Жемчужины бесед
- -
- 100%
- +
Услышав их речи, Бикрамаджат сообразил, что это и есть ключ к вратам его надежд. Он возжелал овладеть чудесными вещами и стал поджидать удобного случая, а сам сказал братьям:
– Решить ваш спор – сложное дело. Но раз уж вы посвятили меня в вашу тайну, доверили мне ваш секрет, то вам следует принять все мои советы и не отклоняться от них.
Они согласились, и раджа приказал им принести четыре вещи. Потом он положил на чоуган два мяча, забросил их далеко и сказал:
– Тот, кто раньше принесет эти мячи, получит право выбора в разделе наследства.
Те сломя голову побежали за мячами, а Бикрамаджат, видя, что ристалище пусто, не стал терять времени, тотчас взнуздал деревянного коня, именуемого башмаками, прихватил другие три вещи, направился прямо в Мадинат ас-Сафл и мигом оказался там. А двое глупых братьев из-за своих споров и раздоров лишились четырех волшебных предметов и стали читать скрижали отчаяния.
Когда Бикрамаджат прибыл ко дворцу царя, то увидел дворец, прекрасней Хаварнака,[408] зрелище, великолепней Садира.[409] Увидел он также сына своего везира, который сидел на коленях перед дворцом. Сын везира поклонился Бикрамаджату, а тот, пораженный, спросил, как он оказался в этих краях. Сын везира изложил свою историю в таких выражениях:
– Я, твой покорный раб, прибыл в эти края из-за дочери здешнего царя, претерпев много опасностей. Однако царевна наслышалась о твоей славе и подвигах, о твоих громких делах и доблести, она дни и ночи мечтает о том, чтобы увидеть раджу, жаждет поцеловать прах у твоих ног. Она твердо решила сердцем, что ее супругом будет только Бикрамаджат, что своим властелином признает только моего господина. Она так много наслышалась о верности раджи, что сотней сердец избрала уделом любовь к нему. Только к тебе и ни к кому другому стремится ее сердце, только к тебе она привязана душой. Когда я узнал о ее любви к тебе, когда услышал ее историю, то отринул от себя тщетные надежды и счел Наз-бадан своей сестрой и госпожой, я твердо запомнил и запечатлел в памяти содержание этих стихов:
Если она достойна моего раджи,То для меня она – владычица и сестра.Сын везира произносил такие речи, чтобы войти в доверие к радже, но в душе от любви к царевне он сверлил жемчужины слез алмазами ресниц. А Бикрамаджат убедился, что город еще краше, чем ему описал попугай.
Меж тем Наз-бадан сообщили о том, что прибыл Бикрамаджат. К нему без промедления явились слуги и служанки и с великим почетом и уважением провели внутрь дворца. С него сняли одежду путника, доспехи и оружие, облачили в роскошные шелка, царские одежды. Бикрамаджат принимал за Наз-бадан каждую обольстительную красотку, которую встречал там – а в каждом уголке дворца находил он сотни девушек, которые были прекраснее его жены, так что убедился в правдивости слов попугая. Наконец он явился пред Наз-бадан и увидел красавицу, равной которой не было под небосводом, увидел кумир, подобного которому не было в кумирне небес.
Она сожгла мир, словно лучезарное солнце,Стан ее тонок, груди полны свежести.Что сказать о том, каково ее мускусное благоухание?Нет, это не мускус, это запах пролитой крови!Наз-бадан с поклоном и радостью вышла навстречу радже, усадила его на трон с великим почетом, а сама, словно служанка, стала перед ним. Бикрамаджат не притрагивался к ней до сочетания законным браком, соблюдал законы религии, избегая недостойного поведения. Весть о прибытии раджи дошла до отца девушки. Он обрадовался, возликовал и приказал украсить залы и вознести шатры до самых небес. Соблюли все обычаи пиршеств и законы празднеств, правила царского приема и свадебного обряда. Раджу осыпали похвалами и драгоценностями. Вызвали мудрецов, мобедов,[410] брахманов и знатоков заключения брачного соглашения, чтобы они сочетали их супружеским союзом по закону религии и правилам веры, так что подол целомудрия Наз-бадан привязали к вороту счастья Бикрамаджата, шаха и новобрачную усадили на трон супружества и кресло женитьбы. В ту же ночь муж и жена соединились, словно душа и тело, и удовлетворили желание сердец, как ты догадываешься, они играли в нарды наслаждения на перине покоя и непрестанно скакали на коне единения по ристалищу радости.
