Речное сияние тыквы

Сквозь пыльные реки

И кислые тучи

Ведёт древо-случай

Судьбы ветки-сучья

Растит оно поросли,

Помосты, погосты

Дивана истории

Проблески, возгласы

Наивных стараний

Белесые пролежни

Ты спросишь – И что же в них?

Прожитых, сожженных

Покошенной роскошью

Грозы той пошлости

Идут маршем совести

Против безбожности

Тютина о землю

Чистыми мыслями,

Архивы забрызганы,

Пир за кулисами

Свора собак,

Опьянённая воздухом,

Стада пасёт, пастухов,

В старых ползунках

Малиновый наполеон

Рыбный барсук

Тихо пел книги вслух,

О том как падут

Люди под града стук,

О том как во льду

Прорастёт дивный пух,

А рыбный барсук

Будет править всем тут,

Но падали в облако

Рокотом, вороны

Был запах пороха,

Грохот и молнии

Злоба восторга

Бездарного облака,

Розовый колокол,

Слышался хохотом

Птицы трудились,

Крылатые дыни,

Облако-вымя,

Земле даны были

Не было града,

Без ритма на запад,

Летел сквозь фасады

Тот рыбный барсук

Опера колёсной лиры

Грызёт лепестки

Розы ветров

Бодрый питон,

Пусть моветон

Ему наплевать

На поздний циклон,

На козий притон

И просьбы миров

Роза вкусна,

Шипит на устах

И дарит слова,

Почти три куста

Поношенный склад

Где поножи сняв,

Упала змея

На дивный скандал

Где стул из вина

За ним поезда

Приятно мурчат

Той ссоры слова

На них всё равно

Потом только трон

И розу ветров

Рассудит фольклор

Кошачий пролетариат

Едет верхом

На виниловом крике

Ландыш-улитка

Радостью дикой

Вы посмотрите

Поступью мили

Несётся сила

На вопле синем

Волновой гамбургер

Полный старания

Скачет вперёд

На злобном икании

На пёстром дыхании

В пламени падали

Гарцует змеиное

Борщ-предсказание

Буйством ленивое

Полное сливами

Тощее мужество

Едет на вымпеле

И побеждает

В конкурсе шахматном

С конской зарплатою

Мокрый фотон

Апогей кустарного музицирования

Танцует на знании

Мягкое здание

Шёлковым пламенем

Кличет мерцание

Хочет увидеть

Звёздные вафельки

Лунные тростники

В яркой апатии

В них жизнерадостность

Ливерным саженем

В пол проливается

Хвойной акации

Ждёт оно акции

Рации в панцире

Хочет там нацепить

Пацифизм нации

Возит по осени

Сосенки совести

Грозы и росписи

Солнечной розницы

Дабы избавиться

От одиночества

Здание ночью той

Выгнало всех

Краски протонов

Море шагает

Розовым шумом

Без ума шутит

Рыжий сон-дурень

В плоских шагах

Свод ворованных судеб

Догмы иллюзий

В робе слова

Полдень настал

Говорливой луною,

Море встречает

Счастья тоска

Час и каскад -

Море мечтает

Но нет коня

Где тот конь-водопад?

Пентатоника полутонов

Стрекочут лужицы,

Бегают улицы,

Грозные устрицы,

Город тасуется

Окна назад,

Показал нам глаза,

Пламенный сад

Баррикад, кумовства

Неряха педант

Недоделал себя

Снова судьба

Изменила наряд

Панельные флаги

Кусали руками

Резвые страхи

Котов с бутиками

Из подсознания

Знамени пламени

Прыгнуло рацио

Розой скитания

Всё горько сложилось

В единый казан -

Ехидный экзамен

Незнанья, был сдан

Фабрика нектаринов

Лоси с гусями

Двинулись в банк,

Грабить его,

Выстроив план

Был у них парус,

Цветочный колчан,

Репчатый лук,

Шашлык и свеча

Пальмовый сыр,

Неделя, озон,

Ром-гедонист

И баня с козлом

Ветряной стол,

Липиды и сон,

Костёр рибосом,

Кассета с вином,

Полметра кино,

Пакеты икон,

Сосед и газон,

Поребрик-Самсон,

Но не пошли звери

Грабить тот банк -

Ввёл демократию

Дерзкий рюкзак

Старый дом

Где же тепло? Где ясный рассвет?

В холоде лютом слышны лишь шаги.

Осенью тихой угас солнца свет,

Слышен лишь только шаг кроткой ноги.

В городе сером средь зданий померкших,

Тихо идёт еле слышно дыша,

Смотрит вокруг взглядом полным надежды,

И что-то ищет в них чья-то душа.

Лишь силуэт, как туманный, поблекший,

Тихо идёт отбивая свой шаг,

Видит сквозь дали он в зданиях бреши,

И видит знакомый он в зданиях мрак.

Мрак пустоты, одиночества скуки,

Серым пятном, обтекающим дом,

Чувствует, как опускаются руки,

Не у него, а у тех, кто кругом

Но город пустой, и нет никого,

Так чью же тоску вдруг почувствовал он?

Так может быть не его одного,

Привлёк своей серостью старый тот дом?

Среди этажей так стремящихся в небо,

Средь сотен высоток, железа, бетона,

Стоит старый дом, где давно никто не был,

Стоит как весь город без яркого тона.

Но что же так тянет? Так манит, зовёт,

Быстрее дойти, добежать, открыть дверь!

Совсем же чуть-чуть, лишь парочка йот,

Его отделяют и вот же теперь –

Открыта, распахнута, слышно – поёт,

Звуком прекрасным неведомый зверь.

Взбежавши по лестнице быстро на вверх,

Увидела взором, поблекшим, душа -

Разбитые окна, разломана дверь.

Убавивши шаг идёт не спеша.

И видит следы лап огромных, ужасных,

Грязью ведущих к обломкам двери,

Но слышен тот звук всё такой же прекрасный,

Куда ты идёшь? Ну куда же??? Смотри!

Застыла душа на обломках древесных,

В проёме дверном тихо смотрит, в ночи –

Огромная комната, звуком чудесным,

Жуткое чудище звонко кричит.

Огромны клыки в сером мраке сверкают,

Хищным прищуром вцепились глаза,

В серую душу, кто знает какая,

Страшная участь, но вот же – слеза…

Слеза покатилась у дивного зверя,

В вое чудесном послышалась дрожь,

Видит душа, но виду не верит,

Не может понять на кого он похож

Зверь приподнялся, нахмуривши брови,

Лапой огромной ступивши вперёд,

Вот он источник в том городе горя,

Вот кто так сладко, так звонко поёт.

Двинулся тихо к нему силуэт,

Делая шаг чрез обломки доски,

Зверь замолчал и песни той нет

И угасает то чувство тоски.

Ринулся быстро к нему мощный зверь,

Радости грустной издав мощный рык,

Как же он ждал, и вот же теперь,

Может забыть той тоски рвущий клык.

Встретившись взглядом вплотную почти,

Серость исчезла, исчез силуэт,

Слезы текут, словно в роще ручьи,

Там, где стояли и чудища нет.

Нет там обломков и окна все целы,

Но слезы текут и слышно, как плачет,

Лишь на столе стоят хризантемы,

И за окном все не так, всё иначе

Исчез лютый мрак окутавший город,

Исчезла вся серость, расцвёл старый дом,

Убитый теплом исчез страшный холод,

Сидит тихо девочка. Плачет. С котом.