Древо Миров братьев Камковых. Том 2. Осколки

Интерлюдия 1. Пространственный карман. Аннатар.

Аннатар, словно паук, сидел в центре сплетенной им паутины заклинания, с чувством хорошо проделанной работы. Все его мысли сейчас были направлены на то, чтобы передать своим осколкам, внедренным в сознания живых существ, всех необходимых знаний, которые потребуются им для проведения Великого Ритуала призыва. Пора было переходить ко второй части его скрупулезно продуманного плана по освобождению из плена.

Великий Ритуал требовал неукоснительного следования правилам, любая ошибка или недостаток в подготовке, могли привести к срыву призыва или даже к гибели его сознания, если будет разрушен процесс переноса в финальной части ритуала. Аннатар так же понимал, что сильно рискует, ограничив такой сложный ритуал, всего лишь тремя точками сосредоточения. Классический знак, для подобных призывов, чаще всего базировался на пяти лучах силы, расположенных на остриях звезды, тогда как в его распоряжении будет их всего три. Трискелион был менее устойчив и риск малейшей ошибки, в процессе ритуала, приводил соответственно к более тяжелым последствиям.

Кроме вышеперечисленных проблем, имелась еще одна сложность. Трискелион обладал центропунктом, то есть точкой сплетения лучей, где концентрировалась энергия всего этого мистического знака. В случае использования Трискелиона для ритуала призыва, именно в нем должен был появиться Аннатар, при успешном его проведении. Поэтому требовалось заякорить центропункт в том мире, где он планировал оказаться, сбежав наконец из ненавистной ему темницы.

В последнее время границы его вне пространственного кармана – пузыря сильно расширились, что свидетельствовало об увеличение его силы. Во времена, когда он только пробудился и то и дело проваливался в забытье, они приближались к его сознанию почти вплотную. Сейчас же, он ощущал их на самой периферии своей ментальной сферы. Энергия, пульсировавшая в нитях, что связывали его с осколками, запущенными некогда в три мира Великого Древа и нашедшими подходящие сознания для внедрения, прибывала к нему с каждым циклом все большими и большими порциями. Каждый из трех осколков его сознания не только внедрился в обитателя своего мира, но и успешно ассимилировался с его разумом, превращаясь с ним в единый симбиоз.

На первом этапе задачей Аннатара было найти максимально подходящих носителей, для каждого из осколков его давным-давно раздробленного сознания. Для этого он сплел заклинание, отправившее их в путешествие по мирам Великого Древа. Когда осколки нашли соответствующие заложенным в них параметрам разумы и внедрились в них, он получил возможность подпитываться от них энергией, столь необходимой ему для своего существования. Связь с осколками была двусторонней. Получая энергию, он мог передавать свои знания и опыт, давая возможность носителям его осколков возможность развиваться и использовать полученные знания, для приобретения дополнительных возможностей в своих мирах. Аннатару было необходимо, чтобы они получили определенную власть и влияние в своих мирах. Без этого им было бы слишком сложно найти необходимые материалы и ингредиенты для подготовки и последующим затем проведению Великого Ритуала.

Второй этап был готов начаться. Он уже получал необходимую энергию и понемногу вкладывал в разумы носителей необходимость предстоящего действа. Ему приходилось контролировать по отдельности каждый свой осколок, потому что в каждом мире, носитель был уникальным, и подготовка соответственно велась разными путями. В каждом из этих трех миров нужно было найти свои ингредиенты, но по своей сути они должны были служить аналогами друг друга. Ритуалы в этих мирах, мало того что должны были быть подготовлены в одно и тоже время, но и провести их было необходимо одновременно, соединив лучи Трискелиона в единый всплеск высвободившейся при этом энергии. Это объединит три источника в разных мирах в один, который будет способен перенести его сознание в выбранный центропункт.

