Глушь

– И чего тебе, малой, не сидится спокойно?

Костя растерялся. Ни разу в жизни ему еще не приходилось смотреть в ствол ружья.

– Да я…в общем… просто…

И в голову ничего не шло. Никаких идей чтобы отбрехаться. Да он и не успел ничего придумать. Удар прикладом в солнечное сплетение выбил дух, подогнул ноги, опрокинул наземь.

– Мужики-мужики, полегче!

У ворот стояли Влад и Володя. Как только услышали?

– Вы чего нашего редактора лупите? – Рыжий дружелюбно улыбнулся.

– Чё? – Аристархович сощурился.

– Да мы из газеты, – начал было снова любимую песню Рыжий.

– Из газеты значит?

Бах! Еще один удар в дыхло, но уже Рыжему. Володя присоединился к корчащемуся на земле Косте. Влад рванулся было с кулаками на них, но тут же ему в грудь уперлось дуло еще одного ружья. Это уже был лесник.

– Не стоит, сынок, – предостерегающе покачал он головой.

– А теперь слухайте сюда, щенки, – олигарх присел над ними, – я не люблю любопытных. А еще не люблю газетчиков. Вы попали вдвойне.

– Да ладно, мужик, не гони… – прохрипел Рыжий.

За что тут же получил пинок ногой в грудь.

– Я тебе ща погоню, – Аристархович ухватил его за воротник, – хочешь на бабки попасть, говнюк? Хочешь, а? Или хочешь, чтоб тебе кишки выпустили прямо тут? А? Хочешь, говно?

Отпустил. Встал.

– Слушайте сюда, щенки. Радуйтесь, что нам сейчас не до вас. Разборок и без того хватает. Если не хотите себе проблем, то сваливайте отсюда и не лезьте туда, куда собака хер не совала, ясно?

***

– Ладно, парни, ладно. Всякое бывает, чего вы так кипятитесь.

– Да пошел на хер этот высерок! – рявкнул Рыжий, ударив кулаком по приборной панели – сука, если бы не пушки, вышел бы я с ним раз на раз…

– Вышел бы, ага, – не согласился Влад, – попробуй, тронь такого, потом лес из багажника увидишь. Или со дна речки.

– Ладно, пацаны, в любом случае, спасибо, что впряглись, – произнес молчавший до этого Костя.

– Да ладно, – хмыкнул Рыжий, – ты б так же сделал.

– Что дальше будем делать?

– Предлагаю, ничего, – заявил вдруг Костя, – пошло оно всё на хрен!

– Погоди, – тряхнул рыжей шевелюрой Володя, – ты же хотел докопаться до правды, хотел порешать с этим бесом. Что теперь-то?

– А смысл? Если этим уродам, ради которых мы это делаем, это не нужно, то какой в этом смысл? Одни гонят, другие посылают, третьи еще и прикладом в дыхло бьют. Нахрена вот нам это всё? Предлагаю просто отдохнуть и ехать домой. К черту всё.

Немного помолчав, друзья согласились.

– Но сначала отдохнём, – заявил Влад, откидывая назад сиденье, – меня вырубает, не могу.

Резон в его словах был. Бессонная ночь и насыщенный день довольно сильно их вымотал. Несмотря на злость, Костя тоже уснул достаточно быстро. Даже увидел сон. Даже не сон, скорее воспоминание. Снова она. Снова Юля. В белом легком платье, под цвет цветущей вокруг черемухи.

– Ты правда читал «Маугли»? – восторженная улыбка на лице, так и светится.

– Это моя книга детства, – Костя тоже в восторге. Они нашли общий язык, что-то, что их объединяет, притягивает, привораживает.

– Книга джунглей, – поправила Юля.

– Да без разницы. Кто любимый герой?

– Баги-и-ира, – по-кошачьи протянула девушка, – сильная, смертоносная, но грациозная и женственная. А твой?

– Акела. Волк-одиночка.

