Предсказанный муж. Игры с драконом

Мужья остались верны себе и, естественно, в подробности нас с Эльзой посвящать не пожелали. Впрочем, подруге достаточно было обычного объявления. Я же тщетно пыталась понять, кто и почему выбрал именно мои картины для мести абстрактному высшему обществу. Конечно, то, что рисовала я, в корне отличалось от мирных пейзажей других художников. Возможно, дело было именно в этом. Но что-то подсказывало мне, что корни проблемы уходили гораздо глубже. Замучившись строить предположения, я направилась в детскую, где и провела время до сна. Берт рос не по дням, а по часам. Скоро начнет бегать, и тогда укромного уголка в этом доме не останется…

Ночью, лежа с мужем в постели, я спросила, не опасно ли нам с сыном оставаться в столице.

– В стенах дома – нет, – обнимая меня, ответил Димирий.

– Но ведь впереди свадьба сына князя, – напомнила я мужу, – и мы должны на ней присутствовать.

– Я вызову Лидину, она присмотрит за вами с Эльзой.

Ответ мне не понравился, но, похоже, ничего другого от мужа было не добиться.

Утром я проснулась со странным ощущением. Как будто вот-вот должно было что-то произойти, что-то, может, не совсем страшное или странное, но уж точно будоражащее сознание, а возможно… И тут я вспомнила: лорд Шаринас пообещал появиться сегодня. Здесь. Несколько секунд я лежала без движения, «переваривая» новость, потом поднялась и дрожавшей рукой нажала на кнопку – вызвала Литу.

Девочка прибежала довольно быстро. С ее помощью я привела себя в порядок, оделась и даже спустилась в обеденный зал.

– Госпожа, вам плохо? – испуганно спросила служанка, заметив, что у меня дрожат руки.

– Нет, Лита, все в порядке, – ответила я, радуясь, что снобы драконы не садятся за один стол с другими расами.

Компанию мне составила только Эльза. Мужчины к завтраку не спустились.

– Готова? – спросила подруга, щедро поливая джемом оладьи.

Я вопросительно подняла брови.

– С каких пор ты стала есть вредное и жирное? А как же фигура? И к чему готова?

– С тех пор, как узнала, что кронпринц предпочитает тростинок, – последовал вполне логичный ответ. – К визиту лорда Шаринаса, естественно.

– Нет, но кто и когда меня спрашивал?

– Именно поэтому ты надела платье с глубоким вырезом и длиной по колено? – изогнула бровь подруга.

– Глубоким вырезом? – я внимательно оглядела себя. – Где ты вырез увидела? Все в рамках приличий.

– Да-да, как та короткая стрижка,– хмыкнула Эльза. – Хотя, с другой стороны, сейчас тебя не спасет и мешок от картошки вместо одежды. Лорд Шаринас, похоже, настроен серьезно.

– Опять что-то из «неформального этикета»? – отодвинула тарелку с остатками каши.

– Что-то вроде того. Знаешь, я удивлена, как это он посмел ослушаться богов. Но его появление здесь только подчеркнет серьезность его намерений. Наверное, Димирий правильно сделал, что не спустился. Ни к чему ему лишнее унижение.

Я только открыла рот, чтобы попросить подругу объяснить все сказанное, когда в обеденном зале появился слуга и, почтительно поклонившись, сообщил, что пожаловал лорд Шаринас.

Время, проведенное в аристократической среде, как и земные испытания, даром не прошло, и в кабинет, в котором мы с Эльзой обычно чаевничали, я входила, внешне спокойная, хотя в душе дрожала от страха. Я боялась не самого дракона. Нет, мой страх был связан с социальным положением лорда Шаринаса и его практически полным могуществом. Отказать полубогу? Разве можно было на Земле ответить отказом могущественному олигарху? Мало того, олигарх все же был человеком, который смертен, а вот дракон, спокойно открывавший порталы в другие страны и гасивший магию одним движением руки… Да, меня пугала близость такого существа. И мне совершенно не хотелось находиться в какой-либо зависимости от него.

