Конструктор сырой магии

   Всё хуже, чем я думал. Если Людвиг сказал правду, то это личное желание Лилианы, а не план отца, а это ещё хуже. Сундук погрузили на телегу, спрятав под купленным сеном. Теперь и не понятно, что мы везём. Вскоре появилась и Лилиана. Она была одета в мальчишескую одежду, не дорогую, но крепкую, качественный плащ с капюшоном был цвета грязи и не выделялся на нашем фоне. Я сел на место кучера, рядом со мной сидел Габриель, а Пешка и Лилиана расположились за нашими спинами. Всё казалось спокойным, но спиной я чувствовал сильное напряжение. По улыбке Габриеля я понял, что дорога будет трудной. Я ничего не придумал умнее, как произнести по-русски длинную матерную речь, с непереводимым на местные языки смыслом. Но, к сожалению, меня никто не мог понять.

Глава 39

Дева судьбы.

   Дорога оказалась длинной. Длиннее чем я изначально думал. А всё из-за моих спутниц. Вначале всё было тихо и они не особо разговаривали со мной или друг с другом. Но постепенно, этим две самки, иначе их не назовёшь, начали распушать хвост и хвастаться своими достоинствами и высмеивать чужие недостатки. В неофициальной обстановке Лилиана была не против того, что мы называли её на «ты», хотя, я просто настоял на этом под угрозой оставить её дома. В дороге был главным я, она навязанная попутчица, а не важная персона. И всё было хорошо, пока мы не отъехали достаточно далеко, что нам не встречались кареты и повозки. Тут всё и началось.

– Что ты в ней нашёл, Рэй? – Первой голос подала Лилиана. – Без рода и племени, без силы и власти, такие достойны только в слугах ходить.

– Госпожа выросла, да вот только не в тех местах, где надо, чтобы завлечь мужчину. – Парировала Пешка. – Ни груди, ни попы, а вот у меня всё есть. Так ведь, Рэй?

– Согласен. – Габриель. Вот зачем он подливает масла в огонь?

– Я ещё расту! – Кажется, Лилиану зацепили за больное место.

– Ты всего лишь на год младше меня, – Пешка не унималась, – Там, где могла уже выросла, то есть – нигде. Теперь будешь плоской доской до конца дней.

– Зато ты в свои восемнадцать выглядишь старше тридцати. Старуха! Сразу видно неухоженную кожу и волосы!

   Я старался не вмешиваться в их разговор, понимая, что пары моих слов будет достаточно, чтобы ещё сильнее разгорячить этих дам. Почему я вообще стал их целью? Пешку я могу понять, но вот почему Лилиана так за меня борется.

– А знаешь, что во время танца, Рэй крепко обнимал меня и шептал нежные слова. – Вот такого точно не было, Лилиана начала выдумывать.

– А эту ночь мы с Рэем провели в одной постели, – Пешка! Остановись! – И вообще мы часто спим вместе!

– Естественно, слуга должна лечь в постель хозяина по первому же требованию! – Чем дальше, тем хуже.

– Стоп! – Я крикнул так, что даже Габриель дёрнулся. – Ваша ссора уже перерастает в ругань.

   Я передал вожжи Габриелю и развернулся к девушкам.

– Давайте расставим всё на свои места. – Начал я спокойно. – Начнём с тебя, Лилиана. Почему ты вообще себя так ведёшь, словно я твой жених? Почему ты вообще что-то пытаешься доказать Пешке, мы с тобой едва знакомы.

– Я… – Лилиана отвернулась и покраснела. – Мне не нравится, что граф находится в обществе простолюдинов, я хочу вывести тебя в высший свет.

– К чёрту высший свет. – Я сплюнул. – Это сборище уродов, которые готовы сожрать тебя с потрохами, дай им только волю. Тем более, какое тебе дело до какого-то графа, без семьи, поддержки, даже не назвавшего родовое имя и не являющийся уроженцем этой страны?

– Эм… – Лилиана опустила голову и замолчала.

