Училище благочестия, или Примеры христианских добродетелей, избранные из житий святых

Видение старцу о приемлющих милостыню 18

Один затворник, в юности отказавшись от всех удовольствий света, жил в тесной хижине и, занимаясь богомыслием, умерщвлял тело свое постом и всенощным бдением. За столь равноангельское житие праведник удостоился откровения свыше.

В один день пришел в монастырь старейшина града, чтоб подать, по обыкновению своему, милостыню братии. Он наделил всех иноков по сребренику, а к затворнику принес златницу и, стоя у окна кельи, усердно просил его, чтобы тот не отвергнул столь малого дара. Старец употреблял в пищу и питие не более как по одному сухарю и по чашке воды на день; хотя никогда не принимал ни злата, ни серебра, но, устыдившись просьбы человека благородного и благодетельного, взял златницу.

Ночью, прочитав обычные молитвы, он уснул. Вдруг в сонном видении представилось ему, что вместе с братией он стоит в пространном поле, которое заросло густым и колючим тернием, а какой-то юноша, подобный Ангелу, понуждал старцев, чтоб пожинали оное. Потом подходит к нему и говорит: «Жни терны!» Когда же затворник начал отговариваться, то юноша грозно воскликнул: «Не имеешь причины стоять праздно! Ибо вчера вместе с братией ты нанялся, и притом взял златницу, между тем как прочие получили только по сребренику. Как больше взявший, ты больше других должен и трудиться. Эти терны суть дела того, кто вчера подал тебе милостыню… Трудись в поте лица твоего». С этим словом затворник проснулся.

Он размыслил о своем сновидении и сердечно ужаснулся, что при столь непроходимом тернии грехов своих должен исторгать терны чужих прегрешений.

О вы, которые питаетесь милостыней! Познайте обязанность вашу из этого видения, которого Небесный Судия удостоил праведного мужа: молитесь о прощении грехов благодетелей ваших. А вы, которые даете пищу и одежду страждущему нищетой или недугами человечеству, приумножьте щедроты свои, ибо милостыней и верой очищаются грехи.

Ревность по Христе блаженного Кодрата 19

В царствование Деция, когда христиане, в необъятном числе содержась в темницах, были томимы голодом и муками, праведный Кодрат, будучи знатен и богат, покупал вход у стражей к христианским узникам, приносил им пищу и увещевал, чтобы по любви к Богу они дерзали на все ужасы смерти.

В то время некто Перенний, чиновник царский, прибыл в Никомидию 20 и потребовал списка богоотступников (так поклонник идольский называл христиан). Видя их столь великое множество, тиран поклялся даже память их истребить из среды живых.

В общем собрании народа представлены были на суд христиане. Судья воскликнул грозно: «Пусть скажет всяк свое имя, звание и отечество». Блаженный Кодрат, как втайне исповедующий веру Христову, был посторонним зрителем и стоял позади всех. Видя робость страдальцев, он устрашился, чтобы кто-нибудь из них, от угроз или мучений, не отрекся от Христа Спасителя, и решился подать пример страдальчества до смерти: он воззвал велегласно: «Мы называемся христиане, чином рабы Христовы; а отечество наше есть Небо». Услышав это, воевода царский удивился дерзости и приказал оруженосцам, чтобы наглого (так думал злобожный) незнакомца взяли и представили к нему ближе. Но дерзающий по Богу Кодрат, не дожидаясь стражи, устремился туда сам и, раздвигая руками теснящийся народ, стал пред Переннием. Все обратили на него взоры свои; а он, оградившись крестным знамением, воскликнул: «Се от имени всех предстою тебе и уведомляю тебя, что мы все, сколько здесь ни видишь, воины Иисуса Христа…» Взирая на столь великого ревнителя Православной веры, все христиане укрепились, все восхотели лучше пролить кровь свою, нежели сказать одно слово в пользу язычества. Так святой Кодрат стал первым из мучеников.

Человек не должен сомневаться, жертвовать ли самим собой, если имеет случай обратить других на путь спасения или поддержать на оном.

