно. Может Миа ему ничего и не должна, но так ведь и он волен угостить отбивной по рёбрам кого захочет.
– Это из-за вас меня оторвали от важных дел?! – первые же слова кастеляна, сказанные презрительно-недовольным тоном, вызвали у Лёхи желание пригласить на пивко и его.
И на Робина, и на новых полуухих телохранителей Пузырь смотрел свысока, буквально лучась чувством собственной значимости. Будучи просто счетоводом при замке, Альберто держался с напыщенностью и превосходством, которых Лёха не заметил даже за принцем. А уж тот не строил из себя рубаху-парня.
Как есть Пузырь.
– Вас оторвали от дел из-за приказа её сиятельства, – ледяным тоном ответил Стриж.
От его слов кастелян как-то разом сдулся и суетливо повёл их к массивной металлической двери, которую охраняла пара внушительных големов. Караул стражи Даран на время снял, чтобы те не мешали осматриваться.
За дверью оказалась небольшая комната с выходами в три коридора. Стриж попытался прикинуть, каким из них пользовались чаще, но не преуспел: тут не было пыли, декоративные плиты пола не отличались износом, будто по ним ходили с одной интенсивностью.
Мелкая деталь привлекла внимание. Небольшой скол у края плитки. Может когда-то туда уронили что-то тяжёлое и прочное, а может плитка пострадала ещё в момент укладки. Вот только в двух других коридорах нашлись такие же сколы. Один-в-один.
– Они же одинаковые! – удивлённо воскликнул Лёха.
– Да, – неохотно кивнул кастелян. – И только один из них безопасен.
– Артефакт с зеркальной иллюзией, – сообщил Робин. – Кланы отваливают за такие целое состояние Речным Ящерицам.
Жест Лёха оценил. Несмотря на явную неприязнь, рыжий не выделывался и делился полезной информацией. В памяти всплыло короткое упоминание клана Речных Ящериц. Лаура подарила Мие артефакт их работы, способный незначительно изменить внешность с помощью иллюзии.
Очевидно, ребята работают не только на индустрию красоты.
Выбрав левый коридор, кастелян повёл их в сокровищницу, периодически приказывая обойти ту или иную плитку, либо касаясь орнамента на стене проходкой, начертанной на металлическом диске. Делал он это довольно часто, наводя на мысль, что загадочный вор либо точно знал куда идти, либо был крайне хорош в своём деле.
Сама сокровищница воображение не поражала: просторный зал с надёжными каменными стенами и стеллажами. Место по центру занимали громоздкие сундуки с серебряным кречетом на крышках. Такие же хранились на складе в Драконьем Холме.
Это воспоминание воскресило и другое: Лёха ощутил тошнотворную вонь человеческого тела, раздавленного големом.
«М-м-м»… – мечтательно облизнулась демоница, стоявшая до того со скучающим видом.
Стриж мотнул головой и наваждение прошло: в сокровищнице приятно пахло специями. Вор, кем бы он ни был, вынес не всё, оставив рулоны дорогих тканей, коробочки со специями и пару сундуков с серебряными слитками.
«Мы же договаривались, что ты не пудришь мне мозги», – раздражённо напомнил Белочке Лёха.
«А это и не я, – демоница уселась на сундук и приняла развратную позу. – Это твоя память. А я просто милашка».
Лёха вздохнул:
«Ты, начинающая вебкам-модель, может перестанешь придуриваться и отвлекать от дела?»
«Это ску-у-учно, – капризно протянула демоница, соблазнительно потягиваясь. – А бесить тебя – весело. Твоя кровь начинает бурлить от злобы, желания и даже раздражения. Это вкусно».
Стриж хмыкнул. Судя по этим словам, жёны некоторых его знакомых были родственницами Белочки.
«Зато если мы поймаем вора – его разрешат скормить тебе, – разглядывая сундук, на котором расположилась демоница, пообещал Лёха. – Тут явно поработал маг».
«О! – оживилась Белочка и вновь приняла любимый в последнее время копытно-рогатый облик. Только на этот раз она была одета, как Шерлок Холмс из известного сериала. – Теперь гораздо интересней!»
Лёха только хмыкнул. Это какой же бардак творится у него в голове, если обучившийся на его воспоминаниях демон вёл себя так?
Увы, толку от сотрудничества Белочки не было: об этом мире она знала не больше Стрижа, а сам он не обладал нужными навыками. Ничего такого, что могло бы дать зацепку и вывести на преступника, он не видел. Да и не тренировали его изучать место преступления. Это работа для следователей, экспертов-криминалистов и оперативников уголовного розыска, а не спецназа.
– Собаку-ищейку бы, – тихо сказала Миа.
Она простукивала стены в поисках потайного хода или полости, но ничего не обнаружила.