– Одинокий волк, – Юля ласково провела по его волосам, – так романтично звучит…

Проснулся он оттого, что кто-то тряс его за плечо.

– Народ, подъем! Там кипиш какой-то!

Костя будто вынырнул из сна. Машину они припарковали в поселке в тени одной из берез, а потому видели, как люди на улице бегали, суетились, те, кто стоял группами, о чем-то шушукались. Влад, ни слова не говоря, завел машину и подъехал к одной из этих групп.

– Мужики, что происходит? – крикнул из окна Костя.

– Да опять бес на охоту вышел. Утром на машину напал, перевернул.

– Где это случилось?

– Да на выезде из деревни, как на шоссе выходить. Говорят, ребята там молодые были. Скорая была, полиция.

Костя похолодел.

– А что с ребятами теми?

– Кто ж их знает! Говорят живых нету.

– Влад, гони!!! – заорал Костя.

Никогда в жизни еще Влад не мчался так быстро. «Семерка» неслась по проселочной дороге, поднимая тучи пыли и бросаясь в заносы на поворотах. Вот Гнилой овраг, а вот палка с черепом. Ехали верно. Всю дорогу Костя и Володя тщетно пытались дозвониться друзьям, но связь не ловила.

Дорога впереди расширялась и парни чуть не влетели в полицейскую машину. Костя первым выпрыгнул из кабины и понял, что на дороге действительно произошло что-то ужасное. В неверном свете заходящего солнца были видны большие вмятины на траве, следы крови и лужи чего-то темного, то ли масло, то ли бензин.

У машины стояли двое в форме. Кажется, уже собирались уезжать.

– Что здесь случилось? – выдохнул Костя.

Полицейский лет тридцати пяти в звании капитана взглянул на него из-под густых бровей.

– Авария. Большего вам знать не обязательно.

– Но почему? Почему?!

– Приказ сверху. Обстоятельства такие, что распространяться об этом никому нельзя.

– Есть жертвы? Что с машиной? Почему нет оцепления?

– Много вопросов, сынок, – отрезал капитан, – разберемся.

Костя хотел было сказать что-нибудь грубое, как его взгляд приковало что-то на дороге. На ватных ногах он подошел поближе. Синий спойлер от «Спектры». Чувство страшной, непоправимой беды накрыло Костю с головой. Перед глазами замелькали лица Дениса, Насти, Тани, Радмира… Юли. Его друзья, дорогая ему девушка.

– Неужели… – ком встал в горле.

Неужели их больше нет? Ребят, к которым он успел привязаться за год совместной учебы, которые не раз помогали ему, не раз поддерживали и пили за его здоровье? Которые не дали ему раствориться в большом городе, не остаться в одиночестве, которые скрасили его серые будни, их нет?? Неужели этой милой, славной девчушки, которая дарила ему свет и радость каждый день, которая даже в пасмурный день держала синеву в глазах, которая сквозь все его недостатки нашла в нем лучшее? Ее больше нет??!

Он повернул взгляд в сторону полицейских. Те уже садились в машину.

– СТОЙТЕ!!!

Он подскочил к их машине.

– Те ребята, которые были в этой машине, что с ними? Они живы? Скажите, прошу вас!

– Не знаю, – безучастно ответил капитан, – скорая приезжала, эвакуатор, забрали их. Кто жив, кто нет, не знаю.

– Это сделала та тварь из леса, верно? – сбивчиво проговорил юноша.

– Кому надо, разберутся, – хмыкнул капитан, – слышишь, стреляют?

Костя напряг слух. В глубине чаще стукнул выстрел. Ремингтон.

– Вот они и разберутся. Остальное, уже не наши задачи. Егор, поехали.

Полицейская «гранта» развернулась и поехала в сторону шоссе. Костя рассеянно посмотрел им вслед. Им все равно. Они тоже под хозяином ходят. Все они. Похоже, даже место происшествия не очень-то рассматривали. Ведь им все равно. Вон, синий спойлер как лежал, так и лежит.

