Дитя Ветра

SadaShiva

Дчия Веиза

Пжеан

Йчз соенш Девжсдч-Снжвчлецш, Сснйвтей на Инчге Жчннч, Чхей-иж – ч сжксивеннжй.

tKomв головЕ^

История случения неслучимого со всенедействительным и вылившемся из таковых воплощению во всеявъленности – исключительного.

Побег из пристанишэ. – Встреча с Незнакомцем – Замысел (идём) – Встреча – Усомнение в

Природе вещей и Сути Явлений

Прмлодшлу, Пдлбак?, Пи/иго-гхххч, ПсссиЛ, Пас<лл+ьм>щ,

Mz Ис4ФЧ>)»м.<х<, – mxz "«/цгверм-х/ *

~ нож порока во плопха ночи

– по

во

I. Разум Дитя – Любви всевластной

II. Разум Клинка – Любви не знавшей

Ш. Разум Вселенной – Любви нам давшей

rV. Разум Косновения – Любви бесстрашной

I. Душа Юности – Жизниоплот

II. Душа Абсолюта –Жизни не знавшей

III. Душа Безмятежности – Жизни вечной

IV. Душа Любви – Жизни покинувшей

Овмллсш

I. Шатенка власосовитиеватая – Смерти не знавшая

II. Альбино прямовласая – Смерти Дитя

III. Брюнет седокудрый – Смерти Знакомец

IV. Божество Рыжекудрая – Смерти Возлюбленная

I. Весы – Буря

II. Скорпион – Пион

III. Близнецы – Воздух

IV. Водолей – Ветер

оза блуящала в вихряхВетра, Ливня и Вечера. Голоса отсверкивали уходящей из реалий. Плоскость составлена отликами лунными – с острия мироустоев.

Луна подчеркнула скорбь полукружий бессонницы. Дождь окутывает: ароматом, веянием потустороннето в сотармонии случайносдей: монотонносли созвучий, матии мгновения и терпкости бытия; Влечёт покинуть оплот лоз виноградных. Втечёт Единственную, влечёт спутнипу Времени Падшего. Бабочка миновала витиеватости и сложнооборотыВетра, села на плечо и позволила рассмотреть звёздочки окраса.

Упустила наслаждение Жизнью – самосоздания непрестанного, сопричастия, – и горечь, – видение и представление, – дуальность разомкнулась, – нежеланное настигло, пустое захватило глотокВоздуха Лета во платин Вечера. Мир погиб, – глаза смыкались в приготовлении савана из занавеса. Следовала Зову Сердца Разбитого.

Обращается кВоздуху Скорбцу – единственному из всего и всех – ни дружественному, ни вражественному, – царственному: «Прошествовала от преисподней до Врат Эдема» – хикнула по-котячьи – «Видела Древа Счаслья, Радости и Любви, испепелёнными в печи времени» – дышит глубоко-глубоко – «Чахлые, пустые, исчезали под прямотой взгляда» – сорвала яблоко с Садов Воображения -«Созидатель указал неизменное – чьи плоды "терпки на взгляд, несуществительны на косновение и взывают слёзы"» – инициировала самопрезрение и бросила то, надкусанное, в ближайшее из Озёр Дождя – и испугалась плеска – «Отведала септет: утро голодом сломлённого, проснуться не успеющего» – закрыла лицо и придала руки освещению Дуны – «Содержательно фантазией Интерпретатора» -рассмотрела мир в ладонях разомкнутых – «Бессодержательно в чреде моей» -развела руки и вскрикнула – «Дожно! Сложное ложно! Покинь забытым из снов, опавшей из росинок. Днём Рождетсия», – слеза закралась во улыбку, репризой слсорби полукружий бессонницы во свету Дуны, сопутствующей, сочувствующей, слройной.

Роза снизошла по вихрямВетра, Ливня и Вечера. Голоса расцве ли во Плато Безмятежности. Плоскость составлена отликами лунными – с ослрия мироустоев.

