6049

Глава 6

АТТОТЕХНОЛОГИЯ

16

Кевин, Василий и Лорелея вошли в лифт. Кабина была без кнопок или каких-либо других признаков внешнего контроля.

Стены мерцали водной гладью, создавая эффект бесконечного океана, сливающегося с горизонтом. Странное солнце в виде восьмерки стояло в зените.

– Это против клаустрофобии, – пояснил Василий, – лифты снабжены голографическими изображениями просторов. Чаще это вода, но могут быть и леса, заснеженные поля, что угодно.

– А как он знает, на какой этаж нам нужно? Вверх или вниз?

– О.К. Я начал было объяснять перед тем, как вихрь по имени Лорелея ворвался в комнату. О-о-о, несравненная. Вы меня сожжете лазером своих прекрасных зеленых глаз. Вот, кстати, и приехали.

Они вышли из лифта и оказались на широченном бульваре. Сразу бросилось в глаза огромное количество зелени. На широких тротуарах в тени деревьев и навесов стояли бесконечные ряды столиков и кресел уличных кафе. Каждое кафе имело свой особый стиль и было отделено от других кадками с цветами. Многие столики были облюбованы компаниями в основном очень молодых людей. Вход в каждое кафе был причудливо оформлен живой изгородью.

Далее шла прогулочная полоса, также отделенная от ряда кафе цветочными границами. И каких цветов тут только не было. От незабудок и васильков до роз и тюльпанов. Буйство красок, причудливая цветочная мозаика, смесь тонких запахов, витающих в воздухе – все это было так прекрасно.

По променаду неспешно плыла пестрая толпа.

Следующая цветочная граница отделяла прогулочную полосу от проезжей части. По ней очень неспешно катились эдакие кубики, в большинстве своем открытые. Были кубики на одного пассажира, были на двоих, четверых, шестерых и т.д. Люди в кубиках читали что-то у себя на ладони (видимо, они держали какие-то устройства), смотрели по сторонам, переговаривались с попутчиками или даже с пассажирами из соседних кубиков. Не похоже было, что они предпринимали что-либо для управления машинкой.

Встречная полоса дороги была отделена клумбами, являющими шедевры ландшафтного дизайна. Стволы невысоких пальм были увиты цветущими лианами. Между пальмами безумствовали кусты бугенвиллий всевозможной окраски. Это то, что бросилось Кевину в глаза. Было еще множество разных растений. Один стиль сменял другой. Вдали он различил что-то похожее на компактные елочки, украшенные как на Новый год. Позже он понял, что украшениями служат цветы лотоса, и это, видимо, гибридное растение, имитирующее новогоднюю красавицу. Зеленая полоса тянулась бесконечно.

На противоположной стороне улицы проезжая часть также отделялась от прогулочной кадками с цветами. И далее – тротуар с нескончаемыми столиками кафе.

Одеты все были просто, но ярко. Парни, в основном, в шортах, майках или футболках самых разных расцветок. Многие девушки тоже были в подобной одежде, но попадались и в летних платьях. Во всяком случае, никто не ходил в наряде, подобном тому, что был на Лорелее. Кевин покосился на нее и от удивления открыл рот, не в состоянии вымолвить ни слова. На женщине были золотистого цвета лосины и просторная бирюзовая блуза, прихваченная золотистым пояском. На ногах – те же золотистые туфельки. В общем и целом Лорелея вполне вписывалась в общую пеструю толпу.

Василий перехватил потрясенный взгляд Кевина и, улыбаясь, развел руками.

– Давайте перейдем дорогу, – предложила Лорелея, делая вид, что не замечает реакции Кевина.

– Надо найти блоху.

– А вот и она.

Они встали на металлическую площадку, встроенную в брусчатку. Откуда-то снизу поднялись перила. Площадка очень медленно и плавно поднялась и, сделав дугу, перенесла их на другую сторону бульвара. Перила ушли куда-то вниз. Теперь Кевин заметил тут и там перепрыгивающих улицу прохожих. Действительно, блоха, ухмыльнулся он.

Взгляд Кевина выхватывал все новые удивительные детали. Так, между столиками кафе сновали странные существа.

– Роботы-официанты, – пояснил Василий, – их дизайном занимаются школьники 8-10 лет. Поэтому вид соответствующий. Давайте присядем и закажем ланч.

Они выбрали крайний столик возле кадки с буйно пахнущими нарциссами. Возле каждого стула мгновенно выросло по официанту: стоящие на задних лапах розовый бегемот возле Василия, черный кот с белой бабочкой на шее возле Кевина и прозрачная медуза возле Лорелеи.

