- -
- 100%
- +
Охранник на проходной задорно улыбнулся и поднял шлагбаум. Я кивнула в ответ и медленно пустила машину по территории завода. У административного корпуса, стоящего отдельно от производственных, я припарковалась на специально отведенном пятачке рядом со входом ‒ еще одна привилегия большого начальства. Соседнее место в отсутствии папы логично пустовало.
На третий этаж я поднималась в тишине, потому как рабочий день давно начался, и все сотрудники обретались на своих местах. Кабинет мой находился в самом конце коридора, сразу перед отцовским. Секретарша что-то сосредоточенно набирала на компьютере.
‒ Добрый день, Алла Михайловна, ‒ поздоровалась я, пройдя сквозь двойные двери приемной.
‒ Здравствуйте, Регина Аркадьевна, ‒ подняла дама глаза от монитора. ‒ Все утро вас разыскивает Евгений Андреевич. Весьма настойчиво, хочу заметить. Просил перезвонить, как только вы появитесь.
‒ Спасибо. Я обязательно с ним свяжусь, ‒ постаралась я не подать виду и скрылась в своем кабинете.
Рабочая обстановка быстро выветрила из головы всю суету и настроила на нужный лад. Через двадцать минут должно было состояться совещание с руководителями отделов, и я быстро села за пятничные отчеты, которые обычно просматриваю по субботам. А заодно сделала пометку ‒ в ближайшее время разработать новые формы отчетности и разослать по отделам.
‒ Алла Михайловна, ‒ обратилась я к помощнице перед тем, как покинуть кабинет, ‒ будьте добры, восстановите мне сим-карту и закажите перевыпуск карточек, зарплатной и личной. Я вчера сумочку потеряла.
В мою рассеянность и потерю сумки та явно не поверила, но сделала вид, что ротозейство начальницы ‒ дело обычное, и пообещала сейчас же позвонить в банк и оператору. С легким сердцем я ушла на совещание, а когда вернулась, в приемной меня ждал коренастый шатен, которого я знала, как правую руку Аверина.
‒ Уделите мне несколько минут, Регина Аркадьевна, ‒ спружинил тот со стула, как только я показалась в приемной, будто ожидал, что я дам деру, едва завидев, кто пожаловал. Как бы тошно не было, а с проблемами лучше встречаться лицом к лицу.
‒ Конечно, проходите, Сергей, ‒ махнула я рукой в сторону кабинета и мысленно поморщилась ‒ совсем забыла перезвонить Евгеше.
‒ Евгений Андреевич все утро с вами связаться пытается. Но безуспешно, ‒ мужчина побуравил меня тяжелым взглядом, затем протянул мобильный. ‒ Перезвоните ему, пожалуйста.
Вежливый какой, и не скажешь, что по мою душеньку пришел. Пожав плечами, я взяла чужой аппарат и по памяти набрала цифры. Сергей уселся на стул для посетителей и уставился на меня, явно не собираясь проявлять уважение к личным беседам.
‒ Ну наконец-то! ‒ прошипел Аверин вместо приветствия.
‒ Извини, не смогла быстро перезвонить.
‒ Какого хрена вчера случилось?
Я медленно выдохнула, прошла к своему креслу и плюхнулась в него ‒ все же директорский стул придает уверенности.
‒ На нас напали, сумочку с документами украли неизвестные. Полиция их уже ищет, ‒ не стала я углубляться в подробности. ‒ Кстати, ключи от твоей квартиры там тоже были, так что советую сменить замок.
Бывший любовник звучно выругался и проревел:
‒ Насрать мне на замок! Какого хрена ты ментов вызвала, дура?
‒ Ты охамел, Аверин? ‒ ошалело процедила я. На спокойную реакцию я конечно не рассчитывала, но это ‒ явный перебор.
‒ Я охамел? Да ты хоть знаешь, чьи это были бумаги, и что в них вообще было?
‒ Знала бы, если б ты не забыл поделиться.
‒ А самой не допереть, что за простые расписки миллионный ремонт не обещают.
