Цветы над небом

Цветочник

Утро в городе начиналось одинаково каждый день – мягкий тёплый свет, ровно распределённый системой климат-контроля, лёгкий ветерок, направленный из скрытых вентиляторов, и зелень… бесконечная зелень.

Деревья вдоль улицы выглядели слишком идеальными: ни одной сухой ветки, ни одного случайного листа на тротуаре. Люди улыбались, проходя мимо, но их улыбки были такими же ровными, как обрезанные кусты.

Не из-за возраста – из-за тишины внутри. Будто она разрослась, как лишай, заполнив собой всё: мысли, движения, даже взгляд.

– Доброе утро, – механически произнёс он, когда мимо прошёл мужчина в зелёной форме городского садовника.

Тот кивнул и улыбнулся идеально натренированной улыбкой.

Герой расставил горшки, поправил несколько стеблей, обтер пыль – хотя её и не было. Растения в городе очищали воздух быстрее, чем он успевал становиться грязным. Всё казалось чересчур правильным. Чересчур ровным.

Он присел на табурет и вдохнул аромат жасмина, своего любимого. Жасмин был честным – если ему плохо, он не скрывает. Не улыбается, не делает вид, что всё в порядке.

Именно в этот момент воздух над улицей слегка дрогнул.

Над киоском медленно пролетал наблюдательный дрон – гладкий, белый, почти бесшумный.

Герой почти не обратил внимания… но заметил другое:

На полке, под прозрачным куполом, небольшой фиолетовый побег вдруг сжался, как будто испугался.

Листики дрогнули и слегка свернулись внутрь.

Будто растение пыталось спрятаться от дрона.

– Что с тобой? – прошептал он, осторожно прикасаясь кончиком пальца.

Побег снова расправился, но медленно, словно неохотно.

Странно.

Очень странно.

Он оглянулся – на улице всё по-прежнему: люди идут, улыбаются, зелёные пластины солнечных панелей переливаются в лучах света. Никто ничего не заметил.

Но растение заметило.

И он заметил растение.

Это был первый за многие месяцы момент, когда внутри него что-то дрогнуло – не тревога, нет. Живой интерес.

Он уже хотел наклониться ближе, когда услышал женский голос:

– Простите… это цветы продаются?

Он поднял голову.

Перед ним стояла девушка.

Совершенно неизвестная – и в то же время будто выбивающаяся из общего ритма города. В её взгляде не было этой ровной, пустой улыбки, к которой он привык.

Глаза были живые, внимательные, будто что-то искали в нём.

Он не сразу нашёл слова.

– Да… да, конечно. Что вам показать?

Она шагнула к киоску, и странный побег снова дрогнул, но уже… иначе.

Как будто узнал её.

Герой замер.

А девушка улыбнулась – мягко, живо, по-настоящему.

– Мне, – сказала она, склонив голову, – покажите тот фиолетовый цветок… пожалуйста.

Он машинально кивнул, хотя внутри у него всё сжалось от странной смеси тревоги и любопытства.

В его киоск часто заходили люди – туристы, соседи, сотрудники городских служб. Но никто никогда не смотрел на цветы так, как эта девушка… будто видела в них не украшение, а живых существ.

Он осторожно открыл прозрачный купол. Фиолетовый побег будто потянулся к её руке – едва заметно, почти символически, но движение было слишком осознанным, чтобы быть случайным.

– Интересный экземпляр, – сказал он напряжённо, бережно подавая ей растение. – Я сам до конца не понял его происхождение. Оно… как будто реагирует на окружение.

Он специально не упомянул дрон – решил, что это будет звучать странно.

Но девушка, приняв растение на ладони, сказала тихо:

– Оно реагирует на присутствие наблюдателей.

Он замер, будто его ударило током.

– Вы… что?

Она подняла глаза – и на секунду между ними повисло чувство, будто она знает о нём гораздо больше, чем должна.

Но через миг её выражение стало мягким, почти игривым:

– Это просто догадка, – сказала она, прижимая горшок к груди. – У вас хороший вкус к растениям. Они вас любят.

Он смущённо отвёл взгляд.

– Это взаимно.

Девушка рассмеялась.

Не натянуто – чисто, искренне. Как будто её смех вымыл часть серой усталости из его груди. Он поймал себя на том, что не слышал такого смеха… слишком давно.