Прошло некоторое время в таком благоденствии. Бикрамаджат меж тем ни на миг не расставался со своими четырьмя волшебными вещами, не оставлял их нигде. И вот однажды названые сестры Наз-бадан стали упрекать ее и укорять:
– Воистину, твой муж – не раджа Бикрамаджат. Если бы это было так, зачем бы ему постоянно таскать с собой то, что является богатством для бедных и имуществом для несчастных? Почему он ни на миг не расстается с этим хламом? Ведь это не подобает царям и властителям. Зачем тому, кто достоин облачиться в семицветный кафтан небосвода, понадобилось рубище нищего? Что проку стану, привычному к усыпанной каменьями перевязи, от сумы попрошайки? К чему деревянный меч бедняка руке, которой подобает держать меч солнца? Зачем ноге, которая готова попрать врагов, деревянные башмаки йогов?
Наз-бадан пожаловалась Бикрамаджату на упреки своих названых сестер. А раджа только рассмеялся и поведал об особенностях трех вещей, умолчав о деревянных башмаках. Царевна рассказала обо всем своим названым сестрам. А те решили обманным путем завладеть волшебными вещами, стали выжидать удобного случая и, наконец, похитили их. Бикрамаджат, узнав об этом, не сказал никому ни слова, пропажа осталась скрытой. А названые сестры говорили друг другу:
– Покуда Бикрамаджат не покинет нашу страну, мы не сможем воспользоваться его волшебными вещами.
И они подкупили лекаря, чтобы тот объявил Наз-бадан серьезно больной, а для излечения ее назначил мужу принести на голове из дальнего озера семьсот кувшинов воды и облить этой водой Наз-бадан. Они были уверены, что раджа не справится и сбежит.
И вот Бикрамаджат стал таскать воду, как ему указал лекарь. Однажды ночью, когда золотой кувшин солнца опустился в родник запада, когда серебряное ведро луны показалось из колодца востока, Бикрамаджат подумал, что все его злоключения из-за козней названых сестер Наз-бадан, замысливших изгнать его из страны. И тогда он обулся в волшебные башмаки и отправился к роднику, где резвились обезьяны. Он принес оттуда два кувшина воды и вылил один кувшин на Наз-бадан – она тотчас лишилась человеческого облика, превратилась в обезьяну. Служанки и названые сестры пришли в сильное волнение и стали скрывать превращение царевны от людей, опасаясь, что об этом прослышит царь Пифагор и тогда мир станет для них горьким. Наконец наперсницы догадались, в чем тут дело, принесли и бросили к ногам раджи его волшебные вещи и попросили у него прощения.
Когда Бикрамаджат добился цели, он вылил на обезьяну второй кувшин, и Наз-бадан вновь обрела человеческое обличье, убедилась в измене и недоброжелательстве наперсниц и устыдила их.
Бикрамаджат решил вернуться в свою страну. Он попросил разрешения у царя Пифагора, и тот согласился отпустить его. Тогда раджа взял в объятия Наз-бадан, обулся в деревянные башмаки и направился в путь.
А сын везира во время своих странствий научился перевоплощаться, он оборотился мухой, сел на спину Бикрамаджата и вместе с ними прибыл к обезьяньему роднику. Раджа решил отдохнуть там. Прошло некоторое время, и пришли юноши-братья. Они, как и раньше, нырнули в воду, обернулись обезьянами, полезли на дерево и стали рвать там плоды. Потом нырнули в другой водоем и снова стали людьми. Они собирались вернуться восвояси, когда к ним подошел Бикрамаджат и приветствовал их. Потом он положил перед ними четыре волшебные вещи и молвил:
– Эти редкостные вещи – ваши. Я похитил их у вас и стал насильником и вором. Но я поступил так из-за крайней нужды. Не обессудьте, простите мне сей грех.
