- -
- 100%
- +
© Владимир Ильичев (Сквер), 2016
© Sias van Schalkwyk (freeimages.com ), иллюстрации, 2016
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
От автора
Е.й
Тесто. сторон
Сами с крылами (К Счастью)
Не поняв ничего – из Великого,и забыв – приблизительно мудрое,мы летим, под Киркора Филиппова,ирреально высокими фурами,по дорогам, разгвазданным нами же,мимо сёл, в зеркалах пропадающих.В лобовые – за камешком камешек.Возим «счастье» – друг другу, куда ещё…Мы весьма недовольны кавычкамии отставшей в развитии буковкой,мы встречаемся чатами, личками,чистым случаем – закоулками.Но у Счастья заглавная – лунная,бескавычно, реально высокая,не в кривых, не в шипах, не шатунная,и не где-то под стейками с соками.С ней на связи заглавная – звёздная,безоглядно, вселенски широкая,не в грязи, не дорожно-обозная,и не где-то под бифами с брокколи.И рука, от руля грубо-тёмная,на крыле… Теплородное, нежное.Я-то думал – профура скоромная,а потрогал – родная, нездешняя.Две ноги на педаль в свете месяца.Ты смела не по виду, попутчица.Нас объедут, когда перебесятся.Вылетай. Вылетаю. Получится.«Территория тронутых ритмом людей…»
Территория тронутых ритмом людей,развлекательный край дискотек и аварий,где торговец дорогой – ещё не злодей,где охота на тело – уже не сафари.Перевёрнутый цех нестекающих туш,разъедающий фон застоявшейся боли,и мне страшно, что взялся, и бросить бы гуж,так ведь – овен, гордец… ёлки-палки… бемольки…Да. Ещё я люблю музыкальные сныи находки из них в окружающем мире.Вот нашёл себе «Я». И остался без «Мы».В деревенских горах. В живописном сортире.Неизменное, Неизменное
В каждой клеточке каждой берёзы —все стихи непростые мои.И простые. И дар. И курьёзы.И не созданный Ноем НИИ —нет, не созданный Ноем… Не ноем.Просто реже берём топоры.Не стремимся к безмолвным покоямв беспокойстве весенней поры.«Будь что будет!» – наследие сказки.Фраза-фокус. Строка-волшебство.Без руля, без дороги. Без КАСКи.Неизменно любуясь листвой.Муравьи-и-и…
Золотые муравьизапрягают чёрных,крупно пишут «Се ля ви»в книгах и в уборных.Золотые муравьичёрных обижают —и похлёбки, и любвини за что лишают.Золотые муравьиникого не любяти моралью на кровимуравейник губят.Золотая молодёжьв стороне от черни.Не работает. Балдёж.Коньячок-печенье.Покоряются рабы,веруют во благо,к пущей вере, от судьбы —золотая брага…А в лесу, с начала лет,бродит муравьедка,и по цвету свой обедвыбирает редко.Золотые муравьипогоняют чёрныхс неказистой плитки ииз-за фикс учёных.Сид Иромыч
«Запись невозможна,замените диск» —бычит осторожно,не идёт на риск,не желает множитьСид Иромыч стих —боязно тревожитьтех, кто пьян и тих.Нелегальных красок —много, для стиха,мало – хмеля сказокс вытяжкой греха.Имя – от легенды,сам же – сер и пуст.Плоский, вредный хрен ты.А и ладно. Пусть.Наблюдай, редиска —я пишу на лбу:«Нет другого диска,закатай губу»Самый счастливый день
В этот день я впервые проснусь со своей головой —без похмелья и заданных кем-то глобальных настроек.Из кадушки умоюсь прохладной водой дождевой.Промолчит говорящий сундук о земной катастрофе.Мне не надобен станет и сам этот чёрный сундук,кибернетикой счастья займётся ответственный нагель.И я вспомню – в какой я стране, и в каком я году —но забуду сухие пайки и намокшие флаги.И соседка – вчера ещё девушка лёгких манер —улыбнётся сквозь рабицу чести бесценной улыбкой,у неё будет новенький дом, в доме муж – землемер,в доме трое детей, детский шкаф с барахлом и присыпкой.