Пленница льда

Глава 3

– Одни проблемы от тебя! – Риа в ярости сложила на груди руки и рычала как настоящий зверь. Я видела, как изменились ее глаза, как зрачок стал более узким, как сверкали острые клыки, стоило солнечным лучам коснуться лица женщины.

«Простите, – написала я дрожащими руками на листе пергамента, – не хотела вас напугать».

– Зачем ты вообще вышла из дома? – женщина не унималась, сильно нервничала, невольно заламывая руки, и хотела еще что-то сказать, но ее прервали.

Оказалось, в доме сидела девушка. Рыжая, с веснушками. Она с удовольствием уплетала приготовленные Риа пироги с мясом и с интересом смотрела на меня, улавливая взглядом любое движение:

– А ты бы сама не вышла? – хмыкнула гостья, поправляя выбившиеся из длинного заплетенного хвоста волосы. – Сколько она уже взаперти у тебя сидит? От скуки взвыть можно. Да и запах ее ты не скроешь. Уже вся деревня знает, что она живет у вас в доме.

– Риска, она нам чуть полдома не разнесла, – рычала в ответ женщина, вытирая руки о передник. – Чертова ведьма не может себя контролировать, а я должна ее кормить! Дилан! Ты ведь знаешь, что будет, если за ней придут! Ну нельзя ей оставаться у нас! Ты же сам сказал, что видел магов Мирграда недалеко от нашего дома! Что они вообще тут забыли? А если сын архимага ее видел?

– Как обычно, в трактир зашли… Маги сюда вечно от работы сбегают, ты знаешь это. Сэра не одержима, и это ты тоже видишь. А сын архимага знает только то, что на нее напала нежить. Про Лирдер никому ни слова не говорили.

Почему Дилан не хочет выгонять меня из дома? С чего вдруг такая забота о незнакомом человеке? Он же волк-перевертыш. Что, откормит меня и на супчик пустит? Живой не дамся! И что за Мирград? Что за маги?

– Это-то да, – заметила Риска, протягивая руку еще за одним пирожком, – вот только ваша гостья – сильная ведьма, которая пришла со стороны чумы, наверняка оставив после себя след. И если об этом узнают… Как она смогла выжить? Кем была? Все это дико любопытно, но важнее другое. О таких делах принято сообщать в Ковен магов, и когда кто-то из их представителей придет за ней…

– Ее убьют, Риска. – Дилан сжал кулаки. – Ее увезут отсюда и закопают под ближайшим кустом!

– Если за ней явится Ролан, то даже закапывать не станут: сразу голову с плеч, – рыкнула Риа. – И нас заодно на тот свет отправят за то, что скрыли ее присутствие в деревне, поставив всех под угрозу. Ты уж прости, Сэра, но давай будем честными друг с другом: такие сильные ведьмы – самые опасные в момент одержимости. Ты с легкостью можешь нашу деревню с лица земли стереть, и я не хочу потом жалеть, что Дилан тебя спас.

Я поджала под себя ноги, внимательно слушала, что они говорят, и ничего не понимала.

Ведьмы и оборотни. Ледяная чума. Ковен магов и какая-то болезнь. Кто такой Ролан и почему он должен за мной прийти? Ничего не понимаю.

– Она боится тебя как огня, – вздохнула Риска, опуская плечи. Я видела в ее глазах жалость, но меня это злило. – Ведьма, чья сила ощущается даже за пределами вашего дома, боится старую волчицу. Надо же, какая редкость. Знаете что, друзья мои? Дайте ей прийти в себя, позвольте встать на ноги – во всех смыслах, – а потом уже решайте, что делать. Она потеряла свой дом, семью и друзей. Все, что у нее было, осталось в том замке. Если вы сейчас ее прогоните, она умрет. Зачем тогда было спасать? Среди нас много ведьм, даже среди оборотней есть те, кто владеет магией. Вы же не станете их выселять из родных домов?

– Не станем, – согласилась женщина, – потому что их сила – ничто в сравнении с тем, что делала Сэра в момент припадка. К тому же волки беспокоятся. Надо объяснить, что на Сэру напала нежить и что она не была в замке во время ледяной чумы. Не была же, верно?

Все замерли.

– Не была ведь, верно? – тихо и настойчиво спросила Риска.

«Не была», – я отрицательно покачала головой, нервно дернулась, легла в кровать, укутав ноги одеялом.

Все трое тяжело вздохнули, потом Риска молча со всеми попрощалась, Риа скрылась на кухне в ужасном настроении, а Дилан вышел из дома вслед за девушкой.

Я осталась одна.

