Реальность человека 19 века. Мир прошлого из впечатлений и мнений современников

Кракатау

Утром 26 августа 1883 года пароход «Генерал-губернатор Лáудон», которым управлял капитан Линдеман, отплыл в Батавию с заходом в порты Суматры: Телок-Бетонг, Кроэ, Бенкойлен, Паданг и Ачех.

Пассажиры были всех категорий. Были на борту и европейские, и местные солдаты, направляемые для пополнения гарнизонов на Западном побережье Суматры и Ачеха. Основную часть пассажиров составляли 300 изгнанников, которых везли в квартал принудительного труда в Паданге.

Погода была чистой, не было ни малейшего ветра, море было синим, многочисленные острова в Яванском море радостно выделялись своими зелеными деревьями над узкой морщинистой поверхностью воды.

Тяжело написать что-то впечатляющее об этом событии. Неожиданно то, что предстает перед глазами, гигантские масштабы опустошения, затрудняют восприятие. Возможно, лучше всего произошедшее можно сравнить с неожиданным изменением декораций, которое происходит по мановению волшебной палочки феи, только в колоссальном масштабе и с осознанием того, что это реальность, что тысячи людей погибают в один короткий миг, что произошло обрушение острова, и что наблюдатель находится в непосредственной смертельной опасности. Если обобщить всё это, можно получить какое-то представление, но все равно такое описание далеко от реальности.

«Лаудон» пережил приливную волну, которая уничтожила город Телок-Бетонг. Все присутствующие на «Лаудоне» были подвергнуты смертельной опасности, в первую очередь пассажиры, которые направлялись в Телок-Бетонг, но которые сошли на берег, потому что к берегу не ходили лодки. Обычно по маршруту «Вестбута» из Батавии в Ачех корабли не заплывают в порт Анжеры.

В этот раз «Лаудон» сделал исключение, потому что там нужно было получить груз, который следовало доставить на остров Боджо. Если бы не это, мы бы прибыли в Телок-Бетонг несколькими часами ранее, и наверняка смогли бы отправить пассажиров на берег. Какова была бы их судьба в таком случае?

Бауд хорошо говорил по-французски и, между прочим, рассказал нам следующие подробности о страшном извержении вулкана Кракатау в 1883 году. Он тогда находился в Батавии, где внезапно, в два часа дня, наступила ночная мгла, продолжавшаяся до пяти вечера. По какой-то причине газ (в уличных фонарях, – прим. ред.) не мог быть тотчас зажжен, так что город довольно продолжительное время был погружен в полную темноту. Удручающее впечатление этой темноты среди дня усиливалось землетрясением и гулом, похожим на сильную пушечную стрельбу.

Реклю8 так описывает это извержение, не имеющее себе подобного в истории земного шара: «Не так давно еще вершина Кракатау в 2830 футов9 вышины служила руководительным пунктом (возможно, речь идет о высотном ориентире, аналогичном маяку, – прим. ред.) для моряков, проходящих через Сундский пролив. Последнее извержение этого вулкана, известное по преданиям, но давно забытое туземцами, было в 1680 г. В мае 1883 года вулкан вдруг проснулся; на одном из его западных скатов земля разверзлась и оттуда показалось пламя, послышались взрывы и удары, сопровождавшиеся дождем пепла и дыма. Первое время это извержение никого не пугало, так как оно ничем не отличалось от вулканических проявлений, так часто наблюдаемых в различных местностях Инсулинды (Малайского архипелага, – прим. ред.): жители Батавии отправлялись в экскурсии на необитаемый остров Кракатау чтобы полюбоваться вблизи интересным зрелищем, и даже подходили к самому краю кратера. Но после трех месяцев подземного гула вдруг последовал ужасный взрыв и в несколько часов вся география Сундского пролива преобразилась.

Извержение Кракатау на раннем этапе

Parker & Coward, Britain

В Батавии, отстоявшей на 115 верст10 от места происшествия, шум был так силен, что его приписывали извержению какого-нибудь близко находящегося вулкана и в волнении ожидали, что откроется под ними земля. Залпы, вроде артиллерийских, были слышны во всех морях Сунды и южного Китая, в Бенгальском заливе и в половине Индийского океана, и всюду слышавшие в недоумении спрашивали друг друга: не происходит ли где поблизости громадного морского сражения?