Некоторый старец, по имени Кир, будучи из низкого рода и весьма кроток, не понравился братии. Часто случается, что за смирение или за другие хорошие качества наконец полюбят того, кого прежде не любили, но участь преподобного Кира была не такова! С продолжением времени умножалась ненависть братии: не только старшие, но и юноши, находящиеся под искусом, оскорбляли его и нередко даже выгоняли из-за стола. Это продолжалось пятнадцать лет.

В той обители случилось быть Иоанну Лествичнику.

Видя, что кроткий Кир, будучи выгоняем из-за стола, часто ложился спать голодным, он спросил у него: «Скажи мне, что значат против тебя эти обиды?» – «Поверь мне, любезный о Христе гость, – отвечал смиренный старец, – что братия так поступает не по злобе; они только искушают меня, достойно ли ношу образ ангельский. Вступив в эту обитель, я слышал, что отшельнику должно быть под искусом тридцать лет, а я прожил еще одну половину».

Христиане! Вот примерный поступок против тех, которые обижают нас. Кроткий Кир не хотел мстить на деле своим гонителям и считал за высшее счастие то, что другие бы почли для себя совершенным несчастием.

Ненавистник не способен ни к каким добродетелям 22

Во время гонений на христианскую веру взяты были под стражу два брата, которые друг на друга имели злобу, и после обыкновенных допросов осуждены на смерть. Тогда один сказал другому: «Примиримся между собой, любезный брат! Мы завтра отойдем к Богу». Но тот и слушать его не хотел.

На следующий день повели их на место казни, и что же?.. Тот, который не перестал ненавидеть брата, отрекся от Христа; другой, который простился с братом своим, умер за веру Христову. Удивленный мучитель спросил у первого: «Почто вчера не отвергся от Христа, чтобы избегнуть пытки?» И услышал от него следующий ответ: «Когда я решительно сказал брату моему, что не хочу с ним помириться, тогда мгновенно оставила меня сила и помощь Божия: вот единственная причина, почему я оставил веру во Христа».

Ненавистник, беспрестанно изыскивая различные средства, как бы сделать зло тому, кого ненавидит, уже не походит на человека, но совершенно уподобляется духу-губителю. А посему может ли он быть способен к каким-нибудь добродетелям, наипаче к мученичеству, где нужна в высочайшей степени любовь к Богу, которая не может быть без любви к ближнему?

Наказанный клятвопреступник 23

Некто, по имени Иоанн, бывший прежде боярин киевский, облекшись в Ангельский образ в Киево-Печерской лавре, имел при себе юного сына Захарию. Видя приближающуюся смерть, Иоанн поручил его покровительству Промысла Божия; а некоторому иноку, по имени Сергий, бывшему прежде также боярину киевскому и с ним вместе постригшемуся, оставил тысячу гривен серебра и сто гривен золота, чтобы сохранил их до совершеннолетия сына и после ему отдал. Распорядившись таким образом, Иоанн умер.

Захария, достигнув восемнадцати лет, потребовал у Сергия наследство отца своего. Но отшельник, сделавшись рабом любостяжания, изумился, как бы не зная, чего юноша от него требует; но, видя неотступность Захарии, притворно оскорбился и сказал ему: «Отец твой отдал все имение Богу; у Него и проси, а не у меня. Виноват ли я, что Иоанн был так безумен, что, обогащая нищих, сделал нищим единородного сына».

Видя такое вероломство, юный Захария заплакал. Он умолял Сергия, чтобы тот отдал ему, по крайней мере, половину имения, хотя бы третью часть; даже просил у него, наконец, десятой доли, но напрасно. Для Захарии осталось последнее средство, чтобы инок доказал невинность свою клятвой перед Богом.