Оборотни. Все то, что я видела, не обман зрения. Это оборотни! Было ли мне страшно? Не то слово. Я была в ужасе.

Шли дни. Риа постоянно расспрашивала меня о том, кто я такая. Я как могла писала ответы на пергаменте, приняв решение, что мое прошлое останется в прошлом. Это не Питер. Более того, это точно не Россия.

Я слышала, как кто-то говорил о врачевании, также прозвучало слово «лекарь», но в их мире оно могло означать не совсем то, что в нашем. Поэтому я просто сказала, что раньше была помощницей у лекаря. Все поразились, но я ушла от подробностей, пояснив, что была в самом начале своего пути и мало что видела.

Мне явно не поверили.

– Чтобы такая ведьма и в лекари? Наверняка из боевого отряда, а нас за нос водит, – шептала Риа своему мужу, но тот лишь пожимал плечами:

– Не хочет говорить – не спрашивай. Она боится, что ты ее ночью на тот свет отправишь, жена. Я бы тебе тоже ничего не сказал. Посмотри на нее: худая, кожа бледная. Волосы светлые, тонкие и мягкие, словно она не из наших краев. Да и откуда в Лирдере ведьма с такой силой? Она смогла защитить себя в том лесу, выжила. Сильная.

– Она не заменит тебе нашу дочь, Дилан, – рыкнув, женщина прекратила разговор, сама не ведая того, что дала вполне объяснимую причину, почему он меня спас.

Так у них была дочь…

Несколько раз ко мне приходили лекари. Они проводили осмотр, слушали мои легкие без каких-либо приборов, прикладывая ухо к груди и спине, принюхивались к запястьям, измеряя при этом пульс.

Вот вам и медицина! И самое любопытное – они все слышали и все чуяли. Смешивали различные настои, приносили недостающие травы и советовали давать мне какой-то желтый корень. Последняя фраза прозвучала тихо и в отсутствие Дилана. Ответ Риа меня удивил еще больше:

– И так даю! Тройная доза!

После этого последовало гробовое молчание.

Не знаю, что за корень, но обязана выяснить.

Вскоре я смогла встать на ноги. Дилан был удивлен, он искренне полагал, что мне потребуется еще примерно месяц. Я стала тихонько помогать по дому и в отсутствие Риа мыла в тазике посуду, протирала пыль, мела полы. Женщина вначале ворчала, а потом как-то свыклась и немного подобрела.

Со мной вообще многие свыклись: дети забегали в дом в надежде увидеть ведьму, взрослые приносили свои соболезнования по поводу гибели моего дома. Я с горечью кивала в ответ: дом свой я действительно потеряла.

Риа научила меня печь пироги, молча указывала на ингредиенты, поправляла, когда я делала что-то не так. Потом я научилась варить мясную похлебку, печь хлеб, от аромата которого текли слюнки. Дилан радовался тому, что его жена смилостивилась, а я искренне надеялась, что меня не выгонят, потому что уже привыкла к оборотням, а идти мне было некуда.

В современном мире было много подобных историй про попаданок, и я догадывалась, что здешний мир населен не только оборотнями. Что за существо было тогда в центре снежной бури?

Риа каждый день давала мне отвар из желтого корня. Один раз я решила его не пить, посмотреть, чем меня травят. Женщина уверяла, что это зелье поможет ускорить выздоровление, но я понимала, что не все так просто.

Тем же вечером, когда я пропустила прием зелья, я случайно заставила все предметы в доме подняться. Буквально на сантиметр, но этого хватило.

Я не понимала, как контролировать силу, поэтому от страха мигом выпила зелье. Риа видела, что я не приняла лекарство, видимо, хотела показать, что бывает, когда не слушаешь знающего в этом толк оборотня.

Урок получился наглядным, но и идея в голове засела верная: нужно уметь держать себя в руках, а также защититься в случае опасности. Раз назвали ведьмой, значит, ведьмой и стану.

Рядом с деревней был лес – густой, труднопроходимый. Он скрывал оборотней с северной стороны, защищая от врагов, но при этом и сам таил в себе опасность. Подслушав очередной разговор местных жителей, я узнала, что кого-то из стаи загрызли на охоте. От тела ничего не осталось.

– Придется усилить охрану по периметру, – голос стража звучал грубо и обеспокоенно. Я не знала его имени, как и имен большинства местных жителей, – выставить дозорных. Нежить в этом году совсем с ума сошла.

– И откуда ее столько взялось? Мы только недавно гарпий прогнали с их хворью, а теперь мертвечина очнулась.

