Хроники Ливэя

Глава 10. 29 апреля. Пятница.

Иоши проснулся задолго до рассвета. В ближайшие дни Эри должна проверить все дополнительные зацепки, Иоши же предстоит получить информацию от Хидео. Задача не из простых. Несмотря на их связь и прошлое, Хидео прежде всего лидер кадзоку, а значит, за информацию придется заплатить. И явно не деньгами.

Когда родителей Иоши убили, ему едва исполнилось 6 лет. Маленький хмурый растерянный мальчишка, он довольно быстро сообразил, насколько опасен теперь для него окружающий мир. Родители Иоши состояли в местной крупной банде, и совсем не пытались оградить Иоши от реалий жизни. Что мог противопоставить безжалостным взрослым одинокий маленький ребенок? Бежать, прятаться, выживать. Несколько месяцев скитаний по улицам завершились встречей с молодым красивым юношей лет 19. Высокий, худой, изящный парень с черными волосами, собранными в тугой пучок на затылке, посмотрел на маленького Иоши бесстрастным взглядом и сухо сказал: «идём со мной, младший брат». Иоши никогда раньше не видел этого парня, но что-то в нём внушало доверие.

Они много лет ютились вдвоём в крошечной комнате Хидео в трущобах, пока тот пробивался на вершину кадзоку сквозь все преграды жесткой иерархии. Иоши никогда не спрашивал, почему Хидео приютил его. Зачем оплачивал учёбу, учил всему, что знал и умел, защищал и оберегал. Почему никогда не просил ничего взамен своей помощи.

Именно Хидео в своё время подтолкнул Иоши к пути сотрудника безопасности, желая ему лучшего будущего и видя в нём потенциал.

В детстве Иоши несколько раз слышал, как прежний глава кадзоку называл Хидео своим лучшим ниндзя, но не понимал значения этого устаревшего слова.

По окончании института Хидео вызвал Иоши к себе, и между ними состоялся первый и единственный откровенный разговор, раз и навсегда выстроивший между ними границы.

– Ты теперь правопорядчик, младший брат, – как всегда сухо начал Хидео, – мы теперь принадлежим разным мирам.

Хидео привычным жестом указал Иоши на чайник с чаем.

– Я отпускаю тебя жить своей жизнью. Ты ничего не должен кадзоку, ты ничего не должен мне. – Хидео отвел взгляд в сторону, – но впредь, если тебе понадобится моя помощь, я буду брать с тебя полную цену.

Хидео перевел взгляд на Иоши, выдержал небольшую паузу и добавил:

– Свой долг перед тобой я покрыл с полна.

Иоши мрачно уставился на единственного близкого человека. Он ожидал подобного разговора, но всё же чувствовал давящую грудь тоску. Хоть они уже давно не делят одну комнату на двоих, именно сейчас наступил момент настоящего прощания.

– Мне приказали убить всю семью. Первое по-настоящему серьезное задание. Но я не смог убить ребёнка. Я оставил тебя в живых, – на лице Хидео едва заметно читались давно подавленные эмоции, – а значит, нёс за тебя ответственность.

Слова Хидео не стали для Иоши неожиданностью, он уже давно понял, какой именно душевный груз заставил молодого перспективного убийцу кадзоку приютить незнакомого маленького мальчика.

– Мы никогда не вернёмся к этому разговору. Не переходи мне дорогу, Иоши Такахаси, – на секунду на красивом бледном лице Хидео заиграла легкая улыбка, – и заходи на чай хотя бы раз в год.

С того знаменательного разговора прошло больше 10 лет, им приходилось пересекаться по вопросам жизни города много раз. Но каждый год Иоши приходил на чай как частное лицо, как младший брат. Они молча пили чай, жали друг другу руки и возвращались к своим делам.

