Изумрудный мираж

Сыщик испытывал сомнения:

«Нам многое неизвестно. Пока не установлено, кто нанёс смертельный удар жертве, дело направлять в суд нельзя. Нет у нас весомых доказательств и против Дианы. Валик в неё влюблён и будет молчать. Попробую надавить на Креста и выяснить картину происшествия».

Вызвав Креста, сыщик перешёл прямо к делу:

–Слушай, парень, твоя вина доказана. Но одно дело отвечать за разбой и совсем иное получить вышку за убийство.

–Я мужика не убивал, и соглашусь подписаться лишь на грабёж квартиры. Когда пошли на дело, о мочилове старика и речи не было.

–Тогда скажи, кто ударил хозяина по голове молотком. Если не ты, то, значит, Валик или Диана хохлушка.

О Диане сыщик упомянул вскользь на всякий случай. Но Крест внезапно нервно дернулся всем телом и поспешно отвел в сторону взгляд. И сыщик понял, что попал точно в цель:

«Антиквара прикончила Диана! Как же я не догадался раньше? Ведь ей нельзя было оставлять в живых человека, которому она давала в руки свой паспорт для оформления прописки в Москве. Вот все и сошлось. Надо и дальше раскачивать этого Креста».

Петров сочувственно спросил:

–Я понимаю, у Валика любовь к этой девчонке, ну а тебе какой резон в чужое мокрое дело влезать?

–Диане в жизни не везет. Мать умерла, отец вечно пьяный, да еще мачеху в дом привел. Та выжила девчонку из дома. А теперь ещё вы жаждете засадить Диану в тюрьму до конца дней!

–Ты мне судьбу злосчастной Золушки не рисуй. Я эту сказку еще в детском саду слышал. Жалость вызвать пытаешься к наводчице, погубившей своего благодетеля!

–Зато теперь старый хрен не будет тащить в постель молодых девчонок за временную прописку в Москве!

–Вон как в тебе ревность взыграла! Ты, похоже, сам влюбился в эту красавицу! Она тебе предпочла Валика, а ты за нее желаешь сгинуть в зоне. Ну как хочешь.

Отправив Креста в камеру, Петров подвёл первые итоги:

«Крест явно не хочет брать на себя чужую вину и уже не отрицает их знакомства с домработницей. Надо будет запросить у коллег из Украины о прошлом этой лихой девицы. Возможно, новые данные помогут развязать язык её соучастникам».

Размышления сыщика прервал приход Ларисы и её взволнованный вопрос о судьбе брата. Петров ей сообщил:

–Мы арестовали Валика и Креста. Теперь твой Димка вне опасности.

–Это хорошо. В честь этого приглашаю к себе домой отпраздновать победу хорошим коньяком.

Петрова покоробила явная готовность женщины отблагодарить его своим телом. Но он охотно отправился навстречу новому заманчивому приключению. Всю дорогу до дома Лариса оживленно болтала, рассказывая забавные случаи из жизни художников. И сыщик понял:

«Она старательно заполняет паузу, боясь наступления неловкого молчания. Ведь, у нас нет общих тем для разговора. Как только придём, не буду терять времени и сразу перейду к делу. Обед ее мне ни к чему. А то еще опозорюсь, взяв нож и вилку не в ту руку».

Едва за ними закрылась дверь, Петров рывком приблизил лицо Ларисы и тут же ощутил на губах ответное движение ее поцелуя. Женщина позволила нетерпеливому партнеру суетливо расстегивать и снимать с себя одежду. Затем легла поверх одеяла и отдалась во власть избранного для любовных игр мужчине. Петров сразу оценил многоопытность своей партнерши, угадывающей его желания. Когда, насытившись друг другом, мужчина и женщина разомкнули объятия, Петров ощутил легкое разочарование:

«В этой кукле нет и тени страсти. Она во время сближения двигала телом, словно гимнастка во время показательных выступлений».

Сыщик повернулся к партнерше.

–Мы еще когда-нибудь встретимся?

–Это вряд ли. Ты общаешься с уголовниками, а я вращаюсь среди известных художников. Мне было забавно познакомиться с человеком из иного мира. А теперь отметим галочкой по новой победе в своих дон-жуанских списках. И разбежимся!

–Как скажешь, так и будет. На тебе свет клином не сошелся. Без радости встретились, и без печали будет расставание.

