Тост за выживших
- -
- 100%
- +
Семья разом бухнулась на колени.
– Вставайте, вставайте, братцы. Хотите – тут недалече моя деревенька есть Березовка. Можете туда направиться, я расскажу как. А сам я дальше поеду, не буду возвращаться, да, видать, вы не последние на пути мне встретились. Всех не напровожаешь. Согласны? Расскажу, как добраться, карту нарисую.
Переглянувшись с семьей, Нил запросился:
– Батюшка, мы бы вместе с тобой хотели. Боязно одним оставаться, а ну как не найдем Березовку ту? Уж прибились к тебе, так и дальше пойдем. Глядишь, поможем чем. Вместе-то куда как веселее будет. Бабы и сготовят, и постирают. Меня бог силушкой не обидел. Вдруг да лихие люди встретятся!
– Хорошо, будем держаться вместе. Пока вместе двигаемся, там видно будет. У меня вон еще найденыш есть. Вы хоть по-русски говорите, а она по-русски не говорит. Учить придется.
– Научим, батюшка. А вместе завсегда проще будет! – Нил засуетился. – А давайте ее к нам в телегу. Будем ехать и учить. Детишкам все веселее. А ты на коне своем поедешь.
Ехали вдоль огромной насыпи из земли, камней, поваленных деревьев. Сначала в этой куче встречались предметы быта: домашний скарб, простые строительные материалы, даже сельскохозяйственные орудия. Нил только причмокивал губами, когда встретили перевернутую телегу и косилку. Не утащишь на руках.
Чем дальше, тем меньше таких вещей встречалось. В основном, лежали огромные камни, куски статуй, городские коммуникации, элементы разрушенных стен каменных домов, машины, механизмы, поваленные деревья, навалы земли. Насыпи конца и краю не было видно.
Решили пока двигаться так, потому что рядом с насыпью было подобие ровной поверхности. Для телеги было удобнее, хотя отскочившие от общей кучи огромные камни все же приходилось объезжать.
Примерно через час движения выпросившийся идти чуть впереди всех один из пацанов Нила вдруг остановился, потом опрометью бросился назад, громко крича: «Человек, человек!»
Это было удивительное зрелище: на огромном камне, поджав ноги и странно держа руки щепотью в разные стороны, неподвижно сидел странно одетый мужчина.
Когда Кощей и компания приблизились, мужчина очнулся, спрыгнул с камня и поклонился, держа руки у груди.
– Индус. Вот не сойти мне с места, индус, – пробормотал Кощей и поклонился в ответ.
Индус не шевелился и молчал, пока прибывшие с удивлением рассматривали его красочное одеяние, головной убор и большую цветную сумку-котомку через плечо.
– Батюшка, а кто это – индус?
– Народность такая. Хорошие люди, интересные. Я когда-то хорошо знаком был с одним индусом, он неплохо говорил по-русски. И ходил он точно в такой одежде. На юбку похожее – это дхоти. Делается из большого куска ткани, который умело складывают. А длинная рубаха – это курта.
– А на голове-то что накручено. Даже моя Матрена, когда из бани идет, не так накручивает.
– Ну, тебя, старый, – Матрена сделала вид, что обиделась.
Услышав знакомые слова, индус чуть встрепенулся и произнес:
– Дхоти, курта.
– Значит, точно индус. Опять загадка, как с ним общаться. Утерял я навыки понимать языки.
Индус, видимо, решил, что дал достаточно времени пришельцам для ознакомления, чуть поклонился, приложив руку к груди. Потом долго с патетикой что-то говорил, показывая на окружение, на насыпь, на небо. Прикладывал руки к сердцу, лбу, показывал, что плачет, потом резко замолчал, видимо решив, что пора высказаться второй стороне.
Кощей откашлялся, ткнул пальцев себе в грудь и проговорил:
– Ко-щей. Ко-щей.
– Ка-си.
–Ну, пусть будет Каси, – буркнул Кощей, – а ты? Ты кто?
Индус, видимо, понял и произнес, ткнув себя пальцем в грудь:
– Лакшай.
– Хм-м. Отлично, Лакшай. Ну, что, Лакшай, понять друг друга мы не можем. Я, конечно, понимаю, что ты потрясен небесами и все такое. Мы сами такие – растерянные, то есть. Что делать-то думаешь?
Кощей изо всех сил пытался пантомимой донести до индуса свой вопрос. Лакшай не очень понимал.
За дело принялась Матрена. Она по-женски мудро решила, что иноземец наверняка давно не ел, значит, хочет кушать. Дела только на сытый желудок можно делать. Покопавшись в мешках на телеге, она поднесла индусу изрядно подсохший хлеб, печенный еще дома, и пареную репу.
