Вдох-выдох. Вдох

Листы календаря занимались привычным делом: меняли дни. Сагэ и Кьор проводили время в кровати, вновь открывая себя друг другу. Они старались насытиться и вернуть то время разрыва. Сагэ передал дела по спортзалу своему другу, а Кьор взяла отпуск. Было решено поскитаться по миру в поисках новых эмоций и провести время вместе, вновь обретенной любовь парой. Благо финансовая ситуация позволяла просуществовать некоторое время безбедно, не зря же они так усердно работали. Безграничное лежание на кровати, поедание фруктов и все это под «м-м-м, дзи, ду, ди», старую дурацкую песенку, которую периодически напевал Сагэ. Особенно в то время, когда был счастлив, как сейчас. В эти редкие минуты, но счастье – это всегда редкая минута.

Сагэ и Кьор люди из категории быстро принимающих решения, поэтому очередной поцелуй встретил их на борту лайнера, протискивающегося сквозь воздушное пространство куда-то в совершенно иное место пребывания. К сожалению, бывает так, что у судьбы свой сценарий, а сам город не готов встречать посетителей. Вначале самолет долго не мог приземлиться, потом такси плутало по улочкам в поисках отеля, а в душной машине в жаркое время – это совсем не радужная перспектива. На следующий день город вновь показал свою любезность и гостеприимность во всей красе.

Сон был нарушен от звука падающего графина с водой, посмотрев в окно, Кьор увидела, как бегут люди.

– Сагэ, вставай, – крикнула она, попутно надевая тонкий шелковый халат.

Они выбежали на улицу, а за их спиной послышался характерный звук трескавшихся стен. В городе было землетрясение, и местные в панике метались по сторонам. Люди начали выбираться из окрестных домов, в давке давя других, и это было страшно.

– Я боюсь их, – сказала Кьор, крепко сжимая плечо Сагэ.

В собственной голове продолжила повествование: «Я не знаю, что у них в головах. Мы росли каждый на своих интересах и приоритетах. Для одних цена жизни другого человека дороже свое собственной, для других не значит ровным счетом ничего». Паника начала охватывать тело. Внутри стало мерзко и холодно. Паника и отчаяние – гремучая смесь.

– Что со мной происходит?

– Это нормально, держись.

Послышался очередной треск, нужно было продираться сквозь толпу. Кьор не могла этого сделать ввиду своих убеждений. Ей вдруг вспомнился диалог на схожую тему с Сагэ еще в школьный период, тогда он говорил, что надо действовать решительно. Правда, это едва относится к чрезвычайным обстоятельствам, да и сама Кьор не помнила, к чему это было сказано. Память играет в свои игры, тем самым подталкивая к нежелательным вопросам. Получается, что все сводится к безумному выбору: либо ты, либо тебя, а что, если я не хочу участвовать в этом. Я не хочу. К сожалению, никто не интересуется твоим выбором. Стоит тебе повернуться спиной, как некоторая часть людей не упустит этой возможности и вопьется, жадно высасывая все до последней капли. Они не остановятся, в забаву наблюдать за утихающим огоньком в твоих глазах. В эту минуту ты будешь корить себя за этот выбор, но он сделан. Безусловно, в нашей жизни есть и союзники. Своеобразные маяки добра. Они сигнализируют, что готовы принять тебя. Принять тогда, когда ты обессилил в этом пути следования по человеческим поступкам. Они помогут тебе, отдав последнее. Только для того, чтобы именно ты не разочаровался в жизни. Обогреют, подбодрят словом, чтобы раны затянулись, а ты смог продолжить путь. Сделают это для тебя, чтобы привнести все то доброе, что ты хотел. Изо дня в день ты должен быть начеку со сжатыми кулаками, даже если до кончиков волос ты пацифист. Таким способом ты отстаиваешь не себя, не свои убеждения, а доброту. Это глубокая защита, и ничего больше. Ты не претендуешь, ты не отбираешь, ты не мешаешь привычному ходу вещей. Но порой, встречаются такие удивительные существа, готовые воспользоваться твоей временной беззащитностью. Твое отношение к ним, такое, какое и должно быть, доброе и порядочное, они воспринимают как слабость. И вот тогда вновь встает вопрос: либо ты, либо тебя.

К моменту окончания воспоминаний стихия сошла на нет, словно ничего и не было. К слову, это было наилучшее стечение обстоятельств, поскольку позволяло не делать этот страшный выбор: либо ты, либо тебя, а отложить его на неопределенный срок.

