Россия капиталистическая

В течение третьего квартала официальная безработица в области увеличилась в 4,3 раза по сравнению с январём и составляла 92285 человека (5%). Число безработных в ГО уменьшилось на 4592 человека по сравнению с первым полугодием 2020 года и составляло 64251 человек, или почти 70% от общей численности официальных безработных. Уменьшение числа безработных в городских округах объясняется снятием некоторых эпидемических ограничений в социально-экономической сфере, но кризис никуда не делся и продолжал своё наступательное влияние. Число безработных в муниципальных районах наоборот, увеличилось на 7410 человек по сравнению с первым полугодием и составляло 28034 человека, или около 30% от общей численности безработных. Наибольшими темпами безработица росла в городах, в которых сосредоточена основная часть металлургической промышленности, машиностроения и металлообработки: Челябинск – в 8 раз; Копейск – в 7,8 раза; Миасс – в 5,2 раза; Магнитогорск – в 5 раз; Златоуст – в 4,9 раза. Суммарная безработица этих ключевых для экономики области городов составила 53983 человека, или 58,5% от общей численности официальных безработных. Наибольшее число безработных было отмечено в Челябинске – 31672 человека, или 34,4% от общей численности официальных безработных.

3. Скрытая безработицы (неполная занятость). Численность работников, работавших неполное рабочее время по инициативе работодателей, находившихся в простое и отпусках без сохранения зарплаты, во втором квартале 2020 года увеличилась в 3,2 раза и составила 34177 человек по сравнению с первым кварталом (10729 чел.). Число предприятий и организаций, работавших в режиме неполной занятости, во втором квартале увеличилось в 6 раз и составило 719 единиц по сравнению с первым кварталом (119 ед.). В третьем квартале скрытая безработица сократилась, но продолжала превышать показатели первого квартала в 2,5 раза (27436 чел.). Число предприятий и организаций, работавших в режиме неполной занятости, в третьем квартале также сократилось, но превышало показатели первого квартала в 4,4 раза (522 ед.).

4. Обнищание трудящихся масс. Реальные располагаемые денежные доходы населения области продолжают снижаться седьмой год подряд. Наибольшее снижение было отмечено в 2016 году – на 12,8%. За 10 месяцев 2020 года реальные располагаемые денежные доходы снизились на 1,7% по сравнению с 2019 годом (РФ – 4,3%). Количество жителей, находящихся за чертой бедности с доходами до 11000 рублей в месяц, составило более 542000 человек, или 15,6% от общей численности населения. Из них около 42000 (1,2%) человек с доходами до 5000 рублей в месяц существуют на грани жизни и смерти.

5. Долги по заработной плате. Суммарная просроченная задолженность по заработной плате перед наёмными работниками в первом квартале 2020 года сохранялась на стабильном уровне и составляла в среднем 3, 6 млн. рублей. В течение второго квартала, после ввода «ограничительных мер», задолженность выросла в 5,1 раза и составила в среднем за квартал 18,5 млн. рублей. В течение третьего квартала, после снятия некоторых ограничений, задолженность выросла в 5,4 раза и составила в среднем за квартал 19,4 млн. рублей.

6. Банкротство предприятий, организаций и граждан. В первом полугодии 2020 года количество предприятий и организаций частной и государственной форм капиталистической собственности, объявивших о процедуре банкротства, сокращении численности или штата наёмных работников, составило 167 единиц. Из них 75 (45%) предприятий и организаций признано банкротами или находились в стадии банкротства. Число жителей – банкротов, включая индивидуальных предпринимателей, увеличилось на 71,4% и насчитывало 1423 человека (2019 год – 830 банкротов). По числу жителей – банкротов в январе – июне 2020 года область заняла восьмое место в РФ и второе в Уральском федеральном округе (УФО) после Свердловской области (1720 банкротов).

Эти факторы оказала существенное влияние на возникновение и развитие трудовых конфликтов. В истекшем году в области зафиксировано 16 трудовых конфликтов – на 4 конфликта больше чем в 2019 году. Область третий год подряд является самым конфликтным субъектом в УФО и входит в пятёрку самых конфликтных субъектов РФ вместе со Свердловской областью.

Поквартальное распределение трудовых конфликтов.