Центропунктом Аннатар выбрал мир, где осколок его сознания ассимилировался с магом. Этот мир был ближе всего ему по духу, обладая к тому же всеми необходимыми параметрами, необходимыми для третьего пункта его плана – обретения плоти. Сложность была лишь одна, но зато, к его глубокому сожалению независящая ни от него самого, ни от действий его осколков и их носителей. Заякорить центропункт, то есть четко определить его местонахождение, было абсолютно необходимо до проведения Великого Ритуала, а при его проведении ему нужно было служить маяком, направляя его освободившееся сознание, находясь в этой точке. Соответственно это должен был сделать кто-то сторонний, не являющийся ни одним из источников силы самого Трискелиона.

По понятным причинам сам Аннатар не мог этого сделать, поэтому ему снова необходима была помощь. Один раз ему уже помог Орфенор, один из восьми детей его тюремщика – бога заточившего его в эту темницу. Тогда ему нужна была помощь в тончайшем проколе внепространственного пузыря, в котором он обитал, для запуска через него заклинания, нити которого соединяли сейчас его Сущность с осколками сознания в других мирах. (более подробно об этом говорится в первой книге). Теперь же ему снова придется обращаться к богу Огня с новой просьбой, надеясь на то, что договор, некогда заключенный между ними, все еще действует.

За все нужно платить. Аннатар знал это не понаслышке. Если первая помощь, оказанная ему Орфенором была им полностью оплачена, то что именно потребуется от него за оказанную услугу во второй раз, он не знал. Оставалось только надеяться на то, что бог, имеющий, несомненно, свои собственные интересы в заключенном между ними договоре, посчитает выгодным для себя оказать столь незначительную для него самого помощь. Сейчас же придется снова ждать его визита, а пока можно было сконцентрироваться на передаче информации и знаний своим осколкам, чтобы они начали нелегкий путь в поисках материалов и ингредиентов, необходимых для подготовки самого Великого Ритуала призыва.

Подготовка состояла из множества этапов: Определение точного места проведения Ритуала, сбор необходимых материалов и ингредиентов, начертание непосредственно самого символа Трискелион, расположение на узловых точках символа необходимых предметов, и наконец, активация Трискелиона.

После того как подготовка будет завершена, а сам символ активирован, можно будет переходить к самому ответственному этапу – проведению Великого Ритуала призыва. На сегодняшний день из всей подготовки было выполнено ноль целых ноль десятых. Хотя осколки уже внедрили в свои носители мысль о необходимости поиска места расположения будущего Трискелиона, сама его дислокация была еще ни одним из них не найдена. Аннатар знал, что это должно было быть местом силы, свойственной каждому из трех этих миров.

В его родном мире, такое место было им в свое время определено, именно на нем он тогда и построил свою главную цитадель, дав ей имя – Черная башня. Так же он для простоты понимания носителями, решил называть места силы в их мирах, где каждому из них предстояло, в самом ближайшем будущем, начертить свой луч Трискелиона, а затем и провести Великий Ритуал по его вызову в один из миров Великого Древа.

Глава 1. Пентакор. Мир Пента.

400 год. Два друга.

Мой путь до столицы прошел на удивление легко. Спустя всего лишь пять дней, я уже стоял у стен столицы, города Пентакор. Городские стражники, несшие вахту на входе, пропустили меня без слов, едва заметно кося глазами на мой сверкающий в лучах полуденного солнца рубин, инкрустированный в золотое кольцо магистра.

К сегодняшнему дню я уже обладал солидным запасом манны в пятьсот единиц, и еще столько же было в хранилище перстня. Рубин, инкрустированный в мое кольцо, давал десяти процентную надбавку к силе заклинаний школы Огня и пяти процентный штраф к силе заклинаний трех оставшихся школ, иных стихий: Воды, Земли и Воздуха.

Едва я прошел через Северные ворота города, как наткнулся взглядом на будку сборщика пошлины, где мне, как пешком входящему в город путнику, пришлось расстаться с двумя бронзовыми монетками. Для конных эта пошлина составляла уже серебрушку, а для обозов – пять серебряных монет. Я направился к трактиру «Веселый Том», где мы с моим другом Сэмом должны были встретиться не далее, как завтра.

