Live stories. Сборник рассказов

Двойной круговорот

Многие события, дела, знакомства в моей жизни повторяются как минимум дважды. Я давно выявила этот феномен – только до сих пор не могу объяснить почему именно так. Вроде бы все понятно – ситуация повторяется, если ты сделала неправильные выводы из первого раза. А если сделала? Проверка на прочность твоих убеждений?

На журфаке МГУ диплом я защищала досрочно. Не помню уже какие были обстоятельства для этого (хотя наверно зовутся они “белая ворона”). В общем коллегия преподавателей, защита, все в ажуре. Тема диплома была еще крутой – я гордилась – сравнение русских и английских СМИ. Для сбора фактуры я даже летала в Лондон. Так как защита была досрочной, а времена были попроще, чем сейчас – не оцифрованные, то результаты моей защиты записали на каком-то, как потом выяснилось, клочке бумажки и, естественно, его потеряли. О чем я еще не знала.

Я довольная собой удаляюсь в свою насыщенную жизнь. И пару месяцев не дую в ус, в ожидании пока мои коллеги-однокурсники защитятся.

Близится день вручения дипломов и тут выясняется, что только у одного студента есть залет – не защищен диплом. И это я. И я, мол, задерживаю весь поток и бла-бла-бла…

Я в бешенстве.

Приезжаю в универ, с ноги открываю дверь на кафедру (умею-практикую) и набрасываюсь на дядьку с не особо цензурной речью, что-то в духе "что за дела, я же досрочно защищалась?.." Вся кафедра на ушах, ищем ту бумажку. Бумажка через час найдена, у меня потерян миллион нервных клеток, у дядьки – миллиард, я по второму кругу прочитываю лекцию на тему "наведите порядок в делах" и удаляюсь восвояси.

Иногда меня накрывает чувство стыда, но постепенно эта история стирается из памяти. Бардак – он и в Африке бардак. Надо лучше управлять делами, чтобы не терять дела студентов – это я так оправдываю себя.

Проходит несколько лет. До защиты кандидатской диссертации остается несколько недель. Защищаю я ее уже на другой кафедре. И тут мой научный руководитель говорит: "Мол, надо соломки подстелить. Мы решили, что Х. будет твоим научным консультантом, сходи к нему на кафедру – пускай прочитает свежим взглядом диссертацию, скажет, что улучшить, мол, он профессор, опыта много, в том числе научного. Я с ним договорилась".

Как не сложно догадаться – это был тот самый дядька. Я сразу вспомнила ту историю и испытываемый мною стыд (не угас, оказывается), а дядька тот оказался очень крутым медиаспециалистом и довольно серьезно мне помог.

Диссертация защищена, я кандидат, но в голове все прокручиваю и прокручиваю ту историю. Думаю, не случайная же она. Надо выводы сделать. Сделаны.

На том же журфаке чего мы только не читали. Нормы были такие бешеные (надо было прочитать 80% от всего курса, чтобы быть допущенным к сдаче зачета или экзамена), что ни на что другое не хватало времени. И как-то мне в руки попал томик Пушкина, не помню какого года, но без купюр.

Что такое "без купюр" у русского поэта? Его что переводили? Нет, не переводили, но редактировали (убирали нецензурщину, мат и т.п.). Под время, под читателя и т. п.

Вот, например, одно из известных:

Орлов с Истоминой в постеле

В убогой наготе лежал.

Не отличился в жарком деле

Непостоянный генерал.

Не думав милого обидеть,

Взяла Лаиса микроскоп

И говорит: "Позволь увидеть,

Чем ты меня, мой милый, ***.

*** – посмотрите в Интернете.

Молодая я была, не записала, что за томик, но спустя годы так захотелось мне пополнить свою библиотеку – начала искать ранние издания.

Иду я как-то по блошиному рынку и тут на меня смотрит великолепное (как мне показалось в первый момент) полное собрание сочинений 1904 года великого поэта-хулигана, выпущенное товариществом М.О.Вольфа, поставщиком Его Императорского Величества. Я хвать – радость-то какая, нашла – и купила! "Ну, думаю, там точно будет без купюр. Не то что советские и современные издания". Ха-ха, наивная. Приезжаю домой, сажусь с чашкой чая почитывать Пушкина и понимаю, что там даже вышеприведенного стихотворения нет. Я пролистываю весь том (858 страниц!!!) – труба! Нет и все. Черт, зачем купила? Обратно же не сдашь. Месяцами я обиваю пороги букинистических магазинов, пытаясь им продать, но, увы, – они не берут – не хватает нескольких страниц, да и весь экземпляр довольно рыхлый – надо перешивать… А реставрация книг очень дорога. На форуме старины мне вообще советуют "растопить книгой печку, мол, и 100 рублей не дадим".