В первом квартал 2020 года в области было отмечено 7 ТК. Из них два конфликта перешли с 2019 года. Это конфликт медицинских работников ГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи г. Сатка» (ГБУЗ «ССМП г. Сатка») и конфликт рабочих ПАО «Челябинский электрометаллургический комбинат» (ПАО «ЧЭМК»). Во втором квартале было отмечено 2 ТК, в третьем – 5 ТК и за первые два месяца четвёртого квартала также отмечено 2 ТК. Таким образам наиболее конфликтным стал первый квартал 2020 года. Все конфликты в этот период не были связаны с эпидемическими ограничениями. Наёмные работники в этот период активно боролись против долгов по заработной плате, низкого уровня оплаты труда и недоплат, нарушений трудовых прав работников, увольнений и сокращений. Боролись за повышение зарплаты, новые тарифные соглашения, сохранение рабочих мест и предприятий. Эпидемические ограничение, введённые в начале второго квартала несколько снизили накал борьбы, но начиная с мая трудовая обстановка постепенно начала переходить в активную фазу. К традиционным конфликтам, добавились конфликты против задержек «коронавирусных надбавок» к зарплате работникам медицинских учреждений, стали более решительными действия за сохранение промышленных предприятий и права на труд.

Распределение трудовых конфликтов по отраслям экономики.

Трудовые конфликты были зафиксированы в производственной и непроизводственной сфере трудовой деятельности наёмных работников. Все конфликты в производственной сфере были зафиксированы в отраслях обрабатывающих производств. Всего отмечено 8 ТК в пяти отраслях: в металлургической (3 ТК) и автомобильной (2 ТК) промышленности, по одному конфликту в радиоэлектронной и пищевой промышленности и на предприятии по производству микрокальцита. В непроизводственной сфере зафиксировано также 8 ТК в трёх отраслях: здравоохранение (4ТК), общественном транспорте (3ТК) и один конфликт в коммунальном хозяйстве. Таким образом, в 2020 году было зафиксировано 8 конфликтных отраслей (в 2019 году – 5 отраслей). Наиболее конфликтными отраслями в производственной сфере стала металлургия, непроизводственной сфере – медицина и общественный транспорт.

Анализ трудовых конфликтов позволяет определить основные закономерности и изменения в наиболее конфликтных отраслях экономики области:

– металлургическая промышленность является базовой отраслью в экономике и определяет экономическую специализацию Челябинской области. После реставрации капитализма в России её доля в экономике постоянно снижается, а общая динамика «развития» направлена в сторону упадка. Доля металлургической отрасли в экономике области в 2010 году составляла почти 63%, в 2016 году – 58,6%, в 2019 году – 54,4%, а в октябре текущего года – 52,5%. Под давлением кризиса, индекс производства в металлургической отрасли в истекшем году рухнул на 12,5%, Это самое глубокое падение после кризиса 2008 – 2009 годов. Если протестная активность металлургов в 2019 году была в основном направлена на увеличения размера реальной заработной платы и её индексации, то в 2020 году к этим требованиям добавились протесты против сокращений работников и борьба за сохранение предприятий;

– в 2020 году здравоохранение осталось наиболее конфликтной отраслью, как и в 2019 году. Но источники и движущие силы возникновения трудовых конфликтов в 2020 году отличаются от 2019 года. Ведущая причина конфликтов медиков в 2019 году была связана с неисполнением «майских указов» Президента РФ 2013 года «О мероприятиях по реализации государственной социальной политики» в части увеличения размера реальной заработной платы и доведение ее до средней заработной платы по региону. Медики протестовали против политики оптимизации и противозаконной «коррекции» заработной платы в сторону её снижения, а также против политики умышленного нарушения трудового законодательства работодателями в угоду липовых отчётов о выполнении «майских указов». В 2020 году ведущей причиной конфликтов медиков стали невыплаты стимулирующих надбавок и по причине несправедливого распределения денежных средств за работу в условиях эпидемии;

– высокий конфликтный потенциал в 2020 году образовался в транспортной отрасли, на предприятиях пассажирских перевозок. В первой половине года водители и кондукторы трамваев и троллейбусов протестовали против низкой зарплаты, тяжелых условий труда и изношенности транспорта. Во второй половине года водители маршруток протестовали против действий конкурентов на своих маршрутах и высокой стоимости путевых листов, что при снижении пассажиропотока в условиях эпидемических ограничений привело к снижению зарплаты.

Распределение трудовых конфликтов по формам капиталистической собственности и величине предприятий.

