Щит, меч и самокрутка

– Балбес, хе-хе.

Он глядел в окно, но затем резко развернулся в сторону Астора, пошатывая бутылку.

– Я вот все диву даю, как догадались выплавлять из песка такие бутыли в огромном масштабе.

– Ну, церкви, прогресс и так далее.

– То-то и оно. Буквально же лет 10-20 назад это было крайне сложное ремесло.

– Так ведь и есть сложное ремесло, просто рационализировано.

– раци-онали-зи-ро-вано? Вот, и учись, служи в церкви, чтобы потом ПРОСТО пойти работать на рационализированный завод.

– Считай, я уже был там, ха-ха, ну разве что почти. Но все-таки здесь будет теплее.

– В шаткой хижине, да на окраине теплее. Ну, ты даешь, бродяга.

– На самом деле, уже сейчас сомневаюсь, насколько это лучше стабильной, спокойной жизни.

Ричард двинул туда-сюда руками, отображая успокаивающий жест.

– Но-но, парень, жить спокойной жизнью, жаждать приключений – все две стороны одной монеты.

– Я понимаю, но чего стоит просто оказаться пару раз на улице без ночлега в черную зимнюю ночь? В век не захочешь хоть куда-то уходить из комнаты трактира.

– Холодно и страшно. Сам же в пустыни плутал в юности, на дне. – Старший наемник поглядел в бутылку, потрясывая ее.

– Даже если так, это все же лучше, чем оказаться в крепости.

– Ха-ха, а ты, верно, говоришь о страже? – тихо усмехнулся владелец фургона.

– Просто отвратительно. Что за глупость, обязательная служба после церкви? – Астор воскликнул с досадой.

– Ну, а где ты еще натренируешься дисциплине, покатаешься на боевой технике…

– Да, честно говоря, где угодно, – перебил рыцарь, – Беру задание и оказываюсь, в лесу, около моря, за рулем машины. Только если навыки позволяют. Или помираю ночью на улице без монеты в запасе.

– Честно. – Ричард отставил бутылку на стол. – Возвращаешься из похода, понимая, что вряд ли доживешь до конца, ноги тебя тянут уже просто на инертной тяге. Ты приходишь в город и падаешь без сил у ворот. Тебя несут, выхаживают, говорят, мол, молодой, не помрешь. Представляешь? – с каким-то трепетом и важностью делился он.

– К чему это?

– Тогда меня спасла стража. И я был уверен, что должен был им вернуть должок…

– Ты хочешь сказать, что я им тоже обязан? , – показалось, что он резко покраснел от прилива эмоций, – Нет, нет, просто нет.

– В какой-то мере, да. Нечестно? Возможно, но все-таки надо…

– Либо жить вольным наемником. – Отрезал Астор.

– Либо жить так. – Старший наемник еще раз отпил из бутылки.

– Так что я лучше буду получать полное счастье от жизни сейчас.

– Цени то, что есть сейчас. Как говорится, живи, как жаба с раком.

– Это как?

– Каждым днем, парень.

Бутылки были отставлены в сторону, на столе была открытая коробочка с табаком, а рядом лежали маленькие листы бумаги, очевидно, для самокруток. Астор уже собирался попрощаться, поднимая свои вещи.

– Так, малой, я услышал, что ты без монеты остался, так что держи в путь, -Ричард сразу же порылся в карманах и достал небольшой кошель.

– Не-не-не. – Сразу же отступил Астор.

– Вот сейчас настаиваю.

– Ты меня и так выручил.

– Так, бери, давай.

– Так же нельзя.

– Я все сказал.

Астор с неохотой то ли от неудобства ситуации в целом, то ли от своего неловкого положения взял деньги.

– Благодарю, буду обязан.

– Как скажешь, но слова не беру. Пока, рыцарь.

– До встречи, и еще раз спасибо.

– Дуй давай уже.

Астор вышел из фургона и поспешил в соседний трактир.

А на улице уже смеркалось. Ричард докрутил самокрутку, обрезал ее и закурил от зажженной лампы. Он сделал глубокую затяжку, затем плавно выдохнул, поглядывая в след Астору.

Вечерело. Ленивые лучи прорывались сквозь листву деревьев, нежно шелестящую под тихим дуновением ветра на тихой окраине города. Каменная дорожка ведет в жилые улочки. Здесь небольшой район Тира, обстроенный маленькими домиками, несколькими тавернами, трактирами, оружейными, и маленькими мануфактурами с яркими вывесками. По узким улочкам ходят люди. Астор расслабленно плетется по дорожке

– Так, отсюда недалеко до трактира Виллема… – Задумчиво пробормотал наемник, глядя на дорогу.

