Муж, замок, быт, магия для миледи Анастасии

- -
- 100%
- +
И мы начали. Грета взялась за кожу — она решила сделать коллекцию поясов и сумок с тиснёными узорами, которые напоминали бы о лете, с листьями, цветами и даже бабочками. Лартаниэль и Тариэль занялись шёлком — они придумывали платья с драпировками, которые, по их словам, должны были «дышать, как весенний ветер». Марта и Клара, которые раньше работали только с обувью, попросили разрешения попробовать себя в аксессуарах — они хотели сделать ремни и заколки для волос, вдохновлённые гномьими узорами. Девочки, Мира и Лейла, плели браслеты и маленькие сумочки-мешочки, которые можно было вешать на пояс. Я же засела за эскизы — у меня в голове было столько идей, что я не знала, с чего начать, и в итоге просто открыла блокнот и начала рисовать всё подряд: платья, плащи, шляпки, пояса, даже пару идей для обуви, которые я потом отдала Марте и Кларе.
Дни потекли медленно, но наполненно. Утром мы завтракали вместе, потом расходились по рабочим местам, и в замке слышался только звук машинки, стук игл и тихие разговоры. Лиска, которая сначала ворчала, что «мы тут как в снежной тюрьме», к концу первой недели смирилась и даже начала помогать — она взялась за учёт материалов и придумала систему, по которой мы могли отслеживать, сколько чего ушло на каждый предмет. Найра Эльза, которая тоже осталась в замке, вместе с мужем и детьми, взяла на себя кухню и отопление, и каждый вечер мы собирались в гостиной, пили чай с пряниками и обсуждали, что сделали за день. Иногда мы смотрели в окно, на снег, который всё падал и падал, и я думала, что, наверное, это и есть счастье — не когда к тебе приезжают клиенты и платят золотом, а когда ты сидишь в тёплом замке с людьми, которые стали твоей семьёй, и шьёшь то, что тебе нравится, зная, что весной это принесёт радость кому-то ещё.
К концу второй недели у нас уже была почти готовая коллекция — несколько платьев, пояса, сумки, обувь, браслеты, и даже пара шляпок, которые я сделала по бабушкиным образцам, но с новыми узорами. Мы развесили всё в зале для показов, и когда я смотрела на это, я чувствовала, что зима — это не время застоя, а время роста, и что, когда снег растает, мы выйдем из этого замка не просто швеями, а настоящим модным домом, который может предложить клиенткам не только то, что они просят, но и то, о чём они даже не мечтали.
Глава 5
Оттепель пришла неожиданно — ещё вчера мороз трещал так, что стёкла в окнах покрывались узорами, а сегодня утром я проснулась от капели, которая барабанила по подоконнику, как весенний дождь. Снег оседал, дорожки во дворе начали чернеть, и даже воздух, казалось, стал мягче, будто зима решила, что хватит, пора уходить. Мы с Лиской вышли на крыльцо, чтобы вдохнуть этот влажный, тёплый запах, и она, щурясь на солнце, сказала:
— Ну вот, Настька, дожили. Ещё неделя — и можно будет открывать окна. Ты знаешь, что это значит? Что клиенты снова начнут приезжать. Готовься, потому что после такой долгой тишины они навалятся на нас, как снег на голову.
— Лиска, — ответила я, улыбаясь, — мы как раз к этому готовы. У нас целая коллекция в зале для показов. Пусть приезжают.
И они приехали. Первыми, ещё до того, как дороги окончательно расчистили, появились Долорес и Ричард — портальный вихрь вспыхнул в холле в тот самый момент, когда я поправляла шляпку на одном из манекенов, и я, обернувшись, увидела, как из мерцающего овала выходит Долорес, сияющая, в новом платье, которое она, видимо, сшила у столичного портного, но которое всё равно не шло ни в какое сравнение с тем, что мы делали здесь. Ричард шагнул следом, и я заметила, что он тоже выглядит иначе — не в том смысле, что изменился, а в том, что при дневном свете, который теперь заливал холл, его серые глаза казались глубже, а улыбка — мягче.