– Я возьму его, – сказала она, аккуратно поглаживая листик. – Сколько я должна?

Он ввёл цену в терминал. Девушка коснулась панели, и на экране высветилось подтверждение покупки. Всё как обычно… но когда она возвращала руку, он заметил: на её запястье был тонкий серебристый браслет с узором, напоминающим переплетённые корни. Не городской стиль. Не официальный. Что-то чужое.

Она заметила его взгляд и скрыла запястье под рукавом, словно случайно.

– Как вас зовут? – спросила она внезапно.

Он растерялся.

– …Стефан.

Это имя прозвучало неожиданно громко, будто он произнёс его впервые за много месяцев.

– Приятно познакомиться, Стефан, – тихо сказала она. – Меня зовут… Лиан.

Лиан. Имя запомнилось само собой, лёгкое, как ветер.

Она уже собиралась уйти, как вдруг в воздухе зашумел второй дрон. Он пронёсся ниже обычного, бросив на них резкий поток света.

Фиолетовое растение в руках девушки резко дрогнуло, словно испуганное.

А Лиан… едва заметно коснулась его листика пальцем, и тот мгновенно успокоился.

Как будто она успокаивала живое существо.

Стефан почувствовал, как холодок пробежал по шее.

Дрон завис на мгновение – будто сканируя.

Он увидел на корпусе мерцающие знаки: протокол G-4, режим наблюдения повышенного риска.

Зачем такой дрон возле обычного цветочного киоска?

Лиан шагнула назад в тень козырька, словно избегая сканирования, и прошептала:

– Берегите свои растения, Стефан. Они… чувствуют. Больше, чем вы думаете.

Он остолбенел.

– Вы… откуда это знаете?

Она улыбнулась – грустно, нежно.

– Мы ещё поговорим.

И, развернувшись, исчезла в зелёном переулке между высокими домами, будто растворилась среди лиан и деревьев.

Дрон, зависший над киоском, мигнул красным и улетел прочь.

Стефан стоял абсолютно неподвижно, слушая, как сердце бьётся слишком громко.

Он только хотел открыть киоск, продать пару букетов, пережить очередной день, такой же, как предыдущий.

А теперь… теперь он чувствовал, что в его ровной, тихой жизни что-то сдвинулось с места.

Очень опасно сдвинулось.

Потому что когда он опустил взгляд на свой стол, он заметил:

рядом с горшком, где стоял фиолетовый побег, остался маленький, едва заметный листик.

Листик, которого там не было раньше.

И он дрожал.

Дрожал, будто показывал ему направление.

Незнакомка

Система освещения мягко подсвечивала улицы, словно не давала людям спрятаться от чужих взглядов.Ночь в зелёном городе была такой же светлой, как утро. Именно это всегда немного пугало Стефана: темнота здесь никогда не была по-настоящему тёмной.

Но внутри – только вихрь.После ухода Лиан он ещё долго стоял у киоска, прислушиваясь к себе.

И почему дрон вёл себя так, будто сканировал угрозу?Кто она? Почему растение на неё реагировало?

Но листик, который остался от фиолетового растения, он не выбросил. Спрятал в маленькую банку, налил каплю воды, и листик… будто стал ярче. Он закрыл киоск чуть раньше обычного. Закрепил створки, выключил управление влажностью, проверил датчики. Всё в идеале – как всегда.

Будто благодарил.

Пол – идеально тёплый. Дома, в своей маленькой квартире над пустым магазином мебели, Стефан никак не мог найти себе места. Система кондиционирования поддерживала идеальную температуру. Стены – идеально чистые.

Без единой царапины, без живых ошибок.Ему всегда казалось, что в этом городе всё слишком идеально. Слишком гладко.Система новостей тут же мягко заговорила:Он включил экран. – Уровень гармонии сегодня составил девяносто восемь процентов. Природные зоны расширены на три километра. Инцидентов нет. Спите спокойно.

Стефан выключил экран.

И странное растение дрожало, будто жило отдельной жизнью.Инцидентов нет. Хотя его киоск чуть не просканировали под протоколом опасности. Он заварил чай из высушенных лепестков жасмина – собственная смесь, которой не было в каталогах города, потому что здесь всё контролировалось: и вкусы, и запахи, и даже пропорции.

Когда он поднял чашку ко рту, в дверь тихо постучали.