Я откладываю Александра Сергеевича в долгий ящик.

А приезжая каждый раз на блошиный рынок и проходя мимо продавца, усиливаю шаг и поджимаю губы – мол, продал мне рухлядь, ууууу.

Все мое коллекционирование картин началось с Паши. Вернее, не так – у него всегда много разного добра: и хорошего, и не очень. Но много всего. Я как-то купила у него плафон за 50 рублей вместо случайно разбитого. Что такое 50 рублей? Ну, думаю, куплю, если не подойдет – выкину, не жалко. И так вышло – что разбила и его, а он подошел. А плафонов этих у Паши была два. Я приезжаю за вторым – а он его не продал, но "не знаю, где он, приходи в следующий раз". Блин, а плафон этот мне так люб стал, что другого и не надо. Каталась я так, кажется, все лето – но все он никак "не мог его найти". В одну из таких поездок я с досадой стою смотрю на его ларек, сканирую взглядом товары, и вижу чемоданы.

– В чемоданах что?

– Картины.

– Дай посмотреть.

Так у меня появились акварели и графика Таисии Скородумовой (ее работы висят в Третьяковке). Много воды утекло с тех пор. Паша своим "приходи в следующий раз" проверял меня на прочность.

Периодически заезжая на блошку, захаживаю в гости к нему, посмотреть новые работы или что-то еще и просто поболтать.

И как-то раз вижу витрину.

Вернее, их две. И еще шкаф книжный из той же эпохи. ГДР. Добротные такие, гнутое стекло (три стороны стеклянные), массив ореха. 1960 год. Ключики даже родные. Состояние идеальное для 62-летнего предмета. Эххх.

– Витрина продается?

– Продается.

…

В голове рассудок торгуется с сердцем: черт, Вера, прекращай думать про витрину – как ты из Московской области повезешь ее? Это же рынок. Как погрузить? Довезти? В седан не влезет. Грузовой каршеринг? Ты умеешь водить Газель? Научишься? По ходу что ли? Грузовое такси? Грузоперевозка? Цену сразу на 2 умножай – это же область. Разбирать – преступление, надо везти так. Тяжеленный. Перебираю в голове всех друзей с большими машинами. Нужно как минимум двое мужчин. И это только по субботам. Как внести в квартиру? Грузового лифта нет. Разбирать нельзя. Все равно надо обновлять покрытие. У тебя нет мастерской. Чур тебя, не думай об этом. Вон ИКЕА есть [была на тот момент]. Друзья заказывают шкафы из ДСП. А тут орех. Шикарный красивый орех. И гнутое стекло. И все родное. И даже ключики.

Прихожу снова. Не думай об орехе. Не думай.

– А шкаф книжный где?

– Продал.

И тут я понимаю, что все – надо брать. Что нам ИКЕА, нам орех натуральный подавай.

Паша – он предприниматель. И я тоже. И мы похожи. Хотя бы тем, что я тоже сначала прыгаю в воду, а потом думаю, умею ли я плавать. Так и тут – главное решиться, а остальное – детали – разберемся по ходу.

– Берешь? Бери! Сейчас с Андрюхой договорюсь, он тебе довезет на Газели, не переживай, мы тут с ребятами погрузим, а там дворников найдешь, денег дай, занесут. Все. Решили. Приходи в следующую субботу, – Паша общается емко, но коротко.

Я мысленно всю неделю расставляю тарелочки в витрине. Вот эту поставлю сюда, эту туда. Сделаю подсветку. Потом у меня будет мастерская, и я доведу витрину до ума. А пока просто тарелочки. "Мммм, орех", – думаю я, засыпая.

– Пойдем договоримся с Андрюхой, – предлагает мне Паша.

– Что позвонить ему нельзя, что ли? – Возмущаюсь я.

– Тут такое дело, деликатное, лично лучше.

– А куда мы идем? – Я не успеваю за ним, бегу вприпрыжку. День удачный, торговля идет хорошо – ему еще много что надо успеть, помимо продажи мне этой витрины.

– Да там в начале, он книгами старинными торгует.