Солнце успело озариться с набегом служб спасения. Стоит ли говорить, что в этот же день Сагэ и Кьор выбрали другой город местом для своих романтичных отпускных. Как только открыли городской аэропорт, железная птица взмыла вверх, оставляя за своими крыльями разрушенные дома, судьбы местных жителей и страшное буйство природы.

_______________________________

_______________________

Я не несу ответственности за фразы, вырванные из контекста. Они не имеют ничего общего с исходником и трактоваться могут по усмотрению и скрытому желанию оратора, лишившего вас полноты картины. Это словно показать лучик, но не показать Солнце. Вы понимаете, насколько велика разница? Это понятно и без высокопарных слов.

_______________________________

_______________________

Самолет приземлился в очередном городе нашей планеты. Пусть уж он, станет отличным местом для того, чтобы развеяться. Самое интересное, что все эти улочки с богатым прошлым будут навсегда хранить все секреты и шалости очередной влюбленной пары.

Новый город – место таинственное, место встреч и расставаний, место разговоров обо всем и ни о чем. Прогуливаясь и целуясь, или целуясь и прогуливаясь, было решено сделать перерыв на обед, а потом вновь прогуливаться и целоваться. Осев в одной из кафешек, с совершенно незнакомой парой завязался диалог на тему полоролевых взаимоотношений. Дело было в том, что парочка сетовала друг другу на стереотипность мышления. Мужчина явно не был согласен с принятыми в социуме утверждениями, ссылаясь на то, что мужчина не может воспитываться полноценной личностью с набором мужских качеств, если его изначально ставят в проигрышное положение по отношению к женщине. Его спутница апеллировала тем, что в природе все гармонично, одним дается сила, а другим власть. Другими словами, женщина «приручает зверя» и само собой, ее нужно уважать. Пара активно сыпала друг на друга аргументами, тем самым привлекая внимание всех вокруг. После нескольких фраз диалога парочка обратилась к новым, пока безмолвным участникам беседы:

– А как вы считаете, молодые люди, – первым заговорил незнакомец.

Сагэ явно не хотелось отвлекаться на подобные философские рассуждения, хоть и тема ему показалось интересной. Он устал с дороги, но все же решил ответить:

– Считаю, что на многое влияет роль самого социума. Он контроль. Он дает те требования для всеобщего соответствия, иначе будет полное разложение личности, – все это Сагэ говорил, не сводя глаз с Кьор, которая только посмеивалась.

Сагэ в один миг потерял интерес к беседе. Улыбка Кьор завлекла его, стало очень тепло. Собеседник что-то вторил, но его речь была шумом от телеканала, на котором велись профилактические работы.

Доев свое сытное блюдо, пора было снаряжаться в новый путь. Любовное турне продолжалось, впереди много неизведанного, вся жизнь открывала свои новые границы. Всего лишь требовалось купить билетик, а об остальном позаботится что-то свыше. На автобусной станции было решено купить билетик не глядя. Выйдет настоящим сюрпризом то место, в котором предстоит ночевать. Билет оказался дорогим, но скопленных денег вполне хватало, чтобы чувствовать себя в достатке. Спустя десять минут автобус начал плавное движение, покачиваясь из бока в бок. Кьор и Сагэ заняли последние места, чтобы остаться незамеченными для остальных пассажиров. На всем пути следования была просто ужасная дорога. Дорога была бы самой обычной, если не смотреть на периодические небольшие безаварийные пируэты на обледеневшей и довольно узкой дороге, которая плавно поднималась прямиком в небесную ввысь.

– Какое-то странное место, только было солнце, а теперь дорога во льду и становится прохладно, – натягивая кофту с вязаным орнаментом вопросила Кьор.

– Зачем тебе беспокоиться, у тебя есть я. Всегда согрею, – с улыбкой, сказал он и сжал в своих объятиях еще сильнее.

Что такое мечта всей жизни? То есть, когда она осуществится, должно быть на душе так прекрасно? Можно ли говорить, что сейчас в их жизни происходит нечто значимое. Простое путешествие, основа которого сплетение их душ. Тем временем странное местечко с таким резким перепадом температур было покинуто спустя парочку изрядно затертого скрипа тормозов.

