Крепость и утешение

«Бремя Мое легко есть»

Исполнением животворящих заповедей евангельских поддерживается соединение христианина со Христом (Ин 15:10). Иначе не может член Христов пребывать в единении со Христом, как действуя из Его воли, из Его разума. И воля и разум Христовы изображены в евангельских заповедях.

Свойственно каждому существу действовать, внутри и вне себя, сообразно естеству своему. Так и облеченному во Христа новому человеку, свойственно мыслить, чувствовать, действовать, как мыслит, чувствует, действует Христос. Водиться мыслями, чувствованиями ветхого человека, хотя б по наружности и добрыми, ему противоестественно.

Спаситель мира, Господь наш Иисус Христос, приступая к изложению Своих всесвятых заповедей, сказал: «Не мните, яко приидох разорити закон, или пророки: не приидох разорити, но исполнити» (Мф 5:17).

Каким образом Господь исполнил закон и пророков? Запечатлев прообразовательные жертвы принесением себя в жертву за человечество; заменив тени и гадания Ветхого Завета благодатью и истиною Нового Завета; удовлетворив предречениям пророческим совершением их; дополнив нравственный закон столько возвышенными постановлениями, что закон этот, пребывая непременным, вместе и изменился по причине высоты новых постановлений. Так изменяется дитя, достигши мужеского возраста и оставаясь тем же человеком.

Отношение Ветхого Завета к человеку можно уподобить духовному завещанию на наследство, причем обыкновенно прилагается подробное описание наследства со всеми нужными измерениями и исчислениями, с планами угодий, с рисунками строения; отношение Нового Завета можно уподобить введению во владение наследством. Там все изложено и изображено на бумаге: здесь все предоставляется существенно, на деле.

Чем отличаются заповеди Евангелия от заповедей Моисеева Десятисловия? Последние не допускали падшего человека впасть в состояние решительно противоестественное, но и не могли возвести к тому состоянию непорочности, в которой человек был сотворен. Заповеди Десятисловия сохраняли в человеке способность к принятию заповедей Евангелия (Ин 3:21). Заповеди Евангелия возводят в непорочность, превысшую той, в которой мы сотворены: они зиждут христианина в храм Божий (Ин 14:23); соделав его храмом Божиим, поддерживают в этом благодатном, сверхъестественном состоянии (Ин 15:10).

Святые апостолы Петр и Павел были точными исполнителями закона Моисеева по особенной любви к Богу (Деян 10:14 и проч., Флп 3:5–6). Чистота направления и непорочность жизни соделали их способными уверовать в Искупителя и быть Его апостолами. Оказывались часто способными к вере явные грешники, нисшедшие грехами своими к подобию скотов и зверей, но сознавшиеся в грехах и решившиеся принести в них покаяние. Наименее способными оказались те грешники, которые самомнением и гордостью уподобились бесам и, подобно бесам, отвергли сознание в греховности и покаяние (Мф 21:31–32).

Господь наименовал все учение Свое, все Слово Свое и все слова Свои заповедями (Ин 14:21, 23). «Глаголы, – сказал Он, – яже Аз глаголах вам, Дух суть и живот суть» (Ин 6:63). Они плотского человека претворяют в духовного, мертвого воскрешают, потомка ветхого Адама соделывают потомком Нового Адама, сына человеческого по естеству – сыном Божиим по благодати.

Заповедь Нового Завета, объемлющая все прочие частные заповеди – Евангелие. «Исполнися время, приближися Царствие Божие: покайтеся и веруйте во Евангелие» (Мк 1:15).

Господь назвал свои частные заповеди малыми по простоте и краткости изложения, по причине которого они удобоприступны для каждого человека. Назвав их малыми, Господь возвестил однако ж, что нарушитель одной такой заповеди «мний наречется в Царствии Небеснем» (Мф 5:19), то есть лишится этого Царства.

Устрашимся определения Господня! Рассмотрим Евангелие, заметим в нем все заповедания Господа нашего, внедрим их в памяти для тщательного и неупустительного исполнения их; уверуем живою верою во Евангелие.

Первая заповедь, данная вочеловечившимся Господом человечеству, есть заповедь о покаянии. Святые отцы утверждают, что покаяние должно быть и началом благочестивой жизни, и душою ее, во все продолжение ее. Без покаяния невозможно ни признать Искупителя, ни пребывать в исповедании Искупителя. Покаяние есть сознание своего падения, соделавшего естество человеческое непотребным, оскверненным и потому постоянно нуждающимся в Искупителе. Искупителем, всесовершенным и всесвятым, заменяется падший человек, исповедующий Искупителя. «Тако да просветится свет ваш пред человеки, яко да видят ваша добрая дела и прославят Отца вашего, Иже на небесех» (Мф 5:16), сказал Господь ученикам Своим, заповедав им вместе творить все добродетели тайно и предвозвестив, что они будут ненавидимы и поносимы человеками (Мф 6:1–19, Лк 21:17). Как же исполнить нам эту заповедь Господа, совершая наши добрые дела тайно? – Мы стяжем возможность исполнить ее именно тогда, когда отречемся от искания собственной славы, когда отречемся от мнимо добрых действий из своего падшего естества, из себя, а будем действовать для славы Божией, из Евангелия. <…>