– Теперь ты, Пешка. – Я повернулся к Орчихе. – Почему ты говоришь так, будто я уже принадлежу тебе? Ты так уверена в себе, что не задумываясь, оскорбляешь молодую девушку, аристократку. Даже не думаешь о последствиях. А что если она окажется мстительной тварью? – Лилиана при этих словах вздрогнула.

– Но, прошлой ночью, ты сказал, что я занимаю важное место в твоём сердце.

– Занимаешь, но это не значит, что твоё поведение не может это изменить. Да и вообще, может, я заведу гарем из жён и любовниц и включу тебя в него.

– Что?! – Вопрос звучал от всех троих.

– Была у меня тут идея. – Я сделал хитрую улыбку и посмотрел на небо.

   Опустив взгляд, я наткнулся на недовольные взгляды обоих девушек. Вот и хорошо, пускай свою злость на меня спустят, уж я как-нибудь выкручусь.

– Уважаемый граф, разве Вы не знаете, что полигамия в нашей стране запрещена? – Лилиана даже на «Вы» перешла.

– Не беда. Найду страну, где она разрешена. Или вообще не женюсь, а наберу себе любовниц и сделаю всех равными. Вот тогда и ты, и Пешка будете ладить.

– Что? – Возмутилась Пешка. – Ты уже нас двоих записал в свой гарем?

– А почему бы нет? – Я улыбнулся и кое-что вспомнил. – А ещё есть Килия, так же мне приглянулась эльфийка за стойкой регистрации.

– Тебе только эльфиек подавай. – Пешка надулась и замолчала.

   Лилиана тоже ничего не говорила. Наконец. Тишина. И всё бы хорошо, если бы не Габриеь:

– Молодец, граф. – Если он обратился по титулу, то жди подставу. – Как ты заткнул за пояс двух, уже почти взрослых девушек и не скажешь, что тебе всего тринадцать лет.

– Габриель, – я уничижительно взглянул на него, – вот зачем ты так?

   Девушки поняли, что я специально устроил это представление и спор начался заново. Тут мне послышался чей-то голос.

– …гите. – Он звучал очень приглушённо.

– А я говорю, что Рэй всё равно выберет меня. – Не унималась Пешка.

– Замолчите.

– Не вмешивайся Рэй. – В этот раз Лилиана была более напористой.

– Да помолчите вы! Прислушайтесь!

– Помогите… – Звук был приглушён и звучал где-то рядом.

   Я посмотрел на стог сена и понял, что звук идёт оттуда.

– Габрель, останови телегу. – Дождавшись, когда мы остановимся, я спрыгнул с телеги и вилами начал снимать сено. Добравшись до сундука, я услышал голос.

– Пожалуйста, откройте! – В этот раз голос звучал очень чётко из сундука.

– Габриель. – Я дал ему в руки трофейный топорик, который носил ещё со встречи с кроликом.

   С пары ударов обухом, Габриель сбил замок с сундука. Открыв его, мы обнаружили внутри девушку, на вид лет пятнадцати, в длинном жёлтом платье, свёрнутую калачиком.

– Прошу прощения. – Девушка выпрыгнула из сундука и побежала к ближайшим деревьям, я уже хотел броситься за ней, но Лилиана остановила меня, сказав, что она сейчас вернётся.

– Ты её знаешь? – Спросил я у баронессы.

– Нет. – Она покачала головой. – Но, судя по письменам на её платье, она из храма судьбы. А судя по тому, как она держалась за живот, ей просто захотелось в туалет.

   Действительно, я не подумал об этом. Пока девушка пряталась среди деревьев и кустов, я осмотрел сундук. Внутри лежало тёплое одеяло, мешочек с едой и бурдюк с водой. Судя по всему, пленницей она не была. Интересный же груз нам подсунул Людвиг. Вскоре наш «груз» вернулся к телеге.

– Извините, за моё поведение. Не могли бы Вы сделать вид, что ничего не видели и положить меня обратно в сундук?

