Хозяйка заброшенной усадьбы

Глава 9

За месяц я научилась разжигать огонь в древней печи. Сварить кашу тоже могла. Другое дело, что варить было нечего. Мы подъели абсолютно все припасы, поэтому ничего, кроме «пустого» чая, я предложить внезапным гостям не могла.

Впрочем, они не возражали. Едва чайник вскипел, я разлила по кружкам с молотыми травами кипяток и поставила их перед мужчинами. Пара минут, и можно будет пить чай.

В комнате имелось только два табурета. Третий я предложила принести из прихожей. Мне было интересно, кто из мужчин пойдет за ним. Это сразу показало бы, кто в паре командует.

Пошел Рональд.

Мы расселись втроем у стола, и я вопросительно взглянула на обоих своих гостей.

– Итак, лейры, чем я могу вам помочь?

– Мы прибыли из столицы, лейра, – взял слово Арнольд. – В нашу задачу входит собрать и передать столичному лекарю травы, которые растут только…

Он замолчал, видя мою богатую мимику, которую я и не думала скрывать. Губы расползлись в улыбке, брови встали домиком. Да, конечно, я верила каждому сказанному слову.

– Лейры, я, конечно, деревенская травница, – покачала я головой, – но уж точно не дура. Лорд и граф собирают травы? Правда? У вас может быть любая миссия, мне чужие дела не интересны, но не преумножайте, пожалуйста, ложь своей предысторией. Просто скажите, что нужно конкретно от меня.

Мужчины переглянулись. Не знаю, была ли я первой, кто, не таясь, высказал им свои сомнения, но их, похоже, это удивило. Ну да, забитые местные крестьяне, запуганные аристократами, если и поймут, что лорд врет, вряд ли выскажут ему свои мысли в лицо.

– Вы – чрезвычайно прямолинейная женщина, лейра, – произнес Арнольд.

Читай: «Дура ты редкая. Кто ж так открыто себя с высокопоставленными аристократами ведет».

– Есть у меня такой недостаток, – кивнула я. – Так что именно от меня нужно?

– Травы, – сообщил Рональд. – Мы дадим вам список.

– Не мне, моей помощнице. Я с травами не работаю.

– Как скажете, лейра, – согласился Арнольд, прихлебывая свой чай.

Следующие двадцать минут мы сидели за столом и молчали. А потом вернулась Инга. Как я позже узнала, ее подвез на телеге до леса дальний родственник кузнеца, у которого бойкая Инга выменяла на пять серебряных монет трех свинок, курицу, три каравая хлеба, миску шарты и две крынки молока. Все это, оставив телегу на опушке леса, родственник кузнеца помог ей донести до дома. Не потому, что был действительно отзывчивым, а потому, что нуждался в каком-то там лекарстве, которое стояло у Инги уже несколько месяцев «без дела».

Припасам я обрадовалась больше, чем найденной в тайнике книге. Давно у нас на столе не было молока и хлеба. Все как-то без них перебивались.

Удостоверившись, что Инга и гости поняли друг друга, я отправила их втроем за травами, а сама стала варить уже ощипанную тушку курицы и отдельно, в другой кастрюле, шарту. Принесенные припасы мы с Ингой съели бы недели за две. Мы, две слабые женщины. Но сейчас, увы, у нас гостили двое здоровых мужчин. А значит, придется распрощаться и с шартой, и с курицей. Если эта парочка, конечно, не побрезгует поесть у «лейры ведьмы».

Оставалось надеяться, что уедут гости быстро и заплатят за съеденное и собранные травы.

С такими мыслями я неспешно готовила принесенное.

Инги с гостями не было до темноты. Появились они втроем на кухне уставшие, с трудом передвигавшие ноги, только когда чернильная тьма опустилась на землю и ничего нельзя было разглядеть даже на пальцах руки. Буквально через минуту после их возвращения на улице снова полил ливень. Крупные тяжелые капли, будто град, стучали по подоконнику, грозно завывал в трубе ветер, гремел гром, и постоянно сверкала молния. Гроза разбушевалась не на шутку.

