Больница Людей и Нелюдей
- -
- 100%
- +
– Простите, что?
– Норн Джадд захотел лично удостовериться, что мы здесь тебя не обижаем.
Явная насмешка в голосе инкуба моему собеседнику не понравилась: Джадд напрягся и, не поворачиваясь, бросил:
– Человек не имеет права находиться на ваших этажах, и уж тем более не обязан на вас работать.
М-да… Диагноз…
– Норн куратор, можно я пойду? Я сегодня жутко устала и очень хочу спать…
– Конечно, Инка. Если у норна Джадда больше нет к тебе вопросов, то ты свободна.
Да плевать мне на его вопросы. Я сейчас здесь же, прямо перед кураторским столом, лягу и усну. Фиг меня кто разбудит до завтрашнего утра.
Равнодушно пожав плечами, я вышла из кабинета, не забыв прикрыть дверь. Инола на месте почему-то не оказалось. Охранничек… Ладно, сама доберусь. Тут идти – один пролет и пару-тройку метров до перехода в общагу.
Лестница «радовала» полнейшей темнотой. Вот что, им трудно лампочку вкрутить, да? Или магический свет «включить»? Или они все чудно видят в темноте? Так я не они. Я тут слепая, аки крот. И сейчас, держась за перила, я медленно и осторожно передвигала ноги, боясь в любое мгновение сверзиться вниз и неприлично приземлиться прямиком у кабинета любимого куратора.
– Позволит ли благородная…
Я, не дослушав, взвизгнула не хуже пилы «Дружба», зачем-то резко подалась вбок, на мужской голос, стукнулась о чье-то костлявое тело, услышала приглушенную цветистую ругань и рванула вверх, по ступенькам. Подальше от всяких маньяков.
Как добежала до комнаты, не помню. Очнулась на кровати, с подушкой в руках. Угу, грозное оружие. Вздохнула, заставила себя включить мозги, ну или то, что от них осталось, встала и начала готовиться ко сну. Завтра разберусь, какой идиот хотел так оригинально свести счеты с жизнью. Все равно припрется лечиться. По синякам узнаю.
Сурина:
– То есть как это – ты бросил её и ушел??? Ин, ты что, не понимаешь, что эта идиотка способна на ровном месте и себе, и другим сто раз шею свернуть???
Оборотень виновато пожал плечами:
– Поступил вызов, я посчитал, что больной важнее…
Бездна, ну вот за что мне все это? Он думал! Больной важнее! Да с этим бегемотом мы тут все в больных превратимся! И глазом не успеем моргнуть! Вот чувствую я, что с ними со всеми так быстро свихнусь! И ведь всего вторая ночь дежурств! Думать не хочу, что будет с моей психикой к концу наказания!
– Иди уж. Рабочий день закончен, топай спать.
– Сури… Ты только не высказывай ей ничего. Ты как-то очень сильно ее невзлюбила. Не надо так.
– Ты ее защищаешь? После того, что она тут натворила всего за пару дней? Ин, я тебя не узнаю! Ладно, посмотрим, что будет завтра. Все, иди. Мне дежурить надо.
Тоже мне, защитник сирых и убогих выискался. Без него разберусь, как с этой тушей обращаться.
Позевывая, взяла заранее приготовленный травяной напиток, плюхнулась на диван и постаралась забыть о насущных делах. Мне нужен отдых, отдых…
– Спишь? – широкоплечий мускулистый мужчина с голубыми глазами уселся рядом, ни капли не стесняясь, властно обнял меня за талию и притянул к себе. Собственник, блин. Я его все же убью. А потом выпью. До дна.
– Сорти, я на дежурстве.
– И когда нам это мешало?
Гад. Высокий красивый гад. Вот почему я никогда не могу ему отказать?
Он ушел под утро, оставив меня выжатой до последней капли. Но, Бездна, как же хорошо! За одну такую ночь я готова простить ему все его гадости… Влюбленная дура, знаю.
Поднялась и вяло поплелась в душ, потом сменила белье и халат. Тухлая кровь, мне предстоит очередной длинный жуткий день, а я уже сейчас мечтаю о подушке, обычной такой подушке, и нескольких часах сна. А ведь я сегодня еще должна по жребию «выгуливать» эту слониху… Боги, за какие грехи???