Им все равно. Костя взглянул на растерянных друзей. Вечно ухмыляющийся Володька теперь стоял с погасшим взглядом. Мало эмоциональный Влад, казалось, сейчас заплачет.

Они хотели защитить друзей, а в итоге сами отправили их на смерть. В тот момент, пока они искали улики, чудовище рвало их друзей на части. И все, что осталось, это синий спойлер на дороге.

А эти… этим все равно. Они сами его боятся. Монстра этого. Аристарховича. Вот и всё прячут, скрывают. Не просто так именно этих вызвали, самых гнусных и беспринципных. Синий спойлер. Глаза у Юли тоже синие. Были.

– Не верю… – прошептал Костя.

– Костян, – выдавил из себя Влад, – девчонки наши, пацаны…

– Нет! – почти закричал Костя.

Нет! Он не видел их мертвыми. Менты не сказали, что они мертвы, телефоны могли разрядиться, спойлер просто оторвался… Может, обошлось?

– Поехали в город, – сказал Рыжий, – может все нормально, а мы зря волнуемся?

– Езжайте, – Костя сунул руку в карман своей джинсовки, нащупал пистолет, – а я пойду, разберусь с этой тварью.

– Костян, ты с дуба рухнул? Поехали с нами, без нас разберутся.

– Не разберутся, – прорычал Костя, – сколько еще людей умрёт, пока тварь не успокоится? Сколько?

– Может я хотя бы останусь? Куда ты один пойдешь…

– Пистолет только у меня, – отрезал Костя, – вы езжайте в город и ищите ребят. А я найду вас, как только смогу.

Влад с Рыжим переглянулись. Таким своего друга они еще не видели. Обозленный, непреклонный, он говорил таким голосом, что начисто лишал желания перечить

Но Костя и сам понял, что друзей придётся убедить.

– Я справлюсь, парни, – уже мягче сказал он, – найду охотников, когда они убьют чудовище, если надо, помогу. Не переживайте за меня. А вы как только найдёте ребят, позвоните мне.

Ребята молчали.

– Вы должны это сделать, – уже не требовал, а просил Коств, – найдите их…

…Заурчала «семёрка», завелась, взвила пыль столбом, покатилась по дороге

Костя отсалютовал им вслед двумя пальцами от виска. Руки дрожали. Он зажмурился, выдохнул, вдохнул, еще раз, выдохнул, стараясь успокоиться. Может стоило поехать с ними? Может, все-таки, ребята целы? Надежда ведь всегда умирает последней.

Но машинально осмотрев место аварии, Костя увидел то, что его будто прессом раздавило. В луже тёмной жидкости что-то блестело

– О нет, – прошептал он – пожалуйста, нет…

Заставил себя присесть, поднял предмет. Маленький оловянный крестик.

– Юля…

Это был ее крестик. Цепочка разорвана, перемазана чем-то бурым, скользким. Как она могла еще так сорваться? Тут еще спойлер этот…

Костя еще минуту смотрел на крохотное распятие, не веря, не желая осознавать, а потом рухнул на колени, схватившись за голову

– Нет… Юлька, нет…

Зря парни поехали в город. Зря ищут их. Найдут где-нибудь в морге, развороченных, обезображенных. Было всё, а не осталось ничего.

– Что ж ты, – Костя снова взглянул на крестик, – не уберег-то её? От своего же творения не уберег?

Вдалеке снова хлопнул ремингтон. Нет, кое-что еще осталось.

– Не смог ты, – снова обратился к кресту Костя, – смогу я.

Засунув цепочку в карман, Костя вынул пистолет, и зашагал на звук выстрелов. Тяжело шагалось, каждый шаг болью в груди отдавался, как молотом по сердцу стучал. Но он шел.