Лорд стоял у журнального столика и лениво скользил взглядом по обстановке комнаты. Этакий скучающий мажор, практически бессмертный и всегда элегантно одетый. На этот раз дракон красовался в черном костюме, без галстука, но с брошью на лацкане пиджака. Насколько я помнила «неформальный этикет», отсутствие галстука означало, что визит можно считать неофициальным.

– Вера, – повернувшись на звук открывавшейся двери, кивнул лорд Шаринас, – рад, что вы нашли время для беседы со мной.

Прозвучала фраза, по крайней мере для меня, саркастически. Впрочем, я изначально была настроена негативно по отношению к дракону…

– Ваше сиятельство, – присела я в положенном реверансе, не зная, что отвечать на подобную фразу.

– У вас довольно необычные картины, – пока дракон говорил, его глаза осматривали меня и как будто раздевали, не оставляя на теле ни единой ниточки. Красная от стыда, я с трудом удерживалась, чтобы не выскочить из комнаты. – За те несколько часов, что они у меня пробыли, сразу двое слуг пожаловались на непонятные тени, разгуливающие по дому. В каком настроении вы писали эти пейзажи?

– Я избавляюсь от негатива, занимаясь творчеством, – пожала я плечами, тщетно пытаясь показать, что взгляды лорда на меня не действуют.

– Странная привычка, – уголки губ мужчины изогнулись в причудливой улыбке. – Творчество должно приносить радость, а не пугать всех в округе.

Я промолчала, не желая поддаваться, как мне казалось, на провокацию.

– Вы помните условие богов? – сменил тему его сиятельство.

Я кивнула.

– Не думаю, что еще один год что-то изменит. Сразу после бракосочетания их высочеств я отправляюсь к себе домой. Надеюсь, вы будете меня сопровождать. А пока приглашаю вас завтра на конную прогулку.

– Я боюсь лошадей, – вместо того чтобы отказаться, неожиданно призналась я.

– Что ж, значит, поедем в карете… – последовал ответ. – Всего доброго, Вера. До завтра.

Мужчина повернулся и вышел из комнаты.

Какое-то время я стояла, обдумывая сказанное, потом, ощущая, как в груди появляется ком, мешающий дышать, потом повернулась и медленно направилась к себе.

Эльза ожидала новостей в моей спальне.

– Прогулка? С драконом? – подруга покачала головой. – Похоже, у кого-то закончилось терпение. Кстати, бракосочетание состоится через неделю. Что делать будешь?

– Как будто у меня есть выбор, – вздохнула я, опускаясь в кресло рядом с окном. – Я больше чем уверена: откажусь ехать по своей воле – он увезет меня силой. Вот только смысла во всем этом не вижу. Нашел роковую красавицу.

– Уязвленное самолюбие, – последовал ответ, – ты не пала в его объятия, как остальные аристократки, плюс твое поведение тоже не совсем обычно, а он… Ему просто скучно, думаю.

– И потакая своим прихотям, он собирается растоптать мою жизнь? – уточнила я.

– Слишком высокопарно выражаешься, Вера, ты не первая, кто приглянулся дракону, – пожала плечами Эльза. – Относись к этому как к интрижке.

– Я бы с удовольствием, но я всегда считала, что интрижку затевают оба, а здесь, похоже, мое мнение никому не интересно.

Подруга хотела что-то ответить, но в этот момент дверь приоткрылась, и в проеме показалась головка Литы.

– Госпожа, к вам баронесса Ларская.

Мы с женой эльфа недоуменно переглянулись. Что понадобилось Агнессе? Деньги мог завезти и слуга?

Переодеться я не успела, потому и спустилась в сопровождении Эльзы в том же платье, в котором встречала дракона.

Гостья взволнованно расхаживала по гостиной. Увидев нас, успокоилась, улыбнулась, села в кресло, положила на столик перед собой мешочек с монетами.

– Твоя часть от продажи картин, Вера.

Плохо понимая, что происходит, я поблагодарила и опустилась на диван напротив баронессы. Эльза села рядом.

– Что-то случилось, Агнесса?

