Я не ангел

Наученный – наконец-то! – горьким опытом Сатанаил набрал в свою новую личную гвардию только ярых трезвенников (интересно, где он нашёл столько непьющих чертей?). Но и без сорокоградусной развлечений в Городе-на-Болоте хватало: кто-то вовсю клеил русалок, кто-то проигрывал последнюю рубашку (причём соседскую) в казино, а кто-то гонял на катере за акулами – это у жителей болот было любимым развлечением – в надежде стать чемпионом.

И всё же черти не расслаблялись – они помнили, как легко Ангис с компанией уничтожили пятерых Чернокнижников. Про помощь костроллей – Трак всё же выяснил, каких волосатых созданий ему показывал Король – гвардейцы не вспоминали, им гораздо проще было приписать все убийства Свирепому Ангису; к тому же они знали, что отряда пришельцев больше не существует, а значит, и рассчитывать предателю необходимо только на себя.

Поздно ночью, когда черти вернулись на снимаемую квартиру – одни были испачканы чешуйками, другие – голышом и без гроша, третьи с ног до головы увешаны ожерельями из акульих зубов – поступил вызов от мага (он вёл наблюдение за точками перехода), который засёк появление Ангиса в черте Города.

Гвардейцы побросали все дела (кое-кто, правда, успел одеться) и помчались на выручку к чародею, хотя какая с него выручка?

34

Лучший способ избавиться от комаров – подсунуть им манекен. Пусть подавятся!

А бой кипел вовсю!

На этот раз противник друзьям достался опытный. Королевский маг был закалённым в разнообразных схватках ветераном и ни в какую не хотел сдаваться, хотя Вован сломал об него уже третью дубинку.

Увидев подкрепление в виде таких родных в тот момент гвардейцев, маг «ушёл» в долгожданный обморок. Друзья радостно поглядели на прибывших чертей (так смотрят на задержанную до неприличия зарплату или на купленный на эту же зарплату торт), у тех начали зарождаться сомнения в правильности выбора профессии. А тут ещё Костолом вытащил из-за спины трёхметровую оглоблю (насчёт этого фокуса он заранее договорился с бесом).

В общем, никто не стал упрекать рогатых воинов в вынужденном марафоне.

– Как бегут! – восторгался им в спину Глеб.

– Надо подкинуть им идейку насчёт участия в олимпийских играх, – предложил Слава.

– Вы рано радуетесь, – прервал веселье Пёстрый. – Маг наверняка успел вызвать подкрепление.

– Справимся! – беспечно махнул лапой медведь.

Но Ковалёв отнёсся к словам Ангиса гораздо серьёзней:

– А если гвардейцы приведут с собой десятерых Чернокнижников?

– Такого количества Чернокнижников в Адском Мире на данный момент нет, – возразил бес.

– Вот видишь, Феномен, – ухмыльнулся Костолом. – А сколько есть?

– Семь-восемь, – ответил Пёстрый. – Остальные обычно рассредоточены по Мирам.

– У меня идея! – сказал Жигалов. – Ангис, почему черти перестали маскироваться?

– Мы уже близко к Адскому Миру. Они надеются на прикрытие Властителя.

– А оно будет? – хмыкнул медведь.

– Вряд ли, – сказал бес. – Скорее всего, отряд гвардейцев представят как террористов и отдадут на растерзание здешним властям. Сатанаил не будет повторять ошибку в Мире Замка.

– Тогда мой план должен сработать! – заявил капитан. – Но сначала Ангис расскажет нам традиционную лекцию об этом Мире.

– Издеваешься? – скривился Пёстрый.

– Нет, это действительно важно.

– Ну, хорошо. – Бес откашлялся. – Этот Мир называется Болотным, и этих самых болот в нём больше, чем воды в Водном Мире.

– А суша-то здесь есть? – спросил Вован.

– Разуй глаза! – не упустила случая поддеть Винни Пуха Книга. – Не на воздухе же ты стоишь!

