Хорошая иномирянка, плохая иномирянка

Глава 19. Истинная суть

Юлия Кейран

Чужие эмоции накладывались на мои собственные и давили. Давили нещадно, так, что я закричала, не обращая внимания на двух мужчин, странно смотревших на меня. Ощущения были такие, словно внутри моей головы кто-то метался, долбился о стенки черепной коробки, будто бы обезумел. Я чувствовала чужую боль, неверие, страх и надежду. Но у меня были и свои эмоции!

Во-первых, я не хотела умирать. Быть может, это эгоистично, но чёрт побери! С какой стати я должна брать на себя чужую вину и претерпевать последствия чужих ошибок? Бабушка умирать не захотела, а она принадлежала этому миру. Я же здесь чужая и чего уж точно не хочу, так это умирать, так и не пожив и не узнав того, какой могу стать и что этот мир может мне дать, если я протяну руку сквозь все неприятности и приму его дары.

Во-вторых, чувства Юджинии не были моими. Моё подсознанье отвергало её любовь к Вальдемару. Её чувства били по мне, пробивались, я прекрасно осознавала, как она любит его и как хочет быть рядом с ним, но… с её воспоминаниями о любви бились мои собственные. И, как ни странно, это было то, что я испытываю к Дамьену.

Казалось бы, в самое не подходящее для этого время я, наконец, призналась самой себе в том, что Дамьен действительно никогда не принуждал меня ни к чему и не делал со мной ничего такого, чего бы я сама ему не позволяла. На деле это я создала себе проблемы: меня разозлила властность драконов в начале нашего знакомства, я восприняла всё в штыки и поставила себя в положение несчастной жертвы. И играла роль, в какой-то момент поверив в то, что я такая несчастная и всеми ведомая, хотя на деле… Если бы в какой-то момент я попыталась действительно посмотреть на ситуацию с другой стороны, не подчиняться всем со вселенской обречённостью, а попытаться по-настоящему понять драконов, то не вызвала бы в свою сторону такого настроя Дамьена, Клемайни и Даниэля.

И я отвергала свою суть. Отказывалась признать саму себя. А ребята… пытались мне помочь. По-драконьи, как умели. Шли напролом через моё упрямство. Почему я только сейчас, испугавшись до невозможности, поняла это? Наверное, потому что дракон. И вела себя, в общем-то, как дракон, так как с истинно драконьим упрямством цеплялась за то, что я человек и совсем не похожа на этих плохих принуждающих меня к чему-то созданий. Даниэль с драконьим упрямством пытался заставить меня принять ту, кем я, в общем-то, и являлась на самом деле – драконицу из рода Кейран. Клемайни терпела моё нытьё. А Дамьен… его тянуло ко мне, как к своей самке. А меня тянуло к нему, как к своему самцу. И то, что было между нами, та безудержная страсть, тот секс – это было правильно. Принц знал, что это правильно, и пытался то же доказать мне. А на балу, к тому же, продемонстрировал, что вовсе мной не игрался и намеревается жениться, как на той, кто принадлежит ему. И лишь я боялась себя, лишь я загоняла себя в рамки, лишь я пыталась запереть свои истинные чувства, хотя в глубине души, да, чёрт, да, я правда хотела принадлежать ему! Потому что он мой, мой, мой, мой, мой!!!

Я зашипела. А чувства Юджинии… я их больше не ощущала. Кажется, сила моих собственных перебила их и заставила драконицу забиться, скрыться, предоставить тело его истинной обладательнице.

– Я не хочу умирать, – прошипела я, поднимая глаза на замерших мужчин. Кстати, на Презире жители гораздо сообразительнее землян. К драконице в безумии даже взрослые дракон и морской змей не рискнули лезть. – И не буду жертвовать собой. И на Землю, спасая всех и вся, не отправлюсь. Вы, магистр Ротремус, клялись, что не навредите мне и не дадите сделать этого другим. А я поклялась не раскрывать ваших секретов. И стоило вам попросить, как я с вами на следующий день сорвалась в это жуткое место и помогла разузнать, кто нам угрожает. Но победить его моей смертью – ни за что! И чтобы у вас даже соблазна не было пожертвовать и мной, и собой, так как у вас клятва, и Калиром, который умрёт, обрисую картинку: судя по рассказу Калира, наша смерть только вновь запрёт Вальдемара Лориканна в его древней темнице. И? Пройдёт год, два, сто, может быть, даже тысяча, но кто-нибудь неминуемо вновь найдёт его и освободит. Вновь кто-то пожертвует собой. И так по кругу. Неужели это спасение для мира? Кто-то давным-давно вот так вот его запер. Так не лучше ли разузнать кто, почему и попытаться найти способ победить по-настоящему? Без тупых жертв. Люди всё равно погибнут в обоих случаях, причём трудно сказать, в каком случае больше. Так не лучше ли дать шанс побороться за жизнь? Я вот… я вот только поняла, что очень-очень жить хочу. А ещё я, кажется, люблю кое-кого…