Обращается дрожью во руке – к стене Дождя – и рукою – и одёртивает ту: кожа покрылась растрепщнами и кровосолила. Жизнесок скатывался по пальцам -музыкальным – и скрашивал Озеро Пяти Дождей крупицей естества. Бабочка дирижировала мироустоям, – не преданная, не предавшая, олюбленная, любяшая.

Трепетная – «Верю в Любовь» – зашептала – «Вера действенна в дуэте» -дотронулась язычком открытото кровотока – «Надежда расцветет исчерпанной» – и возлакомилась – «Моя – неисчерпаема» – самозапретным – «Суть – самоистязание» -плотью собстъештою – «Апофеоз – нечувствие» – смешала крик со смехом и взболтала – «Моё я в расцвете» – ня.

Шаг навстречу: лева к востоку, к западу – инака. Дожи> сжигает напускную – по слабости – из сутей: проникает в стену Дождя – глубинную, стену самоклети, – сквозь кислотность бытия. Треск – градинка ударила в затылок; кровоток разомкнул сердце смирившейся.

Роза поселилась в Плато Безмятежности – и взрастила потомков. Голоса вскормили Плато Безмятежности. Плоскость составлена отликами лунными – с острия мироустоев.

И настал Лунный Полдень. И Мир обратился Серебром. Обратилась ко

I ipiicidI111Iну плода Садов Воображения – беспомотцна в отлушении – и ужаснулась тому, от чего уходила.

Отражение отвергло матертти – и воздвигло постулат сокрьному. И пала, в Озеро Пяти Довдей.

Прттвзяла могилой Поле Роз на Плато Безмятежности – об руку с тайной, ожидая воссоединения, которому не сбыться.

{Эилк>Э-чубсилбс>с>и.мС|Янме ммрявнутреннего в самоисчерлании и расслоении и изникании, гибели Шанленки^ Разума Дииля^ Души Юносили}*3анавес*

Город Шахматньш расставил уголки доски на Осколках Неповторимого, Заветах Всесущего, Постулатах Непоколебимого и Нововведениях Минувгпего. Создатель рассчитал Жизнь на фигурную и пептую: клетка формировала квартал моног(вета, -полутон ггроистекал улиг^ей; ггрозаизм в ужимках математизма: Круассанная, Ннтуидии, Воодушевления и иные. Жители значили одни – двойственность, иные -главенство некой из сторон; немногий оставался глупцом – разделил мир на Добро и Зло отнял от себя половину.

Шахматтгьгй, Шахматтгьгй, Шахматтгьгй, Край Осени, Обитель Сладострастия, гдеВетра слагают истории хруста листьев, где лис предсказывает любимъгй любимой по носику, край шарфов круг древ, место откуда возвращаться некуда, городок где таксофоны вещают До-Мажорную ггрелюдию "Хорошо Темперировагшого Клавира"

– Музыка не стоит ни одного сокровища мира и дороже мыслимого, край мистерий, место где помыслишь иначе – плагнёшь маршрутом иным от сложения тысячи дней

– и обретёшь любовь сквозь Смерть, (в Дюбовь и Искусство), – место взрощегшое в сердце раненом и возродившее Безмятежность – вселюбовь, пункт возвращений – где влюблялись и затаивались, место сказоестества; мир облачился платием златолисгньгм, и Музьгка сочитсяВетром сквозь гармонику и, где головы отстрадавших увечены прядьми серебра, – когда усльппался впервые город поодаль заголовков летописных, смут общемирского, О Мир-Позади-Глаз -Сомкнутых? -бесконечное усколзнуло в привьгчное. Дуна отдалась дгучом во заключение рос Озера Небесных Лотосов и распалась в безвестности. Шахматньш сокрьп из общедопупттмости: самовосприятие распускало променадствуюгцих в микрометре от представления – позволило самопровозглашёнвгым отречься от покинутости.