– Отвянь, комикс! Я не так выразился. Сколько здесь суши?

– Одна десятая часть, – ответил Ангис. – Столько же и чистой воды. Это речушки и озёра.

Капитан подмигнул высунувшейся из воды русалке и осведомился:

– А как тут с аборигенами?

– Здесь обитают все расы, хоть как-то зависящие от воды: русалки, водяные, тритоны, чешуяры (такие покрытые чешуёй люди) – это местные, а ещё есть община ракообразных из Подводного Мира и диаспора лягуров, так что не вздумайте хлопать комаров, вдруг это лягурский?

– Это кто кого ещё ухлопает! – возмутился Костолом, яростно отмахивающийся от вездесущих кровососов.

– Что ты волнуешься – у тебя же такой бронежилет! – широко улыбнулась Книга. Это заставило шарахнуться в сторону и упасть в воду трёх тритонов, ящероподобных гибких существ с гребнями во всю спину и длинными хвостами, обладающими хватательной функцией, – улыбка книги просвечивала даже сквозь ткань рюкзака беса.

– Тут без костюма химзащиты не обойтись! – заявил Глеб.

– Купите себе мазь от насекомых, – посоветовал Пёстрый.

Медведь взял деньги и помчался к ближайшему киоску (болото – болотом, а культурная жизнь должна идти своим чередом). При виде такого покупателя продавец-чешуяр облысел до срока и к тому же вместо трёх баночек с мазью выдал тридцать.

– Рассказывай дальше, Ангис, – попросил Глеб, когда угроза смерти от комариного зуда над ухом пропала.

– Что тебя интересует? – уточнил тот.

– Политика.

– Городом-на-Болоте, а также всем этим Миром правит (если так можно выразиться) Совет Десяти. В него входит по одному представителю от каждой расы. Совет обновляет состав ежемесячно.

– Зависит ли Болотный Мир от соседей? – задал следующий вопрос Жигалов.

– Пожалуй, нет, – качнул головой Пёстрый. – Совет предпочитает справляться с проблемами самостоятельно. И у них это получается.

– Отлично! – обрадовался капитан. – Именно это я и хотел услышать! Теперь моя задумка удастся!

– И в чём её суть? – уточнил Слава.

– Мы сдадимся полиции!

Костолом тут же хлопнулся в обморок…

35

Пьяный гаишник был задержан при попытке взять штраф у Ленина за парковку в неположенном месте.

Когда его привели в чувство, медведь завопил:

– Ты сбрендил!

– Ничуть! – запротестовал Глеб.

– Ты предлагаешь мне, уголовнику со стажем, сесть в тюрьму! Да ещё добровольно!

– Это ненадолго, – сказал Жигалов.

– Я не согласен! – продолжал бушевать Вован. – А вдруг меня выдадут нашим?

– Ты дурак? – спокойно осведомилась Книга.

– Нет!

– Между Болотным Миром и Земным десятки других Миров! – воскликнула Книга. – С какого такого перепугу здешние служители закона попрут тебя на своём горбу в такую даль? Не такая ты важная шишка и для того, чтобы специально ради тебя вызывали полицейского мага, способного переправить вредного медведя на Землю!

– И всё равно я против! – продолжал ворчать Костолом.

– Ну и торчи на свободе, встречай чертей! – фыркнул капитан.

– И встречу! И напинаю им куда следует и куда не следует!

– Ну, кто кого – это мы ещё посмотрим, – продолжала подначки Книга.

– Слушайте, мужики, но ведь это не выход! – пробормотал Вован.

– У тебя есть другие варианты? – спросил Глеб.

– А если черти просто окружат полицейский участок и будут ждать, пока мы не выйдем? – выдвинул последний шаткий аргумент медведь. – Ведь мы не сможем сидеть за решёткой вечно!

