- -
- 100%
- +
В начале XX века К.А. Сатунин писал о том, что «…леса непрерывной каймой.» покрывали берега Терека. По свидетельству Сатунина, в прежние времена в этих местах в изобилии водились такие дикие животные как олени, косули, кабаны42. В горной Чечне на Скалистой горе были найдены реликтовые виды растений: рододендрон кавказский (ледниковый реликт), реликтовая сосна Коха и другие редкие виды43. Из работ Д.А. Милютина мы узнаем, что в 40-х годах XIX века сразу за Сунжей начинались густые непроходимые леса. Почти вся Чеченская плоскость была покрыта ими, за исключением равнины между реками Аргуном и Гойтой44.
На Кавказе до начала массового уничтожения лесов повсеместно водились зубры. К началу XX века в естественной обстановке зубры сохранились только в северо-западной части Большого Кавказа, где они жили в диких и труднодоступных местах. Кавказский зубр шел большими шагами к исчезновению и был бы истреблен, если бы меры к его охране не принял вел. кн. Сергей Михайлович, который арендовал на 15 лет земли, где водились зубры. Эти земли принадлежали Кубанскому казачьему войску и сдавались великому князю «на право охоты».
Академия наук и вел. кн. Сергей Михайлович добилась учреждения особой правительственной комиссии для устройства государственного заповедника в Кубанской области. Создание заповедника предполагало обмен земель между военным ведомством и Главным управлением землеустройства и земледелия. Переговоры с казачьим войском относительно обмена земель затянулись на несколько лет. Потом началась война и, естественно, вопрос о заповеднике отсрочился, хотя в 1916 г. ведомства пришли к обоюдному согласию по поводу отвода земель под заповедник и обмена земель с казаками. К 1927 году зубров на Кавказе уже не осталось45.
Шамиль в полной мере осознавал значимость лесов и строго следил за их охраной. Шамиль говорил: «Если бы я мог, я намазал бы драгоценным маслом каждое дерево лесов моих, а грязь дорог смешал бы с благовонным медом-так я дорожу моими лесами и моими дурными дорогами»46. Имам сурово наказывал не только за бездумное уничтожение деревьев, но и в том случае, если они вырубались для нужд людей, но без его на то разрешения. За каждое срубленное дерево в качестве штрафа брали корову или быка, и в худшем случае вешали в центре села, и тело нарушителя висело в течение недели в назидание другим4'.
Эпос и обычаи народов Северного Кавказа донесли до нас множество регламентаций и запретов по отношению к объектам природы. Почти повсеместно выявляется почитание оленя, запрет охоты на него, особенно в период выкармливания потомства. Покровитель оленей Елта ослепил, по приданию, родоначальника чеченцев за попытку убить красивого белого оленя. В записанной В. Миллером легенде об озере Геленчедж дух озера обращает двух женщин в камни за то, что они загрязнили хрустально чистую воду. Подобные легенды и мифы рождались из конкретных жизненных обстоятельств и наблюдений. Здесь практические потребности переплетались с эстетическим отношением, с зачатками элементарной экологической охраны. Богиня вьюг в чечено-ингушском эпосе – не терпит грубого вторжения в свои владения, она карает за нарушение тишины в горах, насылая губительные снежные обвалы. Здесь отражено знание людьми особенностей гор. Горцы с древности подметили, что их деятельность на земле вызывает некоторые изменения в окружающей среде, иногда нежелательные. Например, вырубка деревьев на открытом пространстве отрицательно сказывалось на урожае в верховьях рек, на их полноводности. На Кавказе существовали запреты на вырубку лесов, особенно в тех местах, где их было мало. Это у чеченцев проявилось в культе деревьев и священных рощ, в строгом соблюдении древнейших норм народного полеводства48.