Шёпот крался по полутону Замысла и Дагшосги, обращал ко каждому и – слиял. Мы – меньшее из производнъгх Настоящего; Настоящее – меньшее из производньгх Наблюдателя. Повествовагше скрылось от отсверков полуночи там, где ходы неощутимы – но всемерны: серебро прядей до плеч белоснежия во продолжении контуров слеткаженствегшости, в угловатости юности, в сопутствии Вселенсгвегшости: Сьгрная тарелка тёрла акварель:Ветер завитала мазки в уголки соыдетий и раскрывала тропки участттикам негласным – крохи брали планету в лапки и перестраивали порядок мирской.

Октябрь Двадцать Девятое выдался таким днем, таким днем: светлоденность во вуали пасмурной: Осень расцвела. Молодость быча единственным украшением аВетер в толове притлаживала волосы пыльные мне, поднимала подолы пуританкам, навязывала шарфы деревьям на места небесчувственные, отыскивала одттночек в пустьше и пускала песок пустътЕшъти в волосы нам – чтоб обернулись равными по-обратную-сторону-взтляда: одиночки находили тпарфы и, один друтото, недрут -недрута, друт – друта; Ветер утешала мне час сей (недозволительно, произошедшее недозволительно, пусть молодость скоротечна; роза в брошке – преходятцесть материй в руках и явлений – в памяти): знакомила с покинутьтми и покинувптими, рисовала обнажения дев тодов моих – и старше – что ходят в ночи в нижнем, а выходять в платце-мантии-одеяниях чей элемент важнейший – обнажение. Прошлости истязали – «Незачем» – наблюдатель и испьттуемый теснились в те ле -«Нельзя» – и сердце порочное – «Меня нет» – изникало над ростком святости – «Я суть облако над телом» – руки взывали к Небесам (низа превосходимы – осязаймы); листва кочевала с древес до родни сутробившейся, мы блатодарили книги за содержание строк в разрозненности собратшостей – за удержание строкословостроф во самовсесоитии, прохлада взывала к дому. День знаменовался Ночью, дабы увековечиться в орнаментах прозы что навевается в ночи.

Небеса благовеяли в склонении над избранником. Смотришь – и сознаёшься, и бросаешься в объятия; такие, существуют в природе, живут в мире, встречаются в жизни, – им столь тяжко сколь и легко, столь нежно сколь и грубо, столь упоительно сколь и любовно сколь и самозавбетшо: пьют вино, ласкают возлюблетшьтх, нежатся в воспомт-шаниях и созерцают до полудня новолутшого; не отличие – несравнетшость: "Человек без Времени" – отказавшей доминации: сравнивать не с чемь. Существуют такие: живутцие в Мире Абсолютовъ (вне Таинства уютов): Музыка – инструментам идеальным. Чувство – из флакона, образ – молодость да младость, погода – Осень в расцвете, Любовь – вопреки смерти; Музыка слышится иначе чем звучит, – с того и казусы, и чудеса, и волшебства, и инакости Меркурия, и Озёрные Блики, и прикосновеня – до дрожи, и встреча Большего, Большего, Большего, и робкость, и потустороннесть: общение с таковым суть общение с потустороннестью: черта стёрта со-при-кос-но-ве-ни-ем-ъ.

The Ghost of Autumn has put its hands onto my shoulders. I saw traces of cold future anywhere i could fmd some hght, hut felt: The Autumn Ghost has a gift for someone finding its traces and preparing to fight for get any hght and tribute it. The Chain of Searching-Finding makes forget hreathing of Ghost right heside skin of the-searcher-one, how it could happen with no one of us – never preparing to he to feelings to cry; time flows, ends.