Я старалась сбавить шаг, чтобы узнать как можно больше из разговора, но при этом не привлекать внимания. С последним ничего не получалось – куда бы я ни вышла, все тут же осматривали меня с ног до головы и замолкали, хотя могли бы уже привыкнуть.

Отдав в лавке за овощи два серебренника, я невольно замерла на главной дороге, устремив взор в сторону, противоположную лесу.

Внезапный порыв ветра толкнул в спину. Он нес с собой опавшие листья и сухие ветки, а также запахи деревни и шум деревьев, смешанный с волчьим воем.

Широкая дорога вела к невероятно огромному, шумному городу – оплоту магии и волшебства, сердцу этого мира.

Мирград…

Я довольно часто замирала на месте, глядя на то, как развеваются вдалеке огромные знамена, как стаи птиц проносятся над острыми шпилями башен, а по ночам в небе взрываются яркие разноцветные огни, чем-то похожие на фейерверки.

Небесные огни были разных оттенков, но больше походили на огромные дымящиеся сферы, и этот дым медленно опускался на город.

Иногда там что-то взрывалось, и эти звуки долетали до нас как гром среди ясного неба, изредка доносился звон колоколов. Из города частенько приходили торговцы какими-то магическими штучками, от одного вида которых меня начинало трясти: хотелось все потрогать, посмотреть, испытать на ком-нибудь, но я себя останавливала.

В те моменты, когда я замирала посреди дороги с огромной плетеной корзиной, наполненной продуктами, из тени часто выходил волк.

Черный, глаза желтые… Я не всегда обращала на него внимание, но потом поняла, что он следит, изучает меня, как и многие в этой деревне. В такие моменты мне было не по себе, я отводила взгляд и тут же бежала домой, запирая за собой дверь на засов.

Знать бы, кто меня спас тогда в лесу. Что за Кочевник? И почему защитил, если видел, с какой стороны я пришла? И что он вообще там делал в самый пик ледяной чумы?

Спустя несколько месяцев, когда жаркое лето сменилось не менее теплой осенью, когда листва окрасилась в яркий алый цвет со всеми его оттенками, меня впервые взяли на волчью охоту.

– Ты сражаться умеешь? – Риска смотрела с вызовом, но по-доброму. – Если нет, то учись, пригодится!

И, бросив мне лук и колчан со стрелами, стала менять ипостась. Никогда не перестану бояться этого. И не привыкну к наготе. Зато теперь понятно, почему все носят такую простую одежду: легко снимается. Неужели не больно? Вот так менять свой скелет и обрастать шерстью за какие-то мгновения?

Рыжая волчица ответила мне насмешливым взглядом, а потом исчезла в осеннем лесу, присоединилась к стае, оставив меня один на один со своим братом.

– Посмотрим, на что способна наша молчаливая ведьма, – хмыкнул Дьен, кивая в сторону поляны. Брат Риски был высоким и очень сильным. Как и большинство оборотней, он любил физический труд, но в остальном выделялся на общем фоне. Яркая рыжина волос и зелень глаз привлекали женское внимание. Он был картинно красив, но при этом умен, спокоен и рассудителен. Дьену можно было задать любой вопрос: он всегда знал, как объяснить непонятные мне вещи. – Раньше стреляла?

Я неуверенно кивнула, вспоминая, как в детстве ходила на два урока по стрельбе из лука. Дьен с трудом понимал мои жесты. В ответ он лишь хмыкнул. Достав стрелу из колчана, он, не глядя, выпустил ее в небо, и спустя мгновение на землю упала подбитая птица.

Он был горд собой, и ему понравилось то, с каким восхищением я на него смотрела в этот момент. Он искренне улыбался, не отводил взгляд и почему-то казался смущенным.

Я печально опустила голову, тяжело вздохнула, натянула тетиву, поставив перед этим стрелу, как меня когда-то учили, и…

– Мда, – оборотень хотел еще что-то сказать, но промолчал. Я хоть и целилась в дерево, но даже стрелу выпустить не смогла: она упала мне прямо под ноги. – Будет сложно…

Я стояла красная как рак, чуть не рыдала, но Дьен рассмеялся, подошел ко мне сзади и показал, как правильно натягивать тетиву и как почувствовать тот самый момент, когда нужно пустить стрелу.

Мягкие прикосновения к плечам… Он осторожно проводил руками по моей спине, объясняя, как нужно управлять своим телом.

Его голос звучал тихо и немного взволнованно.

У меня мало что получалось. Оборотень сразу понял, что я не обучена стрельбе, и был этому удивлен.