Юноши, увидев со стороны Бикрамаджата благородство и чистоту помыслов, удивились и поразились, обрадовались и сказали:
– Ты оказал нам большую милость, так как, едва ты забрал у нас эти вещи, мы перестали враждовать. Мы дарим тебе их, мы не бедны и ни в чем не нуждаемся. Ведь мы тем временем изучили многие науки, овладели сокровищами знаний, каждое из которых намного ценнее этих вещей. Среди того, что мы познали, есть и искусство переселения душ, то есть переход из своего облика в облик мертвого животного.
Бикрамаджат научился у них этой премудрости, сын везира также перенял ее. Бикрамаджат уселся под деревом отдохнуть, тут сын везира из мухи вернулся в свое человечье обличье и поклонился Бикрамаджату. Раджа удивился, а тот объяснил ему:
– Некий джинн стал моим названым братом. Он отвез меня в подземное царство, а затем вновь вернул сюда. И вот я, слава Аллаху, служил радже в подземном царстве, а теперь буду служить ему здесь.
Затем Бикрамаджат и сын везира пешком отправились на охоту, стали стрелять и бить дичь. И тут коварный сын везира сказал:
– Под счастливой звездой раджи я выучился у своего названого брата искусству превращаться в муху.
– Это дело нетрудное, – отвечал Бикрамаджат. – Да только какая польза человеку превратиться в муху? Чему можно научиться, будучи мухой? Я же могу перевести душу из одного тела в другое.
Сын везира поклонился до земли и стал умолять:
– Если раджа явит милость и великодушие сыну своего раба и научит его этому искусству, это будет величайшей благосклонностью!
Бикрамаджат сначала велел сыну везира обернуться мухой, и тот повиновался. Муха немного покружилась, а потом снова стала человеком. Раджа похвалил сына везира и, поскольку он не ведал о его коварных замыслах, оставил свое тело и переселился душой в газель, которую они только что подстрелили, и газель тотчас поскакала. А поскольку сын везира был сведущ в этих науках, то он тотчас освободил тело от своей мерзкой души, вошел в тело раджи и стал преследовать животное. Бедная газель в отчаянии бежала от него и скрылась в степи. А сын везира, превратившийся в раджу, бросил преследовать газель, взял Наз-бадан и вернулся с ней в свой дворец. Собрались везиры, надимы, придворные, слуги, подданные со всех концов страны, и все они лобызали прах у ног того мерзавца. В городе воцарились веселье и радость, ликование и торжество.
Но когда лжераджа вознамерился своей нечистой рукой осквернить полу целомудрия Наз-бадан, овладеть ею на правах супруга, то умная, проницательная и прозорливая жена заподозрила что-то неладное: в его неуклюжем обращении, в его повадках и ухватках она не узнавала благородства и доблести Бикрамаджата, обладавшего совершенством разума, наделенного познаниями в тайнах неба и деяниях небосвода. Она прервала общение с ним, подобрала полу единения и вскричала:
– Ты чужой, нет в тебе подлинной сущности Бикрамаджата! Если ты вздумаешь добиться своего насильно, то я в тот же миг лишу себя жизни. Обожди, оставь меня, покуда у меня не ослабеет отвращение к тебе, покуда я не привыкну к тебе.
Коварный сын везира, опасаясь, что Наз-бадан покончит с собой, что его тайна раскроется, удовлетворился тем, что виделся с Наз-бадан и разговаривал с ней. Он приходил к ней каждый день, заискивал перед ней, льстил ей, смотрел на нее издали и возвращался к себе. А первая жена раджи тоже заподозрила неладное, притворилась больной и тем самым избавилась от него. И вот негодяй наслаждался всеми благами, кроме общения с обеими женами, и получал от мира свою долю удовольствий.
Но однажды та газель набрела в пустыне на дохлого попугая и подумала: «Пока я буду бегать со стадом газелей, мне не видать Наз-бадан. Быть может, став попугаем, я смогу свидеться с нею». Газель тут же переселилась духом в попугая, который взлетел и сел на стену дворца Наз-бадан. А она от разлуки с любимым пребывала в скорби, горевала, худела и бледнела, влача свои дни в печали. Она увидела попугая, обрадовалась, схватила его и поместила в клетку, стала посвящать ему все свое время. Ночи разлуки и дни страстной тоски она проводила в беседах с ним. Попугай видел все, страдал душой, стенал и подстерегал удобный случай и подобающее время.