В это время никто не приходит.Странно. Он замер, ожидая, что это соседи, служба доставки, или – что хуже всего – городская стража.

Но стража не стучит. Стража заходит.

Стефан осторожно подошёл к двери.

– Кто там? – спросил он тихо.

Ответ был ещё тише:

– Это… я. Лиан.

Он вздрогнул так резко, что едва не уронил чашку.

Открыл замок – только верхний, на всякий случай – и приоткрыл дверь.

Климат-контроль не позволял.Она стояла в длинном зелёном плаще, который делал её похожей на часть ночного сада. Мокрые пряди волос прилипли к щекам – казалось, она шла под дождём, хотя дождя в этом городе не было уже восемь лет. – Можно войти? – спросила она, оглянувшись через плечо.

– Конечно… – он отступил, пропуская её внутрь.

Её взгляд сразу упал на баночку с листиком – и она улыбнулась едва заметно.Она прошла тихо, словно боялась нарушить тишину квартиры. – Ты сохранил его.

– Он… не похож на обычные растения, – признался Стефан.

– Потому что он не обычный.

Стефан понял это сразу: ткань была грубее, не подходила под стандарты «зелёного комфорта».Она сняла плащ – под ним была простая тёмная одежда, не городская. – Лиан… – он вдохнул. – Ты знаешь, что со мной сегодня произошло. Верно?

Она кивнула.

– И дрон… он искал тебя?

Она покачала головой:

– Нет. Он искал тебя.

– Меня? – он рассмеялся нервно. – Я продавец цветов. Самый обычный.

– Не самый, – сказала она тихо. – Ты умеешь слышать то, что заглушили в других людях.

Он не понял.

– О чём ты?

Она подошла ближе – так близко, что он почувствовал запах травы, будто она несла с собой не духи, а настоящий лес.

– В этом городе растения – это инструмент. Красивый, гармоничный, удобный инструмент контроля. Людям показали мир зелени, но они не слышат его. Они не чувствуют его. Они отрезаны от реальности. Но ты… ты чувствуешь. Ты видел, что побег испугался дрона. А большинство людей не заметило бы и если бы вокруг них деревья плакали.

Стефан замер, потому что неожиданная мысль кольнула его:

– Ты… кто ты такая?

И впервые в её взгляде мелькнуло что-то острое – не опасное, но древнее, глубокое, хранящее слишком много тайных знаний.Лиан посмотрела ему прямо в глаза.

– Я та, кто пришла сюда не чтобы контролировать. А чтобы помочь.

– Помочь кому?

Она подошла к окну, отодвинула штору и тихо сказала:

– И тем, кто ещё может слышать Землю.– Тебе, Стефан.

Она повернулась, и её голос стал твёрже:

– Я пришла, потому что на тебя уже обратили внимание. Правительство считает, что ты видел слишком много. ИИ считает, что ты нарушаешь гармонию. Инопланетные кураторы считают, что ты опасен.

Она сделала паузу.

– А я считаю, что ты – шанс.

Он почувствовал, как внутри сжалось всё: сердце, горло, лёгкие.

– Шанс… на что?

Лиан тихо улыбнулась.

– На то, что мир наконец проснётся.

Она шагнула к двери.

– Завтра утром к твоему киоску придут. Стража скажет, что это проверка биоконтроля. Но это не проверка. Это арест. Они заберут тебя и растение. И больше ты не проснёшься таким, каким лёг спать сегодня.

Он побледнел.

– Что мне делать?

И очень мягко, почти невесомо взяла его за руку.Лиан подошла ближе.

– а туда, где мы впервые встретились.– Завтра. На рассвете. – Иди не к киоску…

Её пальцы дрогнули.

– Я буду ждать. И ты должен уйти до того, как они тебя найдут.

Она отпустила его руку, надела плащ и открыла дверь.

Перед тем как исчезнуть в коридоре, она сказала:

– И возьми с собой листик. Он покажет путь.

Дверь закрылась.

Стефан остался стоять посреди комнаты, чувствуя, как его сердце бьётся слишком быстро.

Впервые за много лет он чувствовал не усталость.

И… странную, забытое чувство – надежду.Он чувствовал страх.