– Я думал, ты из стражи, – заметил он, вновь касаясь моего плеча, – но даже в пьяном угаре стража так не стреляет. Даже на спор не сможет.

Спор спором, но стрелять из лука за один день я не научилась.

Когда стая оборотней пришла с охоты с добычей, все были сильно удивлены: брат Риски сидел на земле и тихо молился своим богам. А потом встал, подбежал к Дилану и медленно, с расстановкой, объяснил ему, что я и лук несовместимы.

Риска долго надо мной смеялась, Дилан лишь пожал плечами, но упросил Дьена учить меня дальше. И не только стрельбе из лука.

– Слушай, я, конечно, все понимаю, но чтобы так…

Оборотень стоял чуть в стороне, вручив перед этим мне нож для метания. Вот только в момент замаха нож выскользнул из моей дрожащей руки и улетел куда-то за спину.

Это был полный провал. Судя по выражению лица Дьена, такого он не ожидал. Так и застыл с открытым ртом.

«Прости», – я беззвучно шевелила губами: голос все еще не вернулся.

Все это время Риска сидела в кустах и хохотала, заливаясь слезами. Ее истерику было не остановить, и чем громче смеялась она, тем больше я смущалась.

Я понимала, что она смеялась над братом и его реакцией, но все равно стало дико обидно. Да, я не стреляю из лука и не умею метать ножи, но это не значит, что в случае опасности я этим самым ножом не вскрою сонную артерию… Еще как вскрою, и рука не дрогнет.

Разозлившись, я взяла в руки нож и метнула его в ствол дерева, как показывал Дьен.

– Вот это уже интереснее. – Оборотни мигом притихли, пытаясь вынуть нож из ствола. Лезвие вошло по самую рукоять, хотя и мимо начерченной мишени.

Я не ответила, но почувствовала себя увереннее.

– Может, вместо метания ножей стоит научить ее управлять ими с помощью магии? – предложила Риска, но Дилан покачал головой:

– Она пьет желтый корень не просто так. Сильная магия требует контроля, и пока что ей она не подчиняется. Вероятнее всего, эти ножи полетят в нас, причем против ее воли. Не хочу рисковать. К тому же магия небезгранична. Что она будет делать, если не сможет колдовать, а нежить нападет? Сэра должна уметь защищаться своими силами.

Так пролетали дни: меня тренировали, позволяли готовить и убирать в доме, просили помочь с лекарственными сборами и в конце концов убедились, что в прошлом я действительно была помощником лекаря.

– Знатно шьешь, – заметил Дилан, сидя на длинной кушетке, – я таких швов не знаю.

Местный целитель ушел за травами на несколько дней, поэтому мне выпала возможность показать свои умения. Риа суетилась вокруг мужа, недовольно рычала, но было видно, что сильно беспокоилась. Я уже привычно накалила иглу над пламенем и стала стягивать края раны потайным швом: рубца на лице не останется. Оборотню повезло, что я здесь: с его стремительной регенерацией надо успеть обработать раны, а то потом сложно будет что-либо исправить.

Дилан благодарно смотрел на то, что и как я делаю, а я наслаждалась тем, что прикасаюсь к прошлой жизни. Пусть и без нужных мне инструментов.

Вскоре у меня появились новые пациенты. Я стала накладывать швы, обрабатывать раны, полученные в бою, так, как меня учили в институте. Даже роды принять успела, с ужасом вспомнив курс акушерства. Чуть от страха не померла, но ребенка достала. После этого сразу решила, что никогда больше на роды не приду, не мое это! А потом поняла, что у меня нет выбора.

Хотела я или нет, но к мастеру меня приставили, заставив учиться.

Я и не против.

Так я и прижилась в этой деревне. Ходила на охоту со стаей оборотней во главе с Диланом, не лезла в чужие дела, вовремя принимала отвар из желтого корня и помогала Риа по дому. Занималась с братом Риски, училась у мастера Атли искусству врачевания и запоминала составы травяных сборов. Это было непросто: тексты в книгах рукописные, но я почему-то понимала их, язык был непонятный, даже не латынь.

Довольно часто Дьен звал меня на тренировки. Затем сопровождал в лес, помогая найти те или иные травы, и молча помогал на кухне в те дни, когда Риа уходила на охоту вместе с мужем. При мне он начал волноваться, часто ронял чашки с травяным отваром и вздыхал всякий раз, стоило Риа намекнуть, что ему пора домой.

– Сэра, так ты скоро от усталости помрешь, – Риа усадила меня за стол и поставила передо мной тарелку с супом, – отдыхать тоже нужно. Посмотри на свои руки! Все в мозолях, бледная как смерть ходишь, уставшая. Душевную боль так не вылечить, девочка.