Увы! Порок имеет столь гибельное свойство, что человек, поскользнувшись однажды, спотыкается и в другой раз! Пустынник-миролюбец, имея свидетелями братию, идет с Захарией в Печерскую церковь. Там, став пред чудотворным образом Пресвятой Богородицы, где прежде вместе с юным Иоанном приял союз братолюбия, клялся Небом и землей, что отец Захарии никогда не давал ему ни полушки, не только тысячи гривен серебра и ста гривен золота. Но, как скоро начал приступать к Приснодеве, чтобы облобызать воскрилия 24 одежды ее, вдруг невидимая сила удержала преступника. Он не мог двинуться с места, как ни напрягал стопы свои – весь трепетал… Наконец, видя, сколь ужасно правосудие Господне, воскликнул: «Преподобные отцы Антоний и Феодосий! Помолитесь Богородительнице, да не даст Ангелу смерти погубить меня… А ты, сын моего собрата и друга! Возьми злато свое и прости меня, грешного».

Иноки ужаснулись и пошли в келью Сергия, славя Бога, такие чудеса сотворившего.

Не приемли имене Господа Бога твоего всуе (ср. Исх. 20, 7), сказал Господь чрез Моисея. Христиане! Страшитесь говорить: Ей-Богу! Вот тебе Христос! Даже тогда, когда на вашей стороне правда. Довольно сказать: Ей-ей! или Ни-ни! Тем более да сохранит вас Бог от привычки божиться напрасно.

О молитвах, недостойных Божия величия 25

Некоторый старец, молившийся Богу и питавшийся от трудов своих, пришел в селение продать свое рукоделие. Уже благочестивый инок хотел возвратиться в обитель, как встретился с ним незнакомец, окруженный нищими, странниками, и пригласил его к себе на ужин.

Обласканный как нельзя лучше, старец простился с добродетельным человеком и, восхищаясь гостеприимством его, старался узнать, кто таков этот страннолюбец. Какую же почувствовал к нему любовь, когда услышал, что он каменосечец, по имени Евлогий, занимается работой весь день, ничего не вкушая! Когда же настанет вечер, получив обыкновенную плату, ведет за собой в дом всех, кого из бедных на пути встретит, и издерживает на ужин все, что заработал; даже крошки, которые останутся от стола, бросает соседним псам. Так надеялся Евлогий на Промысл Небесный, питающий всех – от человека до червя!

Добродушный старец, удивляясь добродетелям его, думал: «Евлогий бедный питает каждый день столько нищих; что же бы сделал Евлогий богатый? Ах! Он был бы пища всем голодным, одежда всем нагим!» И начал день и ночь просить Бога, чтобы Евлогий для счастия других сделался богат; соединив молитву свою с постом, он так изнемог, что едва был жив.

Наконец Бог услышал молитву старца и известил его следующим образом: старец заснул, вдруг видит себя в церкви Воскресения, видит некоторого богоподобного отрока, на камне сидящего, подле него стоял Евлогий. Потом отрок сказал: «Если отдашь сам себя порукой за Евлогия, то наделю его богатством». – «От рук моих взыщи душу его», – отвечал старец и увидел, что двое из предстоявших начали в пазуху Евлогия сыпать золото. Тут старец воспрянул от сна своего, благодаря Бога, что услышана молитва его.

Между тем Евлогий жил по-прежнему. Однажды поутру, выйдя на работу свою, ударил он киркой по камню и почувствовал, что он пуст; ударил в другой раз и увидел скважину; ударил в третий раз, и из камня посыпалось золото. Евлогий ужаснулся и не знал, что делать с сокровищем. В тот день ни один нищий у Евлогия и даже сам Евлогий не вкушали пищи. Назавтра он купил лошадей и под видом перевозки камней привез домой золото и ужинал один. Долго Евлогий был в беспокойных размышлениях… Наконец, нанял корабль и отправился в Царьград; там задарил всех вельмож и сам сделался вельможей; купил огромный великолепный дом и жил так, как прежде, без всякой бережливости, то есть каждый день угощал людей знатных и сильных.