   Я некоторое время прибывал в ступоре. Девушка смотрела на меня своими чистыми голубыми глазами. В этих глазах я видел какую-то странность. Меня тянуло любопытство.

– Нет. – Твёрдо сказал я. – Сейчас мы съедем с дороги и я хочу задать Вам, юная леди, несколько вопросов.

   Девушка не стала спорить, мы закрыли сундук и погрузили сено обратно на телегу, а затем съехали с основной дороги. Судя по солнцу, время едва перевалило за полдень. Мы расстелили походные пледы и решили устроить обед. Наша новая попутчица не отказалась от приглашения. Всё довольно странно.

– Ну что же, госпожа…

– Мирхи, – ответила девушка, – просто Мирхи, без титула.

– Госпожа Мирхи, поведайте нам, как вы оказались в сундуке и почему мы везём Вас в храм судьбы.

– Я жрица судьбы. – После этих слов Лилиана ойкнула и мы повернулись к ней.

– Я слышала о новой жрице судьбы. – Начала рассказывать Лилиана. – Наш дом давно покровительствует храму богини Синтрии, старая жрица умерла пару лет назад, а новую никто не видел, только ходили слухи, что она очень молода.

– Да. – Кивнула головой Мирхи. – Я являюсь жрицей богини судьбы с тринадцати лет.

– Интересно. И что же ты умеешь, как жрица. – Мне было интересно.

– Как что? – Удивлённо спросила жрица. – Предсказывать судьбу. А так же я вижу ауры разумных. И, честно говоря, Ваша компания самая странная.

– Почему? – Спросила Лилиана.

– Госпожа Лилиана, – начала говорить Мирхи. – Ваша аура и аура госпожи Пешки довольно светлые, что свидетельствует о доброте и мягкости. Вы двое вполне нормальные. – Жрица повернулась к Габриелю. – Аура господина Габриеля странная. У обычных разумных, ауры градируются от белого до чёрного цвета, но аура у господина Габриеля красная. Но и такое я уже раньше встречала, поэтому догадываюсь, в чём тут дело. – Жрица повернулась ко мне. – А вот господин Рэй здесь самый странный. Дело в том, что у него две ауры.

– Две? – Я усмехнулся. – Позволь угадаю, одна светлая, другая тёмная?

– Нет, господин Рэй. – Мирхи усмехнулась. – Вы слишком хорошего мнения о себе. Одна аура серая, ближе к чёрному, а вторая… – Жрица сделала паузу. – Она словно самая чёрная ночь.

   Девушка смотрела мне в глаза и словно пытаясь заглянуть внутрь моей души.

– Госпожа Мирхи. Может предскажете нам судьбу. – В наши гляделки вмешалась Лилиана. – Мне предсказывала предыдущая жрица семь лет назад, но я хотела бы услышать, что скажете мне Вы.

– Да. Конечно. Давайте всем предскажем судьбу. Но потом мы последуем в храм. Меня там ждут.

– Конечно. – Кивнула Лилиана.

   Для предсказания судьбы жрице требовался физический контакт. Лилиана подошла, к Мирхи и протянула вперёд руки. Жрица взяла её за ладони, и какое-то время смотрела в глаза.

– «Мужчина, в теле ребёнка. Аристократ, без имени и рода, но с родом и именем. Родившийся в этом мире, не родном ему. Ты лучик света в мире тьмы». – Жрица отпустила руки Лилианы. – Ваша судьба тесна переплетена с определённым человеком.

   В этот момент взгляды всех присутствующих были устремлены на меня. По моей спине пробежали мурашки. То, что это предсказание обо мне, я не сомневался ни минуты. Теперь понятно, почему Лилиана увязалась за мной. Значит предсказание жрицы судьбы.

– Да. – Лилиана печально улыбнулась. – Именно это мне сказала прошлая жрица.

– Теперь Вы, господин Габриель. – Мирхи повернулась к полукровке.

   Тот уверенным шагом подошёл и протянул вперед руки. Жрица мягко взяла за ладони и взглянула в глаза Габриелю.