И вот однажды попугай нашел Наз-бадан одну и изложил ей всю свою историю от начала до конца.
(Здесь обрывается книга)
ГЛОССАРИЙ
Аббасиды – династия халифов, которая ведет происхождение от дяди Мухаммада Аббаса (ум. 32 г. х.). Аббасиды воцарились в 749 г. и были свергнуты монгольскими завоевателями во главе с Хулагу в 1258 г. Столицей халифата при Аббасидах был город Багдад. Знамя Аббасидов было черного цвета.
Абу Ханифа – основатель толка ханафитов (см.) ан-Нуман ибн Табит ибн Зува Абу Ханифа, родился в Куфе, в VIII в.
Ад – упоминаемый в Коране народ, который якобы был уничтожен за то, что не признал посланца Аллаха.
Аджам – арабское собирательное название завоеванных стран, населенных неарабами. В персидской литературе этим словом обычно называют Иран.
Адим – надушенная кожа из козьих шкур, которая вырабатывалась в Йемене. Считалось, что высокое качество адима зависит от воздействия звезды Южного полушария Сохейль (Канопус), которая особенно хорошо видна в Йемене.
Азар – в Коране отец пророка Ибрахима (библейский Авраам). По преданию, Азар поклонялся прекрасным идолам, которых сам же изготовлял.
Азра – возлюбленная Вамика (см.), героиня старинной персидской легенды, существовавшей еще в древнем Иране. Сюжет сказания, очевидно, был заимствован из греческих источников. Однако оригинал сказания на пехлеви и ранние обработки на персидском языке не сохранились. Любовь Вамика и Азры, красота их вошли в литературную традицию.
Анка – (араб.) волшебная птица, обитающая, по преданию, на краю света. Анка недоступна взору смертных, поэтому в литературе она часто символизирует нечто редкостное, недостижимое.
Арафат – название горы, расположенной в 12 милях от Мекки. Около Арафата останавливаются на девятый день паломничества прибывшие совершить хаддж (см.). Здесь же они совершают полуденный и вечерний намазы.
Арганун – (арабизованная форма греч. «органон»), струнный музыкальный инструмент.
Ануширван – см. Хосров Ануширван.
Аржанг (Артанг) – священная книга последователей Мани, по преданию, широко известная некогда в Иране и Средней Азии. Эта книга была украшена прекрасными миниатюрами, поэтому в персидской поэзии «Аржанг» стал символом совершенной красоты, изящества. Позднее книга с иллюстрациями превратилась в народном воображении в «картинную галерею».
Асаф – имя легендарного везира царя Сулеймана (см.).
Асия – по коранической традиции, супруга Фараона, правителя Египта, которая считается одной из четырех «совершенных жен мира». Она покровительствовала Мусе (см.), когда он воспитывался в доме Фараона. Асия отвергала Фараона и его тиранию.
Бабил – город Вавилон, в коранической традиции выступающий как средоточие чародеев и кудесников.
Балх – название города и области, входивших в средние века в состав Ирана (ныне на территории Афганистана).
Барбат – струнный щипковый инструмент, европейский барбитон.
Барбед – придворный музыкант сасанидского шаха Хосрова Парвиза. В литературе стал олицетворением исполнителя-виртуоза.
Бахрам – персидское название планеты Марс, а также имя зороастрийского бога победы, который персонифицируется в образе планеты Марс.
Бахрам Гур – популярный герой иранских сказаний и легенд, отважный витязь и женолюб, прообразом которого был сасанидский царь Варахран V (420–438), который, однако, имел с ним мало общего. Исследователи полагают, что в легендарном Бахрам Гуре воплотились некоторые черты небесного Бахрама (см.).
Билкис – в арабской, персидской и других литературах – царица Савская, возлюбленная царя Соломона.
Бурджис – арабское название планеты Юпитер (см. также Муштари).
Бузурджмехр – имя везира Хосрова Ануширвана (см.); в персидской литературе – символ мудрого советника властелина.
Бу-Кубайс – название горы восточнее Мекки, возвышающейся над Мекканским храмом.