Очередной уик-энд – в направлении жарких стран. Устроившись в отеле, выпив безалкогольного коктейля в баре, они не торопясь двинулись к ресепшену, дабы поинтересоваться о ближайшем пункте аренды автомобилей. После годами отработанных и техничных действий, улыбчивая девушка протянула листок бумаги, на котором был адрес пункта проката. Через минуту уже в такси две веселые мордочки ловили летний ободряющий ветерок. Легкий ветерок дарил прохладу, а тепло пощипывало кожу. Много света и любимый человек рядом. Такси высадило их напротив ветхого домика, с потрепанным заборчиком и такими же стенами тускло-белого цвета из дерева. Домишко больше походил на обычный сарай, нежели на место ночлега. Обычно в таких лачугах снимают фильмы ужасов. На пороге домика появился достойный окружающей местности мужчина в клетчатой рубашке и огромадной шляпой, похожей на большой аэродром для детских вертолетиков на радиоуправлении. Он смотрелся несколько чудаковато в единой атмосфере вместе с домом. Мужчина представился Томом и насколько мог приветливо улыбнулся:

– Значит, вам нужна машина?

– Да, но откуда вы знаете?

– Вам больше незачем ехать сюда. Ладно-ладно, та девушка, моя знакомая, она поставляет мне клиентов, а я ей отстегиваю процент от сделки. У нее маленькая зарплата, а так иногда получается подкинуть ей на девичьи безделушки. Чистый бизнес. Так какой автомобиль интересует?

– У нас есть выбор? – недоверчиво произнесла Кьор, оглядываясь на Тома и на его домик.

Том перехватил этот взгляд, расплылся в улыбке и кивнул:

– Первое впечатление порой обманчиво, не спешите делать выводы, пойдемте.

За сараем располагался небольшой крытый ангар. Том приподнял массивные ворота, и солнечные лучи неспешно проникли в мрачное помещение.

– Ох, прохладно, как раз то, что нужно в такой жаркий день.

– Это точно, может, вы хотите выпить?

– Нет, спасибо.

– А я, пожалуй, выпью, мне никуда не ехать, в отличие от некоторых, – съязвил Том.

После характерного звука открывающейся жестяной банки Том продолжил:

– Готов предложить вам вот этот седан, – Том провел тряпкой по слою пыли, обнажая сверкающую поверхность авто. – Если нужно потяжелее, то вон тот пикап готов, – пальцем указал в дальний угол. – Если хочется экзотики, то есть кабриолет.

– Хм, у вас есть кабриолет? – с интересом и недоверием в голосе спросил Сагэ.

– Конечно, у меня солидное заведение, – с некой обидой в голосе произнес Том. – Безусловно, он не новый, глупо иметь новый кабриолет в этих местах. Состояние далеко от идеала, но зато это кабриолет. Вы любите кабриолеты? – указав баночкой на Кьор, спросил Том.

– Если честно, то мне все равно. Главное, чтобы мы не сломались и не ночевали на краю дороги.

– Любимым все по плечу, – с насмешкой подытожил Том. – Он хоть и ушатан, но ездит вполне недурно, и диагностика была проведена сравнительно недавно.

– Давайте посмотрим пикап, – прервал его Сагэ, вдруг почувствовав минимальную работоспособность одалживаемой вещи.

– Слово клиента – закон. К нему лучше пробраться через вход в другое крыло, за мной.

Ангар казался маленьких размеров, но в нем умещались порядка десяти автомобилей, несколько скутеров и пара старых велосипедов. Пикап совсем не порадовал. Перед взором неожиданных посетителей престала груда бело-ржавого цвета с недостающими элементами экстерьера. Особым шиком, дополняющим картину, были пороги, вернее, отсутствие их из-за коррозии. Кьор забралась внутрь, с усилием закрыв за собой дверь, со скрипом и со второй попытки. Однако ей понравилась перспектива преодолевать километры на пикапе как в мелодрамах и фильмах про любовь. Сагэ не разделял ее энтузиазма, поскольку понимал, что такое средство передвижение отлично подходит для перевозки куриц и прочей живности, а еще лучше сделать из него клумбу, так он хотя бы сможет приносить радость, а не чувства сожаления к некогда могущественному автомобилю. Сейчас это издыхающий аппарат, от былого азартного времени которого остался лишь шильдик, как напоминание или как издевка. Перспектива провести время на обочине совсем не радовала, в случае поломки помощи ждать неоткуда.

– Пойдем к кабриолету, возьмем его. Он не практичный, но я в нем больше уверен.

– Ну может быть пикапчик? – Кьор сделала милое умоляющее лицо, так уж ей не хотелось покидать салон.

– Неа, мы берем кабриолет.