– А кто сказал, что гвардейцы будут ждать? – осведомился Ангис. – Мои сородичи заинтересованы в том, чтобы как можно быстрее представить нас перед Сатанаилом, если, конечно, тот не передумал брать нас живьём.

– Если черти нас убьют, Сатанаильчик им рога узлом завяжет! – вставила Книга.

– Ладно, – махнул рукой Вован. – Пошли! Всё равно вы без меня не справитесь.

По узким улочкам, застроенным деревянными невысокими домишками, друзья направились вперёд. На первом же перекрёстке, расположенном на мосту, им встретился местный гаишник – чешуяр. Он как раз штрафовал русалок за превышение скорости, повлёкшее за собой порчу внешнего вида туристической группе посредством брызг.

Костолом скептически осмотрел служителя закона.

– Вы уверены, что он подойдёт?

– А что тебе не нравится? – удивился Слава.

– Хлипкий какой-то!

– И что? – поднял бровь Жигалов. – Нам же не нужен культурист.

– Не скажи! – фыркнул медведь. – Кто поверит такому заморышу, что он задержал такого гиганта как я? – Он выразительно поиграл мускулами.

– Представь, что ты раскаялся в совершённом преступлении и сдался добровольно, – предложил капитан.

– Кто – я?! – округлил глаза Вован. – Да я лучше нашу сквернословку сожру!

– Это кого? – не поняла Книга.

– Это тебя!

– Ой, не надо!

– А почему ты не хочешь сдаться добровольно? – спросил Ангис.

– Меня подельники засмеют, – смутился Костолом.

– Это какие? – спросил Ковалёв. – Ты же сам своего напарника раздавил.

– Найдутся люди, – буркнул Вован.

– И откуда же они узнают? – Капитан усмехнулся. Медведь нахмурился, но промолчал. – Ладно, давай обставим дело так: мы, твои подельники, раскаялись и сдали тебя властям.

– За что? – живо спросил Костолом.

– Решим на месте.

Друзья решительно направились к доблестному (его чешуя ярко блестела на солнце) гаишнику.

– Добрый день, офицер! – поздоровался Глеб.

– Добрый. Чем могу быть полезен?

– Арестуйте нас.

– За что? – удивился чешуяр (и немного рассердился: ещё бы, ведь его оторвали от важных мыслей – оставить весь штраф себе или прислушаться к предсмертным хрипам совести и сдать деньги государству?).

– Мы плюнули мимо урны! – сымпровизировал Феномен.

– Что – все?!

– Ага!

– Но за это не арестовывают! – возразил гаишник. – Вам всего лишь нужно заплатить штраф.

– А если мы не заплатим? – осведомился Вован.

– Тогда мне придётся арестовать вас, – вздохнул чешуяр.

– Действуйте! – обрадовались «преступники» хором.

– А может, всё-таки ограничимся штрафом?

– Не отлынивайте от своих обязанностей, офицер! – строго сказал Ангис.

– Да я не отлыниваю, но всё же желательно штраф, – залепетал чешуяр, не сумевший побороть любовь к золоту.

– Да что ж это такое! – взорвался Костолом. – В кои-то веки я добровольно сдаюсь копам, а меня ещё и не принимают! Да я тебе, чешуйчатый, все чешуйки сейчас пообдираю!

– Но, позвольте, это уже нападение на служителя закона!

– Ну! – пробасил медведь. – Ты будешь нас арестовывать или нет?!

– Буду… – пробормотал гаишник. – Но зачем вам это?

– Ё-моё! Что за тупорылый коп! – всплеснул руками Вован.

– Эй! Нельзя оскорблять служителя закона!

– Так арестуй нас, тупица!

Двойное оскорбление задело чешуяра, и он – о, чудо! – даже забыл про штраф.

– Хорошо, я вас арестую. Но у меня только одни наручники…

– Вот блин! – Костолом выругался сквозь зубы и схватил гаишника в охапку.