Сыщик пружинисто сбросил с постели свое тренированное мускулистое тело и быстро начал одеваться:

«Вот чертова баба! Никаких сантиментов! Лишь вознаграждение за спасение брата. Получите, дескать, и распишитесь! А плевать: и она для меня тоже пустое место».

В отделении милиции Петрова ждал ответ на запрос из Украины. Полученные сведения сыщика особенно не удивили:

«Оказывается, у Дианы родители благополучно живут и здравствуют. А дочка уважаемых в городе врачей состоит на оперативном учете как воровка. Разъезжает по стране, устраивается домработницей и обкрадывает своих хозяев. Интересно, как отнесётся к этим сведениям влюблённый в неё Крест?»

И сыщик решил вновь допросить задержанного за разбой парня. Но вопреки его ожиданиям Крест безразлично отнёсся к прошлому Дианы:

–Да все бабы врут, желая к себе жалость вызвать. Короче, я вам ничего плохого о Диане не скажу. Но если Валик даст чистосердечные показания, тогда и я отрицать очевидное не стану. А пока лучше помолчу.

И сыщик запоздало догадался:

«Слабовольный Крест боится своего физически сильного приятеля и ждёт, когда тот первым «расколется». Попробую найти подход к Валику».

Вызванный из камеры на допрос Валик, узнав новости о Диане, тоже особенно не удивился криминальным похождениям своей подруги:

–Мне нет дела до прошлого Дианы. Каждый выживает, как может. Главное, она меня любит и обещает дождаться из тюрьмы.

–Ну, у тебя точно с головой не в порядке. Неужели молодая девчонка будет тебе верна, пока ты долгие годы будешь сидеть в колонии?

–А что же мне делать?

–Рассказать правду о роли Дианы в убийстве антиквара. На свободе для бабы соблазнов много. А если она тоже будет сидеть в зоне, то лишиться возможности тебе изменять.

Заметив на лице Валика сомнения, сыщик подумал:

«У этого типа странные изгибы психики. Он явно заинтересовался сказанной мною чушью и реально готов посадить любимую девушку за решётку, чтобы она хранила ему верность»

Намеренно понизив голос, сыщик продолжил:

–Я уже знаю от Креста, что антиквару голову размозжила Диана. Значит, и срок она должна получить больше твоего. Ты успеешь отсидеть и ещё её дождаться. А здесь на свободе ей придётся нырнуть под крыло богатого мужичка. Ведь денег, вырученных за изумрудную брошь, надолго не хватит. Кстати куда она успела ее пристроить?

И влюбленный Валик заговорил:

–В том-то и дело, что броши у антиквара не оказалось. Он успел продать её знакомому торгашу Ефиму из магазина «Одежда» возле Речного вокзала. А тот обещал отдать деньги только через неделю.

–А не врёшь?

–Так, в этом и кроется причина смерти хозяина. Мы его убивать не хотели. Но узнав, что украшения в доме нет, Диана очень разозлилась. В гневе ударила антиквара молотком, который потом спрятала под ванную.

–Изложи письменно всё, что рассказал сейчас. И я гарантирую тебе верность Дианы на длительное время.

Теперь сыщик был уверен:

«После показаний Валика изобличить Диану в убийстве будет не сложно. При первом обыске промахнулись и под ванную не заглянули, но теперь изымем молоток и снимем с него отпечатки ее пальцев. Да и Крест молчать не станет».

Отправив Валика в камеру, сыщик вызвал на допрос Диану и сразу повел психическую атаку:

–У тебя тяжёлое положение. Твои соучастники рассказали, что именно ты проломила голову антиквара, а молоток спрятала под ванну. Если хочешь смягчения вины, то пиши признание, что убила хозяина в состоянии аффекта, узнав о продаже им броши. Смерти антиквара не хотела, и удар нанесла, не рассчитав силы. Будешь отвечать за убийство при смягчающих обстоятельствах.

–Значит, Валик не пожелал взять на себя вину за смерть старика? Ладно, я признаю, что ударила антиквара.

–Неужели, для тебя изумрудная брошь была так важна ?

–Редкой красоты вещица! Когда её увидела, то у меня даже дух перехватило. Но захотела сразу двух зайцев поймать: и брошь добыть, и в доме антиквара ещё надолго остаться. Он мне кофе в постель по утрам таскал. Вот и придумала разыграть разбойное нападение. Но сорвалось: старик накануне отдал брошь какому-то Ефиму из крупного универмага.