В 2020 году 12 ТК (75% от общего количества конфликтов) протекали на предприятиях, находящихся в частной собственности (для сравнения: в 2019 году был один конфликт). Из них: 8 ТК (66,7% от общего количества конфликтов в частном секторе экономики) зарегистрированы на крупных частных предприятиях, численностью свыше 250 человек, один ТК (8,3%) – на среднем предприятии, численностью до 250 человек и 3 ТК (25%) на малых частных предприятиях, численностью до 100 человек. Конфликты в частном секторе экономики отмечены на предприятиях металлургической, автомобильной, радиоэлектронной, мясоперерабатывающей промышленности, на предприятиях по производству микрокальцита, общественного транспорта и ЖКХ. В прошедшем году 4 ТК (25% от общего количества конфликтов) зарегистрированы в медицинских учреждениях с государственной капиталистической формой собственности (для сравнения: в 2019 году 10 ТК). Из них: два конфликта (50%) были отмечены в крупных медицинских учреждениях, численностью свыше 250 человек и два конфликта (50%) отмечены в учреждениях медицины с численностью сотрудников до 100 человек.

Таким образом, в 2020 году наиболее конфликтные секторы трудовой деятельности наёмных работников поменялись местами. Если в 2019 году максимально конфликтным был государственный капиталистический сектор экономики, куда входили промышленные предприятия и медицинские учреждения федерального, областного и муниципального значения, то в 2020 году максимально конфликтным стал частный сектор экономики, куда вошли крупные, средние и малые частные предприятия. Причём трудовые конфликты на крупных частных предприятиях составили наибольшую долю в общей сумме конфликтов, что говорит о глубоком проникновении кризиса в частный сектор экономики области.

Формы протестных действий и роль профсоюзов.

Для защиты своих трудовых прав наёмные работники прибегали к различным формам протестных действий как публичного, так и непубличного характера. При этом тактика протестных действий не зависимо от формы протеста сопровождалась широким использованием СМИ, интернета и социальных сетей для освещения реализации намерений и организационно-мобилизационных мероприятий, достижения поставленных целей, а также для привлечения внимания общественности, общественных институтов и властей различного уровня к проблемам наёмных работников.

За 2020 год в области зафиксировано девять публичных акций протеста (56,3% от общего количества трудовых конфликтов) и семь (43,7%) непубличных акций протеста. В 68,7% случаев (11 ТК) требования наёмных работников были полностью удовлетворены, а поставленная ими цель достигнута, в 6,3% (1 ТК) – частично удовлетворены, в 6,3% (1 ТК) – не определено и в 18,7% случаев (3 ТК) наёмным работникам отказали удовлетворить их требования.

В рамках публичных акций протестов было отмечено в форме забастовки – 4 ТК (25% от общего количества трудовых конфликтов), в форме пикета – 4 ТК (25%) и один конфликт (6,3%) – в форме митинга.

Забастовки:

– в конце января 70 рабочих ОАО «Южноуральский завод радиокерамики» в городе Южноуральске приостановили работу по причине долгов по заработной плате с сентября 2019 года, которые образовались из-за банкротства завода;

– в годовщину Парижской коммуны, 18 марта, рабочие ООО «Научно-производственное предприятие «Микрон» в городе Верхний Уфалей вытеснили охрану предприятия, заняли предприятие и запустили производство;

– 6 октября 40 водители маршрута № 85 ООО «Урал – Дом» в городе Челябинске отказались выходить на работу по причине резкого снижения зарплаты вследствие неожиданного появления на маршруте автомобилей конкурентов;

– 9 ноября 50 водители маршрута № 86 ООО «Автолига» в городе Челябинске отказались выходить на работу по причине резкого снижения зарплаты вследствие повышения стоимости путевого листа и снижение пассажиропотока из-за эпидемических ограничений.

Пикеты:

а). Согласованные:

– 5 февраля члены Межрегионального профессионального союза работников здравоохранения «Действие» (КТР), сотрудники ГБУЗ «ССМП г. Сатка» и активные жители города – всего около 50 человек – протестовали из-за снижения уровня оплаты труда и тяжёлых условий труда;

– 28 февраля рабочие АО «Автомобильный завод «Урал» в городе Миассе выступили в защиту своих трудовых прав, против произвола нового владельца и руководства завода. Участники пикета развернули плакаты с надписями: «Рабочие против снижения зарплаты», «Обнищание трудящихся – позор власти», «Рабочие против скользящего графика на заводе»;

– 27 сентября члены Межрегионального профессионального союза работников здравоохранения «Действие» (КТР), сотрудники ГБУЗ «ССМП г. Магнитогорска» и активные жители города поддержали Всероссийскую акцию медработников «Заплатите за COVID!».