– Что вы делаете?!

– Самоарестовываюсь! Показывай, где у вас участок!

– Т-там… – махнул рукой чешуяр.

Пользуясь ценными указаниями гаишника, друзья, наконец, добрались до покосившегося от времени здания полиции. Правда, пришлось потратить ещё полчаса, чтобы объяснить остальным полицейским, чего от них хотят. В итоге в камеру они попали только под вечер.

Вован осмотрел обстановку – четыре потрёпанных кушетки:

– А камеру могли бы и поприличней подобрать!

– Ага, ты ещё номер-люкс закажи! – хохотнул Слава.

– А здесь есть пятизвёздочные тюрьмы? – заинтересовался медведь.

– Увы! – Ангис закатил глаза. – Нам такое удовольствие не по карману.

– Опять ваши шуточки! – сплюнул Костолом.

Капитан поинтересовался:

– Как ты думаешь, Ангис, когда черти атакуют?

– Скорее всего, на рассвете. Сейчас нам можно поспать.

Они улеглись. Вован ещё немного поворчал, что, мол, скамейки можно было сделать более мягкими, а потом уснул.

36

Народ милицию любит. Только ни за что не признается как, за что, зачем и почему.

На рассвете друзей разбудили магические взрывы – гвардия Сатанаила действительно решилась на штурм.

– Точно по графику! – улыбнулся бес.

Медведь взлетел под потолок (камера находилась в подвале, и окошко располагалось высоко):

– Ух ты, сколько рогатых! Всю Третьяковку можно сувенирами увешать и ещё на Эрмитаж останется! Кстати, Ангис, ты – врун!

– В каком смысле?

– Тут не восемь магов, а все двадцать!

– Значит, Властитель отозвал все резервы из других миров, – сказал Пёстрый.

– Ты лучше скажи, как там полиция, – попросил Ковалёв.

– Вижу трёх чешуйчатых, – сказал Вован. – Они самоотверженно зачитывают права сотне гвардейцев… ой, уже дочитали! Прилегли отдохнуть.

– А в полиции служат маги? – спросил Жигалов.

– Служат, – кивнул бес. – Но только они ничего не смогут противопоставить мои сородичам – они могут лишь находить преступников по запаху.

– А у нас для этого собак используют, – ухмыльнулся Слава.

– В общем, как я понял, пора отсюда линять! – заявил Костолом. Он снова глянул в окно: – Ой, нет, мы, пожалуй, задержимся.

– Что такое? – удивился Глеб.

– Начинается самое интересное: за копов вступился народ!

Ангис при помощи магии соорудил из кушеток некое подобие театрального ложа, чтобы остальные тоже смогли насладиться зрелищем. Пирамидка получилась хлипкая на вид, но Пёстрый утверждал, что всё надёжно, как скала.

Тем временем Вован продолжал комментировать:

– Вот бежит толпа лягуров. Ну, толпа – это слишком громко сказано, так, штук шесть… Но зато масса! И всем скопом навалились на десяток чертей, мучающих одного чешустика. По-моему, это наш. Бедняге не дают штраф, какая трагедия! Слезами смыло половину рогатых! Вторую смяли лягушки. Ой, кажется, досталось и гаишнику… Такой чудесный коврик получился, надо будет не забыть прихватизировать. А вот к жабам присоединились русалки! Да-а, любит народ родную милицию, да как любит! Но это к делу не относится…

В общем, смотреть было интересно. Тритоны, лягуры, чешуяры, водяные и лобстеры молотили чертей со всех сторон (правда, доставалось больше полицейским – а может, так и было задумано?) Не помогала даже магическая поддержка. Русалки тоже внесли свою лепту, по-своему: около дюжины гвардейцев умерло от недостатка кислорода – или просто отравились помадой.

Один из особо толстых лягуров отпихнул животом чересчур наглого рогача (тот упорно тыкался в него трезубцем), гвардеец пролетел по дуге над веселящейся толпой и воткнулся головой прямо в подвальное окошко камеры, загородив друзьям весь обзор.