Я останавливаюсь. Сердце стучит где-то там, глубоко. Я понимаю, что это тот самый продавец, который продал мне Пушкина для печки. Мне страшно, я не хочу туда идти, не хочу, чтобы он приезжал ко мне домой, не хочу даже общаться с ним, не то что договариваться.

– Черт, Паша, не хочу, не пойду. Витрину беру, но найду других водителей.

– Что за детский сад, пошли.

Да, это он. Он меня не помнит, но зато его помню я. Договариваемся на вечер. All inclusive – моя задача ехать домой и ждать. Все.

По дороге обратно рассказываю Паше историю про Пушкина. Паша смеется.

Витрина теперь живет у меня. Тарелочки расставлены.

Паша, пока грузили, рассказал ему про Пушкина – тот и не помнит эту историю. Мда, таких лохов, как я, наверно много у него было.

Я расплачиваюсь за доставку. Андрюха обиженно выгораживает себя:

– Детка, это же антикварный рынок. Ты не оценила продукт, но купила. Какие претензии ко мне?

Я улыбаюсь, и мы расходимся.

Теперь потрепанный томик Пушкина 1904 года, который годен "только для топки" и который мне продал человек втридорога, будет стоять в ореховой витрине 1960 года, которую привез тот самый человек.

Круг замкнулся.

10.07.2022

«Слушай, отдай за 100, а?»

Дядь Толя сегодня был приветлив. Да и я тоже. Болтали неспешно о том о сем. Железобетонное правило при отсмотре работ на блошке – быть в благодушном настроении, тогда можно найти что-нибудь приятное.

«Старуха тебя ждет», – так он приветствовал меня.

Эту обнаженную старуху, с отвисшей грудью, страшную – с длинным с горбинкой носом, он мне принес не сразу.

Мариновал месяца три: «Ой, ты знаешь, что у меня есть в мастерской, я тебе принесу в следующий раз». И этот «следующий раз» оттягивался на следующий и следующий раз. Так проверяется твое желание служить искусству – я это уже давно поняла. И где-то с месяц, наконец, принес. Его тогда не было – отошел поприветствовать друзей-товарищей по блошке – так называемый утренний обход, а я, зная, что он не будет сердиться, пересматривала его закрома. И тут она. Блин, ну, какая она старуха? Он меня все пугал, что она «таааакая страшная, в спальне, главное, не вешай…».

Мне она понравилась, но верх работы подпорчен водой и главное – тогда я была не в духе, суетлива была из-за ограниченного времени, а его все не было и не было, и я сердилась. Ушла, так и не дождавшись. А в следующий раз присмотрела другую работу и понимала, что надо «хватать», очень уж достойная.

В общем, старуха меня ждала.

Дождалась.

Отложив ее, мы болтали неспешно о том о сем.

Тут налетает мужик, хватает первую с прилавка картину: «Слышь, отдай воробьёв за 100 рублей?». «Воробьи» – это зимний пейзаж с пернатыми.

«Бери!» – дядь Толя бескомпромиссно соглашается.

Стоп. Почему это ему холст за 100 рублей, а мне графика на ватмане за 3000? Я мысленно возмущаюсь.

Мужик от радости прифигел. Но предпринимательская жилка берет свое – так просто взять не может, надо состроить из себя знатока искусства. И строит ведь. Выйдет на свет – палатка дядь Толи под навесом – прищурится, рассматривая холст, вернется обратно. И так пританцовывая туда-обратно минут 10.

Знаток.

Мужик достает из кармана скомканные купюры, сотня, другая, бросает небрежно (предприниматель поди!) на прилавок одну бумажку – воробьи улетают в неизвестном направлении.

Я мысленно возмущаюсь.

«Мутный мужик», – дядь Толя ставит ему диагноз вслед.

Мне интересно, и я молча поднимаю бровь, прося продолжения.

«Только и ходит, по 2 часа моего времени отнимает, отложит с десяток классных работ, а потом начинает трезвонить «Отдай эту, а, за 100 рублей? А эту?» Надоел он мне! Вот и отдал ему за 100, чтобы ушел поскорее».

Вот, оказывается, как надо?!

***

Старуха теперь живет у меня. Вот, думаю исполнить наказ дядь Толи и не вешать в спальне. А в прихожей можно? Старуха будет смотреться в зеркало – отличная ведь идея?

19.03.2022

Рамки

Теперь у меня есть опыт участия в аукционах. Опыт удачный и очень интересный.

Расскажу в двух словах.

