Всё не так

– Боже упаси, это кошмар какой-то. Слабоват я для этого, излишне сентиментален.

– Алексей Михайлович, ну, вот, ты за свой труд денег не берёшь. А почему? Мог бы, наверно, достойно, безбедно жить.

– Достойно, безбедно? Не смеши меня, Лёша. Достоинство к деньгам не имеет отношения, а зачастую – это вещи совсем несовместные. Ведь я же, в сущности – деревенский знахарь, и работаю по старым добрым традициям. Не принято было за это брать деньги. И не только на Руси, но и во всём мире. Да и в детстве ещё меня мама учила: нельзя наживаться на чужой беде. Иногда бывает, кто-нибудь незаметно всё же оставит деньги. Я, когда их нахожу, очень расстраиваюсь. Вот, человек деньги оставил, а вдруг я чего не доглядел, чего-то не так сделал… а вдруг всё пойдёт не по плану. Каким же я тогда буду негодяем в его глазах. Уж лучше жить спокойно…

Ну, а корысть свою я, конечно, имею. Я получаю удовлетворение от победы, как шахматист, выигравший партию. Чем труднее далась победа, тем больше удовольствие. А за удовольствие я, как бы, и сам должен приплачивать.

– Но, ведь, не только же ради удовольствия ты этим занимаешься, – заметил Лёша, – есть, наверное, и ещё причина?

– Если задуматься, то, наверное, есть, – Алексей Михайлович почесал лоб и принялся рассуждать: – Долго уже живу, ошибок много. Не всё же в жизни ломать, надо и строить… А потом ещё, когда теряешь близких людей, а врачи разводят руками, то тут тоже есть повод серьёзно задуматься… Но, всё-таки, главное, наверное, то, что есть в человеке какая-то сила, заставляющая созидать, творить что-то новое, менять самого себя и мир.

– Помню, в детстве, – сказал Лёша, – когда я только начинал делать свои первые шаги в живописи, когда что-то получалось, то это походило на волшебство, на чудо, от которого наступало чувство какого-то восторга, какое-то благодатное чувство. Видимо, это так и проявляется та сила созидания, о которой ты говоришь.

– Да, очевидно. Только со временем, под действием жизненных передряг и неудач, это чувство, к сожалению, ослабевает и может, наверное, совсем исчезнуть. Думаю, надо его хранить и как-то куль-тивировать.

– Алексей Михайлович, вот ещё что хочу у тебя спросить. Ты прожил нелёгкую жизнь. У тебя всё какие-то передряги, травмы. Ты по жизни вообще – везучий человек? Бывают же люди, которым всегда и во всём не везёт.

– Возможно, есть такие люди. Я уже говорил, что травмы мы получаем из-за собственной невнимательности, рассредоточенности, когда какая-то мысль гнетёт, когда мы излишне зациклены на себе самом. Такое бывает. Но, при этом, я – человек чрезвычайно везучий, очень приспособленный. Случались со мной такие ситуации, когда другой человек там бы и закончил свои дни. Я же выходил, буквально, сухим из воды. И на людей мне особенно везло. Трудно даже представить, кем бы я мог стать, не встречая по жизни хороших, правильных людей.

– Ну, а в личном плане… Вот ты живёшь один, холостяк. Случись чего, стакан воды некому подать.

Алексей Михайлович ненадолго задумался, отхлебнул чаю и сказал:

– Видишь ли, Лёша, я никогда не был альфа-самцом, однако, амбиции у меня порой зашкаливали. Пробовал я жениться, но это всегда заканчивалось не очень приятно. В итоге я банально решил: «уж лучше одному, чем с кем попало». А что касается стакана воды, на этот случай есть у меня одна хитрость, одно моё ноу-хау.

Разгладив бороду, Алексей Михайлович самодовольно продолжил:

– Если что со мной случится, а оно когда-нибудь всё равно случится… чтобы не мучить никого, и себя тоже, я знаю, как можно остановить собственное сердце.

– Да? Это действительно возможно, по желанию остановить сердце? Алексей Михайлович, ну расскажи. Как это делается?

– Лёша, но ты же понимаешь, что это по сути является самоубийством и считается в христианстве большим грехом. Как же это совместиться с твоим религиозным мировоззрением?

Немного поразмыслив, Лёша сказал:

– Когда у Серафима Саровского спросили, невредно ли, что молодёжь очень много читает, он ответил, что невредно знать что-либо. Алексей Михайлович, ну расскажи.

– Ну, раз так, тогда ладно, – улыбнувшись, согласился Алексей Михайлович и стал объяснять:

– Как известно, человеческое тело устроено таким образом, что в определённых ситуациях проявляется такое его свойство, как спазмирование мышечных тканей. Почему это происходит, это отдельный долгий разговор. Спазмы же вызывают нарушение жизнедеятельности организма. В данном случае это может происходить так. Человек попал в какую-то стрессовую ситуацию и не в силах её преодолеть, как-то разрешить, он начинает жалеть себя: ах, я бедный, несчастный, это тяжело, нестерпимо, сколько же это может продолжаться, я не в силах носить этот камень на сердце… И так человек может себя зажалеть, что в итоге всё закончится инфарктом. В принципе, это способ неосознанного самоубийства. Человек убивает себя сам, своей мыслью.