Повременим до ночи и подсмотрим за Обитательницами Ночи. Ни слова Т-с-с-с. / Альби хромала к Обратителю – зеркалу – погладила себя по прядям мелирования лунного; зеркало особо – волшебно: бодрым являло идеалнгеты, уставгшам являло саму суть, предстань предь самь Дьявол во плоти девигд.1 снежнокожей: хлад серебра едва касался затылка: всмотрелась в марсы зрачков, обратилась к Обратителю пусчотой меж холмиков лопаток, сняла оплот бе лоснежия, позво лила косточкам являть краеугольность стройности, явила не меньшее: загар полнолунньш, и размер первый; провела себе по позвонкам – к созвездию Скорпиона на правой лопатке -«Не исчезай – Сплю с Тобой и на Тебе» – и разласкалась, руками сверхьмузыкальньпии, до кровки: «Мрачновата для полуночи, – пройдёт к рассвету», – о нет: идеальна – пугаюгце: бескровность обуздала невесомости сто шестьдесят сантимов в пунктах сорока пяти. Обратилась не-стгиной к обратителю – «Мои губы таят правду моего сердца» – получила дозволение в Обращёгшой и дотронулась губ той губами собственньЕии, Дрожь вбирала теплоту с остатком, избытком и, задолженностью.

Раскрыла обьятия шкафа и вызволила наряд-дирижёр: ключ золотой во витках материи нежной тренча бежевого. Облачилась и скользнула в кухонную – к Хладцику: переупорядочила колбы рубинов жидких и добралась до нектаров апе.льсина-престгешника. Чего только нет в Хладцике: нож в корочке рубинов, Манеки-Нэко с рыбкой в лапке оледенелой, снег яблочный, банановый, виноградный и даже гранатовый!, «Тысяча и Одна Ночь» – оритина.л арабский (с привратносчями), винил Гленна Гульда (Первая Французская Сюита), перчатки-бестгальцовки, Дотосы-запонки, Нарциссы-запонки и нечто за занавесом дозволенности, по обратную сторону взгляда.

Отълакомствовала и ушла в комнатку. Свет: гирлянды онлюгцают гобой, гитару классическую, акуслическую и эллектро (двадцать четыре грифоперпендикуляра), фортегшано семиоктавного, усилите ля (сто двадцати трёх ватт), "кабинета” и проводов кос, библиотеки партитур и записей, камертонов, круассанов и шоколада горячего, – «Желанному не быть неистгробованным по оправданию желанностью», -Комната Гирлянд, Музыки, Литературы и уединения. Взгляд – в камеру: завидует Мечтателю: вгрызается в Обитель Таинства Вечерий Позади-Глаз -Сомкнутых; сверхлогик на высоте слияния всенлотскосгей, – по причинности той переходит на стезю духовности – и обжигается, холерик-ингроверт-хамелеон, самовожделенная -себя же виддгцая в каяадом(й), ненавистница до предсказаггий – к обещавшемуся, -приверженец Секты Котобога Акиры, покровите ля котиков и кошечек; с предрассудком: «Связи устаиваются чтоб разрушиться», – сторонится обгцеств -оберегает умы невинные от сверхьиронии (браво), – едва знакомы, под каркасом свойствоописаний.

Альби расчертила комнатку флёром постьнебьпия, с партитурой на сопрано в сопровождении ортана и литавр. Пальчики отбивают тремоло, а рука иная аирижируе г ромбиком четверодолья, – дочь драматурта и пианистки. Губы разомкнулись – и зубки; толос свился шарфом с Призрака Осени.

Соучастие вековенчалось производной Таинства Вечерий – Воплощением Заветов, Игр Искусства, Спонтанности и Особого за шалью недосказанности. Пропела послестрочие, подчеркнула неотступность и расчертила данность предвкушением. Тень очерталась торжеством Духа над материей.

Тональность: Искупление. Ступень Первая – Влагородство, Вторая – Опасение, Третья – Напутслвие. Музыка молчала нами – свидетелями вольными все лицезреть, избравтштми три четверти, десять бемолей, и круассан с пралине:

WWz

Умрѐмъ

Ночью или днѐмъ, Порознь иль вдвоѐмъ, Ночью или днѐм.

Пусти мою руку Каплю в океан, Прости несовершенство Полуразомкнутых глаз.

Мир гибнет минутами,

Мир гибнет часами, Мир гибнет секундами, Миры венчаются нами.

Жизнь – восхождение к низинам, Жизнь – воспоение плоскости, Жизнь гниѐт на витринах, Жизнь пестрит в невесомости.