Шаг за шагом, подпитываясь яростью и болью, он шел, постепенно приближаясь к цели

Хрустят под ногами ветви, разлетаются кусты, а он шел и шел, не видя преград

Все ближе выстрелы. Уже слышится мат и грохот валежника: кто-то крушил бурелом. Кто-то, чьё уже знакомое, глухое рычание, похожее то ли на визг, то ли на клекот, слышалось все отчётливее

Когда Костя вышел на полянку, где происходила схватка, сумерки уже сгустились над лесом

Прямо перед полянкой земля обрывалась: Гнилой овраг. На обрыве метались две знакомых фигуры

Костя узнал их. Лесник и его хозяин.

– Николай, обходи его сбоку! Ща мы его!

Костя сжал пистолет.

– Попался, тварь! – прошипел он, – не то чудовище, за которым ты охотишься. Ты сам чудовище.

Он поднял ТТ. Но выстрелить не успел. Из оврага вынырнуло нечто, взмахнуло огромными лапами. Вскрикнул лесник, упал, раненый большими когтями

Монстр сграбастал Вадима Аристарховича и ухнул вниз, волоча его за собой. Беспомощен человек против чудовища, каким бы чудовищем сам не был. Вскрикнул сдавленно, гортанно, будто бы вырвало, и исчез в овраге

Протяжное «ААААА!» перешло в булькающее «КРХХРЛЛАААА!»

А затем этот крик накрыло другим, еще более страшным и громким рёвом. Костя застыл камнем, все внутри свело, пережало как жгутом.

Бросил взгляд на неподвижно лежащего Николая. Теперь он один на один с ним. С чем-то, что хрустело в овраге чужими костями.

И тут звук оборвался. На несколько мгновений наступила полная тишина, только деревья шуршат. А потом над оврагом показались рога. За рогами – голова, потом туловище: монстр карабкался наверх.

– Бес! – шёпотом прокричал Костя.

Монстр увидел его. Впились в Костю красные глаза, заревела яростно огромная пасть. Чудовище неуклюже, уродливо поковыляло к нему.

– Я тебя не боюсь, – уже в полный голос выдохнул Костя, вскидывая пистолет, – Ты сам жертва и тебе нужна помощь!

Монстр поднялся на задние лапы, огласил округу рёвом

Костя нажал на спуск. Выстрел, второй, третий. Монстр покачнулся, упал обратно на передние лапы, склонил страшную рогатую голову ниже и понесся прямо на Костю.

Тот выстрелил еще раз. Мимо! Сел на одно колено, теряя силы от страха и отчаяния, поймал тушу в прицел. Держать руку прямо! Последний патрон. Выстрел. Попал…

…Не убил. Туша замедлила ход, но не остановилась. Щелкнул затвор, скользнул назад. Костя еще несколько раз в отчаянии нажал на спуск. Пуста обойма.

Всё. Так глупо. Не справился. Не отомстил. Не победил. Костя отвел ствол в сторону, взглянул гибели в глаза,.

Красные.

Бешеные.

Не зажмуриться! Только бы теперь не зажмуриться! Встретить конец достойно… Хоть не победить, но и проиграть достойно. А монстр был уже совсем близко. Взлетела вверх уродливая, покрытая не то гнойными наростами, не то гипертрофированными мышцами, лапа. Сверкнули длинные острые когти. Чувство неудержимого ужаса, которое вселяло в сознание это существо, сковывало тело, сжимало холодной цепью горло, скручивало внутренности в тугой комок. Костя смотрел на монстра, как под гипнозом и чувствовал, что это действительно нечто сверхъестественное, дьявольское. Тело как свело параличом и лишь указательный палец продолжать давить на спусковой крючок. Зачем? Знает же, что патронов нет…

Или есть? Еще не успело отгреметь эхо по деревьям от первого выстрела, как следом один за другим простучали еще три.