Мне всегда говорили, что я слишком много говорю и не даю никому слова вставить. Сейчас, на эмоциях, я сказала много, вывалила сразу все свои мысли, шипя и покусывая выступившими клыками губу. Пожалуй, умей я так на Земле, меня бы тоже не перебивали. А, сказав всё, что хотела, разрыдалась. Потому что страшно. Никогда и представить не могла, что окажусь в такой беде. Читала про героинь романов, мечтала оказаться на их месте и любить, как они, и вот… домечталась. Единственная проблема в том, что, читая роман, всегда была уверена в том, что в конце главные герои одержат победу, поженятся и у них будет куча детишек. А что реальность? Тут нельзя быть уверенной ни в чём.

– Юлия, вам нужно поспать, – рука Иолая легла мне на плечо и ободряюще сжала. – У нас ещё есть время. Мы найдём выход, а сейчас – сон.

Сон… Да, мне определённо нужен сон. Без сновидений.

***

Не помню, когда в последний раз так хорошо спала, но проснулась я полная сил, и мне уже не казалось, что мир вот-вот рухнет мне на плечи и раздавит к чертям собачьим. Меня не беспокоила Юджиния, присутствия которой я не ощущала с момента своей эмоциональной вспышки, не беспокоили кошмарные сны. Ощущение мира и жизни было такое, что хоть прямо сейчас выпрыгивай в окно, обращайся в драконицу и рассекай крыльями воздух.

Правда, пустой желудок, напомнивший о себе, всё же чуть поубавил мой пыл и напомнил, что мы в Тёмных Лесах, где-то тут спит мёртвый дракон, отчего-то не любящий других драконов и имеющий непонятные цели, а потому силами в его непосредственной близости лучше не отсвечивать, да и взлететь я тут не смогу: сразу же навернусь. Но в это утро всё казалось каким-то более простым, чем, наверное, было на самом деле. Думалось хорошо, и я поняла, что у меня есть Юджиния, зависимая от меня, так как в моём теле, которая, что-то мне подсказывает, может дать ответы на абсолютно все вопросы касательно Вальдемара Лориканна. И я обязательно спрошу её, и мы найдём выход. Всенепременно. Но потом. Потому что сейчас хочу к Дамьену!

Я ведь не видела его с того момента, как сбежала с нашей помолвки. Он, наверное, ужасно злится. Интересно, он вернулся в Академию или остался в Дарнее? Мне нужно его видеть. Хочу с ним поговорить. Очень.

Со второго этажа, где находились спальни, спускалась в прекрасном расположении духа. Едва ли не пела. Столовую нашла по запаху еды. Яичница с беконом, тосты, клубничное варенье и чай. Отлично!

– Вижу, сон определённо пошёл вам на пользу, – по-доброму поддел Иолай. – Я, конечно, предполагал, что для того, чтобы вы перестали ходить, как морской змей, которого только что хорошенько дракон задел, вам нужно какое-нибудь потрясение, но чтобы угроза жизни… Юлия, вы действительно настоящая драконица.

Да? Прекрасно. Я с улыбочкой намазала варенье на тост и поглотила его в два укуса.

– Калир, вы упоминали портал, ведущий прямиком в Дарнею, – сказала я, на удивление быстро расправившись с завтраком. – Я бы хотела воспользоваться им.

– Что, прямо сейчас? А как же… – удивился морской змей.

Ничего не знаю! Мне нужно поговорить с Дамьеном, и пусть весь мир подождёт.

Иолай оказался догадливей. Всё же дракон дракона поймёт с полуслова. Ой, да я за ночь словно другим человеком стала! Ну и пусть, мне это нравится. Чувствовать себя такой… свободной.

– Проводите её к порталу. У девочки каникулы, пусть отдыхает, – разрешил декан. Вот как однако… Сначала тащил меня сюда, как будто нас волки гнали, а сейчас готов отпустить на все четыре стороны, а мир как-нибудь подождёт своего спасения. Всё же мне ещё очень многое предстоит узнать о драконах.