Сотрясение всколыхнуло воздушное пространство на огромное протяжение, по расчетам, на четырнадцатую часть земного шара; есть предположение даже, что подземные удары, слышанные на антиподах Кракатау, на американском острове Кайман-Брэ, происходили от того же очага извержения. Пепел, выкинутый конусообразно на 23 версты вверх и 35 версты11 в ширину, спустился густым слоем вокруг острова, раскинувшегося на части; на расстоянии 13.5 верст, слой пепла достигал 22,5 вершков12; в 135 верстах13, в средней части Суматры, его выпало до полутора вершка, а на 1080 верст14, в Индийском океане, вся поверхность покрылась мелким пепельным порошком.

Количество веществ, выкинутых в виде пепла и камней исчислено в 18 миллиардов кубических метров; морем доносило пепел до берегов Мадагаскара.

Если же допустить, что необычный сумрачный свет, наблюдавшийся в течении осенних месяцев 1883 г. в Европе, были последствиями извержения Кракатау, то это доказывает, что вся атмосфера до крайних пределов воздушного пространства, на всей окружности нашей планеты была наполнена тонкой вулканической пылью. По свидетельству наблюдателей море на всей земной периферии испытало сотрясение от этого извержения, и огромная масса воды, вытесненная рухнувшим в море островом, громадной волной обошла весь земной шар, дойдя в тринадцать часов до мыса Доброй Надежды.

Распространение цунами и ударных волн после извержения.

Роджер Вербик

Когда же воздух очистился и стало возможно проникнуть в Сундский пролив, то наблюдатели встретили ужасную картина разрушения. Города Андьер и Тваринги на Яванском побережье, Бенуварг и Телок-Бетонг на Суматре исчезли совсем; многочисленные деревни, рассыпанные по берегам обоих островов, пропали бесследно; множество лесов кокосовых пальм сравнялись с землей. Морская волна в 14—17 саженей высотой15 ударилась о берег, унося с собой все препятствия и образуя новые бухты и заливы; более сорока тысяч человек погибло в течение нескольких часов или от морской волны, или от потоков дождя и грязи, выпавших с неба.

Единственным оставшимся в живых человеком во всем проливе был сторож маяка, построенного на изолированной скале в 19 саженях16 от места извержения; волна дошла до фонаря маяка, но в темноте он этого даже не заметил. От острова Кракатау сохранился только южный вулкан; вся же остальная часть, т.е. две трети острова, занимавшая пространство приблизительно в 181 квадратную версту17, была снесена, и на ее месте образовалась морская бездна, в которой лот (прибор для измерения глубины, – прим. ред.) на глубине 985 футов18 не достиг дна. Но если в некоторых местах море скрыло землю, то взамен этого сформировались новые поверхности из пепла и камней; остров Верлатень увеличился почти вдвое; в других местах с глубины моря появились горы в 229 и более футов19 высоты.

Некоторые острова, как например, Себери, покрытый до того лесами и деревьями, изменил свой внешний вид и состоял теперь из беловатых каменных конусов. Вокруг этих островов море было покрыто плавучей массой пемзы, мешавшей свободному движению судов. С течением времени пролив очистился от этих плавучих масс, но подводный кратер Кракатау не изменился. Недавние наблюдения, произведенные в этом месте, показали, что этот кратер существовал ещё раньше извержения и что западная часть Кракатау образовалась недавно.

Грязь, асфальт и пемза – вот что сопровождало извержение вулкана Кракатау. По своему опыту могу сказать, град из пемзы или дождь из тяжелой золы относительно приятны по сравнению с ужасными грязевыми ливнями, которые сопровождали извержение Кракатау. Однако, это было справедливо только для тех мест, где пепел не светился от температуры, а фрагменты пемзы были размером не больше куриного яйца.

В конце концов, после бомбардировки кусками пемзы размером с кулак, и сильных ожогов от горячего асфальта, мы увидели, что жители Катимбанга нашли спасение в холодном мутном дожде.