А сосед по другой стороне – записной наркоман —загремит в мастерской молотком, весь в делах и опилках,у него тоже будет семья, а не только «маман» —как он звал её, чувствуя холод в ненайденных жилках.А соседа напротив, что был паучком, из чинуш,навестят паладины стыда и раскаянья феи,тот захочет вложиться в сто сорок обиженных душ,но не в дымку болотистых мест, где кальяны – как реи.Безнадежная Марья с окраины – встанет, сама,исцелённая запахом трав через окна и щели,ну а стены заделает – много ли надо ума —стройотряд вдохновенных ребят – Степанка и Емели.Я пойду по дороге, любуясь родимым селом,и здороваясь за руку с каждым, без лести, без понта.Возле речки лежать будет лодка – над мощным веслом,под набором кистей-облаков и холстом горизонта.И ко мне побежит, пробудясь, ребятня – из моих,ох, задаст им позднее жена за несъеденный завтрак,и продолжится сила волны в назидательный штрих…Этот день я услышал вчера, но увижу не завтра.Всё изменится в корне. И корень – стволом прорастёт,пораскинется в небо свободной вседышащей кроной.Этот день еле слышен вдали, но идёт. Он придёт.Я на хвост наступил – к переменам – змеюке зелёнойКЧ 1/3
Стоят на арене, в аренде, раздетые клоуны,не прочь провалиться, да цепью поставок прикованы,хозяина цирка хвалить голым фактом обязаны,иначе не будут накормлены, будут наказаны.Они не способны на старые добрые фокусы,они плохо ходят – их свозят работать автобусы,они плохо видят, в глазах – по соринке из ящика,в котором лежит реквизит и отчёты смотрящего.Их держит стабильность пути от барака до здания,где купол роняет еду для заряда стояния,другие дороги и домики города рушатся —но это несладкая каша, сложнее накушаться.Две трети из зала – родня неникулинских клоунов,бьёт в уши молчание рук, вертикально заломанных.Цена за билет – право голоса, гордого голоса,подарок – поп-корн из лапши с добавлением ботокса.И данный презент – не хрустит, так хотелось хозяину,брюхатить ноли децибелов – идейно нельзя ему,поэтому он из лапши, с небольшим добавлением:и мягко и влажно, и сытно, и всем – не до времени.Но треть… поднялась, мечет харч, и направилась к выходу,пальто и шарфы в гардеробе им точно не выдадут,предложат поп-корн заменить на свинцовые бублики.Им главное – выйти за рамки беззвучия публики.Несчастные так и стоят, и молчат елезрители —завцирком дал знать, что ушедшие – все подозрительны.И едет, спешит Ревизорро – расчёт за сезон вести:забрать беззабавных, продлить срок аренды от совести.Дороги и домики вольного города рушатся,бедняцкой кашицы придется нам с пользой накушаться,нет времени больше на цирк и расслабленность ботоксом.С Весной! С Новым Гамом! Точнее —С Незаткнутым КодексомЗаповедь, истина, тление
Слово простое «заповедь» —слышали, помним, знаем ведь.Знаем и помним, слышали —что же мы едем крышами?Слово простое «истина» —тоже звучит осмысленно,тоже знакомо с детства нам —что же мы лижем деспотам?Слово простое – «тление».Тлеем под гнусное пение.Заповедь тлеет и истина.Так и уходим прижизненно.Крушевели