Согласно исламским источникам, весь окружающий мир своим существованием обязан воле Аллаха. Он же призывает людей жить в гармонии с окружающей природой. Ислам не поощряет бесполезный сруб деревьев и кустарников. Пророк сказал: «Если мусульманин вырастит плодовое дерево и возделает пашню, от которых найдут пропитание птица, человек или животное, то будет зачтено ему, как подача добровольной милостыни». В исламском праве определяются условия нанесения ущерба собственности противника. Представители различных религиозных сект аузам и исмаилиты считают запретным уничтожение посевов и фруктовых деревьев. Ханифиты исходят из того, что если убивают людей, то можно уничтожать и деревья. Первый халиф Абу-Бакр во время своего правления, собрав войско, отправляемое на войну, напутствовал таким приказом: «Не совершайте вероломство, жестокости и нападок!..Не вырубайте пальмы, не жгите жилища и хлебные поля, не вырубайте плодоносящие деревья.»49.
А.П. Ермолову принадлежала идея массовых вырубок лесов на Северном Кавказе. О «ермоловской» системе завоевания Кавказа пишет известный историк В.А. Потто: «При Ермолове в первый раз возникла система рубки лесов. И эта система до последних дней Кавказской войны стала необходимым основанием всех действий, главнейшим средством покорения Кавказа, и жестоко поплатились те, кто от нее отступил». Действительно, покорение Кавказа-во многом есть покорение его природы, а именно просеки позволяли воевать регулярной армии в непроходимых чеченских лесах. Еще один важный аспект затрагивает А.Зиссерман, отмечая, что при Ермолове и его начальнике штаба Вельяминове рубка просек производилась силами «самих же чеченцев с их собственными топорами, тогда как в позднейшее время рубка в основном производилась солдатами и казенными топорами»50. Осенью 1820 г. был вырублен вековой лес на склонах Ханкальского ущелья, а вслед за этим сожжен Герзель-аул, отобран скот на провиант и взяты горцы для рубки леса51.
Обезлесение Чеченской равнины резко изменило ее общий ландшафтный и климатический облик: иными стали сток, рисунок гидрографической сети, понизился уровень грунтовых вод и нарушился их естественный режим. Был прерван естественный ход почвообразования. В горных лесах после рубок особенно активизируется эрозия почв. Нарушение лесных почв и ухудшение их фильтрационных свойств существенно снижает водоохранно-защитную функцию лесов и воздействует на режим стока рек. Известен период восстановления (после рубок) водоохранных и водорегулирующих функций лесной растительности. Например, для буковых лесов такой период составляет не менее 20–25 лет52.
Из-за уничтожения лесов на Чеченской равнине увеличились средние температуры воздуха в летний и зимний периоды. Несколько повысился и абсолютный минимум температуры воздуха, высота снежного покрова на освобожденной от леса равнине уменьшилась. В связи с понижением уровня грунтовых вод и нарушения естественного режима произошло прогрессирующее обсыхание территории и исчезновение многих водных объектов. Так, по данным К. Самойлова, вблизи Ханкальского ущелья существовало небольшое озеро (в нем даже водились раки), от которого ничего не осталось. До Кавказской войны много болот находилось при устьях рек, впадающих в Сунжу (особенно в устье р. Гехи и в междуречье Валерик-Асса). Исчезновению болот в горной Чечне способствовало масштабное уничтожение лесов и осушение крупных земельных массивов, разновременно изъятых под разные хозяйственные нужды53. Сильное повреждение лесов равнялось, по современным понятиям о войне, излишнему варварству, которое было направлено против того блага неприятеля, которое должно было лежать вне сферы неприязненных действий54.
Основные виды катастрофических разрушений земной поверхности на протяжении всей эволюции сводились к вытаптыванию, выбиванию и разрушению растительного покрова, созданию различных фортификационных сооружений, нарушению русла рек и водных источников, разрушению населенных пунктов, ирригационных сетей и уничтожению сельскохозяйственных угодий, нарушению и частичной ликвидации инфраструктуры-мостов, отдельных путей- и многому другому. Наиболее катастрофические последствия войн приводили к мощным вспышкам эрозии, дефляции и других разрушительных рельефообразующих процессов; в условиях климатического опустынивания-к смене растительного покрова, существенному изменению ландшафтов55.