–Ладно, пиши явку с повинной и отрази свою готовность добровольно выдать молоток, как орудие убийства. Это тебе на суде зачтется.

Диана, прикусив кончик языка, как прилежная школьница начала быстро строчить признание, и сыщик самодовольно подумал:

«Разбой с убийством антиквара можно считать раскрытым. Осталось только разыскать неуловимую как призрак драгоценную брошь».

Установить данные Ефима Григорьевича, заведующего отделом одежды возле Речного вокзала, оказалось не слишком сложным делом. Вскоре Петров многое знал об уважаемом в торговом мире Ефиме Григорьевиче Столбуне. Помимо прибыли от дефицита Столбун имел и другие «левые» доходы, пользуясь покровительством руководителей столицы. Затрагивать его интересы было крайне опасно.

Петров находился в тяжёлых раздумьях:

« В покупке Столбуном драгоценной броши криминала нет. По нашим сведениям он прячет незаконные прибыли у любовницы Елены Суровой. И скорее всего, брошь с изумрудами следует искать именно у неё. Но санкцию на проведение у неё обыска нам никто не даст».

Сыщик находился в тупике. Но на следующий день произошли события, которые подсказали ему решение возникшей задачи.

… Накинув на мокрое тело махровый халат, Наталья Викторовна поспешила из ванной комнаты на призыв настойчиво звонящего телефона. Встревоженный женский голос торопливо произнёс в трубку:

– Наконец-то! Я боялась не застать вас дома. Вашего мужа Анатолия Сергеевича арестовали. Он успел предупредить, чтобы вы спрятали ценности у родственников. Всё, отключаюсь.

И Наталья Викторовна заметалась по квартире, складывая в хозяйственную сумку драгоценности и деньги. Поспешно одеваясь, мысленно упрекала мужа:

«Сколько раз убеждала Анатолия перевезти накопленное добро к моей маме. Так нет, не доверял, боялся. А теперь все достанется «легавым».

С трудом закрыв молнию на переполненной сумке, женщина вышла из квартиры и направилась к лифту. Внезапно навстречу ей шагнули двое мужчин. Один из них в сером плаще спросил с иронической усмешкой:

–Куда это мы так спешим? Уж не передачу ли несем любимому мужу? Зря беспокоитесь: у нас баланду арестованным в камеру подают аккуратно. Разрешите представиться: майор Балабанов, а это капитан Бугров.

И помахав перед носом испуганной женщины удостоверением в красной обложке, решительно забрал из ее рук тяжелую сумку. Едва приоткрыв молнию, Балабанов восхищенно присвистнул и зацокал языком:

–Это надо же: с таким богатством и на свободе! Вы, желаете, как декабристка, вслед за мужем отправиться в тюрьму за укрытие нетрудовых доходов? Сейчас составим протокол. Капитан Бугров, найдите понятых для переписи изъятых ценностей.

Бугров послушно направился выполнять задание. Прошло более пяти минут, и Балабанов начал проявлять нетерпение:

–Этот мямля капитан не может даже понятых найти. Пойду, помогу. А вы, Наталья Викторовна зайдите пока в квартиру. Я вас закрою, а сумочку, уж извините, возьму с собой, чтобы вы не оставили что-нибудь ценное себе на память. Не скучайте, мы появимся в течение пары минут.

Вернувшись в квартиру, Наталья Викторовна бессильно заплакала:

«Предупреждение от Анатолия опоздало. Теперь мы с ним нищие»

В этот момент вновь зазвонил телефон. Муж сообщил о своём скором возвращении домой и, Наталья Викторовна радостно воскликнула:

–Значит, тебя освободили из-под ареста?

–Что за глупый розыгрыш? Я только недавно вернулся с совещания.

– Но работники милиции изъяли у нас деньги и украшения. А теперь ушли за понятыми.

–Ты просто идиотка. Своими руками отдала всё наше добро проходимцам! Звони, вызывай настоящую милицию, а я сейчас подъеду.

Прибывший по заявлению в квартиру Петров особого удивления по поводу очередного происшествия не выразил:

–Это типичный «разгон». На жаргоне так называют самочинный обыск фальшивыми милиционерами. Иногда аферисты сами в доме ищут добычу. Но в данном случае они разыграли ловкий спектакль, и вы сами отдали им свои драгоценности. Сейчас поедем в отдел милиции и покажем вам фотоальбом мошенников. Возможно, кого– то и узнаете.