Возвращаясь обратно, к точке первой встречи с кабриолетом, они увидели странную картину. У стены стоял уже знакомый им кабриолет, темного цвета с облупившейся краской на заднем крыле. Рядом с ним, в инвалидном кресле был мужчина лет шестидесяти. Он увлеченно разговаривал с автомобилем, проводил рукой по кузову, порой замолкал. На немые вопросы своих клиентов Том отреагировал мгновенно:

– Это полковник наших вооруженных сил.

– А что с ним? Почему он разговаривает с автомобилем, контузия?

– Долгая история, если хотите, я расскажу, но только не здесь. У меня в домике есть вкусный кофе, я заварю вам его и расскажу эту историю.

Вся троица решила не мешать мужчине в его действиях. Кьор и Сагэ приняли приглашение. В доме было все разбросанно, в доме было все хаотично.

_______________________________

_______________________

Человек, даже не весь сам, а его душа, подобна космическому кораблю. На протяжении жизни ты, как изобретатель и ответственный конструктор, выводишь на траекторию, на ту орбиту, где она будет крутиться. Космос – это целый мир, со всем обилием знаний, и твоя задача максимально загрузить свой корабль знаниями, чтобы они успешно миновали все жизненные затруднения в виде комет. Ты за это в ответе, никто другой. Также обстоит дело и с нашими поступками. Мы часто вынуждены страдать от необдуманных поступков. Совершив нечто под влиянием эмоций, не задумываясь о последствиях, вместо радости приносим боль. Один вопрос, когда страдаем мы из-за своих действий, но совершенно другой вопрос, когда от необдуманных поступков страдают другие. Просто другие люди. Непозволительная роскошь, это не нашего ума дело, ни один человек не вправе решать за другого, а, следовательно, вести себя должен так, чтобы не причинить вреда другому.

– Когда я заканчивал колледж, долго блуждал в поисках стажировки. Через университетское рекрутское агентство мне выбили должность уборщика при военном отделе нашего городка. Работка не пыльная, вполне достойная студенческих лет. К слову говоря, тогда я ничего не понимал в автомобилях. Но именно тот случай пробудил во мне интерес к этим железякам, изменяющим судьбу, да и самого человека.

Том сделал щедрый глоток и указательным пальцем показал на окна, за которыми и располагались его автомобили. Спустя время он продолжил:

– Суть истории банальна, но есть в ней что-то притягательное. Полковник, которого вы видели, тогда был еще юнцом, без военных привилегий и погон на плечах. На этой дороге он упал с велосипеда, процарапав ладышку. Как оказалось, эта встреча с асфальтом стала судьбоносной. Вам доводилось когда-нибудь видеть связь судьбы?

Том наклонился вперед так, что его большой живот, казалось, совсем скоро покинет тесные просторы рубахи. Кьор повторила последовательность действий рассказчика и шепотом ответила:

– Как знать, быть может, именно то, что мы слушаем эту историю сидя здесь за тысячи километров от дома с малознакомым человеком, и есть происки самой судьбы?

– Как знать, как знать, – промямлил Том, откидываясь обратно на диван.