Несколько лет, проведенных чуть ли не в еженедельных поездках на блошиные рынки, в покупках на авито, общении в реставрационных чатах, чтении специализированной литературы и самое главное – собственных попытках реставрации, подняли мою насмотренность на довольно высокий уровень. Конечно, до статуса эксперта или знатока мне еще очень далеко, да и учиться надо, но по крайней мере я научилась ставить под сомнение то, что говорят при продаже, и знаю, где, как и быстро проверить интересуемый предмет.

Аукцион произошел в моей жизни случайно. Мысль молнией пришла. Мысль нужно оттестить, чтобы либо отказаться от нее и забыть, либо выстроить новый процесс. Поэтому по дороге на работу я забила в поисковике это самое слово, выпали какие-то страницы, я перешла по первой, увидела объявление о предстоящем на следующей неделе аукционе и решила посмотреть лоты. Дорога (с севера на юг Москвы) была долгой, поэтому все 447 лотов я бегло просмотрела за раз.

О, Боже, – тут есть и акварель Поленова, того самого Поленова – Василия Дмитриевича (всего 80 тыс. рублей!), работы Михаила Шемякина (от 8 тыс. до 30 тыс.). «Обнаженная» Марка Шагала, правда, подороже – 5,4 млн рублей – кстати, его не продали, как и первых!

Мне понравились две рамки.

Первая, деревянная, резная, начала XX века – ее выбор наверно был навеян моим антикварным зеркалом, но резьба на последнем, конечно, не такая воздушная, как на рамке.

Зачем мне эта рамка – я не знала. Она не вписывается в общую стилистику дизайна моей квартиры, да и вешать уже некуда, но больно хороша. Это покупка из серии «пригодится (может быть)» или «потом придумаю, куда», ведь «второго шанса не будет».

Все лоты фотографируют крупно, поэтому обязательно нужно смотреть на указанные в описании лота размеры – тебе может казаться, что она маленькая, а на деле не так. И наоборот. С рамкой как раз было по первому сценарию – казалось, что она для обычной фотографии 10х15, а в реальности – 40х33.

Стартовая цена – 1000 рублей. Поставив заочный бид, я расслабилась.

Современные технологии позволяют участвовать разными способами: лично в зале (да-да, как в добрых английских фильмах, когда дамы в вечерних платьях с декольте и шлейфом, а кавалеры в смокингах поднимают заветную карточку – ладно, размечталась, но шампанское потом наливают, это точно!), по телефону, заочно (сделав ставку заранее) и онлайн. Ставки по телефону приравниваются к заочным – за два часа до начала аукциона их прекращают принимать. Эти ставки можно перебить, находясь в зале и в онлайне. Если ее никто не перебил, то ты считаешься выигрывшим этот лот. Если заочных ставок было несколько, то выигрывает тот, кто предложил больше, если они одинаковые, то тот, кто первым. Вот это немного меня напрягало, так как я не знала, сколько желающих на эту рамку (в каталоге на сайте не отображается число желающих), уж, больно сильно мне ее хотелось. Решила принять участие также и онлайн.

Неделю обдумывала стратегию поведения на аукционе и не придумала ничего логичнее, как включиться в борьбу, если будут желающие, в противном случае – не делать ставку, так как у меня уже был заочный бид на этот лот– тогда я куплю по стартовой цене (1000 рублей). Моя насмотренность говорила, что купить такой прекрасный предмет по такой просто нижайшей цене – как говорится, анриеал, но я верила.

За ту же неделю решила купить и вторую рамку – медь, стекло, тоже начало XX века. Стартовая цена тоже была 1000 рублей, а вилка (так называемый эстимейт) чуть больше, чем за первую – 1000-2000. Тоже сделала заочный бид. С этой рамкой было проще – ее я спокойно визуализировала в моем старинном буфете.

В телефон – напоминалку и будильник. Ждем.

Первый мой лот был под номером 374, второй – 376. Поэтому первые минуты (а на деле – часы) я присматривалась к поведению участников – для меня этот аукцион был первым. А я ставила себе цель выиграть оба лота.

До начала аукциона я определила для себя максимальную цену, выше которой не пойду. Вернее, даже две суммы – комфортную (4000) и критичную (5000) для первой рамки. Для второй – цену не определяла, как чувствовала исход аукциона. Но это все ерунда – я, оказывается, такой рисковый человек.