И она впервые казалась по-настоящему тёмной. Впереди была ночь. Зелень деревьев превращалась в почти чёрные силуэты, покрытые холодным отсветом уличных ламп.Ночь развернулась над городом так, будто кто-то медленно накрывал Землю мягким полупрозрачным покрывалом. Свет не исчезал – здесь он никогда не исчезал – но тускнел настолько, что цвета становились глубокими, насыщенными, но впервые видел его иначе.Стефан стоял у окна, наблюдая за городом, который он знал всю свою жизнь.

Ночь была слишком правильной. Слишком контролируемой.

Лишь время от времени мимо проходил садовник или патрульный дрон – оба с одинаково ровным движением, механичным шагом.На улицах почти не было людей – официально по правилам рекомендуется ночной отдых.

Они мерцали от ветра, будто паутина гигантского невидимого паука, опутавшего весь город.Тонкие металлические нити – датчики влажности – струились вдоль фасадов домов.

Ни одного случайного листа, ни малейшего намёка на хаос природы.Деревья, идеально подрезанные, будто выстроились в ряд по команде.

– Они даже ночь приручили… – прошептал Стефан, не осознавая, что говорит вслух.

Тихо, ровно, слаженно.Он прислушался. Город не шумел – он работал.

В стороне, ближе к центральным районам, раздалось едва слышное гудение – большой очистительный механизм включился на ночной цикл, фильтруя воздух от частиц пыльцы, «несоответствующей стандартам».

А будто в них пробежала волна живого страха.Стефан заметил, что рядом с этим гудением кое-что изменилось: листья на дереве под его окном дрогнули. Но не от ветра – ветра не было.

Он опустил взгляд на банку с одиноким листиком.

Тот светился очень слабым, едва уловимым биосвечением. Как будто отвечал на зов ночи.

– Ты тоже чувствуешь?.. – шепнул он.

Листик чуть дрогнул – движение почти микроскопическое, но настоящее.

Впервые в жизни Стефан почувствовал, что не один.

Положил ладонь на стекло.Он подошёл к столу, перенёс баночку поближе.

Тепло дыхания.Тепло, что исходило от листика, было странным – не как тепло лампы или солнечного света. Живое.

Листик мгновенно свернулся, будто защищаясь.За окном проплыл дрон, освещая улицу дезинфекционным лучом.

– Тише… – прошептал он, прикрывая банку ладонью, как будто мог укрыть растение от всего мира.

Смешным, странным – и впервые за много лет живым.Он чувствовал себя смешным.

Мысли метались, как птицы, загнанные в стеклянный короб.Он сел на край кровати, но сон даже не пытался прийти.

Понял ли он хоть часть того, что она пыталась сказать?Кто такая Лиан? Почему она знала, что за ним придут?

И почему он, обычный продавец цветов, вдруг стал опасным для системы?

Стефан затаил дыхание.За окном ночь стала плотнее. Город замер. Лишь где-то вдали мелькнул резкий красный огонёк – патруль сменил режим на боевой.

А затем услышал – не ушами, а будто внутренним слухом – еле уловимый шорох.

Он посмотрел на баночку.

К тьме. Листик…шевелился. Но не просто так – он тянулся к окну.

– Ты хочешь… показать мне? – спросил он тихо.

Листик слегка согнулся, будто кивая.

Ночной воздух влетел в комнату удивительно холодным – город удерживал температуру, а это значит…Стефан подошёл к окну и открыл его.

Это был не городской воздух.

И увидел.Он высунул голову.

Фигура.Вдалеке, на крыше соседнего дома, стояла тень.

Её плащ развевался в ночном воздухе, которого здесь не должно было быть.Ему понадобилась секунда, чтобы понять – это Лиан. Та самая.

И увидела его.Она подняла взгляд.

И тихо – так тихо, что он почти прочитал по губам – сказала:

«Уходи на рассвете. Не позже.»

Потом растворилась, словно туман, исчезнув за переплетением лиан.

Стефан стоял у окна, пока не почувствовал, что листик снова успокоился.

Ночь, после которой его жизнь больше не будет прежней.Впереди была ночь. Длинная, тревожная, без сна.

И внутри – почти незаметно, как капля росы на лепестке – родился новый побег чувства, которое он давно забыл:

Ожидание.

Запретный рассвет

Ночь прошла, как один длинный вдох – наполненный тревогой, шёпотом листьев и тенью Лиан, исчезающей на крыше соседнего дома.Стефан не спал до самого утра.