Старец, который испросил у Бога богатство Евлогию, ничего не знал о том, но спустя два года опять увидел во сне святолепного отрока и подумал: где-то Евлогий? Но что же узрел после того? Некто злообразный изгоняет Евлогия от лица отрока… Старец пробудился ото сна и, воздохнув, сказал сам себе: «Увы! Я погубил душу мою!» Потом оделся и пошел в то селение, где прежде жил Евлогий; он долго ждал, пока придет питатель бедных и пригласит его в дом свой, но тщетно! Наконец, выйдя из терпения, спросил у одной старушки: «Есть ли здесь кто-нибудь, принимающий странников?» – «Нет, – отвечала она с тяжким вздохом. – Был у нас каменосечец, который всего более любил странноприимство; но Бог, увидев дела его, дал ему благодать Свою, и он теперь в Царьграде вельможей». Услышав это, старец сказал сам себе: «Я сделал убийство!» – и пошел в столицу.

Там он узнал, где живет Евлогий, сел у врат дома его и ожидал, когда выйдет он… Наконец является Евлогий с гордостию на лице, с гордостию в походке, окруженный ласкателями и сопровождаемый рабами. «Помилуй меня, – воскликнул старец, – я хочу нечто сказать тебе…» Но Евлогий даже не воззрел на старца, а рабы оттолкнули его. Несчастный поручитель опередил Евлогия другой улицей, опять встретился, опять окликнул его, но, получив несколько ударов, вынужден был удалиться. Таким образом, старец сидел четыре недели пред вратами дома Евлогиева, обуреваемый снегом и дождем, и не имел случая с ним объясниться.

Наконец старец отчаялся о спасении Евлогия и, повергшись на землю, просил Бога разрешить его от поручения, но чрез необычный сон был извещен, что безумная молитва и безумное поручение недостойны прощения. Несчастный старец, не зная, что делать, сел в корабль, чтобы отплыть в Александрию, и в это самое время повергся в такое малодушие и отчаяние, что был подобен мертвецу. В этом умоисступлении он задремал и после многих мучительных сновидений услышал глас: «Иди в твою келью! Я возвращу Евлогия в прежнее состояние, но ты, слабый человек, не воссылай к Богу молитв, недостойных Его величия».

Спустя три месяца старец услышал, что царь Иустин умер, что наследник его начал гнать прежде бывших любимцев, что двое из них умерщвлены, а Евлогий бежал. Впрочем, царь назначил великое награждение тому, кто принесет его голову. Старец опять пошел в ту весь, где прежде жил Евлогий. Но как обрадовался он, когда на закате солнца увидел его, идущего с работы и окруженного нищими! Старец хотел было броситься навстречу к нему, но Евлогий предупредил и, целуя руки его, пригласил к себе ужинать.

Тут старец и Евлогий объяснились между собой, причем каменосечец рассказал ему, как возвратился он в отечество свое, как бежали все жители, чтобы видеть его, и поздравляли с саном вельможи. И как он, боясь обнаружить себя, уверил их, что ходил только в Иерусалим поклониться Гробу Господню. «Я вторично взял, – продолжал Евлогий, – свои орудия и пошел прямо к тому камню, где обрел золото. Я думал, что опять найду клад; но, сколько ни стучал, сколько ни тесал разных камней, не нашел ничего. Наконец вышел из заблуждения и, слава Богу, забыл пагубный сан вельможи».

Молись Господу Богу о том, чтобы простил твои согрешения, и о том, чтобы предохранил тебя от внезапных случаев совершить преступление, но не проси в молитвах твоих богатства, власти и прочего. Ибо Бог всеведущ: Он знает, что нам полезно и вредно. Бог милосерд. Он дарует то, что человеку нужно. Евлогий служит примером, сколь иногда пагубно бедному сделаться богатым.

Единственное сокровище для человека есть Бог 26

В Царьграде был гражданин, довольно богатый и человеколюбивый. Имея у себя одного сына, он не старался оставить ему великое наследство и свое имение раздавал щедрой рукой неимущим. Но этого еще не довольно было для человека богоугодного. Он хотел иметь и то утешение, чтобы, явившись к страшному Престолу Судии Небесного, мог ему сказать: се аз и чадо мое! Хотел и сына своего сделать столько же милостивым к страждущему человечеству.