Однако, как мы были благодарны, что находились на борту «Лáудона», который послужил отличным укрытием!

В момент, когда Кракатау взорвался и вспыхнул, появилось густое облако пепла, быстро закрывшее собой солнце. Темнота продолжалась, мы видели, менее одного дня, а область темноты преимущественно определялась берегами Сундского пролива. Она не простиралась далеко от нее, и заняла всего несколько часов.

В одном отношении извержение Кракатау не имеет равных: никогда прежде человечество не было свидетелем взрывов, настолько мощных, как 27 августа в 10 часов. Причиной этой силы является расположение вулкана на небольшом острове и легкость, с которой большое количество морской воды попадало в вулканический очаг.

Батавия

Батавия (Джакарта), бывшая когда-то морским портом, с течением времени, благодаря постепенному повышению берега, удалялась все дальше от моря, и теперь находится от него верстах в двух. До последнего десятилетия только самые мелкие суда и баржи смогли зайти в Батавию через каналы, соединявшие этот город с морем; все же остальные суда вынуждены оставаться на открытом рейде, который пусть и защищен от ветров многочисленными островами, но все же неудобен для загрузки и выгрузки.

Приехав в Батавию, мы со станции поехали в экипаже, запряженным парой крошечных лошадок, которыми управлял молодой кучер, одетый в саронг и кабай – одежду местных жителей – и на голове которого поверх тюрбана был черный кожаный цилиндр с кокардой, что придавало в высшей степени комичный вид. Из-за множества каналов Батавия похожа на голландские города, хотя этому сходству мешает большая оживленность улиц и толпы туземцев, между которыми замечалось особенно много китайцев.

Нынешняя Батавия делится на четыре части, каждой из которых присвоено особое название. Первая, собственно говоря, настоящая Батавия, самая древняя, и посвящена исключительно торговле; ее отличают узкие улицы и высокие дома с далеко выступающими крышами и балконами, что напоминает старинные города Голландии. Здесь сосредотачиваются банки, конторы, агентства и проч.; днем улицы переполнены экипажами, телегами, пешеходами и всеми признаками деятельной деловой жизни; вечером же они пустые: европейцы уезжают в свои виллы в районах Мольтевреден, Вельтевреден или Мейстер Корнелис, туземцы – в свои кампонги20. По установленному здесь обычаю публичные здания и частные конторы открыты с десяти часов утра и до пяти вечера чтобы дать возможность служащим придаваться моциону на открытом воздухе в прохладное время дня, т.е. рано утром и вечером.

Вокруг торговых кварталов раскинулся китайский кампонг, имеющий своеобразный, не лишенный привлекательности характер; крыши домов украшены разными карнизами, преимущественно с драконами, а фасады украшены оригинальной мозаикой, похожей на майолику. Кампонг с раннего утра до поздней ночи оживляется пестрой толпой туземцев; тут деятельность трудолюбивых, работящих китайцев не прерывается ни в течение полуденного зноя, ни в течение утренней и вечерней прохлады.

Пригород Моленвлит соединяет два вышеназванных предместья с третьей, центральной, и самой красивой частью Батавии, носящей название Вельтевреден, где находятся публичные здания, гостиницы, лучшие магазины и дома европейцев. Вельтевреден одновременно и город и парк, в котором собрано большинство тропических растений, замечательных яркостью зелени, красотой цветов, величавостью роста или причудливостью растительности, например, равеналы, пальмы, гигантские фикусы, кротоны и пр.

Дома с широкими портиками ослепительной белизны, ионическими колоннами и мраморными полами выглядывают из оправы зеленых деревьев; сады и дворы пестреют от густолиственных кустарников и разноколерных цветов, а обширные скверы покрыты ярко-зелеными газонами и широкими аллеями, обсаженные великолепными деревьями, дышат прохладой, столь необходимой в этой жаркой стране.

Дороги, посыпанные красным песком, служат контрастом всему этому обилию зелени, а двигающиеся по ним туземцы своими легкими бумажными или шелковыми одеяниями нежных цветов и грациозных форм придают еще больше красоты окружающей обстановке.