– Ужинать будете? – поинтересовалась я, втайне надеясь, что мужчины побрезгуют есть у ведьмы.

Ошибалась. Не знаю уж, как граф с лордом жили у себя в столице, чем и в какой обстановке питались, но здесь они довольно бодро двигали челюстями, разделываясь и с курицей, и со своей порцией шарты. И то и другое исчезало в их желудках прямо-таки с космической скоростью.

К концу ужина мы с Ингой лишились и курицы, и половины выторгованной шарты. А я получила важный жизненный урок: здорового мужчину прокормить очень трудно. А уж двоих – почти нереально.

После ужина был чай, с хлебом, так как сладостей не имелось, а гости не особо и наелись. Один каравай съели почти полностью.

Хорошо хоть на молоко они не покушались. Но и то такими темпами быстро не протянет.

– Вы нашли все, что нужно? – прозрачно намекнула я после ужина.

– Увы, лейра, не все, – с едва слышимой усмешкой в голосе ответил Арнольд. – Ваша помощница сообщила, что часть трав нужно собирать на рассвете. Этим мы завтра утром и займемся. Да и к тому же на улице ливень. Не выставите же вы нас за дверь в такую погоду?

«Я бы с удовольствием», – мрачно подумала я, планируя завтрашний завтрак. В любом случае придется готовить одну из свинок.

– Сюда вы прибыли без проблем, – намекнула я на непонятное средство передвижения, выбросившее нас троих к ступенькам дома.

– Это был последний портал, лейра, – вступил в разговор Рональд. – Завтра мы соберем травы и отправимся в столицу пешком.

Я восхитилась его умением врать. Даже я, учительница старших классов, постоянно ловившая детей на вранье, ничего не заметила. Но в самом деле, высшие аристократы вернутся в столицу пешком? Да ладно. Я, конечно, местную географию не изучала, но знала, что от столицы до нашей деревни на лошадях скакать недели две, не меньше. Тут же имелась в виду пешая прогулка. Нет, явно среди предметов, которым обучали этих двоих, был курс по искусному вранью.

На этот раз я не стала обличать аристократов, пожала плечами и предложила в таком случае идти спать.

– Моемся мы по утрам, так что не обессудьте.

– Мы – воины, лейра, привыкли к неудобствам, – то ли успокоил, то ли подначил меня Арнольд.

Я предпочла пропустить его слова мимо ушей.

На второй этаж поднялись все вместе. Гости ушли в выделенную им спальню, мы с Ингой закрылись у нее в комнате.

– Где вы были и что им нужно? – спросила я, усаживаясь на кровать. Инга села рядом.

– Им действительно нужны травы, лейра, – ответила она. – Не совсем законные, но…

– Приворот или яды?

– Нет, скорее, то, что поможет узнать правду, не прибегая к пыткам.

Сыворотка правды? В этом мире? Почему нет. Но все же…

– Эти травы растут только у нас?

– Нет, лейра. Но не все травницы согласятся собирать их.

– Даже если им угрожают или предлагают достойную плату?

Инга задумалась ненадолго, потом ответила:

– Не знаю, лейра… Но они странные. Оба. Ведут себя так, будто для них нормальное дело – лазить по болотам и искать что-то под корнями.

– Ну они же сказали, что воины.

– Нет, лейра, это другое. Они свободно чувствуют себя в лесу. А лорды… Я с лордами не знакома, но они кажутся мне спесивыми гордецами…

Эти же слишком легко общаются с крестьянами.

Да, загадки множились. Но я не была уверена, что хочу знать ответы на все свои вопросы.

Глава 10

Поговорив с Ингой минут десять-пятнадцать, я ушла в свою спальню. Переодеваться было особо не во что, поэтому я всего лишь сменила одну кофту на другую, надела чистые штаны и носки и улеглась в постель. Завтра мы с Ингой собирались стирать все свои грязные вещи. Вот только выпроводим незваных гостей, и можно будет приступать к задуманному. День пройдет быстро. Стирать кучу вещей вручную – то еще удовольствие.