«Вы ещё дактилоскопию и анализ ДНК пожелайте!», – ехидно хихикнула Белочка.
Единственным из присутствующих, кто знал что нужно искать, был Робин.
Едва не утыкаясь носом в пол и стены, он исследовал нанесённые на них узоры. Глядя на него, Лёха лишний раз удостоверился в верности постулата «бывший вор – лучший сыщик».
То, что у Робина за плечами криминальное прошлое, было ясно по обмолвкам Лауры и Дарана. И, судя по действиям, рыжий может и не был преступным гением, но и не кормился банальными гоп-стопами или воровством стиранного белья с верёвок.
– Работал кто-то умелый, – не поднимая головы, сообщил пройдоха.
Говорил он без опаски: кастеляна, как одного из подозреваемых, попросили уйти и вернуться позже.
– Вот, смотрите… – Робин ткнул пальцем в пол.
Белочка тут же материализовалась рядом с ним, с предельно умным видом держа в руке лупу.
Подойдя, пустоники наклонились и всмотрелись в указанный камень. Там была лишь едва заметная царапина – одна из множества, оставшихся после подкованной или подбитой гвоздями обуви. Но Робину она явно что-то говорила.
– Тут он поставил обманку, – объяснил он. – И обезвредил вот эту ловушку.
Рыжий кивнул на золотой символ на стене.
– Обманку? – переспросила Миа.
– Артефакт, который встраивают в охранное плетение. Я не особо разбираюсь как именно это работает, но он некоторое время вытягивает энергию из охранки и через неё можно пройти. Этот артефакт как кувшин, способен вместить сколько-то энергии, но если плеснёт через край – всё снова заработает. Нужно чётко рассчитать время и не ошибиться.
– С чего ты взял, что тут была обманка? – поинтересовался Стриж, стараясь не обращать внимания на Белочку. Демоница, напевая мелодию из телесериала, вновь уселась на сундук, изучая людей через лупу.
В том, что бывший вор не ошибается, Лёха не сомневался. Просто его интересовали подробности, чтобы запомнить и научиться отличать от других следов.
– Длина и толщина, – неохотно пояснил Робин.
Несмотря на то, что пустотник ему не нравился, он продолжал сотрудничать в пределах полученного приказал.
– Обманку устанавливают в складной треножник из стали, – продолжал объяснение экс-вор. – Их делает один мастер… Имя вам ничего не скажет. Он скромный, не любит публичности.
– И внимания стражи, – с усмешкой добавила Миа.
– Именно, – не стал отрицать очевидного Робин. – В общем, его работа. Дорогая. Не заоблачно, но и простому карманнику полгода работать, чтобы накопить. Если фарт не выпадет, конечно. Короче, такое по карману умелому и удачливому вору. А нас обворовал именно такой. Да ещё и умный.
– Поясни, – попросил Лёха.
– Нужно знать куда конкретно в плетении ставить обманку. У зажиточных горожан и купцов обычно что-то из типовых охранных плетений. Выучил три-пять узоров, запомнил куда ставить и работай. А тут их несколько, плетений этих, да из таких, на какие купчина или ростовщик рылом не вышли. А кто вышел – не у всякого мошна потянет. Вот, значит, обманка здесь была не одна, и вор хорошо понимал куда их ставить. А потом за короткое время как-то умудрился вытащить уйму добра.
Почесав кончик носа, он признался:
– Я бы вообще не поверил, что это возможно, если бы не видел своими глазами. Вы прикиньте, сколько нужно времени и сил, чтобы обчистить эту комнату!
– Да, спереть такое за ночь – тут дивизия нужна[2], – пробормотал под нос Лёха, переврав строки Филатова.
– Но он, или они, вынесли не всё, – напомнила эльфийка. – Почему?
– Так нужно не только из сокровищницы всё это добро вытащить, а ещё и как-то незаметно из дворца мимо стражи пронести, – сообщил Робин. – Серебряные слитки большие и тяжёлые, их прятать – мороки много. А золотишко – его сразу разделяют на небольшие заготовки под артефакты. Чтобы, значит, проще учитывать – кому сколько выдали. Зачем отдавать мастеру больше, чем ему для работы надо?
– Разумно, – согласился Лёха.
– А то, – хмыкнул Робин. – Специи – учуют. Ткани в штуках[3] – длинные, тяжёлые, задолбаешься тащить. Вот и выходит, что брал то, что проще вынести.
– Сколько стои́т обманка прежде, чем переполнится? – уточнил у него Стриж.
– От мастера и обманки зависит, – пожал плечами пройдоха. – Медвежатники из фартовых говорили, что в обрез хватает времени подломить сундук, набить мешок и бегом обманку снимать. Но знающие люди шёпотом рассказывают, мол, бывают и такие, что всю ночь простоять могут. Стоит, наверно, такая обманка вообще немерено…
– Всю ночь… – повторила Миа, вновь оглядывая зал. – Тогда времени будет предостаточно.