Инна:
Выспавшаяся, довольная я и злая, сонная вампирша работали сегодня на контрасте. Где бы мы ни появлялись, вокруг нас мгновенно образовывалась пустота. Никто в здравом уме не желал встречаться с дикой, улыбавшейся во все зубы человечкой и злобной, раздраженно сверкавшей глазами кровосоской. Видимо, именно поэтому время до обеда прошло относительно спокойно, не считая случая с дурным сильфом, умудрившимся напиться чистейшего спирта и громко оравшим похабные песни в своей палате.
Гоблинша в столовой, взглянув на нас лишь раз, без вопросов подала все требуемые блюда и поспешила слиться с окружающей обстановкой.
– Дамы, у вас свободно?
И что за псих тут объявился? Мы вдвоем смерили подошедшего подозрительными взглядами. Молодой, довольно симпатичный, высокий… Эй, парень, где-то я тебя видела. И твои темно-синие глаза мне тоже знакомы.
– Занято, – буркнула раздраженно Сурина и вернулась к еде.
– Жаль, – блеснул белоснежной улыбкой так и не опознанный мной тип и нахально уселся на свободный стул.
Вампирша поперхнулась чаем, медленно отодвинула от себя тарелку с плохо прожаренным бифштексом и чуть слышно зарычала:
– Слух проверить не хочешь? Сказано же: занято!
– Неужели? А мне показалось, что две такие милые барышни просто нуждаются в моем обществе.
Так, по-моему, кто-то нарывается… Но высказаться я не успела – смертничек вдруг повернулся ко мне:
– Позволит ли благородная дама пригласить ее на свидание этим вечером?
Челюсти с грохотом отпали у нас обеих. И пока моя сопровождающая обдумывала сказанное, я изумленно выдавила:
– Ты???
– Именно, – ласково и как-то нежно улыбнулся мне неожиданный кавалер. – Вчера на лестнице – я. И волком был тоже я.
Волком??? Так вот откуда я его знаю!!! Тот самый оборотень, которого я «лечила» от головной боли и который потом обслюнявил меня с головы до ног!
– Двенадцатый этаж. Тролли и гоблины с множеством ранений разной степени тяжести, – безэмоциональный голос сирин заставил мою «начальницу» выпасть из раздумий. Подорвавшись из-за стола, она раздраженно рыкнула мне: «Бегом», проследила, как я неуклюже встаю со стула, зашипела что-то нечленораздельное, схватила меня за руку и потащила на выход.
Двенадцатый этаж. Щаз. Я к восьмому уже легла грудью на перила и храбро решила умереть на месте. Причем возможность оторвать собственную конечность, так и находившуюся в клещах у вампирши, меня уже не смущала. Идти дальше я физически не могла. Сурина поминала всеми известными ей словами мою семью и дальних предков, а я тщетно пыталась выровнять дыхание.
На нужный этаж вползло мое полностью разбитое тело. Причем к тому времени большинство пациентов уже получили необходимую медицинскую помощь. Небольшая группка оставшихся больных активно разбиралась кучей сновавших везде врачей. Ни на меня, ни на мой «хвостик» внимания никто не обращал. И слава богу. Может, пронесет, и я тихо постою в уголочке… Прикинусь ветошью…
Не пронесло.
– А вот и новенькая, – Аринор, тот самый тролль, из молодежной компашки, махнул мне лапищей из ближайшей палаты. – Заходи. Посмотришь, поучишься.
Мы с раненым мужиком, таким же огромным и зеленым, как и его врач, скептически уставились друг на друга.
– Она человек!
– Артор, с каких пор ты стал расистом? Заходи, Инка. Нужно же тебе практиковаться.
Ладно, тихонько переступила порог, встала возле двери.
– Инка? Та самая человечка, что чуть не угробила ведьму и послала лесом домового?
О, я смотрю, я уже звезда…
– Угу, – тролль-врач наконец-то закончил с перевязкой и повернулся ко мне. – Кто сегодня с тобой ходит? Сури?
Я только кивнула. Со мной ходит. Охраняет. Блин, стыдно. Взрослая баба, а нуждается в няньке.
– Отлично. Значит, завтра моя очередь.
Счастье-то какое. А эта зеленая гора, которая пациент, сидит и лыбится. Смешно. Очень.
Сурина:
В стародавние благословенные времена, когда эта многотонная туша еще не появилась в нашей тихой и славной больнице, мы с народом поспорили, кто из нас, дошедших до ординатуры нелюдей, станет известным врачом, или хотя бы прославится, быстрей других. Естественно, каждый голосовал за себя, но я в тайне верила, что нас с оборотнем и гнома с эльфийкой в два счета обойдут тролль или леший. Было что-то бесшабашное в манере поведения этих двоих. Наивная. Похоже, самой известной вкоре стану именно я. По крайней мере, шарахаются от меня уже сейчас, безошибочно распознавая среди остальных врачей и стремительно удаляясь в противоположную сторону при моем приближении.