Примечания1 Хубулова С.А. Крестьянство Северного Кавказа в конце XIX-первой четверти XX в.: этнодемографические и социально-экономические аспекты развития. Дис. …докт. ист. наук. – Владикавказ,2003. – С.318.
2 Малахова Г.Н. Государственные реформы 60-80-х гг. XIX в. как завершающий этап включения Северного Кавказа в административную и экономическую систему России// Система государственной власти и управления в России: история, традиции и современность. – СПб.,2003. – С.178.
3 Авторханов А.Р. К некоторым вопросам истории Чечни // Революция и горец. -1929.-№ 9. – С.36; Гапуров Ш.А., Ибрагимов М.М. Место и роль депортации в ермоловском плане покорения чеченцев // Материалы научно-практической конференции 18 февраля 2006 года, г. Грозный. – Грозный, 2006. – С.151.
4 Прасолов Д.Н. Адыги в составе царской России во второй половине XIX-начале XX в. // Адыгская (черкесская) энциклопедия. – М.,2006. – С.285–287.
5 Кореневский С.Н. Древнейшие землевладельцы и скотоводы Предкавказья: Майкопско-новосвободненская общность, проблемы внутренней типологии. – М.,2004. – С.72–73.
6 Невский В.Н. Восприятие рельефа как средство формирования мировоззрения человека // Рельеф и человек. – М.,2007. – С.25–26.
7 Исамутдинов Д.И. Географическая среда и этносы Северного Кавказа: страницы истории и геополитические перспективы. Дис…канд. географ. наук. – Махачкала,1997. – С.32–33.
8 Ионин С. Кавказ. По горным дорогам древней земли. – М.,2007. – С.10.
9 Джамирзаев С.М. Проблемы древней этнической истории Грузии и Кавказа (К древней истории нахских племен III–I тыс. до н. э.). Дис. …докт. ист. наук. – Тбилиси,1998. – С.141.
10 Асталов В.А. Материальная культура чеченцев и ингушей в XVIII–XIX вв. (историко-этнографическое исследование). Дис. канд. ист. наук. – Грозный,2004. – С.34.
11 Moon D. Peasants and agriculture // The Cambridge history of Russia. Volume II. Jmperial Russia, 1689–1917. Cambridge,2006.-S.41.
12 Джамирзаев С.М. Проблемы древней этнической истории Грузии и Кавказа (к древней истории нахских племен III–I тысячелетия до нашей эры). Дис. докт. ист. наук. – Тбилиси,1998. – С.142.
13 Савинецкий А.Б. История пастбищных экосистем Центральной части Северного Кавказа за последние тысячелетия. Дис. канд. биол. наук. – М.,1990. – С.189.
14 Романенко В.П. Человек и природа гор в художественной литературе Северного Кавказа. Эволюция взглядов и нравственный аспект проблемы: Дис. канд. филол. наук. – Нальчик, 2008. – С. 67.
15 Яндиев М.А. Древние общественно-политические институты народов Северного Кавказа. – М.,2007. – С.211.
16 Кожинов В. Пятый пункт: Межнациональные противоречия в России. – М.,2005. – С.98.
17 Коростелев Н.Б. Народная гигиена (историко-медицинская оценка) // Проблемы социальной гигиены, здравоохранения и история медицины. – М.,1996.-№ 3. – С.57.
18 Хотон Б. Великие тайны и загадки истории. – Харьков, Белгород,2008. – С.351.
19 Ридаи М. Геном: автобиография вида в 23 главах. – М.,2008. – С.252.
20 Федотов Г.Я. Большая энциклопедия ремесел. – М.,2008. – С.604.
21 Ермолаев И.П. Становление Российского самодержавия. Истоки и условия его формирования: Взгляд на проблему. – Казань,2004. – С.12.
22 Невская В.П. Сельская община у горских народов Северного Кавказа (кон. XVIII-нач. XX в.). // Проблемы общественной жизни и быта народов Северного Кавказа в дореволюционный период. – Ставрополь,1985. – С.26.
23 Дохова В.В. Экологическая культура народов Терской области в 60-х гг. XIX-нач. XX вв. Дис. канд. ист. наук. – Нальчик,2001. – С.120.