Но оказалось, что Сэм, как и я, прибыл раньше условленной даты и уже сидел на своем излюбленном месте, греясь на солнышке и поглощая какую-то похлебку, стоящую перед ним на уличном столике у входа в таверну. Я присел рядом с ним на скамью и жестом подозвав разносчика, попросил принести мне того же самого.

– Привет, Драг! – Сказал Сэм, как только прожевал увесистый кусок мяса, который при моем приближении выловил из своей миски. Мы крепко обнялись.

– Привет, Сэм! – Ответил я и, дождавшись пока передо мной поставят полную миску похлебки и тарелку с хлебом, взял ложку в руки и заработал ей, не отставая от друга.

Пару минут мы трудились, утирая наши вспотевшие лбы. Похлебка была горячая и очень острая. Приличные по размеру куски вареного мяса и разнообразные отварные овощи, были щедро залиты томатным соусом с изрядным количеством перца, зелени и различных специй.

– Какие наши планы? – Спросил Сэм, первым управившийся со своей едой.

– Первым делом зайдем в гильдию. – Я отодвинул от себя опустевшую миску и откинулся на спинку скамьи, отдуваясь и вытирая салфетками свой вспотевший лоб. – У меня много вопросов накопилось, может быть, мастер гильдии сможет ответить, хотя бы на какую-то часть из них.

– Это из-за нападений? – Спросил меня Сэм.

– Не столько из-за них самих, сколько из-за того, кто именно нападает.

Я рассказал Сэму о том, что узнал о болотниках, потом пересказал часть историй из писем, которыми со мной поделились соседи и Нора. Сэм хмурился, а после того как я закончил, произнес:

– В том нападении, про которое я тебе писал, тоже не все было чисто. Среди нападавших были замечены странные существа, только внешне напоминающие людей. Одного из них стражники зарубили у самого моего дома, и я успел рассмотреть его. Фигура и рост очень напоминали человеческие, а вот лицо его было совершенно другим.

Я видел как тяжело Сэму было вспоминать ту ночь, когда погибли его родители и младшая сестра. (рассказ об этом можно прочитать в первой книге.) Сделав небольшую паузу и собравшись с силами, Сэм продолжил:

– Это был Южанин. По крайней мере, именно так они описываются в книгах. Кожа его была темно-коричневого цвета, в ушах и носу вставлены тонкие золотые кольца, лицо разрисовано красными узорами, а черные волосы заплетены в тонкие косы с вдетыми в них золотыми нитями. Форма лица его была сильно вытянутая, нос и подбородок заостренные, глаза черные, брови тонкие и подкрашены красным. Стражники сказали, что дрался он как берсерк, завывая при этом некую протяжную мелодию, и что меч его был черным, как и длинный, узкий кинжал.

Я попытался вспомнить, что я читал про Южан. Они были родом с другого континента, расположенного к югу от нас. До него ранее иногда плавали торговые Королевские каравеллы. Но много лет назад этот маршрут закрыли, после нескольких неприятных стычек в их портах. В этих стычках тогда погибло много как местных, так и наших воинов, всегда присутствовавших на каравеллах, для отражения атак пиратов. Южане слыли бесстрашными и яростными воинами, дикими и неукротимыми.

У них на континенте не было крупных городов и соответственно единоначалия. Они жили племенами, во главе которых стояли вожди, избираемые на этот пост в жутких, кровавых поединках. В боях они часто использовали крупных животных, причем преимущественно хищников, на спины самых крупных из которых, они частенько устанавливали плетеные клети с лучниками.

– Насколько я помню, Южан раньше не замечали в наших землях. Своих кораблей, которые могли бы пересечь океан, у них тоже никогда не было. В наши порты они, по крайней мере, на моей памяти, уж точно никогда не заходили раньше. – Сказал я подумав.

– Да, я видел за свою жизнь в нашем порту много кораблей из разных городов, но южан – никогда, у них нет таких крупных кораблей. Наши моряки говорили, что они у себя плавают на больших лодках типа пирог, с малым косым парусом. На таких посудинах, только недалеко от берега и по рекам можно ходить.

– Интересно, кто их тогда сюда привез и зачем? – Произнес я риторический вопрос.

– Говорят, что о Южанах больше всего знают эльфы! – Сказал Сэм.