Медуза с бегемотом через мгновение умчались прочь, и только кот стоял возле Кевина, бешено вращая желтыми глазами.

– Вы должны заказать блюдо, – мягко проворковала Лорелея, – Чего бы вам хотелось? Можете посмотреть каталог, если нет идей. Очертите на столе перед вами квадрат размером со страницу.

Кевин послушно провел пальцем по столу. Поверхность засветилась, и картинки блюд начали сменять одна другую.

– Здесь их примерно миллиард. Вы можете сортировать по составу, вкусу, способу приготовления, можете выбрать блюдо и попросить добавить к нему какой-либо ингредиент. Если вы попросите и опишете что-либо, чего в этом каталоге нет, рецепт сразу запишут и, если вы захотите, в названии используют ваше имя. Например, котлеты по-кевински.

Если посетитель обладает профилем, а, как правило, это так, поиск блюд сужается до его предпочтений. Предпочтения обновляются с каждым новым заказом. Но всегда можно заказать "Что-то новое", или "Что-то другое", или попросить загрузить меню полностью и поискать самому.

– И что, все столики показывают меню?

– Не только столики и не только меню. Стены зданий, стены помещений и столы, как правило, являются информационными с выходом в глобальную сеть. Просто в кафе каталог блюд, а он тоже глобальный и одинаковый по всему миру, установлен заглавной страницей.

Кевин смотрел на картинки, не узнавая ни одного названия.

– А что вы порекомендуете? – наконец сдался он, подняв глаза на своих гидов.

– Как насчет красного стейка с хрустящей картошечкой и спаржей? Запить можно яблочным соком.

– Да, пожалуй, – Кевин кивнул Коту. Тот, мурлыкнув, помчался выполнять заказ.

Кевин все смотрел по сторонам. Кафе выглядело как настоящий зоопарк. Какого зверья там не было! Обезьяны, крокодилы, медведи панда, жирафы с антилопами деловито сновали на задних лапах, разнося угощения.

– А где мы находимся. В географическом смысле?

– Земля Манхэттен.

– Январь?!

– Климат искусственный. Поддерживаются комфортная температура и влажность по всей земле от Арктики до Антарктики. И солнце искусственное. Взгляните наверх.

Небо было бездонно голубым. Голубизну оттеняли редкие, медленно движущиеся кучевые облачка. И солнца было два! Одно светило возле другого – вместе как яркая восьмерка.

– 2 тысячи лет назад начался проект по созданию искусственного атмосферного купола и искусственного солнца для защиты планеты и от космических излучений и от вероятного внешнего вторжения. Одним из преимуществ стала возможность поддержания комфортного климата на всей поверхности земли. Потенциально, через миллиарды лет, это искусственное солнце спасет цивилизацию и жизнь на земле. А вообще – эти технологии позволяют человечеству сделать любую планету пригодной для обитания. Луна полностью освоена для жизни и начались работы на Марсе.

– А как же гравитация?

– Тоже поддается коррекции. Кстати, в свое время гравитацию Земли чуточку уменьшили, что привело к значительному замедлению старения людей.

Кевин действительно чувствовал удивительную легкость во время прогулки. А сейчас он заметил бегущего по прогулочной полосе паренька, который каждый раз будто пролетал, чуть отталкиваясь от земли.

Им принесли дымящиеся тарелки с едой.

Перед Лорелеей щупальца медузы аккуратно поставили маленькую пиалу с супом лилового цвета.

– Суп из синих водорослей, пояснила женщина.

Василий заказал что-то наподобие турецкой лепешки гёзлеме.

Кевин получил свой стейк. Он попробовал кусочек и, заметив вопросительные взгляды сопровождающих, пожал плечами.

– Вкусно. Не совсем понятно это мясо или рыба. Для говядины – мягковато, но вкусно. Однако, какие малюсенькие порции!

– Всегда можно попросить добавки, но поверьте, этого достаточно. Порции высчитаны оптимальные, чтоб организм насытился, не тратя слишком много энергии на переваривание. Переедать очень и очень вредно. Но порцию, что у вас в тарелке, можно съесть, не опасаясь.

В тарелке у Кевина находился стейк величиной с детскую ладошку, два ломтика печеной картошки с хрустящей корочкой и несколько веточек спаржи.

– Так чье это мясо?

– В данный момент – ваше, – схохмил Василий.

Лорелея укоризненно взглянула на сотрудника и пустилась в объяснение:

– Видите ли, уважа…

– Кевин.