А затвор так и оставался выдвинут…

Голова беса дернулась в сторону, когда его настигла первая пуля. А затем остальные опрокинули его наземь, впечатали в листву. Монстр издал последний короткий рык, прошлась по телу рефлекторная дрожь, погасли горящие адским огнем глаза, закрытые веками. Монстр затих.

Костя не мог пошевелиться. Лишь услышав шаги, заставил себя посмотреть в сторону. Мелькнула кожаная куртка, чёрные очки, дымящийся пистолет. «Кольт» – машинально определил Костя.

Человек присел над чудовищем и всадил тому в голову еще две пули. Затем обернулся к Косте.

– Эй, парень! Живой?

– А? – рассеянно пробормотал Костя, еще не придя в себя.

– Тебя не задело, говорю? – незнакомец присел рядом

– Меня нет… А лесник…

Незнакомец в два прыжка добрался до лежащего Николая. Пощупал пульс.

– Помоги!

Зашуршал перевязочный пакет.

– Зажми здесь… да не здесь, вот тут. Ага, нормально, узелок! Пока так, сейчас скорую вызовем, заштопают.

– Так связь же…

– Экстренные везде ловят. Держи, сейчас наберу. Тебя как зовут?

– Костя.

– Я Сергей.

А потом все было кончено. Вместе со скорой приехали и полицейские, с ними биологи и эксперты. Пока раненого лесника укладывали в карету, они поставили вокруг мощные фонари и осмотрели поверженного монстра. Тогда-то Костя все и понял, сидя вместе с Сергеем на пне и дымя сигаретами.

Не нужно было быть экспертом, чтобы догадаться. Еще когда он увидел изуродованного зайца, начало приходить осознание, что со свалкой что-то не так.

Природа и вправду гневалась на человека. И принесла ему наказание в образе медведя забредшего на свалку, измазавшегося в химикатах и облепившегося разным мусором, в том числе и выброшенными кем-то оленьими рогами. Отсюда же и странные следы, которые оставляли деформированные пластиком лапы.

– Обширное повреждение ротовой полости и, видимо, – говорил эксперт, – глотки. Вот почему он рычал так странно Не иначе, наглотался кислоты или еще чего-то.

– А почему ковылял так странно?

– На передней лапе следы капкана. Тем же вызвана и агрессия: через рану медведь заразился бешенством. Пена на пасти говорит за себя.

– Но ведь с бешенством звери долго не живут, – возразил Костя, – а этот мишка бродил здесь не одну неделю, если не один год. Как он прожил так долго? Так бывает или опять мистика?

Сергей взглянул на него сквозь дым от сигарет. Дым отразился в его темных очках, которые он повесил за душки на футболку.

– Кто знает, братан, кто знает…

…Черный автомобиль несся по ночной автостраде. Свет фар пробивал в темноте дорогу, деревья стояли тенями и равнодушно смотрели на ветром несущуюся машину.

Костя только теперь смог рассмотреть Сергея. Ему было около тридцати, темноволосый, щетинистый, одетый во все черное, он буквально источал из себя уверенность и силу. Костя силился спросить, кто же он такой, почему занимается этим, но не решался.

– Хорошо сработал, Костян, – Сергей подкрутил колёсико громкости и музыка из колонок зазвучала бодрее, – грамотно.

Из динамика полилась приятная, нарастающая с каждым тактом, перегруженная гитара. Сперва Костя не узнал песню, пока динамик голосами Iron Maiden не пропел: «Afraid to shoot strangers…».

– Медведь меня чуть не разорвал, – Костя откинулся на спинку, – какое там грамотно.

– Сам факт того, что ты в это влез, делает тебе честь. Не испугался.

– Но сделано ещё не все, – Костя вздохнул, – свалка эта. Убрать бы её, а то ведь повториться может.

– Теперь то не повторится, – Сергей закурил, – владелец завода мёртв, подкупать администрацию и полицию здесь больше некому. Уже скоро весь мусор будет отправлен на переработку. Так что, братан, тебе не о чем переживать. Тот, кто в этом виноват, поплатился сполна. За свою жадность, гордыню и безответственность.