Странно, но Риа со временем оттаяла. Я смотрела на эту женщину иначе, осознав, что она не желала мне зла. Кроме того, я так и не узнала, что произошло с ее дочерью, и боялась спрашивать.

Из дома меня не выгнали, выделили небольшую комнату и позволили остаться.

– Все читаешь, ведьмочка, – Дьен приходил в гости все чаще, – свеча скоро догорит, поставить новую?

Я кивнула, наблюдая за тем, как он привычно открывает верхний ящик прикроватной тумбы, где лежали свечи.

– Сэра, – как только света в комнате стало больше, Дьен умолк, но потом словно вспомнил что-то, – я думаю, тебе пора серьезно поговорить с Диланом и Риа.

Я вопросительно подняла брови.

– Ты ведьма, Сэра, – мягко говорил Дьен, – но силой не владеешь. Желтый корень – вещь хорошая, и далеко не все знают, что ты его пьешь, но когда-нибудь он перестанет действовать. Если честно, мне кажется, что колдовать ты совсем не умеешь.

Он смотрел на меня с интересом, ожидал реакции и был совершенно прав; ничего я не умела, хоть и пыталась научиться.

– Я знаю, что ты делаешь по ночам, – шепнул Дьен, наклонив ко мне голову. Мужчина смотрел с вызовом, подался вперед еще сильнее, – видел много раз, как ты пытаешься колдовать в лесу. Ты ведь этому не обучалась, верно? Мы думали, ты хоть что-то знаешь.

И вот что мне на это ответить? Я лишь могла губы поджать, да молчать, как и прежде.

Да, я выходила в лес: ведь надо понять, на что я способна, только ничего у меня не получалось. Стоило пропустить прием лекарства, как все вокруг просто сходило с ума, ходило из стороны в сторону и ломалось. Вы когда-нибудь видели, как огромный старый дуб трескается и разлетается на куски? Нет? А я да, потому что сама с ним это и сделала. Как же я боялась причинить вред жителям деревни, боялась того, что не справлюсь с собой!

– Риска обучена колдовству, – подсказал волк, – и уже давно ждет, когда ты попросишь помочь. Не тяни с этим: стая тебя давно приняла, хотя вопросы остались. Ты странная, Сэра, словно не из этого мира.

Я невольно посмотрела оборотню прямо в глаза, дыхание прервалось. Дьен не ожидал, что его шутка может произвести такой эффект, но промолчал. Задумался над чем-то, помог собрать упавшие пергаменты с пола и тихо вышел из комнаты.

Так Риска ведьма? Почему же она раньше не колдовала? Я ничего не знала о мире, в котором оказалась. Боялась задавать вопросы. А потом все-таки поняла, как узнать о нем больше. Старые книги Риа! В них было много исторических фактов. Но особенно меня поразило то, что все они были напечатаны! Не написаны от руки, а напечатаны на каких-то особенных станках. Хотя, может быть, все дело в магии? Узнать бы, как это сделано, да и мир увидеть…

Я все чаще и чаще ловила себя на мысли, что хочу увидеть Мирград. Хотя бы его для начала, а потом уже все остальное, вот только Ролан пугал, не давал покоя.

Это имя настолько прочно засело в моей голове, что при мысли о Мирграде становилось дурно.

Проводив Дьена, я тихонько прикрыла за ним дверь, погасила одну из свечей, но не успела забраться в кровать.

Холод.

Легкое, казалось бы, дуновение сковало тело от кончиков пальцев до самой макушки. Я замерла на месте, не в силах дышать, уставилась на открытое окно, резко выдохнула и подошла ближе.

За окном мелькнула фигура. Вдалеке, за домом, мерцал зеленый отблеск, пульсировал, словно сердце. Он становился ярче, пульсация усилилась, но затем все резко исчезло вместе с ощущением холода.

Показалось? Кажется, я схожу с ума.

На следующее утро я решила воспользоваться советом оборотня. Надо что-то делать со своей силой, и самое главное, научиться себя защищать.

– Что, братик заходил в гости? – хмыкнула Риска, уплетая румяные пирожки с мясом. Любила она поесть, особенно у нас дома, особенно мою стряпню, – я, конечно, не наделена особым даром, но вот так сделать могу…

Она щелкнула пальцами, и на кончике когтя появилось пламя. Я так и села на стул, зачарованно глядя на огонек. Кажется, она удивилась, но, как и брат, промолчала. Огонь возникал в ее ладонях и мигом исчезал, появлялся в середине комнаты и распадался на множество искр.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.