– Ага, осталось придумать, как нам у них что-то спросить! – Ухмыльнулся я.

Сэм пожал плечами. Мы расплатились с Томом, и пошли к центру города. Гильдия магов располагалась ближе к крепости, на склоне центрального, из тех пяти холмов, на которых и был построен город Пентакор. Название города было образовано из двух слов: Пента – что означает пять и Коре – сердце. Пентакор был изначально первым построенным людьми городом, его сердцем. Впоследствии, когда люди уже расселились по всему континенту, за исключением разве что южного леса, и городов стало много, он получил звание столицы.

Южную часть нашего континента, примерно треть его площади, занимали Древние леса, где жили эльфы. В книгах говорилось, что в старые времена они часто путешествовали по континенту, а людям был открыт проход в их лес. Но примерно сотни три лет назад, произошел конфликт между нашими народами. После заключения мира, король людей и Владыка эльфов подписали договор, по которому пересекать границу, проведенную по кромке Древнего леса, можно было только королевским посланникам или по специальному разрешению, которое мог дать лишь сам Владыка. На самом краю леса, с южной его стороны, у эльфов был порт, в который разрешалось заходить нашим кораблям для торговли, но спускаться на берег было строжайше запрещено.

Восточный континент, с которым велась морская торговля, был небольшим и почти весь состоял из огромной горной гряды, тянувшейся с севера на юг на сотни лиг. Там обитали гномы, которые очень редко показывались на поверхности, строя свои поселения внутри гор, недостатка в которых на их континенте естественно не было. Люди построили на западном побережье этого континента только один город – порт, да и то с личного разрешения короля подгорных жителей.

С севера и юга, на полюсах мира, располагались ледяные континенты. Там никто не жил. Люди и гномы периодически заплывали сюда поохотиться на крупных мамонтов и полярных медведей. Исходя из того, что в Мире было пять континентов, первые люди назвали его Пента. При этом, следуя той же логики, они стали считать город Пентакор его столицей. Согласны ли с данным утверждением были остальные расы, сказать было сложно.

Все это пронеслось в моей голове, пока мы с Сэмом пересекали город и подходили к гильдии магов. Здание было выполнено из белого мрамора и имело четыре башни, вырастающие из общего круглого основания на высоте его второго этажа. Башни были названы по именам стихий и поднимались ввысь еще на тридцать футов, заканчиваясь остроконечными шпилями с флагштоками, на которых развевались треугольные вымпелы с рунами соответствующих им стихий.

На первом этаже, располагался центральный холл с административными кабинетами и нижними площадками лестниц, после второго этажа уходящими в башни. Среди них были: библиотека, магазин, архив, комната для посетителей. Здесь же была резиденция главного мага Королевства. Звали его Винсет. Правда, чаще всего, он находился в замке, где Король отвел ему целое крыло, но в гильдии все же были его официальные покои. На втором этаже располагалась гостиница для приезжих по делам магов из других городов, где они могли остановиться на несколько дней.

Мы пересекли холл и направились в резиденцию главного мага, когда нас окликнули. Я обернулся и увидел, что к нам, от неприметного столика у входа, спешит человек в мантии и остроконечной шляпе, наподобие тех, что мы сами носили в Школе во время нашего там обучения.

– Молодые люди, а вы куда? – Спросил он нас строго.

– Магистр Драгорт и магистр Сэмиус прибыли на прием к главному магу Винсету! – Отрекомендовал я нас.

– Уважаемые магистры, господин Винсет принимает только по предварительной записи. – Уже более лояльным тоном произнес маг, углядевший наконец-то наши с Сэмом кольца.

Я рассмотрел на пальце говорившего золотое кольцо с гравировкой руны Воздуха и сразу понял, что перед нами именно маг, потому что инкрустации на его кольце не было. Тем временем он приглашающе повел рукой, направляя нас в комнату для посетителей. Когда мы вошли, он предложил нам усесться на кожаный диван, стоявший у стены, и пододвинул к нам столик с напитками:

– Я доложу о вас господину Винсету, а пока вы ожидаете, прошу отведать эльфийского белого вина или сока. Главный маг Винсет, на ваше счастье, находится в гильдии, и если вы обождете, то он, как только освободится, непременно примет вас.