Петров говорил без особой уверенности. Но произошла редкая удача. Привезённая в отдел Наталья Викторовна уверенно ткнула пальцем в фотокарточку рецидивиста Плащева:

–Так вот он же, этот майор Балабанов!

Преступника задержали в тот же день на квартире у его сожительницы. Мошенник сразу во всем признался, но сообщника не назвал и ценностей не выдал. На очной ставке с женщиной рецидивист называл происшествие невинным розыгрышем и издевательски обещал выплачивать за нанесённый ущерб по двадцать рублей в месяц.

Слушая хвастливые речи афериста, Петров внезапно подумал, что в поиске изумрудной броши можно успешно использовать приёма мошенников:

« Столбун в выходные дни всегда выезжает на дачу, и его связь с Еленой исключена. И если мы сообщим любовнице об аресте Столбуна, она попытается перепрятать ценности. На выходе из дома мы её задержим и обнаружим брошь, похищенную у убитого антиквара. Тогда появятся основания для допроса Столбуна».

Узнав о предстоящем задании, Носов в начале отказался его выполнять, ссылаясь на отсутствие опыта. Тогда Петров прибег к весомому аргументу:

–Слушай Носов, нам сыщикам часто приходится входить в доверие к преступникам. Надо этому учиться. К тому же я посылаю тебя не в опасную банду, а всего лишь к любовнице торгаша, скрывающей неправедно нажитые ценности.

–А что же я должен ей сказать?

–То, что обычно говорят мошенники: Столбуна арестовали, и надо перепрятать драгоценности. Говори с нею искренне и правдиво.

–Ты многого с меня требуешь. Я же не артист Малого театра.

–Особый талант и не нужен. Лишь произнеси текст с волнением. Главное, скажи, что арестованный Ефим Григорьевич просил перепрятать принадлежащие ему ценности. И все!

Получив согласие Носова, Петров с удовлетворением подумал, что

изумрудная брошь, наконец, окажется в его руках.

В субботу сыщики подъехали к дому Елены Ивановны. Носов вошёл в подъезд. Через некоторое время вернулся и, сев в машину, доложил:

–Все в порядке. Я сообщил ей об аресте любовника. Она сразу поверила. Видимо, ждала от своего торгаша беды. Даже предложила мне вознаграждение, но я отказался. Сказал, что Столбун и так много для меня сделал. Думаю, наш план сработал. А вот и она выходит из подъезда.

–Хорошо, ты сейчас незаметно уйдёшь. Теперь мой выход на сцену.

Петров вышел из машины и приблизился к женщине. Предъявив удостоверение, предложил проехать в отделение милиции. Побледневшая от страха женщина безропотно повиновалась. Доставив Елену Ивановну в дежурную часть, Петров в присутствии понятых раскрыл ее сумочку. Но его ждало разочарование: среди дорогих колец, ожерелий и браслетов не оказалось украшения с изумрудным трилистником.

Не удержавшись, сыщик спросил:

–А где брошь с зелеными камнями?

–Я такого украшения никогда не видела. Да и это богатство не мое. Мне их на хранение принес мой знакомый Ефим. Можете у него спросить.

Петров, с опозданием осознал свою ошибку:

«Я невольно выдал свой интерес к изумрудной броши. Надо поскорее найти правдоподобное оправдание моему вопросу».

И сыщик поспешил объяснить:

–К вам лично претензий нет. Нам сообщили, что мошенники намереваются завладеть вашими украшениями, ложно сообщив об аресте Столбуна. Они рассчитывали при выходе из дома отнять у вас ценности. Но мы сумели их опередить и пресечь преступление.

–Так, Ефим Григорьевич на свободе? Какое счастье! А знаете, подосланный ко мне молодой человек произвел очень приятное впечатление. Он так искренне волновался из-за беды с Ефимом! Я даже хотела его отблагодарить. Но он денег не взял.

–А зачем ему довольствоваться крохами, если аферисты рассчитывали на крупный куш? Можете спокойно идти домой.

–А вдруг бандиты вернутся?

–Не бойтесь, мы их отпугнули, и они к вам больше не сунутся. Это я капитан Петров вам гарантирую. А сейчас напишите документ о возврате вам украшений в целости и сохранности.

Наблюдая, как Елена Ивановна пишет расписку, сыщик подвел итог:

«Моё неосторожное упоминание об изумрудной броши, наверняка, насторожит Столбуна. Придётся для оправдания своих действий составить задним числом анонимное сообщение о попытке мошенничества в отношении Суровой. Но поиск броши снова на нуле».