– «Отец наш огонь. Все мы пришли из пламени и в пламени же мы исчезнем». – Мирхи отпустила руки Габриеля. – Какая печальная учесть. Вас ждёт смерть в огне.

– Почему же печальная? – Усмехнулся Габриель. – Так и должно быть. Я родился в пламени, в пламени я и умру.

   По виду Лилианы я понял, что она не поняла, а вот Мирхи не казалась удивлённой.

   Следующая к Мирхи подошла Пешка. Процедура повторилась, жрица взяла руки Пешки и заглянула в глаза.

– «Весь мир ничто. Лишь жизнь твоя ценна. Со смертью мир сгорит в объятьях тьмы». – Лицо жрицы было немного испуганным. – Я не знаю, что это значит, но это страшное предсказание.

   Пешка была задумчиво, но ничего не стала говорить.

– Ваша очередь, господин Рэй. – Мирхи сделала несколько шагов вперёд и протянула руки.

   У меня было плохое предчувствие, но я не мог найти повод отказаться. Я сделал несколько шагов навстречу жрице и протянул руки вперёд. Когда девушка коснулась моих ладоней, я почувствовал резкую боль, а затем неведомая сила раскинула нас в разные стороны. Я ошарашено смотрел на Мирхи. Она лежала на земле и смотрела на свои трясущиеся руки. Из глаз текли слёзы. Ей было больно.

– Я… – голос Мирхи дрожал. – Я не могу увидеть твою судьбу, Рэй. Даже благословение богини Синтрии не может совладать с твоей аурой.

   Мне стало страшно. Несмотря на то, что Мирхи не увидела мою судьбу. Я увидел отблески будущего всех здесь присутствующих. Смерть каждого из них.

Глава 40

Дорога без возврата.

   «Весь мир сгорит в объятьях тьмы». Словно кто-то нашёптывал мне эти слова. Я посмотрел на Пешку. Это связанно с ней? Мирхи сделала ей такое предсказание: «Весь мир ничто. Лишь жизнь твоя ценна. Со смертью мир сгорит в объятьях тьмы». Я видел её смерть и смерть каждого из здесь присутствующих.

– Рэй? – Пешка стояла ко мне вплотную с обеспокоенным выражением лица. – Что с тобой? Ты бледный как полотно? Неужели испугался силы жрицы? Ты же всегда был таким хладнокровным.

– Пешка хихикнула, но мне было не до смеха.

– Господин Рэй, – меня окликнула жрица, – Вы что-то видели.

– Да. – Я не мог рассказать ей всего. – Тьму… бесконечную, беспросветную тьму.

– Ох… – Жрица прикрыла рот рукой. – Это действительно плохое предзнаменование.

– Давайте двигаться в путь. – Габриель верно заметил, нужно выдвигаться.

   Мы собрали лагерь и погрузили вещи на повозку. Жрицу не стали снова погружать в сундук. Сделали углубление в сене, так, чтобы она там полностью поместилась, но могла видеть дорогу и разговаривать с нами, и так двинулись в путь. Вся группа была спереди, я же сказал, что мне нужно кое-что обдумать и лёг на стог сена сзади телеги.

– И всё-таки, видишь? Даже сама судьба сводит меня с Рэем. – Голос принадлежал Лилиане. Они снова начали свой спор.

– С чего ты взяла? – Пешка естественно возмущалась.

– А как же? Я не до конца поняла слова жрицы, но «Мужчина в теле ребёнка; Аристократ без имени и рода». Разве это не о Рэе? – Лилиана говорила уверенно. – У него тело ребёнка, но он рассудительный, умный и смелый как взрослый мужчина. Он аристократ, но не носит родовое имя. Он сильно отличается от тех обласканных жизнью барончиков, которые пытались за мной ухаживать. Пускай он и младше, но теперь я уверена, что сделаю его своим.