Я обвел глазами комнату и был поражен великолепием обстановки. Диван, на котором мы сидели, стоял у левой от входа стены, сплошь состоящей из мозаичных панно. На них были искусно составлены рунные символы всех четырех стихий, в соответствующих им цветах. На противоположной стене, в тяжелых деревянных рамах висели портреты, написанные маслом, с которых на нас смотрели все главные маги Королевства, начиная от времени основания гильдии и до Винсета. Дальняя от входа стена, была целиком отдана окну, наполовину закрытому сейчас тяжелыми шторами, цвета ясного неба. Из окна открывался великолепный вид на замок. Дверь и столик на четырех витых ножках, были выполнены из красного дерева, которое росло только на Южном континенте и ввиду отсутствия сейчас торговли, стоящее на вес золота. Напротив столика стояли два шикарных кресла из той же белой кожи, что и диван, на котором мы сейчас сидели.

Сэм, не обращая внимания на обстановку, разливал в два хрустальных кубка, на тонких резных ножках, эльфийское белое вино.

– Наши дорожные плащи, как видно, не производят должного впечатления, – прокомментировал Сэм первое, весьма незавидное впечатление, которое мы произвели на мага.

– Главное не то, что одето, а то на кого оно одето, – философски ответил я.

Сэм хмыкнул, оценив фразу, и протянул мне кубок. Вино искрилось под светом факелов, развешанных по углам комнаты, которые отбрасывали блики на пол из полированных мраморных плиток, цвета спелого персика.

– Скажи это своим сапогам, а точнее тем комочкам земли, что сейчас украшают весь твой путь от двери до дивана. – Заявил Сэм, глядя на грязь оставленную нами на полированном полу.

– Пусть скажут спасибо, что я не заявился к ним в свой предыдущий приезд в город! Тогда украшений было бы намного больше, и комки грязи были бы намного крупнее! – Рассмеялся я.

Сэм подхватил мой смех, видимо вспомнив, как я за столиком у Тома, счищал щепкой пласты глины и грязи, налипшие на мои сапоги, после преодоления селевого потока, который по недоразумению назывался перевалом. Сапоги мне, кстати, тогда пришлось в итоге выкинуть. Коротая время за шутками, и потягивая уже по второму бокалу, мы, наконец, дождались прихода главного мага нашего королевства.

Это был высокий, подтянутый человек, среднего возраста, с аккуратно подстриженными усами и аккуратной бородкой рыжего цвета, в которых уже промелькнули седые волоски, с умными карими глазами, прямым тонким носом и высокими, резко очерченными скулами.

Одет он был в светло желтую мантию, отороченную светлым мехом и мягкие кожаные сапоги, с кантом из того же меха. Рыжие, немного вьющиеся волосы, зачесанные назад, свободно падали ему на плечи. На пальце, сверкал и переливался всеми своими гранями бриллиант, вставленный в золотое кольцо.

– Чем могу быть вам полезным, господа магистры! – Произнес он густым с легкой хрипотцой баритоном.

– Нас привела сюда молва со всех уголков Королевства об участившихся нападениях на города и селения различных странных банд. Тут не было бы ничего необычного, кроме разве что частоты нападений, если бы не замеченные в этих шайках странные существа, мягко говоря, нетипичные для наших краев.

– Да, я слышал об этом. Но это скорее головная боль королевских ратей, а не нас, магов. Мы и так, по древней договоренности, посылаем с каждым крупным отрядом гвардии, наших братьев и сестер. К тому же, в каждом городе и селении есть маги различной степени подготовленности, по древнему же обычаю.

– Мы хотели бы провести расследование, о причинах появления орков, гоблинов, троллей, южан и огров в наших землях. – Сказал я твердо.