Поняв, кто перед ним, чёрт завопил:

– Они здесь!!!

Костолом втянул его за пятачок внутрь вместе с кирпичным ошейником и оглушил, но было поздно. В дырку сунулся ещё один гвардеец.

– Твой дружок ошибся, – успокоил его медведь. – Мы уже не тут, а там. Можешь передать это остальным.

Рогатый кивнул и полез обратно.

– Хотя нет, постой, – Вован вдёрнул его в камеру, – не надо им говорить. Обойдутся, правильно?

Чёрт кивнул. На всякий случай.

– Ну вот и хорошо. Ты посиди пока тут, а мы пошли.

Гвардеец сдуру протестующе мотнул головой.

– А тебя не спрашивают! – Бац! – и рогатый улёгся рядом с дружком.

Дальше Костолом выломал решетчатую дверь камеры, и друзья вышли в коридор, по обеим сторонам которого находились камеры с заключёнными.

– Я предлагаю сделать доброе дело, – заявил Глеб.

– Дай я тебя расцелую! – кинулся на него медведь.

– Лучше займись решётками.

Узники несколько удивились досрочному освобождению, притом такому необычному, а потому выходить из камер не спешили.

– Что происходит? – спросил какой-то летяг.

– Амнистия! – торжественно объявил Костолом.

– Что-то вы не похожи на полицейских, – недоверчиво произнёс толстяк-человек.

– А мы новенькие, – смущённо признался Ковалёв.

– Всё равно это подозрительно, вах! – проворчал носатый варан. – Обычно двери открывают, а не выламывают…

– А ключи медведь сожрал! – быстро нашёлся Ангис.

– Вы будете выходить или нет?! – раздражённо спросил Вован.

С улицы, миновав многочисленные коридоры полицейского участка, донёсся шум боя.

– Что там происходит? – засуетились недавние заключённые.

– Наших бьют! – фыркнула Книга.

Толпа преступников бросилась к выходу выяснять, каких наших бьют, и, если бьют не тех, помочь.

– Пора и нам, – сказал бес.

Они выбрались на улицу через окно с той стороны участка, где все участники побоища уже лежали.

– Точка перехода находится на другом острове, – разгоняясь, сообщил Пёстрый. – Нам надо лишь перебраться через мост.

А сзади, рядом с участком, бывшие заключённые с удовольствием мстили полицейским – такого урона служителям закона не смогли нанести даже черти. Кстати, о гвардейцах: им доставалось не меньше. Из двадцати Чернокнижников дееспособным остался только один, и тот резался с местным водяным в «дурака» – это у них была магическая дуэль (оба жульничали вовсю). От армии гвардейцев осталось десятка два более-менее недобитых рогача (это те, у кого не было переломов). Теперь за ними активно охотились ненасытные русалки – местный контингент их уже не устраивал (ещё бы, ведь не каждого туриста можно было целовать, а тут такое раздолье!).

Чертей спасло то, что один из них, с погнутым на фиг пятачком, заметил убегающую четвёрку. Гвардейцы бросились в погоню. А, как уже говорилось, бегали они хорошо – куда уж там хвостатым русалкам! Расстояние между преследователями и преследуемыми быстро сокращалось.

И тут один гвардеец, с рогами, торчащими уже совсем из другого места – напрягите фантазию! – наступил на комара. Насекомое, нажравшееся крови лет на пять вперёд, решило присесть на дорожку, а чёрт его ещё и приложил, раскатав в приличной величины блин.

Перед гвардейцами в ту же секунду выросли лягуры в униформе (Комитет по Охране Насекомых) и вежливо попросили прогуляться. Черти вежливого обращения не приняли и схватились за оружие (хотя и так держали его в руках). А зря, ведь на КОНу была их жизнь. Лягуры быстро свистнули – читай: квакнули – подкрепление и с численным перевесом двадцать на одного повязали рогачей.