– Сделаешь своим? Рэй, ты слышал? Она думает, что ты вещь, которую можно получить. Ты должна знать, что Рэя не заманишь титулами или деньгами, а уж с твоей фигурой вряд ли получится добиться его расположения.

– Ах ты! Да я тебя за такие слова сгонною!

– И тогда ты навсегда потеряешь расположение Рэя. Я ему дорогой человек.

   Они всё спорили и спорили. Иногда обращаясь ко мне. Но, даже не отвечая на их вопросы и возмущения, они находили аргументы, чтобы спорить дальше.

– Какой горячий спор девушек из-за ребёнка. – Вот и Мирхи вставила своё слово.

   Мирхи. В том видении, что промелькнула у меня в голове в момент соприкосновения наших рук, её ждёт незавидная судьба. Её настигнет тьма. Она поглотит жрицу, сожрёт. Бежать некуда, все пути ведут к смерти. Ведение не было чётким. Я не знаю, что это всё обозначает, но я могу сказать только одно точно: Она сгниёт заживо. Страшная смерть. Та девушка в видении выглядела старше, чем нынешняя Мирхи, но не намного. Сколько ей будет? Восемнадцать? Девятнадцать? Она умрёт очень рано.

– Ты ещё сама ребёнок и ничего не понимаешь. – Пешка была непреклонна.

   Пешка. Она упадёт. Она пропадёт навсегда. И снова эта тьма. Я видел, что металлические кандалы будут тянуть её вниз. В бездну. Она всё будет падать, и падать, пока не пропадёт, не исчезнет.

– Я бы поближе познакомился с таким красивым ребёнком. – Габриель, двухтысячелетний похотливый дух.

   Габриель. «Отец наш огонь. Все мы пришли из пламени и в пламени же мы исчезнем». Он огненный дух. Он был рождён в огне, в огне он и погибнет. Его смерть видел наиболее чётко. Он сгорит в собственном пламени. С добрыми помыслами он забёрёт в свой огонь десятки разумных. Со щитом на перевес, он полетит, словно огненный шар и взорвётся. Но и здесь будет отблеск тьмы.

– Уважаемый господин Габриель, я попрошу Вас воздержаться от пошлых мыслей, всё-таки перед Вами жрица судьбы, благословлённая самой богиней. – Лилиана, аристократка со смелым и бунтарским характером.

   Лилиана. Её смерть, для меня, самая страшная. Я её видел почти так же чётко, как и смерть Габриеля. Она не упадёт, не будет сожжена и не сгниёт заживо. Её смерть кажется самой простой из всех. Лилиане пронзят сердце. Стилетом. Моим стилетом. Этот стилет будет в моей руке… Я чётко видел, что именно я убью Лилиану. Словно я стоял со стороны. Глаза полные безумия, лицо с сумасшедшей улыбкой, а за моей спиной будет стоять силуэт тьмы.

   Почему во всех видениях меня преследует эта тьма? Даже яркое пламя Габриеля не смогло разогнать тьму рядом с ним. Мне вспомнились уроки моего учителя, Кинтора. Есть особый раздел магии – магия тьмы. Он запрещён для изучения, а его использование карается смертью. Очень могущественная, но опасная магия. Сначала я думал, что речь о стихийной магии тьмы, но стихийная магия тьмы – это просто противоположность магии света, которая освещает путь или ослепляет противника. Стихийная магия тьмы скрывает силуэты, позволят красться в ночи, дезориентирует противника. Магия тьмы – это не вид магии, это целый раздел магии. Маг тьмы обязан был поддерживать свою жизнь за счёт других живых существ – разумных рас или животных. Он вытягивал из них саму жизнь, продлевая свою. Одним из видов магии тьмы – некромантия, которая позволяла возрождать умерших как безвольных кукол. Её использование в давние времена до сих пор отголоском ударяет по нынешним жителям. Мёртвые поднимаются из могил, а древние захоронения являются опасными местами с восставшими трупами, куда посмеют сунуться только смельчаки или наёмники.

– Рэй. – Пешка трясла меня за плечо.