В один день, призвав его к себе и показав все свои богатства, он спросил у него: «Любезный сын! Что более желаешь получить от меня в наследство: эти ли сокровища? Или Христа Спасителя?» Юноша, воспитанный в страхе Божием, решительно отвечал ему: «Христа: более ничего». Восхищенный сыновним ответом, отец еще более начал расточать свое имение нищим, так что после смерти своей оставил ему только насущный хлеб. Благонравный юноша, из богача сделавшись почти убогим, не сожалел о том, ибо надеялся на Христа – на это великое сокровище, которое у него осталось.

В том же городе жил некоторый вельможа, славный богатством и благочестием. Он имел у себя супругу, также богобоязненную, и единственную дочь, воспитанную в страхе Божием. Когда девице пришло время супружества, родители сказали друг другу: «Какого жениха изберем нашей дочери? Богатого ли и злонравного? Но он будет оскорблять ее, принудит гоняться за суетой света, научит тщеславиться… Нет; изберем лучше человека среднего состояния, но богобоязненного, который примет дочь нашу как особливый дар Неба. Пойдем в церковь Божию, – присовокупили они. – Будем молиться о счастие нашего дитяти; и кто первый войдет в храм Божий, тот пусть будет супругом ее».

Сотворив пламенную молитву к Богу, отец и мать девицы сели и ждали, чем Промысл Божий решит судьбу любезнейшей их дочери… Вдруг входит вышеупомянутый богобоязненный юноша. Подозвав его к себе, они спросили: кто он и откуда? И, услышав, что это сын такого-то в Бозе усопшего щедролюбца, возблагодарили Бога и сказали ему: «Христос Спаситель нам усыновил тебя; прими от нас руку нашей дочери, а с ней и богатство наше. Все это дает тебе Сам Бог».

Благочестивый юноша служит примером, что Бог никогда не оставляет в нищете того, кто единственно из любви к Нему расточает свои сокровища.

Как сребролюбивая инокиня сделалась щедролюбивой 27

Девица Монония, в юности приняв иночество, по-видимому, была смиренна и благочестива, но на самом деле поклонялась идолу, ибо собирала богатство и никогда не подавала милостыни. Имея у себя племянницу и любя ее сердечно, она думала только о том, чтобы выдать ее в супружество как можно выгоднее, и забыла своего Небесного Жениха.

Святой Макарий, попечитель неимущих, с душевным сокрушением взирая на эту заблудшую инокиню, вознамерился обратить ее от идола к Богу, в чем и преуспел следующим образом. Будучи в молодости своей искусным гранильщиком драгоценных камней, он был известен Мононии, страстной охотнице до редких вещей. Итак, в один день придя к ней, сказал он: «Некто продает два бесценных камня, изумруд и яхонт: я не знаю, его ли они собственные или где украдены, но уверяю тебя, что они будут редким украшением для твоей племянницы, купец отдает их недорого – только за пятьсот золотых». Монония обрадовалась несказанно и начала просить святого Макария, чтобы такую редкость не выпускал из рук; не желая сама выходить за монастырь, она в ту же минуту вручила ему деньги.

Благочестивый Макарий, получив золото, ушел и не хотел с ней видеться несколько дней, а старице совестно было послать за ним, ибо Макарий был человек всеми уважаемый и пользовался общим доверием. Наконец Монония, встретив его в церкви, спросила, куплены ли камни или нет. «Они у меня дома, – отвечал праведник, – не угодно ли тебе самой посетить меня и посмотреть камни? Если они понравятся, то возьми их; если же не понравятся, то получи назад золото». Монония с радостию пошла к нему.

«Что прежде хочешь видеть, яхонт или изумруд?» – войдя в дом свой, спросил ее святой Макарий. «Что тебе угодно», – отвечала Монония; и праведник ввел ее в одну комнату. Но что увидела тут Монония? Мужеского пола нищих, хромых, слепых, расслабленных, которые, сидя за столом, благословляли имя Мононии… «Вот твой яхонт», – указав на них, сказал ей Макарий и повел в другую комнату. Изумленная старица, не говоря ни слова, за ним следовала и увидела женщин, страждущих или от старости, или от болезней, которые, также обедая, молили Бога о здравии Мононии. «Вот твой изумруд, – указав на них, опять сказал Макарий. – Как ты думаешь, есть ли что драгоценнее этих камней? Если хочешь, возьми их; если не хочешь, оставь у меня и возьми назад твои деньги». Не зная, что отвечать на этот поступок святого Макария, пораженная стыдом, старица безмолвно оставила его.