– Действительно так может быть? —усомнился Лёша.

– Так чаще всего и бывает, – ответил Алексей Михайлович. – Проверено на себе. Инфаркта я, вроде бы, не получил, но принцип работы этой системы однозначно усвоил, и, думаю, с этим не стоит никому экспериментировать.

– Значит, мыслью или словом можно убить… – начал рассуждать Лёша..

– О-о, Лёша, ломать-то – не строить.

– Но, если можно убить, то, наверное, можно и исцелить?

– Скрупулёзно замечено! Я, наряду со своими манипуляциями и травками, активно применяю и слово. Только надо помнить, что слово рождено мыслью, а мысль рождена эмоцией. Искренняя эмоция, облечённая в слово, – это серьёзный инструмент, как топор, которым можно и избу срубить, и по голове тюкнуть. Словом лечат, словом проклинают, словом убивают. Это сильное оружие.

– А можно ли от этого защититься? —поинтересовался Леша.

– Если нас берут врасплох, неожиданно, то защититься человеку без подготовки чрезвычайно трудно. Раньше я думал, что при таких психических воздействиях со временем должен образовываться какой-то иммунитет, типа: да фиг меня чем прошибёшь. Но, увы, оказывается, это не так. Со временем всё только накапливается и наступает момент, когда достаточно небольшой капли такого энергетического воздействия, и человек начинает безвозвратно разрушаться. Бывает даже, близкий человек скажет: «дурак», и реакция разрушения включится. Я это неоднократно наблюдал в жизни.

Был у меня хороший добрый знакомый, бывший фронтовик, здоровый сибиряк-охотник, из семьи раскулаченных. На войне не раз ходил в атаку, кричал: «Ура! За Родину! За Сталина!». Каким-то чудом остался жив. Потом мыл золото, зарабатывал как-то, пытался наладить свою жизнь. И вот, когда, казалось, всё было налажено – дом, жена, дети – оно и случилось. А случилось так. Этот человек держал животных: аквариумных рыбок, попугайчиков, кроликов. Это его, видимо, успокаивало, веселило, придавало настроения. Однажды к ним приехали гости, и жена в категоричной форме потребовала, чтобы он забил кролика на жаркое. А это для него было немыслимо, – как можно забить такое чудо природы, такой пушистый живой комочек, который никому не делает зла и только радует глаз. Он наотрез отказался убивать животное, и, в итоге. нарвался на крупный скандал со своей ворчливой и всем всегда недовольной женой. В сущности, она была не вполне здорова, поэтому хамовата и не воздержана на язык. Кончилось это тем, что человек этот, будучи в его возрасте ещё здоровым и крепким, начал постепенно угасать. «Меня как-будто сглазили», – рассказывал он мне, не понимая, что с ним происходит. Врачи разводили руками, назначали укрепляющую терапию, симптоматическое лечение… Ничего ему так и не помогло. И я тогда не знал, как ему помочь.

– А сейчас ты знаешь, как можно было помочь? – спросил Лёша.

– Думаю, что знаю. Но стопроцентно не уверен. Сейчас существует множество эффективных техник для работы с подсознанием, но, думаю, в этом случае, клин надо вышибать клином. То есть, использовать эффект неожиданности, трансовое состояние и сильное эмоциональное внушение.

– Так, как, всё же, защищаться от этих негативных воздействий?

– Трудно, – повторил Алексей Михайлович. – Представь себе: ты собрался поесть апельсин, почистил его, затем, с наслаждением начинаешь его поедать, а тут я подкрадываюсь сзади и линейкой тебе – шлёп по затылку. Такая шутка может обернуться тем, что у тебя возникнет аллергия на апельсины, да ещё, при их виде будет чесаться затылок. И вот, как можно уберечься в такой ситуации? Я понимаю, пример, конечно, грубый, но зато хорошо объясняет принцип работы этой системы.

Есть товарищи экстрасенсы, которые за определенные деньги пообещают поставить вокруг тебя невидимый хрустальный купол, якобы защищающий от всех нападок и неприятностей. Но, это полная чепуха, лохотрон. Человек устроен таким образом, что должен быть открытым этому миру, иначе быть не может.

– А как же аутисты? Они отгородились от мира и, наверное, на них всякие психические воздействия не влияют?

– Что такое аутизм? Как и почему он возникает? Сегодня точно не скажет никто.. Это считается аномалией. Могу лишь предположить, что сама природа, сообразуясь с какими-то своими эволюционными законами, выбивает человека из социума, и в этом, наверное, есть какой-то резон… или замысел.

– Так, значит, защититься от неожиданности мы не можем…

– От неожиданности – не можем. А от последствий надо защищаться самообладанием, чему учили христианские подвижники… и йоги, и даосы, между прочим.

– То есть необходимо всегда держать под контролем свои эмоции?

– Верно, Лёша. И ещё свой ум, – сказал Алексей Михайлович и, хитро улыбаясь, добавил:

– Кроме того, нам ещё необходимо вырабатывать мелатонин по ночам. Засиделись мы уже. А завтра нам вставать рано: тебе на этюды, мне за травкой. Да, Лёша?

– Да, Алексей Михайлович. А за какой травкой?

– За целебной травкой.