Те, которые, забыв свою славу, единственно ищут того, чтоб прославился Бог, и был познан человеками, прославляются Богом. «Токмо прославляющыя Мя прославлю» (1 Цар 2:30), «аще кто Мне служит, почтит его Отец Мой» (Ин 12:26), сказал Господь. Совершающий тайно свои добрые дела, исключительно с целью богоугождения, будет прославлен в назидание ближних по устроению о нем промысла Божия. «Аще не избудет правда ваша паче книжник и фарисей, не внидете в Царствие Небесное» (Мф 5:20). Правда книжников и фарисеев удовлетворялась изучением Закона Божия по букве, за которым не следовало изучение его жизнью, за которым, напротив того, следовала жизнь, противная Закону Божию. Остающиеся при одном изучении Закона Божия по букве впадают по причине такого поверхностного знания в гордость и самомнение, как замечает преподобный Марк Подвижник и как случилось с книжниками и фарисеями. Заповеди Божии, которые существенно постигаются от исполнения их, пребыли сокрытыми для фарисеев. Душевные очи, просвещаемые заповедями (Пс 18:9), когда они исполняются, не просветились у фарисеев. Они, от деятельности, противной Закону Божию, стяжали о Законе Божием превратное понятие, и по причине Закона Божия, долженствовавшего приблизить и усвоить их Богу, удалились от Бога, соделались врагами Бога.

Господь восстановил девство, предоставив сохранять его произволяющим (Мф 19:11–12).

Ветхий Завет воспрещал грубые последствия гнева: Господь воспретил самое сердечное действие страсти (Мф 5:21–22). Воспрещение произнесено Господом, и потому оно имеет необыкновенную силу. От одного воспоминания кратких и простых слов заповеди страсть изнемогает. Такое действие замечается во всех евангельских заповедях. Господь первые слова свои устремил против гнева как главной греховной язвы, главной страсти, противоположной двум главным добродетелям: любви к ближним и смирению. На этих двух добродетелях основано все здание христианской деятельности. Коснение страсти гнева в человеке отнимает у него всю возможность к духовному преуспеянию.

Закон Моисеев воспрещал прелюбодеяние: Господь воспретил плотское вожделение (Мф 5:27). Как сильно действует это воспрещение на падшее естество! Хочешь ли воздержаться от нечистых взоров, помыслов и мечтаний? Вспоминай в то время, как они начнут действовать, изречение Господа: «Всяк, иже воззрит на жену» телесными очами или умом на ее образ, представленный мечтанием, «ко еже вожделети ея, уже любодействова с нею в сердце своем» (Мф 5:28).

Между телами двух полов существует естественное влечение друг к другу. Это влечение действует не равно. К иным телам другого пола человек почти вовсе не чувствует влечения, к другим слабое, к некоторым весьма сильное. Господь заповедал удаляться от сближения с лицами, к которым ощущается особенное естественное влечение, как бы лица ни были достойны дружбы нашей по своим похвальным душевным качествам, как бы ни были нужны и полезны нам. Такое значение имеет заповедь об извержении десного, соблазняющего ока, и об отсечении десной, соблазняющей руки.

Господь воспретил развод, допускавшийся законом Моисея, за исключением тех случаев, когда брак будет уже расторгнут беззаконно прелюбодеянием которой либо половины (Мф 5:31–32).

Расторжение брака дозволено было человеческому естеству, униженному падением; по обновлении человечества Богочеловеком восстановлен закон, данный естеству в его состоянии непорочности (Мф 19:4–9).

Каждая заповедь Божия есть священная тайна: открывается здесь исполнением ее и по мере исполнения ее.

Господь воспретил употреблять клятву. Справедливо замечают отцы, что никто не заслуживает меньше вероятия, как тот, кто употребляет часто клятву. Напротив того: никому столько не верят, как постоянно говорящему правду, хотя бы он и не употреблял клятвы. Говори правду, и не понуждаешься в божбе, которая, будучи нарушением благоговения к Богу, принадлежит к начинаниям сатанинским.