Хидео жил на Жемчужной, 8 в районе рабочего персонала. Дом с видом на водохранилище, парк и район энтертеймента в центре. По расположению в районе Р.П. самый элитный дом. На первом этаже располагались различные заведения, связанные с делами кадзоку, и что-то вроде офиса. На втором этаже жил Хидео. Половина этажа отводилась на личные покои – огромное открытое пространство типа лофта, но с добавлением уюта. Дизайн помещения выполнен в современном стиле. Встроенный в стену открытые шкафы, полки, хранилища оружия и предметов искусства. Большие окна, сдержанные минималистичные цвета – сплошь оттенки серого и белого, много живой растительности, в том числе икебаны и множество деревьев бонсай разных видов и стилей.

Хидео любил деревья бонсай. В его коллекции встречались фикусы, айва, боярышник, вяз, можжевельник и даже осина. Больше всего ему нравился «Неправильный стоячий стиль» и «Изогнутое дерево дракон». Именно в этих стилях он вырастил большинство своих деревьев.

На первый взгляд могло показаться, что это больше сад, чем дом. Настолько наполнено пространство зеленью. В одном углу даже расположился небольшой искусственный водопадный фонтан. Из мебели лишь кровать, диван, пару кресел, журнальный столик, обеденный стол и небольшая кухня. Единственное огороженное пространство – ванная комната с уборной.

В жилой половине Хидео принимал только самых близких – Иоши и свою девушку Тоши. Вторая же половина этажа, выполненная в традиционном японском стиле: от цветовой гаммы, татами, ширм и перегородок до подушек на полу и низкой деревянной мебели – делилась на три просторных помещения и предназначалась для деловых встреч и сбора членов Кадзоку.

Иоши на мгновение задумался и постучал в дверь 4 раза. Хидео встретил его сдержанной улыбкой и жестом пригласил пройти к столу для чаепитий.

Все ступени очистки Иоши прошёл еще в тамбуре перед входом в само жильё. Дом Хидео – единственное место в городе, где Иоши не чувствовал, что воздух переработан. Возможно, из-за обилия растений. А может, причина крылась в чём-то другом.

– Ты пришёл как эксперт или как младший брат? – сдержанно поинтересовался Хидео.

– Как эксперт, – Иоши сел за стол и начал разливать чай.

Хидео поднял ладонь в останавливающем жесте.

– Сначала дела.

Иоши остановился, кивнул и коротко изложил суть вопроса.

– Я действительно знаю, кто и для чего заказал яд. Это довольно любопытная информация.

– Цена?

Хидео коротко ухмыльнулся.

– Какая тебе с этого выгода, ведущий эксперт Такахаси?

– Мне нужно раскрыть дело.

Хидео отрицательно покачал головой.

– Убили мою коллегу. Это принципиальный вопрос.

Хидео сердито цыкнул и нахмурился.

– Какая твоя личная выгода, Иоши? Почему ты пришёл ко мне? Ты мог и без меня распутать этот клубок. Но ты торопишься. Срезаешь углы. Я хочу знать причину.

Иоши упрямо посмотрел в глаза Хидео и поджал губы.

– Вот как, – Хидео рассмеялся, – хорошо. Я слишком хорошо тебя знаю, младший брат.

Хидео резко изменился в лице и продолжил уже холодным деловым тоном:

– Мне нужна информация, которую хранит на съемном чипе Илва Йоргенсен. Меня интересуют маршруты поставок.

– Илва ведь связана с охраной порядка. Это будет непросто.

– Ты найдёшь подход, я уверен.

Хидео слегка наклонил голову и с любопытством наблюдал за внутренней борьбой Иоши.

– Или ты можешь мне сказать, какая твоя настоящая личная выгода. Сказать вслух. И я сразу тебе всё расскажу.

Иоши встал из-за стола.

– Мы выпьем чай, когда я вернусь с чипом Илвы.

Иоши вышел от Хидео рассерженный и задумчивый. Почему он рассердился? И почему Хидео не устроили его ответы?