— Анастасия! — воскликнула Долорес, подлетая ко мне и обнимая так, будто мы не виделись год. — Мы приехали, потому что я не могла больше ждать! Я слышала, что вы за зиму сделали целую коллекцию, и я хочу увидеть её первой, пока эти столичные дамы не разобрали всё самое лучшее!
— Здравствуйте, найра Долорес, — ответила я, обнимая её в ответ. — Проходите, всё в зале для показов. Я как раз развешивала шляпки. И да, вы правы — коллекция готова, и я рада, что вы приехали первыми.
Долорес, не теряя времени, устремилась в зал, и я услышала, как она ахает, разглядывая платья, которые эльфийки развесили на манекенах. Она подошла к одному из них — светло-голубому, с драпировкой на плечах и вышивкой в виде весенних цветов, — и провела рукой по ткани с таким благоговением, будто прикоснулась к святыне.
— Это... это же произведение искусства, — сказала она. — Анастасия, я хочу это. И вон то, с открытой спиной, — она указала на второе платье, — и ещё пояс, который к нему подходит. И шляпку. И, наверное, сумочку. Я, кажется, сейчас скуплю половину зала.
Ричард, который вошёл следом за сестрой, но держался чуть в стороне, улыбнулся и сказал:
— Долорес, если ты скупишь половину зала, тебе придётся строить новый гардероб. А у нас дома и так уже негде хранить твои наряды.
— Тогда я построю новый дом, — парировала Долорес, не отрываясь от платьев. — Или ты, как любящий брат, уступишь мне свою половину.
Ричард подошёл ко мне, пока Долорес продолжала изучать коллекцию, и сказал тихо, так, чтобы слышала только я:
— Я рад вас видеть, Анастасия. Не только потому, что вы шьёте лучшие костюмы в Растусе, а потому что я... скучал. Зима была долгой, а столица — скучной без вас.
Я почувствовала, как к щекам приливает тепло, и, надеюсь, это было заметно не так сильно, как мне казалось. Я ответила, стараясь, чтобы голос звучал ровно:
— Я тоже рада вас видеть, Ричард. И я не только шила, но и думала о вашем весеннем костюме. У меня есть несколько идей, которые, я думаю, вам понравятся.
— Я в этом не сомневаюсь, — сказал он, и его улыбка стала чуть шире. — Но, если честно, я приехал не только за костюмом. Я хотел увидеть вас. Убедиться, что вы не замёрзли в этом снежном плену и что ваш замок всё ещё стоит.
— Замок стоит, — ответила я, — и я не замёрзла. У нас было тепло, и мы работали. Так что зима прошла с пользой.
Долорес, которая, наконец, оторвалась от платьев, подошла к нам с охапкой вещей — двумя платьями, поясом, шляпкой и сумочкой — и сказала:
— Всё, я беру это. И ещё я хочу заказать летнее платье, но не сейчас, а когда вы закончите с весенней коллекцией. А сейчас — сколько с меня?
Я подсчитала в уме, назвала сумму, и Долорес, не торгуясь, выложила золото на стол. Она была так довольна, что даже обняла меня ещё раз, а потом сказала брату:
— Ну что, ты идёшь смотреть свой костюм? Или ты так и будешь стоять здесь и смотреть на Анастасию, как будто она — единственное, что тебя интересует?
— Долорес, — предупреждающе сказал Ричард, но я заметила, что он не отрицает её слов. Он посмотрел на меня и добавил: — Я бы хотел посмотреть костюм, если у вас есть время. И, может быь, обсудить весенний бал. Я хотел пригласить вас. Не как мастерицу, а как гостью.
Я на мгновение замерла, потому что не ожидала такого прямого приглашения. Долорес, которая стояла рядом, закатила глаза и сказала:
— Наконец-то! Я думала, он никогда не решится. Анастасия, скажите «да», иначе он будет ходить вокруг вас весь год и вздыхать, как больной дракон.