– Что? – Кажется, я сильно задумался, раз меня не просто звали, а трясли.

– Ты что-то решил?

– Что решил? – Я не понимал, что от меня хотят.

– Лилиана предложила, чтобы мы по очереди сходили с тобой на свидание, – я почувствовал, как мои глаза лезут на лоб, – а потом ты решишь, кто из нас тебе больше подходит. Так кто из нас будет первой?

– То есть вы решили без меня? – Мне даже обидно стало.

– Мы пытались вовлечь тебя в разговор, но ты ни на что не реагировал. – Вмешалась Лилиана. – Так что ты решил?

– Я пойду с Габриелем.

– Не выйдет. – Подал голос Габриель. – Ты, похоже, совсем не слушал, такой ответ они уже предусмотрели и я не вхожу в число претендентов. – Габриель смахнул с глаза несуществующую слезу. – Да и вообще, хватит свои проблемы с девушками скидывать на меня. Не ребёнок уже. – Габриель усмехнулся. – Хотя с какой стороны посмотреть.

– Я отказываюсь.

– Отказываешься от чего? – Недоумевала Пешка.

– Отказываюсь от вашей идеи. По возвращении в город у нас ещё будет много дел и заданий, я не собираюсь прохлаждаться и тратить деньги на развлечения. – А в свете последних событий, мне сейчас было не до свиданий.

   Кажется, мои слова обидели девушек, они обе надулись. Да. В этом они были единодушны. За то, теперь, я мог насладиться тишиной. Мы ехали мимо деревень, полей, лесов. Я смотрел и наслаждался этим пейзажем, кажется, постепенно мои мысли начали приходить в порядок и я успокоился. Возможно, все эти ведения лишь мои страхи, моё воображение. Я же не являюсь жрецом судьбы, я не могу предсказывать будущее. Так почему я решил, что увиденное мной это будущее? Так я хочу думать.

   Тишина не продлилась долго и девушки вновь начали о чём-то разговаривать, но теперь они были более дружелюбны. Возможно, они строили план мести против меня. Самой тихой и незаметной была Мирхи, про её присутствие вообще можно было забыть. Точно, Мирхи!

– Мирхи. – Я обратился к жрице слишком формально.

– Вы что-то хотели, господин Рэй? – Послышался голос из сена.

– Твои предсказания, предсказания жрицы судьбы, они всегда сбываются? – Меня заинтересовал этот вопрос.

– Да. Это судьба и её нельзя изменить. – категорично сказала Мирхи.

– Нельзя? Не было случаев, что судьба разумного менялась?

– Были. – Неуверенно сказала Мирхи. – Идти наперекор судьбе способен не каждый. Не каждый может изменить свою судьбу. И это не значит, что новая судьба будет лучше, чем предыдущая. Служители храма рассказывали мне о прошлых предсказаниях жрицы.

– И что случилось с теми, кто шёл наперекор судьбе? – Мне было важно знать.

– Разное. – Неопределённо сказала жрица. Кто-то сломал свою жизнь, кто-то сломал жизнь дорогим людям, а кто-то умер.

– То есть всегда результат был плохой?

– Нет. – Немного подумав, ответила Мирхи. – Есть случаи, когда люди противились судьбе и добивались своей цели. А почему Вы интересуетесь?

– Всегда хотел знать, написана ли судьба заранее. Или мы сами строим свою судьбу, поступками, словами, действием или бездействием. – Я говорил правду. Меня это интересовала и в моём мире и в этом. – Если судьба предрешена, то зачем что-то делать? Зачем стараться? Ты всё равно придёшь к той точке, где должен оказаться.

– Мы строим свою судьбу сами, господин Рэй. – Слова Мирхи прозвучали несколько отрешённо. – Я лишь вижу вероятные последствия наиболее вероятных выборов.