– Они что, издеваются??? Я только дверь открыла и в палату зашла, ещё спросить ничего не успела, а эти дурные эльфийки тут же бросились врассыпную!!!
– Ты на себя в зеркало давно любовалась? – Жур. Умник. Придушу. Выпью. И жалеть не буду.
– М-да. Ну если ты на них смотрела так же, как сейчас на меня, то чему удивляться…
– Р-р-р…
– Сури, ты вообще ночью хоть час спала? Нет? Судя по твоим красным глазам, ты и эту ночь бодрствовала. Неужели такое тяжелое дежурство выпало?
– Тут, думаю, дело не в дежурстве…
– Правда? А в чем тогда? Чем еще можно заниматься в ординаторской? Да еще и ночью?
Эти умники обсуждали меня, ухмыляясь и подмигивая друг другу. Козлы. Все козлы.
– Инка, а правда, что тебя волк на свидание пригласил?
Вот кстати. Умничка, Зикки.
– Ин, будь добр, объясни нашей новенькой, чем ей грозит подобное внимание.
Наконец-то отвлекшись от перемывания косточек мне любимой, оборотень пожал плечами:
– Да вообще-то ничем хорошим. Инка, я надеюсь, ты не согласилась на встречу?
Туша, оседлавшая кресло, беззаботно хмыкнула:
– Не успела. А что было бы?
Я ж говорю: дура. Причем круглая.
– Официально ты стала бы считаться его пассией. Он вернул бы тебе долг и исчез через пару-тройку месяцев.
– Какой долг? Я видела его второй раз в жизни.
– Инка… Оборотням и вампирам нельзя помогать, если не принадлежишь к их расе и не входишь в их клан… Это чревато неприятностями для того, кто помог. В твоем случае этот волк считает, что ты его спасла от долгих часов боли. А значит, он должен тебе если не жизнь, то уж точно эмоции.
– Тихо шифером шурша, крыша едет не спеша… Инол, ты вот сейчас хочешь сказать, что из-за какой-то там настойки он теперь мой должник? Бред.
– Для тебя – да. У нас все намного строже. Мы, вампы и инкубы слывем лучшими любовниками среди других рас. Ты спасла его от физических мук, он теперь должен тебе. Считается, что чувственное наслаждение лучше всего компенсирует долг.
– То есть, если сейчас называть вещи своими именами, он собирается энное количество ночей переспать со мной, а потом быстренько смыться. Я права?
– Можно и так сказать.
Инна:
Прелестно. Просто прелестно. Нет, мне и дома с женихами катастрофически не везло, но чтобы вот так вот… Сексуальный раб! Должник, чтоб его радикулит на пару недель прихватил! Вот всегда мечтала прыгнуть в постель к первому встречному, просто горела от желания! Дурной мир, дебильные обычаи. Щаз. Аж три раза. Так я и дамся. То знак принадлежности вешают, то переспать из чувства долга предлагают. Убила бы сволочей.
Вторая половина дня прошла под девизом: «Прибью любого, кто сунется!» Настроение, и так напрочь испорченное после разговора в ординаторской, уверенно опустилось глубоко ниже плинтуса, когда этот нахальный блохастый псих, не таясь, поймал меня в коридоре возле столовой, прижал к стенке и снова настойчиво позвал на свидание. Ругалась я долго, громко и экспрессивно. Посетители общепита побросали свои места за столиками и высыпали наружу, видимо, страстно желая пополнить свой словарный запас новыми, раньше не известными им красочными выражениями, сравнительными оборотами и редкими эпитетами. Вампирша стояла рядом, кривилась и усиленно делала вид, что со мной не знакома. Блохастик смотрел, в буквальном смысле вытаращив глаза и раскрыв рот. Закончив свою тираду клятвенным обещанием оторвать одному умнику все причиндалы прямо под корень, если он рискнет сунуться снова, я ввалилась в помещение, заказала гоблинше тарелку рыбного супа, мясо с картошкой, кофе и кусок торта с кремом пожирнее и уселась в дальний угол. Мой запал иссяк. А вот страстное желание провалиться куда-нибудь в подвал этого миленького здания, а то и намного ниже, скажем, в ту же Бездну, столь часто упоминаемую Суриной, наоборот появилось. И еще накатила невероятная усталость. Как же меня все достали: что коллеги, что пациенты, что больница, что мир этот…
Ужин съела и не заметила. Сурина молча отконвоировала меня в комнату, проворчала что-то насчет наглых человечек, смеющих отдыхать, пока отдельные нелюди трудятся в поте лица на благо общества, и, мрачно скалясь, отправилась на очередное дежурство. Вот интересно, на что парни в ординаторской намекали? Чем она всю ночь была занята? Неужели кувыркалась с кем-то из врачей на диване? Надо будет обязательно уточнить…
Сон сморил меня почти мгновенно. Там, в вымышленном мире, я искусно била морду нахальному вампиру и таскала за хвост обленившегося оборотня, а потом, довольная, убежала целоваться с гоблином в библиотеке. Муть, в общем.
