Последняя фея королевства, или Заветное желание наперекосяк

Глава 1

Холод гнал вперед. Он же заставлял кутаться в видавший виды старенький плащ, подбитый заячьим мехом. Вокруг не было ни души, и даже ветер не досаждал своим присутствием, только снег, звезды и я. Волшебная ночь. И я выбрала провести ее в лесу, хотя маме сказала, что отправляюсь отмечать Новогодие на городскую площадь с подружками. Может, зря соврала, конечно, но узнаю об этом только, когда попробую.

Я сильнее припустила вперед, ноги увязали в рыхлом снегу, а мокрые и холодные снежинки кусали за лицо, липли к волосам. Любоваться сказочной красотой припорошенных снегом деревьев и умиротворением было недосуг. Да и нельзя наш лес с затухающим источником назвать мирным. Когда-то сильнейший, питавший все близлежащие королевства, источник магии ослабел и сделался порталом в наш мир для всяческих тварей. В обычное время лес был населен ими как улей – пчелами, но все знали, что есть лишь одна ночь в году, когда даже потусторонним монстрам не по силам пробиться сквозь барьер. Ночь новогодия. Только в это волшебное время можно было спокойно добраться до источника и загадь лишь одно, самое заветное желание. И у меня такое имелось!

Я всем сердцем желала, чтобы мои младшие братья, близнецы Каил и Дем, никогда больше не плакали от голода или холода, чтобы не болели так часто, и чтобы мама не светилась больше от худобы и изможденности. И я собиралась попросить этого у источника магии, пока он еще не погас окончательно, и пока надежда на лучшее еще теплилась во мне.

Найти его труда не составляло – все еще яркий, хоть и не так как прежде, переливающийся всеми цветами радуги столб света, уходящий ввысь, был виден из любой точки леса, нужно было только идти на это сияние, как на свет маяка. И я шла. Казалось, весь мир застыл, сопровождая немым одобрением мой путь. Ни одна птица не чирикнула, ни одна веточка не шелохнулась, ни одна снежинка не прошла мимо предназначенной ей траектории. Руки в тонких перчатках окоченели, разбитые ботинки промокли и стали тяжелыми, так что пальцев ног я давно уже не чувствовала, но упрямо двигалась вперед, к источнику, не зная, как долго еще продлится мой путь в этом замершем безмолвии.

На полянку я вышла, уже не веря, что вообще когда-нибудь доберусь до заветной цели. Просто в какой-то момент деревья расступились, и моим глазам предстал каменный колодец, из которого вверх бил столб света. Из-за его яркости пришлось прищуриться и прикрыть глаза ладонью. В их уголках от невероятного облегчения выступили слезы, а из горла вырвался неясный хрип. Последние метры я преодолела бегом – откуда только силы взялись, не иначе как второе дыхание открылось. А возле колодца упала на колени и прислонила ладони к шершавой каменной кладке.

– Я дошла, дошла! – шептала я источнику и прижималась к нему, как к самому родному существу на свете. – Источник, миленький, исполни в Новогодие одно желание обыкновенной девчонки. Сделай так, чтобы наша семья больше не нуждалась и не голодала, я знаю, ты волшебный, ты все можешь. Для тебя ведь это сущие пустяки, правда? Я так долго шла к тебе, но я верила, что ты поможешь. Знаешь, моя мама была такой красавицей, на нее всегда все заглядывались, а теперь ее не узнать. Она берется за любую работу, даже самую тяжелую, лишь бы прокормить нас. Я ей, конечно, помогаю, но она все равно берет самое трудное на себя, оставляя мне что полегче. Но сейчас у всех такие тяжелые времена, что простая краюха хлеба кажется пиром, – я прислонилась спиной к колодцу, прикрыла глаза и принялась рассказывать источнику о своих горестях.

О маме, о братьях, о том, что он – моя последняя надежда. Язык уже начал заплетаться от усталости, как где-то недалеко хрустнула ветка. Я встрепенулась и принялась подслеповато оглядываться, но свет от источника был слишком ярким, поэтому, что творится в лесу, видно было плохо. Однако разглядеть два светящихся алым глаза и услышать тяжелое дыхание я все же смогла.

– Сегодня же не должно быть никого, – шепнула я самой себе и сильнее вдавилась в кладку колодца.