Не желая копаться в себе, Иоши отправился в ближайший парк, чтобы проанализировать расписание и перемещения Илвы. План по получению информации созрел мгновенно, ему нужно лишь в правильное время и в правильном месте пересечься с ней. Поэтому Иоши внимательно изучал все доступные данные по привычкам и образу жизни Илвы. К вечеру план действий оказался завершен. Но мысль об утреннем разговоре с Хидео продолжала изнутри грызть и тревожить Иоши. Чтобы окончательно разобраться с назревающими переживаниями, он использовал классический для себя приём – направился в ближайший стрип-бар, где и провел остаток вечера, прежде чем отправиться домой спать. Завтра вечером ему предстояло подкараулить Илву и убедить поделиться информацией.

Уже дома Иоши вспомнил, что не рассказал Эри о продвижении расследования. Он начал набирать ей сообщение по связи, но остановился. Посмотрел на время, нахмурился и отменил отправку. Перед глазами всплыла ухмылка Хидео.

Не желая бороться с собственными мыслями, Иоши принял снотворное и мгновенно уснул.

Глава 11. 29 апреля. Пятница.

Ранним утром Эри связалась с Егором Одоевским, он сразу согласился на встречу в послеобеденное время. В ожидании назначенного часа Эри отправилась в офис, чтобы разложить и структурировать все полученные данные. Её задача – проверить все зацепки, пока Иоши выясняет имя заказчика через Хидео. В кабинет ворвалась, как ураган, Кьяра.

– Эй, коллега, – Кьяра вальяжно присела на угол стола, – слышала у тебя сегодня встреча с синеволосым мечтателем.

Эри лишь пожала плечами. Все в офисе знали о том, что Кьяра с ума сходила по Одоевскому.

– Может быть, в теории, – Кьяра наклонилась к самому уху Эри, – чисто в теории тебе нужна помощь?

Эри отклонилась в сторону. Привычка Кьяры нарушать личное пространство ужасно раздражала.

– Я просто подумала, – Кьяра взяла со стола Эри блокнот и начала с интересом его изучать, – мы вроде неплохо сработались с тобой тогда у Айгуль. Кто знает, когда тебе еще пригодится помощь в фермерском районе, но пригодится однозначно…

Эри отложила документы и вздохнула. Так просто ей от Кьяры не избавиться, придётся брать её с собой.

– Ты к тому же сестра его погибшей девушки и всё такое. Пока будете вздыхать и сочувствовать друг другу, я осмотрюсь, может, и замечу что интересное, – Кьяра проигнорировала обращенный к ней сердитый взгляд Эри, положила блокнот, встала со стола и начала разглядывать кабинет, – детали там какие-нибудь. Улику найду или мотив там. Не знаю. Ты как думаешь, он причастен?

Кьяра на секунду посерьезнела и внимательно посмотрела на Эри, та отрицательно покачала головой. Довольно улыбнувшись, Кьяра продолжила изучение помещения.

– Я не утверждаю, что присутствие красивой темпераментной девушки позволит Егору забыть о своём горе, но если это сработает, – Кьяра мечтательно улыбнулась, – то это пойдет на пользу расследованию. Ведь так? Так, даже не сомневайся. Там времени до встречи осталось уже немного, я быстро приведу себя в надлежащий вид и поедем. Мы ведь поедем? Хотя можем и пойти. Тут недалеко. Мы ведь к нему домой? Ну, конечно, домой. Где ему еще быть в обед. Наверное, рисует.

Эри почувствовала, как от избытка Кьяры в её жизни, начинает болеть голова.

– Встретимся на месте, в атриуме.

– Да? – Кьяра ничуть не расстроилась тому, что Эри хочет добраться до места одна, – ты только дождись меня, я не опоздаю. Ну, может, только совсем чуть-чуть. Девушкам ведь положено опаздывать. Хотя тут я скорее эксперт, а значит, должна прийти вовремя и показать свой профессионализм. Как думаешь, лучше красная помада или коричневая?

– Опоздаешь, пойду одна, – Эри, немного поколебавшись, отклонила предложение медпомощника ввести лекарство от головной боли.

Кьяра закатила глаза, махнула рукой и покинула кабинет.

