Тень Эрфорода. Цена молчания. Часть 1.

Сомнения и гордость.

Аданар Лотрен, мужчина тридцати двух лет, занимающий пост ректора академии Нердай, благодаря своей кровной связи с негласными хозяевами данного учреждения, уже второй час, сидел на втором этаже своего кабинета, где располагалась его постель и старательно, пытался придумать, как ему более мягко отказать в условии, написанном, в письме, что пришло этим утром. На прикроватной тумбочке уже стояла пустая бутылка, одного из наикрепчайших напитков в Элафриде – янтарного соданта и два стакана, один из которых, хранил в себе пару капель горячительного вперемешку с успевшей осесть пылью. Второй стакан принадлежал человеку, который для разрядки обстановки занимался разливом, однако сам предпочитал контролировать уровень поступающей пьянящей жидкости в свой организм. Аданар в последние годы, зарекомендовал себя, далеко не самой приятной личностью в стенах академии, готовым резким словом опровергнуть чужие домыслы, или же поставить на место сам совет Нердая, который то и дело намеревается урезонить вспыльчивого ректора в каверзных вопросах. Скверность ректора нередко выражалась и его поступками, как в отношении любовных похождений, хотя любовными их можно было назвать лишь отчасти, так и в отношении взаимодействия с окружающими его людьми. Надменный, холодный и бесчувственный эгоист, говорили многие за спиной мужчины без стеснения, однако в глаза выражать свои мысли не осмеливались. Сейчас, предвидя закономерный итог, на кровати рядом с ректором, удобно устроился Иссир Хрон, один из профессоров академии, наставник для третьего отряда стражей, признанных элитой и до кучи, являющийся дядей Аданара.

– Они вытеснили нас из пяти городов, а теперь ещё и это? – не имея понятия как ещё сильнее выразить своё негодование, мужчина потянулся к своему стакану, желая залить ворочающееся в его груди чувство нерешённого вопроса, что каждую минуту больно пинало его изнутри, вызывая беспокойство у и без того притеснённого эгоизма. Его чёрные волосы, концами разметались по белой подушке и едва ощутимо щекотали шею ректора, а глубокие синие глаза с редкими отблесками бирюзовых искр заметно покраснели из-за плохого сна и усталости.

– Да брось, что они смогут сделать за полгода? Наши ребята и за три-то не всегда получают возможность, влиться в активный резерв. Зато подумай, какие двери это соглашение откроет нам – поучительно усмехнулся Иссир, отсалютовав своим полным бокалом, пьяному взгляду ректора.

– Ты говоришь как моя мать. В те двери, мы можем пройти и с помощью его величества – пренебрежительно бросил Аданар и подобрался с тяжёлым вздохом, присаживаясь ровнее прежде чем снова прошёлся по строчкам в письме:

"Господин Лотрен, пишет вам ректор Й'атруш.

Мы готовы пойти на некоторые уступки в конфликте двух академий.

На данный промежуток времени, вашим "лицензионнам",

будет открыт въезд в такие города как:

Гоак, Гаруэл и Эрген.

Именно в этих городах, был замечен, искомый вами человек.

В свою очередь вы обязуетесь принять на обучение,

двух учеников нашей академии, на неопределённый срок,

находящийся в диапазоне от пары месяцев до полугода

Мы надеемся на верность принятого вами решения

и в ближайшие четыре дня, ожидаем вашего ответа.

ректор академии Й'атруш.

09.02.3285 год."

– Он не посчитал нужным, представиться мне должным образом. Начало апреля, в Гоаке весна приходит многим раньше чем здесь, как он вообще рассматривает возможность добраться из Экалира в Гоак за четыре дня? – раздосадовано вопросил Аданар, разведя руками, словно пытаясь оправдать своё желание отказаться от данного предложения перед Иссиром. Профессор вопросительно вскинул бровь с насмешкой смотря на племянника.

– Три, уже три, сегодня мы никого не отправим – чуть поразмыслив над верной интонацией поправил мужчину Иссир.

– Тем более! С учётом гололедицы, метели или же заваленной снегом дороги. Неделя как минимум! – довольно усмехнулся Аданар хлопнув в ладоши.