Может, это все мне кажется от усталости и переохлаждения? Но дикий, протяжный вой потусторонней твари не был похож на галлюцинацию.

– Источник, родненький, помоги, – взмолилась я.

Так не хотелось в финале своего путешествия быть растерзанной мерзким монстром, ведь в своих фантазиях я возвращалась с победой и радовала близких. Не хотелось расстраивать маму и оставлять ее одну со всеми трудностями, хорошо хоть желание загадать успела – значит, у моих все непременно будет хорошо… Я всхлипнула судорожно, сжалась в комок и принялась отсчитывать секунды в ожидании собственной смерти, ведь противопоставить ей мне было совершенно нечего, желание-то уже загадано. Я уже чувствовала ее зловонное дыхание, как вдруг порыв ветра ударил мне прямо в лицо, заставляя вздрогнуть и распахнуть глаза.

Прямо передо мной возвышался могучий длинноволосый воин с огромным мечом наперевес. Именно этим мечом он и отрубил одним махом голову чудовищу, похожему на гигантского бешеного волка, прямо на моих глазах, не позволив тому добраться до меня считанные метры.

– С-спасибо, – простучала я зубами, во все глаза глядя на мужчину. Откуда он тут взялся?

Возле ног воина валялась обезглавленная, тошнотворно воняющая туша, окрашивая снег в розовый, с меча падали бордовые капли, тяжелый с серебристым мехом плащ укрывал широченную спину. Незнакомец стоял ко мне полубоком, и в свете источника я легко могла разглядеть его хмурый профиль, прямой нос, решительный подбородок и лунного цвета гриву волос, заплетенную в сложную косу.

– Ты еще здесь откуда? – рявкнул он, повернувшись ко мне. – Совсем безголовая или счеты решила с жизнью свести таким нестандартным образом? Так давай я тебе помогу! – он подкинул меч в ладони и стал сверлить меня взглядом темно-серых, как ртуть, глаз, а я вдруг поняла, что не избавилась от чудовища, а лишь попала в лапы еще более страшного существа.

– Я желание у источника пришла загадать, – мой голос сорвался на шепот и под этим тяжелым взглядом жизненно-важная затея показалась мне до ужаса глупой. Я сама себе стала казаться невероятно глупой. – А вы? – пискнула нервно.

– Явно не за тем же самым, – хмыкнул воин, и его взгляд смягчился. – Почему у источника пришла просить, а не монетку в фонтан кинула?

Настал мой черед смотреть на незнакомца, как на малахольного.

– Всем известно, что в Новогодие источник способен исполнить заветное желание, а твари не способны преодолеть его барьер, – я вытерла мокрые от слез щеки ладонями. Похоже, этот гигант не так страшен, как мне показалось вначале. Сдавивший сердце кулак начал потихоньку отпускать, и крупная дрожь от страха сменилась мелкой – от холода.

– Как видишь, это не правда, еще как способны, – с усмешкой заметил воин и подал мне руку в кожаной перчатке с обрезанными пальцами. – А вот источник почти пуст, на твоем месте я бы не рассчитывал на него особо. Вставай, пока окончательно не замерзла.

Я послушно протянула ладонь и тут же взлетела – поднять меня мужчине ничего не стоило. Носом я уткнулась ему в грудь, защищенную доспехом, и только лишь тогда рассмотрела значок с изображением щита и меча, какой обязаны были носить все миротворцы. Страх снова окутал с головой, и я инстинктивно отступила на шаг от мужчины. Даже острая боль от того, что все это было зря и никакое мое желание скорее всего не исполнится, отошла на второй план. У миротворцев в народе ходила дурная слава, хотя вживую мы их почти и не встречали. Поговаривали, что они, пользуясь положением, безнаказанно мародерили, портили девиц и творили прочие беззакония, какие только взбредали в их горячие головы. А что могло прийти на ум конкретно этому, стоящему напротив меня, я даже представлять не хотела. Поскольку, судя по внешнему виду и внутренней энергии, исходившей от него, этот мужчина мог позволить себе абсолютно все.

– С-спасибо, – я отодвинулась еще на шаг и уперлась поясницей в колодец. – Я, пожалуй, пойду, не буду вам мешать…

– И далеко уйдешь одна?

– До дома, надеюсь, – я уставилась на носы своих ботинок и принялась ждать, когда же миротворец меня отпустит. О том, чтобы просто взять и уйти без разрешения, я и помыслить не могла.

