Вдох-выдох. Вдох
- -
- 100%
- +
– В его семье точно не занимались его воспитанием, – сказала девушка, складывая в коробку всякие свои вещи. Она была уволена сегодня.
– Ребенок не может претендовать на глобальность знаний. Он впитывает все от родителей, при этом он не может быть умнее взрослых. Однако, он может вырасти и обогнать взрослых в интеллектуальных открытиях. Бездари воспитывают гениев и наоборот.
– Йахого, это точно не про нашего патрона.
– Наверное, ты права.
Конечно, говорить о семье дело всегда невыигрышное. Человек существует отдельно от родительского крыла. Банально превратиться в отвратильного человека может помочь улица или новое окружение. Все же именно как руководитель, а не человек, новый шеф и вправду был никудышным. Руководитель – это всегда лидер. За его спиной десятки сотрудников, доверивших свое будущее руководителю. Настоящий босс работает больше других, привлекает инвестиции, разрабатывает планы, оптимизирует. Новый шеф был сыном какого-то магната, который купил для своего ребенка небольшое предприятие, чтобы тот не шарахался без дела и не пропадал в коридорах ночных клубов. Понятно, что сыночек не горел желанием разобраться в тонкостях подаренного ему ремесла. Своей обязанностью он считал переложить работу на других и ничего не делать, вернее, сбивать пролетающих мух и хвастаться своими побрякушками.
Как же забавляет, когда некто ведется на показушничество. Бывает, выставляя все покупное на страницах своих социальных сетей. Бравируя этим, щеголяя вещичками и местами, куда удалось съездить или просто зайти сфотографироваться. К слову сказать, нет ничего плохого в том, что человек выкладывает парочку ярких фотографий. Разница лишь в том, что фотографии нужны ему для памяти, для стимуляции своего настроения в серые будни, для поддержки самого себя в благих делах, а не как подкрепление своей фальшивой статусности в глазах других. Одни берегут этот бесценный багаж приятных воспоминаний в своем сердце, другие же выставляют на самое видное место. Как в случае с этим руководителем. Всего лишь один человек, а в нем можно узнать сотню других.
Теперь Йахого подумал, что пришло это самое время для знакомства с другой частью города. Может, там ему повезет, он вновь найдет что-то самое чудесное и волшебное. Такое же местечко, каким было это до критичных преобразований. Увольнительная была подписана в тот же день и с прощальными словами нового руководителя в духе «Ты неудачник!» или «Никто не будет тебя терпеть, только я! Терпел из-за жалости!», словно знаменем, развивающимся по ветру, Йахого побрел прочь. Кто уж и опечалился его уходу, так это старушка, у которой он снимал комнату. Нужды в своем уголке больше нет, поскольку и работы нет. «Впереди опять ждали приключения, новые впечатления и «уютные» лавочки в парке». Так Йахого утешал себя, четко осознавая, что вместо приключений начинаются мытарства, впечатления уже не новые, правда, была, пожалуй, только по отношению к лавочкам в парке.
В обед Йахого купил карту города и бутерброд с беконом. Вкусный. Даже очень вкусный. Только довольное урчание, и не крошки осталось уже через пятнадцать минут после покупки. Йахого шагал уверенно, самочувствие было прекрасным. Был счастлив, сыт и свободен. Лучшая совокупность чувств во всей планете. Вряд-ли кто-то или что-то может предложить эквивалентнее этому. Он ни о чем не думал, голова была светла. Карту так и не открыл. К своему удвивлению, он неплохо разбирался в городе. По какому-то наитию прекрасно знал, что и где находится. Сколько типовых городов в целом мире?