‒ Слушай, сам бы и возил свое дерьмо, а не других подставлял! ‒ вышла я из себя. ‒ Он, значит, свалил подальше, а мне чужие проблемы рагребать по старой памяти!
‒ Закрой рот и слушай меня, ‒ отчеканил мужчина. ‒ Бумаги те принадлежали Баскову Павлу Анатольевичу, и, если полиция найдет их раньше, чем мы, сначала крупно не повезет тебе, а потом мне и всей моей семье. А младшему, как тебе известно, еще и года нет… Так что бери в помощники Серого и делай, что угодно, хоть носом землю рой, но документы мне верни. Поняла?
‒ Ну ты и кретин, ‒ покачала я головой и тоскливо уставилась в потолок.
Я, конечно, знала, что в друзьях у Евгеши водятся скользкие типы, но чтоб настолько… Басков Павел Анатольевич, насколько мне известно, являлся у нас чиновником, которого умные люди старались обходить стороной, а в собственности его жены числилась сеть коллекторских агентств по городу и области со всеми вытекающими…
Короче говоря, перспектива нагнать на себя гнев этого товарища ‒ с большой вероятностью губительна, а уж интересоваться содержимым пропавших документов ‒ тем более. Полиции быть в курсе нашего маленького дельца тоже ни к чему, ибо вряд ли это порадует Павла Анатольевича. А, как выяснилось только что, состояние нашего здоровья теперь сильно зависит от настроения чиновника. Похоже, сидящий напротив, малосимпатичный Серый ‒ мой единственный шанс выбраться сухой из воды. Что ж, все могло быть и хуже, оставь меня Евгеша в одиночку на растерзание Баскову.
Я вернула Сергею сотовый и уставилась в ожидании, негласно отдавая мужчине ведущую роль в нашем невзначай сложившемся дуэте.
‒ Рассказывай, ‒ кратко велел тот.
Ну я вздохнула и обо всем поведала. Вплоть до того момента, как уже дома отправилась в душ.
‒ Значит таксист с тобой был… ‒ задумчиво изрек Серега. ‒ Надо его найти.
‒ Как? Мы даже имени его не знаем.
‒ В больнице поинтересуемся. У ментов бы тоже можно, но к ним соваться сейчас не с руки.
‒ Еще вроде офисные сотрудники нападение в окошко видели, ‒ с готовностью подсказала я. ‒ Даже собирались в свидетели идти.
‒ И с этими потолкуем, ‒ кивнул мужчина. Он вообще оказался немногословным. ‒ Собирайся.
‒ Куда? ‒ не уловила я смысл.
‒ Я что, по-твоему, один всю работу делать должен? Сейчас в больницу поедем, скажешь, что отблагодарить таксиста хочешь, но не знаешь, где искать.
‒ А ты сам не можешь? У меня тут работа, ‒ обвела я рукой почему-то стену справа.
Серега молчал.
‒ Может тогда после шести? ‒ попробовала я еще разок.
‒ Не мне Басков будет за бумажки предъявлять… ‒ многозначительно заявил тот.
‒ Жди внизу, я скоро спущусь, ‒ сдалась я, поняв, что спор проиграла вчистую.
Я выключила компьютер, побросала вещи в портфель и вышла из кабинета.
‒ Алла Михайловна, меня сегодня не будет. Если понадоблюсь, звоните… э-э-э, постарайтесь справиться, а сим-карту я к вечеру постараюсь забрать у оператора, ‒ и под недоуменным взглядом той покинула приемную.
Каблуки офисных туфель отстукивали по полу, как будто отсчитывали последние мгновения моей спокойной и размеренной жизни. На улице солнце припекало вовсю, так что жакет я сняла и перекинула через локоть. Помощник Аверина отирался возле «Вольво», но завидев меня, от машины отлепился и заявил:
‒ Поедем на моей.
Он кивнул на нагло воткнутый на папино место «Гелендваген», чем несказанно меня возмутил:
‒ С чего бы это?