Есть на деревне нашей люди —не всё так плохо, как в Бермуде.И приглядеться – современны.Ну, вот, начать хоть с деды Гены.Есть на деревне деда Гена —хранитель полипропиленадля городских шайтан-торговцев.Сарай большой. Там были овцы.Есть на деревне баба Рита —у ней такой же склад «Бонд-стрита».Спасибо-о-о – кольца бабе Рите.Берите, милые, курите!Есть на деревне Ян, салага —ничей пацан. Помойка, яга.Живёт в кладбищенской халупес картонной дверью «Чина Супер».Есть на деревне парень Лёша.Он зарабатывает лёжа —фрилансер Лёха, копирайтер,всё копит ноутом на «Вальтер».Есть на деревне парень Вася.Он зарабатывает – квася,как зазывала-дегустатор,всё сорит печенью для стада.Для проезжающего стада,когда к траве и пойла надо.Есть на деревне девка Света.Она всегда полураздета,а ведь была за олигархом.С пинка вернулась. Тридцать с гаком.Есть на деревне девка Рая.Она – одна из «Пусси Райот».Но это… тихо, это тайна.Сменю базар на три комбайна.Есть на деревне три комбайна.Они работали нормально.Но как-то к ферме приржавелив конце деревни Крушевели.Есть в Крушевелях наших люди!И шаг назад по стёклам труден —пьяна деревня, босонога.Назад! Толкнём ее немного…Неидентичные повторы
Фабричных судеб в нашей жизни не найти.Судьба, она – произведение такое:вполне обычный – только Божий – креатив,но иногда под настроение плохое…А иногда, что называется, «попрёт»,тогда судьба – не откликается на клички,тогда сама она командует: «Вперёд!»,изобретая, по нужде, кривые спички.А иногда, под настроение – прямит,и не в карман их сыпет – в ровный коробочек.Но чаще – ленится и, выпимши, дымит,то – как мажор, то – как усталый дальнобойщик.Нередко ленится, напьется – и дымит,то – как движок, то – как евоный разработчег.Но не ищи размерных судеб – не найти…Ейпоха
Не хотят порядка люди —только в книгах и в кино,а на деле, на фаст-фуде —курят трупку, пьют вивно,изгаляются, как могут,с похмела шнуруя дзен,отрывают буквы Богу,отрываясь в КВН…Я – ничем не отличаюсь,в ухе песня «Пил-курил».Изгалялся… Ильичаюсь…Халтаксанию открыл…Загордился – меньше дымастал на звёзды напускать,потекло вивнище мимо,руки сами строят гать…Но в крови – цветастый фьюжн,до порядка далеко.А эпохе космос нужен —от Бориса до Сивко.А эпохе… Да, ейпохе…Матвей
У Матвея – халитоз,и почти наружу задница.У Матвея – передозбыл, не далее, как в пятницу.Хоть и минуло с тех портихих пятниц – многосотенно —все равно, ему позор.Социальная блевотина.У Матвея дома нет,нет и худенького коника.Даже тоненьких монету него – на банку тоника.Или – пару фуфырейиз аптеки на Субботина.Их и выбрал бы Матвей.Социальная блевотина.Но вчера я наблюдал:он с дворнягою кусочничал,и дворняге – больше дал,со словами: мне не хочется.А спустя какой-то часвидел я администратора,у которой вместо глаздва красивых пеленгатора.У которой конь и дом,в доме окна на гарантии,в сердце гайка под винтом,в карте – Рашка, до Голландии.Я тот дом труба не брал.Я купил документацию,и Матвею все отдал.И блевал. В администрацию.Некто скажет: не свисти,ничего ты не отписывал,не хотел бича спасти,и лисе оставил лисово.Объяснить я не смогу,не кончается на лектора.Я нутро поднапрягуи ответом выдам нектово…У Матвея старый дом,в доме окна еле держатся,сердце ходит ходуномпосле скорого до Керженца.Плед
Обожаю этот плед,этот плед подарен мамой.Был я всюду им согрет —в неизвестности туманнойи в решимости моей —деревенской, злой, холодной,наподобие санейна дороге непогодной.Из нахмуренной Москвыунесла меня лошадкав край небесной синевы,где дышать так сладко-сладко…Согревал меня мой плед,и подруг моих… Немногих.Вот уже немало летсторонюсь я скороногих.Иногда от новостей,от каналов, к нам прорытых —промерзаю до костей,до пустой строки на выдох.От избыточной зимымой народ и Божьим летом —жгет желудки и умы.Мне везет – спасаюсь пледом.Из ворсинок соткан сон:в темно-синем небе звезды.Сплю и чувствую: спасен,отогреты, млеют кости…Обожаю этот плед,этот плед – подарок мамыс пожеланием побед.Мам! А я – не самый-самый,но умелый малый – да.Ох, икнулось даже. Люди…Ничего, мам, ерунда!Сердца сын твой не застудит.Музориночка
