- -
- 100%
- +
Она вскинула голову. Он сидел на верхней площадке винтовой лестницы, ведущей в жилые покои. Сидел небрежно, закинув ногу на ногу, освещенный сзади. Силуэт был узнаваем идеально: широкие плечи, привычка держать подбородок чуть вздернутым, длинные пальцы, сцепленные в замок.
Десять лет изменили его странным образом. Платиновые волосы отрасли ниже лопаток и были собраны в простой хвост кожаным шнурком. Дорогая, явно сшитая на заказ мантия глубокого графитового цвета сидела на нем безупречно, но ткань казалась тяжелой, словно впитавшей в себя всю усталость изгнания. Лицо осунулось, скулы стали острыми. Но самым страшным были его глаза. Яркие, серебристые, абсолютно лишенные мальчишеской наглости. В них стояла вековая, холодная мудрость змеи, пережившей десяток зим.
— Статья пятьдесят восемь бис, — вместо приветствия сказала Гермиона. Ее голос прозвучал ровно, хотя сердце билось где-то в горле. — Ты действительно думаешь, что знание одной мертвой поправки дает тебе право диктовать условия Министру магии?
— Это дает мне право сидеть здесь, а не кормить дементоров, — он плавно, текучим движением поднялся. — Спускайся. Палочку можешь держать в рукаве. Я знаю, что твои рефлексы быстрее моих.
Она спустилась. Каждая ступенька отдавалась гулом в ушах. Когда она оказалась на одном уровне с ним, стало заметно, насколько он выше. Раньше, в школе, разница в росте не так бросалась в глаза.
— Где остальные? — спросил он, кивая на пустой дверной проем за своей спиной. — Группа быстрого реагирования в подсобке с чучелом василиска? Или Кингсли решил сэкономить налогоплательщикам нервы и прислал только тебя?
— Я здесь одна, — солгала она легко. Гарри наверняка обложил здание, но Малфою об этом знать не обязательно. — Садись. У меня мало времени, а список претензий к законодательству Великобритании занимает три тома.
Он усмехнулся. Сухой, беззвучный смешок.
— Три тома? Какая восхитительная гриффиндорская самоуверенность. Мир гораздо сложнее, чем твой справочник правил, Гермиона. Садись. Чай предлагать не стану, подозреваю, ты не доверяешь содержимому моего чайника.
Они сели друг напротив друга за низкий столик из черного дерева. Между ними легла та самая пропасть в десять лет, заполненная трупами, законами и несказанными словами.
— Чего ты хочешь? — перешла сразу к делу Гермиона. Формальности утомляли ее сильнее физической боли. — Полный судебный иммунитет? Возвращение части земель? Ключи от хранилища Гринготтса?
— Я хочу, чтобы ты прекратила копать, — ответил Драко.
Гермиона замерла. Этого она ожидала меньше всего.
— Что прости?
— Ты разворошила муравейник, Грейнджер, — он подался вперед. Лунный свет упал на его лицо, обнажая тонкий белый шрам, пересекающий правую бровь — сувенир, которого не было в школе. — Твоя комиссия честности — это бульдозер. Ты сносишь старые связи, арестовываешь мелких клерков, выплачиваешь крошечные компенсации. Думаешь, строишь справедливость? Нет. Ты создаешь вакуум власти.
— Власть должна принадлежать закону, а не тайным обществам!
— Закон пишут люди, Гермиона. А люди слабы. Те, кого ты снимаешь с должностей — шестеренки. Да, они брали взятки, пытали подозреваемых и переписывали завещания. Но они делали это по правилам старой системы. Система была отвратительна, но она работала. Она сдерживала хаос. Теперь ты вытаскиваешь камни из фундамента. Здание рухнет. И на руинах будут плясать не такие, как ты. На руинах будут править те, кто не боится испачкать руки кровью без суда и следствия. Радикалы. Те, кто считает войну десятилетней давности лишь разминкой.
— Это угроза? — ее пальцы сжались на подлокотнике кресла.
— Это констатация факта, — он смотрел на нее не мигая. — Есть вещи хуже коррупции, Грейнджер. Например, гражданская война. Мой отец был мерзавцем. Мерзавцем высшего сорта. Но он умел вести переговоры с кентаврами, гоблинами и вампирами, когда Министерству припирало задницу. Он удерживал границы. Сейчас границы трещат по швам. Маглы начали замечать аномалии. Вспомни Бирмингемский инцидент в прошлом месяце. Пятнадцать тысяч человек видели, как собор парил в воздухе. Ваш отдел связей с маглами едва замял дело. Еще одна такая ошибка — и начнется охота на ведьм в прямом смысле слова. Только жечь будут уже нас всех. И чистых, и не очень.