Лакшай, бросив взгляд на Кощея, которого признал за главного, принял подношение и с наслаждением втянул его запах.
– Ты кушай, кушай, Лакшай. Давайте уж и мы перекусим, раз все равно остановились.
Бедный индус очень хотел есть аккуратно и медленно, но сам не заметил, как все проглотил. Сердобольная Матрена и ее дочка разложили на большом плате нехитрую еду, и только подкладывали кусочки бедным найденышам Магде и Лакшаю. Им-то хоть повезло, что они все вместе, а этим несчастным совсем тяжко.
Глава 6
Когда уже стали собираться в дальнейший путь, Вулкан и Ночка заволновались, глядя в лес, что был по правую руку. Вулкан недовольно фыркал, Ночка пыталась изобразить грозное рычание. Глядя на них, лошадь Нила Рыжуха тоже недовольно заржала. Кощей с мечом в руке и Нил с топором насторожились.
Из густого кустарника донесся мужской голос:
– Братцы, вы, никак, русичи? Не бойтесь нас. Мы сейчас выйдем.
– Ну, русичи. Выходите без оружия только.
Кусты зашевелились и появились трое мужчин с луками и топорами. Все свое оружие они демонстративно бросили на землю.
– Кто такие?
– Мирные люди мы. Артель плотников: Михайла, Петр и Ерофей. Ходили в тайгу, кольцевали кору для вырубки. А тут страшнота началась, мы друг за друга уцепились, да только здесь и расцепились. Не знаем, что делать, как домой попасть. Луки наделали, да силки простые, чтобы зверя добывать. Увидели этого парнягу. Долго на него смотрели, а он все сидит и сидит. А тут и вы едете. Расскажите, добрые люди, что случилось в этом подлунном мире.
– А откуда вы, братцы?
– На Иртыше наша деревенька стоит. Или уж стояла.
Так и не получилось уехать в этот день. Долго сидели, разговаривали, сокрушались, горевали о потерянных семьях.
Как оказалось, мужики нашли в лесу родник. Решили ночевать возле него, набрать воды, помыться при возможности, набрать во все возможные емкости, чтобы ехать до большой воды.
Мужики далеко от места, где их выбросило, не уходили. Страшновато было. Хорошо, что родник совсем рядом оказался. Набили зайцев, которых оказалось великое множество, накоптили мяса. Дикий зверь на них не выходил, лихие люди тоже.
Лакшай, который был совсем неподалеку, видимо, вообще никуда не ходил. Так и сидел на камне голодный и без капли воды. Медитировал.
Наутро вполне ожидаемо мужики попросились идти с Кощеем.
Хотя Вулкан, даже не ожидая слов Кощея, бодро двинулся в ту же сторону, что шли раньше, Кощей решил откорректировать тактику. Приказав всем ждать его, он вместе с одним из плотников забрался на вершину насыпи, которая всегда была по левую руку.
Задача была не из легких. Кощей и Ерофей поднимались очень осторожно, рискуя любую секунду вызвать обвал. Высота завала с трудом определялась на глаз. А из-за того, что в поисках безопасного маршрута приходилось идти зигзагами, подъем затянулся вообще надолго. Но оно того стоило.
Когда Кощей и Ерофей оказались в самой верхней точке своего маршрута, они увидели вдали, почти на горизонте, голубую гладь реки. Не сказать, что рядом, видно, что придется объезжать преграды. Но вода есть, надо только форсировать насыпь. Или обойти.
Информацию о том, что не очень далеко есть река, была воспринята путниками с энтузиазмом. Главное, что вода близко.
Было совершенно понятно, что с телегой и конями насыпь не одолеешь. Кощей принял решение продолжать движение в обход, тем более, что Вулкан все равно намеревался идти в ту сторону.
За день отряд путников увеличился еще на двух женщин, двух мужчин и одного ребенка. Две семьи оказались русскими с Ангары, встретились они несколько часов назад. Путь продолжили вместе.
Ближе к вечеру случилось неожиданное. Шедшие впереди отряда Михайла и непоседливый сынишка Нила Мирон остановились, потом Мирон опрометью побежал назад к отряду, крича на ходу:
– Дяденька Кощей, дяденька Кощей, там похоже, в насыпи дыра какая-то. Дядька Михайла говорит, может, там пройти можно. Только там деревья. И страшно аж жуть.
Прогал в сплошной насыпи был. Похоже, что внизу лежит огромный арочный пролет, а сверху сплелись поваленные деревья. Вся эта конструкция немного присыпана землей. Но вот груд камней, как это было везде, здесь не наблюдалось. И даже, кажется, в этот проем можно войти. А есть ли выход на ту сторону?