Загоните под плинтусмусориночку веником,и в открытые Виндоуспошепчитесь о том,что немытые окна —это дело хозяйское,свежий воздух – не догма,если свой – управдом.Но в подплинтусном царствемусориночки встретятся,объяснятся, обнимутсяи потомство дадут…Вы пока не волнуйтесь о(п) у (т) ях Сани Спектора —я ему не накапаю,как и что здесь метут.Не лепра
Я наблюдаю за их расстановкой:левые мысли, правые мысли…Вот и душа со спортивной сноровкой.Спишь на Ленкфильме и ждешь Кейт Уинслет.Это предательски верное войско:правые мысли, левые мысли.Ну, и душа, фитильками из воска,круглые даты – квадратные числа.В искренне пахнущей краской газете —правые мысли, правые мысли.Лайте, собаки, зеваки, глазейте:враг в зоопарке, с макакой и гризли!Как же всех нас накренили направолевые мысли, левые мысли.Штотеп Ерьбудетъ – потомок Би Сбраво.Пой, Элвис Пресли.Дыши, Джозеф Пристли!ЗАоблачный горящий
Ловите, укротители природы —барыги, расхитители, уроды,мой пламенный горячий непривет,для крови ледяной – другого нет.Мне снилось, что, объятый серым дымом,пойду я, сам не свой, в краю пустынном,в тени каких-то грязных облаков.Ловите мой заоблачный fuck off!Проснулся я и вышел на дорогу,босой, простой, подобно бандерлогу,а может – небольшому хомячку.С большим акцептом вашему очку.Очку в игре с планеткой неазартной.Очку в игре – без жизни ей назавтра.Очку в игре с дыханием моим.Так схавайте ответ на вашу дрим.Не знаю, сколько лет нам дали майа,и что за кровь такая – голубая,но снайпер-апокалипсис грядет —для тех, кто море слил, а все гребет.Для тех, кто в небо плюнул, будто с выси,для тех, кто разбивает камни-мысли —очку огнеопасен их секрет.Fuck off! И мой горящий непривет!На калоше
Поумерь-ка юный пыл. Ты не юный.Перестань быть егозой, зрелый муж.Прекрати стихами портить гальюны!Сдай-ка писарю наброски для душ.Сам же видишь, море – соль, соль – не сахар.Мало помнить через годы маяк.Без признания ты – юнга, писака.А со степенью – поэт и моряк.Йияха! Чем же я, скажите, не юный?Руки, ноги, сердце, две головы…Мне до вашей рыболовной коммунынет и дела в соли-доле Невы.То, что с вами на совхозной калоше —так не помню, как попал. Перепил.Вижу – писарь Иоанн, это гоже,но с каких он добрых гор – книгофил?Нынче где по расписанию пристань?Или мне сойти сейчас прямо здесь?Да, Нева и холодна, и пятниста,но и с вами – задубеть-перецвесть.Я – не то чтобы гальюнный. Но пылкий.И на суше прослыву егозой…____
Тараканы просыпают опилкина речную маслянистую соль.Футболъ
Мля, в шестьсот миллиардов рублейобойдется России футболь-ный, на мерзлых болотах, турнир.Поболеем за наших. Уррряяяя!…Сумасшествие – еее… сильвупле.Впрочем, тропиков снежная рольне стирает нам разум до дыр.Здравы будем. За спорт. За царя!Сумкин джаз
С шоколадным батоном,с запасными трусами,с туалетной бумагойи с айпадом – в суме —по годам монотонным,городами и снамиедет леди (не Гага).Что у ней на уме?На уме – анаболик,затемненные стекла,рукописная книгаи пила для ногтей…В косметической долекарта банка подмокла,но монгольское игобыло все же страшней.Бомбоносно другое:равносильно просмотруисповедного мыла —заглянуть к ней… туда…Но мужчина спокоен,он в правах, он из СОБРа.Обстановка уныла.Монотонны года.Шоколадный батончик,труснячки, бумазейка…Е. ст.