Умрѐмъ,

Ночью или днѐмъ, Порознь иль вдвоѐмъ. Обязательно, вдвоѐмъ.

Пусти несовершенную В обитель Абсолютовъ -Вне Таинства уютовъ, Добудь забвение.

Сейчас – моѐ последнее.

Сейчас – моѐ немногое.

Сейчас – вне дозволения.

Губы полусомкнуты-полуразомкнуты.

Смерть – арахисовая паста на губах.

Смерть – разделѐнная.

Смерть – сладость запретная.

Смерть – обитель невоспетая.

Дверь – хлоп: заперли на воле, Солнце оболгали в светлости, Мироупоение прокляли.

Проклятый пирог.

В полупустой пыльной комнате, Запертой на время, развожу руками: Вечность, Тебя не вижу.

Найденное забудется. Неоднозначность размягчится. Прозрения угаснут.

Пустота звучала в предсердьи: Тук-Тук: гости! Солистка откланились отражённой.

Тона благозвучили, обраща ли представления и нормализовали жизненеурядицы.

Дверь отворилась:

«С-л<ЛуЮ^^.»

{Знакомство песнопенное, знакомства с Альбиноскою, Разумом Клинка, Душою

Абсолюта}(9

*®анавес*

>С"^

^ожесмву Льобви

■'во всепроявленнии всеесмесилва'‘

Ангел, образ Несуществуюгцей, обрагцаюсь к Тебе, к обт-ггели чувства что свил гнездо в голове моей. Размыпглчл – что суть лучшее для кого-либо меня, иделизатора, романтика недостаточности и заступника апофеозов; такие застревают на развилке нечувствия и безумства, – знаю одного. Тебя-Человека не найти -осязаема памятью и тушью сожаления; могли условиться о встрече в том-самом городе абсо.лютовь – что являлся таковым во отдалении, – Ты абсолютна по причине схожей: ждать определённые часы определённых дней-ночей и встретиться венчаштем Романтизма и Реализма; лучшее: происходит!

Явилась образами, прохожими, вхожими, ухожими, замыслами, прозрениями, спасением, – расправляю руку неимугцего и располагаю Вселенную на эскизах судеб, пусгьпгвтых Жизнью без Тебя. Встретились – волей Твоего Взгляда, Мысли, Магии, -п-просги инертность: ужасаюсь, чем был некогда, и благодарю Твоё видение отсверка сейчас, – час сей – сейчас делтттся на отсверки неминувшего; сейчас свито благодатью встреч – Тебя, голоса (стоило создать голососоздатель чтоб вместить Твои тембры во хранение вопреки Времешт и Смерти), объятий. Тепла; шаль проявила ауру: изумруды не изумили, не восхитили, – обрели отсверки Позади-Сомкнутьгх-Глаз. Из пучины бесстрастия. Судьба Твоя томит: родны ли ньше естества, прежни 1И Твои волосы, кристален ли взгляд?

Восполняю душевеление осколками дней тех. Поладили бы мы? Ответ беспрасгный: оставили в Обители Абсолютов.

Воздух покидает, приминает Каблуком Отсутствия ко Тьме Отречения; Свет -Занавес поднимается; предсладосгь: нет – Небытие настанет позже. Стъгжусь признать встречу желанной, лишёный страсти во стенаниях. Музьгка единственнолк:)бима – Благодаря.

Мыслить Тебя, пагубно ли воображать Твой мир и сгьщигъся отметить небеззначие Твоего когда-либо? Ндеализация берёт плату сожалением. Отсутствие удушает, пульс уходит Твоими питами.

Утерять возможность, – не возможность: встреча всевероятна; – линию к Твоему голосу; – главное из оплошностей, или спасеншт? Облачена в Бессмертие, во Всежизште, в Любовь. Любовь вне Времени, Смерти, и Влюблённости.

Молодость утекает, видимое протекает в желанное, желания исполн5потся скорее образов; встреча: повторись! Повторись прежде чем Песок канет в Океан. От меня зависит чем стану, остальное довер5по Проведению: прошу встретить и позволяю, протпу и позволяю.