– Боюсь совет не оценит твоего энтузиазма и настоит на согласии. Так что пиши, мол, признателен за его любезное предложение и согласен, однако к его условию желаешь добавить своё и заключатся оно будет в выборе максимально слабых кандидатов на роль обмена. Нам не нужны эксцессы и непослушание, дисциплина и полное повиновение приказам вышестоящих Нердая. Уверен он сам оскорбится от подобного вмешательства и прервёт переговоры, а ты останешься чист перед советом – отмахнулся от радости ректора Иссир и, поморщившись от удовлетворённости качеством соданта, кивнул, возвращая стакан на столик.

– Совет, что б им провалиться в дебри Изугора! – недовольно рыкнул Аданар, раздражённый своим проигрышем сминая письмо в неказистый комок и отбрасывая его прочь от себя. – Как… выбрать девчушек, я слышал в Й'атруш полно учениц обучаемых прислуживать – посетила внезапная мысль пьяную голову ректора.

– Вполне не плохо мальчик мой, прислуга Нердаю всегда пригодится – полностью согласный с данной мыслью кивнул Иссир.

– Отлично, значит мы потребуем девиц, а твои ребятки в свою очередь поработают с ними как с первогодками, что само собой заставит их вести себя тише воды, ниже травы, замечательно! – загорелся Аданар и сполз с кровати вразвалочку подходя к столу, где рухнул в кресло. Из-за выпитой ранее бутылки на двоих, в голове Аданара Лотрена шумела непогода, однако мыслить относительно рационально он всё же старался, активно борясь с нарушенной координацией и головокружением. – Кто будет их сопровождать? Уже выбрали? – склонившись над чистым листом, Аданар завис с пером в руках, отчаянно борясь с желанием начать письмо с оскорбления ректора Й'атруш.

– Паук вызвался, кажется его сын учится там, так что, пусть едет. К тому же пока его нет, ты можешь внести правки в правила академии, совет без него не соберётся – ухмыльнулся Иссир.

– Может подсказать ему более верное направление? – задумчиво вопросил Аданар, вызывая усмешку у Иссира. Перо коснувшись бумаги начало свой бег, придавая мыслям Аданара живой чёрный цвет и видимую форму. Что бы не написал ректор академии Нердай, он знал, если Иссира что-то в том письме не устроит, он достаточно быстро перепишет содержимое на свой лад. А в это время, на другой стороне Элафрида, в академии Й'атруш расположенной в Иннурене, активно проходили выборы тех, кто удостоится чести отправится на "обучение" в Нердай. Академия Нердая с самого своего основания в далёком 2951 году, позиционировала себя не иначе как колыбель стражей, верные короне и только, выходцы академии были способны в любой момент собрать свои силы в единую армию для подавления восстания или же массового истребления неугодных правителю Элафрида. Благо на сегодняшний день, данную услугу Нердай оказывал лишь единожды и то, благодаря тому, что закончилась данная затея крайне печально. В Нердай принимались все, имеющие в казне своего рода достаточно сбережений, всё же обучение в академии Эскалира всегда было занятием не дешёвым, но по большей части – окупаемым. С другой стороны Й'атруш, возведённый 3062 году до недавних пор выпускал в свет будущих благородных жён, лекарей и мастеров ювелирного искусства, лишь в прошлом столетии в ряду практик появился упор на физическую подготовку молодых юнцов. Нердаем данный факт был воспринят не иначе как шутка, пока выпускники Й'атруша не стали активно вытеснять северную академию из охранного дела. У Нердая всё ещё была столица с их горячо любимым королём, помойка близ Изугора именуемая себя Эргеном, куда стекаются все ущемлённые и брошенные в попытке приткнуться хоть где-то, и само собой Халиад, город удерживаемый в страхе семейством Лотрен. Если ректору Нердая, господину Лотрену, всего то и стоило, что принять предложение от ректора южной академии, то Иллиане Мор'ит, собственно и являющейся ректором Й'атруш, прекрасно понимающей всю серьёзность своего выбора, пришлось мягко сказать не сладко.

– Мы могли бы выбрать из твоих теров, всё равно в этом гадюшнике не поймут подмены – чувствуя неловкое смущение, женщина убрала мешающую ей рыжую прядь за ухо и осторожно поднесла чашку горячего чая к своим ярко-красным губам. Её бледно голубые глаза внимательно наблюдали за супругом с безразличным взглядом изучающим список предоставленных ему для ознакомления имён.