– Я про такую только слышал, – напомнил рыжий. – В ней одних лишь каменьев должно быть немало, чтобы столько силы из плетения забрать. И не одна такая обманка была – я ещё следы видел.
– Умный, при деньгах, разбирается в защитных заклинаниях Кречетов, имел доступ в замок, – резюмировал Лёха. – Не то чтобы круг подозреваемых серьёзно сузился.
– А куда он или они всё это дели? – спросила Миа, вглядываясь в коридор. – Вот я дотащила кучу ценного ко входу в сокровищницу. Будь все хоть сто раз заняты – кто-то да заметит одного или несколько человек, волокущих тяжёлые мешки к выходу из замка.
– Не факт, что добычу вывозили, – возразил Лёха. – Может всё украденное сейчас спрятано в одной из комнат, скажем в винных бочках, или чём-то подобном. И кто-то день за днём понемногу вывозит казну.
– Мысль дельная, – во взгляде Робина читалось одобрение. – Но я бы поставил на другой вариант. Тут дня два завалы расчищали и тачками вывозили камни и мусор. Народу вкалывало – тьма тьмущая. Никто их не проверял, никто не обращал внимание. Свалить всё в телегу, закидать хламом и вывезти за ворота. Кому придёт в башку ковыряться в битом камне и щепках, когда у всех тут мысля одна была: что будет дальше и не нападут ли сейчас враги?
Стриж тихо выругался и заключил:
– Нужно проверить винный погреб и все помещения, где можно спрятать казну. А заодно выяснить кто что помнит о телегах с обломками.
Сразу отправиться с докладом к Лауре не удалось: аудиенции у новой главы клана просили многие и далеко не все готовы были простить отказ. К примеру Иветта, какой-то там коготь, оставленный принцем то ли с целью выяснить, как милая малышка умудрилась победить в ритуале опытных магов, то ли чтобы в красках рассказать ему каким способом от неё избавятся негодующие родственники. А скорее всего и то и другое разом.
Ожидали они в тесной каморке писаря, расположенной напротив кабинета главы клана. Робин сразу же отправился с докладом к Дарану. Один. Видно калека не жаждал без необходимости пересекаться с одержимой пустышкой и его подругой.
Кстати о подруге…
– Что это там было? – решил сразу расставить точки над «ё» Лёха.
– Ты о чём? – Миа отвлеклась от изучения письменных принадлежностей и удивлённо посмотрела на него.
– О вечерних посиделках с рыжим, – уточнил Стриж. – Под пивко и задушевные беседы о славном прошлом.
– А, ты об этом, – виноватой эльфийка не выглядела. – Во-первых, я не соглашалась, а просто не отказывалась чтобы от отстал на какое-то время. Во-вторых, он явно может рассказать много интересного, в том числе и об обитателях замка. А у нас, если ты не заметил, на так много источников информации, которых уже не удивят наши странности.
– Да, информация нам не повредит, – нехотя признал Лёха.
– Ну а в-третьих, это не твоё дело, даже если бы я действительно решила принять его приглашение, – буднично сообщила Миа. – Или ты из времени, когда секс обязывал вступать в брак?
– Ну, тут от культуры зависит, – ответил Стриж.
Хоть слова девушки его неприятно задели, вида он не подавал. Во-первых, Миа права – не те у них сейчас отношения. Во-вторых, он всё же не школьник и не герой дешёвой драмы, чтобы устраивать сцены ревности.
– У кого-то вообще до свадьбы ни-ни, – продолжил экскурс в нравы своего времени Лёха. – А у кого-то секс даже не повод для знакомства. Я в этом плане где-то посередине.
«Ага, болтаешься, как дерьмо в проруби!» – раздался в голове голос Белочки.
Стриж стоически вытерпел насмешку, пообещав найти управу на вредоносную демоницу.
– Жениться не рвусь, но желаю оставаться единственным мужчиной в постели той дамы, с которой сплю, – завершил он расстановку приоритетов в личной жизни. – И сам в чужие койки не прыгаю, как бы соблазнительно не заманивали. Вероятно, на твой взгляд – я жутко старомодный и закостеневший.
– Вполне разумные требования, – одобрила Миа, усаживаясь на узкий подоконник. – Особенно с учётом того, что тут есть заболевания, передающиеся половым путём.
«Твоя подружка – сама романтичность», – умилилась демоница.
– А что, у вас таких заболеваний нет? – хмыкнул Стриж.
– Есть, – кивнула эльфийка, – особенно на отсталых планетах. Но вместе с этим у нас есть портативные диагносты, развитая медицина и разнообразные средства контрацепции. Кстати!