Подающим милостыню Господь заповедал подавать ее в тайне; упражняющимся в молитве повелел молиться в уединении замкнутой клети; постящимся повелел скрывать пощение (Мф 6:18). Добродетели эти должны быть совершаемы единственно с целью угождения Богу, с целью пользы ближнего и души своей. Не только от взоров человеческих должно быть утаено наше духовное сокровище, но и от собственной нашей «шуйцы» (Мф 6:3). Похвала человеческая окрадывает наши добродетели, когда совершаем их явно, когда не стараемся скрывать их, – и мы неприметным образом увлекаемся к человекоугодию, лукавству, лицемерству. Причиною этого – повреждение наше грехом, болезненное состояние душ наших. Как недугующее тело нуждается в осторожности от ветров, холода, различных яств и напитков, так и недугующая душа нуждается в многообразном хранении. Охраняя наши добродетели от повреждения похвалами человеческими, мы должны охранять их и от живущего в нас зла, этой шуйцы нашей, не увлекаться помыслами и мечтаниями тщеславными, тщеславною радостью и тщеславным услаждением, которые являются в нас по совершении добродетели, отнимают у нас плод ее.

Ближайшим ученикам и последователям Своим Господь заповедал нестяжание. «Не скрывайте себе сокровищ на земли» (Мф 6:19). «Продадите имения ваша и дадите милостыню. Сотворите себе влагалища неветшающа, сокровище неоскудеемо на небесех, идеже тать не приближается, ни моль растлевает. Идеже бо сокровище ваше, ту и сердце ваше будет» (Лк 12:33–34). Чтоб стяжать любовь к предметам духовным и небесным, должно отречься от любви к предметам земным; чтоб полюбить отечество, необходимо отказаться от болезненной любви к стране изгнания.

Господь дал заповедь о хранении ума, заповедь, о которой человеки обыкновенно не заботятся, даже не знают о существовании ее, о ее необходимости и особенной важности (Лк 11:34–36). Но Господь, назвав ум оком души, возвестил: «аще убо будет око твое просто, все тело твое светло будет: аще ли око твое лукаво будет, все тело твое темно будет» (Мф 6:22–23). Телом названо здесь жительство. Жительство заимствует свое качество от руководящего жительством образа мыслей. Мы стяжаваем правильный образ мыслей по причине здравия, целости или простоты ума нашего, когда он всецело последует Истине, не допуская в усвоение себе никакой примеси из области лжи. Иначе: здравым может назваться только тот ум, который, помощью и действием Святого Духа, вполне и неуклонно последует учению Христову. Большее или меньшее уклонение от учения Христова обличает большую или меньшую болезненность ума, утратившего простоту, допустившего сложность. Полное уклонение ума от учения Христова есть смерть его. Тогда свет этот признается угасшим, престает быть светом, соделывается тьмою. Деятельность человека всецело зависит от того состояния, в котором находится ум его: деятельность, истекающая из здравого ума, вполне богоугодна; деятельность, зависящая от ума, допустившего в себя примесь, частью богоугодна, частно противна Богу; деятельность ума, омрачившегося учением лжи, отвергшего учение Христово, вполне непотребна и мерзостна. «Аще убо свет, иже в тебе, тма есть, то тма кольми?» (Мф 6:23).

Господь воспретил суетные попечения, чтоб они не рассеивали нас и не ослабляли существенно нужного попечения о стяжании Небесного Царства (Мф 6:24–34). Суетное попечение есть не что иное, как недуг души, выражение ее неверия. Потому-то Господь и сказал: «Маловеры! …не пецытеся душею вашею, что ясте, или что пиете: ни телом вашим, во что облечетеся» (Мф 6:25). Возненавидь ненавистную Богу праздность, возлюби возлюбленный Богу труд, но души твоей не расслабляй пустою заботливостью, всегда бесполезною и излишнею. Чтоб ты был тверд душою и ревностен в деле Божием, в деле твоего спасения, Господь дал обетование доставлять тебе все, потребное для временной жизни, Своею всемогущею десницею, то есть Своим Божественным Промыслом (Мф 6:33).

Храните мир с ближними

Господь заповедал всеусиленное хранение мира с ближними (Мф 5:24), как и апостол сказал: «Аще возможно еже от вас, со всеми человеки мир имейте» (Рим 12:18). Не трудись над разбором, кто прав и кто виноват, ты ли, или ближний твой: постарайся обвинить себя и сохранить мир с ближним при посредстве смирения.

Господь завещал любовь к врагам и для стяжания этой любви повелел благословлять клянущих, творить добро ненавидящим и молиться за причиняющих напасти, за подвергающих изгнаниям (Мф 5:44). Любовь ко врагам доставляет сердцу полноту любви. В таком сердце вовсе нет места для зла, и оно уподобляется благостью своею всеблагому Богу. К этому изящному нравственному состоянию апостол приглашает христиан, когда говорит: «Облецытеся убо якоже избраннии Божии, святи и возлюбленни, во утробы щедрот, благость, смиренномудрие, кротость и долготерпение: приемлюще друг друга, и прощающе себе, аще кто на кого имать поречение: якоже и Христос простил есть вам, тако и вы» (Кол 3:12–13). Совершенною любовью к ближним доставляется усыновление Богу (Мф 5:45), то есть благодать Святого Духа привлекается в сердце, и изливается в него всесвятая любовь к Богу.