С этими мыслями я и заснула.

Ночь прошла спокойно, без снов, впрочем, как и всегда.

Утром я встала рано, поняла, что не выспалась, несколько раз зевнула и направилась в ванную комнату – мыться.

Возле чана уже стояли Инга и гости.

– Ты подогрела воду? – спросила я, поздоровавшись.

– Еще нет, лейра, – откликнулась Инга. – Вас ждали.

На какой-то миг я ощутила себя важной персоной. Меня? Все ждали? Включая лорда? Неожиданно.

Инга прикоснулась к чану, и от ее руки стали расходиться светло-желтые круги. Магия в действии.

– Простая крестьянка владеет Силой? – задумчиво проговорил Рональд. – У вас необычный дом, лейра.

Инга покраснела, продолжая нагревать воду в чане.

– Я – женщина простая, лейр, – пожала я плечами, – намеков не понимаю. Если хотите что-то сказать, говорите прямо.

– У крестьян не бывает магических способностей, лейра, – сообщил Арнольд. – Если, конечно, они не внебрачные дети кого-то из аристократов.

Ах, вот, значит, как.

– Вы видели старосту. Они с Ингой – одно лицо, – я с нетерпением ждала, когда, наконец, смогу вымыться.

– Значит, это был дед, – откликнулся Арнольд.

– Прадед, – тихо произнесла Инга. – Отец рассказывал, что прапрабабушка долго понести не могла. А потом через деревню проехал кто-то знатный, не раскрывавший имени. И прадед родился точно в срок.

– Отлично, твою родословную мы выяснили, – меня меньше всего интересовало, кто и от кого забеременел. – Купаться уже можно?

Мужчины переглянулись между собой и ухмыльнулись. Инга улыбнулась.

– Конечно, лейра.

– Чудно. Тогда, как хозяйка, я моюсь первой.

– Вы, лейра, совсем не гостеприимны, – иронично заметил Арнольд.

– Совершенно, – согласилась я. – Выйдите из комнаты, пожалуйста.

Избавившись от мужчин, я с наслаждением вымылась сама, подождала, пока примет ванну Инга, и только потом, когда грязная вода ушла по трубам в землю, а чистая набралась доверху и согрелась, в ванной появились гости.

Мы с Ингой оставили их одних и, переодевшись в своих спальнях, спустились на кухню – готовить. Еще с вечера мы условились, что прямо сейчас, утром, будет чай с хлебом. Потом гости вместе с Ингой отправятся за травами. А я останусь готовить поросенка. Пообедаем мы все вместе. А уж потом, если, конечно, не пойдет снова дождь, гости нас наконец-то покинут. И, я надеялась, не забудут заплатить за гостеприимство.

Мужчины спустились в кухню, когда чайник вскипел, а у меня в животе стали слышны трели. Мы привычно расселись за столом и молча приступили к трапезе. Не знаю, о чем думали гости и Инга, а я радовалась, что свинок нам привезли уже разделанных. Вряд ли я смогла бы справиться с этим сама.

– Благодарю за стол, – Арнольд поднялся со стула первый. За ним – Рональд. – Думаю, пора идти за травами.

В сопровождении Инги они вышли из кухни. Я с тоской посмотрела на крошки, оставшиеся от второго каравая, и приступила к приготовлению обеда. Шарта и поросенок. Что еще можно было приготовить из остатков? Правильно, больше ничего. Поставив тушиться свинину и вариться – шарту, я заглянула в подпол, достала крынку молока, поставила на стол и следующие несколько минут наслаждалась тишиной, покоем и тремя кружками молока.

Какие могут быть приправы у двух не подготовленных к зиме ведьм-недомагичек? Правильно, практически никаких. Хотя та же соль в крестьянской среде ценилась на вес золота, и приправами пользовались чаще, особенно те, кто разбирался в травах, садовых и лесных. У нас с Ингой соли не было вообще. Приправы практически закончились. Две-три пригоршни лориски, травки, придававшей блюдам пряный вкус, и примерно столько же ношры – травки, солоноватой на вкус. Именно ею и солили еду бедные слои населения. Ничего другого в нашей усадьбе и не сыскать было.