– Лорд Шаринас чуть не разбился! – выдала новость ее милость, впиваясь в меня внимательным взглядом.

Ком в груди увеличился, а еще у меня начали подрагивать руки. Странная, совершенно непонятная реакция. Он мне не любовник, пока, во всяком случае, почему эта новость меня взволновала?

Тихое оханье подруги привело меня в себя.

– Вера, он был у тебя? – спросила, все так же внимательно наблюдая за моей реакцией, Агнесса.

Я кивнула. Смысла нет скрывать. В столице все как на ладони. Баронесса и без моего признания узнает, только на этот раз – из сплетен.

– Я так и подумала, – удовлетворенно улыбнулась моя работодательница. – Я выехала из дома, увидела, как он сел на лошадь где-то рядом с твоим домом, проехал пару-тройку шагов, а потом его конь понес! Они промчались мимо меня через несколько секунд, я успела заметить, что дракон не мог усмирить животное. И вдруг все резко прекратилось. В конце улицы оба остановились. Сначала я решила, что тут что-то случилось, с тобой, я имею в виду, а конь почувствовал настрой хозяина. Но увидев, что ты в порядке, я изменила мнение. Я думаю, это кара богов!

Я резко вдохнула воздух. То есть лошадь понесла, но он жив… Даже не знаю, радоваться или огорчаться…

– Почему кара? – услышала я будто со стороны свой глухой голос.

– Потому что два года не прошло! – последовал логичный ответ. – Он нарушил данное тебе одним из богов обещание. За что и поплатился. И на этом, думаю, боги не остановятся!

Обсудив с Агнессой подробности готовившегося представления, я проводила гостью и поднялась к сыну. Берт сладко спал в кроватке, раскинувшись на матрасе в позе морской звезды. Рядом нежились в царстве Морфея его измученные няньки. Я искренне им сочувствовала: малыш рос активным, в отличие от его зажатых родителей, и грозил поставить на уши весь дом. Полюбовавшись Бертом, я вернулась к себе.

На душе было тоскливо. Семейная жизнь, конечно, у меня не заладилась. Вернее, мы с мужем представляли ее по-разному, но отсутствие понимания со стороны супруга – еще не повод бросаться в объятия другого мужчины. Причем мужчины, судя по всему, эгоистичного и бездушного. Поиграет он со мной пару-тройку недель. А потом что? Возвращаться к мужу и усиленно делать вид, будто ничего не произошло? Жить отдельно и не видеть ребенка? Ситуация казалась мне тупиковой. Выхода я не видела, настроение падало все ниже.

К обеду я не вышла – не было ни сил, ни желания общаться с кем-то. Мое душевное состояние позволяло только уставиться в одну точку на стене и стараться не разрыдаться.

– Дура ты, Верка, – сообщил мне ехидно знакомый голос. – И муж твой дурак. Вот же вышла семейка.

– Здравствуйте, – вежливо поздоровалась я, решив не акцентировать внимание на том, что свёл нас именно бог лжи, а значит все претензии должны быть к нему. – Где обещанный мне второй год?

– Дракон еще получит за самоуправство, – фыркнул собеседник. – А ты поменьше себя накручивай. Прирежешь еще этого гада ночью. Будут ему сексуальные игры.

Отсутствием фантазии я не страдала. Представив себе сексуальные игры с использованием ножа, я почувствовала краску на щеках. Правда, желание разрыдаться ушло на второй план.

– У тебя есть еще час, можешь пожалеть себя, бедную-несчастную, – словно не замечая моего состояния, продолжил Диар, – потом вместе со своей подружкой поедете в гости.

– Куда? – вопрос остался без ответа. Бог лжи, как обычно, сообщил только то, что посчитал нужным.

Действительно, час я провела в тишине. Мысли с трудом ворочались в голове, сердце тихонько ныло, но общее состояние все же можно было считать удовлетворительным. Через положенный срок в мою спальню заглянула Лита:

– Госпожа, господин приказал помочь вам одеться.

– Мы куда-то едем? – вставать с постели не хотелось.

– Да, госпожа, в княжеский дворец.