Глава 5
Беда за бедой – как волна за волной
Утро началось с незапланированного появления в ординаторской нашего непосредственного куратора. Все умные, опытные люди скажут вам, что общение с начальством следует сводить в любой ситуации к минимуму, ибо ничего, кроме постоянной головной боли, такие встречи не несут. Умные, опытные люди и в этот раз оказались правы: довольно улыбаясь, инкуб «обрадовал» нас двумя новостями: во-первых, на нижних, «людских» этажах снова появились трупы, и под подозрением теперь находится любой работник-нелюдь, за исключением главврача (разумеется, подозревать его никто не додумался – себе дороже), так что теперь каждый из нас, включая меня, несмотря на мое человеческое происхождение, может быть в любую минуту вызван к сотруднику правопорядка, специально прибывшему сегодня в БЛиН, чтобы расследовать непонятные «смертоубийства», как выразился Сортарин альт Новус; вторая новость оказалась еще сногсшибательней – у нас появился специалист-хирург, пожелавший в свободное от работы время находиться в ординаторской с молодняком, а не в положенном ему личном кабинете на этаже у «старших» врачей. И, конечно же, не иначе как по издевке судьбы, этим самым странным хирургом оказался уже известный мне волк.
Сурина:
Я наконец-то выспалась. И, похоже, только этот факт мог радовать меня сегодня. Трупы у людей. Мы все под подозрением. Бездна, что за чушь. Кому вообще нужно убивать этих доходяг? Они и сами скоро перемрут все, при их-то низком уровне магии и техники. Что за сотрудник правопорядка? Зачем он здесь нужен? Где они вообще эту непонятную должность откопали? Никто никогда никого не охранял. Каждый в городе жил сам по себе и мог надеяться максимум на своих родичей и представлявший его клан. Судя по недоуменным взглядам Инола и Зикки, куча вопросов в связи со сказанным появилась не только у меня. Но Сорти, гад такой, даже не подумал нам что-нибудь объяснить.
Ну и последняя, добившая всех новость… Поклонник этой туши теперь будет «жить» здесь, с нами. И почему я больше чем уверена, что на его выбор повлияло вчерашнее «объяснение» у столовой?
– Конрад Ортольский, прошу любить и жаловать, – судя по довольной ухмылке куратора, мы в полной… Бездне… Еще и имечко аристократическое… Вашу ж… тухлую кровь… нашла, дура, кому отказывать… Прострел ему в поясницу, вот почему все это свалилось на меня???
Непонятный сотрудник правопорядка объявился сразу же после ухода Сортарина. Человек. Эти идиоты, кто бы они ни были, додумались прислать человека. Да еще и наглого, судя по взгляду. ЧУдно. Я уже предвкушаю веселье…
– Конрад? Ты? Тут?
– Исир! Да быть того не может!
А вот это уже интересно. С каких пор оборотни из высшей аристократии не брезгуют обниматься с чистокровными людьми? Ох, что-то тут нечисто. И почему мне снова хочется покоситься в сторону туши? Как же спокойно здесь было до ее появления!