Рыцарь проходит к площади через улочки, смотря на вечерних жителей. Где-то кутят не самые благородные дамы с сальными стражами, где-то компания под хмельком играет в карты рядом с запасными выходами из домов. А где-то воронье тихо поджидает жертв в улочках.

А Астор как раз плелся именно в их сторону. Он заметил недобрых людей и уже начал сворачивать, ускоряя шаг, но его окликнули:

 Эй, ты! Сюда иди. – Замахнувшись руками, кричали они.

– Нет, нет, нет, мне проблемы не нужны.

– А кто тебя спросит, чего ты хочешь, а? – Они все более агрессивно наступали.

– Так, нет, не сегодня. – Уверенным, но уставшим голосом сказал Астор. – Завтра, пожалуйста, но не сегодня.

– Чего ты тут пытаешься высрать? – Все агрессивнее к нему начали подступать. В руках одного из них блеснуло лезвие.

– Если очень чешутся руки, то давай. – Он потянулся за мечом, если все-таки будет бой.

Парень нахмурил брови. В мгновение это лицо отдало внезапным холодом и жутью, при его немного потрепанных, но все еще молодых, а где-то детских чертах внешности. Тогда его глаза блеснули жесткостью и серьезностью.

Этот жест напугал незадачливых ворюг из подворотен, после чего они просто отступили в сторону.

Рыцарь же спокойным, усталым шагом прошел дальше, лишь бросив слова:

– Спасибо.

Наемник прошел еще немного, пока все же не добрался до входа. Как и всегда вывеска, старый добрый трактир и, не менее старый и добрый Виллем. Однако, оглядываясь на переулок, в его глазах блеснуло легкое сомнение.

Он осмотрительно забежал в трактир, оглядевшись по сторонам, уселся на место за стойкой и заговорил с старым хозяином заведения. Виллем в тот момент неохотно копался в ящике спиной к гостю. Убранство было все то же. Астор улыбнулся старому товарищу:

– Виллем, не поверите даже, как же я рад вас видеть.

Трактирщик как раз занимался своими рутинными делами, когда услышал знакомый голос:

– О, парень, хе-хе… я уж боялся, что один из единственных добытчиков трактира пропал. – Он в своей привычной манере то посмеивался, то покашливал. – Пытался остановить этого вельможу, но не вышло.

– Да я уж понимаю, но деваться было некуда.

– Еще бы, тебя на руках несли, хе-хе. -Он на мгновение широко раскрыл веки. – Сынок, я боюсь этот тип здесь на некоторое время поселился… Кхе, и более того, он кого-то ищет.

– Вполне возможно, что меня… – С полным пониманием дела парень тихо увел взгляд в сторону.

– Да, поэтому боюсь… Рыцарь, тебе бы, по-хорошему, временно залечь где-нибудь.

– Куда же мне деться? Эх, мое положение с деньгами тоже отвратительно, а тут еще и это.

– Я бы мог попросить его провалить отсюда, но его бугаи тогда и меня выпроводят, кхе …могу лишь дать знак, как… кхе-хе, этот недоумок съедет отсюда.

– Что ж, выбора все еще немного. Прощайте, до поры, до времени.

– Держись, парень. – Трактирщик сжал кулак, насколько мог, подняв руку вверх.

Он отошел от стойки и собирался идти на выход, как судьба подкинула ему другой знак – бумажка, попавшаяся ему на глаза. На чистый интерес, без желания коллекционировать всякий мусор, Астор развернул ее. Это был адрес от той воровки Лилит, который он так заботливо скомкал и выбросил.

Парень раздраженно процедил сквозь зубы: – Только через мой труп.

Он выкинул бумажку и пошел было к выходу, закрывая дверь этого уголка воспоминаний, но внезапно внутри что-то аукнуло, и наемник резво выцепил бумажку с пола и с еще большей спешкой покидает трактир.

Тучи смыкают небо, становится совсем темно, начинают крапать первые капли дождя. Астор целенаправленно идет по адресу.

Тесные улочки, дороги и каменные мостовые остаются совсем позади, уступая место природным местам, переходящим то в степь, то в чащу.