Подавив вздох, я позволила служанке нарядить себя.

Тёмно-зелёное платье длиной до пола, с закрытыми руками и полным отсутствием декольте, призвано было подчеркнуть мое мрачное настроение, хотя, скорее всего, эту аллегорию поймем только мы с Эльзой. Она, кстати, тоже выбрала темное, закрытое платье, хотя и в нем смотрелась более чем привлекательно.

Мужья по традиции ожидали нас внизу. По лицам что Димирия, что Лориана, ничего нельзя было прочесть, но рука, поданная мне супругом, была напряжена. Что ж, значит, ему не все равно. Уже радует…

Пока ехали в карете, я гадала, зачем мы понадобились во дворце – никаких торжественных или камерных мероприятий не намечалось, до свадьбы еще неделя. К чему так срочно вызывать нас четверых? Причин я не видела. И напрасно. Причину звали Кирана. Она была утонченной черноокой девушкой с капризными тонкими губами и каштановыми волосами. Как потом оказалось, ее высочество страдала от свадебной лихорадки, а так как мы с Эльзой были в числе тех, кто уговорил эльфийку выйти за наследника княжества, то и отдуваться следовало нам.

Её высочество приказала накрыть в малой гостиной стол для чая. Следующие два часа мы втроем делали вид, что насыщаем организмы, на самом же деле я развлекала двух девушек рассказами о культуре собственной страны: старалась, конечно, выбирать как можно более безобидные примеры, но по глазам Кираны видела, что недосказанное принцесса чувствовала лучше, чем произнесенное. А это значило, что вскоре после свадьбы княжество вполне могли ожидать перемены или же частые ссоры молодых супругов.

Дослушав пересказ очередного любовного романа, наша гостеприимная хозяйка откинулась на спинку кресла.

– Вера, ходят слухи, что сразу же после нашего бракосочетания лорд Шаринас собирается увезти вас к себе домой. Я правильно поняла?

Интересно, у кого такой длинный язык? У Эльзы или у Агнессы?

– Да, ваше высочество, – настороженно ответила я: смена темы напрягала, мне было не понятно, к чему клонила Кирана.

– Надеюсь, вы помните, что полубогам не отказывают? – внимательный взгляд черных глаз, и мое очередное:

– Да, ваше высочество.

– Жаль, у вас не подходящий характер, – задумчиво пробормотала принцесса. – Я слышала, что некоторые эльфийки, более энергичные, смогли сменить статус и стать не любовницами, а женами.

– Я замужем, ваше высочество, – напомнила я.

Кирана посмотрела на меня с искренним недоумением.

– Я имела в виду, стать женой дракона. Вы же понимаете, что это повысит ваш статус?

Видимо, свое отношение к подобному заявлению я все же выразила, пусть даже и невольной мимикой, потому что царственная невеста удивленно вскинула брови.

– Вы совсем не хотите связи с Шаринасом?

– Не хочу, ваше высочество.

Я ожидала уговоров и пояснений, что драконам не отказывают, но Кирана несколько минут внимательно на меня смотрела, а затем сообщила:

– Я не уверена, что у вас получится отказаться от постели, но испортить ему жизнь в ваших силах. Вы умная женщина, Вера, много читали, особенно – иномирной литературы. И у вас острый язычок. Полагаю, этого вполне достаточно, чтобы вы смогли ясно выразить свое отношение к связи с Шаринасом.

Я думала о сказанном всю ночь – Димирий снова разбирался с рукописями – и утром уже примерно знала, что буду делать, когда попаду во владения дракона. Да, у меня действительно был покладистый и неконфликтный характер, но ранить словом, предварительно хорошенько изучив противника, меня научили еще на Земле. А значит, Кирана была права в своих предположениях, и мои возможности при правильном использовании ситуации сильно возрастали.

На следующий день, практически сразу же после завтрака, в доме появился лорд Шаринас. Такой же элегантный, как и всегда, в длинном шерстяном пальто и шляпе с высокими тульями, он подождал, пока слуги подадут мне меховой полушубок, и галантно открыл входную дверь.