– А вот страдают от таких, как он, всегда простые люди, – Костя вздохнул.

Сергей бросил на него короткий взгляд.

– Тебя это тоже задело?

Костя молча достал из кармана крестик и показал ему. Сергей понял его без слов.

– Давно случилось?

– Сегодня утром, – Костя зажмурился, сдерживая слезы, – даже тел не видел. И менты ничего не рассказали. А впрочем, все и так понятно…

– Дай-ка

Сергей взял крестик и Костя впервые увидел его глаза: зелёные, хищные. Сергей осмотрел цепочку и багровые разводы на ней, зачем-то понюхал.

– Тел, значит, не видел? – Сергей передал распятие обратно, – а звонить пробовал?

– Раз десять. Абонент не абонент.

– Попробуй еще раз,

– Да какой смысл…

– Попробуй еще раз, – уже твёрже повторил Сергей.

Костя пожал плечами: что уж теперь терять? Будто механический вынул телефон, нашел номер Юли и без всякой надежды нажал на вызов.

Снова в трубке гудки. Мучительно долгие и монотонные. Костя знал, что сейчас услышит: «Аппарат вызываемого абонента выключен или находится вне зоны действия сети». Конечно, ведь телефон наверно всмятку вместе со своей хозяйкой. Вот сейчас прозвучит синтезированный рингтон и искусственный оператор снова сухими словами задует и так слабый огонёк надежды…

Щелчок.

– Алло?

Костя почувствовал, как спина покрывается холодным потом. Этот голос… Её голос!

– Юля?

– Костик! – мягкий голос, льющийся как родниковая вода, – ты куда пропал? Я та беспокоилась! В общежитии тебя нет, ребята только вернулись, сказали ты остался там. Я думала, что-то случилось.

– Юля… – Костя не верил своему счастью, – ты жива…

– Со мной все в порядке. Только крестик потеряла. Когда обратно ехали, то чудовище мимо нас пролетело, машину занесло, в сухостой влетели. Денис бачок пробил, еще и спойлер оторвался, представляешь? А пока чинили, я крестик потеряла, халда.

– А я его нашел, – на лице Кости заиграла улыбка, – скоро привезу.

– Ой, как здорово! А то мама бы расстроилась, она ведь мне его подарила. Ты такой классный, Кость! Извини, что я тебя этим гружу, ты устал, наверное…

– Нет-нет! – поспешил он успокоить девушку, – ты говори, рассказывай. Так я по твоему голосу соскучился, ты не представляешь…

– Ой, ну ты чего… – начала было говорить девушка, но тут же осеклась, будто что-то поняв, уловив в словах и голосе друга, – а я тоже по тебе скучаю. Ты скоро?

– Да. Уже еду. Очень хочу тебя увидеть…

Для него перестало существовать все, кроме этого голоса. Даже музыка, которую Сергей сделал потише, не могла его отвлечь. Он только что вновь обрёл человека, которого потерял, казалось бы, навсегда, несколько часов назад. И только теперь понял, как этот человек ему дорог.

А Сергей молча вёл машину, держа на лице снисходительную усмешку, и в глубине души радовался за этого парнишку. Ведь ему таким уже не быть.

Эпилог

Костя стоял на очищенной поляне молча просил у природы прощения за все обиды, нанесённые ей человеком. Кое-где еще остались разноцветные пятна, но со временем и они исчезнут. Высохнет эта трава, вырастет новая. Лес залечит сам себя. Все что могли сделать люди, они сделали, ошибки исправлены. Труд большой бригады чистильщиков совместно с добровольцами за несколько дней очистил территорию у завода от свалки. Среди добровольцев был и Костя со своими друзьями, которые трудились наравне с остальными. Были и ветеринары, которые как могли, ловили изуродованных зверей и отлепляли налипший мусор. Идеально исправить все, конечно же, не получилось, и помеченные животные легко могли стать лёгкой мишенью для хищников. Нанесённый ущерб популяции еще предстояло подсчитать, но основная опасность была позади. Уже пробивается новая трава там, где раньше были горы мусора. Где поодаль Наташа ворковала с каким-то худощавым пареньком. Костя усмехнулся, кажется кому-то улыбнулось счастье.