– Да, видите ли, Кевин, много сотен лет назад, когда было принято решение отказаться от употребления в пищу животных, абсолютно у всех видов этих животных были взяты образцы тканей, клетки, гены и т.п. С тех пор уже много веков люди синтезируют или, даже можно сказать, выращивают различные виды животного или рыбного мяса. Также, имитируя естественный процесс, получают яйца, молоко и все производные от него. Человечество находится на высшей стадии развития, когда достижения науки позволили полностью отказаться от насилия в целях пропитания.

– А что же стало со всем домашним скотом, с домашней птицей?

– Для них были созданы заповедники, в которых они гуляли на свободе. Не было больше плановых спариваний и осеменений. Постепенно количество особей популяции вернулось к естественной величине. Животные стали распространяться за пределы заповедников и сегодня можно сказать, что коровы, быки, свиньи, лошади, овцы, куры, гуси и т.д. живут своей естественной жизнью, а вмешательство человека заключается в непрерывном наблюдении и оказании помощи там, где она необходима. Причем, эта помощь очень и очень взвешенная. Пример помощи – засевание истощенных пастбищ, лечение раненных, отставших от стада животных, подкорм хищников синтезированным мясом и таким образом сохранение жизни потенциальным жертвам и т.п.

Тем временем занятная троица официантов появилась вновь, убирая тарелки и ставя перед каждым маленькую розетку с мороженым, обложенным по краям малиной и посыпанным шоколадной стружкой. Всего грамм 30 не больше.

– Мы позволили себе заказать вам наш любимый десерт.

– Как вы с ними общаетесь? И друг с другом тоже. Я заметил, что вы обходитесь без слов!

– Да. Василий повернулся к Кевину боком и отогнул правое ухо, показывая родинку, – с помощью этой точечки. Это атто-передатчик. Он усиливает и передает мыслительный сигнал. У вас тоже есть такой. Но мысль нужно направить. Вам предстоит этому научиться. В принципе, сегодня люди вполне могут обходиться без голосового общения. Но мы все же упрямо разговариваем, чтоб не растерять это умение.

– Люди пользуются голосом больше для выражения эмоций, чем для передачи информации, – добавила Лорелея.

– Атто? – переспросил ошеломленный Кевин, нащупывая чуть заметную выпуклость за правым ухом.

– Вам знакома нанотехнология, не правда ли? Ваши современники создали с ее помощью кучу занимательной техники.

Кевин кивнул, уже понимая ход мысли Василия.

– Наш виток эволюции символизируется аттотехнологией. Все пространство наполнено аттоволокнами. Каждое волокно размером 10−18 степени метра, что на шесть-семь порядков меньше размера атома, принимает, а затем и передает единицу информации на ближайший передатчик, которых вокруг миллиарды. Таким образом, любая ваша мысль, любое изменение в организме на клеточном уровне фиксируется аттоволокном и поступает на передатчик и дальше, в центр обработки информации. Как оказалось, мысли каждого человека имеют маркер индивидуума. По этому маркеру можно безошибочно определить хозяина мысли, как в старину это делали по отпечаткам пальцев, фрагментам дезоксирибонуклеиновой кислоты (ДНК), радужной оболочке глаза и т.п. Если вы выказали желание, команда посылается на ближайший к вам пункт раздачи – у вас дома, на работе или где-бы вы не находились. Все это занимает меньше минуты. Но если заказ сложный, исполнение может взять и больше времени.

– Стойте, стойте, подождите! Контроль над мыслями?! Старший брат???!!! О Боже! Я знал, что-то не так с этим миром!

Василий и Лорелея смотрели на Кевина с явным сочувствием. Некоторое время они сидели молча. Кевин угрюмо ковырял ложкой мороженое

Наконец Василий прервал неловкое молчание.

– Я прекрасно понимаю коннотацию вашей реакции, дружище, прекрасно понимаю. Мы все очень хорошо знаем историю человечества, начиная с 2000 лет до нашей эры. Это входит в начальный пакет знаний. И тем не менее, этот брат сегодня обращен во благо человека. Это в первую очередь касается здоровья, так как позволяет предотвращать не то что болезни, а предпосылки болезней.

Каждый человек и так раз в месяц является в центр охраны здоровья для сканирования, с которым вы уже знакомы. Но иногда люди получают внеочередные приглашения. И это благодаря побывавшим в организме аттоволокнам, нашедшим клеточную аномалию. Возможность достаточно вероятностная, поэтому мы не полагаемся только на волокна и проводим регулярные осмотры. Но, поверьте, благодаря этим технологиям, пико-, фекто- и, наконец, атто-, человечество окончательно победило все болезни. Что же касается мыслей. Во-первых, на протяжении веков роль Старшего Брата играла религия. Много было активности вокруг грешных мыслей, люди ходили исповедоваться или обращались к Богу напрямую. Предполагалось, что Бог видит и слышит все.