Карета дракона внешне ничем не отличалась от кареты Димирия. Внутри магическое средство передвижения было более вместительным и удобным: кресла – мягче, пространства – больше, выбор закусок на столе – шире. Да что там, даже темные занавески на окнах, казалось, создавали необходимый для дальней дороги уют.

Первые пару минут поездки мы молчали, затем лорд Шаринас, лениво откинувшись на сидение, сообщил:

– Сегодня в мой сон явился кто-то из богов в облике дворецкого с вашей картины и предупредил, что меня ожидает кара небесная, если я предприму что-либо до конца обещанного вам года. Пугливым я себя не считаю, и вызов богам, думаю, придаст моей жизни интереса, поэтому мое предложение в силе.

– Приказ, вы хотели сказать, – после принятого утром решения я чувствовала, что страх перед драконом больше не мешает мне жить. – Насколько я знаю, полубогам не отказывают.

– Вы невысокого мнения о нас, – усмехнулся мой собеседник и повернулся ко мне. В полумраке кареты его глаза словно горели внутренним пламенем.

– Просто предпочитаю четкость и точность в формулировках, – привычно дернула я плечом и поинтересовалась. – Мы катаемся или едем в конкретное место?

– Второе, – в голосе послышался смех. – В одну из самых известных рестораций столицы.

В переводе на человеческий язык, меня собирались представить высшему обществу в ином, непривычном статусе.

Потянувшись к столику с закусками, дракон положил в рот кусочек сыра, прожевал его и только потом спросил:

– Вы всегда так скромно одеваетесь?

– Нет, милорд, только когда появляюсь на людях, – я порадовалась, что и на этот раз на мне оказался наряд, больше подходивший монашке: коричневое платье в пол, полностью закрытое, идеально сидевшее на мне во время беременности, но сейчас явно великоватое.

Впрочем, успев изучить характер дракона, я предполагала, что лорд Шаринас обязательно пожелает похвастаться перед жителями столицы новой игрушкой.

Его сиятельство качнул головой.

– Дурная привычка. Надеюсь, вы измените ей, когда станете жить со мной.

Ответить я не успела: карета подкатила к известной на всю столицу ресторации «Свет вечерний». Легенда гласила, что так называлась резиденция Диара, покровителя города.

Украшенная внутри композициями из живых цветов, ресторация поражала любого вошедшего пышностью и богатством обстановки, излишними, на мой взгляд. Если бы мы находились на Земле, я предположила бы, что основным стилем в оформлении заведения являлся стиль ампир: пилястры по углам, как бы поддерживавшие крышу; живописные панно с изображениями экзотических зверей и птиц; обилие зеркал, в которых любой гость мог потеряться не хуже, чем в лабиринте; использование мраморных и бронзовых деталей в интерьере; шикарная позолоченная лепка на потолке и стенах. Роскошь била в глаза.

Мой спутник выбрал самый лучший столик – посередине зала. У всех на виду. К самому дракону никто, конечно же, приблизиться не решался, зато пройти мимо стремился чуть ли не каждый гость. Что ж, завтра я проснусь скандально известной, а Димирий – рогатым… Хотя бы по слухам…

Дома я постаралась поесть как можно более плотно, поэтому здесь сидела с заказанной чашкой чая. Лорд Шаринас с наслаждением поедал местный вид бифштекса, запивая его вином. Время шло. Мы молчали. Да и к чему говорить, если целью дракона было создание мне дурной репутации?

– Я надеюсь увидеть вас на бракосочетании княжеского сына, Вера, – улыбка дракона могла растопить ледяное сердце любой из недотрог. Вот только мое было обычным, билось спокойно, а в душе зрело желание отомстить, пусть хоть с помощью слов, за нежелание его сиятельства считаться с чьим-либо мнением, кроме собственного.

– Верка, побудь пай-девочкой, – хмыкнул над ухом знакомый голос. – Потом развлечешься. А пока отвечай этому индюку.

– Как будет угодно вашему сиятельству, – я посмотрела в глаза цвета кофе с молоком. А потом вспомнила, в каком наряде собралась идти, и покраснела.