Только один раз, а этого было достаточно, задорное настроение сыграло с ним шутку. Он заплутал в переулке, где подъезды двух домов стояли параллельно, казалось, выхода их этого лабиринта и нет вовсе. Ему повезло, ему всегда везет. Деревянная дверь рядом стоящего дома открылась и из нее кто-то вышел. Дело было уже к вечеру, да и в переулке не было источника света, разглядеть можно было силуэт, да и то проблематично. Йахого ринулся к возникшему из темноты человеку, попутно вытаскивая карту, чтобы понять, где он и как продолжить свой маршрут. Приблизившись вплотную к фигуре, он обомлел. Вокруг все поехало, горизонт сравнялся с землей, а земля стала ближе, чем расстояние вытянутой руки. Проморгавшись, Йахого понял, что лежит на земле в ногах человека из темноты. Возле него также смиренно лежал его рюкзак, карта, полиэтиленовый пакет без бутерброда с беконом. Фигура в свете фонаря получила очертания женщины, спрашивала что-то. Разобрать было невозможно, в ушах гудело. Оклемавшись, постепенно начал разбирать слова, в основном это были вопросы о самочувствии и нужен ли вызов неотложной помощи. Подняв глаза вверх, свет ослепил своей резкостью, он вновь чуть не потерял сознание. Совершив немалое усилие, все же начал рассматривать стоящего перед ним человека. Перед ним была та женщина, которую он назвал по имени. В одночасье вспомнил аварию, которая стала косвенной причиной знакомства с Николь. Словно озарением пролетело через его тело все то, что скрывалось пеленой забвения. Единственное, что оставалось непонятным, почему он называл тогда эту женщину Кьор? Так ли ее зовут на самом деле? Чтобы это узнать, нужно для начала встать. Сидя на сырой земле вести учтивые беседы, определенно, вне всякой этики.
_______________________________
_______________________
Ее большие и красивые глаза были так добры, смотрели с нежностью, присущей только настоящей женщине. Женщине, которая постигла всей полноты этого смысла, а не была ей только лишь от рождения. В то же время ласку взгляда сменяла строгость, казалось, неверное слово, адресованное хозяйке этих глаз, и они будут все время, проведенное с таким невеждой, осматривать пространство, только бы не встречаться с источником шума. Скверное наказание, если учесть, что с такой женщиной хочется всегда быть рядом. Зрительный контакт – это все, чем мог довольствоваться смельчак, получивший отказ от знакомства. Теперь представьте, что и в этом он мог быть ограничен, стоило сболтнуть что-то неподобающее.
Несмотря на приличную разницу в возрасте, симпатия промелькнула. Со стороны было не особо заметно, поскольку никто из них свою симпатию не выказал. Надо быть вовлеченным в этот процесс, тогда можно ощутить эту неловкость. Сердце билось чаще, как всегда в таких случаях. Горло пересыхало, еще и тяжело было дышать. С чисто физиологической точки зрения, это была катастрофа, но с точки зрения внутреннего самоощущения, рядом с ней начинается свобода. Да-да, та самая, желанная годами свобода. Все мысли уходят на задний план, даже те, о котрых не принято говорить в обществе: о смерти, о деньгах, о налогах. Все ничтожно, когда находишься рядом с такой женщиной. Вот она снова улыбается, а еще она подает свою руку, дабы помочь подняться.
_______________________________
_______________________
Глупейший вопрос, приходящий на ум в таких ситуациях, так это поздороваться и спросить: «Как тебя зовут?». Обычно все это выглядит довольно глупо, но всегда списывается на романтический настрой. В самом деле, так и распознается симпатия. С человеком, к которому ты испытываешь какие-либо чувства, просто не получится вести себя холодно и отстраненно. Именно такие «влюбленные диалекты» сдают тебя с потрохами. Твое любовное сражение проиграно и можно идти целовать победителя. Для этой женщины заданный Йахого этот критичный вопрос был именно из разряда: «Вечер… Вблизи увеселительные заведения… и юноша на земле…» А вот для Йахого ее ответ был кульминацией многочасовой пьесы. Стоило ей сказать любое другое имя, нежели озвученное им некоторое время назад, то значит, он обознался. Обознался не в женщине, а в своих ощущениях. Можно будет обратиться к врачу за помощью, ведь это чистейшее помешательство. В любом случае, без всяких шуток и оговорок, это и было помешательством, поскольку он был уверен, что эти губы скажут то, чего он ждал уже несколько месяцев, а быть может, и всю свою жизнь.
– Меня зовут Кьор, – представилась женщина и задала встречный вопрос: – А как ваше имя и что вы делаете в столь поздний час здесь?
Неистово хотелось взять эту стройную фигуру в охапку и убраться за горизонт, чтобы беседовать обо всем и говорить о ее невероятной красоте. Вместо этого надо было сдерживаться и судорожно напрягать свою память, чтобы выудить свое имя.