Отпустив женщину, Петров вновь с тревогой стал продумывать последствия поступления жалобы от Столбуна. Но его проверка любовницы торгаша получила совсем неожиданное продолжение. На следующее утро позвонил майор Васильев из отдела БХСС:

– Привет, Петров, не забыл обещания армянский коньяк поставить за оказанную помощь? Я готов принять угощение. Подъезжай в Столешников переулок в кафе «Красный мак». Разговор имею до тебя серьезный и, главное, безотлагательный. Через час будь на месте, если тебя, конечно, еще интересует изумрудная брошь.

– Хорошо, я выезжаю. До встречи!

Всю дорогу до центра Петрова преследовала надежда:

«Неужели вновь всплывет на горизонте оригинальное украшение?»

Васильев его встретил в кафе, где всегда было людно. Сотрудника районного БХСС здесь хорошо знали и предоставили укромный закуток для приватной беседы. Петров выставил на стол бутылку коньяка, а Васильев попросил принести овощные салаты. Разлив спиртное по стаканам, сотрудник БХСС предложил выпить за успех дела, которое совсем не обязательно доводить до конца. Петрова насторожила явная двусмысленность тоста. Васильев неторопливо закусил спиртное куском сочного помидора, и только потом заговорил:

– Полгода назад пришел ко мне за советом молодой опер. Он получил сообщение о скупке бриллиантов одним высокопоставленным чиновником. Я ему говорю, забудь эту опасную информацию: не тебе с ним бодаться. Но упёрся парень: я, мол, коммунист и не хочу, чтобы нами правили преступники. Не послушался, поднял волну. А в итоге подложили ему деньги в стол и посадили в тюрьму за получение взятки.

–История поучительная, но зачем мне поведанная?

– Сворачивай погоню за изумрудной брошью. Столбун успел подарить её человеку, о котором часто пишут газеты. Никто не допустит огласки данного факта. И сейчас решается вопрос, обвинить тебя в попытке присвоения фамильных украшений Столбуна или повременить. Ну, так что мне передать чиновнику со Старой площади?

–Скажи, что я всё понял, и у меня навсегда пропал интерес к старинному украшению.

–Хорошо, я скажу серьёзным людям, что им не о чем беспокоиться. Давай, допьём и разбежимся, а то еще у меня полно дел.

Искренне обрадованный успехом беседы сотрудник БХСС разлил остатки коньяка по стаканам. Выпили, не чокаясь, словно поминая покойника.

Выйдя из кафе, Петров направился к станции метро. Ноги увязали в растопленном солнцем асфальте, словно принуждая его замедлить стремительное развитие событий последних дней. Он не собирался рисковать жизнью и свободой ради поиска изумрудной броши, оставляющей за собой кровавый криминальный след.

Конец 1 части.

Часть 2. Возвращение на круги своя.

Глава I

Трилистник снова в игре.

Полковник Носов встал и тяжело прошёлся по кабинету. В последнее время постоянно ныло сердце, и он подумывал об уходе на пенсию.

Носов подошёл к окну и взглянул на спешащих по улице пешеходов. Им не было никакого дела до его повседневных забот об улучшении раскрываемости преступлений. Полковник потёр ноющую грудь:

« На дворе 21 век. Каким же наивным я был новичком четверть века назад, когда пришёл на работу в уголовный розыск. Мы тогда целыми днями работали. А нынешних сыщиков после шести вечера на месте не найдёшь. Всё, пора уходить на заслуженный отдых».

В дверь настойчиво постучали, и в кабинете появился невысокого роста бизнесмен Чудов. Несколько дней назад он обратился с заявлением о рэкете со стороны банды, возглавляемой бандитом Ногтем. Носов отреагировал быстро и двое бандитов Стольник и Кубок, непосредственно требующие с бизнесмена деньги, были задержаны. Едва взглянув на расстроенное лицо Чудова, полковник понял:

«Похоже, подельники бандитов запугали коммерсанта, и он пришел отказаться от своей жалобы. Обычная ныне история».

Так оно и оказалось. Бизнесмен заговорил нервной скороговоркой:

– Поймите меня правильно. Не могу вечно прятать семью от бандитов. Скоро конец лета, и детям в школу идти надо. К тому же, в обмен на прекращение уголовного дела рэкетиры обещают снизить поборы до пятнадцати процентов с дохода. Такие деньги я смогу потянуть.