Оставив возле женщин и детей Лакшая и Петра, Кощей и остальные мужчины отправились на разведку. Чтобы пробраться в темневшую совсем рядом арку, надо было преодолеть изрядные завалы.
Глава 7
Не повезло Кощею. Он уже был возле входа в арку, как казавшийся вполне надежным камень, на который он осторожно наступил, вдруг ухнул куда-то вниз, увлекая за собой Кощея.
Лететь вниз пришлось метров десять. Обычный человек мог и не выдержать такого неожиданного падения. Но у тренированного Кощея обошлось довольно жестким приземлением и ушибленной головой, поскольку удалось сгруппироваться и минимизировать возможный ущерб от внезапной ситуации.
Жив? Жив. Но локтем сильно приложился. Тихо бормоча сквозь зубы все известные ему ругательства, Кощей уселся на землю. Наверху тревожилась Ночка. Она бегала вокруг ямы и не понимала, почему хозяин туда прыгнул. Тревожилась, но почему-то голос не подавала.
– Ночка, голос! Подай голос, а то сам не выберусь.
Ночка как будто поняла хозяина и жалобно завыла. Почти сразу раздался чей-то голос:
– Ночка, что воешь? Где хозяин?
– Ероха, я здесь, в яме. Осторожнее смотри под ноги.
Почти сразу у края ямы показалась голова Ерофея:
– Ох, батюшка, да что ж так-то! Я сейчас, Кощей Констянтиныч.
Эгей, мужики! Сюда все! Хозяин провалился в ямину, тащите веревку!
Пока наверху развертывалась спасательная операция, Кощей, сцепив от боли зубы, гладил пострадавшую руку и оглядывался, куда же он попал.
Колодец метров восемь-десять глубиной. Вот точно водяной колодец! Только совсем пустой и без надземной части. Очень основательный, бревенчатый. Самому выбраться из него никак. Рука гудит, и головой в полете о бревно какое-то приложился. Сознание уплывало.
Пока принесли, чем тащить, пока перепоясанный веревкой отчаянный Мирон, лихо перебирая босыми ногами по еще влажноватым бревнам, спустился к Кощею, пока вдвоем обвязывали его, пока Кощей изо всех оставшихся сил забирался, упираясь в бревна ногами, пока его тянули мужики, пока Кощей вяло размышлял о том, что веревка порвется, прошло изрядно времени.
Когда, наконец, голова Кощея показалась из ямы, мужики дружно ухватились за нового хозяина и вытянули целиком. Следом выскочил довольный Мирон.
Очнулся Кощей в полной неге на мягкой траве. Рука была туго перебинтована, голова тоже. Рядом сидел Лакшай и внимательно наблюдал за больным. Увидев, что Кощей открыл глаза, он что-то вскрикнул и, чуть приподняв голову Кощея, напоил его кисловатым отваром.
В следующий раз Кощей очнулся уже к вечеру и сразу услышал непривычные звуки в уже знакомом шуме сборного отряда, в котором есть и женщины, и дети.
Замычала корова. Тоненько заржал жеребенок. Это сон?
Он приподнял голову и увидел, что отряд изрядно увеличился. Появилось несколько новых людей, Ночка бегает с каким-то беспородным псом, даже вроде курица квохчет, народ вокруг костра хлопочет.
Лакшай, который был рядом, поднес ему какой-то пахучий настой. Потом осторожно развернул повязку на руке. Да, гематома огромная и отек.
Индус достал из своей огромной сумы темный плоский камень и долго водил им по руке, затем сделал легкий массаж и компресс. После этого сделал успокаивающее движение, дескать, все в порядке. Ничего страшного. Аккуратно поменял повязку на голове.
Увидев, что Лакшай что-то засуетился, пришла Матрена с едой для Кощея. Остановить ее речь было невозможно, да и нужно было узнать Кощею новости.
– Ой, батюшка, очнулся. Лакшаюшка нас успокоил, что все нормально. Видно, он у тех индусов знахарь или дохтур какой. Сразу стал тебя, батюшка, пользовать. Уж как хорошо, что у него все с собой было в котомке цветастой. А у нас-то ничего почти и нет с собой. Кто же знал, что нужно брать с собой на ярмарку снадобья какие. Они, конечно, у него непривычно пахнут. Но это, видать, ихние травы какие.
Очень споро все Лакшаюшка сделал. Такой молодец. А мужики наши, батюшка, проход-то расчистили. Насквозь прочистили! Да мы уж и прошли его. Тебя на телеге перевезли, когда ты не в себе был. И здесь решили лагерем пока стать.
Только мы перешли, как из прохода начала всякая живность проходить, как будто ждала чего. Четыре коняшки еще новые появились, да жеребенок маленький. А здесь, уже с этой стороны, две коровки нашлись в кустах. Недоенные стояли, бедняги. Ребятня по кустам кур натаскала – вон, целый курятник у нас уже. А там и люди новые появились из прохода.