К порталу меня проводили. Темница дракона оказалась прямо под особняком, построенном, как я понимаю, Калиром Серпейном, и вела в неё дверь в подвал. Всё время пути по мрачным старинным коридорам у меня кололо в висках, то сильнее, то слабее. Но я терпела, сжав зубы, и думала о Дамьене. О том, к кому тянулись моё сердце и душа с самой первой нашей встречи.

– Это здесь, – Калир завёл меня в тупиковый поворот коридора. Только вот в тупике была не совсем стена. Вместо земли или камня там была переливчатая, водянистая субстанция красно-оранжевого цвета. Словно пламя. Портал в страну драконов.

– Спасибо, – кивнула и, не дав ему и слова вставить, шагнула в стену.

***

Я уже говорила, что своих желаний нужно бояться? Я хотела встретиться с Дамьеном и встретилась. В ближайшее время, потому что древний портал, зараза такая, работал совсем не так, как академический, и меня просто выкинуло, и я повалилась на кого-то тёпленького, одетого во что-то бархатное и приятное на ощупь. Этот кто-то и смягчил моё смачное падение, а потом резко, видимо, инстинктивно, опрокинул так, что я теперь валялась на полу, а он нависал надо мной. И, мать честная, это был Дамьен! Ой-с!

– Юля? – таким удивлённым я его, пожалуй, ещё ни разу не видела. Эмоции на его лице сменялись мгновенно: вот он был в ярости из-за нарушителя своего спокойствия, вот удивился, узнав, кто именно его нарушил, а вот уже глядел на меня с такой нежностью, что у меня всё внутри затрепетало. Теперь одна его рука, на которую он опирался, находилась прямо у меня над головой, а пальцы слегка касались волос на макушке, а другая легла на живот и ласково погладила. А на мне ещё, как специально, рубашка задралась(верхнюю одежду я благополучно забыла у Калира), и его кожа напрямую касалась моей. Блаженство чистой воды.

– Дамьен, быть может, вы с юной леди поднимитесь и соизволите объясниться? – раздался смутно знакомый строгий мужской голос где-то позади нас. Дамьен скривился, но поднялся и галантно подал мне руку. Я поспешно поднялась и оправила рубашку: и перед кем мне посчастливилось так упасть и поваляться?

Я осмотрелась. Помещение оказалось столовой. Огромной столовой. Золотистые стены с едва заметным узором, белоснежные колонны, поддерживающие высокий потолок и испещрённые золотыми нитями, вместо одной из стен – панорамное окно, открывающее превосходный вид на сад, по бокам от которого виднеются длинные стены и высокие башни. Мамочки, да я прямиком в королевский дворец грохнулась!

Дамьен, тем временем, притянул меня к себе, обняв за талию:

– Всенепременно, отец. Это леди Юлия Кейран, моя очаровательная невеста.

Мы стояли прямо перед длинным прямоугольным столом, за которым сидели только члены королевской семьи: король, королева и Клем, прикрывавшая рот салфеткой(наверняка, смеялась). Интересно, Дамьен сейчас издевался? «Леди» в походных брючках и рубашке, совсем не грациозно плюхнувшаяся на принца, очаровательная… невеста. Всё ещё невеста. Только вот сейчас это слово не придуманное отвращение, а дрожь вызвало.

– Юля, позволь представить тебе моих родителей: короля Данорана Первого и королеву Рилиан, – невозмутимо продолжил принц. Его ситуация не смущала, как будто он так и планировал сегодня познакомить невесту с родителями.

– Польщена, – кое-как выдавила из себя, хотя очень хотелось уткнуться Дамьену лицом в грудь и не высовываться.

– А уж мы-то как, – хмыкнул Его Величество Даноран Первый. Только не говорите, что принц характером в папеньку пошёл, пожалуйста. – Что ж, Юлия, присаживайтесь.

О том, что, вообще-то, завтракала, сказать не рискнула.

Как ни странно, завтрак проходил спокойно, королевская чета вела непринуждённую, вполне обычную беседу, и никто даже не пытался помянуть мне мой побег. И о моей телепортации сюда тоже не спрашивали. Зато спросили о другом.

– Юлия, когда бы вы с Дамьеном хотели пожениться? Я понимаю, что вы довольно молоды, но всё же со свадьбой лучше не затягивать, – вполне дружелюбно обратилась ко мне королева Рилиан.

А я чуть соком не подавилась. Дамьен, сидевший рядом, ободряюще сжал мою руку под столом.

– Мама, вы не успели познакомиться, а ты уже о свадьбе, – шутливо упрекнул он с ласковой улыбкой. – Юлия – неопытная драконица, только вошедшая в силу. Дай ей время.