– Йахого, – было произнесенно, словно ток прошел по спине. – Я немного заблудился.
– Хотите, я провожу вас из этого лабиринта?
– Хочу.
Глава 5. Мой не случайный человек
Мы всегда ищем нечто в совершенно обычных вещах. Вынуждены часами вглядываться, отсеивать ненужное и вычленять пару кристаллов таинственности. Потом ими восторгаться всю свою жизнь. Проблема в том, что на самом деле в этих вещах нет ничего необычного. Вполне тривиальная рухлядь, обыденный хлам, которому мы придаем лоску и напыщенности, вынуждены превозносить ради нашего беззаботного существования. Такие хитросплетения нужны и нам, и вещам, но только в меру, которую никто и не знает. Есть ли она, эта мера вовсе? Было бы проще, если мера нашла свое отражение в печатном виде. К примеру, хочешь чего-то, заглянул в «Томик мер» и понял, нужно ли тебе это или нет. К сожалению, без такой структурированной книги получается, что пока не попробуешь и не узнаешь, было оно тебе нужно или нет. Пользуясь этими уловками, некоторые индивиды создают ажиотаж из ничего и под минуты набата нашего общего бахвальства продают нам же за наши деньги. Вернее, даже сказать, не за деньги, а за время жизни. Деньги же приходят в обмен на время жизни. И вот, заполучив якобы желаемую вещь, наша внутренняя планка поднимается, а самозначимость размашисто бьет в колокола. Конечно, кто из нас не тщеславен? Суть только в том, на сколько справедлива цена жизни за вещь, нужную только самолюбию. И больше никому.
Немногие из нас готовы понять, а быть может, и принять, что кроме любви в этом мире нет ничего главного. Именно с ее помощью возводятся монументальные сооружения, строятся грациозные объекты, совершаются плохие и добрые поступки. Именно с ее помощью можно перешагнуть величайший страх человечества – страх смерти. Именно она, любовь, помогает обрести ценность жизни, подавляя своей воле все остальные процессы. Многие злодеи лишены этого чувства, но хотят его испытать. Зло как возможность высказать обиды, сообщить всему миру, что мне больно. Излечить такой недуг поможет учеба. Всегда есть чему поучиться у добрых людей. Они часто дают бесплатные уроки и можно излечить свою душу, правда, это довольно небыстрый процесс. Зло всегда побеждаемо: любовью и добром. Что касается любви, то добрые люди наслаждаются ею, пока есть на то время. Любовь не может быть долгой, она своеобразна, никто не властен над ней. Можно сколько угодно махать перед ее носом дипломами о высшем образовании или удостоверением, подтверждающим занимание наивысшего поста, она непоколебима в своем решении. Пришло время? Будьте уверены, она уйдет. Ей вас совсем не жаль, это ваши проблемы. Другое дело, если ты делаешь все, уделяешь повышенное внимание и создаешь условия для нее, то она останется максимально долго с тобой. В противном случае, все, что тебе останется в случае ее ухода на память, так это ее след и сладкое послевкусие.
Йахого, казалось, ухватил любовь за самое горло. Хваткой жесткой и основательной. В тот вечер пути с Кьор не разошлись. Вечер закончился в пиццерии, там же были и долгие разговоры о том, что стоит посмотреть в этом городе и прочие личные и не очень факты из жизни двух личностей. Под крайний кусок «Маргариты» была достигнута договоренность о персональной экскурсии, чтобы приезжий Йахого оценил все прелести этого города. Не чувствовал себя чужим и более не терялся в многообразии кварталов. Как оказалось, Кьор жила в этом же городе, но в другом районе. На окраину, в этот уютный уголок, она переехала несколько лет назад, по причине, которую не стала уточнять. Йахого и не настаивал, поскольку ему было приятно находиться в обществе с этой женщиной и последнее, что он хотел, это огорчить или испортить настроение неучтивыми вопросами.
– У вас интересное имя.
– У вас тоже.
– У меня обычное имя, а вот ваше происходит не из здешних мест.
– Да, оно мне напоминает о тех краях, где я родился. Знаете, там очень красиво. Как-нибудь мы с вами туда непременно съездим.
– Интересное предложение. Почему вы путешествуете?