– Ты и правда такая бестолковая или притворяешься? – прищурился он.

– Я не притворяюсь!

– Идем, провожу, иначе, боюсь, твоим родственникам хоронить даже нечего будет. И как только до колодца добралась? Но помни, должна мне будешь, – миротворец пошел точно по моим следам, оставленным на снегу, а я так и осталась стоять на месте. Разум отказывался принимать происходящее. – Тебе особое приглашение нужно? – обернулся он. – Или решила все-таки стать поздним ужином для волнера? Так тут еще и скаурды водятся, и прочая дрянь.

–Нет, – я припустила следом за миротворцем. – Я с вами, – похоже, из всех возможных зол он все-таки был наименьшим.

И не зря я так подумала. Буквально через пару сотен шагов что-то незримо изменилось вокруг нас. Воздух в лесу будто стал гуще, походка мужчины – более плавной, скользящей, и я, предчувствуя нехорошее, принялась озираться по сторонам. Легкий ветерок донес отвратительный запах гниения, и внезапно прямо из-за деревьев на меня выпрыгнул волнер. Раззявленная пасть целилась в мое горло и обязательно достигла бы цели, если бы не миротворец, который вовремя подставил руку. Зубы клацнули о металлический наруч с острыми шипами, высекая скрежещущий звук. Монстр повалил воина на землю и уже готовился загрызть его насмерть, как тот одним неуловимым движением перевернулся, оказавшись сверху чудовища, и голыми руками свернул ему шею. Тошнотворный треск, что сопровождал это действие, я, наверное, запомню на всю оставшуюся жизнь.

А потом среди запорошенных снегом ветвей я увидела с десяток пар кровавых сияющих глаз. Волнеры капали тягучей ядовитой слюной на снег, не сводя с нас алчущих взглядов.

– Встань вон к тому дереву и постарайся не подавать признаков жизни, – едва слышно приказал миротворец, поднимаясь с колен, вытянул меч и словно растворился в воздухе.

Глава 2

Миротворец двигался с такой немыслимой скоростью, что глаз простого человека не способен был уследить за его молниеносными движениями. Я видела только, как летели головы волнеров, как они бестолково метались в попытке добраться до противника, но миротворец был недосягаемо быстр, у монстров против него просто не было шансов. Не прошло и пары десятков вдохов, как притоптанный снег вокруг воина оказался усыпан темными тушами. Зловоние, что они распространяли, вышибало слезы из глаз, а может то было свидетельство испытанного ужаса и последовавшего за ним облегчения. Уже второй раз за короткий промежуток времени этот страшный мужчина спасал мою жизнь. Миротворец щелкнул пальцами, спуская белое пламя, и то, что осталось от волнеров, мгновенно обратилось угольно-черным пеплом.

– Неплохой сегодня улов, больше десятка тварей, – довольно хмыкнул он, даже не запыхавшись после схватки, обернулся и скомандовал: – Идем.

Мы двигались молча. Воин уверенно шагал впереди, ориентируясь на мои не до конца заметенные следы, я же старалась не отставать и не думать о том, что только что увидела. Миротворец никак мне не помогал, предоставляя справляться с трудностями своими силами, но этому обстоятельству я скорее была рада. Руки и ноги согрелись еще возле колодца, наверное, от перенесенного ужаса, и только осоловелая усталость мешала идти так же быстро, как и мой провожатый. Ну и еще существенная разница в росте. В какой-то момент я начала спотыкаться все чаще, отставать, а в конце и вовсе из последних сил переставляла ноги. Миротворец это заметил, тяжело вздохнул и взвалил меня на плечо.

– Ну точно бестолковая, – проворчал он. – Какое желание хоть загадала? Стоило оно того? – воин продолжал бодро шагать, неся меня, и скорость его ни капли не изменилась. – Дай, угадаю – жениха богатого! Или красивого?

Вообще-то мне было уже все равно, о чем болтает этот мужчина, пускай смеется, пускай хоть что делает, лишь бы не трогал и действительно помог добраться до дома. Даже мужская ладонь, придерживавшая меня за бедра и так остро ощущавшаяся сквозь ткань плаща и платья, не особо беспокоила, как и возможные новые встречи с тварями. Все равно они этому воину на один зубок. А вот последний вопрос отчего-то задел, поэтому я на него ответила:

– Загадала, чтобы братья и мама больше голода не знали, – буркнула обиженно. Голос от того, что я висела вниз головой, сделался хриплым.