24 Кавказ. Справочная книга сторожила. Т.1. Ч.1.-Тифлис,1887–1888. – С.2.
25 Головлев А.А. Горные ландшафты Чеченской Республики и особенности их освоения. Дис. …докт. геогр. наук. – М.,2005. – С.18.
26 Дорожная карта Кавказского края. Составлена и литографирована в военно-топографическом отделе Кавказского военного округа в 1903 г. – Тифлис,1903. – С.1–6. Карта Кавказского края с показанием пути следования их императорских величеств по краю в 1888 году (до г. Владикавказа).-Тифлис,1888. – С.1–6.
27 Дорожная карта Кавказского края. Составлена и литографирована военно-топографическим отделом Кавказского военного округа в 1870 г. – Тифлис,1870-С.1–4.
28 Дадаев Ю.У Государство Шамиля: социально-экономическое положение, политико-правовая и военно – административная система управления. Дис. докт. ист. наук. – Махачкала,2006. – С.179–180.
29 Исаев С.-А.А. Присоединение Чечни к России (Аграрная политика царизма и народные движения в крае в XIX в.). Дис. …докт. ист. наук. – М.,1998. – С.43–44.
30 Адильгереева П.К. Переселенческое движение и аграрный вопрос в политике России на Северо-Восточном Кавказе в первой половине XIX века. Дис. канд. ист. наук. – Махачкала,2006. – С.42–44.
31 Карпович М.М. Из «Экономической истории Европы с 1750 года» // История и историография России. Из научно-материального наследия русского зарубежья. Серия «Антология русского зарубежья». T.III. – М.,2006. – С.195.
32 Карта урожая 1900 г. в 64-х губерниях Европейской России и Северного Кавказа. – СПб.,1900. – С.1–4.
33 Карта урожая 1898 г. в 60-ти губерниях Европейской России и Северного Кавказа – СПб.,1898. – С. 1–10.
34 Карапкова О.Г. Разработка и реализация столыпинской аграрной реформы на Северном Кавказе (1906–1911 гг.). Дис. канд. ист. наук. – М.,2007. – С.105.
35 Хуранов Ш.И. Развитие капитализма в сельском хозяйстве Северного Кавказа в пореформенный период (на материалах скотоводства). Дис…канд. ист. наук. – М.,1983. – С.42.
36 Шебзухова Т.А. К вопросу об использовании в истории опыта развития сельского хозяйства Северного Кавказа в его реформировании на современном этапе // Северо-Кавказский гос. техн. ун-т. Сборник научных трудов. Серия «Гуманитарные науки». – Ставрополь,2002. Вып.7. – С.83.
37 Хуранов Ш.И. Развитие капитализма в сельском хозяйстве Северного Кавказа в пореформенный период (на материалах скотоводства). Дис. канд. ист. наук. – М.,1983. – С. 148, 179.
38 Сумбат-Заде А.С. Сельское хозяйство Азербайджана в XIX в. – Баку,1958. – С.75.
39 Адильгереева П.К. Переселенческое движение и аграрный вопрос в политике России на Северо-Восточном Кавказе в первой половине XIX века. Дис. канд. ист. наук. – Махачкала,2006. – С. 45, 47.
40 Белоновская Е.А., Ясный Е.В. Антропогенная трансформация горных экосистем Большого Кавказа // Биота экосистем Большого Кавказа. – М.,1990. – С.178.
41 Головлев А.А. Горные ландшафты Чеченской Республики и особенности их освоения. Дис. …докт. географ. наук. – М.,2005. – С.277.
42 Головлев А.А. Горные ландшафты Чеченской Республики и особенности их освоения. Дис. …докт. географ. наук. – М.,2005. – С.271.
43 Там же. – С.320.
44 Милютин Д.А. Курс Военной географии и Военной статистики, преподаваемый в Императорской военной Академии Генерального Штаба Подполковником Милютиным. Кавказский край. – СПб.,1846. – С.21.