Окунувшись в чащу леса, он проходит под кронами деревьев. Наемник тихо бормотал про себя:

– Хмм, на кой черт ей давать мне свой адрес? Правильно, укажи место, где сокровища, а потом пни в яму с криками о моей жадности. Ну, или еще лучше – заведи в бандитское логово, а там помимо ограбления еще и по кругу проедусь. Эх, и что я делаю? – Он на секунду встал как вкопанный. – О чем я вообще думаю? Просто, blyat, дурак.

Было уже очень темно. Ноги от усталости сами подкосились и он сполз по стволу дерева, усевшись и выставив ноги вперед. Наемник все так же тихо бубнил:

– Боже Алый, как же это глупо. Лучше бы там же остался и умер от этого недографа, чем оказался в такой ситуации опять…

Он бы так и продолжил ныть, если не шорох где-то рядом. Очевидных: «Кто здесь? Здесь есть кто-нибудь? Если есть, то дайте знак.» – Астор решил не употреблять, все-таки опыт наемника не позволял.

При внимательном осмотре округа он поймал взглядом тень, опирающуюся на дуб. Она обнимала меч руками, выставив полусогнутые ноги вперед. Шляпа чуть касалась носа, закрывая глаза.

Астор поймал мурашки по всему телу от такого соседа и продолжил дорогу ускоренным шагом.

Под ногами похрустывали листья, а земля становилось все более окрашенная в багровый или алый цвет. Наемник дал еле слышимый комментарий:

– А вот и территория короля, я близко…

Парень уже трясся от усталости, ноги еле-еле двигались только на инерции и мысли о хоть каком-то ночлеге. А голова и взор уже давно были в тумане.

Спереди было большое дерево, дуб или секвойя, даже не поймешь. Ствол его был багрово-красным, а верхушку и ветки украшали осеннего цвета листья, но при том все еще живые и никуда не собирающиеся опадать. За толстым стволом дерева виднелась огромная непреступная стена.

А чего тут не было, так это дома.

Астор глухо посмеялся и плюхнулся всем телом вперед, прямо перед величественным древом. Он лежит без сознания, на темной луже в грязи. На улице все еще льет ливень под темными тучами. Однако чуть погодя появляется тень, идущая к нему. Она с кряхтением схватилась за его руки и потащила за собой.

Парень крайне неохотно приходит в сознание после предыдущей ночи. Однако окружение все же заставляет его вскочить от удивления, и на этот раз от приятного вида.

Вокруг – небольшая уютная комнатка, стены обтянуты и покрашены в нежно голубых тонах. У стены большой сундук, а сверху по периметру множество полок с книгами, баночками, цветами и прочими вещами комфортного домашнего быта. Массивный шкаф со старинным узором стоял, заслоняя собой большую часть одной из сторон комнат, а маленькая кушетка располагалась рядом, лишь немного выглядывая за пределы этого гиганта. На тумбочке рядом с ним стояли стакан воды, да верная масляная лампа, от которой еще шло приятное колеблющееся свечение.

Астор подтянул плед к себе поближе, слегка закутавшись в него:

– Наконец-то спокойствие и комфорт.

Он блаженно вздохнул и улыбнулся, прикрыв глаза. Затем приподнялся с кушетки, потянулся, отпил благоговейную и необходимую телу воду. Осмотревшись, он не заметил обуви на ногах, хотя остальные вещи и рюкзак остались при нем. Рыцарь встал, немного пошатываясь, и направился к таинственной двери в конце комнатки.

Открывая проход в неизвестную часть помещения, улыбка на его лице треснула. В основном зале идиллия и чистота уже сохраниться не смогли. По всей большой комнате было разбросано множество вещей, особняком стояло невнятного типа кресло и книжная полка рядом, где-то у стены коряво красовался ободранный диван. Зал обладал множеством стеллажей с книгами самого разного качества, перьями, чернилами, всяческим мусором, а где-то были и камни с улицы. Письменный стол, также коряво и неаккуратно встроенный в угол, содержал еще больше бумажек, хлама.

Одним словом, можно было только сказать что-то нецензурное от вновь подоспевших эмоций. Губы Астора уже стремились отобразить неясную мысль, однако одна деталь, попавшая в область зрения, все же их остановила – в центре комнаты мирно дремала хозяйка дома, та самая воровка по имени Лилит.