Эри действительно отправилась пешком. От офиса до жилого дома номер один корпоративного центра на квадах дорога заняла всего 40 минут. Впечатляющее пятнадцатиэтажное здание, в котором проживали только высокопоставленные сотрудники со своими семьями. Первые два этажа занимал атриум – просторный, светлый, настолько зелёный, что скорее напоминал оранжерею.

Егор и его семья жили на последнем этаже, половина этажа принадлежала родителям, вторая половина – Егору. Между помещениями также располагалась небольшая оранжерея. Несмотря на то, что здание включало в себя только 15 этажей, на деле же в высоту оно составляло почти 90 метром из-за высоких двухуровневых квартир.

Кьяра уже ждала Эри в атриуме. Она выбрала своё самое впечатляющее платье, ярко накрасилась и сменила сапоги на туфли на каблуке.

– Знаешь, сапоги с платьем – это твоя фишка. Стоит ли менять себя ради мужчины?

– Я бываю разная. – Неожиданно лаконично отрезала Кьяра.

Эри впервые видела, чтобы её коллега нервничала. Егор встретил их на своём этаже у лифта. Высокий, немного худощавый, синеволосый, одетый по последнему слову моды. Широкие ухоженные брови, с горбинкой чуть вздернутый нос, голубые глаза и мягкие юношеские черты. Егор бросил короткий взгляд на девушек и нахмурился.

– Добрый день, – мягкий вкрадчивый голос словно туман заполнил помещение, – разве назначалась не личная встреча?

Кьяра стушевалась, но взяла себя в руки и подарила Егору свою самую очаровательную улыбку. Он вежливо улыбнулся в ответ одними уголками губ и повернулся к Эри.

– Намечался разговор по душам или допрос? Встреча обозначалась как личная, исходя из сообщения, – Егор указал Эри на Кьяру одними глазами.

– Я подумала, Кьяра будет полезна.

– Для допроса стоило вызвать меня в офис. Сегодня у меня назначены только личные встречи.

Кьяра сжала челюсти, резко выдохнула, развернулась и зашла в лифт. Её глаза горели яростью, не предвещая ничего хорошего.

– О вас ходит слава очаровательного, одаренного и образованного парня, – Кьяра подалась вперед, нажимая кнопку первого этажа, – понимаю, почему в этот списке нет слова «воспитанного».

Егор усмехнулся, провожая взглядом уезжающий лифт.

– Какая твоя коллега взбалмошная, – он снова усмехнулся и жестом пригласил Эри в свою квартиру.

Просторное помещение с шестиметровыми потолками, наполненное воздухом и светом, выполненное в индустриальном стиле. Сделанные под старину окна под самый потолок, массивные металлические и гофрированные трубы, облицовка из кирпичной кладки и нарочно состаренной побелки. Нижний уровень квартиры условно делился на кухню, гостиную, библиотеку и ванную, которая отделялась лишь декоративной перегородкой. По периметру по трем стенам располагался второй уровень – спальня и художественная мастерская, – отгороженные от свободной центральной части прозрачными перилами с металлическими поручнями. Помимо естественного освещения, квартиру наполняли всевозможные светильники. Но больше всего Эри в глаза бросался общий беспорядок и покрывающий стены плющ как минимум 5 разных видов. Одна из стен второго уровня закрывалась тяжелым чёрным занавесом. Об этой особенности интерьера Инари рассказывала – за занавесом пряталась огромная картина, над которой работал Егор к открытию собственной выставки.

Эри села на большой коричневый кожаный диван в центре квартиры и начала с интересом рассматривать окружающие детали. Егор поставил на столик перед ней бокал с чистой водой и сел на противоположный конец дивана, подобрав под себя вечно мерзнущие ноги. Эри тоже приняла более удобную и расслабленную позу. Без Кьяры разговор пройдёт явно лучше. И всё же стоило аккуратнее подбирать слова. Хоть Егор и был расположен к ней из-за родства с Инари, Эри не забывала насколько влиятельна его семья в городе. И каким влиянием обладает этот синеволосый парень с мечтательным взглядом и загадочной улыбкой.