– Терры излишне жестоки, они привязываются к объекту и способны принести массу неприятностей. К тому же, их телосложение значительно разнится с телосложением учеников твоей академии – холодно отозвался мужчина скользнув по напряжённому лицу Иллианы укоряющим взглядом – но ты права, отправлять ювелиров, художников и лекарей, дело весьма неблагодарное. Проблема заключается лишь в том, среди моих терров чуть ли не каждый является родственником того или иного кандидата, это перечит правилам – отойдя от камина, медленным шагом мужчина подошёл к дивану на котором сидела Иллиана и протянул ей лист.

– Ты не выбрал? – встревожилась женщина, спешно ставя свою чашку с чаем и принимая лист из его рук.

– Они излишне вычурные, придумай нечто более скромное. Уверен у тебя хватит сил взять свою фантазию под контроль – с нежной улыбкой отозвался Люмир потрепав её по голове.

– Как пожелаешь – согласно кивнула Иллиана с тоской смотря на результат двух бессонных ночей. Создание пятидесяти имён для будущего сына дались Иллиане не просто, однако она справилась с поставленным её супругом условием и сейчас получив настоятельную рекомендацию, от чего-то почувствовала облегчение. – Как скоро мы с ним познакомимся? – отложив лист с надеждой на продолжение разговора вопросила Иллиана у мужчины, который впрочем уже успел дойти до двери, а судя по тому, что он не отозвался, вопрос Иллианы был для него не столь важен. Оставшись в одиночестве Иллиана с тоской осмотрела свой кабинет, где особого её внимания удостоился их с супругом свадебный портрет. В своём время, она единственная кто сумел пройти сложный отбор, а вступая в выгодный для её семьи брак, она и подумать не могла что попадёт в капкан безответной любви. Конечно супруг Иллианы всё ещё любил её, однако по своему, он оберегал её, вёл беседы когда видел, что ей становится излишне одиноко, дарил подарки на все празднества, о приходе некоторых из этих торжеств, она узнавала на прямую от супруга, но это стал холодный брак. Иллиана не чувствовала искренней любви от него как то было в самом начале, сейчас, он словно бы исполнял свой долг перед ней, слова любви легко слетали с его губ лишь в качестве насмешки и когда женщина получила подсказку от "отца", то сразу же решила ухватиться за эту возможность. Ребёнок, последнее что могло хоть немного растопить этот брак, а так как Люмир уже очень долгое время не делил с Иллианой одну постель, выходом стал чужой, хотя наверное правду говорят, чужих детей не бывает – гори оно всё! – сквозь зубы прошипела женщина и схватив со столика чашку с чаем, рассерженно швырнула свой снаряд в дверь. Чай пролился по полу синим пятном, а фарфор разбился в дребезги об дверной косяк, но даже так, женщине не стало легче. На свадебном портрете искренне счастливый Люмир Мор'ит смотрел на юную Иллиану с теплотой и нежностью, искренней всепоглощающей любовью, и куда же всё это исчезло? Его длинные рыжие волнистые волосы были собраны в причёску и украшены белыми цветами, белый фрак вышитый золотыми узорами по рукавам и полам идеально подчёркивал сильную фигуру молодого супруга, испещрённые мелкими шрамами и явно грубые на вид сильные руки, нежно обнимали молодую супругу за хрупкую талию. Иллиана всё ещё помнит сколько трепета было в том касании, он опасался навредить ей, а сама Иллиана не испытывала ровным счётом ничего. Конечно художник постарался заставить её улыбнуться, но глядя сейчас на портрет, ректор академии видела искажённое отражение действительности и это, разбивало ей сердце. Стараясь крепко ухватить своё разбитое состояние и собрать в нечто целостное, что способно раздавить, Ила уподобляясь своему супругу приняла высокомерный вид, подчистую стирая любое упоминание живых эмоций со своего лица, прежде чем выйти из своего кабинета. Как бы плохо ей ни было, у Иллианы осталось одно незаконченное дело, а меж тем время, безвозвратно утекало сквозь пальцы.