Инна:
Невысокий полноватый мужчина среднего возраста, с холодными серыми глазами, оттопыренными ушами и чересчур длинным, явно прищемленным не одной дверью, носом, как будто сошел с обложки современного детектива. Это и есть тот самый таинственный сотрудник правопорядка? И что в нем особенного? Почему так напряглась вампирша? А обниматься с блохастым тоже входит в его обязанности? В общем, куча вопросов, но пока ни одного ответа…
– То есть вы уверяете, что не знали заранее, куда именно вас отправят, – в третий раз вроде как задумчиво повторил этот «лже-Пуаро», не отводя от меня своих внимательных серых глаз. Я снова, уже в третий раз, кивнула, ощущая себя китайским болванчиком, и еще сильнее уверилась, что мой нынешний собеседник понятия не имеет, как нужно проводить допросы. Он казался мне не на своем месте, словно лишняя деталь паззла, постоянно мешающая составить общую картинку. Не место ему в этой больнице. Да и на этой должности, судя по всему, тоже не место. Он действовал нагло и топорно, словно ему заранее все были должны подчиняться, словно только он и имел право командовать. Он и командовал. Наверное, поэтому и вылетела от него минут через пять после начала беседы взбешенная Сурина, а затем вышел, удивленно качая головой, обычно меланхоличный Инол. Я была третья в очереди сотрудников. Меня он мучил уже минут сорок. Но я – человек привычный: очереди к врачам в поликлинике и постоянные нудные проповеди матери и учителей развили в свое время во мне просто ангельское терпение и здоровый пофигизм. А вот мой визави, похоже, ждал от меня противоположной реакции.
– Скажите, Инка, вам не страшно здесь работать? – наконец разнообразил допрос мой собеседник.
Ухмыльнувшись про себя, я сделала круглые глаза и совершенно искренне ответила:
– Что вы! Наоборот! Это такое захватывающее приключение! Здесь столько интересных и необычных существ!
Следующие несколько минут я взахлеб описывала свои встречи с ведьмой, вампиром, домовым. Историю с волком приберегла напоследок. Следователь слушал внимательно, вроде как и с отсутствующим выражением лица, но при этом стараясь не смотреть мне в глаза. Правда, на несколько секунд я все же поймала его взгляд и убедилась, что меня уже возвели в ранг местной сумасшедшей, тихой и безобидной, да, с припадками, но не злобной. И то хорошо. Значит, скоро отстанет.
– Да, действительно, бурная у вас жизнь… Ожидается… Спасибо, Инка, вы мне очень помогли. Можете идти.
Ну вот и ладушки. Тем более, я после таких треволнений что-то есть захотела…
Столовая бурлила. Казалось, все нелюди-сотрудники мигом забыли об обязанностях и, «забив» на пациентов, собрались в одном помещении, чтобы обсудить последние новости. Как ни странно, в этот раз гоблинша на раздаче выделываться не стала и довольно оперативно выдала мне поднос с мясным рагу, овощным салатом, кофе и парой пирожков с яблочным джемом. Свободное место нашлось в глубине зала, возле вампирши и оборотня. Сурина была настолько занята своими переживаниями, что, похоже, даже не заметила моего появления.
– Гад! – клыки кровососки выпирали из-под верхней губы, показывая, что их владелица просто в ярости. – Ин, этот… он… Я, между прочим, принадлежу к аристократии! Кого они послали?! Так обращаться с графиней! Мелкий человечишка!
– Кто ему выдал полномочия? – оборотень нахмурился и в очередной раз покачал головой, небрежно отодвинув тарелку с плохо прожаренным бифштексом. – Сури, это не простой человек. Простой к нам сюда не сунется, и уж тем более его не заставишь нас допрашивать – побоится и слово сказать. Тут явно кто-то из «высших» поработал.
– «Высших»? – бесцеремонно влезла я в беседу. Моя «нянька» недовольно зашипела, фыркнула и отвернулась. Инол, увидев такую реакцию, хмыкнул и кивнул:
– Высшими мы называем несколько семей знати, якобы ведущих свое происхождение от начала этого мира и сумевших без особых потерь пережить войну рас. Это могут быть вампы, оборотни, гномы, да кто угодно. Кроме людей.
– Какой интерес здесь у них?
– Возможно, очередной передел власти, или, может быть, просто заинтересовались высокой, даже для людей, смертностью в больнице. Кто же их знает…
Сурина:
Моя семья не принадлежала к «высшим», и я никогда об этом не жалела: мы не последние среди аристократов и довольно влиятельные среди вампирских кланов. Что еще надо для комфортной жизни? Но час назад я просто мечтала хотя бы на несколько минут стать одной из «них» – тех, кто, по мнению остального народа, стоит у кормила власти и щелчком пальцев решает наши судьбы. Может, тогда бы у мерзкого наглого человечишки прибавилось уважения! Может, тогда бы его тон не был бы настолько пренебрежительным!