– Для путешествия нужны причины?
– Каждый, кто оставляет за собой родимый дом, делает это по какой-то причине. Одни бегут на поиски эмоций, другие хотят увидеть красоты нашего мира, есть те, кто прячется от себя. Встречаются даже категории людей, совмещающие все вышеперечисленное.
– Я путешествую, чтобы узнать себя. Познать некоторые скрытые от меня грани самого себя. Мне кажется, что это не моя жизнь. Кажется, что большинство вещей я уже испробовал ранее. Нет-нет, я не знаю, какое на вкус то или иное блюдо в уголке той или иной страны, речь идет о вещах более глобальных. Некоторых тонкостей наоборот не понимаю, даже если они абсолютно примитивны. Нет, даже не так. Я знаю, как устроены взаимоотношения людей, по каким принципам функционирует мир, его алгоритм. Но от этого мне не легче, я решительно не понимаю этот мир.
– Знаете, никто не ведает всего о нашей жизни. Одно могу вам сказать точно и с полной уверенностью за свои слова: жизнь у нас одна. Надо приложить все усилия, чтобы понять ее. Нужно не кому-то абстрактному, а прежде всего для себя, для того, чтобы вы сами поняли в полной мере ее совершенность. Поняли, что она прекрасна. Думаете, великие умы нашей планеты не задавались схожими вопросами? Литераторы, скульпторы, врачи, учителя, изобретатели и еще множество людей, перед ликом которых вставали озвученные вами вопросы. Если бы вы могли встретиться с ними лично, то чтобы вы сказали? Что не смогли? Не хватило терпения и уверенности в собственных силах? Что отказались от своей мечты, от познания совершенности жизни? Что они вам ответят? Мне кажется, такую встречу нужно чаще представлять, для себя самого. Тогда будет меньше соблазнов отказаться от терпеливого и монотонного труда по познанию жизни. Только так можно быть достойными тех сильных людей, испытывающих мучения от ровно таких же вопросов, но подаривших миру все это вокруг нас. Пусть вы ее не понимаете, пусть что-то доставляет дискомфорт, но уверяю вас, есть другая сторона, позитивная. В ней вы и познаете умиротворение, просто ее нужно найти. Жизнь – это великий подарок. Это и есть самое большое чудо. Может, вы просто не нашли свое место в жизни? Надо его искать и не отчаиваться. Пробуйте жизнь, даже если она внешне горькая, то внутри обязательно будет сладкая начинка.
– Как пай из горького шоколада с топленой карамелью?
– Как пай из горького шоколада с топленой карамелью.
– Отчасти вы правы про самоопределение. Я многое время проработал в офисе, всегда был лучшим. Где бы я ни работал, я был лучшим. Иначе зачем работать? Если бы все были такими, мир был бы другим.
– А вы скромный парень.
– Не смейтесь надо мной. В мире много зла и прекратить его можно буквально щелкнув пальцами. Я не хочу видеть мир таким. Я прикладываю большие усилия для его изменения в лучшую сторону. По сравнению с целым миром мои усилия капля в море, но я непоколебим. Я не жду чудес или подачек, я делаю все своими силами, во благо мира и следующего поколения. Делаю, потому что я могу это сделать. Все просто. Мои усилия дорого бьют по мне, но я решителен в своих добрых поступках.
– Почему так происходит с вами?
– Знаете, бывает, я огорчаюсь и бросаю все на самотек. Во многом так происходит из-за встреч с человеческой жестокостью, злом и безынициативностью. В моменты моего отчаяния мне попадается на пути человек, посвятивший жизнь самоотверженному служению людям, не требуя взамен признания и наград. На таких людях мир и держится. Так вот, здесь я и использую ваш метод, поэтому он мне хорошо знаком: если посмотреть такому человеку в глаза, то мне будет стыдно за свое бездействие. Я еще слышал где-то, что, если есть возможность помочь, нужно это обязательно делать.
– О себе тоже не стоит забывать все же. Даже при условии, что такое занятие приносит вам неимоверное удовольствие. Есть и другие грани вашей личности, требующие не простого внимания, а вмешательства и при необходимости внесения корректировок.
– Полагаю, что я успею еще заняться собой.
– О-о, знали бы вы, что заблуждаетесь. Это ловушка, и на самом деле это не так.