45 Басаргина Е.Ю. Императорская Академия наук на рубеже XIX–XX веков (Очерки истории). – М., 2008. – С.209–211.
46 Евдокимов. Перемены в народном и солдатском быту, совершившиеся в первое 25-летие царствования императора Александра II. – СПб., 1880. – С.39.
47 Баддели Д. Завоевание Кавказа русскими. 1720–1860. – М.,2007. – С.19.
48 Айдемиров Н.Г. Эстетическая культура народов Северного Кавказа. – Ставрополь,1999. – С.67.
49 Алиева П.Д. Экологическая культура в мусульманской теологии (Эколого-философский анализ). Дис. канд. биол. и филос. наук. – Махачкала, 2005. – С.120.
50 Герман Р.Э. Русские военные деятели и историки XIX века о способах покорения Кавказа // Сборник научных трудов Северо-Кавказского гос. техн. ун-та. Серия «Право». – Ставрополь,2000. Вып.2. – С.92–93.
51 Документальная история образования многонационального государства Российского. В 4-х книгах. Кн.1. Россия и Северный Кавказ в XVI–XIX веках. – М.,1998. – С.50.
52 Коляда И.В. Эрозия почв на вырубках расчищенных лесных площадях особо охраняемых природных территорий Северо-Западного Кавказа. Дис. …канд. сельскохоз. наук. – Новочеркасск,2003. – С.16.
53 Головлев А.А. Горные ландшафты Чеченской Республики и особенности их освоения. Дис. …докт. географ. наук. – М.,2005. – С. 99, 287–288.
54 Эйхельман. О. Военное занятие неприятельской территории. – Ярославль, 1879. – С.178.
55 Чичагов В.П. Антропогенные преобразования аридных регионов: масштабы, длительность, многообразие разрушений, количественная оценка // Рельеф и человек. – М.,2007. – С.52.
Развитие чеченского земледелия в капиталистический период
В зависимости от разнообразия геологического строения и климатических особенностей Терской области, почвы её были весьма разнообразны. В то время как на западе встречались глинистые почвы, сильно окрашенные перегноем в чёрный цвет и напоминавшие русский чернозём, далее, к востоку, они становились светлее; в восточной половине области встречались уже в основном серо-жёлтые солонцеватые глины, а на севере – пески затеречных степей. Видовое распространение земледельческих культур в области зависело не только от определённых хозяйственных традиций, количественного и качественного состава почв, но, в условиях предгорий и гор-от высоты местности над уровнем моря, что влекло за собой значительные перепады температурных характеристик и количества выпадавших осадков. Регионы области, в зависимости от их высоты над уровнем моря, специализировались на различных земледельческих культурах. Так, в окрестностях Кизляра (-11 м.) было хорошо развито виноградарство, при большом уровне влажности. В высокогорных местностях, например в Ведено (730 м.), получали прекрасный урожай табака, в условиях сухого, разреженного воздуха. Ячмень легче других злаков приспособился к суровым высокогорным условиям, и поэтому в Черных горах чеченцы его выращивали довольно часто и интенсивно1. Структура глинистых почв и песков, а также преобладание большого количества ветров со стороны Каспийского моря и с севера, на Чеченской равнине, не позволяли влаге задерживаться. Поэтому постройка многочисленных каналов способствовала повышению уровня сельскохозяйственного производства 2.
В пореформенный период экономическое положение в Терской области стабилизировалось. Земледельческая культура стала увеличивать как свои качественные характеристики, так и производство валового продукта. По урожайности Терская область стояла несколько выше всех внутренних губерний России. По общему безусловному количеству зерна, приходившемуся на 1 человека, считая только ячмень, рожь, пшеницу, просо, кукурузу; Терская область, где на 1 человека приходилось 2,5 четвертей зерна, стояла наравне с самыми хлеборобными губерниями Европейской России (Воронежской-2,57; Киевской-2,53; Владимирской-2,47). Горный Аргунский округ можно было приравнять к Петербургской губернии, где на 1 человека приходилось 1,01 четвертей зерна3. Из Терской области ежегодно в среднем вывозилось более 2 млн. пудов хлеба, но случалось, как в 1897 г. – более 7 млн. пудов, в 1902 г. – в 2 раза больше. Владикавказская железная дорога в 1898 г. перевезла 6,7 млн. пудов зерна, в 1900 г.-7,7 млн., а в 1902 г.-9,6 млн. пудов. Даже в начале Первой мировой войны, когда сельское хозяйство приходило в упадок, зерновые запасы в Терской области по приблизительным подсчётам составили 524,8 тыс. пудов. Терская область стала одним из главных зернопроизводящих районов Российской империи4.