– И мать тебя отпустила?

– Я соврала, – пришлось признаться. – Сказала, что иду с подругами на площадь праздновать.

– Сколько тебе лет-то хоть, безголовая? – отстраненно полюбопытствовал миротворец. Наверное, ему было скучно просто так шагать, еще и нести меня.

– Восемнадцать, – буркнула обидевшись.

– Взрослая уже, а в сказки веришь.

– А что еще оставалось делать? – вскинулась я. Легко ему говорить, он-то наверняка никогда голода не знал и не слышал, как плачут на соседней кровати малыши, жалуясь на боли в пустых желудочках. – В городе работы почти нет, а за ту, что осталась, платят едва ли не объедками. А у меня братья маленькие постоянно болеют и мама совсем одна.

– Времена сейчас для всех тяжелые, – заметил воин. – Но вот сгинула бы ты в лесу, думаешь, твоей маме легче от этого стало?

– Я не знала, что все рассказы про Новогодие – выдумки, – призналась тихо.

– Если бы были не выдумки, тут в эту ночь не протолкнуться было, – логично заметил он то, до чего я своим умом не дошла. – Но тебе сегодня повезло, считай, эта ночь и правда волшебная, возьму тебя к нам в замок на кухню работать. Местные нас побаиваются, поэтому еще одна пара рук лишней не будет. Ты готовить-то хоть умеешь?

– Умею. А… только готовить нужно будет? – выдавила, не зная, как побороть смущение. Столь интимные темы я обсуждала с мужчиной в первый раз, но и вот так согласиться, помня о слухах и не обсудив все детали, я не могла. Мало ли для каких целей они в замок девиц набирают, на пустом месте народ говорить бы не стал.

– Может, еще прибраться где или в прачечной помочь.

– И все? – продолжала допытываться я, хоть и вести разговоры, вися вниз головой, было не то чтобы удобно.

– А что еще? Постой, ты о чем подумала, безголовая? – остановился миротворец. – Мои мужчины без предварительного согласия женщин не берут, так что если что и будет, то только, если ты сама захочешь. И сможешь уговорить, – похабно хмыкнул он.

– Так что, согласна? Десять коинов в месяц, питание и проживание за наш счет.

А у меня от такого предложения дух перехватило. Десять коинов – это в два раза больше, чем нам с мамой удавалось зарабатывать в самые лучшие месяца! Возможности отказаться этот воин мне попросту не оставил.

– Я согласна, – выдохнула, отринув страхи. В конце концов, если бы не он, я бы давно уже стала кормом для бешеного волнера, да и на источник, как выяснилось, надежды не было никакой.

– Тогда держись, – после этих слов воин резко повернул в сторону, и мы помчались со скоростью ветра.

Стволы деревьев так часто проносились перед глазами, что слились в одну сплошную серую стену. Я ухватилась покрепче за плащ миротворца, боясь упасть, разбиться насмерть, да так и не заработать для своей семьи хоть монетку. Зато по ощущениям уже где-то через четверть часа мы остановились возле высокой замковой стены. Мужчина опустил меня на землю перед воротами, поправил ворот плаща и сказал:

– Как тебя зовут-то хоть, безголовая?

– Дора.

– Хорошо, Дора. Сейчас тебе нужно будет принести магическую клятву верности мне и моим людям. Готова? – я кивнула. – Повторяй: приношу клятву верности Агнару Варденсону, первому лорду Северных земель, обещаю служить ему и его людям верой и правдой, хранить их секреты и не вредить своими действиями или бездействием.

Я в точности воспроизвела слова клятвы, и лорд Северных земель щелкнул пальцами, высекая магическую искорку, которая подлетела ко мне и врезалась прямо в грудь. Я ощутила легкое жжение и растерла это место ладонью.

– Что ж, добро пожаловать в оплот миротворцев, Дора, – провозгласил первый лорд, кивнул кому-то на сторожевой башне, и небольшая калитка рядом с тяжелыми створками замковых ворот открылась.