Было выставлено 447 лотов, купили 69 (15%), а участвовал 101 человек. По факту – покупали почти одни и те же, а не 69 человек по одному лоту. Сложно судить о качестве статистики проданных произведений, но в других аукционах видела и 30-70% продаж. Цифра про 101 участник меня вообще удивила при таком числе покупок – ознакомиться с предметами можно заранее в каталоге, а просто так сидеть несколько часов, хоть в зале, хоть онлайн – странное дело. Хотя, конечно, я понимаю, почему люди это делали. Во-первых, опыт, во-вторых, ты начинаешь понимать оценку того или иного предмета антиквариата и его востребованность у коллекционеров, а в-третьих – просто интересно! А может, и так называемые клакеры были, повышающие цены (как в театре, которые кричат «браво» и запускают вал аплодисментов).

Картины – а именно они шли первыми (где-то порядка 200 лотов) – показывали очень долго: со всех сторон по несколько раз. Мало кто покупал с первой ставки – обычно 2-3 ставки, и ты победитель. В целом борьба была довольно вялой и, кажется, для виду.

Только на двух лотах (из 447!!!) случилась ярая борьба.

Первый – этюд с телегой Виноградова С.А. (1870-1939). Виноградов – русский живописец, график, ученик того самого Поленова, работу которого не купили. Работа крошечная – 11 на 15 см, но какая рама! Из бересты!!! 1896 год. Я такую раму никогда не видела. Шедевр!

Стартовая цена – 100 000 рублей.

Доторговались до 220 000 рублей, повышая ставку по 10 000, – это было бесподобно!

Реально испытываешь те самые ощущения, как в кино – когда ни один из участников не хочет уступить другому и небрежно, выдерживая паузу до последних трех секунд, повышает ставку. Красиво! Захватывающе!

Но одно дело наблюдать за борьбой других участников, а другое – быть в гуще таких событий.

Да, второй лот, принявший участие в не менее яркой борьбе, – та самая ажурная рамка…

Весь аукцион я слегка нервничала. Успокаивала себя тем, что «смотри, какие важные дядьки, картины по 200 000 покупают, зачем им твоя рамка за 1000?». Но интуицию не обманешь.

Начиналось вроде все безобидно. Объявили лот. Я сижу, как говорится, молчу в тряпочку – у меня же есть заочный бид. Но тут кто-то в зале делает ставку и перебивает мою заочную. Черт, Вера, выходи на арену, вариантов нет. Я делаю ставку. Тут включается третий человек. Мы втроем играем.

1000.

1100.

1200.

1500.

2000.

2500.

3000.

4000.

Аааа, моя комфортная ставка.

5000.

Аааа, моя критичная ставка.

6000.

Торги продолжаются.

…

10 000.

Победила я.

Слушала ли я мозг, что надо останавливаться? Нет. Но устанавливая ставку на 4000-5000, я, оказывается, лукавила. Я допускала и 10 000, и 15 000 за эту рамку, если честно (вообще, а не для себя) – она хороша и на том же Авито похожие, но совершенно не подобные, идут в разы дороже.

Следующим лотом была какая-то картина, которую никто не жаловал, поэтому к следующему лоту – моей второй рамке – подошли через секунд 20. Я не успела отдышаться, а тут снова… Бюджета на нее у меня уже не было, поэтому я решила точно следовать своей стратегии, но тут снова кто-то сделал ставку. 1100. Я решаю вступить в борьбу для вида – Вера, сходи с дистанции, хватит, Вера – ставлю 1200 и с замиранием сердца смотрю на истекающие секунды. Три, две, одна… Уф, можно выдыхать, второй человек не стал со мной играться дальше. И эту выиграла я. Интересно, что аукционный дом оценивал ее дороже, чем первую. По факту вышло иначе.

***

В общем, у меня появился новый вид досуга.

Для меня это переход на следующий уровень – поняла, что моя стратегия на блошиных рынках поискать неразбирающегося продавца или того, кто по каким-то причинам хочет по-быстрому сбыть товар – верная стратегия, правда, на нее уходит довольно много времени. Я давно не покупаю сразу, а прицениваюсь, ищу другие варианты, но если вижу дешевую цену за крутой товар, беру, не торгуясь. Но такие случаи очень редки и к ним надо быть готовым – надо знать, что этот товар крут.