Я добавила в шарту ношру, а к свинке – немного лориски и села вышивать. Пальцы совершали привычные движения, скоро вышивку можно будет считать завершенной. По весне найдем с Ингой подходящее дерево да и сделаем рамку для моего изделия, повесим на стену, пусть хоть что-то яркое глаз радует. А пока полежит в шкафу у меня в комнате, в коробке. Как приданое. Я усмехнулась своим мыслям. Нашлась невеста. По местным меркам уже старуха, из всего имущества – странный разваливающийся дом. Вот уж ко мне очередь из женихов выстроится. Только успевай неугодных отсеивать.

А вообще, конечно, вышивка – это хорошо. Но в наших с Ингой условиях пора мне учиться у нее и переходить на вязание. Хоть что-то зимой пригодится. Осталось только нитки достать. Где-нибудь. Ингу-то родители снабжают, они своей кровиночке ненаглядной на праздники дарят и мотки ниток, что привозят из ближайшего городка, и пяльцы, да мало ли что. А меня снабжать некому… Если только снова тайник какой найти внезапно в этом доме.

Мысли плавно перетекли с рукоделия на возможные тайники. Кто и для чего их создал? Что там вообще может храниться ценного? Никогда не поверю, что книжка со сказками или рисунки могут стоить целое состояние. Тогда для чего их прятать? Как память?

Вопросы, вопросы. И ни одного ответа.

Шарта между тем доварилась, я выключила огонь, сняла с плиты миску. Теперь ждем свинину. Я взяла самую большую кастрюлю, на семь литров, и тушила в ней на медленном огне примерно треть поросенка. Но при этом сильно сомневалась, что гости оставят после себя хотя бы кусок. Скорее всего, после их ухода снова придется готовить.

Сплошные расходы с этими мужчинами. На Земле я никогда не сталкивалась с ними в быту и теперь с недоверием наблюдала за тем, как блюдо, которое мы вдвоем с Ингой могли есть сутки, а то и двое, исчезает в мужском желудке за один раз.

Гости в сопровождении Инги вернулись минут за десять до готовности поросенка, успели снять с себя верхнюю одежду, вымыть руки и усесться за стол.

– Все прошло успешно? – поинтересовалась я, выключая огонь под поросенком.

– Да, лейра, – ответил Арнольд, – ваша помощница указала нам на все нужные травы.

«И вы ее гоняли, чтобы она их для вас набрала», – подумала саркастически я про себя.

Сначала съели шарту, уж слишком горячим был поросенок. Потом, когда он немного остыл, принялись за него. Как я и ожидала, треть мяса ушла практически вся. Того, что оставалось, нам с Ингой на обед точно не хватило бы.

Зато гости наелись и от щедрот душевных оставили в качестве платы за постой и помощь целых два золотых. На полтора золотых можно было купить домик в деревушке Инги. Так что теперь у нас с ней ожидалась сытная и, может быть, относительно теплая зима.

Гости собрались и ушли сразу же после обеда. Я не стала махать им вслед платочком, а деловито повернулась к Инге.

– Надо подумать, где можно по-тихому разменять один золотой. Так, чтобы твои односельчане не узнали. А то прикопают нас с тобой под кустиком за такие деньги.

Инга кивнула.

– У моих родителей, наверное, лейра, я спрошу.

Что ж, уже легче прожить.

Глава 11

Следующие двое суток подряд снова лил дождь. То долгий и нудный, то быстрый, с грозовыми «спецэффектами», он раздражал меня до ужаса. Привычная Инга не обращала на него ни малейшего внимания и занималась домашними делами или рукоделием. Я же просто мечтала о единственной солнечной неделе, которая, по словам Инги, начнется перед самой зимой.

Я любила солнце и ненавидела осенне-зимнюю хмарь. На Земле, в моем регионе, солнце появлялось и осенью, и зимой, пусть не особо часто, но все же. Здесь же… В общем, настроение у меня было отвратным, в том числе и из-за погоды.