– А если в следующий раз они потребуют неподъемную сумму, то опять к нам за помощью прибежишь? Но больше на нас не рассчитывай. Когда ты к нам обратился, я сразу предупредил, чтобы не было отказа от претензий. Зря только мы на тебя затратили столько усилий!

– Но мне не нужны лишние неприятности. Я отзываю свою жалобу. Вот принёс новое заявление, что с меня требовали взятые ранее в долг деньги. А это чисто гражданское дело.

–Здорово тебя юридически просветили. Ладно, иди. Но больше не приходи! Помогать тебе не будем.

Сразу после ухода бизнесмена Носов задумался:

«Задержанных рэкетиров придётся отпускать. Но раз уж дело судебной перспективы не имеет, то попробую выудить у них полезную для нас информацию в обмен на обещание освободить за рэкет».

И Носов начал оперативную игру. Он вызвал первым Кубка. Но тот наотрез отказался от любого сотрудничества. Зато второй Стольник, узнав о возможности заслужить освобождение, начал говорить:

– Слушай, есть одна тема, не имеющая отношения к нашим делам. День назад обратился ко мне мой знакомый Колчан. Мы с ним в спортзале железо таскаем. Он предложил за хорошие деньги обеспечить охрану одной дамочки. Она попросила обеспечить её безопасность во время продажи дорогой броши. Но с накачанными мускулами против стволов не попрёшь. В общем, я отказался ставить на кон свою жизнь.

– Откуда у дамочки драгоценная вещь?

– Колчану сказала, что украшение ей досталось от папаши, бывшего партийного деятеля. Накопления закончились. Вот она и продаёт фамильную ценность. Даже показала ее Колчану: на золотом стебле цветок трилистника из изумрудов, а вокруг красные рубины.

–Стоп! Описание мне знакомо. Когда должна состояться сделка?

– Завтра, в пятницу в полдень у метро «Смоленская». Более точного места не знаю. Женщина пожелала для безопасности встретиться с покупателем в людном месте.

Носов встал и нервно прошелся по кабинету. Сообщение о появлении изумрудной броши с трилистником и красными рубинами напомнило ему о молодости, когда он вместе с Петровым участвовал в её розыске. Тогда они потерпели неудачу, и Петров внезапно прекратил поиски броши, вызвав удивление у новичка. Носов так и не узнал причин охлаждения Петрова к дальнейшим поискам украшения. И теперь полковник, решил довести до конца начатый в молодости её розыск.

Освободив рэкетиров, Носов навёл справки о Колчане. Тот характеризовался положительно, и сыщик решил с этим парнем говорить напрямую. Вызванный в отдел Колчан сначала вел себя настороженно. Но узнав, что милиция опасается за исход сделки, рассказал о своём согласии вместе с приятелем Андреем сопровождать даму к метро «Смоленская». Объявив, что обмен броши на деньги состоится на следующий день ровно в полдень, Колчан признался:

– Нам с Андреем спокойнее будет, если милиция будет присутствовать на месте сделки. Мы с хозяйкой появимся там ровно в назначенное время.

После ухода Колчана полковник решил взять с собой на операцию только молодого сыщика Котина, из «Жигулей» которого удобно будет вести негласное наблюдение. Он надеялся, что изъяв брошь, сумеет выяснить источник её появления у дочери бывшего партийного работника.

Сыщики прибыли в Карманицкий переулок возле метро «Смоленская» за полчаса до главных событий. Носов сразу заметил иномарку с потенциальным покупателем и оценил ситуацию:

«В иномарке вальяжно развалился толстый усатый кавказец. С ним водитель и охранник. Наверняка, сотрудник ЧОПа имеет разрешение на оружие. Подождём развития событий».

Приближалось время «стрелки», и охранник, покинув машину с «дипломатом» в руке, отошел на несколько метров в сторону. Покупатель с водителем остался в иномарке. Было видно, что и он опасается подвоха со стороны дамочки. Когда появилась владелица броши в сопровождении Колчана и его друга, полковник кивнул Котину:

– Внимание, готовность номер один! Все участники сделки в сборе. Смотри: кавказец выбирается из машины и встает рядом со своим охранником. К нему в сопровождении «качков» приближается дама и показывает на вытянутой руке раскрытую сафьяновую коробочку с брошью. Кавказец удовлетворенно кивает и приказывает своему охраннику передать «дипломат» женщине. Все вроде бы в порядке.