б). Не согласованные:

– 29 ноября в городе Миассе активисты независимого профсоюза РПМ-СПР работников АО «Автомобильный завод «Урал» (РПМ-СПР – Российский профсоюз металлистов входит в состав Союза профсоюзов России) при солидарной поддержке Миасского отделения профсоюзов МПВП «Уральские перевозчики» (МПВП – Межрегиональный профсоюз водителей профессионалов), провели массовый пикет на центральной площади перед зданием городской администрации. Цель пикета – «привлечь внимание к проблемам трудовых коллективов, заявить об одинаковых проблемах в разных отраслях и о депрессии в российской и постсоветской экономике в целом, призвать трудящихся создавать свои профсоюзы и проявлять друг с другом солидарность». Участники пикета развернули плакаты с надписями: «Руки прочь от боевых профсоюзов!», «Братство рабочих и никаких прочих!», «Если не сплотиться – нам не освободиться!», «Нет! Увольнениям, сокращениям, оптимизации».

Митинги:

– 10 сентября рабочие мясоперерабатывающего комбината в городе Миассе, который входит в агрохолдинг «Ариант», принадлежащий одному из богачей Челябинской области – совладельцу ПАО «ЧЭМК», вышли на стихийный митинг (рабочий сход) у проходной комбината. Рабочие высказали «обеспокоенность» дальнейшей судьбой предприятия и предстоящим массовым увольнением в связи с закрытием комбината. Рабочие «просят», чтобы увольнения были «справедливыми» и проходили в «соответствии с требованиями трудового законодательства и выплатами положенных компенсаций».

В рамках непубличных акций протестов за этот же период было отмечено 2 ТК (12,5% от общего количества трудовых конфликтов) в форме угрозы забастовки, 2 ТК (12,5%) – в форме видеообращения и 3 ТК (18,7%) – в форме обычного обращения.

Угроза забастовки:

– в конце февраля через СМИ и социальные сети, водители и кондукторы ООО «Челябинский городской электрический транспорт» (ООО «ЧелябГЭТ») заявили, что начнут забастовку по причине низкой зарплаты, постоянных переработок, неудовлетворительных условиях труда и изношенности транспорта;

– в конце марта 2020 года рабочие – коммунальщики (дворники) Челябинского ООО «Строймеханизация» заявили, что начнут забастовку по причине значительного снижения заработной платы.

Видеообращения:

– 19 мая 48 водителей подстанции №5 Челябинской городской ССМП записали видеообращение с требованием выплатить им доплату за перевозку ковидных больных. В ходе протестного флэшмоба водители хором скандировали: «Выплатите наши деньги!»

– 8 июня медики и водители ГБУЗ «ССМП г. Златоуст» заявили в видеообращение, что не получают стимулирующие выплаты за работу в условиях пандемии коронавируса.

Обычные обращения:

– в марте профком ПАО «ЧМЭК» (профком комбината относится к ГМП России (ФНПР)) обратился к работодателю с требованием подписать новое отраслевое тарифное соглашение (ОТС) по горно-металлургическому комплексу на 2020–2022 годы, ориентированного на обязательный рост средней заработной платы сверх уровня инфляции;

– в начале августа 50 рабочих кислородно-конверторного цеха ПАО «ЧМК» (ПАО «Мечел») обратились к работодателю с требованием повысить оплату труда;

– в сентябре областной профсоюз ГМП России (ФНПР) предложил работодателю ООО «Метагломерат» (принадлежит ПАО «ЧЭМК») подписать «дорожную карту», согласно которой сокращаемые рабочие, в связи с консервацией завода по причине перебоев поставок руды из Казахстана, должны были получить пять средних заработных плат.

Сравнительный анализ эффективности публичных и непубличных акций протестов показывает, что публичные акции прямого действия (забастовка, митинг, пикет) в 1,7 раза результативнее, чем непубличных акции (угроза забастовки, видеообращение, обращение). Общая результативность публичных и непубличных акций протеста, когда требования наёмных работников были полностью удовлетворены, составила 68,7% (11 ТК). При этом доля публичных и непубличных акций, завершившихся отказом от удовлетворения требований наёмных работников или частичным удовлетворением их требований, или решение по требованию наёмных работников отложено на неопределённый срок, составила 31,3% (5 ТК). Эти акций составляют остаточный потенциал для возобновления новых трудовых конфликтов.