– Но это другое.

– В чем же разница? Наоборот. Большинство так называемых грешных мыслей, например «Я бы с удовольствием занялся любовью с женой моего лучшего друга» никого не интересуют, за них не надо извиняться. Если нет отклонений, ваши мысли анализируются техникой и стираются, как не представляющие интереса. Ведется поиск депрессивных состояний. Видите ли, какой бы полной ни была чаша изобилия, люди в разные периоды жизни могут поддаваться, что называется, меланхолии. Это состояние характеризуется определенными ключевыми мыслями, которые хорошо распознаются. Очень многие люди сами умеют себе помочь, но если этого не происходит помощь приходит извне.

– И что это за помощь? – хрипло спросил Кевин, все еще не поднимая глаз, мешая растаявшее мороженное.

– Человеку предлагается отправиться в Усадьбу Пропорций.

– Предлагается? А если он откажется?

– Статистика отказов мизерная. Даже и не знаю, дайте-ка я проверю в сети. Ага. При отказе – переводится в «Берущего». Запрет на трудовую деятельность, – Василий поднял глаза, – это большой позор и для него, и для его близких. Я не думаю, что кто-то на это идет, тем более что Усадьба Пропорций – довольно занимательное место. Многие люди время от времени отправляются туда пожить. Я был там несколько раз, Лорелея иногда ездит туда на дополнительную работу.

– В Усадьбах Пропорций воспроизведены условия жизни разных этапов развития человечества. Есть несколько уровней. На самом легком нет роботов, но есть много бытовой техники прошлого. В холодильниках есть продукты, в шкафах – одежда и обувь. Люди сами готовят пищу, стирают белье, убирают дом. При этом 8 часов в день они заняты каким-то трудом. Это имитация профессий прошлого, так называемых белых воротников, от инженера до клерка.

На самом тяжелом уровне нет электричества, вода в колодце, который, зачастую нужно вырыть, поля нужно возделывать плугами, которые нужно выковать и т.д.

– А мясо? Запускаете туда живых кабанов?

– Нет. Мясо-сырье поставляется, но прячется. Имитация охоты заключается в том, чтоб его найти.

– А кто решает, кого на какой уровень отправить?

– Человек сам выбирает уровень и сам же решает, сколько времени ему находиться в Доме Пропорций. Кстати, три последних самых тяжелых уровня обычно населены добровольцами, любителями острых ощущений. Часто туда ездят компании друзей на конец недели или в отпуск. Для терапии же рекомендованы первые два уровня.

После недели-двух такой жизни, люди рады вернуться к цивилизации. На протяжении всей терапии их курируют специалисты. Иногда рекомендуют спуститься на часок или на денек ниже. Все это дает весьма положительные результаты. Но, дорогой Кевин, что стало с вашим мороженым? Давайте попросим заменить!

– Спасибо, Лорелея, пожалуй не нужно. А что же в обычной жизни люди не стирают свою одежду?

– О, Кевин, Кевин, Кевин… Вы-то, сами, когда в последний раз стирали свои вещи?

Кевин ухмыльнулся, немного успокоившись. Василий продолжил объяснение:

– Одежда и обувь заказывается ежедневно либо по каталогу, либо из головы. Я уверен, что Лорелея тратит не менее 5 минут в день, составляя свои наряды, а я – 5 секунд.

– Ха-ха…

– Ткань органическая, синтезированная, имитирующая свойства кожи. Можете пощупать. В конце дня или, опять же в случае Лорелеи, каждые два часа (ой, ой, ой, горячо, горячо, дорогая, прошу вас, не смотрите так укоризненно), так вот, когда хочется сменить наряд, просят новый, а старый сбрасывают в утилизатор. Одежда и обувь – одноразовые. Они перерабатываются, вновь становясь сырьем. Каждому человеку присвоен профиль, содержащий все его размеры и меняющийся в зависимости от изменений фигуры (к Лорелее это никак не относится). Если человек у себя дома – его профиль введен в систему, если нет – он называет имя, фамилию, дату рождения или прозвище, если захочет… Ну, если мы закончили трапезничать, давайте продолжим прогулку.

Они поднялись и пошли к выходу. Кевин оглянулся. Медуза убирала их столик, работая одновременно шестью щупальцами. Бегемот и кот дружно махали им вслед.

Глава 7

КОММУНИЗМ И РЕИНКАРНАЦИЯ

– Ну хорошо, – вымолвил Кевин, вышагивая по бульвару, – положим чаевые роботам не оставляют, но все же, как вы оплачиваете эти ланчи?