– Поднимай архивы своей памяти, ты выступаешь в качестве основного и единственного резерва представителей Й'атруш. Не хотелось бы ударить в грязь лицом и показать всю величину бездарности за слабоумием приобретённым с прожитыми годами. Для тебя это не составит особого труда, так как свою начальную подготовку ты проходил относительно недавно, однако позволю себе напомнить, что для Нердая и его обитателей, вы являетесь чуть ли не братом и сестрой, семья не та, которую ты привык видеть, это, бережное отношение, уважение и никакой проверки силы, всё ясно? – Люмир Мор'ит отодвинул молодого тера с дороги очищая путь для приехавшего за учениками Гласира Медрана являющегося членом совета в академии Нердай и известного ученикам северной академии как "Паук".

– Мне дурно – провыла пьяным голосом высокая девушка отплёвываясь от путающихся перед её лицом рыжих волос и предпринимая слабые попытки сопротивления, пока её водрузив на плечо, мимо, в сторону Элериона проносил профессор с абсолютно незаинтересованным в происходящем лицом, подол прямого платья девушки с золотыми переливами цветочных узоров покачивался на слабом ветру, прикрывая безвольно болтающиеся ноги. Тонкие руки упорно пытались выдрать хоть небольшой клок чёрных волос, что впрочем никоим образом не помешало мужчине остаться всё таким же безучастным к её тяготам. Юноша с удивлением отметил знакомые черты лица в представителе противоположной Й'атруш стороне и вопросительно взглянул на своего наставника.

– Будь с ней мягче – остановил Гласира Люмир с выражением недовольства на своём лице.

– Она пьяна, едва ли что-то почувствует – невозмутимо фыркнул мужчина, однако перекладывая свою ношу на одно из сидений Элериона, проявил всю аккуратность на которую был способен, накрывая девушку меховым пледом, дабы в пути она не ощутила дискомфорта.

–…В Нердае, вам необходимо следовать их правилам, конечно с учётом того, что они осмелились корректировать наше требование, вам не дадут спокойного житья и именно поэтому с ней едешь ты, Ноэль. Адаптируйся, но и о наших правилах не забывай. – замерший дабы удостовериться в том, что Паук верно воспринял его слова, Люмир пронаблюдал за данной картиной и вскоре вернулся к своему напутствию – Вряд ли отпрыск Лотренов позволит вам подняться выше той планки, которую он вам поставит. Не выделяйтесь, как бы сильно вас не провоцировали, вы должны оставаться беспристрастными. Полгода не финальный срок, вы можете закончить раньше, однако не стоит торопить события и просто следуйте за течением. Ваше личное дело, изучите по пути и заучите – сунув в руки парня увесистый свиток, мужчина указал ему на Элерион, поджав губы.

– Он из наших? – тихо вопросил у наставника Ноэль, кивая в сторону Гласира.

– Частично – нехотя отозвался Люмир едва заметно улыбнувшись для того, чтобы приободрить подопечного. – Оберегай, защищай… иначе это дело станет твоим последним – потрепав парня по волосам с тёплой улыбкой пообещал Люмир.

– Я понял – прочистив горло согласно опустил голову Ноэль и не имея более намерений разговорить своего наставника, поспешил к Элериону, пряча свиток во внутреннем кармане своей синей меховой накидки.

– Надеюсь Нердай осознаёт важность нашего соглашения и отнесётся к нашим ученикам достойным образом – Паук от слов мужчины в недоумении обернулся, мельком мазнув взглядом по напряжённому виду входящего в Элерион "юнца".

– Не заговаривай мне зубы Багровый, от твоих "учеников" за версту несёт отсутствием юношеских лет и раз это заметил я, значит и совет Нердая не оставит данный факт без внимания. Ректор Нердая мне казалось ясно дал понять, о критериях на которые вы должны опираться при выборе кандидатов на обучение – выбравшись из Элериона профессор Нердая недовольно скрестил руки общаясь с Люмиром на равных.

– Как член совета, не ты ли должен был настоять на отсутствии с его стороны даже малейшего вмешательства в эти переговоры? – холодно осведомилась Иллиана спускаясь на последнюю ступень парадной лестницы академии Й'атруш. Она припозднилась, так как лично контролировала сбор личных вещей учеников академии, дабы они не прихватили с собой что-то, что может вызвать как подозрения так и неприятные последствия в дальнейшем.

– Боюсь ректор Нердая был в том же, обескураженном состоянии, что и один из ваших учеников, в момент принятия своего решения. Не сочтите за грубость, но не кажется ли вам разумным, учитывать мнение обоих сторон, ведь у нас мирная договорённость, не так ли? – с явной усмешкой вопросил Гласир у женщины.