В 2020 году доля акций протеста без участия профсоюзов составила 68,7% (11 ТК) и с участием профсоюзов – 31,3% (5 ТК). Высокая доля протестных акций без участия профсоюзов свидетельствует о том, что протестующие не доверяют профсоюзам ФНПР и стремятся сами решить накопившиеся трудовые проблемы с работодателем путём самоорганизации. Анализ действий профсоюзов по защите трудовых прав наёмных работников в условиях экономического кризиса и эпидемических ограничений показывает, что наиболее результативно работали в этих условиях независимые профсоюзы работников здравоохранения «Действие» (КТР) и независимый профсоюз РПМ-СПР АО «Автомобильный завод «Урал». Цели, которые ставили эти профсоюзы в ходе протестных акций, – защита наёмных работников от унижения, произвола и хамства работодателей, сохранение права рабочих на труд и достойную для проживания заработную плату, привлечение общественного внимания к проблемам в медицине и на промышленных предприятиях, – были в основном достигнуты. Но положительные результаты, достигнутые этими профсоюзами, дались им нелегко. Председатель профсоюзной организации «Действие» (КТР) ГБУЗ «ССМП г. Сатка» получил взыскание от главного врача и был отстранён от работы. Восстанавливаться на работе профлидеру пришлось через областной суд. Председатель независимой профсоюзной организации РПМ-СПР АО «Автомобильный завод «Урал» был привлечён полицией к административной ответственности и оштрафован судом города Миасса на 10000 рублей за проведение несогласованного пикета, давление на профлидера продолжается до сих пор. Одной из причин создания независимых профсоюзов на предприятиях и в медицинских учреждениях стало бездействие или имитация деятельности профсоюзов ФНПР по защите трудовых прав наёмных работников в условиях обострения кризиса. Рабочие многих предприятий называют местные профсоюзы ФНПР – «жёлтыми», «карманными», «соглашательскими» профсоюзами, которые отстаивают интересы работодателей, а не наёмных работников. Например, по заявлениям работников «ЧелябГЭТа», местный профсоюз работников автомобильного транспорта и дорожного хозяйства (ФНПР) «не принимает никаких решений, которые могли бы улучшить ситуацию на предприятии, а председатель профсоюза отстаивает интересы работодателя». В такой ситуации инициативная группа трудового коллектива «ЧелябГЭТа» решила создать независимый профсоюз с названием «Союз водителей общественного транспорта» («СВОТ»), так как поддержки у действующего профсоюза ФНПР работники не нашли.

Имитация бурной деятельности профсоюзов ФНПР по защите трудовых прав наёмных работников в условиях обострения кризиса и эпидемических ограничений стала очевидным фактом. Все трудовые конфликты с участием профсоюзов ФНПР в истекшем году были ими проиграны, а конечные результаты оказались в пользу владельцев частных предприятий (их представителей). Так в марте 2020 года профсоюз ПАО «ЧЭМК» сообщил, что работодатель отказывается подписывать новое отраслевое тарифное соглашение (ОТС) по горно-металлургическому комплексу на 2020–2022 годы, ориентированного на обязательный рост средней заработной платы сверх уровня инфляции, хотя на словах хозяева предприятия не против этого ОТС. Второй пример. Осенью 2020 года, работодатель ООО «Метагломерат» (принадлежит ПАО «ЧЭМК») отказался подписывать «дорожную карту», предложенную областным профсоюзом ГМП России (ФНПР), согласно которой увольняемые рабочие, должны были получить пять средних заработных плат. В результате, как и хотели хозяева этого частного предприятия, более 200 рабочих завода были принудительно уволены по «соглашению сторон» и получили компенсацию в размере двух заработных плат, а многодетные матери и матери-одиночки – трёх заработных плат. Предприятие закрылось. Из 430 человек осталось работать 28 человек для поддержания режима консервации завода.

В условиях кризиса и эпидемических ограничений бездействие и имитация бурной деятельности соглашательских профсоюзов ФНПР стали ещё одним фактором влияния на трудовую обстановку. В этих условиях представители эксплуататорского класса не только не вступали в «социальный диалог» с наёмными работниками, как это прописано в статье 23 Трудового кодекса РФ (ТК РФ) о принципах равноправного «социального партнёрства», но и, защищая свои классовые интересы, откровенно осуществляли деструктивные действия в отношении наёмных работников:

– увольнение профсоюзных лидеров (активистов), объявивших о проведении итальянской забастовки: ГБУЗ «ССМП г. Сатка»;

– принуждение рабочих – профсоюзных активистов к увольнению под предлогом несогласия со скользящим графиком рабочей недели с одним выходным в воскресенье и вторым – среди недели с последующим выдворением профсоюзных активистов с территории завода под конвоем охранного предприятия: АО «Автомобильный завод «Урал»;

– принуждение работников к увольнению по «собственному желанию»: ООО «Метагломерат» (принадлежит ПАО «ЧЭМК»), «Миасский мясокомбинат (ОАО Агрофирма Ариант)»;

– привлечение полиции и судов против профсоюзных лидеров: АО «Автомобильный завод «Урал»;

– отказ владельцев предприятий от переговоров с профсоюзами: ООО «Метагломерат» (принадлежит ПАО «ЧЭМК»).