Но баночку с листиком он положил в сумку первым.Когда стены комнаты начали окрашиваться в мягкое золотистое сияние рассветной системы, он уже сидел одетый, с маленькой сумкой в руках. Он не знал, что взять – жизнь его была настолько однообразной, что казалось: ничего не имеет смысла.

Лиан сказала: «Уходи на рассвете».

Значит – сейчас.

Слишком пуст.Он приоткрыл дверь квартиры. Коридор был пуст.

Но сегодня это мерцание казалось ему взглядом.Стефан осторожно вышел, стараясь не издавать шума. Чуть дальше по коридору мерцала панель техобслуживания – за ней тихо вибрировал кабель центрального контроля. Обычное дело.

Логика здесь была законом.Он спустился по лестнице – лифт мог дать сигнал системе. «Лишнее движение, нелогичное поведение».

Они медленно повернули сенсоры в его сторону.У выхода из жилого блока стояли два дрона.

Это спасло.Стефан замер. Сделал вид, что просто идёт на работу раньше обычного.

Дроны проанализировали его лицо, одежду, расписание и… пропустили.

Он вышел на улицу – и впервые в жизни почувствовал, что город смотрит ему в спину.

Неразрешённое движение

слегка металлическое, тревожное.Рассвет был искусственным, но красивым. Небо окрашивалось мягким персиковым цветом, листья деревьев блестели после ночной очистки. Но в воздухе присутствовало что-то ещё…

Он заметил, что листья на ближайших кустах едва заметно дрожат, следуя за его шагами – так же, как листик в банке.Стефан шёл вдоль аллеи, держа сумку так, будто она могла защитить его.

– Вы тоже чувствуете?..

Он оглянулся.

Они проверяли документы у прохожих… тех немногих, кто осмеливался выходить так рано.На дальнем конце аллеи стояли трое людей в форменных серых плащах. Голоса у них были ровные, почти синхронизированные – агенты контроля.

Но через секунду раздался тихий, ровный голос:Стефан ускорил шаг.

– Гражданин 05-214-Стефан. Остановитесь.

Не угрожающе, но неизбежно.Он обернулся. Трое агентов шли к нему. Медленно.

Сердце ушло в пятки.

– Ваш маршрут отклонён от стандартного, – произнёс старший агент. – Причина?

Слова застряли.Стефан открыл рот.

«Скажи что-то!»

Он хотел сказать, что идёт на работу раньше, что плохо спал… но чувствовал: любое слово может стать ошибкой.

И вдруг – внутри сумки что-то тихо шевельнулось.

Сильно. Листик.Он начал светиться.

Стефан крепче сжал сумку, но свет пробивался сквозь ткань.

Агенты заметили.

– Покажите содержимое сумки.

Если они увидят лист… это конец.Стефан почувствовал, как его охватывает холодный ужас.

В этот момент позади агентов что-то мягко щёлкнуло.

И на долю секунды всё зависло.Из ниоткуда, из зелени ближайшей стены, выскользнула тонкая лиана – живая, гибкая, быстрая. Она ударила по сенсору первого агента. Тот дёрнулся.

Этого хватило.

Стефан инстинктивно рванул в сторону переулка.

– Остановись! – раздалось позади.

Агенты активировали преследование.

Лианы расступались перед ним, указывая путь – будто город сам направлял его.

Там было темнее – лампы тускло мерцали, будто кто-то вмешивался в систему.Он влетел в узкий проход между зданиями.

И тогда, в полумраке переулка, раздался тихий голос:

– Сюда.

Из-за трубы вышла фигура в плаще.

Лиан.

Её глаза мелко блестели – усталость, тревога, решимость.

– Ты сделал правильно, что ушёл, – сказала она. – Теперь у нас мало времени.

– Что происходит?..

– Тебе объясню позже. Сейчас – беги за мной. И не оглядывайся.

Она протянула руку.

назад пути больше нет.Стефан смотрел на неё всего мгновение, но этого хватило, чтобы понять:

Он взял её руку.

И они побежали вглубь переулка – туда, где зелень становилась слишком живой, чтобы быть созданной человеком.

Подземный сад

Но сегодня кое-что было иначе.Они бежали так быстро, что мир вокруг превращался в размытую зелёную ленту. Лиан уверенно вела его через узкие проходы между домами, туда, где город обычно скрывал свои самые неприглядные части – вентиляционные туннели, отстойники, технические коридоры.