– От чего же?
– Идея хороша на свой возраст, на четкое ограниченное время вашего пребывания в этом же временном промежутке. Слишком заумно?
– Честно говоря, не обижусь, если раскроете мысль.
– Смотрите Йахого, пример простой, из детства. Мороженое можно было есть в строгих ограничениях. Теперь же оно доступно и вам, и мне, но интереса в нем нет больше. Да, оно сладенькое и поднимает настроение, но все это не то, по сравнению с детским ощущением. Дальше больше. Если вы не воплотите задуманное сейчас, то потом для этого просто не будет места. Даже не в том смысле, что будет упущена возможность, а просто не будет места. Также, как нет места для мороженого. Все место теперь занимает погоня за деньгами, престижем, успехом и прочей лабудой.
– Лабудой? Но все это нужно, чтобы было чем перекусить, где жить, путешествовать. Разве не так?
– Вы много путешествовали, когда были на работе? Признаться честно, я не видела вас раньше здесь, вы прятались за ворохом бумаг. Поймите, я не против, чтобы человек гнался за успехом. Я всего лишь хочу, чтобы человек в этой погоне оставался человеком. Замечал, как взрослеют дети, как меняется город, как сам человек стареет. Такие мелочи самое главное в жизни. Вот они вечны, а то, что сегодня казалось таким красивым и недосягаемым, завтра будет простой шалостью. Вы поймете, что такая шалость не заслуживает даже вашего внимания к ней, а уж старания так подавно. Вы собственноручно спишете ее на свой же пережиток детства. Теперь до исполнения фантазии, оттуда, от того человека, который всегда жил только сердцем, рукой подать, но она никогда, эта самая фантазия, не исполнится. А почему? Потому что ты больше не тот человек из детства. Ты солидный, ты занимаешь статус… только постой-ка, действительно ли ты такой серьезный, как думаешь, или все же ты прячешь того же ребенка за глухими тонированными стеклами. Поэтому я и говорю, что идея хороша на свой возраст, на четкое ограниченное время вашего пребывания в этом же временном промежутке. Прошу вас, не затягивайте с исполнением желаний вашей души.
– Простите, не понял насчет тонированных стекол.
– Когда я росла, у меня был друг. Отец друга был влиятельным человеком и всегда хотел огородиться от внешнего мира. Такое желание вполне обоснованно, я его понимаю. У него был самый высокий забор, а автомобиль с темными стеклами. Такое маленькое воспоминание из моего детства.
– Интересное у вас детство.
– Да нет, такое же, как и у многих. Ни больше, ни меньше.
Разговор прервала шумная компания. Заняв столики рядом, они что-то шумно обсуждали, активно жестикулировали и ставили под сомнение уют и атмосферу этого вечера. Диалог, по которому соскучились обе стороны, прекращать не хотелось.
– Может быть, мы продолжим знакомство с гастрономическими изысками этого города? Покажете мне, какие есть еще заведения здесь?
– Пойдемте, юноша, я знаю одно приятное место. Здесь не далеко.
_______________________________
_______________________
В мире, зачастую, умность человека исчисляется пустыми знаниями. Принято, что ребенок не может быть умнее своих родителей, причина проста: он не может приготовить себе еды, не знаком с произведениями классиков и не может сам заполнить налоговую декларацию. Многие ограничения возраста принимают за отсутствие ума. Из этого следует соответствующее отношение. Как к глупому человеку, за которого нужно готовить еду, знакомить с произведениями классиков, благо, что пока не нужно заполнять налоговую декларацию. Но кто его знает, что в будущем? Сможет ли он сам ее заполнить? Всякий раз, когда ребенок будет рассказывать отцу, как красивы облака или просить не печалиться мать, уставшую на работе, он будет натыкаться на стену. Правильно, что же он понимает в свои годы? Однако в этот момент ребенок истинный профессионал, он рассуждает о том, чем владеет в совершенстве. Облака действительно неимоверно красивы, вряд ли кто опишет их так, как сделает это ребенок. Попробуй, попутно проверишь, насколько удалось тебе сохранить в себе своего внутреннего ребенка.