Вамик и Азра – легендарные влюбленные, любовь которых окончилась трагически. Азра часто упоминается в литературе как образец красоты. Сюжет предания восходит к пехлевийской литературе, однако пехлевийская запись утрачена. В литературе на новоперсидском языке история Вамика и Азры была обработана поэтом Унсури (ум. в 1040 г.), а затем (в 1049 г.) поэтом Фасихи из Джурджана. На этот сюжет написаны также поэмы турецкими поэтами Бихишти (XV в.) и Ламеи (XVI в.).
Газий – в средние века борец-доброволец за мусульманскую веру. Отряды газиев принимали участие в набегах Махмуда Газневида (см.) в Индию. В переносном значении – воинственный, непримиримый.
Галия – ароматная косметическая мазь, распространенная у женщин Ближнего и Среднего Востока. В литературе символизирует аромат, благоухание.
Гебр – название, которым иранские мусульмане обозначали своих соотечественников-зороастрийцев, т. е. последователей доисламской религии Ирана (в устах мусульманина это слово имеет бранное значение).
Гуль – злой дух, оборотень, обитающий в горах и пустынях; гули заманивают в свои обиталища путешественников и пожирают их.
Гурия – от араб, хур – «черноокая». В Коране так названы прекрасные райские девы, которые будут ублажать обитателей рая.
Давуд – библейский царь и пророк Давид. Песнопения Давуда (псалмы Давида) в персидской литературе олицетворяют чудесную музыку.
Дадджал – в мусульманской традиции, лжепророк, который явится людям перед концом света, чтобы совратить их с истинного пути.
Дара – Дарий III Кодоман (336–330 гг. до н. э.), древнеперсидский царь, побежденный Александром Македонским. В персидской литературе Дара – символ благородства и могущества.
Дастур – в древности (у персов) – священнослужитель, позднее царский советник, примерно то же, что везир.
Дей – название десятого месяца древнеиранского (зороастрийского) календаря, а также десятый месяц современного иранского солнечного года (22 декабря – 20 января). В поэзии месяц дей символизирует зиму, зимнюю стужу.
Джамшид – легендарный царь древних иранских сказаний (его имя приводится уже в Авесте в форме Йима), в правление которого на земле царил золотой век: люди не знали болезней, не умирали, жили счастливо. Джамшид владел волшебной чашей, в которой мог наблюдать все, что творится на земле, и даже предвидеть грядущее. Возгордившись, он пожелал, чтобы ему воздали божеские почести. Приближенные и подданные отвернулись от Джамшида, покинули страну и призвали на царство арабского царевича Заххака, который изгнал Джамшида из Ирана, захватил его в плен и распилил надвое. В литературе Джамшид символизирует как могущественного властелина, так и правителя, из-за гордыни лишившегося власти.
Джамшидова чаша – чаша мифического царя древнего Ирана Джамшида (см.), в которой отражалось все происходившее на свете.
Джахилиййа – букв, «невежество» (араб.), обозначение в мусульманских литературах доисламского периода в истории Аравийского полуострова.
Джинн – в арабской демонологии, а затем и в литературе и фольклоре сопредельных мусульманских стран – дух, как добрый, так и злой. Добрые джинны покровительствуют людям, злые, подобно дивам персидских сказок, причиняют людям зло.
Джибраил – кораническая форма имени архангела Гавриила. В Коране Джибраил выступает в качестве вестника и посланца бога к пророкам.
Динар – старинная золотая монета, имевшая хождение в халифате, а позднее – в государствах, возникших на его бывшей территории. В литературе символизует нечто драгоценное, а также желтый цвет.
Дирамшан – название округа в Восточном Иране. От Хамадана до Дирамшана означает «очень далеко».
Дирхем – старинная серебряная монета, имевшая хождение в халифате, а позднее и во многих мусульманских странах. Иногда означает просто деньги.
Забулистан – название области в Юго-Восточном Иране.
Зекат – одно из основополагающих правил исламского жизненного кодекса, благотворительный налог, составляющий определенную долю с имущества или дохода.
Зубад – ароматическая смесь.
Зубейда – любимая жена халифа Харуна ар-Рашида, приходившаяся ему двоюродной сестрой.
Зуннар – (от греч. зоннарион – «пояс») – полоса из грубой яркой шерсти, которой в средние века в мусульманских странах обязаны были повязываться иноверцы. По Корану, его следовало вешать на шею.
Зухал – арабское название планеты Сатурн (см. также Кейван), которая, по поверью, приносит несчастье.