Я посмотрела на Ричарда, на его серьёзное лицо, на то, как он ждал ответа, и почувствовала, что улыбаюсь — искренне, без всякой профессиональной сдержанности.
— Я подумаю, — сказала я. — Но сначала — костюм. Идёмте в примерочную, я покажу вам, что мы сделали за зиму.
Мы пошли в примерочную, и я чувствовала, как внутри меня что-то теплеет — не от солнца, которое заливало светом все вокруг, а от того, что весна, кажется, начинается не только за окном, но и в моей жизни.
Глава 6
За следующую неделю замок превратился в проходной двор — и я говорю это с любовью, потому что каждый, кто входил в эти двери, оставлял после себя золото, комплименты и новые заказы. Погода улучшалась с каждым днём: снег оседал, дорожки чернели, и даже воздух стал мягче, так что клиентки приезжали не только порталами, но и на санях, которые то и дело застревали в последних сугробах у ворот, и Грета с Мартой вытаскивали их оттуда с такой руганью, что эльфийки краснели. Первой нагрянула найра Элириэль — та самая столичная эльфийка, которая купила у меня фетровую шляпку с пером ещё до снегопада. Она вошла в холл, огляделась и объявила:
— Я вернулась! И я не одна — я привезла с собой сестру, кузину и двух подруг, потому что после того, как я надела вашу шляпку на приём, меня трижды спросили, где я её взяла. Трижды, Анастасия! Вы понимаете, что это значит? Это значит, что вы теперь должны мне ещё одну шляпку, потому что моя сестра хочет точно такую же, но с красным пером.
Сестра Элириэль, невысокая эльфийка с тёмными волосами и глазами, которые оценивали всё вокруг с лёгкой завистью, тут же подхватила:
— И не только шляпку. Я слышала, у вас есть пояса с гравировкой. Мне нужен пояс. И платье. И, если можно, что-то для волос, потому что моя причёска вечно разваливается на приёмах, и я выгляжу как растрёпанная ворона.
Я повела их в зал для показов, где после зимы осталось не так много вещей — большую часть мы уже продали, — но то, что осталось, было лучшим. Элириэль сразу же схватила вторую шляпку с красным пером, её сестра долго выбирала между двумя поясами и в итоге взяла оба, а подруги, которые оказались вампиршами, накинулись на сумки и заколки с таким энтузиазмом, что Лиска, наблюдавшая за этим из-за двери, прошептала мне:
— Настька, они сейчас разберут всё, что осталось, и нам придётся шить ночью, чтобы к утру было что-то ещё.
— Лиска, — ответила я, — пусть разбирают. Это значит, что весной у нас будет ещё больше заказов. А ночью я спать хочу, так что пусть берут то, что есть.
Вампирша по имени найра Оливия, которая пришла с Элириэль, оказалась самой говорливой. Она крутилась перед магическим зеркалом с сумкой в руках и приговаривала:
— Это невероятно. У меня есть сумки из столицы, из-за моря, даже из подземных мастерских гномов, но такой работы я не видела. Смотрите, как шов идёт — ровно, как по линейке. А застёжка? Она же сама защёлкивается! Анастасия, вы не хотите переехать в столицу? Я вам найду дом, и вы будете шить только для меня.
— Найра Оливия, — ответила я, — я ценю предложение, но у меня здесь замок, команда и, честно говоря, я не люблю столичную суету. Но если вы хотите заказать что-то ещё, я могу отправлять вам вещи вестником.
— О, это ещё лучше! — воскликнула она. — Тогда я закажу у вас летнее платье, два пояса и, пожалуй, ещё одну сумку. Только не говорите моему мужу, что я потратила на это половину годового бюджета.