– Никто ничего не должен оплачивать, – Лорелея казалось сердитой, – Никто ничем не владеет и никто ни за что не платит.

Кевин остановился с открытым ртом.

– Коммунизм? – наконец озвучил он страшное слово, почему-то шепотом.

– Ну-у-у, – протянул Василий, – люди давно отказались от этого понятия. Слишком много жертв, слишком горькие воспоминания. Мы называем наше общественное устройство высшей стадией эволюции человечества. Беда и ошибка древних борцов за справедливое устройство общества всегда были в готовности пожертвовать меньшинством ради эмпирического большинства. И в результате в меньшинстве оказывались миллионы. А борьба заканчивалась элементарным перераспределением доходов, когда, добравшись до кормушки, вожди уже точно не помнили, ради чего, собственно, боролись.

В нашем мире нет ничего ценнее жизни индивидуума. Все подчинено потребностям и желаниям каждого отдельно взятого человека. Вот например захочет Лорелея на свою свадьбу (со мной, разумеется) надеть бриллиантовое колье – ей его доставят. И, дизайн ожерелья, величина и огранка камней будут в точности такими, какие она выберет или даже придумает. Лорелея поносит колье на торжестве и получит много комплементов за хороший вкус. А вечером или на следующий день она отошлет колье в утилизатор. Если дизайн новый, его внесут в каталог, и каждый раз, когда кто-то захочет надеть это уникальное украшение, Лорелея получит сообщение, и ей будет очень приятно. Не так ли, любовь моя?

– Да, Василий, но это только крошечный пример. Человечество, его развитие и благосостояние – это как… мозаика. Стоит выдернуть один крошечный элемент, на его месте будет зиять некрасивая дыра, и вся мозаика испорчена. К сожалению, в мозаике истории человечества слишком много дыр.

– Но откуда все это берется? Кто-то все это строит, производит, выращивает?

– Конечно. Люди создают роботов, которые создают роботов, которые выполняют всю без исключения физическую работу и часть управления. Работа людей сводится к разработкам новых технологий, даже, вернее, к постановке новых задач, и к высшему контролю над планированием производства.

– Значит, роботы все делают? Варят, убирают, добывают руду, сеют зерно?

– В общем, да.

– А вы не боитесь бунта порабощенных бедняг?

Василий от души рассмеялся, так, что даже слезы выступили на глазах.

– Да, да. Эти древние страшилки, типа НС17, «Бунт роботов»18? Так ведь эти произведения были аллегорическими и поднимали вопросы межчеловеческих взаимоотношений. Образ машины – это всего лишь способ обратить внимание на несвободу людей. Ведь в их эпоху люди были рабами денег, условностей, статуса и много другого. Нет, дорогой Кевин. Поверьте мне, как дизайнеру пары-тройки роботов. Каким бы совершенным он ни был, какой бы сенсорной чувствительностью ни обладал, каким бы умным ни казался, стоит нажать на красненькую кнопочку у него на брюшке, и робот превращается в неподвижную куклу. Ваши современники, +/– два века, почему-то очень любили апокалипсические истории. Они хорошо продавались. С этим давно покончено.

– Василий, я не понял. Вы разве не «Охраняющий Здоровье? Хотя этого я не понял тоже. Это типа врач? И дизайнер роботов?

– Врач – это древнее слово, предполагающее врачевание болезней. А мы, охраняющие здоровье, болезни не лечим. Мы их предотвращаем. Случаются, конечно, спортивные травмы. Опять же родовспоможение. Так что, можно нас и врачами называть. Также, я лично увлекаюсь робототехникой, вернее, распознаванием новых областей применения роботов. Ведь, чтоб что-то создать, нужно, в первую очередь понять для чего. Лорелея любит изобретать новые запахи, новые вкусы. Еще она помогает в детских центрах и в домах пропорций. Сейчас, когда наши дети уже повзрослели, мы располагаем кучей свободного времени и находимся на пике трудовой эффективности.

Кевин, Василий и Лорелея вошли в парк с изумительными ландшафтами и озером. Здесь тоже были ряды кафе, и троица время от времени останавливалась, чтоб съесть фрукт, выпить соку или воды. Кевина рассмешили само стерилизующиеся туалеты, являющиеся по вызову.

Люди в парке гуляли или отдыхали на траве, катались по озеру или сидели в кафе. Кевина не покидало ощущение курортного места в выходной день. Но нет, это был обычный будний в обычном городе.

– В выходные дни, а это пятница, суббота, воскресенье, сюда приходят много семей с детьми. В будни детки с утра до вечера находятся в ясельках, садиках или школах.