Винсент поднял на меня глаза, и я увидел удивление на его лице. Не дожидаясь от него вопроса, я кратко пересказал ему обо всем том, что слышал или читал в письмах, не забыв упомянуть и то, что рассказал мне сегодня Сэм. Главный маг слушал очень внимательно, не перебивая, и под конец моего рассказа произнес:

– Я переговорю с Королем сегодня же. Кое-что из всего рассказанного тобой, действительно нуждается в тщательной проверке. Располагайтесь в гостевых покоях и дождитесь меня, господа.

Он стремительно вышел, а к нам через минуту подошел знакомый нам уже маг и проводил на второй этаж в наши покои. Удостоверившись в том, что мы успешно устроились, он пообещал вскоре принести нам еды и удалился, мягко прикрыв за собой тяжелую дверь.

Глава 2. Лес Памяти. Мир Карна. 749 год. Беженцы.

Лес Памяти олицетворял собой две эпохи, два мира и два времени. Олицетворял собой «До» и «После», сейчас я чувствовал это особенно остро. Вороной, идущий шагом, тревожно всхрапывал подо мной и тряс своей густой маслянисто – чёрной гривой, будто пытаясь стряхнуть с себя что-то. Так же иногда делают люди, когда пытаются выкинуть какую-то тревожную мысль из головы. Горько пряный, полынный запах воздуха, нагретого на дневном солнце, щекотал наши ноздри. Светило уже клонилось к закату, человеческая Столица Карна вместе со всей своей суетой и пылью, осталась далеко позади на западе, а впереди, в закатных лучах, я видел лес и поле.

Нет, не так. Я видел Лес и Поле. Дорога, разделявшая их, уходила левее той, по которой двигался я в сторону Важина, и была здесь едва заметна. Она появилась много позже, чем обычные, когда и лес и поле люди стали называть с заглавной буквы.

Триста тридцать семь лет назад на этом месте произошла битва той силы, о которых говорят как о тех, что перевернули и необратимо изменили привычный мир. Более трёх сотен лет назад на этом поле и в этом лесу в жестокой, кровавой битве встретились все существа населявшие Карн. Тогда только Альтеры, видимо, как одна из первых и самых мудрых рас, населивших этот мир, смогли избежать безумия и не ввязаться в общую драку. Силы Древних, тогда же и изгнанных богов и их миньонов также принимали участие в этом ужасном событии.

Эта земля, создавалось впечатление, до сих пор не смогла переварить всю ту злую энергию, кровь и другие телесные жидкости, что пролились здесь тогда. Эта земля до сих пор хранила в себе десятки тысяч мечей, копий, булав и доспехов, что давно истлели, но сделали эту землю непригодной ни для чего, кроме как для памяти о том, что такое не должно повториться никогда больше.

Мрачная улыбка тронула мои пересохшие от долгой дороги губы. Я чувствовал всем своим омертвевшим сердцем, что это ещё не конец. И что мы, существа этого мира сможем ещё разок удивить богов своей жестокостью и пролитой зря кровью. Мы точно сможем…

В самой тёмной глубине этого мрачного, смешанного и заросшего буреломом Леса были те самые развалины, с которых всё началось. Теперь благодаря Стефану и его книгам я знал это точно. Небольшая научная экспедиция многие годы до этого проведшая за древними книгами, в конце третьего столетия по летосчислению Карна нашла информацию о старом храме.

Не придумав ничего лучшего, эти учёные мужи отправились туда и после долгих поисков и потери двух из шести участников экспедиции нашли, уже тогда древние, почти вросшие в землю развалины. Но под землёй всё оказалось в куда как лучшем состоянии и в центральной зале третьего подземного яруса они кое-что нашли.

Книги не говорят напрямую, что именно они нашли, но написано так: и найден был артефакт той красоты и мощи, что неокрепших духом и волей сводил он с ума и порабощал их тела и души, делая их рабами и проводниками своей воли. Достаточно непонятное, но жутковатое описание.

И вот оставшиеся вчетвером участники экспедиции вернулись тогда к вождю самого большого человеческого племени и обменяли этот артефакт у него на золото, камни, должности, женщин и другие «вечные» блага. История умалчивает, но времена тогда были настолько суровые, что я не думаю, что они прожили долго после этого. Но дело не в них, а в том, что произошло дальше.