Так ли важны умения нашей жизни для ребенка? Все вещи, искусственно созданные нами, мы ставим во главу угла, забывая истинные познания. Так и получается, умный тот, кто имеет в своих закромах знания для жизни, а по сути, глуп, потому что знаний о жизни у него и нет.
_______________________________
_______________________
В городе становилось темно. Люди все так же куда-то спешили. Интересно, а бывает ли одна единственная минута, когда все вокруг всем довольны и всем вокруг никуда не нужно? Конечно, нет. Людской массив – живой организм, он возрастает и убывает, меняет формы, но всегда живет единым потоком, даже когда в нем гибнут отдельные представители. Такой организм непонятен, поскольку хаотичен. Ему не поддаются законы логики, и прогнозировать поведение громадины тоже глупо. Сегодня тобой будут восторгаться, завтра бояться, а послезавтра будут истезать прилюдно на главной площади города, и ни одна душа не шелохнется. Никто не защитит. Ни молчания, ни помощи, ни кнута в их руках. Вот только меховым платком дыры в душе не закроешь. При всем желании. Их латают люди. Близкие люди, попадающиеся практически в единичном экземпляре. Они могут иметь разную форму лица, быть представителями разных профессий, носить причудливые имена, но именно они говорят о том, что ты живешь. По-настоящему живешь. Изумительно, что и сохранение баланса работает и в этом. Если судьба разводит с таким человеком, обязательно в жизнь придет другой. Не нужно его просить остаться. Значит, он выполнил все, что было задумано, показал тебе другой вектор твоего развития и удалился. Удалился на время, чтобы позже добро вновь навестило тебя, уже в другом обличие доброго человека. Отпускай людей с благодарностью и просто жди новых. Все, что требуется. Большинство людей не могут ждать. Отсюда все и беды. Запасись оно терпением, и многое негативное прошло бы мимо. Когда суматоха сходит на нет, она всегда облачает то, ради чего стоило проявить терпение. Такой подарок получают единицы.
В заведении по типу паба они заняли место в уголке, там, где темно и нет лишних глаз. Вопреки всем устоям, в этом заведении не было пьяниц и пройдох, зато была отменная кухня. Странно, что заведение расставляет акценты не на своей кухне. Места было достаточно, чтобы раствориться в пространстве. Сейчас у них было одно эфемерное состояние на двоих. Оно запросто могло улетучиться от неловкого слова, прикосновения, чужого взгляда. Судите сами: он молодой мужчина, а она женщина уже в возрасте. Хороший повод для пересудов в мелком городишке. Да, она хороша собой, физически подтянута и безумно обаятельна, с ней есть, о чем поговорить, но она уже в возрасте. Миром движут стереотипы, а некоторыми – элементарная зависть. Не каждому, к громадному сожалению, удается найти именно свою пару. Должно быть, жутко бесит влюбленное воркование, когда у тебя самого дома та, которую ты любил всего один раз. Надо понять, что выбирать себе пару дело щепетильное и осознанное. Увы, многие могут истрактовать их посиделки и выдать свою резолюцию, снабдив полным ассортиментом вульгарных подробностей, ясное дело, существовавших только в головах сплетников. Конечно, ни Йахого, ни Кьор не волновали мнения таких людей. Мы слушаем мнения наших кумиров, людей нашего уважения. Уважение нужно заслужить, так с какой стати нужно слушать мнения части людей, которые не могут определиться со своей жизнью? Хотя, вопрос стоял иначе. Притирка, которая происходит на первых минутах, не должна была закончиться отторжением. Очень многое их в этот вечер соединило вместе. Случайности ли это? Они любят поговорить, ценят в друг друге личность, не задают вопросы о прошлом. Есть один недостаток – это возраст, который переводит отношения в разряд дружеских. Сомнительно, что кто-то из них отважится зайти чуть дальше обозначенной градации. Зайти дальше – непростительно. Слишком уж тяжелый груз прошлого на их плечах.
– Здесь вкусная еда.
– Да, неплохая. Хотя годится только для легких перекусов.
– Крылья в остром соусе просто великолепны, а знаете, что в них особенно потрясающе?
– Скажите?
– Тот факт, что я могу есть их руками и совершенно не стесняться вас. Хоть мы и познакомились с вами, можно сказать, несколько минут назад, у меня ощущение, что знаю вас очень давно. Понимаете, Кьор?