Слишком живой.Чем глубже они уходили, тем больше становилась зелень. Слишком много зелени.

Влажный воздух пах не городом – а лесом после дождя.Корни деревьев пробивались сквозь бетон, как будто кто-то снизу толкал их наверх, стремясь на свободу.

– Ты уверена, что мы… – попытался спросить Стефан.

– Тише, – перебила Лиан. – Здесь слушают всё.

Стефан узнал это место – старый технический шахтный люк, давно отключённый и законсервированный.Через несколько минут они остановились перед массивной металлической решёткой, за которой виднелся спуск вниз.

– Разве он работает? – удивился он.

– Для людей – нет, – сказала Лиан. – Для нас – да.

Решётка тихо ушла в сторону, открывая тёмный проход.Она коснулась ладонью металлической поверхности. Бледные голубые линии побежали по ней, словно кто-то разбудил дремавшую внутри систему.

Стефан последовал за ней – и оказался в месте, которое никак не могло существовать под городом.Лиан спрыгнула первая.

Они пульсировали.Туннель был тёплым. От стен исходило слабое биосвечение. И вдруг он понял: стены покрыты не мхом… а чем-то вроде растительных нервных линий.

– Лиан… что это?..

– Добро пожаловать туда, куда не ступала нога человека много сотен лет,

– тихо ответила она.

– В Подземный сад.

Но её освещали тысячи светящихся растений: лианы, огромные листья, биолюминесцентные цвета, которые он никогда не видел наверху.Они прошли ещё несколько метров, и туннель внезапно расширился. Перед Стефаном открылась огромная камера – настолько гигантская, что терялась в темноте. Это был мир под землёй.Это не был сад. – Как?.. – Стефан едва находил слова. – Почему… это скрывали?

Лиан смотрела на него внимательно.

И потому что ИИ не может контролировать живое, если оно связано с этим местом.– Потому что здесь – происхождение всего, что растёт на поверхности. Стефан замер.

– Ты хочешь сказать… что растения на поверхности… подчиняются… этому?

– Не совсем. – Лиан сделала шаг ближе. – Они связаны с ним. Это их источник. Их память.

– Память?

– Живые системы хранят память лучше, чем цифровые. Дольше. Чище. – Она коснулась огромного листа. – Эти растения видели всё. И они помнят, кто разрушил Землю. Кто начал войны. Кто спас оставшихся. И кто сейчас пытается стереть эту историю.

Стефан сглотнул.

– И правительство это скрывает? Чтобы контролировать… людей?

– Не только людей. – Лиан посмотрела ему прямо в глаза. – Стефан, ты не понимаешь. ИИ не просто контролирует общество. Он выполняет приказы тех, кто управляет им извне.

– Извне?.. Ты имеешь в виду… инопланетян?

– Да. Но не тех, кого ты можешь представить.

К нему вела дорожка из мерцающих листьев, и когда Лиан встала рядом, растение раскрылось.Она подошла к чашеобразному растению, похожему на гигантский бутон. Он пульсировал, как сердце.Внутри оказался светящийся шар.

– Это, прошептал Стефан.

– Ядро Памяти. Главный корень. Сеть, связывающая всё живое на Земле. – Лиан взяла шар осторожно.

– И ты, Стефан, нужен нам, потому что растения… слушают тебя.

– Меня?.. Но я всего лишь продавец…

– Неправда. – Лиан улыбнулась очень тихо.

– Ты – единственный человек за последние сто лет, чьи биоритмы совпали с ритмом корневой сети. Ты можешь пробудить ростки, которые давно замолчали. Ты можешь дать сигнал, который ИИ не сможет перехватить.

Ему стало трудно дышать.

– Почему я?..

–Потому что ты всегда слышал зелень. Просто не знал, как это называется.

Будто где-то рушилась земля.Темнота вдруг дрогнула. Из глубины Подземного сада донёсся низкий рокот. Лиан резко повернулась.

– Они нашли нас. Бежим дальше. Сейчас начнётся охота.

Она схватила Стефана за руку – и тень садовых корней позади них начала двигаться.

ИИ спускался в глубины.

Листья напряглись, некоторые сложились, другие – наоборот – раскрылись, изгибаясь в сторону звука, словно пытались защитить ядро, которое держала Лиан.Треск повторился – громче, ближе. Подземный сад, который секунду назад дышал спокойно, будто ощутил угрозу.