– Вера? – у дракона вопросительно приподнялась левая бровь. – Есть что-то, о чем я должен знать?

– Нет, – качнула я головой, – все в порядке, ваше сиятельство.

Домой я вернулась через два часа. Не застав никого, кроме слуг, я уединилась в своей мастерской. Никаких пейзажей. Исключительно портреты.

Сидела я долго, до самого вечера, забыв и об обеде, и об ужине. Выплеснув на холст настроение, я не чувствовала облегчения. Пустоту – да, чувствовала. Как и бессилие. А вот облегчения на этот раз творчество не принесло. Любовница. Всегда мечтала. Не жена, не любимая, так, постельная игрушка. Мне не то чтобы было обидно, скорее горько от понимания того, что в этом мире все вокруг стояли на стороне кронпринца, не желая слышать моих доводов.

От мольберта меня оторвал муж. Я даже удивилась, услышав за спиной его голос. Мне казалось, что Димирий собирается прятаться от меня до самой свадьбы княжеского сына.

– Милая, я понимаю, что ты его не любишь…

Я обернулась:

– Скажешь, не похож?

– На злодея – точно нет.

Я перевела взгляд на портрет, критически осмотрела свое творение. Не злодей. Но ухмылка точно кривая. И в глазах – огонь. Этакий разбойник с большой дороги.

– Знаешь, что у меня спросила принцесса во время последней встречи? «Надеюсь, вы помните, что полубогам не отказывают?». Вот так просто. Не отказывают им, ни в коем случае. И плевать всем, включая тебя, что я – не игрушка. А между прочим, я твоя жена. Димирий, тебе действительно все равно?

Истерикой мое состояние назвать было сложно. Скорее я чувствовала себя припертой к стенке. Меня невероятно раздражали все эти реверансы в сторону драконов. Великие и могучие крылатые ящеры, практически боги! Слова им поперек не скажи, исполняй любой их приказ! Да даже крепостные крестьяне и рабы изредка устраивали бунты, пусть и безрезультатно. Здесь же – совершенно рабская, не понятная мне покорность и полное нежелание что-либо менять. Почему? Я не могла понять такого отношения к собственной судьбе.

– Помнишь Лисию? – муж внимательно посмотрел на меня. В глазах – усталость и та же рабская покорность, которая так раздражала меня. – Её прадед осмелился однажды пойти против воли одного из драконов. Не особенно сильного, следует заметить. Не захотел отдавать дочь.

– И что? Тот дракон всех убил, а девочку взял силой? – предположила я самое страшное.

Муж закашлялся и посмотрел на меня почти с ужасом:

– Милая, порой меня пугает твоя бурная фантазия. Нет, тот дракон всего лишь обратился к своему покровителю, одному из богов. И род прокляли, лишив его наследников. Теперь он почти вымер. Из молодежи осталась лишь сестра Лисии.

– Димирий, сделай скидку на мое иномирное происхождение. Что страшного в том, что род вымер?

Муж, сидевший в кресле напротив меня, встал и неспешно прошел к окну, за которым уже расстилалась тёмно-синяя ночь. В комнате, кстати, горели свечи. Я и не заметила, как слуги их зажгли – с головой ушла в творчество.

– Как ты думаешь, почему я не стал противиться браку по расчету и согласился взять в жены Эльзу? Род не должен угаснуть. Никогда, ни по какой причине. Иначе… Есть давнее пророчество. В нем, если опустить подробности, говорится, что все древние рода должны рожать и растить наследников. Мой род – один из древнейших. Род Лисии – тоже. Её – практически прервался. Мой, считай, тоже…

Димирий оборвал себя на полуслове, задумался, будто заснул.

– Так что случится, если рода прервутся? – напомнила я о себе.

– Весь мир станет Пустынными Землями – в наше княжество нагрянут полчища нежити и нечисти, – встряхнувшись, ответил супруг. – Драконы, какими бы они ни были, охраняют покой этого мира и его жителей.

– И поэтому им позволено все? Логично, что сказать, – раздраженно фыркнула я.