Серега поморщился:
‒ Слушай, Снегурочка, давай с самого начала договоримся: я говорю, ты делаешь, и никак иначе. Если хочешь остаться целой, невредимой и такой же наглой, слушаешься меня, почище духовного наставника.
Я с сомнением посмотрела на мужчину: невысокий, коренастый, с тяжелым взглядом из-под широких бровей и едва заметным шрамом, рассекающим верхнюю губу, ‒ на духовного наставника он походил менее всего. Но в ситуации, в которой я волей Аверина оказалась, вести полемику не приходилось. Я закинула сумку и жакет на заднее сиденье внедорожника и, схватившись за ручку, подобную тем, что делают в УАЗиках, забралась вовнутрь. Комментарии по поводу автомобиля оставила при себе, как говорится, на вкус и цвет…
Плавно выехав с территории, мы направились в сторону больницы. Ездил по городу Серый без навигатора: то ли был слишком уверен в собственных знаниях, то ли пробок совсем не боялся. Тем не менее, на месте мы оказались минут через сорок ‒ отличный результат для разгара рабочего дня. Дорожную обстановку в это время «Яндекс» оценивает как минимум в шесть баллов.
Благодаря какому-то хитрому пропуску с триколором, прикрепленному к лобовому стеклу, любой шлагбаум Серега миновал без проблем, как я уже успела заметить на территории родного завода. Припарковался мой временный напарник прямо напротив входа в больницу.
‒ Внутрь я с тобой не пойду, так что постарайся вызвать у персонала симпатию и узнать, как зовут того таксиста.
‒ Правильно, а то в паре с тобой мои шансы упадут до нуля, ‒ огрызнулась я и спешно покинула машину.
В окошке, где выписывают пропуска, восседала неприступная на вид старая грымза и смотрела на всех подходящих за помощью, как на фашистов: с презрением и неудержимым желанием изничтожить.
‒ Здравствуйте, ‒ склонилась я в три погибели и как можно приветливее улыбнулась. ‒ К вам вчера мужчина поступил…
‒ Отделение и фамилия, ‒ отрезала дама, не потрудившись выслушать до конца.
‒ В том-то и дело, что я не знаю. Мы вчера вместе поступили…
‒ Вам тут не справочная, ‒ перебила меня дама. ‒ Справок не даем! ‒ и шарахнула дверцей окошка прямо перед моим носом.
«Это что сейчас было?» ‒ удивилась я местным порядкам и ошалело похлопала глазами. Рассудив, что, как ни улыбайся, с бабкой подружиться явно не получится, я направилась к охраннику. За купюру с изображением Ярославля он пропустил меня на отделения и даже любезно выдал бахилы. Поднявшись на лифте на пятый этаж, я вошла в нужные мне двери травматологии. На посту находилась молоденькая медсестра в фиолетовой униформе, к которой я и обратилась с просьбой, выложив на стойку для верности еще один «Ярославль».
‒ Добрый день, девушка. Вчера к вам мужчина поступил: довольно-таки высокий, блондин, еще усы старомодные носит? Был одет в серые спортивные штаны и черную футболку…
‒ Ковальский Максим, ‒ добродушно кивнула девушка, ‒ его уже выписали.
‒ А вы не подскажете, как его найти? Может у вас адрес остался или номер телефона…
‒ А вам зачем? ‒ прищурилась медсестричка, явно подозревая меня в нехорошем.
‒ Я у него в такси вчера важные документы оставила. Мы, кстати, после нападения сюда вместе поступили…
‒ А что за нападение? ‒ оживилась девушка.
Я не пожадничала и в красках расписала происшествие. Медсестра в это время перебирала бумажки в поисках информации о бывшем пациенте.
‒ Вам повезло, врачи еще не успели истории болезней разобрать. Записывайте, Комарова, тринадцать, корпус два, квартира шестьдесят три.
‒ Спасибо, ‒ сердечно поблагодарила я и отправилась к Сереге хвастаться первым добытым трофеем.