Сердце, зараженное злобою и неспособное к заповедуемой Евангелием любви к врагам, должно врачевать теми средствами, на которые указал Господь: должно молиться за врагов, отнюдь не осуждать их, не подвергать злоречию, говорить о них доброе, по силе благодетельствовать им. Этим действием погашают ненависть, когда она возгорится в сердце, содержат ее постоянно обузданною, значительно ослабляют ее. Но полное искоренение злобы совершается действием Божественной благодати.

Господь воспретил мщение, которое было установлено Моисеевым законом и которым за зло воздавалось равным злом. Оружие, данное Господом против зла – смирение. «Аз же глаголю вам не противитися злу: но аще тя кто ударит в десную твою ланиту, обрати ему и другую: и хотящему судитися с тобою и ризу твою взяти, отпусти ему и срачицу» (Мф 5:39–40).

Возводя нас к совершению благости, изгоняя из нас зло, Господь, повелевший не судить и не осуждать ближних, отпускать ближним все согрешения их против нас, законополагает еще: «Вся, елика хощете да творят вам человецы, тако и вы творите им» (Мф 7:12). Мы любим, чтоб ближние наши были снисходительны к нашим немощам и недостаткам, чтоб они великодушно переносили от нас оскорбления и обиды, чтоб они делали нам всевозможные услуги и одолжения – будем такими к ближним. Тогда достигнем полноты благости, соответственно которой получит особенную силу молитва наша; сила ее всегда соответствует степени благости нашей. «Отпущайте, и отпустят вам: дайте, и дастся вам: меру добру, наткану и потрясну и преливающуся дадят на лоно ваше: тою бо мерою, еюже мерите, возмерится вам» (Лк 6:37–38), от милосердого и в милосердии Своем правосудного Бога. «Внидите узкими враты: яко пространная врата и широкий путь вводяй в пагубу, и мнози суть входящии им» (Мф 7:13).

Господь воспретил не только осуждать ближних, но и судить их (Лк 6:37; Мф 7:1), когда не представляется необходимости учинить суд правильный для своей и общественной пользы. Последнего рода суд есть «вящшее закона» (Мф 23:23), по определению Господа; без такого суда добро не может быть отделенным от зла, наша деятельность не может быть правильною и Богоугодною. Этот суд редко встречается между человеками; но судом и осуждением, воспрещенными Господом, они занимаются непрестанно. По какой причине? По причине совершенного невнимания себе, по причине забвения своей греховности, по причине совершенного пренебрежения покаянием, по причине самомнения и гордости. Господь пришел на землю спасти грешников, а потому от всех человеков непременно требуется сознание в греховности; суждение же и осуждение ближних есть отвержение этого сознания и присвоение не принадлежащей себе праведности; из нее-то и производится суждение и осуждение: имя лицемера для всякого судящего и осуждающего ближних есть им самое свойственное (Мф 7:5).

Господь заповедал нам прощать ближним нашим согрешения их против нас: «аще бо отпущаете, – сказал Он, – человеком согрешения их, отпустит и вам Отец ваш Небесный: аще ли не отпущаете человеком согрешения их, ни Отец ваш Небесный отпустит вам согрешений ваших» (Мф 6:14–15). Из этих слов Господа вытекает само собою заключение, что верный признак отпущения нам грехов состоит в том, когда мы ощутим в сердце нашем, что мы точно простили ближним все согрешения их против нас. Такое состояние производится, и может быть произведено, единственно Божественною благодатью. Оно – дар Божий. Доколе мы не сподобимся этого дара, будем, по завещанию Господа, пред каждою молитвою нашею рассматривать нашу совесть, и, находя в ней памятозлобие, искоренять его вышеуказанными средствами, то есть молитвою за врагов и благословением их (Мк 11:25). Когда ни вспомним о враге нашем – не допустим себе никакой иной мысли о нем, кроме молитвы и благословения.

Все частные заповеди Свои Господь совместил в две главные: в заповедь любви к Богу и в заповедь любви к ближнему. Эти заповеди Господь изобразил так: «Слыши, Израилю, Господь Бог ваш Господь един есть: и возлюбиши Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душею твоею, и всем умом твоим, и всею крепостию твоею: сия есть первая заповедь. И вторая подобна ей: возлюбиши ближнего своего яко сам себе» (Мк 12:29–31). «В сию обою заповедию весь закон и пророцы висят» (Мф 22:40). Делается человек способным к любви Божией от исполнения любви к ближнему; в состояние же стремления всем существом к Богу возводится молитвою.