– Время-то мы вам дадим, но как знать, не улетит ли куда твоя красавица так, что не догонишь, – вмешался король Даноран. – Потому что развивается она так же быстро, как бегает.

Стоп, изменение моего магического фона тоже все заметили и нисколько ему не удивлены? Так, значит, Иолай мне всё же привирал? Или его тогда удивило именно то, что я резко повысила свой уровень сил с приобретением новых способностей?

– Не улетит, – уверенно заявил Дамьен. – Всё равно догоню.

Клемайни хихикнула. Король покачал головой, а королева Рилиан бросила взгляд на наши сплетённые под столом руки.

***

Меня переодели. Невесте принца в королевском дворце ходить в потрёпанных брюках и рубашке не полагалось. На смену им пришло платье, такое чисто драконье, которое, как по мне, было куда менее приличным, чем мои брючки с рубашечкой. Длиной до пола, вызывающего красного цвета, без рукавов, на широких лямках, с мягким кожаным наружным корсетом. Красивое, конечно, но как же всё-таки долго мне придётся привыкать носить такое! Волосы почти не трогали: заплели ободок, оставив большую часть распущенными.

Когда я вышла из гардеробной Дамьена, где меня приводили в порядок, в его спальню, то замерла. И он замер. Слуги ушли через другую дверь в гардеробной, и мы остались наедине. Нам обоим было что друг другу сказать, но оба не знали, с чего начать. Одно я чётко понимала: похоже, драконы явственно ощутили изменения во мне. И Иолай, и Дамьен.

– Эм… – что ж, начнём с чего попроще. – Почему никто не отчитывает меня за побег с зимнего бала? И не удивлён моей телепортации? И не смущён тем, что я вдруг резко стала сильнее?

Дамьен вдруг сорвался с места, и в следующее мгновение я уже лежала на широкой такой королевской постели, застеленной золотым, наверняка тяжёлым покрывалом, а он нависал надо мной, сжимая мои запястья над головой.

Так, я, конечно, теперь готова признать, что не прочь поговорить в горизонтальном положении, но для начала нам надо нормально поговорить! То есть, чтобы изо рта осмысленные слова, а не стоны вылетали.

– Значит, что глупость совершила, понимаешь, – прошипел дракон, склонившись к моей шее и прикусив кожу. – И ждёшь наказания. А когда его нет, ещё и удивляешься. Как же твоя свобода, Юленька?

Ой-ой! Юленькой он меня ещё не называл. Значит, всё-таки злиться, но при родителях сдерживался.

– Но, так и быть, отвечу. У тебя случился серьёзный эмоциональный всплеск пару дней назад. Драконы в своих сильных эмоциях непредсказуемы, и мы… всякое ожидали. От твоей случайной гибели до… того, что случилось с тобой. Никто, кроме самих драконов, об этом не знает, но, крайне редко, почти никогда, но всё же бывает, что слишком сильные эмоции вызывают резкий скачок сил. Отсюда и твоё умение создавать порталы, и изменённый магический фон.

Ф-ф-ф-у-у-у-х-х-х! Как хорошо, что они сами нашли себе объяснения произошедшему со мной и мне не придётся рассказывать о том, что со мной такой редкости не случилось, а случилась искусственная магическая подпитка мёртвым драконом. И о моём путешествии в Тёмные Леса им лучше не знать. Пока.

– Ты ужасно меня напугала, – Дамьен убрал одну руку с моих запястий и мягко погладил по щеке. А потом наклонился и коснулся тёплыми губами лба. Такие нежные ласки были так непривычны и вместе с тем так приятны, что я… я… я таяла. И возбуждалась.

– Прости, – с лёгкостью высвободила руку из его ослабевшей хватки и также трепетно коснулась его щеки. Погладила. После этого мы оба не выдержали и поддались своим инстинктам, тянущим двух влюблённых самца и самку друг к другу.

Я зарылась пальцами ему в волосы и резко притянула к себе для поцелуя. Целовала властно, жадно, при этом одно рукой поглаживала его затылок.

– Ты ведь наконец приняла свою суть, да? – прошептал принц, когда я всё же разорвала поцелуй.

Вместо ответа потянулась к пуговицам на его рубашке. Пуговички, как назло, были мелкими и не хотели быстро расстёгиваться. А я хотела коснуться груди моего дракона и просто разорвала рубашку, заставив эти дурацкие пуговички разлететься в сторону. С наслаждение провела ладонями по его кубикам пресса.

– Я без тебя с ума сходил… – выдохнул он, и, видимо решив, что хватит с меня доминирования на сегодня, резко взял всё в свои руки.