Гермиона слушала его, чувствуя, как холодный пот стекает по позвоночнику. Все, что он говорил, имело смысл. Уродливый, циничный, слизеринский, но железный смысл. Она строила идеальный правовой механизм, забывая, что магический мир держится не на букве закона, а на балансе страха и традиций.
— Чего ты хочешь взамен за молчание? — повторила она вопрос, меняя тактику.
— Я ничего не прошу для себя, — Драко откинулся на спинку стула. — Я мертв для этого мира, и мне комфортно в этой могиле. Я прошу для них. Оставь в покое старую гвардию. Тех, кто ушел на пенсию. Забудь про мелкие хищения Амбридж. Дай им дожить свои дни в их поместьях. Взамен я дам тебе имена настоящих врагов. Тех, кто финансировал контрабанду запрещенных артефактов в Восточную Европу последние пять лет. Тех, кто стоит за похищениями сквибов для черных аукционов. Это уровень выше, чем твой текущий раскоп. Уровень, где твоя чистая логика пасует перед древней магией крови.
— Почему я должна верить слову бывшего Пожирателя смерти? — горько усмехнулась она. — Особенно учитывая твою блестящую биографию.
— Потому что моя мать живет в Мандино под чужим именем, — его голос впервые дрогнул, став тише. — И если ты продолжишь трясти яблоню Министерства, рано или поздно яблоко упадет так далеко, что докатится до нее. Кингсли благороден, но его подчиненные продажны. Кто-нибудь продаст маршрут ее прогулок за горсть галлеонов. Старые долги нужно отдавать, Грейнджер. А долг Нарциссы перед вами неоплатен. Моя безопасность — это цена ее спокойствия. А информация, которую я даю — это мой способ быть полезным новому режиму. Признай, звучит убедительнее, чем мольбы о прощении.
Он блефовал? Возможно. Но риск был слишком велик. Если он прав, и ее расследование спровоцирует переворот…
— Условия, — жестко сказала она. — Первое: ты сдаешь мне контакты связных. Второе: ты проходишь проверку сывороткой правды в присутствии Поттера. Третье: никаких контактов с прессой. Четвертое: ты носишь ограничитель магии первого уровня в течение пяти лет. Жить будешь в предоставленном Министерством безопасном доме.
Драко выслушал ее с легкой полуулыбкой.
— Ограничитель исключается. Моя ценность в моем уме и доступе к библиотекам закрытых родов. Без палочки я бесполезен.
— Тогда браслет слежения. Постоянный.
— Согласен. И условие пятое, личное, — он подался вперед, вторгаясь в ее личное пространство. Серые глаза оказались совсем близко. — Ты прекращаешь работать по двадцать часов в сутки. Я просмотрел твои медицинские карты. Ты истощена магически. Еще полгода такого графика, и твоя искра погаснет. Ты возьмешь двухнедельный отпуск. Прямо сейчас. И проведешь его вне стен Министерства. Я прослежу за этим в качестве своего первого акта сотрудничества.
Гермиона смотрела на него широко раскрытыми глазами. Наглость этого требования граничила с безумием. Он диктует главе департамента, как ей распоряжаться своим временем?
— Ты переходишь границы, Малфой.
— Я устанавливаю правила сделки, — поправил он. — Ты хотела справедливости? Справедливость требует функционирующего инструмента. Этим инструментом являешься ты. Инструмент нужно беречь. Так гласит инструкция по эксплуатации сложных механизмов.
Она смотрела на его бледные губы, чеканящие слова, на шрам у брови, на то, как нервно подрагивает жилка на его шее. Война закончилась, но битва за будущее только начиналась. И заключать союз с дьяволом, вооруженным знанием законов, было самым опасным предприятием в ее жизни.
— Хорошо, — выдохнула она. — Но если ты выкинешь хоть один фокус…
— Я читал ту же книгу по этикету, что и ты, Грейнджер, — прервал он ее. — Угрозы — признак дурного тона. Предлагаю скрепить договор. Не рукопожатием, разумеется. Это пошло. Давай просто выпьем того ужасного чая, что остыл у тебя на столе. Ровно в полночь.
Он встал и направился к лестнице, давая понять, что аудиенция окончена.