Хлебный экспорт Европейской России осуществлялся главным образом, за счет Дона и Северного Кавказа. Их доля по этой статье была решающей и в масштабах всей России. Среднегодовые поставки хлеба страны на мировой рынок доходили в тот период до 549,5 млн. пудов, в том числе и с, полей региона-примерно 225 млн. пудов, или 41 %. С Кавказа хлеб почти целиком (в среднем 202 млн. пудов ежегодно) как высоко кондиционный, конкурентоспособный отправлялся в Европу5.
Чеченцы издавна занимались земледелием. Хлебопашество долгое время было для них основным источником существования. Земледелие у чеченцев было на весьма высоком уровне. По свидетельству очевидцев у чеченцев, живших в притеречных районах, неурожаев почти не было: «…обыкновенная жатва вознаграждала в 10 и 15 раз»6.
В результате проведённой в Терской области земельной реформы, огромные площади земельных пространств отошли во владение Терского казачьего войска. Многие войсковые земли пустовали, в то время как горцам катастрофически её не хватало, из-за несправедливого государственного распределения земельных угодий в Терской области. Сдавать землю в аренду казакам было выгоднее, чем заводить на ней войсковое хозяйство7. Краевед и преподаватель В.П. Пожидаев много путешествовал по Кавказу. До нас дошли некоторые его исторические зарисовки, приведем некоторые выдержки из них: «Это не работа, а каторга. Стал бы я работать на такой земле, да пропади она!»-сказал однажды русский крестьянин В.П. Погожеву, наблюдавшему из окна вагона уборку горцами своей крошечной нивы8. Другого очевидца тех времён, Е. Маркова также поражало горское трудолюбие: «Когда едешь по Чечне или по Кубанской области в дни жатвы хлебов, – писал он, бесчисленные полчища грузных и больших копен, покрывающих поля, кажутся невероятными даже для жителей плодородных курских полей. Пшеница, кукуруза, просо, ячмень-тут поднимаются тесными стенами»9. Стремясь подчеркнуть достаточно высокий уровень развития земледелия у чеченцев, У Лаудаев предпринял попытку сравнить хозяйственные занятия чеченцев с соседними народами, в частности с кабардинцами. Он пишет, что «…тогда как кабардинцы и другие племена…понятия не имели о хлебопашестве, чеченцы деятельно занимались им»10. Академик М.Н. Покровский в своей работе, подчеркивая исключительную важность для дагестанцев чеченского хлеба, писал: «кто владел чеченской плоскостью, тот был хозяином и в горах Дагестана»11.
По среднему урожаю всех хлебов Чечня занимала в России одно из первых мест, вслед за Украиной. С 1888 по 1893 год Чечня производила ежегодно 2672184 пуда кукурузы, на сумму 1068874 рубля (40 коп. за 1 пуд). После обработки земельного участка чеченцы сеяли обычно кукурузу. За кукурузой следовала пшеница, а затем обратно кукуруза. Таким образом, пропашное растение (кукуруза) чередовалась со злаковыми, благодаря чему истощение почвы шло не так быстро как, например, у казаков, высевавших почти исключительно злаки12. В горной зоне чаще всего выращивали яровую пшеницу, ячмень, просо, кукурузу. Ко всем этим злакам подсевали особый сорт гороха13.