Стандарты получаются двойнымиу тех, кто сроки годности менялна яблочном пюре, и на гордыне —и сам себя за это извинял.Но что в детсаде ели их детишки?Наверное, такое же пюре.Солидный детский сад, и папы-шишки,а денюшка одно дает амбре.Стандарты получаются двойнымиу тех, кто проплатил чемпионат,и что их кодла с этого поднимет?А то, что раньше выплюнет фанат.Стандарты получаются двойнымиу тех, чей – шкуру мишки взял – козел.Их гладкими запомнят, молодыми,когда спектакли кончатся для сёл.Стандарты получаются двойнымиу зайцев с рассеченною… душой.И, так как не смеются над больными,причины обижаться нет большой.А солнышко подсушит виды грязи.А холод февраля рассудит март.И молятся на два захода мрази,не хочется в единственный стандарт.Сахароль и сольхар
Ну, конечно же, ты – для искусства – хранитель традиций,а меня там, в искусстве – не будет. И не было. Нет.Не найти фетюка – минералами слова давиться,если можно читать про парады счастливых планет.Несомненно, смакует читатель твои пируэты,а в пещеру мою даже с дулом в башку – не пойдет,у тебя есть друзья – как один, молодцы и поэты,у меня – только враг-алкоголь, но и это пройдет…Кто бы спорил, что в строчках твоих —людям сахар на годы,это много вкуснее, чем старая битая соль,люди любят гонять по стаканчикам сладкие водыи закусывать чай шедевральной на цвет колбасой.Я бы мог повторить еще раз: колбаса – харакири,чай – почти бесполезен, а сахар – пустыня и яд.Но меня слышит девочка – здесь, и мужик – в Армавире,а тебя всюду видели, знают, читают и чтят.Я бы мог набросать пол-эскиза Его оберега —интернет возмутится и скажет, что соль – тоже вред.И я пил бы с тобой за искусство, условный коллега.Но меня за искусством – не будет. И не было. Нет.???
Да какие, в жабу, «катрены»,какая, в листву, грамматика —если кровь побежала из вены,чернее 306-го «Романтика»???4П
Привязаны, приклеены, пришиты, приколоченык дороге, освещаемой системой фонарей —все правое и левое считаем своло… ночью мы,не смысля ничегошеньки ни в компасе, ни в ней.Прибитые – не двигаясь, пришитые – задумавшись,привязанные – дергаясь, живем себе, кто где.Ой, да, забыл приклеенных – так те, понюхав-дунувши,нет, нет, да и побредят о возвышенной звезде.А фонари красивые, цветные, очень яркие,в оправах прочных, кованых – им солнце не чета,и утром нам не главное – лучи светила жаркие —у нас своя дорога, и одна на всех мечта!Дорога современная и, даром что расейская —по данным репродуктора – ни дыр и ни колей,на ней машина новая – машина полицейская,и мы – прохо… пролёжие. И пахнет только клей.Но наше государство освещает демократия —по данным репродуктора – здесь властвует народ.И грезит своло… ночью небольшая сестробратия.Там солнце ж нестабильное, там всё наоборот…Oblako Morali (цыг.-фр.)