Друзья меж тем благополучно добрались до точки перехода и ушли в другой Мир. А потасовка у полицейского участка запомнилась всем её участникам надолго. На следующий год группа энтузиастов повторила эксперимент, только народу было гораздо больше… и повод другой, и чертей пригласить забыли, и комаров давить лягуры не позволили… Другая это была история, другая…

37

Обитатели палаты №6 тоже провели у себя выборы. В итоге с перевесом в три голоса победили Путины. Все пятнадцать штук.

Владыка Ада сошёл с ума!

Шутка. Но он был близок к этому, правда, до нужной кондиции так и не добежал.

Традиционно пригрозив, что всех поувольняет на фиг, а то и подальше, Правитель вновь принялся строить коварные планы (я бы даже сказал коварнющие!), которые, впрочем, всё равно оказывались не прочнее воздушных замков.

А начал он с того, что связался с руководителем Багрового Мира (именно туда направился Ангис с компанией – это Сатанаил выяснил ещё до приступа бешенства) и заручился его всесторонней поддержкой. Теперь Повелитель Ада мог быть уверенным хотя бы в том, что предатель запомнит эту встречу – на успех операции он уже не надеялся.

Спать Король лёг с мыслями о том, что вампиров ждёт весёленькая ночка (как, я забыл упомянуть, что Багровый Мир населяют вампиры?! Ну, вот, напомнил, спите спокойно… аминь!).

38

Почему вампиры бояться чеснока? Вы сами попробовали бы находиться рядом с таким ходячим перегаром!

Небо было затянуто багровыми тучами, места для солнца на небосклоне прото не было. Пейзаж также был мрачен – вокруг раскинулись только унылые в своём однообразии холмы с растущими тут и там сиротливыми кустиками.

– Этот Мир называется Багровым, так? – уточнил Феномен.

– Ты угадал, – хмуро ответил бес.

– Что нос повесил? – осведомился Глеб.

– Я убийца… – пробормотал Ангис.

– Не понял!

– Что тут непонятного? – недоумённо пожал плечами медведь. – Наш друг взял грех на душу, кого-то порешил, в общем, по нему тюрьма плачет! Ангис, так чего ты в камере не остался?

– Чей ты убийца? – спросил Слава.

– Ваш.

– Чего? – Вован на всякий случай отодвинулся от Пёстрого. – Ну-ка, поясни!

– Я совершил роковую ошибку и доставил вас сюда, – убитым голосом сказал бес. – Тут вас ждёт смерть.

– Ты это… не пугай! – Костолом отодвинулся ещё дальше.

– Я не пугаю, я говорю правду. – Тон Ангиса не изменился.

– О чём это он? – спросил Феномен у Книги.

– Не мешай! Может, он Оскара хочет! За драматическую роль!

– Почему вы думаете, этот Мир зовётся Багровым? – продолжал бес. – Из-за цвета облаков? Нет! Из-за цвета крови!

– Багровый Мир? Я уже где-то слышал это название… – Медведь рискнул подойти обратно.

– Этот Мир населяют вампиры! – загробным голосом сообщил Пёстрый.

– Ну, ты, блин, даёшь! – фыркнул Вован. – Я-то думал тут что-то серьёзное!

– Ты не считаешь упырей серьёзными? – удивился Ангис.

– Нет!

– Но они же кровососы!

Костолом принял горделивую позу:

– Для меня они не опасней комаров!

Жигалов незаметно подмигнул Ковалёву.

– Берегись! Вампир сзади!

– ААА!!! – Медведь ракетой взвился в воздух. – Где?

– Я пошутил! – захохотал капитан. – Приземляйся.

– За такие шуточки тебя убить мало! – проворчал Вован.

– Не будешь хвастаться, – поддержал Глеба Феномен.