— Ах да, — обернулся он на предпоследней ступеньке. — Доброй ночи, Гермиона. И поздравляю с годовщиной. Ровно десять лет, как пепел осел. Самое время сажать новые деревья. Только убедись, что корни не сгнили.
Дверь наверху захлопнулась с мягким стуком. Гермиона осталась сидеть в темноте лавки. Она выиграла раунд, получив источник информации. Но, глядя на собственные дрожащие руки, она понимала: Драко Малфой не сдался. Он просто сменил поле боя. И теперь он играл на ее территории, зная правила лучше, чем она сама.
Глава 2. Я буду действовать наоборот
Двухнедельный отпуск, навязанный Малфоем, превратился в изощренную пытку. Гермиона Грейнджер не умела отдыхать. Для человека, чья нервная система последние десять лет работала на чистом адреналине и черном кофе, отсутствие угрозы национальной безопасности вызывало физическую ломку.
Она стояла у панорамного окна своей квартиры в магловском районе Паддингтон. Министерство оплатило этот пентхаус как «объект безопасного проживания ключевого сотрудника». Безопасность здесь заключалась в чугунных решетках, замаскированных под современные жалюзи, и портключах в каждом углу комнаты. Но вид отсюда открывался потрясающий: огни Лондона текли внизу рекой расплавленного золота.
Было три часа ночи. Сон снова не пришел. Вместо него пришли воспоминания, которые она так старательно утрамбовывала в архивы своего сознания.
Трагедия войны никогда не была для Гермионы громкой. Она не кричала от боли под Круциатусом Беллатрисы — тогда просто закончились слезы. Ее личная трагедия всегда звучала шепотом. Шорохом пергамента, на котором выцветают чернила старых клятв. Тиканьем часов в пустой спальне Рональда Уизли, когда он оставался у нее лишь до полуночи, потому что утром ему нужно было ловить контрабандистов, а ей — спасать мир с помощью запятых в законопроектах.
Рон. Он был константой. Теплым, надежным, пахнущим порохом и вересковым медом. Он любил ее той любовью, которая описывается в детских сказках — преданно, всепрощающе, глядя снизу вверх. Он приносил ей булочки по утрам и чинил ее разбитые очки заклинанием Occulus Reparo, хотя сам порой путал Левиосацию с Инсендио.
Но любовь Рона была похожа на шерстяной плед. А душа Гермионы давно замерзла настолько, что требовала ледяного ветра, чтобы хоть что-то почувствовать.
Ее пальцы сами собой коснулись шеи. Там, под воротником строгой блузки, скрывался тонкий серебряный медальон. Внутри него была спрятана крошечная ампула с ядом василиска — подарок от Гарри, «на всякий случай». Гермиона иногда ловила себя на мысли, что трется пальцем о холодный металл не из соображений безопасности, а ради физического ощущения холода. Чтобы напомнить себе, что она все еще способна чувствовать.
В кармане мантии, брошенной на кресло, тихо звякнул сквозной зеркальный коммуникатор. Не зеркало связи, которое они использовали с Гарри, а официальный министерский патронус-канал. Сообщение вспыхнуло зеленоватым светом прямо в воздухе:
«Грейнджер. Отчет аналитиков по твоему запросу готов. И тебе стоит это увидеть. Приходи в архив уровня Минус Девять. Пропуск я оформил. Р.У.»
Уровень Минус Девять. Сектор конфискованных темных артефактов. Место, куда даже авроры спускаются только в сопровождении ликвидаторов проклятий.
Гермиона вздохнула. Отпуск отменялся окончательно. Натянув первое попавшееся платье-тренч, она трансгрессировала, нарушив сразу три пункта инструкций по собственной безопасности.
Сектор Минус Девять Министерства магии напоминал внутренности гигантского склепа. Воздух здесь был густым, тяжелым от консервирующих чар и запаха старой крови. Стены покрывала серебристая изморозь — побочный эффект работы тысячи анти-аппарационных щитов.
Рон ждал ее у входа в главный зал. В руках он держал не папку с отчетом, а тяжелый хрустальный ларец, внутри которого пульсировал тусклый свет.
— Я соврал про отчет, — глухо сказал он, когда она подошла ближе. Его голос эхом отразился от сводов. — Мне нужно было вытащить тебя из твоей стеклянной клетки. Ты выглядишь ужасно. Кожа прозрачная.
— Это называется аристократическая бледность, Рон, — попыталась пошутить она, но губы плохо слушались. Холод подземелья пробирал до костей. — Что происходит? Почему мы в хранилище?
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.