‒ Нам на Комарова, ‒ заявила я, как только влезла во внедорожник. ‒ Зовут парня Ковальский Максим.
‒ Умница, дочка, ‒ кивнул мужчина и завел мотор.
‒ Послушай, Серéня! Меня зовут Регина, ‒ процедила я. ‒ Не Снегурочка, не дочка и не как-либо еще!
‒ У меня плохая память на имена красоток, ‒ развел мужчина руками и ухмыльнулся, а я пообещала себе не разговаривать с Серегой, пока тот за рулем: безопасно ездить без рук можно только на велосипеде, да и то ‒ трехколесном. ‒ Но твое, ради исключения, так и быть, запомнить постараюсь.
Улица Комарова находилась в соседнем районе и ничем от десятков ей подобных не отличалась: обычные многоэтажки, сетевые магазины, гипермаркет и пара ресторанчиков. В небольшом сквере гуляют новоиспеченные мамы с колясками, любители собак и тунеядцы.
‒ С чего ты взял, что этот Максим в такое время дома? ‒ обратилась я к Сереге, когда тот припарковался внутри двора.
‒ Не проверим, не узнаем, ‒ хмыкнул напарник и демонстративно покинул салон.
‒ Вообще-то нормальным людям работать нужно, ‒ ворчала я, пока вслед за Сереней двигалась в сторону подъезда. ‒ Почему мы не могли отправиться к этому таксисту после шести? И завод не пришлось бы бросать…
‒ Вот я и работаю. Полиция, кстати, тоже… ‒ тонко намекнул напарник, и все дальнейшие возражения пришлось оставить при себе.
На домофоне Серый уверенно набрал чей-то номер и, заявив, что принес почту, распахнул передо мной дверь. Шестьдесят третья квартира находилась на третьем этаже, так что поднялись мы пешком. У двери Серега велел мне позвонить и «лыбиться во всю мочь», а сам поднялся на полпролета выше. Я сделала, как он просил, и топталась на коврике, растягивая губы.
Через несколько мгновений раздался звук отпираемого замка, и металлическая дверь распахнулась. На пороге стоял вчерашний блондин, только какой-то помятый. Светлые волосы с одного бока торчали «ежиком», из наспех натянутых штанов ‒ близнецов вчерашних, за исключением синего цвета, ‒ торчала резинка боксеров. Таксист зевнул, поскреб на удивление спортивный живот и поинтересовался:
‒ Привет, какими судьбами?
Я поджала губы и безмолвно ждала, когда уже Серега изволит спуститься и огласить таксисту цель нашего визита.
‒ Поговорить бы, ‒ наконец раздалось из-за моей спины, и я с облегчением отступила в сторону.
С минуту мужчины сверлили друг друга взглядами, как будто у каждого был встроен недоступный женскому пониманию измерительный прибор. Я стояла, притопывая каблуком, и переводила взгляд с одного на другого.
‒ Проходите, ‒ наконец, посторонился Ковальский.
Таксист провел нас на кухню и привычным движением включил подозрительно дорогущую кофемашину.
‒ Располагайтесь, гости дорогие, ‒ бросил он и скрылся в коридоре.
Серега уселся на стуле, а я тем временем оценила обстановку: свежая мебель, ничем не выдающаяся техника и какое-то запустение на полках. Единственная примечательная вещь ‒ все та же фирменная кофемашина, покупать себе которую лично я сочла ненужным расточительством. Вернулся блондин с посвежевшим лицом в черной футболке, но почему-то босиком. Взял с подставки чашку и с наслаждением отхлебнул. А я с какой-то неведомой жадностью вгляделась: не осталась ли у него пенка на усах. Сама не могу объяснить, чего я к ним так страстно прицепилась.
‒ Будете? ‒ с абсолютно чистыми усами кивнул он на агрегат.
Я отказалась, а Серега воспользовался предложением. Пока готовилась вторая порция напитка, таксист нырнул в холодильник и вытащил хлеб, сыр, масло и сливки. Это у него еще типа завтрак, что ли?