   Выйдя из пучины мрачных мыслей, я решил присоединиться к остальной группе и пересел вперёд телеги, взяв поводья у Габриеля. Тот был рад освободиться от должности кучера и лёг на вершину сена, предавшись лучам солнца. Я слушал, о чём разговаривают девушки, кажется, их спор перерос в обсуждение последней моды и подходящих цветов к зелёному лицу Пешки. Иногда я вставлял свои колкости и замечания, но лишь получал за это тычок в бок от Пешки или словесное замечание от Лилианы. Так мы и добрались до храма. Храмовые служители встретили нас холодно, но увидев Мирхи, отношение резко изменилось. Здесь я смог выяснить, что Мирхи иногда наведывается в гости в семью Яр-Штернов, но из-за её способностей, это делается тайно. Обычно «курьеры» не знают о своём грузе, но случайность в пути изменила этот факт. До заката мы в город не успевали, поэтому было решено переночевать в храме. Нам были предоставлены скромные кельи, в которых почти ничего и не было кроме лежанки. Впервые за долгое время я спал не в одной комнате с Пешкой.

   Мне снилась тьма. Она была повсюду. Время от времени её развеивало пламя Габриеля. Оно загоралось и тухло. Иногда в нём мелькал силуэт Пешки, падающей в бездну. Я хотел проснуться но не мог.

   В моей руке уверенно лежит стилет, он пробил грудь моего врага, кровь насытила клинок. Я улыбаюсь. Смотря в лицо своего врага, я вижу Лилиану. Она с ужасом смотрит на меня. Её сердце пробито стилетом и уже не колотится. Губы мертвеца раскрываются и произносят: Весь мир сгорит в объятьях тьмы.

   Проснувшись в холодном поту, я зажигаю маленький огонёк на своей руке, чтобы убедиться, что сейчас нахожусь в той самой келье, где уснул. Всё на своих местах. Дверь закрыта и я в комнате один. Но меня не покидает чувство, что здесь есть кто-то ещё.

Глава 41

Информация.

   Заснуть никак не получалось. Как только смыкались глаза, сразу появлялось ощущение, что кто-то стоит за спиной. Даже прислонившись к стене и чувствуя твёрдый и холодный камень, я всё равно чувствовал присутствие. Решив прогуляться, я вышел из храма и бродил по местному саду, сад был заполнен яблонями, вишней и грушей. Почки на деревьях набухали, чувствовался запах весны. Время от времени мне попадались служители храма, признав во мне гостя, они тут же теряли интерес. Обойдя храм по кругу, я наткнулся на пруд. У самого пруда, на камне, сидела чья-то фигура. Подойдя ближе, я разглядел Лилиану. Всё в той же походной одежде, но теперь с распущенными волосами. Она склонилась к пруду и водила по нему рукой. Мне было интересно, почему она не спит, но я не хотел тревожить девушку, поэтому обошёл пруд и сел бесшумно сел с другой стороны. Лилиана безмолвно водила рукой по водной глади, создавая одну волну за другой.

   Какое-то время я наблюдал за её движениями, но затем лёг на холодный камень и начал наблюдать за звёздами и Минервой. Весенняя ночь была на удивление тёплой, холодный камень помогал мне остудить разгорячённый разум, а статичное положение звёзд напоминало о доме. Я никогда не увлекался астрономией и не отличу одно созвездие от другого, поэтому не пытался понять, то же небо я вижу или нет. Минерва уж точно отличалась от луны.

– …лучик света. – Голос звучал со стороны Лилианы.

– Что? – Я переспросил машинально, не подумав.

– Ой! – Выкрикнула Лилиана. – Господин Граф, давно Вы здесь?

– Лилиана, давай уже на «ты». Всю дорогу нормально разговаривали. А тут мы только вдвоём.

– Да. – Улыбнулась девушка. – Так давно ты здесь, Рэй?

– Не знаю, я уже какое-то время лежу, наблюдая за звёздами, и потерял счёт времени. – Я честно признался. – Тебя что-то беспокоит? Не спится?

– Да. Странный сон. Лучик света и тьма. – Задумчиво произнесла Лилиана. – Они словно манили меня, звали, но были далеко, недосягаемые.