Маленькая птичка села ему на плечо. Не боялась…

Упырь

На могильной на плите я был зачат нечистой силой,

Когда полная луна светила ярко над могилой,

Старый склеп предохранял меня от солнечного света,

Я рожден в гробу, а это значит: ваша песня спета!

гр. «Сектор газа» – «Черный вурдалак»

Из тьмы во свет. Шаг за шагом, ступенька за ступенькой, Сыро как в склепе, тихо как в могиле. Стучат шаги гулко, эхом по стенам проходят, будто пульс по груди, скачет по ступенькам, как по рёбрам. Вот и дверь. Толкнуть дверь и шаг вперед. Выйти…

Костя вышел из подвала и едва не ослеп. Вечернее солнце хоть и клонилось к горизонту, но светило еще очень ярко, чуть не выжгло отвыкшие от солнца глаза. Надвинул на них очки. Хоть видеть можно стало.

– Хорошо поработали пацаны, – щербатый бригадир отсчитывал купюры, – директор в восторге. Чисто как в поликлинике, вот ваша доля.

Влад, который и позвал Рыжего и Костю на работу в клиннинговую фирму, принял деньги, пересчитал и раздал товарищам.

– Григорьич, ты ж знаешь, мы работаем качественно.

Бригадир усмехнулся.

– Ну да.

– Тогда на связи. Если мы еще понадобимся, звони.

Нельзя сказать, чтобы Костя был в восторге: весь день пришлось провести почти по щиколотку в воде: в кафе прорвало трубу и директор вызвал чистильщиков. Света не включали, боялись замыкания, поэтому пришлось прикрепить на пояс фонари и вычерпывать воду почти в полной темноте. Поэтому сейчас Костя чувствовал себя ни много, ни мало, вампиром, который вышел на улицу до заката. Или мертвецом, восставшим из могилы.

Платили немного, но ребята и этому были рады: летом студентам нелегко было найти работу, брались за любую: грузчики, официанты, продавцы, кальянщики, сторожа, а то и вовсе уборщики.

Вот и им пришлось трудиться на не самой приятной и не самой оплачиваемой работе

Солнце золотым взглядом шарило по деревьям. Играло, золотило на зелени, отчего густые ели будто сами пылали светом. Тяжело было смотреть на всё это торжество красок после темени подвала.

Снова ступеньки. Снова дверь. Только тут уже была консьержка. Пропуск ткнуть и быстрым шагом на третью лестницу. К комнате.

Костя взглянул в сторону. Как магнитом потянуло.. Там было женское крыло. На скамейке сидела Юля. Костя лишь на долю секунды задержал на ней глаза. Красавица. Маечка темная на ней, под цвет шорт, скромная, закрытая, но гибкая фигурка так и манит. Волосы в хвост, глаза так и сияют, светятся синим, будто ландыши. Засмотрелся Костя на секунду буквально, хоть и больно на нее было смотреть сейчас. Как на солнце.

Ну тут Юля решила поднять голову и Костя поспешно отвернулся, сделал вид, что не заметил, зашагал к себе быстро-быстро.

Душ. Благо, общага летом полупустая, очереди нет. Быстро помыться, вымыть песок сонливый из глаз.

Кровать. Когда ты вторые сутки без сна, это представляется тебе самым желанным, самым божественным. Почему не спится? Работа, многочисленные подработки. Деньги нужны. Да и не только они. За работой нет времени думать. Беды забываются. Но и у человека свой лимит есть. Кончились силы у Кости. Упал на подушку. И тут же голову в омут утянуло. Сон навалился тяжелой ватной горой.