– А кто хвастается? – возмутился Костолом. – Жигалов, ты забыл, как я отметелил того вампирёныша в Подземелье?

– Тут таких сотни, – вздохнул бес.

– Не огорчайся, – успокоил его Слава. – Мы и не в такие переделки попадали.

– Точно! – подтвердил медведь. – Вот сейчас чесноку найдём, нажрёмся…

– Здесь не растёт чеснок, – прервал его Пёстрый.

– Тогда возьмём осину…

– Тут вообще не растут деревья. Только кустарник.

– Святой воды тоже нет? – уточнил Костолом.

– Не-а.

– Может, у нас найдётся серебро? – осведомился «истребитель нечисти».

– Только немного золота, – вздохнул Ангис.

– Тогда пошли, – скомандовал Вован. – Будем крестить зубастиков врукопашную! – И он, «засучив рукава» пошёл вперёд.

– Стой! – закричал сзади Пёстрый, но медведь не слушал.

Тогда Ангис применил левитацию и завис прямо перед ним.

– Да остановись же ты!

– Зачем? – удивился Костолом.

– Ты идёшь в другую сторону – точка перехода намного левее.

– Спасибо. – Медведь переменил направление и пошагал дальше.

Друзья поспешили за ним. Бес держал наготове огненные шары, хотя и опасался, что от них будет немного проку.

И тут из земли полезли вампиры (по всей видимости, Вован своим топотом обрушил им всю штукатурку). Первый же кровосос, рискнувший высунуться прямо перед медведем, тут же ушёл обратно, подгоняемый ударом чугунной лапы.

Костолом заботливо перекрестил ямку и, не слушая «благодарственных» воплей, продолжил свой путь. Остальные едва поспевали за ним. Ещё одного хитрого родственника Дракулы, который переждал, пока пройдёт медведь, рассёк надвое Стригуном Глеб. Верхняя половинка бросилась догонять резво убегающую нижнюю.

Вампиры предприняли атаку с воздуха, но Ангис быстро разубедил их парой шаров. После этого атаки прекратились.

– Что, кровососы уже кончились? – изумлённо спросил медведь.

– Нет, просто они готовят нам какую-нибудь особенно мерзкую пакость, – объяснил бес.

И точно, из-под холма начал выползать здоровущий трёхметровый упырь. Вован быстро перекрестил его, но это помогло мало – зубастый тип лишь чихнул, отбросив медведя в сторону. Капитан обрушил на вампира меч, но от вибрации едва не прикусил язык. И ещё полдня у него дрожали руки.

Пёстрый метнул в кровососа десяток молний, однако тот легко поймал их и переломил пополам. Феномен посоветовал Ангису сбить на гиганта одну из летучих мышей, нарезающих круги в небе над друзьями. Упавший «истребитель» набил здоровяку огромную шишку, но остановить не сумел.

Упырь вылез, наконец, полностью и, раскинув руки с длинными когтями (похоже, он не знал, что на свете существует маникюр), попёр на отряд.

– Милый мой, ты перебрал живительного пива! – обратился к нему Костолом, загораживая друзей.

Вампир раззявил пасть и начал быстро-быстро клацать зубами.

– Э, дружище, да у тебя, похоже, нервный тик! А сейчас ещё будет нервный брык и нервный бряк! – С этими словами Вован ударил его в живот.

Мускульная отдача оказалась так велика, что Костолома отфутболило метров на тридцать назад – по пути он едва не смёл друзей, – где его настойчиво стали домагиваться две облезлые упырихи, покрытые слоящейся жирной кожей. Медведь с большим трудом от них отбрыкался и, подбежав к гиганту, ударил его ещё раз.

И с криком:

– Нервный брык получается хорошо! Пора делать нервный бряк! – улетел на сорок метров. Да ещё и застрял за холмом, пытаясь отделаться от любвеобильных «красоток» (они уже заблаговременно переменили дислокацию).