– У ректора Нердая нет такого права и передай ему о том, что нас не устраивает его своеволие, в случае если с моими учениками какими бы они ни были и чтобы не свершили, хоть что-то случится, я зарою северную академию в их столь горячо любимых горах без возможности выбраться оттуда – сталь не голос, Иллиана с вызовом взглянула на напрягшегося от её слов Паука.

– Боюсь климат Эскалира обломает ваши ноготки – после недолгой паузы с усмешкой отозвался Гласир, покачав головой. Как бы это не выглядело, к Иллиане мужчина относился с большим пониманием нежели чем это делали даже члены её семьи. Паук знал о скверном нраве Люмира и его пристрастиях прислуживать отцу не понаслышке, понимал в каком положении оказалась некогда его первая любовь, но пойти против Багрового ради любви не осмелился. Глава ордена Орхап с момента основания высмеивал это чувство считая его слабостью и проявлением бессмысленной жертвы, поэтому настроить весь орден против одного сына, пусть и связанного с ним на прямую, для верховного не стало бы чем-то особенным, чем-то, излишне трудным в исполнении. О, как счастлив он был, когда Иллиана ответила на его чувства двадцать один год назад, пусть их отношения и продлились всего три года, он бережно хранил в своей памяти каждый миг того хрупкого счастья, что у них было. Последствия, они есть у всего и порой бывают настолько невыносимо жестоки, что лучше просто бросить, не ползти до самого конца с явным страхом потерять то дорогое, что у тебя ещё осталось.

– Убирайся с нашей земли – безразлично бросила женщина и повернувшись, неспешно направилась ко входу в академию с желанием как можно скорее скрыться и желательно забыть о том, что увидела старого знакомого спустя столь продолжительное время.

– Удачной дороги – с милой улыбкой пожелал Люмир и смотря на Глисера с явным превосходством молча дождался, когда мужчина скроется в Элерионе.

Весенний день.

Академия Нердай, со своим величественным фасадом, таила в себе множество загадок и тайных уголков. На седьмом этаже, в пустом широком коридоре, царила тишина, настолько глубокая, что казалось, воздух застыл. Лишь редкие шорохи, исходящие от запертой двери, нарушали этот покой. Семь минут назад госпожа Лаура Брайс, лекарь академии, решив побаловать себя компанией местного библиотекаря, госпожи Норилы Кохрон, поднялась на эту высоту. Их совместный обед, вероятно, был наполнен бурными обсуждениями древних свитков и затерянных книг, о которых Норила могла лишь грезить в силу своего затворничества в стенах академии. Полагая, что потревожить его покой никто более не осмелится, Аданар Лотрен удобно расположился в своём рабочем кресле. Он с лёгкой улыбкой позволял своей протеже, Алире Гофур, доставить себе небольшое удовольствие, наслаждаясь этой редкой минутой уединения. Тишина вокруг только подчёркивала его уверенность в том, что этот момент останется их маленькой тайной, скрытой от посторонних глаз. Это утро оказалось для мужчины далеко не самым простым. Во-первых, он добился того, чтобы совет внёс новый свод законов в устав академии – дело, требующее много усилий и дипломатии. Во-вторых, он неизбежно вступил в ссору со своей протеже из-за её ревности, за что она сейчас "извинялась", пытаясь восстановить утраченное равновесие. Алира не могла смириться с тем, что несмотря на их отношения, мужчина продолжал обращать внимание на других учениц. Иссир Хрон, который хорошо знал о сложившихся между ними отношениях, явно наслаждался этой ситуацией, часто подшучивая над девушкой. Именно эти насмешки для неё были источником настоящей тревоги. Алира была уверена, что за два года практики полностью изучила объект своего желания. Она считала, что знает необходимый уровень обхвата, глубину и ритм, который может заставить Аданара забыть обо всём на свете, стоило ей лишь опуститься перед ним на колени. Однако, на этот раз она ошиблась. Несмотря на её старания и глухие стоны, которые она издавала, смакуя каждый сантиметр достоинства мужчины, мысли Аданара были далеко. Он, прикрыв глаза, думал не о наслаждении, а о том, что со дня на день в академию должна прибыть его головная боль, предвещая возможные нервные срывы. Неизвестность и тревожное ожидание того, что вот-вот начнутся новые проблемы, полностью заслонили ему всё происходящее в этот момент. Аданар не знал, какими будут прибывшие ученики, но надеялся на ректора Й'атруш, ожидая, что он окажется достойным человеком. Также он надеялся, что Иссир сумел правильно передать его предпочтения относительно физических аспектов ожидаемых учениц. Господин Лотрен мало что знал о ректоре южной академии, кроме того, что тот занимал свой пост уже более десяти лет. Размышляя о том, стоило ли Дару обращаться к своему коллеге как к уважаемому старцу, Аданар пришёл к двум выводам. Во-первых, что попытки Алиры утомили его без должного результата. Во-вторых, что в Нердае некоторые люди, вероятно, игнорировали установленные законы и нормы. Иссир вошёл в кабинет без стука, его уверенная походка напоминала вихрь. Проходя мимо стола, он не упустил возможности оценить размер обуви персоны, скрывающейся под столом, и, постучав по поверхности, усмехнулся.