– В наших краях медицинская помощь была так себе, до одного момента. Медсестрой работала Мэрри, а к ней на лето приезжала ее внучка, она училась на медицинском и помогала своей любимой бабушке, впоследствии поселилась здесь, идя на поводу своих принципов по изменению мира. Опять же, впоследствии именно она и вскружила голову нашему герою. Герою во всех смыслах слова. Герою моего рассказа и герою нескольких локальных войн. Так вот, они сошлись, стали делить общий кров и кусок пищи. Проводили время в мирских делах и заботах, поддерживая друг друга. Хозяйство у них было небольшое, жили бедновато. В эпоху развития киноиндустрии в наше захолустье приехал небольшой грузовичок с переносным кино и необходимым оборудованием. Все, что я запомнил тогда, это кривые колпаки грузовичка четырнадцатого диаметра, не родные для этой модели машин. Меня жутко это тогда раздражало. Так вот, подружка полковника вывела последнего на один такой сеанс, все же надо приобщать дитя войны к мирной жизни с романтическим привкусом. Между очередных командировок, по мнению новой медсестры нашего местечка, он должен был знать ради чего, а вернее, ради кого ему стоит возвращаться домой. В одном из популярных тогда фильмов она увидела блондинку, рассекающую на кремово-сливочном кабриолете. Помнится, даже я, поддавшись этому популярному эпизоду, хотел купить себе такую машину в обмен на часы, джинсы и четыре оклада со своей стажировки. Многие тогда хотели такую машину, а если быть честным, многие хотели такую блондинку. Та машина запала в душу подруге полковника, хотя она ни разу не упомянула об этом, ввиду небогатого состояния. По окончанию очередной вылазки, сопряженной со смертельным риском, он помчался за зарплатой, попутно беря в долг у кого только можно. Заложил в ломбард и все, что представляло ценность, исключением стали лишь медали. Он видел в них кровь погибших товарищей, мучения, слезы и гримасы самой смерти. Считал, что эти награды не столько его, сколько общие, с людьми, которые не вернулись с поля боя, а по сему распоряжаться ими единолично он не смел. Хранил их в картонной коробке из-под обуви где-то в подвале. Удачным стечением обстоятельств стал день рождения супруги в конце недели. По такому случаю в автосалоне даже подарили то ли коврики, то ли еще что-то. Уже сейчас не припомню. Утро праздничного дня полковник встретил на лужайке своего дома с рядом стоящим новеньким и блестящим кабриолетом. Теперь был по уши в долгах, но зато самым счастливым на свете. Стоит ли говорить о радости от подарка? Честно говоря, я не фанат сопливых сцен, поэтому опущу этот момент. Потом случилась очередная командировка. Уже по приезду с вокзала домой они поехали все вместе. На тот момент у них уже был сын. По дороге домой на встречу выехал грузовик, водитель уснул за рулем. Выжил один полковник. Все остальные нет. С тех пор он приходит к машине, которая убила его морально. Он разговаривает с ней о чем-то своем. Один раз в год надевает все ордена и плачет, стоя у самого капота. Такова простая история непростого парня, героя, потерявшего в одночасье все. И, казалось бы, только этот кабриолет из красивого фильма его маленькая связь с реальностью. Когда люди арендуют этот автомобиль, мы звоним полковнику, чтобы не приходил зазря. Мы привыкли все к этому, и как бы тяжело не было, мы считаем необходимым сохранить для него такой хрупкий маленький мир, его жизнь, так же, как он сохранил ни один десяток жизней другим людям.

Сделав неимоверное усилие, чтобы подняться, Том указал на стенку, а потом смял опустошенную банку и легким движением руки закинул ее в урну.

– Герой, – Том пальцем указал на звезду, висящую на стене среди остального бардака.

– Откуда она у тебя?

В ход пошла очередная банка. Привычный звук, и вот глоток, за ним другой, и тело наполняется холодным напитком. Том горделиво и с неким смущением сказал:

– Полковник мой отец. Его жена, медсестра – моя мать. Именно отец выбил мне стажировку в своем отделении, чтобы я был под присмотром и не вырос оболтусом, а выбился в люди. До определенного момента ему удавалось держать все под контролем.

– Постой-ка, – вопросил Сагэ, – ты сказал, что все, кто был в машине, не выжили. Как же это?

Привычной комбинацией пальцев Том указал на соседнюю рамку, где за ворохом газет и оберток от еды виднелся диплом с отличием магистра наук.

– Да-да, это мой. Меня должно было ждать отличное будущее, благодаря моему славному отцу, но после той аварии умерли все, и это сущая правда. Только кто-то физически, а кто-то морально. Полковник ничего не помнит, он меня не знает, а когда я знакомлюсь с ним каждый день как по новой, он кричит, чтобы я отошел от него. Во мне он больше не видит того мальчишку, своего сына. Перед ним пузатый дядя, кровопийца, продающий и сдающий в аренду транспорт. Ну а мне тогда здорово повредило голову. Замедлился обмен веществ или что-то около этого, я не особо разбираюсь в медицинских понятиях. Таланты ушли, способности тоже, считать я больше не мог. Будущее развернулось ко мне той самой частью, этой местностью, в которой мы сейчас находимся с вами. Теперь я навечно здесь и приглядываю за полковником просто как назойливый сосед или скверный друг.

Арендовать кабриолет больше не хотелось, но не потому, что такая судьба или история преследовала этот автомобиль. Просто не хотелось расстраивать старика, если вдруг он придет и не застанет привычный предмет на своем месте. Это довольно обидно, проделать тяжелый путь, а в конце получить всеобъемлющую пустоту.