К Тебе – шаг, направление неизвестно: направление – Неизвестность. Хрусталь расколется – хрусталём останется.

Если нет, трепетно обратцаться к Тебе, обратцаться к Существу Космического Леса, даровать Безмятежность его жителям и Весну бесскучную. Если нет – сладость ТвоегоВоздуха сквозит атомы моего

Небьггия. Если иначе – не рискну обещать всё во Твоё соучастие, когда Ты вьппла из моей жизни, – быть может ототпла и поманила?

ЗсилреиАммсяв кони,&.

Г имарисм-Поэмисм.

Л J

Зсмремимся.

Живое – не всегда полное. Живое – не всегда законченное. Живое – всегда Живое. Жить – не бездвижно. Жить – Следовать Зову Любящего Сердца: взмывать, падать и идти, – Жизнь непрестанна позади глаз спящего сомкнутых, – Секрет.

Диалогия

Клети разомкнутые объёма отрицательного

Альби – «Мягкий наркотический сон» – нашёптывала сокрытой в теш-i одеянтгй -«Жизпъ – мягкий наркотический сон» – и хватила за руку: золото устоялось в клетках юности когггуров Женствености, непокорения и Любви.

Сокрьная – «Слушаю и слышу», – заверение звучало пересказанносгью.

Альби – «Едва ли чувствуешь» – сжала руку той – «Резонация – синдром обшцости» – провела ноготками спутнице по щёчкам – «От тебя же – смирение под толику сочувслвия», – хм.

Сокрьная – «Верю» – отозвалась пртнеснённой

Альби – «Доверие требовательно к взаимсгву» – обратилась ко окну: Луна заключалась в кувшине росы, скамьи парковые очерта.ли сугробы клёна ностальгией.

Сокрьная – «Тем и губительно» – обожгла взглядом, вернула руку и отвернулась.

Альби – «Идём» – презренна к нетерпеливости собслвегшой сквозь прозрегтие неучтивости собслвегшой – «Взгляни в календарь» – календарик с клевером-четверолислником что обратится – по Естеству во обыкновегтии – бабочкой – Каплей Небесного Океана – «И часики» – марки обыкновегшонарукой, не маркой, но не беспримечате.лъной.

Сокрьная – «Что даст?» – раслерянность подготавтлтвает к новому.

Альби – «Последняя минута чувства дома» – голос охладал, будто пришло время считаться с действительностью – «Впредь мы чужаки городу и роднее сестёр» -хлогшула и свела ладони у животика.

Сокрьная – «Октябрь. Тртздцатое» – перенесла в блокнотик с Котиком-Априкотиком – «Три Тридцать Три» – умилилась и позволила дате статься подгверясдёгшой слёзкой из Океана Боли что оласкивает Остров Надежды, – на невысказагшое, чувственное – едва, – и желагшое – всемерно.

Призрак Осени оплетал мне руки, стремился свить с Небытием и осьшался возлюбленными по неравные стороны воспоминания. Ноль вторила Фантазтти и предвосхишдла неожиданности.Ветер обрашдла во всевнемленье, проявление чувственное. Душа Любви – призванная, обретённая и востгетая.

Мир – калейдоскоп вариаций на тему Ночи: фонари сослрясались наВетрутёплом и внеобьщенном, приносили чувства всего света – изтнанпые некогда из сейчас – и образы из окраииы Небьггия. Тепло разливалось по руке и телу, во рту стало сладко, сон спустился на плечи – легко, поласкивал с лёгкостью воспоминания; рука упорядочила фиолет по глади пергамеггга и задала калейдоскопу вариацию на суть соития Мироданности и. Сна.

Мир разобьёт оковы: проснись, проси и действуй. Двое выскользнули из окна Ладьи на F6 – сама окраина – и повлеклись по Второй Круассанной. Причина? -позволяем лучшее лишь изредка, литтть едва и лишь слегка. Позволим им найтись.