Зухра – арабское название планеты Венера.
Ибн Сина (980 – 1037) – ученый-энциклопедист, философ, медик мусульманского средневековья. В средневековой литературе мусульманских стран Ибн Сина олицетворяет совершенного философа и ученого.
Ибрахим – (библейский Авраам) один из пророков, признаваемых исламом. По мусульманскому преданию, тиран Немрод (см.) велел бросить Ибрахима в пылающий костер (или печь), но по воле Аллаха огонь тотчас превратился в цветущий сад. В качестве посланника Аллаха Ибрахим принес своему народу новую веру и разбил идолов, которым поклонялся его отец. Известен в исламе также под именем Халилуллах («друг Аллаха»).
Имран – согласно Корану, это имя носят два лица: 1) отец пророков Мусы (Моисея) (см.) и Харуна (Аарона); 2) отец Марьям (см.).
Исрафил – по Корану, архангел, который известит о наступлении Судного дня, затрубив в сур, особую трубу.
Исхак – библейский Исаак, сын Ибрахима (Авраама), которого отец, по преданию, собирался принести в жертву богу. Однако бог послал архангела Джибраила (Гавриила), который повелел вместо сына принести в жертву агнца. В исламе в этом случае фигурирует не Исаак, а Исмаил, другой сын Ибрахима.
Ирем – по кораническому преданию, прекрасные сады и дворцы, возведенные Шаддадом, правителем Южной Аравии, вознамерившимся создать рай на земле. Ирем был разрушен Аллахом, но название его стало символом роскошных, пышных садов.
Иса – Иисус Христос, признаваемый в исламе одним из пророков. По преданию, дыхание Исы было животворным и могло исцелять больных и воскрешать мертвых.
Искандар – Александр Македонский, канонизированный древней иранской знатью и жрецами как исконно иранский владыка. По иранской традиции, царская власть могла передаваться только по наследству. Поэтому, чтобы как-то оправдать завоевание Александром Ирана, религиозная традиция превратила его в потомка иранских царей. В персидской литературе Искандар изображается правдоискателем, могущественным и справедливым властелином, заботившимся о благе своих подданных.
Исмаил – сын Ибрахима (см.). В коранической традиции считается одним из предшествовавших Мухаммаду пророков. По преданию, он прибыл вместе с отцом из Палестины в Аравию, распространил веру ханифи (см.) и построил Мекканский храм.
Ифрит – в арабской демонологии злой дух, отличающийся безобразной внешностью.
«Йа Син» – название 36-й суры (см.) Корана, которая считается богословами одной из самых важных.
Кааба – доисламский храм в Мекке, служивший местом поклонения для многих арабских племен. После возникновения ислама Мекканский храм превратился в мусульманскую святыню (так что «владыка Каабы» означает «Аллах»), а паломничество к нему было провозглашено одной из основных заповедей ислама.
Кабил – кораническая форма библейского имени Каин. В литературах мусульманских стран Кабил олицетворяет предательство, измену и вообще злое начало.
Кадий – мусульманский судья, выносивший решения по гражданским делам на основе исламского права.
Калам – тростниковое перо, которым писали на мусульманском Востоке.
Каиру – город в Бенгалии.
Карун – библейский Корей, надменный и жестокий богач. По коранической легенде, пророк Муса по воле Аллаха приказал земле проглотить Каруна вместе с его золотыми дворцами, сокровищницами и приспешниками.
Каф – мифическая горная цепь, окружающая, по кораническому преданию, земную твердь. Горы эти якобы сложены из изумрудов, самая высокая вершина их – вулкан Каф. С ним, по поверью, связаны все горы на земле, от прикосновения Аллаха к вершине Каф происходят землетрясения. По преданию, за горой Каф обитают страшные народы Яджудж и Маджудж, которые каждую ночь лижут гору своими языками, подобными напильникам, но днем гора вырастает вновь, и эти народы не могут прорваться на землю. Делу помог также Александр Македонский, окруживший горы Каф стеной, столь крепкой и гладкой, что ее нельзя ни разрушить, ни перелезть через нее. С горой Каф связано множество других легенд, и, по некоторым из них, там находятся сказочные страны, населенные чудесными существами, дивами и пери (см.).