Будучи наедине, Монония призадумалась, припомнила всю жизнь свою в иночестве и не могла вспомнить ни одного совершенного ею доброго дела; она так начала сокрушаться о том, что впала в тяжкую болезнь. Тут представлялась ее воображению то тьма кромешная, то огонь неугасаемый, а некоторый Муж, сияющий славой, на все это указывая, говорил ей: «Вот ужасы, от которых могут избавить тебя яхонт и изумруд, купленные святым Макарием». Устрашенная этим, Монония как от сна воспрянула и почувствовала облегчение от болезни.

С того времени Монония уважала Макария как своего Ангела-хранителя и, переменив образ жизни, сделалась щедрой питательницей бедных.

Воистину, тот покупает бесценный яхонт, бесценный изумруд, кто питает бедных, ибо на эти камни можно купить Царствие Небесное.

Примиритель 28

Благочестивый пустынник пришел в некоторый скит на короткое время и, не застав свободной кельи, не знал, где остановиться. Другой старец, у которого была пустая хижина, отдал ее пришельцу. В первые дни иноки обходились между собой, как братия о Христе, но скоро их любовь нарушилась.

Узнав, как поучительна беседа пришельца, многие начали посещать его и приносили ему, кто что имел. Старец, давший ему убежище, позавидовал славе инока и сказал сам себе: «Я живу здесь издавна, молюсь и пощусь, однако никто не навестил меня до этого времени, а этот пришелец здесь несколько дней, и все приходят к нему просить благословения». Потом начал роптать и злословить инока. Наконец, дошло до того, что он, надрываясь с досады, послал своего ученика сказать гостю, чтобы тот уходил из кельи, куда хочет. Добродетельный ученик пришел к гостю, вместо того чтобы объявить волю своего наставника, поклонился и сказал ему: «Отец мой приказал спросить у тебя, здоров ли ты». – «Скажи отцу твоему, – отвечал гость, – чтобы помолился обо мне Господу Богу, я несколько болен». Юноша, возвратившись к своему наставнику, объявил другое: будто старец нашел другую келью и скоро уйдет от него.

Прошло несколько дней, и старец опять послал ученика своего сказать пришельцу, что, если он не выйдет из кельи, он сам придет и жезлом изгонит его. Что ж напротив того сделал ученик? «Отец мой, – сказал он пришельцу, – услышав, что ты болен, старец прислал меня навестить тебя». – «Скажи отцу твоему, – отвечал гость, – что я, молитвами его, выздоровел». Юноша, возвратившись к наставнику своему, сказал, будто гость просит позволения пожить у него только одну неделю. Прошла и неделя… Старец вышел из терпения и, взяв костыль, пошел выгонять пришельца. Но юноша, предупредив его, прибежал к иноку и сказал ему, что учитель идет звать его на ужин… Услышав это, пришелец вышел навстречу старцу и, поклонившись ему, сказал: «Я иду к тебе, любезный о Христе брат! Не трудись идти ко мне». Изумленный кротостию его, старец поверг на землю костыль свой и устремился облобызать его; потом увел в свою келью и угостил чем Бог послал.

Проводив гостя, старец спросил у юноши, сказывал ли он пришельцу то, что было ему приказано. «Нет!» – отвечал юноша. Старец душевно тому обрадовался, и, узнав, что зависть его была следствием зависти дьявольской, он припал к ногам ученика своего и сказал ему: «Отныне ты отец мой, а я ученик твой, ибо чрез твой только поступок спасены души обоих нас».

Вот поучительный пример для тех, которые любят из дома в дом переносить вести! Христиане! Если увидите двух между собой ссорящихся, употребляйте все способы, чтобы примирить их: чрез это спасительное дело вы избавите от погибели заблудших и сами к добрым своим делам присовокупите важнейшую добродетель.