– Без неё всё другое, – прервал молчание Егор, – планировалось познакомить Инари с моими родителями, ты знала?

Эри кивнула.

– Нравилась. Мне, Вивьен, Фёдору, Габи. Всем. Хорошая девушка, умная, смелая. Заботливая.

– Ты тоже ей нравился.

Егор скривился, как от удара. Всего на мгновение, но Эри увидела. И распознала. Боль вины.

– Я просто хочу знать, почему, – Эри понимала, давить бессмысленно, но сдерживаться становилось всё сложнее.

Егор отвернулся.

– Мы найдём и исполнителя, и заказчика – это вопрос времени. Найдём и накажем.

Егор горько усмехнулся, лишь подтверждая догадки Эри о высоте ранге заказчика.

– Что такого можно узнать, чтобы вот так… как животное оставить под дождём, – Эри еле держалась, но боль, идущая изнутри, подсказывала, за какие струны дёргать, – никто даже охрану не вызвал, она так и лежала на тротуаре до самого утра.

– Остановись, пожалуйста, – еле слышно прошептал Егор и отвел взгляд к потолку.

Эри подвинулась к Егору вплотную, и легким движением кончиками пальцев за подбородок повернула его лицо к себе. Глядя в печальные глаза, она тихо прошептала:

– Инари мучалась, – глаза Егора заблестели от подступающих слёз, он прикусил край нижней губы, Эри безжалостно добавила, – и я вижу, что это твоя вина!

Вопреки ожиданию, Егор не рассердился, не оттолкнул, не вскочил. Он лишь продолжал смотреть в глаза Эри, а по щекам лились слёзы. Секунды отчаяния растянувшиеся в вечность горя. Здесь и сейчас они вдвоём, разделённые социальными уровнями и объединённые общей трагедией. Эри видела вину в его глазах, отражающую как зеркало её собственные чувства. Её собственную боль. Обожжённая осознанием она отпрянула и вскочила с дивана.

– Ты действительно знаешь, почему! – Эри кричала, готовая наброситься на Егора с кулаками.

– Я…

– Ты всё мне расскажешь! – Эри угрожающе двинулась на Егора.

– Словами смерть не отменить, – Егор встал с дивана и направился к мастерской.

Эри мгновенно взяла себя в руки и максимально внимательно наблюдала за его действиями.

– Вот, – Егор протянул картину, – больше ничем помочь не получится.

– Ты издеваешься?

– Если ты хороший эксперт, этого хватит.

На портрете Инари, окруженная зеленью и цветами в какой-то беседке пьёт чай со сладостями. Вокруг летают птицы и странные насекомые.

– Это всё?

– Тебе стоит покинуть помещение, охрана уже вызвана.

Осознав, что из этой встречи больше ничего не вытащить, Эри коротко кивнула, взяла картину и направилась к выходу.

– Правда нравилась, – тихо бросил вслед Егор.

Дома Эри около часа внимательно рассматривала картину, каждую деталь, но так и не смогла понять, чем та должна помочь в расследовании. Поэтому приняла решение разобраться пока с другими зацепками. Ближе к вечеру, Эри направилась в бар Одоевских, чтобы поговорить с Трикси Нокс. Эри заказала бокал воды и сразу перешла к делу.

– Мне нужна помощь, ты можешь организовать мне неформальную встречу с Фёдором Захаровым?

– Сомневаюсь, что он согласится, – Трикси сочувствующе посмотрела на Эри.

– Может, есть какой-то подход? Ключик. Ко всем есть ключик.

Трикси надолго задумалась.

– Как у тебя с деньгами?

– Хуже, чем у Захаровых.

Трикси рассмеялась.

– Фёдор курирует организации, помогающие адаптироваться детям и взрослым с особенностями развития. Я могу свести вас, но при одном условии.

– Согласна.

Трикси снова рассмеялась.

– Я скажу, что ты хочешь внести пожертвование и поучаствовать в деятельности фонда. И тебе ПРИДЁТСЯ это сделать.

Эри задумалась.