Все свободное время мы занимались хозяйством: постирали успевшую скопиться грязную одежду, потушили с приправами свинину и доварили шарту, снова и снова вытирали пол на первом этаже, рукодельничали. Без дела не сидели и отдыхали только во сне.

– Лейра, нам деньги сильно нужны? – озадачила меня на третий день дождя Инга.

– Ты их уже потратить успела, не выходя из дома? – иронично поинтересовалась я.

Инга мило покраснела и пояснила:

– Артар, ну тот, племянник жены кузнеца, когда вез меня, рассказывал, что в деревню приехали чужаки. Трое парней, крепких, сильных, и две девушки. Пока спят в овине у кузнеца. Парни ходят по деревне, ищут работу. Я подумала, может, позвать их крышу перекрыть?

– Тут два вопроса, – задумчиво проговорила я, – пойдут ли они к ведьмам работать? И где взять сухую древесину, чтобы крышу перестелить?

– Так ростинай же, он всегда сухой, нужно только кору содрать, – пояснила Инга.

Я напрягла мозг. Ростинаем вроде называли высокое широкое дерево, в изобилии растущее в местных лесах. Насколько я помнила, плодов оно не давало и в хозяйстве не годилось. Но рубили его почему-то часто. Теперь до меня дошло, почему.

– Значит, как только дождь закончится, отправимся в деревню, поговорим с теми парнями, – решила я. – Продукты нам, конечно, нужны. Но кровля нужнее.

Инга согласно закивала: уборка на первом этаже отнимала у нас очень много и времени, и сил.

Дождь прекратился ночью. Утром мы с Ингой позавтракали остатками шарты, запили ее последними глотками молока, доели одного из трех поросят и стали собираться в деревню. Я хотела обменять оставшиеся пять серебряных монет на продукты, так как из запасов у нас оставались только два поросенка, ну и заодно нужно было поговорить с чужаками насчет работы.

Три кофты, двое штанов, плащ, тайры, шапка – я одевалась так, будто снаружи была зима.

В принципе, я практически не ошиблась: погода и впрямь больше напоминала зимнюю, нежели осеннюю. Промозглый ветер, сырой воздух, низкая температура, отсутствие солнца – какая осень? Ранняя зима, не иначе.

Мы с Ингой, как и в прошлый раз, шли по грязи всю дорогу, что в лесу, что вне его пределов. Как и в прошлый раз, нам на встречу не вышел ни один зверь, и я была откровенно этому рада: не знаю, как сработала бы моя хваленая магия при малейшей опасности. Возможно, как и ее хозяйка, притворилась бы мертвой.

Инга уверяла, что животные чувствуют мою Силу, а потому и не стремятся к близкому знакомству со мной. Я скептически улыбалась, но не спорила. Хочется ей так думать – пусть. Главное, до деревни мы дошли без проблем и забот. Чуть больше часа ходьбы – и вот уже мы возле дома кузнеца, высокого, широкоплечего детины, даже в сильные морозы ходившего в легкой одежде и обуви.

Нарсак, так звали кузнеца, едва увидев «лейру ведьму», сразу же забросил все дела, встал по стойке смирно и разве что честь не отдал. К своим постояльцам он проводил нас охотно, и я подозревала, что причиной его радушия было желание побыстрей отделаться от злобной ведьмы. Ну да, искры, прожегшие дырки на штанах Радика, вся деревня обсуждала, наверное, не один день. А вот спасенных мной пациентов, между прочим, с помощью лекарств из другого мира, забыли быстро. Так что все верно, злобная ведьма, не иначе.

Постояльцы оказались дома. Женщины пытались приготовить нехитрый завтрак, мужчины обсуждали поиск работы. Внешность и тех и других отличалась от внешности местных. Здесь я видела светлые волосы, зеленые или голубые глаза, немного вытянутый череп и островатый нос. У меня даже закралось подозрение в их расе. Люди ли они? Впрочем, работу они все равно ищут, так что люди или нелюди, а спросить у них насчет крыши надо было.