– Мисс Гофур, заканчивайте, нашему ректору пора встречать гостей, – заявил он излишне торжественно, заставляя Аданара подняться на ноги с изумлённым выражением на лице. – О, прикройся ради всего святого! – наигранно ужаснулся профессор, поспешно отвернувшись от наготы своего племянника.

– Прости – опешил Аданар пряча своё хозяйство обратно в брюки – приехали? – неуверенно переспросил мужчина словно не до конца доверяя словам своего дяди.

– Подъезжают, стражи Эскалира дали отмашку, наш Элерион уже должен был въехать в юго-западные врата три минуты назад – в предвкушении согласно кивнул профессор. Осторожно выползшая из под стола Алира в недоумении взглянула на профессора и достаточно быстро её эмоция сменилась недовольством от поспешности мужчины.

– Всего на полчаса позже ты мог прийти? – толкнула Иссира локтем, проходящая мимо него Алира, так как уже поняла что продолжить свои действия с возлюбленным она не сможет.

– Тебе уже и полугода не хватит – с едкой усмешкой отозвался мужчина и повернувшись обратно к племяннику с удивлением обнаружил, как тот тревожно засуетился по кабинету в поисках чего-то – Дар? Что ты ищешь? – Алира тихо прикрыла за собой дверь однако не отошла далеко приложившись ухом к дверной поверхности, дабы услышать о чём же они будут говорить.

– Ничего, он был где-то здесь – бросаясь из угла в угол в поисках одной конкретной вещи, Аданар внезапно замер на месте устремляя свой взгляд куда-то в сторону окна, а может и за его пределы.

– Ты про тесты? Я уверен это подождёт, идём ты ведь хотел встретить их лично, верно?… Идём уже – похлопав оторопевшего племянника по плечу с улыбкой позвал Иссир и словно давая ему пример, направился к двери, неспешно, дабы тот не упустил его из виду.

– …Тесты, да, я искал их – с облегчением выдохнул Аданар и отыскав глазами первую из попавшихся отражающих поверхностей запустил пальцы в свои волосы приглаживая их.

– Идём уже, они даже внимания не обратят – рассмеялся с его волнения Иссир и открыв двери смерил недовольным взглядом предусмотрительно отступившую от двери Алиру. Это было единственное чего удостоилась Алира, с ней не обмолвились и словом, не удостоили и каплей словесного внимания, что без сомнений в придачу к довольно странному поведению её возлюбленного вызвало в девушке некоторого рода подозрения. Врата академии Нердай пропустили сквозь себя первый Элерион принадлежащий академии. По мокрому частично растаявшему, грязному снегу Элерион спокойно проехав вокруг фонтана, остановился у самой парадной лестницы. Гостей встречал как сам ректор академии, так и члены совета, стоящие позади основного и главного лица, только за ними с самого верху лестницы для лучшего обзора стоял Иссир Хрон опершись о перила со скрещенными на груди руками. Первым из Элериона вышел Паук, вызывая недоумение у собравшихся своим внешним видом. Сплюнув на снег сгустком крови из под своей маски, мужчина с усмешкой покачал головой и отошёл в сторону, позволяя первому из учеников показаться под открытым небом. Ноэль Аввар, светловолосый юноша с бледно голубыми глазами, сразу вызвал чуть более пары вопросов у Аданара, желающего в последующем задать их сопровождающему "деток" Пауку.