На истощённых землях, для удобрения, нередко устраивали стойбища для мелкого и крупного скота в осенне-зимний период. Таким образом, навоз скапливался на месте и сложный, трудоёмкий вопрос транспортировки снимался14. Горные чеченцы не только получали хлеб от жителей плоскости, но и пускали свои стада для удобрения их земель15. Вайнахи удобряли землю и илом. Этот способ также был широко известен. Из навоза, вывозившегося на поля, наиболее ценным считался овечий, затем навоз крупного рогатого скота, совсем не годился конский. Навоз вносили на 3 или 4 года, в зависимости от культур, засеваемых на этом участке.
Традиционными культурами вайнахов были: ячмень, пшеница, просо, овёс, лён, фасоль, тыква, огурцы, рис, рожь, голый ячмень16. Дикий лен рос на горных лугах. Высоко в горах чеченцы сеяли лен. Семена льна собирались и перемалывались. Из полученной маслянистой муки делали лепешки, считавшиеся «весьма гастрономическим кушаньем», особенно с горным медом. Лён крестьяне возделывали и в степных, полустепных притеречных районах. Выращивали здесь масличный лён на семена, так как он был менее требователен к влаге и более теплолюбив. Лён являлся пластовой культурой, то есть высеивался по целине. По мере сокращения площади целинных земель, в связи с военно-казачьей колонизацией края, уменьшились и посевы льна17. В 1897 год под посевами льна было занято 48 тыс. десятин, а конопли-2 тыс. десятин18. Конопля росла в нагорной полосе, около Ведено, «составляя густые заросли». «Замечательно, – отмечает В.В. Маркович, – что употребление конопли совершенно не известно у чеченцев». Тмин, растущий на горных лугах, чеченцы употребляли как пряность, добавляли его для вкуса в домашнюю колбасу19. Просо также сеяли в горах и привозили на продажу в Ведено. Из отчета начальника Терской области за 1894 год мы узнаем следующее о посевах овса: «В последние годы в обществах Хачарой, Хельдихарой, Дашни и Чанти (Аргунского округа), где местные условия чрезвычайно благоприятны для посевов овса, жители стали в довольно большом количестве заниматься посевами овса для продажи. В прошлом (1893) году было продано до 1500 четвертей (315 т.) этого хлеба»20.
Природные условия определяли характер земледелия. Большая часть Восточного Кавказа была покрыта лесами, поэтому издавна практиковалась преимущественно подсечно-огневая система земледелия. В целом горное земледелие, по сравнению с равнинным, до 70-80-х годов XIX века, имело более высокий уровень развития. Большинство населения горной зоны обходилось своим урожаем, не покупая хлеб на стороне. По свидетельствам очевидцев, ичкеринцы занимались хлебопашеством все, без исключения21. Огромные просторы равнинной зоны Северного Кавказа, занятые горцами, использовались первоначально для скотоводства-главной отрасли хозяйства равнинных жителей. Верхние пределы земледелия в горах Чечни достигали 2130 метров. Посевы картофеля на Кавказе были зафиксированы на высоте более 2250 метров22. В конце XIX-начале XX в. в Чечне успешно выращивали картофель разных сортов: Американка розовая, Неженка белая и Брунель красная23. А.П. Берже писал о верхних районах реки Аргун: «Вся местность покрыта искусственными террасами, на которых сеяли пшеницу и кукурузу». Клочки плодородной земли между скал разыскивались, «как золото в Сибири», и ценились весьма высоко24. Под посевы здесь шли небольшие участки земли даже на утесах, на которых иногда даже невозможно было разместить двух человек. Но и эти площади не всегда были пригодны для земледелия, ведь чем выше в горы, тем хуже вызревал урожай. Современники говорили: «Мудрено тут заниматься земледелием: куда ни кинь-все клин»25. «Под пашни, – писал П.Н. Раждаев про горную Чечню, – занято всё, что только можно было распахать, кукуруза преимущественно перед всеми другими хлебами возделывалась во всех аулах, где позволяют климатические условия. Только в аулах, расположенных выше 4-х тысяч футов, преобладает яровая пшеница, овёс и ячмень, а на высоте 7000 футов высевается один ячмень, но он редко созревает и идёт на корм скоту»26.