Скушала мороженое —бросила стаканчик,выпила красители —и бросила пузырь.Будешь, девка, брошенная —пользуется мальчик.Взглядом вопросительнымна меня не зырь…Нес пакеты мусорные —лень дойти до баков,взял, да и поставилна подъездную скамью.Вся планета усрана,и ты проснешься в каках,нечего таращитьсяв сторону мою…Бабоньки на грабельки,построили заводик,вывели в речушечкунемножечко сливных —будут с неба капельки,и будет половодье,наплескает в кружечкидоходов основных.Скушаешь мороженое —брось стаканчик в урну,если вышел с мусором —до бака донеси,взял себе хорошее —не делай Богу дурно —будешь долго юзером,в Реале! Будь. Мерси!Манипёст
Уважаемые сукии – не меньше – кобели!Нам терпеть доколе мукиот больных «царей Земли»???Наше племя превратилосьв сброд презреннейших пород,как, скажите мне на милость —не рычать на наш народ?Мы, охотники, которыхссали мамонты в лесах!Нас теперь пугает шорохв непомеченных кустах!Р-р-р-р… Живем дешёвым кормом —мы, народ, собаки-псы!Я молчу о тех, кто порванпастью друга… Тьфу, «бойцы».Вы зачем друг друга рвете?Мало вам от них пинков?Эти хомо-дяди-тетиваших, суки, бьют щенков!А вот чем они главнее?Я вас спрашиваю, чем?Тем, что, якобы, умнее?Тем, что всем дают проблем?Да, стреляющие палкипоявились в их руках,из-за них, двуногих жалких,лапы в стеклах, гвоздышках…Но они – слабее кошек!Нет ни нюха, ни клыков!Как же шайка гладкокожихдержит нас за дураков?Господа собачьи морды!Выше чуткие носы!Человечьи свергнем орды!Мы – народ, собаки-псы!Нам пора объединиться,на помойку, господа!На помойке – шанс развиться,благо, есть там и еда.Отбираем лучших, главных,контролируем отбор,честно, искренне, на равных,без элитных толстых морд!Что касается Культурных —поступаем по уму:пусть для нас полазят в урнах,там посмотрим, что к чему…Если зомби и без нюха —растерзать, как всех котов,кстати да, кошарам-шлюхамвспомнить мисочки понтов!Пресмыкания – довольно,нам двуногий враг – не граф!На помойке – в восемь. Вольно.Р-р-р-р… Я все сказал вам. Гав!(идея – Николай Кузнецов)По бесплодию повода науки
Профессор был в уме, хоть и оброск стотысячной странице падших тайн —пока я не сказал, что есть вопрос,причем – на самой главной: кто онлайн?Интернета да
Интернета не-е-е-ет…Не с кем погутарить.Во дворе сидятбабка да синяк.Щас бы побренчатьгромко на гитаре,но гитары нетвовсе у меня.Интернета не-е-е-ет…Выйду на площадку,в двери поскребусь,то есть, постучу.Витька улетел,ночью на Камчатку.У Махровых – сексь —в дыню получу.Интернета не-е-е-ет…В дыню получил я,даже подлечил —тряпку приложив,щас бы мне на сайт,где лабает Силя,а потом найти,что такое пжив…и что Сталин – жив…Интернета не-е-е-ет…Не курю, не пью я.Кухня. Унитаз.Ванна. Койка. Плед.Хоть бы ты пришлапомириться, Юля…Опа. Не ходи…Дали интернет.Несправедливость
Несправедливо. Несправедливо!Когда свисает за забор ветвями слива,и у соседа – варенье слаще,без нарушения кадастровых границ…Но интересно и необычно,и даже, некоторым образом, логично,когда от лучших соседских яблоньтебе в компот перепадет его анис…Несправедливо. Несправедливо!Когда жена невыносима и сварлива,а у соседа – лежит под боком,как говорится, прямо ангел во плоти…Но интересно и необычно,и даже, в некотором роде, эротично,когда тот ангел – в твоей подмышке,ну а жена – в командировочном пути…Несправедливо. Несправедливо!Когда ты пьешь с недозарплаты полупиво,и в дырке зуба застрял сухарик,а некий Тимати вкушает коньячка…Но интересно и необычно,когда ты выпил коньяка и сам прилично,и не пустеют твои карманы,да и калымы послезавтра с утречка…Несправедливость – такая тема:мы измеряем путь от рая до эдема.Но, может, проще – дружить с соседом,любить жену и жить природною водой?Ведь интересно и необычно,когда сварливая вновь станет симпатична,а друг попросит: найди бутылку,и возвратит ее с водицею святой…Сообщение со ссылкой (френд)