К концу третьего дня в зале для показов осталось только несколько вещей — пара браслетов, которые девочки сплели в самом начале зимы, и одна шляпка, которую я отложила для себя, но так и не решилась надеть. Всё остальное разошлось по рукам: платья, пояса, сумки, обувь, даже заколки для бороды, которые Гримхильда заказала ещё до снегопада и которые мы доделали только к весне. Лиска, которая вела учёт, к концу недели посмотрела на списки и сказала с таким выражением, будто сама не верила своим глазам:
— Настька, у нас пусто. Совсем пусто. Мы продали всё, что было, и даже то, что не собирались продавать. Помнишь ту диадему с сапфиром, которую ты хотела оставить? Её купила вампирша Оливия, и она была так счастлива, что чуть не расплакалась. Я, честно говоря, тоже чуть не расплакалась, потому что это была самая дорогая вещь в нашей коллекции.
— Лиска, — ответила я, — это значит, что мы хорошо поработали. И что теперь у нас есть деньги, чтобы закупить новые ткани и начать всё сначала. Весна только начинается, а у нас уже нет товара. Это не проблема, это успех.
— Успех — это когда ты можешь сидеть и ничего не делать, — проворчала Лиска. — А у нас с тобой, судя по всему, успех — это когда ты работаешь ещё больше. Я пойду составлю список тканей. И, пожалуйста, не продавай больше свою личную шляпку. Ты её так и не надела, а она уже почти ушла с молотка.
Я рассмеялась и пообещала, что шляпку оставлю, но вечером, когда все разошлись, я всё равно села за эскизы — потому что клиентки, уходя, оставили не только золото, но и заказы, и я знала, что весна будет долгой и жаркой. Долорес, которая приезжала в начале недели, тоже прислала вестника с просьбой сшить ей летнее платье к приёму у королевы, и я уже прикидывала, какую ткань использовать, чтобы оно было лёгким, но не выглядело простым. Ричард, который уехал вместе с сестрой, не написал ничего конкретного, но я поймала себя на том, что жду его вестника — не как от заказчика, а как от человека, который сказал, что скучал. Я тряхнула головой, отгоняя эти мысли, и вернулась к работе, потому что весна, как и клиентки, не ждёт, и если я хочу, чтобы к лету у нас снова был полный зал, мне нужно начинать шить прямо сейчас.
Глава 7
Через день после того, как последняя клиентка уехала, увозя с собой последнюю шляпку и оставив в замке лишь запах дорогих духов и лёгкое ощущение опустошённости, ко мне в мастерскую пришла найра Эльза. Она не стучалась — она никогда не стучалась, когда шла с плохими новостями, — просто вошла, держа в руках длинный свиток пергамента, исписанный её аккуратным, убористым почерком, и встала перед моим столом с выражением лица, которое я уже научилась читать как: «Сядь, Настя, сейчас будет больно». Я отложила эскиз летнего платья для Долорес, вздохнула и указала ей на стул.
— Найра Эльза, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал бодро, — судя по вашему лицу, у нас закончилась не только мука, но и всё остальное, включая надежду.
— Надежда, найра Анастасия, у нас ещё есть, — ответила она, разворачивая свиток на столе. — А вот с продуктами и с крышей — сложнее. Слушайте внимательно, потому что список длинный.
Она начала перечислять, водя пальцем по строчкам, и с каждым пунктом моя бодрость улетала куда-то в сторону сарая, где, судя по всему, уже не осталось ни дров, ни угля.
— Мука — закончилась. Совсем. Мы докупали в середине зимы, но с учётом того, что вы кормите всю команду, а это, между прочим, двенадцать человек, плюс гости, плюс вестники, которые иногда остаются на обед, — мука ушла. Крупа — тоже на исходе, осталась только овсянка, которую эльфийки не любят и едят только под угрозой. Мясо — солонина закончилась ещё на прошлой неделе, и мы едим в основном то, что приносят крестьяне в обмен на мелкий ремонт, но этого хватит ненадолго. Масло — кончилось. Свечи — мы перешли на магические светильники, но они жрут энергию, и если ударит мороз снова, мы останемся без света. И это только еда.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.