Наконец мужчины расселись, намазали неказистые бутерброды, и Ковальский справился:
‒ Ну так что?
‒Хочу узнать, кто девчонку обидел, ‒ кивнул в мою сторону Сереня, а я поморщилась. ‒ Ты же видел их?
‒ Ага. Трое было. Один твою красавицу схватил, а двое других мной занялись. Особо много разглядеть не удалось, меня вырубили быстро, а потом вещи забрали и машину расколотили.
‒ А что запомнил?
‒ Действовали слаженно, явно не в первый раз подобным занимаются. Лица были скрыты банданами, особых примет нет. Рост средний, комплекция средняя, ‒ усмехнулся блондин. ‒ Вряд ли у вас много шансов.
‒ Не густо, ‒ изрек Серега. ‒ Камеры во дворе были?
‒ Парочка точно висела, но не факт, что писали. У нескольких офисов окна во двор выходят, можно с «планктоном» потолковать, ‒ пожал плечами Ковальский. ‒ В одной конторе точно видели, народ обещал героически в свидетели пойти.
‒ Съездим, потолкуем, ‒ пообещал напарник.
‒ Так вы серьезно их искать собрались?
‒ По моему виду похоже, что я просто так дурью маюсь?
‒ Тогда я с вами, ‒ заявил блондин.
‒ Еще один балласт мне ни к чему, ‒ помотал головой Серый и со значением поглядел в мою сторону.
‒ Да брось, дело ‒ явный тухляк. А я их при встрече узнать смогу.
‒ Ну да, хамоватый таксист с полным отсутствием воспитания ‒ то, что нужно для дела, ‒ процедила я, глядя в упор на блондина.
‒ Тебе-то в этом какой резон? ‒ поинтересовался у неожиданного помощника Сереня.
‒ Тачка разбита, я остался без работы, так еще и денег за ремонт торчу, ‒ невесело усмехнулся блондин.
Я напряглась, ожидая вердикта Сереги. Не уверена, что смогу долго выдержать в компании этих типов.
‒ Ладно, первым делом предлагаю офисы проверить, ‒ наконец вымолвил Серый под мой разочарованный выдох.
‒ Ребят, так может вы и без меня прекрасно обойдетесь? ‒ внесла я предложение.
‒ Пропадем мы без тебя, Регинка, ‒ шутливо дал понять напарник, что ходатайство отклонено.
‒ Клоуны, ‒ пожала я плечами, а блондин в очередной раз выскользнул в коридор.
Через несколько минут Максим вернулся, одетый в простые джинсы и ту же черную футболку. Заметно подобревший Сереня запихнул в себя последний кусок бутерброда и направился к выходу, сосредоточенно работая челюстями. Тоже что ли его подкармливать начать?
Возле «Геледвагена» блондин оттеснил меня в сторону заднего сиденья и, нахально подмигнув, ловко запрыгнул вперед. А я ледяным тоном отвесила комментарий о том, что первые сорок лет детства ‒ самые сложные в жизни мальчика. И пристегнулась.
‒ Макс, ‒ почему-то счел подходящим момент, чтобы представиться, Ковальский и протянул руку Серому. Тот ладонь пожал и назвался в ответ. Потом блондин повернулся ко мне, перевесившись через спинку чуть ли не всем корпусом, промурлыкал:
‒ А ты, свет очей моих, значит, Регина, правильно?
Отвечать на это я нужным не сочла.
‒ А я уж думал, что больше не увидимся, мое Прекрасное видение, ‒ с придыханием продолжил тот.
‒ Сереня, а он нам точно нужен? ‒ обратилась я к водителю, игнорируя назойливого типа на пассажирском сидении. ‒ Может мы его где-нибудь в лесочке высадим?
Серега, имевший в плане физических данных весомое преимущество, хоть и был пониже ростом, ухмыльнулся и обещал подумать. А Ковальский пожаловался, что как на зло его чуткую душу к бессердечным гражданкам тянет, и вернувшись на место, на время угомонился.