У меня кумиров – нет, и не будет,у тебя кумиры – были, и есть —и они вполне обычные люди,можешь сам на их олимпы залезть:видишь – ходят на ногах, пьют из чашек,видишь – им нужны друзья и врачи,видишь – ссорятся, щипаются даже,видишь – спрятались мириться в ночи…То, что чашки и друзья «поблатнее» —это глюк и визуальный обман.То, что хата у тебя холоднее —так узнал бы, что такое «саман».Нет, конечно, и в Москве, и в Бейрутеесть земляне, чем-то близкие мне —отношением к Земле… А по сути —повторю, они обычны вполне.Извини, но без имен персоналий —слишком много интересных мне лиц.Скажем так – их нет на главном канале,с той поры, как там глава – окулист.У меня кумиров нет. Снял потребу.у меня кумиры – были. Творил…Но сходил, по ссылке, к доктору Небуи почистил то, что сам засорил.У тебя кумиров – сколько? За сто их —там и блоггеры, и царь, и певец…Но творить их «дальше – больше» не стоит,их – и нас – уже придумал Творец.И вот тогда…
Ах, как же хочется ему писать стихи,и для народа с выражением – читать!Но в телевизоре – поэты-толстяки,не поместиться перед камерой, не встать…Ах, как же хочется издать ей всё своё!И псевдоним есть – Марианна Ахмацвет.Но у издателя – заказ на мумиё —на мумиёвенький, но прибыльный буклет.Ах, как же хочется иметь своё лито,и одобрение хоть в думе получать,но ведь и дума говорит, что всё не то,и ставит замкнутую круглую печать.Ах, как обид… но не придраться ни к кому.Вот толстячок – в эфире выступит, поест,и объясняет Есефету моему —так это ты не помещаешься, жиртрест!И у издателя всегда один ответ:ах, Марианна, не нервируй ты меня,ты напиши такой куплетистый куплет,чтоб омумел производитель мумия…И остается нашим пышущим остыть,и не завидовать поэтам, а худеть,не псевдонимно обижаться, а любить,и вот тогда – чесать, питать…Тьфу ты.…и вот тогда – писать, читать. А может – петь.Селянин прав
Гуляю по лесам. Все в ажуре!Их выкупила пришлая знать.Но я – внук партизана, буржуи,мои права придется признать.Магазин на селе, тоже чей-то —торгует тем, что лучше не есть.Ай, хватит огорода, для щей-то —мои труды придется учесть.Красавицы села – все по моде,их учат, что свобода – кабак.А я переучу на природе —повышибет и спирт и табак.Пацанчики живут героином —столичный зачастил продавец.Но вот мой Литгерой с карабином.Барыга переехал в Пипецк.Как много их, таких, толстоджипых,Ты в пробках и в ошибках, Москва.А хочешь о моих знать ошибках —сначала предъяви мне права.Поэтам
Кроме радостных фраз, на которые всякий горазд —в каждом биокомплекте с пером быть обязан Эраст.Рифма «раз» ни при чем здесь.Вы блюстители света на чистых дубовых столах,но… проверьте контакты жучка на древесных стволах.А потом развлечётесь.Агитёр
Агитирую! За воздух и воду!Агитирую! Против бромомдатых академиков,не знающих броду!Агитирую! За регрессивную постановку вопроса!Агитирую! Против модернизированногохоботка нефтесоса!Агитирую! За аскета из сельской местности!Агитирую! Против пиджака из синтетической мерзости!Агитирую! За целомудрие девственниц!Агитирую! Против силиконченных бадей-неестественниц!Агитирую! За высококачественный мёд!Агитирую! Против фразы «меня не ипёт»!Агитирую! И не опять, а снова!Агитирую! Против всех видов спиртного!Агитирую! За счастливых черепах!Агитирую! Против быстрых уколов в пах!Агитирую! За покупку кваса и книги с калыма!Агитирую! Против любого упакованного дыма!Агитирую! За настоянный в бане чистотел!Агитирую! Против еды из кусков чьих-то тел!Агитирую! За понимание настоящего!Агитирую! Против зомби из ящика!Агитирую! За «сделал, подумав»!Агитирую! Против отмороженной омандаченности в думах!Агитирую! За достаток и достаточный штат уборщиц! Да!Агитирую! Против компромиссного какбэ творчества!Агитирую! Агитирую! Агитирую!Отвалите.Актёр. Репетирую.