Мы прошли внутрь. По периметру замковой стены горели простые факелы, что не могло меня не удивить – я думала, все, кто не находится за порогом бедности, пользуются магическим освещением. Видимо, дела и правда плохи, раз даже миротворцы вынуждены прибегнуть к обыкновенному огню. Поскольку для общего подъема было еще рано, на пути нам встретились только постовые, которые при виде своего лорда почтительно склоняли головы, меня же провожали удивленными взглядами. Хозяйственные постройки были соединены с главной башней, в них мы попали через боковой вход и проследовали пустынным коридором до кухни. Миротворец распахнул дверь и пропустил меня внутрь, только потом вошел сам. На меня дыхнуло таким теплом, что щеки, привыкшие к морозу, мгновенно начали гореть. Я с блаженством впитывала дармовое тепло в себя, будто его можно было накопить, а потом использовать в случае чего.

– На кухне уже вовсю кипела работа – повара готовили завтрак.

– Ваше сиятельство, – к нам подошла дородная дама, по возрасту годящаяся мне в бабушки, и низко поклонилась лорду.

– Здравствуй, Кона, – тепло приветствовал женщину тот. – Я тебе помощницу привел, говорит, что хочет у нас служить, – лорд подтолкнул меня между лопаток так, что пришлось выступить вперед. – Знакомься, это госпожа Кона, наша главная кухарка.

– Лишние руки – это хорошо, они всегда пригодятся. Как тебя зовут, девочка? – неожиданно приветливо улыбнулась она мне.

– Доро… Дора, – поправилась я.

– Сколько лет-то тебе, Дора? – всплеснула руками кухарка. – Совсем ведь дитя еще.

– Восемнадцать.

– А выглядишь совсем крохой! – не поверила добрая женщина, но я и правда всегда была чуть меньше сверстниц. – Да и откуда росточку-то взяться, когда голод кругом. Ну ничего, мы тебя откормим.

– Определи Дору в комнату, пусть отогреется и переоденется в сухое, а потом отправляется помогать тебе, – распорядился лорд, а я вдруг засмущалась, осознав его высокое положение, и, заикаясь, окликнула:

– П-простите, ваше сиятельство, а мама?

– С рассветом отправлю к ней посыльного. Ее и твоих братьев перевезут сюда, как только я смогу понять, что ты действительно стоящий работник.

– Я буду очень стараться! – заверила и кулаки прижала к груди.

Лорд Агнар неопределенно кивнул и оставил нас. Кухарка отдала распоряжения двум другим женщинам и повела меня в комнату. По пути она расспрашивала меня о том, где я родилась и выросла, с кем живу. Совсем недалеко от помещения кухни мы остановились возле незапертой деревянной двери. Кона распахнула ее, подожгла свечку от факела, горящего в коридоре, и провела меня внутрь.

– Располагайся, – махнула она рукой.

Глава 3

Комнатка была тесной, зато на одну кровать. Кроме нее тут уместились шкаф, стул со столом возле маленького окошка и камин в углу, в другом углу стоял рукомойник с ведром, на каменном полу лежала тканая ковровая дорожка, видимо, чтобы ступни не морозить по утру.

– Народу мало у миротворцев служит – боятся их, а помещений полно осталось, еще от прежних хозяев, так что, считай, мы тут со всеми удобствами живем. Располагайся, одежду сухую и постельное белье тебе занесут, я пришлю Карину, потом отдохнешь часок – я смотрю, ночка у тебя та еще выдалась, а потом приходи ко мне на кухню, посмотрим, на что ты годишься.

Кона помогла мне растопить камин, болтая о том и о сем, а потом и правда оставила меня, давая возможность отойти от ночных приключений и передохнуть. Карина, светловолосая девушка на вид чуть старше меня, появилась минут через пять. В ее руках лежала стопка постельного белья, пахнувшего мыльным корнем, простое темно-коричневое платье, новое на вид, шерстяные чулки и сорочка. Я поблагодарила девушку, и та, не задерживаясь, покинула мою комнату. Наверное, и правда работы у них невпроворот, шутка ли – столько воинов обслужить.