Она заняла нелепую позу с книгой, растянувшись на кресле, тихо похрапывая

Парень отобразил не менее нелепое смятение на лице. Он что-то пробормотал, еще раз огляделся. Не найдя себе места в такой ситуации, он, сомкнув улыбку на лице, вернулся обратно, в свою сегодняшнюю спальню. Лучшим решением, которое он нашел, было дотерпеть, когда хозяйка сама окликнет его. А пока он сам ее тихо здесь дождется, пока глаза сами не сомкнуться, а сон не накатит новой волной…

Прошло время то ли 10 минут, то ли час, сходу понять это Астору не удалось, он вновь поднялся с кровати и приоткрыл дверь в зал. Лилит на сей раз сидела почти ровно и поглядывала на гостя с дебильного вида улыбкой:

– Что ж, рыцарь. С добрым?  – С заметной неуверенностью заговорила она, отложив книгу в сторону, и делая вид, будто изначально сидела в такой позе.

– С утром.

Лилит уселась перед ним в кресле, выпрямила спину, положила книгу на ноги и смотрела точно в глаза, вроде бы и спокойно, но с глубоким интересом, то ли ожидая ответа, то ли оправданий, да просто любой его реакции, иными словами.

– Итак, ты все же пришел в мой обитель, рыцарь?  – Она подобрала нотку пафоса.

– Ох… Точно! – Воскликнул парень, но сразу же немного запнулся. – Эх, я бы.

Астор начал рассеяно потирать шею. Наконец глубоко вздохнул и выдохнул:

– Спасибо огромное за ночлег… – Он даже сделал небольшой поклон. – Но, ты все еще воровка.

– Да, ну чего ты заладил? – Ее спокойное лицо чуть-чуть осветила печаль. – В любом случае, мы теперь квиты?

Неловкость начала трескать границы.

Наемник продолжил разговор:

– Помощь за помощь.

– Даааа… -протянула Лилит.

– Так…

Девушка также внимательно смотрела на него:

– Да?

– Ну-с, я вынужден отклониться, полагаю.

– А вот, да-с, получается так.

Их улыбки начали еще сильнее дергать в стороны. Однако стоицизма еще хватало, чтобы держать такую же нелепую планку диалога, в желании его вроде и продолжить иначе, а вроде бы и прекратить

– Такс, такс, такс. – Его глаза перескакивали с места на место. –  а где же мои ботинки?

– О, точно же. – Чуть подскочив на кресле, она почти уже было встала, но внезапно просто села чуть поудобнее, подогнув ноги. – Вооооот там, у выходной двери обитают.

– Спасибо, это же здорово.

– Оооо, да, ботинки .... – это здорово.

– Так, а вот еще один момент. – Он нервно дергал пальцем в сторону, куда-то вне этого мира. – Мне бы отойти, а вот куда – не знаю.

– Ооох, да, кхм. Ну-с, туалет есть вот там, на улице.

– Ага, ну, если потеряюсь, то дуб против точно не будет.

– Ага, ага. – Лилит дважды кивнула головой, не замечая этого.

Астор поплелся к обуви, и как нарочно шнурки на сапогах завязывались так медленно, так тошнотворно долго. Треклятые руки не слушались, оглушаемые неловким тремором, но стоик продолжает дело несмотря ни на что.

Нелепость диалога треснула уже по душе изнемогающей Лилит. В яростном порыве, как путник в безлюдной и сухой пустыни, все же воскликнула, хоть и не так громко, но срывая цепи:

– Как же это…

– Я стараюсь быстрее.

– Да, блетб, я же не об этом. Почему мы не можем просто пойти в другую комнату и обговорить интересующие нас вопросы?

– А я не знаю почему. Так можно?

– Да кто запрещает?

– Ну, мало ли, неудобно. Я, все-таки, в чужом доме, на секундочку.

– На всю ночь же.

– Ну, на всю ночь, тем более.

– ЫыыЫ. – Это был крайне странный звук, который словно раздался самим раздражением. – Что ж, переходим на кухню и во всем разбираемся.

Столь старательно зашнурованные сапоги парень уже решил не снимать, несмотря на прямой укор хозяйки дома.

Они перешли в третье помещение дома, кухню. Лишний раз это помещение только подтверждало теорию о том, что хаос тут во всем доме, кроме разве что комнаты гостей.

При входе возникли некоторые сомнения в том, что именно здесь готовят и потребляют еду, так как помимо обычных предметов для готовки, здесь были разбросаны, книги, листы и подушки с пледом. Однако все же здесь было комфортно. А около стенки располагался столик, за который человека четыре с натяжкой поместились бы.