Вот пикап оказался самым подходящим и для местности, и для покатушек. Да, тачка была громоздкой, неуклюжей, но просторной, как шкаф. Первая остановка случилась у местного супермаркета. Нет-нет, не поломка, простая вылазка купить водички и всякую мелочь. В супермаркете, блуждая вдоль прилавка, Кьор старалась выудить самое вкусное и свежее, как делала обычно дома, в привычных походах за продуктами. Кьор приносила большую пачку чая, пакетиков на сто и более. Положив пачку высоко на шкаф, каждый день вытаскивая по одному пакетику, она представляла, какие могут произойти изменения в ее жизни по окончанию этой пачки. Несколько опрометчиво с ее стороны, поскольку в наше время нельзя загадывать о будущем, все изменчиво с неимоверной скоростью. Забавно, что сегодня ты можешь прозябать в нищете, сводить концы с концами, а завтра откинуть одеяло и надеть майку на тело, которое получило должность в одной из топовых фирм. Пачка чая – большая часть большой надежды, а не простой продукт обихода. Милое воспоминание настигло ее, когда она машинально по отлаженной привычке протянула руку за пачкой чая. В тот момент стало понятно: Кьор соскучилась по своему дому, предметам в нем и запаху.

_______________________________

_______________________

Ты не можешь прийти к фотографу, чьи фото тебе не нравятся. Также и, например, с мастером татуировок. Каждый мастер, как творец, как созидатель, как художник видит мир в своих очертаниях. За это мы и любим мир творчества и искусства. Некоторые люди, далекие от такого мира творца, часто критикуют результаты творчества, им невдомек, что в любом продукте есть своя красота, «красота руки» конкретного художника. Конечный результат переплетается с его опытом и прожитой жизнью. А вот дальнейшая огранка такого результата – это его визуализация и это дело другого порядка. Всегда есть мастер сугубо твоего вкуса. Однажды, открыв для своей души такого мастера, ты вздохнешь и в радостной улыбке задашь себе вопрос: «Почему я не знала его раньше». Каждая его работа – визуализация твоих мыслей. Просто надо найти такого мастера, он покажет тебе мир в ярких тонах. Такой мастер есть у каждого человека, он свой, индивидуальный. К слову, процесс поиска своего мастера касается не только фотографий или росписи по телу. Это работает и в случае с выбором любимого человека.

_______________________________

_______________________

Сам мир дает нам сравнительные ощущения. Дескать, эй ты, дружок, глянь-ка, как тебе повезло на самом деле. Гляди, сотни человек стоят в пробках, возвращаясь с работы, а ты сидишь у окна и попиваешь латте, или же взять выходные, тебе никуда не нужно, в отличие от той же сотни людей, озабоченных решением домашних проблем или той же работой с плавающим графиком. Маленькие примеры, но все это происходит повсеместно. Такие маленькие подачки мир посылает регулярно. Вопрос только в том, насколько ты сам можешь уловить, отделить от прочего шума и как следует прочувствовать. Да так прочувствовать, чтобы по твоей коже начинали верещать мурашки.

Получается, есть некая неведомая сила, свой закон притяжения, объединяющий двух самых дорогих людей. Такие люди дополняют друг друга, продолжая мысли и поступки. Можно по-разному называть эту силу, нарекая ее судьбой, знамением или простым совпадением. Мы все иногда пребываем в едином помешательстве, нам иногда некуда себя деть. Подобно усталым путникам, стучащимся в дверь. Только вместо дверей нам попадаются другие люди. Одни обращаются к людям с уважением, радостью, почтением. Встретить такого человека на своем пути определенно к добрым преобразованиям. Но нужно знать и о других. Тех, кто без всякого спроса и норм этики хотят войти в дверь без приглашения. Они стучатся. Стучатся с такой силой, что ходуном ходят наличники. Стучат, отбивая руки напрочь, когда делаешь вид, что не слышишь их, или, когда натыкаются на неприступную дверь-крепость. Они ломают ногти в надежде проскрести хотя бы скромную дырочку. Если ногти уже сломаны, в дело вступают зубы. С наглостью выгрызая эту, уже самим для себя ненавистную дверь, они думают, что завоевывают для себя светлое будущее. При таких условиях сломанные ногти да зубы своего рода вклад в счастливое будущее. Только упав наземь, обессиленные, со сломанными ногтями, конечностями и остатками зубов, только тогда они с ужасом и досадой понимают, что эта дверь им не по зубам. Как бы аллегорично это не звучало. Вот так. А впереди целый путь. А сил уже нет. Они все без остатка потрачены на дверь, которая открыла путь в никуда. Печально. Зачастую люди склонны отвергать то, что им предназначается. Они упрямо не видят знаки, а если и видят, почитают за честь проигнорировать их, заставляя судьбу, словно громоздкий самолет, вновь заходить на второй круг посадки, за неимением тех, нескольких километров для счастливого приземления.