– То есть всем он задавал примерно одни и те же вопросы, причем явно нарываясь на скандал, за исключением Инки… – Астон задумчиво пожевал нижнюю губу. – И что ему это дало? Можно подумать, нелюди не умеют виртуозно лгать и отводить глаза, когда это необходимо… Дилетант, право слово…
Мы сидели в ординаторской, все вместе, кроме новенького. Уже через полчаса народ сможет разойтись по комнатам, у меня же начнется четвертая ночь дежурства. Парни пытались найти логику в действиях этого наглого типа, мы с Зикки устало зевали, туша уставилась в окно. В общем, все были при деле.
– Многих он вывел из себя?
– Судя по всему, только Сури. Хоть и пытался, да… Ты на что намекаешь, Инка?
– Не намекаю… Думаю… Ему, похоже, нравится вас злить. Всех вас, нелюдей. Он и на мне эту тактику пытался опробовать, но не прокатило, потому и перешел к вопросам по делу. А на вас, похоже, просто отыгрывается.
– А смысл?
– Ну как… Если я правильно поняла, люди здесь ниже нелюдей по разным параметрам. И вдруг у человека появляется шанс показать свою власть…
– Ненадолго. Его скоро отсюда заберут. А мы все – существа злопамятные…
– Инол, помнишь, ты утверждал, что простой человек сюда не сунется и не рискнет вас допрашивать?
– Хочешь сказать, его кто-то прикрывает?
– В моем мире говорят «крышует», но смысл тот же. Да, я думаю, без защиты и гарантий он здесь не оказался бы.
Ночка оказалась бурной. Сначала мне пришлось больше часа выслушивать нытьё одного из домовых, жаловавшегося и на распустех хозяев, и на глазливых, завистливых соседей, и на равнодушный мир вокруг. Я не человечка, мне ее дикие методы общения не простят, поэтому приходилось натянуто улыбаться и постоянно кивать в знак согласия.
Потом мне сообщили, что одна из русалок налакалась ликера, спьяну перепутала подводные течения и появилась в ванне у нашего куратора, когда тот заканчивал принимать душ. На недвусмысленные приставания вусмерть пьяной бабы инкуб ответил изощренными ругательствами и вызвал дежурного врача. Ну я появилась, конечно, но вот заставить водную красавицу добровольно вернуться в палату было практически невозможно. Девушке хотелось развлечений, и плевать, что здесь больница, что ее саму недавно вытащили с того света. Сейчас же все хорошо, почему бы не похулиганить? В общем, через несколько минут изощренно ругались мы с Сорти на пару, каждый на языке своей расы. На мое предложение воспользоваться магией перемещений и вернуть нахалку на место куратор только покрутил пальцем у виска: пьяную нечисть в таком нестабильном состоянии могло занести куда угодно, включая бассейн «высших». Вздохнув, я сбегала за шприцом со снотворным, под кожу русалки ввели нужную дозу и оставили несостоявшуюся соблазнительницу мирно сопеть в ванной инкуба.
– Сорти, кого ты к нам привел? Этот человек..!!!
– Именно, человек. Одна из разумных рас, между прочим. Что-то не так?
Он явно издевается. Вон как глаза блестят. Зараза!
– Он не владеет ситуацией! Как относится к смертям людей в этой больнице мое социальное положение? И почему нужно так подробно расспрашивать о моей личной жизни??? Я ему кто, кобыла для покупки, чтобы родословную мою узнавать???
– Не кипятись.
Р-р-р!!!
– Сури, прислали его, и только его. Больница не могла отказать, понимаешь?
Так…
– В этом замешаны «высшие»?
Молчит. Потом отводит глаза:
– Да. И не надо больше ни о чем спрашивать. Иди. Ты, кажется, на дежурстве.
О, да. Вот только раньше тебя такие мелочи не смущали!
Инна:
Сегодня со мной нянчился тролль. Высоченная гора из мышц и жира, насыщенного темно-зеленого цвета, преданно следовала за моим сиятельством практически попятам, дважды спасла стены больницы от соприкосновения с моими крутыми бедрами, помогла отвадить чересчур ретивого оборотня-медведя, сдуру решившего позаигрывать с молодой неопытной человечкой, непонятно как появившейся на этажах нелюдей, и, возвышаясь за моей спиной, дала понять гоблинше в столовой, что лучше со мной не спорить: хочется нервной врачице смеси супа и салата, названной ею окрошкой, значит, надо сделать именно такую смесь. Да, на квасе. Как это, нет кваса? Почему это вы не знаете, как его готовить??? Я не кричу! Ладно, пусть будет на кефире! Кефир у вас есть, надеюсь? Да, пирог тоже нужен. Нет, не один. Два куска. Да, и кофе. С сахаром. Три ложки!