Оставшись в одиночестве, я первым делом задвинула щеколду на двери, а потом избавилась от холодной и мокрой одежды. Нарядное, украшенное замысловатыми вензелями бордовое платье, еще мамино, аккуратно развесила на стуле и пододвинула тот к камину, свою нижнюю рубашку и плащ убрала в шкаф, оставшееся белье сложила в корзинку, которую обнаружила там же в шкафу, нужно будет потом постирать. Промокшие насквозь ботинки тоже поставила ближе к огню, чтобы хоть немного просохли. Растрепавшуюся косу переплела, надела форменное платье, походу отметив, что оно мне великовато – попрошу потом у Коны нитку с иголкой, чтобы ушить. Застелила постель и прилегла, чтобы действительно чуть-чуть отдохнуть после безумного приключения. Только прикрыла глаза и сама не успела заметить, как провалилась в сон. Последней связной мыслью стало: «А новогоднее желание все-таки сбылось!»

Разбудил меня звук горна, заставив едва ли не подпрыгнуть на кровати. Сердце быстро колотилось от непривычной побудки, а я оглядывала незнакомые стены вокруг себя и никак не могла понять, где нахожусь. Лишь спустя несколько вдохов память подкинула воспоминания о событиях минувшей ночи. Итак, я чудом два раза избежала смерти, попалась на глаза главе миротворцев и теперь буду служить у него в замке. Не знаю, к добру все случившееся или к худу, но сделанного не вернешь, надеюсь только, что слову северного лорда верить можно, и моей семье теперь не придется голодать. А с остальным я справлюсь, тяжелой работы уж точно не испугаюсь. Я быстро накинула покрывало на кровать, пригладила волосы и поспешила к Коне.

– Отдохнула? – тепло улыбнулась мне женщина, тогда как я боялась, что ругать будет за опоздание. Ведь неизвестно, как долго я проспала. – Проходи, сейчас каши тебе положу, а потом уже дам задание, а то какая уж тут работа на голодный желудок.

– Спасибо, – губы дрогнули и сами собой растянулись в улыбку, эта женщина нравилась мне с каждым вдохом все больше.

Редко где я встречала такое человеческое отношение, в основном все шпыняют работников, стараясь стребовать с них как можно больше, и заплатить при этом как можно меньше. Передо мной встала плошка с дымящейся кашей, поверх которой – невиданная роскошь – плавал подтаявший кусочек масла. С тех пор, как магический источник, питавший все ближайшие королевства, почти угас, люди лишились магии, а феи и вовсе закрылись на своих землях, поставив над ними непроходимый купол. Урожаи без магической подпитки стали падать, зверье в лесу жрали потусторонние твари, использовавшие источник в качестве портала в наш мир. Повсюду наступил голод и разруха, все-таки магия играла едва ли не ведущую роль в нашей жизни. Нигде без нее не обходились, в какую область ни ткни. Маги и волшебные существа пытались восстановить источник, собирали советы, искали решение в старинных манускриптах, искали пророчества… Все оказалось тщетным.

Я вдохнула давно позабытый сливочный аромат и взялась за ложку. Теплая каша таяла на языке, согревала изнутри и оставляла после себя приятную тяжесть в желудке, никакого сравнения с пустой, чуть сладкой овсянкой на воде, к которой я давно уже привыкла. «Эх, вот бы братьев сюда, представляю, как бы обрадовались Каил и Дем, они отродясь такой сытной и вкусной пищи не пробовали». С кашей я расправилась в два счета, запила отваром шиповника и уже через несколько минут стояла перед Коной, готовая к работе.

Задания следовали одно за другим, почти не оставляя времени для передышки, но оно как раз и понятно. Кто как работает, тот так и ест – это давно уже стало непреложным правилом нашей жизни. Сначала я чистила картошку, морковку, лук, резала все это, потом отмывала чугунные чаны от жира, помогала резать салат, снова мыла посуду… Кона, которая почти всегда была рядом, постепенно рассказывала о жизни в замке. Она тут служила еще с тех времен, когда в замке квартировал наш пограничный гарнизон, это уже потом из-за источника стали случаться все более ожесточенные стычки наших магов с феями, и северные соседи вынуждены были прислать своих воинов для прекращения беспорядков. Так и оказался замок в их полном распоряжении.

– Всякое тут бывало, – вздыхала женщина, делясь воспоминаниями. – И страстей всяких я навидалась, дочка, но как только лорд Агнар со своими людьми сменил прежнего лорда, так у нас порядок и настал. Мы все нарадоваться на их сиятельство не можем. Всех лихачей он наказал и извел, дай источник ему здоровья, теперь тут только достойные службу несут. Так что ты не бойся, Дора, никто тебя не обидит и руку на беззащитное дитя не поднимет. Настали у нас спокойные времена…