Где находится вчерашний двор, Серый знал и без подсказок, а меня всю дорогу терзали смутные сомнения. Ох и нечисто с теми документами. То есть нечисто гораздо в большей степени, нежели я предполагала изначально. Если уж они были настолько важны, почему Евгеша не послал со мной того же Серегу? Или того лучше ‒ не попросил меня отдать тому ключи? Не думал, что может что-то случиться? Понадеялся на мою ответственность? Почему так необходимо было посылать именно меня? И если уж он знал, что связываться с Басковым себе дороже, зачем свалил из страны, не передав тому бумаги? Хотя, смотря за какой резон связываться… Может они незаконное строительство обтяпали, или капремонт по госзаказу с большим откатом и маленькой сметой… Кто их разберет, может Аверин вообще коллекторские услуги заказывал, чтобы усмирить отказавшихся платить клиентов.
«И что мне мешало вчера заглянуть в документы? Глядишь бы уже знала, что там к чему», ‒ посетовала я про себя. ‒ «Или лежала неизвестно где, зато вместе с бумагами».
Сквозь лабиринт из старых зданий, арок и дворов-колодцев Серега проехал без проблем и с первого раза попал в нужный нам «аппендикс».
‒ Талант, ‒ вслух оценила я.
Втроем мы покинули машину и огляделись: во дворе было все так же пустынно, осколки, украшавшие вчера асфальт, уже убрали, и ничего о случившемся недавно не напоминало.
‒ Камеры вон там и там, ‒ кивнул в две противоположные стороны Серега.
‒ Наши свидетели вон в той конторе, ‒ в ответ Макс указал на металлическую дверь под синей вывеской «Страховая компания «Белый город».
Мы дружно направились в указанном направлении. У этого офиса видеонаблюдение на первый взгляд отсутствовало. Во всяком случае, я сильно удивлюсь, если окажется, что у них установлены скрытые камеры вместо обычных. Хотя, с такими-то бдящими сотрудниками оно и ни к чему.
Мы вошли внутрь и оказались в небольшом холле, от которого отделялся извилистый коридор, а сквозь распахнутые двери прилегающих помещений на нас из-за рабочих столов с любопытством и неукротимой надеждой продать услуги взирали пять пар глаз.
Серега твердым шагом направился к ближайшему менеджеру, от чего тот скукожился и постарался отодвинуться от сомнительного посетителя подальше. Спинка стула ему в этом, надо сказать, сильно помешала.
‒ Добрый день, мы с коллегами, ‒ кивнул он на нас, ‒ хотели бы поговорить о вчерашнем нападении.
‒ Это вам в соседний кабинет, ‒ с облегчением на челе послал нас парнишка и оправдался: ‒ в нашем окна матовые.
‒ Спасибо, ‒ серьезно ответил Серый и покинул помещение.
В следующий кабинет мы ввалились уже втроем. Слышавшие весь диалог сотрудники в лице двух женщин и паренька лет двадцати выжидательно уставились на нас. Серега повторил просьбу и пообещал «как надо отблагодарить». Я бы на их месте такой благодарности поостереглась. Объяснил Серый наш интерес тем, что хочет прикинуть шансы найти нападавших, а в то полиции по этому поводу молчат.
Женщина, что постарше, закрыла дверь на замок и поставила чайник.
‒ У нас как раз перерыв намечается. Чай будете?
Я утвердительно кивнула, а мужчины отказались. Не иначе как до сих пор бутерброды переваривают. Дамы пригласили нас за низенький журнальный столик, на котором одиноко стояла ваза с конфетами. Парнишка, плеснув из кулера воды в видавшую виды кружку и зачерпнув пригоршню конфет, вернулся за свой стол. Мои спутники пристроились на стульях, предназначенных для клиентов и терпеливо ждали, пока дамы подготовятся к чаепитию. Передо мной поставили одноразовый стаканчик с бултыхающимся в нем пакетиком, и я с облегчением выдохнула: честно говоря, слабо представляю, как смогла бы пить из чужой посуды.