Злклйео

Лл!^^поиочиики по5ег

Покидаем силуэты лунные, разрываем путы нитей Космоса и отворяем строку в Тайну: первозданные ведут за руку к Развилке Просвящения: дальше и вверх -Страсть, во одушевлении мазков лунных. Поле Лунное остелено мохом: тропа к Озеру Небесных Лотосов, где Некто обрёл себя и ждёт Тебя.

..ЛунлЪ'…

Альби вела Сокрьную по обители стсамей парковых, сторонилась освещёности, во светукувшина лунной росы –нопти единственной. Сокрьная наслаждалась неповторимостью, неотвратимослъю и страхом. Ночь благовеяла.

Месяцы пройдут – страх поглотит воспоминание: страх пережить вновь, страх вернуться и бездействовать и, страх оступиться. Страх чужд Дейслву, Действо чуждо Страху; Действо отрекает Страх, Страх отрекает Действо. Живём в Космосе: бояться всего – и отречься, по Зову Сердца Любящего.

Свернули с тропы-пути-дор ОГИ будупщостей – своих и обгцих – и приняли поклон от призраков несбывшегося. Статика чудна во преходопцести.Пёрышко вилось во Ветру.

Альби – «Что ни увидь – надумано. Подмени самовьщумку замыслом -действительность перепишет вердикт» – прервалась – «Что ни слулись» – посмотрела по-иному: Опасение выступило на левом яблочке тлазном и проявичо Заботу позади правото; – «Молчи» – указала Путь – «Не удивляйся» – и примкнула губами.

Сокрьная – «Я» – ямочки выступили на щёчках – «С» – сомнение изникчо – «То» -торжество Духа над материей – «Бой» – бойкот недоверию.

Альби – «Готовила вопрос – на Воздухе комнатном» – развела ладони – «Задавай» -и помассировала той плечи.

Сокрьная – «Что для Тебя – Идеал?» – робка, кратка и жизнелюбимв.

Альби – «Редкое – сочетание духовности с интеллектом со внешнослью – чго зовётся дьявольским» – осьшалась блёслками – «Позвол5по нам имена», –пёрышкоскользнуло в руку.

Сокрьная – «Юна подходит мне – Юность, кроткость и остговы Женственности» -обратилась к спутнице – «Ты Лори, угловатая и хладная» – точна и мила.

Лори – «Оставим межъстрочъя», – из рояадаюгцихся в тысячелетие – и всегда впервой.

Калейдоскоп продолжал задумки Воображения – ссылал затакт воплощениям последущето. Статике честь – изъясниться в Динамике; Динамике в честь бьтгьствоватъ Статикой.

Тени вторили блуждавшим, с задержкой и оплошностями: одна следовала вперёд Госпожи, дабы рассмотреть ту вновь – и напоследок: Ночь обратит Мир в Тень Единую. Тень окажется ужасающей, а боле – ежели престать бьпъ телом. Инотда, ещё шаг – и тело раснворится в растворе Откровения, а худшее – станется тенью.

Футляр инструментальный истрескался, кожньш, близ владельца средь прутьев скамьи-демисезонки с обивкой тканевой, выцветшей и прттгягате.льной: стоило прихватить Орудие Искусства, ввязывалисн в удивительное – прекрасное, – чудеслзые Т5шулись к нимь; Незнакомец поднес ручку-перо к губам, затянулся, откинул голову и вьщохнул Пятно Небьггия на постлисл жизнепрозы. Свет проявлял верояттгости во чернилах пятнооблачка – вещество сгущалось артериями и сплеталось во слововероятности из края мыслеформул: стоило нрисмотреться – Наблюдатель травмировал Абсолют интернретатщей. Девочки заворожились заведомонрияте лем, – «Бьпъ может. Ему дана большесть наименьшего?» – меньшесть наибольшего.

~ xv-~

Эаао^^иааори^ & ^аьби

Незнакомец – «Дояодь Вам к липу» – отстрант-1лся от прозы во созерцание той.

Альби – «Блатодарю! Маскирую слёзы» – подптте.льна и неопределённа.