Аукционы – это более крутое место, чем Авито (которое я все равно нежно люблю), блошиные рынки и иногда – те же антикварные лавки. Тут можно купить классный товар, который, минуточку, аттрибутировали (!!!) профессиональные эксперты по интересным (привлекательным) ценам. Если повезет, то можно и не участвовать в борьбе – на следующий день проводится постаукционная распродажа – от 0 до +20% к стартовой стоимости. То есть теоретически, если бы мои рамки не купили на аукционе, то их можно было бы купить по 1200 каждая. Но это в теории. Их, конечно, бы купил. и

В первую рамку, скорее всего, сделаю зеркало. Надо только будет решить, где повесить.

16.12.2022

Не везёт не всегда!

Каждому из нас знаком сюжет комедии Леонида Гайдая «12 стульев». И каждый из коллекционеров, я уверена, приобретая предмет на аукционе, блошином рынке или найдя его вообще на улице, мечтает, хотя бы тайком, о том, чтобы в нем нашлось еще что-нибудь драгоценное или интересненькое. Я, например, неделю не вскрывала тайник в старинном зеркале, на месте которого в оригинале должно было быть другое, маленькое, зеркало. Но, увы!

Везёт не всегда! Но и не везёт не всегда!

Важно не надеяться на везение в каждом случае, забывая о здравом смысле, а делать свое дело с любовью, тогда и удача будет поджидать вас там, где вы не ждете!

Вот, например, паспарту, на которое была наклеена одна из купленных мною на аукционе фоторабот, была подписана следующим образом:

«Зебра», авторский отпечаток Земцова Н.Г., 1989 г.

Поиск в Яндексе по Ф. И. О. данного автора ничего не дал. По названию – тем более.

Эта работа, как и многие другие в моей коллекции, из архива ВГИКа, по большей части заочников.

Отучился Земцов Н. Г. на заочке и не связал свою жизнь с фотографией или кинематографом. Может, стал инженером. Или юристом. Или врачом. Или моряком. Или еще кем-то, но не фотографом, оператором или режиссером. Контрольные работы по фотографии выполняли на каждом соответствующем факультете. Нет информации о нем в Интернете. А, может, фамилия распространенная, поэтому результаты поиска не очень-то и релевантные.

Я, конечно, всегда стараюсь сохранять аутентичность любого старинного предмета, но иногда могу стилизовать его иначе или ремонтирую для лучшей сохранности. Так и тут: паспарту оказалось нестандартного размера, и я решила сделать свое, новое, под конкретную раму. Отдираю фотографию от паспарту и… О, чудо! Там подпись, и даже не просто подпись, а штамп с авторством другого человека: Алексей Петрович Безбородов, «Перекресток». Даже адрес есть. Яндекс щедр в данном случае:

«Безбородов Алексей Петрович, 1942-22.01.2023, Омск – фоторепортер, член Союза журналистов России, член Союза российских фотохудожников. Дипломант и призер международных, всесоюзных, областных и городских выставок и конкурсов. Награжден почетной грамотой Министерства Культуры СССР и медалью за участие во всесоюзной фотовыставке «Фотообъектив и жизнь». Его работы публиковались во многих советских и российских печатных изданиях».

Какая удача для коллекционера!

А что же Земцов?

Безбородову в 1989 году, когда Земцов «выдал» его работу за свою, было 47 лет. К сожалению, работа не датирована, возможно аббревиатура «Б75» указывает на год – 1975-й, но я не уверена в этом.

А теперь включаем фантазию. Земцову позарез нужно сдать эту контрольную работу, поэтому он не брезгует позаимствовать фотографию у мэтра. Из скудной биографии из Интернета можно узнать, что Безбородов отдал искусству фотографии фактически всю жизнь, значит, в 47 лет он уже точно печатается и проводит выставки. Тем более 13 годами ранее, в 1976-м, стал членом Союза журналистов СССР. Почему именно Безбородов? Не знаю. Нет данных, что Земцов тоже из Омска или, что Безбородов учился во ВГИКе, – о его образовании вообще данных нет. Работа-то шикарна! Во вкусе Земцову не откажешь. Дела так плохи, что он решает подать вместо своей работы шедевр? А почему не более посредственную работу? Да, в конце концов, почему свою не снять. А, может, они знакомы и Алексей Петрович решает выручить друга? Или Земцов родственник кого-то из ВГИКа и там ему так «подсобляют»? А что же преподаватель, который принимал работы, – не смог по почерку узнать профессионала или уже даже в те года к заочникам было такое же отношение, как и сегодня? Вопросы, на которые мы никогда не узнаем ответы. Но вы можете придумать свою версию.