Наконец, женщины обустроились, водрузив на стол в качестве финального штриха вафельный тортик. Последний раз я ела такой в детстве, и то ли трава в то время была и в правду зеленее, а деревья ‒ выше, то ли за прошедшие годы десерт серьезно схуднул: сейчас моим глазам предстал тощий прямоугольник в пластиковом поддоне.
‒ Так что вам вчера удалось увидеть? ‒ задал вопрос Серега, как только обе женщины оказались за столом. Терпеливый он у нас, однако.
‒ Я в тот момент как раз цветы поливала, ‒ начала говорить женщина, которая была полнее, но моложе сослуживицы. ‒ Сейчас за азалией особый уход нужен, ‒ зачем-то пояснила она. ‒ Гляжу, машина какая-то белая к нам во двор заезжает. Ну, думаю, мало ли в какую это контору. А во дворе у нас как-то скучно всегда, безлюдно. Смотреть-то особо не на что. Потом девушка из машины вышла. Да далеко отойти не успела: откуда-то три бандита взялись. Лица платками завязаны, у двоих бейсбольные биты ‒ как есть отморозки! Один девочке шею свернул, а двое других на водителя напали. Я в этот момент как закричала, аж Антонина с Гришей подбежали.
‒ Мы в окно выглянули, ‒ продолжила, если я верно поняла, Антонина. ‒ А там уже девушка и парень, водитель который, на земле лежат. Оба без сознания. А бандиты эти стали у них по карманам лазить, машину обыскали. Потом двое пошли к арке, а третий возле машины задержался и как начал по ней своей палкой лупить. Стекла во все стороны так и посыпались. Ну грабители нынче пошли, ‒ покачала дама головой. ‒ Теперь и на работу боязно ходить, хоть и баллончик в сумочке лежит.
‒ А пока мы спорили стоит вызывать полицию, или без нас вызовут, водитель этот оклемался и сам к нам пришел телефон просить, ‒ добавила первая дама.
‒ А как выглядели грабители, описать можете? Может приметы какие запомнили?
‒ Одеты, значит, были в черное, ‒ принялась Антонина старательно описывать внешность нападавших. ‒ Не толстые, про рост не подскажу, обычный, вроде. А вот платки у них интересные повязаны были: как будто всполохи огня нарисованы, у одного желтые, у другого красные, а у третьего ‒ зеленые.
‒ Волосы у всех темно-русые, ‒ добавила та, что постарше. ‒ Ушли через ту арку. У нас же еще один проход есть, но он узкий, для машины не годится, а вот для человека ‒ запросто.
‒ Спасибо, ‒ серьезно поблагодарил Сереня и протянул визитку. ‒ Мало ли вдруг что еще вспомните, позвоните, пожалуйста.
А в качестве благодарности застраховал у них наши жизни и здоровье. Даже на Ковальского не поскупился. Я с облегчением встала из-за неудобного стола и размяла ноги, мечтая поскорее избавиться от неудобных туфель, предназначенных красиво торчать из-под офисного стола, а не для того, чтобы стачивать набойки, бегая по городу.
Серый на правах командующего велел нам ехать по домам, а сам собрался проверить камеры. Я с облегчением покинула двор в компании Максима и, стоя у проспекта, прикидывала, как бы попасть обратно на завод. К услугам такси у меня с недавнего времени резонная неприязнь.
‒ Тебе в какую сторону? ‒ спросил блондин.
‒ Ближайшего метро, ‒ пожала я плечами и попыталась выяснить, в какой стороне таковое расположено.
‒ Тогда нам по пути, ‒ кивнул мужчина и, приобняв меня за плечи, куда-то повел.
‒ Слушай, Ковальский, тебе за такие манеры еще ни от кого не перепало? ‒ демонстративно вздохнула я и скинула его руку. ‒ Или перепало, но до тебя все равно не доходит?
‒ Ага, перепало, еще как. Только не то, что ты подумала, ‒ заржал блондин.