– Постой, Матрена, надо сказать, чтобы закрыли тот колодец, а то кто-нибудь еще свалится.
– Батюшка, сделали, как же! Сразу и сделали. Миронка мой сказал, что там ничего интересного нет. Мужики собрались, да деревья сваленные туда напихали, в ту дыру окаянную.
– Матрена, а где Нил? Не слышу его голос?
– Нил-то? А он с Ерофеем верхами на новых лошадках отправились к речке, хотели водицы привезти. Тут уж недалеко вроде. Сказали, вон на тот взгорочек заберутся и посмотрят. Если близко – то туда поедут, если нет, то сюда вернутся. Ерофей говорит, что оттуда должно быть видно. Он же с тобой, батюшка, на эту гору диковинную забирался, да все рассмотрел.
Так и нет мужиков пока. Видно, что река рядом, поехали водицу добывать. День то сейчас длинный, успеют приехать засветло. А мы тут решили переждать. Тебе спокойствие нужно, да и живность появилась, надо ее пособирать по кустам. Похоже, что проход-то новый притягивает всех сюда. Может, люди еще появятся. Надо привечать, чтобы не слонялись сердешные в одиночку-то. Мы-то к тебе прилепились – уж, как хорошо! Надежнее так.
– Матрена, а как мой Вулкан?
– Хорошо все с Вулканушкой. Тут мой Миронка никому не дал ничего делать. Сам коня богатырского обиходил. Все, как надо сделал. Ты не беспокойся, батюшка. И Ночка твоя друга нашла. На ее тявканье собачка прибежала.
От костра донесся взрыв хохота.
– Что там так весело?
– А это, батюшка, Петр для наших иноземных найденышей лапти изловчился плести. Кочедык из сучка подходящего сделал, да и плетет. А то у Магды уж больно обутка-то городская. Она уже натерла ноги. Да, и у Лакшая обувь для дороги не очень подходящая. Вот, видать, Магда меряет обувь новомодную. Хорошая обувь лапти, для лета вообще самая та обутка.
– Ничего, жизнь наладится. Конечно, наладится, – Матрена явно говорила для того, чтобы саму себя успокоить.
– Конечно, наладится. Ладно, пойду я Вулкана навещу. Я ходить-то могу.
– Да, батюшка, землица-то еще колышется. Не упади, родимый.
– Не упаду, Матрена.
Матрена с тревогой посмотрела на решительно поднимающегося Кощея, перевела взгляд на сидевшего рядом Лакшая. Тот кивнул, дескать, нормально. Но сам пошел с Кощеем, готовый поддержать.
Увидев идущего хозяина, подлетела Ночка, радостно тявкая. Подал голос Вулкан. И так хорошо стало Кощею. Действительно, все наладится.
Глава 8
Уже совсем смеркалось, когда появились Нил и Ерофей с небольшим запасом воды. Река точно была рядом, и она была очень широкой. Другой берег с трудом просматривался.
Народ радостно обсуждал новость, собравшись вокруг костра. Кощей сидел там же. В таком дружном кругу все сидели и рассказывали о том, кто такие, откуда родом. Говорили о потерянных родичах, практически все всплакнули, даже суровые мужики. Все уже поняли, что назад дороги нет, надо начинать новую жизнь. А река – это хорошее место для жизни.
Когда Кощей уже хотел разогнать народ по спальным местам и отправить дозорных на охрану стоянки, к костру вышли старик и парнишка лет десяти.
– Мир честной компании, – низко поклонился дед. А мальчик аж приплясывал от нетерпения от того, что дед такой степенный.
– И тебе, дедушка, мир. Проходите к костру с внуком вместе. Расскажите, кто и откуда вы?
– Да не внук эта егоза мне. С одной деревни мы. А деревня – тут, за бугром. Вот Ванька увидел ваших ребят, когда вы воду набирали, за мной прибег, мы тут через рощицу к вам и побежали.
– Так здесь деревня есть?
– Есть. Наша деревня – Ягодное. Только вот после беды этой страшенной осталось от нашей деревни пять домов, два мужика, три бабы, пятеро детишек, да я с бабкой. А рядом еще небольшое поселение появилось вместо наших домов. А там вообще никого из людей нет, только скотина домашняя. В домах все есть, как было. Заходи, да живи.
Народ радостно загудел.
– Только вот еще беда у нас.
– Тятьку с мамкой в доме придавило, – не выдержал степенной речи деда Ванька, – дерево на дом упало. Я-то в окошко малое выскочил, а папка большой, да мамка тоже. Они в доме сидят.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.