Капиталисты, проявляя между собой классовую солидарность и защищая свои классовые интересы, зачастую при поддержке или нейтральной позиции органов буржуазной власти и профсоюзов ФНПР, прямо демонстрируют не только пренебрежение к нормам ТК РФ, но и откровенно наплевательское отношение к конституционным нормам, прописанным в ст. 75.1 Конституции РФ. Эта статья была включена в буржуазную Конституцию РФ 1993 года в ходе общероссийского голосования 1 июля 2020 года. В ней говорится в частности о том, что в российском государстве «создаются условия для устойчивого экономического роста страны и повышения благосостояния граждан…, гарантируются защита достоинства граждан и уважение человека труда, обеспечиваются…, социальное партнерство, экономическая, политическая и социальная солидарность».

С какой целью и кто включил эту статью в буржуазную конституцию пока не ясно? При капитализме в любых условиях, особенно в условиях кризиса, когда речь идёт о получении или сохранении максимальной прибыли, способ достижения договоренности между трудом и капиталом, получивший наименование «социальное партнерство» не действует и носит чисто условный характер. Не действует, даже если этот способ является конституционной нормой, поскольку истинно партнерские отношения и настоящая «экономическая, политическая и социальная солидарность» между наемными работниками (эксплуатируемыми) и работодателями (эксплуататорами) не возможны в добровольном порядке, ввиду противоположности их классовых интересов. Принудительное обеспечение «экономической, политической и социальной солидарности» наемных работников (эксплуатируемых) с работодателями (эксплуататорами) будет означать движение капиталистического государства к фашистским порядкам. Если допустить, что российский капитализм действительно мог бы создать «условия для устойчивого экономического роста страны» и приспособить такую экономику не к получению максимальной прибыли, а к постоянному «повышению благосостояния граждан»; действительно мог бы обращать прибыль не на удовлетворения прихотей паразитического класса буржуазии, не на усовершенствование методов эксплуатации, не на вывоз капитала за границу, а на систематический подъём материального положения наемных работников, то тогда в России был бы некапиталистический строй и не было бы кризисов. Но эти допущения также не возможны при капитализме. Выхода из этого порочного круга «не возможностей» для наемного работника в рамках капиталистического строя нет. Выход может быть только один – демонтаж всей капиталистической системы, ликвидация отношений частной собственности, обобществление средств производства, организация научного планирования производства. Только в таких условиях развитие производительных сил, рост производительности труда гарантирует удовлетворение растущих потребностей каждого человека, «гарантируются защита достоинства граждан и уважение человека труда». Только в условиях планового хозяйства благополучие каждого отдельного индивида обусловлено его вкладом в общественное производство, а не зависит от прихоти отдельного капиталиста. Чтобы практически осуществить свою историческую миссию по демонтажу всей капиталистической системы и избавиться навсегда от пандемии капитализма, работающий класс – пролетариат России должен стать политически зрелым классом, классом «для себя», то есть подчинить свою борьбу политической задаче завоевания рабочей власти, диктатуры пролетариата и революционного преобразования общества на основах коммунистического строя. На нынешнем этапе классовой борьбы работающий класс – пролетариат России ещё не осознал свою историческую миссию, находится в начале этой миссии и представляет собой класс «в себе», то есть представляет собой пока «рассеянную по всей стране и раздробленную конкуренцией массу». (К. Маркс и Ф. Энгельс – «Манифест Коммунистической партии»). Истекший год показал, что все трудовые конфликты в области проходили с предъявлением социально – экономических требований. Подавляюще большинства этих конфликтов (87,5%) имели местное значение, слабую самоорганизацию рабочих и проходили в рамках одного предприятия, проходили без солидарной поддержки трудовых коллективов однотипных отраслевых предприятий, расположенных в другой местности и даже без солидарной поддержки забастовщиков остальными членами трудового коллектива одного завода (ОАО «Южноуральский завод радиокерамики»).