В Вельтевредене много прекрасных зданий, большинство которых группируется вокруг двух больших площадей Кенингсплайн и Ватерлоо-Плайн. Первый окружен четырьмя великолепными аллеями тамариндовых деревьев, образующими грациозную арку мелколиственной зелени, разнообразящуюся тут и там величавыми фикусами, этими характерными гигантами яванской флоры. Ватерлоо-Плайн с двух сторон обстроен домами офицеров, а с третьей находится Конкордия, военный клуб и бывший дворец генерала-губернатора Дэнделс, в котором помещаются теперь различные правительственные департаменты. Напротив дворца поставлена статуя основателю Нидерландской Ост-Индской империи Яну Питерсзоону Куну.

Посреди же Ватерлоо-Плайн возвышается футов на сорок монументальная колонна с бельгийским львом на вершине. На основании этой колонны находится любопытная надпись на латыни следующего содержания: «Вечной памяти того знаменитого дня 20 июня 1815 года, когда, благодаря стойкости и искусству бельгийцев и их знаменитого генерала Вильгельма Фридриха Георгия Людовика принца Люксембургского, после страшной битвы на полях Ватерлоо, батальоны французов были разбиты и рассеяны во все стороны и водворен всеобщий мир». Как видно из надписи, истина слегка извращена, так как победа при Ватерлоо приписывается исключительно бельгийцам. Четвертая часть Батавии простирается к югу и называется Майстер Корнелис.

После чая мы поехали в Кенингсплайн, служащий модным местом вечерней прогулки. Вся Батавия здесь гуляла, не обременяясь излишними шляпами и перчатками, и даже многие мужчины ходили с непокрытыми головами. Обычай выходить после заката солнца без головного убора сначала поражает своей новизной, но, если вникнуть в причину его, то следует признать, что он весьма целесообразен, и, действительно, к чему согревать голову, защищая ее от солнца, которого уже нет? Другой обычай на Яве отдавать визиты по вечерам, а не днем, также очень разумен. В тех случаях, когда в каком-либо доме принимают, портик или балкон ярко освещается, тем означая, что гости могут войти; если же света нет, то никто и не думает заходить, зная, что или хозяев нет дома, или что они желают остаться одни.

Сингапур

На каждом шагу приставали к нам малайские лодки с ананасами, с кокосами и обезьянами; даже некрасивые малайцы, полуобнаженные, в чалмах, как-то гармонировали и с лодками своими, и с окружающей их местностью. Мы шли вдоль берега Явы и по ночам становились на якорь. Я вставал до восхода солнца, которое на моих глазах будило здешнюю красавицу-природу; просыпалось население лесов и воды, невиданные птицы перелетали между деревьями, раздавались неслыханные голоса, солнце освещало незнакомую, роскошную зелень.

Вместе с первыми его лучами, целые флотилии приморского населения малайцев неслись к Суматре или в море, на рыбную ловлю. Слева, почти на каждой версте, открывался новый островок, один красивее другого; этот поднимается вдали туманною пирамидой до облаков, за ни другой, как старый запущенный сад, темнеет группами столетних деревьев, третий красуется, как корзина с цветами, среди неподвижных, нежащихся вод; но эти столетние деревья были не простые, а те самые, за которые мы платим большие деньги: черное дерево, баобаб, красильное и проч.

Здесь многие ходят голыми. Их формы тела кажутся вычеканенными из бронзы, и цветом таким же. На некоторых накинуты красиво драпирующиеся красные платки, белые чалмы, тростниковые шляпы. Все пестро, живописно среди этих прекрасных берегов и очаровательной местности. Это морское население иногда изменяет своим мирным привычкам, и тогда жители его становятся страшными морскими разбойниками, вооружаясь намазанными ядом крисами (национальными кинжалами с асимметричной, часто волнообразной, формой клинка, – прим. ред.).

Удивительно быстро развитие Сингапура. Англии нужен был коммерческий пункт, там, где Голландия и Испания почти исключительно владели коммуникациями, и хоть и плохо, но все-таки почти одни пользовались сокровищами края. А едва ли найдется в мире более счастливый уголок земли, как эти острова, порезанные бесчисленными проливами и омываемые несколькими морями – Малайским, Явайским и Китайским.