– Я хочу, чтобы ты подтвердила, что прежде чем приступишь к расспросам, выполнишь эту часть. Внесешь пожертвование и подпишешься на волонтёрство. Иначе я помогать не стану.

– Договорились.

– Подведешь меня, больше никогда не помогу.

– Не подведу. Спасибо.

– Скажешь спасибо Иоши, который за тебя поручился.

Эри вопросительно посмотрела на Трикси, но та лишь отмахнулась и вернулась к работе. Эри уже собиралась уходить, как увидела, что в одну из вип-комнат заходит Итан. Трикси поймала её взгляд и улыбнулась.

– Его любимая вип-комната в стиле киберпанк. Всё такое неоновое, – Трикси подмигнула, – он там один если что.

Эри нахмурилась, скрывая смущение, коротко кивнула и направилась к комнате с Итаном. Немного поколебавшись, борясь с нарастающим волнением, она глубоко вдохнула и открыла дверь.

– Мне компания не нужна, – раздраженно бросил Итан, не глядя на вошедшего.

– Тогда ладно, – Эри застыла в ступоре.

Итан обернулся на неё и изменился в лице.

– О, прости, я думал… неважно, присоединяйся.

– Я сегодня разговаривала с Егором Одоевским.

Эри села рядом и кратко пересказала события дня. Крошечный диванчик не позволял соблюдать дистанцию, но Итан выглядел рассеянным и невыспавшимся, и словно не замечал этого.

– Ты думаешь, в деле замешаны Захаровы? – отстраненно спросил он.

– Сам посуди, к ним ведёт много ниточек. Даже Егор. Не пойму только, к чему эта картина.

– Ты не сделала снимок? Мне бы посмотреть, что там.

– Для этого тебе придётся снова посетить моё скромное жилище.

Эри вдруг вспыхнула от смущения. Итан словно не заметил этого. Облокотившись о спинку дивана, подперев кулаком висок, он открыто смотрел на Эри. Итан думал о том, что Эри не самая красивая и эффектная из всех его знакомых. И даже не самая эрудированная. Однако, в отличии от других девушек, Эри смогла каким-то непостижимым образом коснуться его души. Всю прошедшую с момента гибели Инари неделю, он не переставая думал об Эри. Думал о её чувствах, невольно вспоминал серьезный взгляд и милую улыбку. Снова и снова вспоминал все вечера, которые они проводили вместе, распутывая очередную загадку. Как искренне и бескорыстно она дружила с ним, не пытаясь что-то поменять. Все эти годы Итан блокировал любые романтические мысли в её адрес, поскольку искренне дорожил их своеобразной дружбой. Но то ли бессонная неделя, то ли крепкий коктейль, то ли все произошедшие события вместе взятые заставили его теоретически рассмотреть вариант, при котором он ненавязчиво напрашивается к ней в гости, чтобы посмотреть картину, которую нарисовал Егор. Как они говорят весь вечер, находясь в личном пространстве друг друга, как лёгкое касание вызывает мириады мурашек, как её распахнутые красивые глаза взволнованно смотрят на него.

Затерявшись в потоке собственных мыслей, Итан невольно протянул руку к лицу Эри и аккуратным нежным движением убрал прядь волос. Эри замерла и взволнованно посмотрела на него.

Признание, которое она прятала все эти дни сама от себя, рвалось наружу, просило обозначения. Сердце забилось вдвое быстрее, дыхание сбилось. Всего мгновение, одно прикосновение, запустившее крошечный ток по всему телу, глаза, смотрящие на неё с незнакомой ранее нежностью и тоской, и мир вокруг рассыпался на искры. Эри подалась вперед, стремительно сокращая расстояние между ними до пары неприличных сантиметров. Повинуясь непреодолимому чувству, Итан с нежностью провел кончиками пальцев по щеке, едва ощутимо приподняв её лицо за подбородок. Замерев всего на долю секунды, он прильнул к её губам. Целуя осторожно, давая ей возможность отстраниться. Но Эри не хотела отстраняться, она хотела быть ближе.